Постановление от 22 апреля 2024 г. по делу № А65-32544/2022

ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru.


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции

11АП-19136/2023, 11АП-19737/2023

22 апреля 2024 г. Дело № А65-32544/2022


Резолютивная часть постановления объявлена 10 апреля 2024 г.

Постановление в полном объеме изготовлено 22 апреля 2024 г.


Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Серовой Е.А.,

судей Бондаревой Ю.А., Мальцева Н.А.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Кожевниковой В.О.

с участием:

от ФИО1 - ФИО2, по доверенности от 20.09.2022г.,

от ФИО3 - ФИО4, по доверенности от 23.05.2023г.,

рассмотрев в открытом судебном заседании, в помещении суда, в зале №4

заявления ФИО1 и временного управляющего ФИО5 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО6 и ФИО3

в рамках дела № А65-32544/2022

о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Стекломаркет»,



УСТАНОВИЛ:

В Арбитражный суд Республики Татарстан 24.11.2022г. поступило заявление ФИО1 о признании общества с ограниченной ответственностью «Стекломаркет» (ИНН <***>, ОГРН <***>) несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 01.12.2022 заявление принято к производству.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 01.02.2023г. в отношении общества с ограниченной ответственностью «Стекломаркет» (ИНН <***>, ОГРН <***>) введена процедура наблюдения. Временным управляющим утвержден ФИО5, член ассоциации «Евросибирская саморегулируемая организация арбитражных управляющих», почтовый адрес: 420012, РТ, г. Казань, а/я 172.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 28.06.2023 г. производство по делу о признании несостоятельным (банкротом) должника прекращено.

В Арбитражный суд Республики Татарстан 09.03.2022г. поступило заявление временного управляющего ООО «Стекломаркет» о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО6 по обязательствам должника (вх.11542).

В Арбитражный суд Республики Татарстан 27.04.2023г. поступило заявление ФИО1 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО6, ФИО3 по обязательствам должника (вх.23574).

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 23.05.2023г. заявления объединены в одно производство.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 25.09.2023 Управление Федеральной налоговой службы России по Республике Татарстан было привлечено к участию в настоящем споре в качестве заинтересованного лица, которому также было предложено присоединиться к заявлениям временного управляющего и конкурсного кредитора.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 23 октября 2023 года заявления удовлетворены частично.

Взысканы с ФИО6, ФИО3 в пользу общества с ограниченной ответственностью "Стекломаркет" (ИНН <***>, ОГРН <***>) 1 102 700 руб. убытков.

В остальной части заявлений отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, временный управляющий ФИО5 и ФИО3 обратились с апелляционными жалобами, в которых просят отменить определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 26 октября 2023 года.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 23 ноября 2023 года апелляционная жалоба ФИО3 принята к производству. Судебное заседание по рассмотрению апелляционной жалобы назначено на 19 декабря 2023 года.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 06 декабря 2023 ода апелляционная жалоба временного управляющего ФИО5 принята к производству. Судебное заседание по рассмотрению апелляционной жалобы назначено на 11 января 2024 года.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 19 декабря 2023 года отложено рассмотрение апелляционной жалобы ФИО3 на 11 января 2024 года для совместного рассмотрения с апелляционной жалобой временного управляющего ФИО5

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 11 января 2024 года отложено рассмотрение апелляционных жалоб на 06 февраля 2024 года.

Определением от 12 февраля 2024 года Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд перешел к рассмотрению заявлений ФИО1 и временного управляющего ФИО5 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО6 и ФИО3 по правилам, установленным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, для рассмотрения дела в суде первой инстанции. Рассмотрение заявлений назначено на 28 февраля 2024 года.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 28 февраля 2024 года отложено рассмотрение заявлений на 14 марта 2024 года.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 14 марта 2024 года отложено рассмотрение заявлений на 10 апреля 2024 года.

В судебном заседании представитель ФИО1 заявленные требования поддержал.

Представитель ФИО3 возражал против удовлетворения заявленных требований.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения заявления, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем заявление рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Изучив материалы дела, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов, содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле документам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд усматривает основания для отмены определения Арбитражного суда Республики Татарстан от 23 октября 2023 года, в связи со следующим.

В соответствии с частью 6 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации вне зависимости от доводов, содержащихся в апелляционной жалобе, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет, не нарушены ли судом первой инстанции нормы процессуального права, являющиеся в соответствии с частью 4 статьи 270 Кодекса основанием для отмены решения арбитражного суда первой инстанции.

Из материалов дела следует, арбитражный управляющий ФИО5 обратился с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности, в котором просил привлечь к субсидиарной ответственности ФИО6. Взыскать с ФИО6 в пользу ООО «Стекломаркет» сумму в размере 1 111 150 руб., в пользу арбитражного управляющего ФИО5 - 48277 руб.

13.04.2023 в материалы дела от арбитражного управляющего ФИО5 поступило уточнение заявленных требований, в котором просил привлечь к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц ФИО3, ФИО6, ФИО7 Взыскать с ФИО3, ФИО6, ФИО7 в пользу ООО «Стекломаркет» сумму в размере 1 111 150 руб., в пользу арбитражного управляющего ФИО5 - 86 330, 96 руб.

Определением протокольным от 20.04.2023 уточнения заявленных требований не приняты судом первой инстанции.

Кроме того, ФИО1 обратился с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности, в котором просит привлечь к субсидиарной ответственности ФИО6, ФИО3, взыскать сумму в размере 1 111 150 руб.

В ходе рассмотрения обособленного спора в суде первой инстанции от арбитражного управляющего ФИО5 поступили пояснения, содержащие уточнение заявленных требований, в соответствии с которыми просит привлечь к субсидиарной ответственности ФИО3, ФИО6, ФИО7 Взыскать с ФИО3, ФИО6, ФИО7 в пользу ООО «Стекломаркет» сумму в размере 12 338 350 руб., в пользу арбитражного управляющего ФИО5 - 86 330, 96 руб.

Из аудиозаписи судебного заседания суда первой инстанции от 21.09.2023 следует, что в судебном заседании арбитражным управляющим ФИО5 внесены исправления в просительную часть пояснений, в частности исключен из числа ответчиков ФИО7 и зачеркнута сумма, подлежащая взысканию с ответчиков в порядке привлечения к субсидиарной ответственности.

При этом из текста письменных пояснений следует, что сумма, подлежащая взысканию в порядке привлечения к субсидиарной ответственности составляет 1 111 150 руб. в пользу общества и в пользу арбитражного управляющего ФИО5 - 86 330, 96 руб.

Сведений о том, что уточнение рассмотрено судом первой инстанции в порядке ст.49 АПК РФ и по нему принято процессуальное решение, материалы дела не содержат. В определении об отложении суд первой инстанции не отразил принятие к рассмотрению или отказ по заявленным уточнениям.

При этом из мотивировочной части определения Арбитражного суда Республики Татарстан от 26 октября 2023 года следует, что временный управляющий ФИО5 просил привлечь к субсидиарной ответственности ФИО6 и ФИО3 и в порядке привлечения к субсидиарной ответственности взыскать в пользу должника сумму в размере 1 111 150 руб. и в пользу арбитражного управляющего текущую задолженность в размере 48 277 руб.

Вместе с тем, из апелляционной жалобы следует что арбитражный управляющий просит взыскать субсидиарную ответственность в размере, указанном им в уточнении к заявленным требованиям.

Таким образом заявление арбитражного управляющего ФИО5 рассмотрено фактически без учета уточнений размера текущей задолженности перед арбитражным управляющим ФИО5

Возможность принятия дополнительного определения утрачена.

Поскольку суд первой инстанции принял решение без учета уточнений заявленных требований, данное обстоятельство в силу пункта 4 части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации является безусловным основанием для отмены обжалуемого судебного акта и необходимости перехода к рассмотрению дела по правилам первой инстанции.

Рассмотрев заявления о привлечении к субсидиарной ответственности, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В силу п.1, п.2 ст. 61.11. Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Федеральным законом от 29.07.2017 N 266-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях" (далее - Федеральный закон от 29.07.2017 N 266-ФЗ) введена в действие глава III.2 Закона о банкротстве "Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве", положения статьи 10 Закона о банкротстве утратили свое действие.

Переходные положения изложены в статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ, согласно которым рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве, которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ; положения подпункта 1 пункта 12 статьи 61.11, пунктов 3 - 6 статьи 61.14, статей 61.19 и 61.20 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ применяются к заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в случае, если определение о завершении или прекращении процедуры конкурсного производства в отношении таких должников либо определение о возврате заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом вынесены после 01.09.2017.

Порядок введения в действие соответствующих изменений в Закон о банкротстве с учетом Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 N 137 "О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 N 73-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" (далее - Информационное письмо ВАС РФ от 27.04.2010 N 137) означает следующее.

При рассмотрении настоящего спора подлежит применению подход, изложенный в пункте 2 Информационного письма ВАС РФ от 27.04.2010 N 137, согласно которому к правоотношениям между должником и контролирующими лицами подлежит применению та редакция Закона о банкротстве, которая действовала на момент возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к такой ответственности.

Из материалов дела следует, основанием для обращения временного управляющего с заявлением о привлечении ФИО6 к субсидиарной ответственности послужило неисполнение обязанности по обеспечению передачи временному управляющему бухгалтерской и иной документации должника, а также по подаче заявления о признании должника банкротом.

В соответствии с пп.2 п.2 ст.61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Данные положения применяются в отношении лиц, на которых возложена обязанность организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 24 Постановления Пленума N 53, лицо, обратившееся в суд с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности, должно представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. В свою очередь, привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Таким образом, для привлечения лица к субсидиарной ответственности необходимо установить факт неисполнения обязательства по передаче документации либо отсутствия в ней соответствующей информации, вину субъекта ответственности и причинно-следственную связь между отсутствием документации (несвоевременным предоставлением) и невозможностью формирования конкурсной массы (формирования не в полном объеме) и, как следствие, неудовлетворение требований кредиторов.

При этом приведенные в нормах Закона о банкротстве обстоятельства отсутствия документов бухгалтерского учета и (или) отчетности и прочих обязательных документов должника-банкрота, по сути, представляют собой лишь презумпцию, облегчающую процесс доказывания состава правонарушения с целью выравнивания процессуальных возможностей сторон спора.

Смысл этой презумпции в том, что если лицо, контролирующее должника, привело его в состояние невозможности полного погашения требований кредиторов, то во избежание собственной ответственности оно заинтересовано в сокрытии следов содеянного. Установить обстоятельства содеянного и виновность контролирующего лица возможно по документам должника-банкрота. В связи с этим, если контролирующее лицо, обязанное хранить документы должника-банкрота, скрывает их и не представляет арбитражному управляющему, то подразумевается, что его деяния привели к невозможности полного погашения требований кредиторов.

Таким образом, правонарушение контролирующего должника лица выражается не в самом факте непередачи документации должника конкурсному управляющему, а в его противоправных деяниях, повлекших банкротство подконтрольного им лица и, как следствие, невозможность погашения требований кредиторов.

При этом обстоятельства, составляющие презумпцию, не могут подменять обстоятельства самого правонарушения, которое выражается не в самом факте непередачи документации должника конкурсному управляющему, а в его противоправных деяниях, повлекших банкротство подконтрольного им лица и, как следствие, невозможность погашения требований кредиторов.

Само по себе абстрактное указание на затруднения управляющего при формировании конкурсной массы должника не может служить достаточным основанием для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по заявленному основанию.

Между тем, доказательств, подтверждающих, что непередача ответчиком каких-либо документов повлекла затруднительность формирования конкурсной массы представлено.

Доказательств, того, что должник располагал активами на дату возбуждения дела, а ответчик скрыл указанные обстоятельства также не представлено.

Само по себе не исполнение требования временного управляющего о передаче документов не является основанием для привлечения к субсидиарной ответственности.

Также временный управляющий полагает, что ответчик ФИО6 подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в связи с неподачей заявления о несостоятельности (банкротстве).

На основании п.1 ст.61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 Закона о банкротстве, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых Законом о банкротстве возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

В силу п.1 ст.9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;

имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством;

Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (п.2 ст.9 Закона о банкротстве).

В свою очередь заявитель обязан доказать когда именно наступил срок обязанности подачи заявления о признании должника банкротом; какие неисполненные обязательства возникли у должника после истечения срока обязанности для подачи заявления в суд и до даты возбуждения дела о банкротстве должника.

Согласно правовой позиции, отраженной в определении Верховного суда РФ №306 -ЭС17-13670(3) от 29.03.2018, объективное банкротство - это критический момент, в который должник стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов. Привлекая руководителя должника к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о признании должника банкротом, надлежит учитывать, что момент возникновения обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве в каждом конкретном случае определяется моментом осознания руководителем критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов.

Между тем, обращаясь с настоящим заявлением, временным управляющим указанные обстоятельства не конкретизированы. Временным управляющим не указано с какого момента должник перестал исполнять обязательства перед кредиторами и когда ответчик должен был обратиться с заявлением о банкротстве, также не указаны обязательства, возникшие после указанной даты.

Само по себе обращение кредитора с заявлением о признании ООО «Стекломаркет» банкротом не свидетельствует о недобросовестности действий ответчика по необращению с заявлением о банкротстве подконтрольного общества.

Учитывая изложенные обстоятельства, заявление временного управляющего по вышеуказанным основаниям удовлетворению не подлежит.

Вместе с тем, в обосновании позиции о привлечении к субсидиарной ответственности временным управляющим также указано на совершение ФИО6, а также учредителем ФИО3 действий по выводу активов должника, что в последующем не позволило произвести расчет с единственным кредитором, задолженность перед которым послужила основанием для возбуждения дела о банкротстве.

Основанием для обращения кредитора ФИО1 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО6, ФИО3 на сумму 1 111 150 руб., также послужило совершение сделки по выводу денежных средств со счета должника.

Согласно выписке из ЕГРЮЛ, ООО «Стекломаркет» образовано 04.09.2014г., ФИО6 с 04.09.2014г. являлся директором должника, а также участником/учредителем (размер доли 25%), ФИО3 являлся участником/учредителем (размер доли 25%), ФИО7 - участником/учредителем (размер доли 50%).

Лицо, входящее в состав органов юридического лица (единоличный исполнительный орган - директор, генеральный директор и т.д., временный единоличный исполнительный орган, управляющая организация или управляющий хозяйственного общества, руководитель унитарного предприятия, председатель кооператива и т.п.; члены коллегиального органа юридического лица - члены совета директоров (наблюдательного совета) или коллегиального исполнительного органа (правления, дирекции) хозяйственного общества, члены правления кооператива и т.п.; далее - директор), обязано действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно разъяснениям, изложенным в п.16 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством.

Согласно информации, размещенной в картотеке арбитражных дел, определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 29.10.2019 г. по делу № А65-22093/2018 признана недействительной сделка по перечислению обществом с ограниченной ответственностью «ТеплоСтрой М» в пользу общества с ограниченной ответственностью «Стекломаркет» суммы 1 111 150 руб. Применены последствия недействительности сделки. С общества с ограниченной ответственностью «Стекломаркет» в пользу общества с ограниченной ответственностью «ТеплоСтрой М» взыскана сумма 1 111 150 руб.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 26.10.2022 по делу А65-22093/2018 произведено процессуальное правопреемство путем замены взыскателя общества с ограниченной ответственностью «ТеплоСтрой М» на правопреемника -ФИО1.

Из обособленного спора о признании сделки недействительной следует, 29.12.2017г. с расчетного счета ООО «ТеплоСтрой М» №40702810305390000373, в пользу ООО «Стекломаркет» перечислены денежные средства в размере 1 111 150 руб., с назначением платежа «Оплата по договору займа 06 от 28.12.2016г., беспроцентный займ Сумма 1111 150-00 в т.ч. НДС (18%) 169497-46».

Из материалов дела о банкротстве ООО «Стекломаркет» следует, 29.12.2016 г. на расчетный счет должника поступили денежные средства в размере 1 111 150 руб., которые 30.12.2016 г. выданы с расчетного счета наличными денежными средствами по чеку директору должника ФИО6 в размере 500 000 руб., и 03.01.2017 г. выданы с расчетного счета учредителю должника ФИО3 в размере 550 000 руб., 09.01.2017 г. выданы с расчетного счета учредителю должника ФИО3 в размере 52 700 руб.

Согласно ответу АО «АЛЬФА-БАНК» (вх. 50718 от 24.08.2023г.) доступ к счету должника имели ФИО6, ФИО3, ФИО8

Доказательства предоставления встречного исполнения в пользу должника по указанным перечислениям в материалы дела не представлены, что свидетельствует о безвозмездном выводе активов в пользу аффилированных лиц с целью причинения ущерба имущественным интересам кредиторов.

Ответчиками не приведены доводы, обосновывающие экономическую целесообразность совершения вышеуказанной сделки, не опровергнуты доводы об отсутствии встречного исполнения со стороны аффилированных лиц, не раскрыты обстоятельства совершения сделок.

В соответствии п. 3 ст.3 Федерального закона от 08.02.1998 N 14 -ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» в случае несостоятельности (банкротства) общества по вине его участников или по вине других лиц, которые имеют право давать обязательные для общества указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, на указанных участников или других лиц в случае недостаточности имущества общества может быть возложена субсидиарная ответственность по его обязательствам.

Согласно пункту 16 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 53 от 21.12.2017 года «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Как указывалось ранее, производство по делу о банкротстве ООО «Стекломаркет» прекращено.

В ходе рассмотрения вопроса о прекращении производства по делу о банкротстве установлено, что по итогам процедуры наблюдения временным управляющим имущество должника не выявлено. Временный управляющий указал об отсутствии источников для пополнения конкурсной массы и финансирования процедуры банкротства.

Таким образом в следствие неправомерных действий ответчиков по выводу денежных средств, должник был лишен возможности погасить требования кредиторов, включенных в реестр.

Статьей 61.11 Закона о банкротстве предусмотрены презумпции, при наличии которых предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица.

Доводы ФИО3 о том, что указанные сделки не были признаны недействительными отклоняются судебной коллегией, поскольку в силу п.23 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", по смыслу пункта 3 статьи 61.11 Закона о банкротстве для применения презумпции, закрепленной в подпункте 1 пункта 2 данной статьи, наличие вступившего в законную силу судебного акта о признании такой сделки недействительной не требуется. Равным образом не требуется и установление всей совокупности условий, необходимых для признания соответствующей сделки недействительной, в частности недобросовестности контрагента по этой сделке.

При этом, директор освобождается от ответственности, если докажет, что заключенная им сделка хотя и была сама по себе невыгодной, но являлась частью взаимосвязанных сделок, объединенных общей хозяйственной целью, в результате которых предполагалось получение выгоды юридическим лицом. Он также освобождается от ответственности, если докажет, что невыгодная сделка заключена для предотвращения еще большего ущерба интересам юридического лица.

При определении интересов юридического лица следует, в частности, учитывать, что основной целью деятельности коммерческой организации является извлечение прибыли (пункт 1 статьи 50 ГК РФ); также необходимо принимать во внимание соответствующие положения учредительных документов и решений органов юридического лица (например, об определении приоритетных направлений его деятельности, об утверждении стратегий и бизнес-планов и т.п.). Директор не может быть признан действовавшим в интересах юридического лица, если он действовал в интересах одного или нескольких его участников, но в ущерб юридическому лицу.

Доводы о том, что денежные средства были израсходованы в интересах должника отклоняются судебной коллегией, поскольку не подтверждены представленными в материалы дела доказательствами.

Представленные в материалы дела договоры, акты и накладные, подтверждающие хозяйственную деятельность должника и наличие денежных средств на расчетных счетах не подтверждают правомерность получения спорных денежных средств в отсутствие доказательств встречного предоставления.

При этом доводы о том, что документы уничтожены в связи с истечением срока хранения также подлежат отклонению, поскольку акты об уничтожении документов не представлены.

В обосновании позиции об отсутствии оснований для привлечения ответчика ФИО3, представителем последнего указано, что после перечисления денежных средств ответчикам должнику на расчетный счет поступали денежные средства в общей сумме 1878433 руб., соответственно должник имел возможность расплатиться с кредитором.

Вместе с тем, указанное обстоятельство не подтверждает правомерность перечислений денежных средств в пользу ответчиков.

При этом следует отметить, что счет должника в АО "Альфа-банк" был закрыт 06.02.2017 года, а по счету в АО "Тинькофф Банк", открытого 17.02.2017 года, с 03.04.2017 года движение средств отсутствует.

Таким образом деятельность должника была прекращена, меры по погашению задолженности перед кредитором не принимались.

Доводы о том, что денежные средства были перечислены исключительно по указанию ФИО6 также не подтверждены представленными в материалы дела доказательствами.

Поскольку на момент совершения убыточных сделок руководителем и учредителем должника являлся ФИО6, одним из учредителей ФИО3, в пользу которых были совершены спорные сделки, указанные лица подлежат привлечению к ответственности по рассматриваемому основанию.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 8 постановления №62, удовлетворение требования о взыскании с директора убытков не зависит от того, имелась ли возможность возмещения имущественных потерь юридического лица с помощью иных способов защиты, например, путем применения последствий недействительности сделки, истребования имущества из чужого незаконного владения, взыскания неосновательного обогащения, а также от того, была ли признана недействительной сделка, повлекшая причинение убытков юридическому лицу. В удовлетворении требования к директору может быть отказано лишь в случае, если юридическое лицо уже получило возмещение своих имущественных потерь посредством иных мер защиты.

Как для субсидиарной, так и для деликтной ответственности необходимо наличие убытков у потерпевшего лица, противоправности действий причинителя (при презюмируемой вине) и причинно-следственной связи между данными фактами.

Ответственность руководителя перед внешними кредиторами наступает не за сам факт неисполнения (невозможности исполнения) управляемым им обществом обязательства, а в ситуации, когда неспособность удовлетворить требования кредитора наступила не в связи с рыночными и иными объективными факторами, а, в частности, искусственно спровоцирована в результате выполнения указаний (реализации воли) контролирующих лиц.

В данном случае материалы дела свидетельствуют о том, что должником возмещение имущественных потерь не получено. Напротив, действия ответчиков способствовали возникновению задолженности, которая в дальнейшем и явилась основанием для возбуждения дела о банкротстве.

Документы, свидетельствующие о принятии ответчиками необходимых мер по возврату денежных средств, материалы дела не содержат.

Поскольку указанные сделки могли быть совершены как руководителем ФИО6 по указанию участника должника ФИО3, так и ФИО3 самостоятельно, либо при одобрении каждого из них, учитывая, что каждый из них имел доступ к распоряжению счетом должника и является выгодоприобретателем по сделке, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о наличии оснований для привлечения участников должника к субсидиарной ответственности в солидарном порядке.

Согласно уточненным требованиям, заявители просят взыскать солидарно с ФИО3 и ФИО6 в пользу кредитора ФИО1 денежные средства в размере 1 111 150 руб. и в пользу временного управляющего ФИО5 86 330 руб. 96 коп. в счет выплаты вознаграждения и расходов.

Поскольку действия ответчиков повлекли невозможность погашения требований кредитора, следовательно с ФИО3 и ФИО6 в пользу ФИО1 подлежат взысканию солидарно денежные средства в размере 1 111 150 руб.

В соответствии со ст. 20.6. ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» арбитражный управляющий имеет право на вознаграждение в деле о банкротстве, а также на возмещение в полном объеме расходов, фактически понесенных им при исполнении возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве.

Размер вознаграждения и судебных расходов подтвержден представленными в материалы дела доказательствами.

Учитывая изложенные обстоятельства с ФИО6, ФИО3 также солидарно в пользу временного управляющего ФИО5 подлежат взысканию денежные средства в размере 86 330 руб. 96 коп. в счет выплаты вознаграждения и расходов.

На основании изложенного определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 26 октября 2023 года, принятое по заявлениям ФИО1 и временного управляющего ФИО5 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО6 и ФИО3 в рамках дела № А65-32544/2022 подлежит отмене с принятием по делу нового судебного акта.

Учитывая, что при подаче апелляционной жалобы заявителем была уплачена государственная пошлина, уплата которой пунктом 12 части 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации не предусмотрена, заявителю следует возвратить указанную государственную пошлину, на основании статьи 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь ст.ст. 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд


ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 26 октября 2023 года, принятое по заявлениям ФИО1 и временного управляющего ФИО5 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО6 и ФИО3 в рамках дела № А65-32544/2022 отменить.

Принять по делу новый судебный акт.

Привлечь ФИО6, ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Стекломаркет».

Взыскать с ФИО6, ФИО3 солидарно в пользу ФИО1 денежные средства в размере 1 111 150 руб.

Взыскать с ФИО6, ФИО3 солидарно в пользу временного управляющего ФИО5 86 330 руб. 96 коп. в счет выплаты вознаграждения и расходов.

Возвратить ФИО3 государственную пошлину, уплаченную за подачу апелляционной жалобы, перечисленную по чеку от 03.11.2023 в размере 3 000 руб.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в месячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа, через арбитражный суд первой инстанции.


Председательствующий Е.А. Серова


Судьи Ю.А. Бондарева


Н.А. Мальцев