Постановление от 17 мая 2022 г. по делу № А21-8724/2020

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А21-8724/2020
17 мая 2022 года
г. Санкт-Петербург



Резолютивная часть постановления объявлена 12 мая 2022 года

Постановление изготовлено в полном объеме 17 мая 2022 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего Аносовой Н.В.

судей Бурденкова Д.В., Сотова И.В.

при ведении протокола судебного заседания: секретарем с/з ФИО1

при участии: согласно протоколу судебного заседания от 12.05.2022

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-7853/2022) ФИО2 на определение Арбитражного суда Калининградской области от 16.02.2022 по делу № А21-8724-4/2020 (судья Брызгалова А.В.), принятое по заявлению конкурсного управляющего ФИО3 о признании недействительной (ничтожной) сделкой перечисление денежных средств и применении последствий,

установил:

Определением суда от 10.11.2020 ООО «ИНЭКОВИР» (ОГРН <***>, ИНН <***>, 236007, <...>) признано несостоятельным (банкротом), введена процедура банкротства наблюдение, конкурсным управляющим утвержден ФИО3.

Решением суда от 16.03.2021 должник признан несостоятельным (банкротом), открыта процедура конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО3

16.07.2021 конкурсный управляющий ФИО3 обратился в суд с заявлением о признании недействительной (ничтожной) сделки по перечислению денежных средств с расчетного счета ООО «ИНЭКОВИР» в пользу Индивидуального предпринимателя ФИО2 1 921 771,00 руб., в т.ч.:

• 12.10.2018 платежным поручением № 1 от 12.10.2018 - 405 271 руб.;

• 24.07.2018 платежным поручением № 1 от 24.07.2018 - 390 000 руб.;

• 14.05.2018 платежным поручением № 75 от 14.05.2018 - 120 400 руб.;

• 14.05.2018 платежным поручением № 76 от 14.05.2018 - 105 600 руб.;

• 13.03.2018 платежным поручением № 46 от 13.03.2018 - 200 000 руб.;

• 25.10.2017 платежным поручением № 22 от 24.10.2017 - 150 000 руб.;

• 11.10.2017 платежным поручением № 11 от 11.10.2017 - 169 000 руб.;

• 29.08.2017 платежным поручением № 4 от 29.08.2017 - 80 000 руб.;

• 03.07.2017 платежным поручением № 17 от 03.07.2017 - 231 500 руб.;

• 05.04.2017 платежным поручением № 1 от 05.04.2017 - 70 000 руб.,

и применении последствия недействительности сделки в виде восстановления положения существовавшего до нарушения права – в виде взыскания с Индивидуального предпринимателя ФИО2 в пользу ООО «ИНЭКОВИР» денежных средств в сумме 1 921 771,00 руб.

Определением от 16.02.2022 суд заявление конкурсного управляющего ООО «ИНЭКОВИР» ФИО3 удовлетворил. Признал недействительной (ничтожной) сделкой перечисление денежных средств с расчетного счета ООО «ИНЭКОВИР» в пользу Индивидуального предпринимателя ФИО2 1 921 771,00 руб. Применил последствия недействительности сделки в виде восстановления положения существовавшего до нарушения права - взыскал с Индивидуального предпринимателя ФИО2 в пользу ООО «ИНЭКОВИР» денежные средства в сумме 1 921 771,00 руб.

Ответчик не согласился с вынесенным определением и обратился с апелляционной жалобой, в которой просил определение суда отменить.

По мнению подателя жалобы, судом первой инстанции не учтено, что из представленной конкурсным управляющим выписки по расчетному счету следует, что в период с 05.04.2017 по 12.10.2018 ИП ФИО4, основным видом деятельности которого является «49.4. Деятельность автомобильного грузового транспорта и услуги по перевозкам», согласно выписки из ЕГРЮЛ, перечислялись денежные средства за автотранспортные услуги, что в общей сумме составило 1 921 771 руб. Производство платежей связано с конкретными правоотношениями - оказанием автотранспортных услуг. При этом, как указывал ответчик, доказательств того, что денежные средства были перечислены ошибочно, конкурсный управляющий не представил. Как следует из данных ЕГРЮЛ, основным видом деятельности ООО «ИНЭКОВИР» являлась 46.63 «Торговля оптовая машинами и оборудованием для добычи полезных ископаемых и строительства», что допускает использование автотранспорта для перевозки оборудования, в т.ч. для проведения показов и конференций в рекламных целях.

Кроме того, ответчик указывал на то, что на момент совершения платежей за оказанные автотранспортные услуги, ООО «ИНЭКОВИР» не имело никакой задолженности.

Также, ответчик обращал внимание на то, что вывод суда о том, что ИП ФИО4 входил в группу компаний ИНЭКОВИР, а также о том, что ответчик, в период совершения оспариваемых платежей являлся одним из основных контролирующих лиц группы компаний ООО «ИНЭКОВИР» не подтвержден доказательствами.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции ответчик доводы жалобы поддержал.

Конкурсный управляющий должника возражал против удовлетворения жалобы.

Законность и обоснованность определения суда проверены в апелляционном порядке.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, ООО «ИНЭКОВИР» перечислило ИП ФИО2 1 921 771,00 руб., в частности:

• 12.10.2018 платежным поручением № 1 от 12.10.2018 - 405 271 руб.;

• 24.07.2018 платежным поручением № 1 от 24.07.2018 - 390 000 руб.;

• 14.05.2018 платежным поручением № 75 от 14.05.2018 - 120 400 руб.;

• 14.05.2018 платежным поручением № 76 от 14.05.2018 - 105 600 руб.;

• 13.03.2018 платежным поручением № 46 от 13.03.2018 - 200 000 руб.;

• 25.10.2017 платежным поручением № 22 от 24.10.2017 - 150 000 руб.;

• 11.10.2017 платежным поручением № 11 от 11.10.2017 - 169 000 руб.;

• 29.08.2017 платежным поручением № 4 от 29.08.2017 - 80 000 руб.;

• 03.07.2017 платежным поручением № 17 от 03.07.2017 - 231 500 руб.;

• 05.04.2017 платежным поручением № 1 от 05.04.2017 - 70 000 руб.

В платежных поручениях указано назначение платежей: «Оплата по счету № 9 от 30.06.2017 за автотранспортные услуги».

В ответ на претензию ответчик сообщил, что платежи имели встречный характер, были осуществлены в рамках договора №01-04-17 от 01.04.2017.

Поскольку у конкурсного управляющего отсутствовали документы, подтверждающие встречный характер платежей, последний обратился к ответчику с претензией № 4/П от 16.06.2021.

Полагая, что указанные платежи являются недействительными на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве, конкурсный управляющий должника обратился в арбитражный суд с заявлением о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности.

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом, либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Как указано в абзаце 7 пункта 5 вышеназванного постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63, при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества. В пункте 7 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 разъяснено, что в силу первого абзаца пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом.

В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 АПК РФ) (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 12.03.2019 N 305-ЭС17-11710(4) по делу N А40-177466/2013).

Апелляционным судом установлено, что должник признан несостоятельным (банкротом) определением от 08.09.2020, следовательно, платежи за период с 05.04.2017 по 29.08.2017 совершены за пределами трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом, в связи с чем они не могут быть оспорены по специальным основаниям, предусмотренным в статье 61.2 Закона о банкротстве.

Однако, согласно разъяснениям, данным в пункте 4 Постановления N 63, наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2. и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки; сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (статья 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации отмечено, что не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

При установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно; никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (статья 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из содержания приведенных норм следует, что под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченных лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам. Положения статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации применяются при недобросовестном поведении (злоупотреблении правом) прежде всего при заключении сделки, которая оспаривается в суде (в том числе в деле о банкротстве), а также при осуществлении права исключительно с намерением причинить вред другому лицу или с намерением реализовать иной противоправный интерес, не совпадающий с обычным хозяйственным (финансовым) интересом сделок такого рода.

О злоупотреблении сторонами правом при заключении договора купли-продажи может свидетельствовать совершение спорной сделки не в соответствии с ее обычным предназначением, а с целью избежания возможного обращения взыскания на отчужденное имущество должника.

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки. Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагается (пункт 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Судом первой инстанции установлено, что ФИО2 (ИНН <***>) помимо деятельности в качестве индивидуального предпринимателя, также участвовал и (или) участвует в управлении следующими организациями:

1) ООО «ЮСТИНА» (ИНН <***>) генеральный директор и участник (50 % уставного капитала) - ФИО2;

2) ООО "ИНЭКОВИР-ФИНАНС" (ИНН <***>) ФИО2 - являлся директором с 18.10.2016 по 09.07.2020, и единственным участником (100 % уставного капитала) с 18.10.2016 по 03.12.2019.

3) ООО «ТПБО» (ИНН <***>) ФИО2 - является участником (33 % уставного капитала).

Президент должника - ООО «ИНЭКОВИР» ФИО5 (с 09.10.2003 до 24.02.2021) также являлся директором ООО «ИНЭКОВИР-ФИНАНС» с 09.07.2020 по 14.09.2020 и единственным участником ООО «ИНЭКОВИР-ФИНАНС» с 03.12.2019 по 24.08.2020.

Кроме того, ООО «ЮСТИНА» и ООО «ИНЭКОВИР-ФИНАНС» расположены по адресу: 393761, <...>.

Ранее по этому адресу располагалась база ООО «Мичуринский автобус» (ИНН: <***>), руководителем которого, также являлся ФИО2

Судом первой инстанции сделан вывод о том, что ООО «ИНЭКОВИР», совместно с ООО «ИНЭКОВИР-ФИНАНС», ООО «ЮСТИНА» и ИП ФИО2, по сути, осуществляли совместную деятельность по производству и продаже ВИР-оборудования.

Доводы жалобы не опровергают указанный вывод суда первой инстанции.

В Определении ВС РФ от 26.05.2017 N 306-ЭС16-20056 (6) указано, что доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абзаца двадцать шестого статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 N 948-1 "О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках" не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

Апелляционный суд полагает, что конкурсный управляющий представил достаточно доказательств о наличии фактической взаимосвязи должника и ответчика, как следствие, с учетом специфики рассмотрения дел о банкротстве, предполагающей повышенные стандарты доказывания и более активную роль суда в процессе представления и исследования доказательств, в том числе возможность критического отношения к документам, подписанным должником и кредитором, если содержание этих документов не подтверждается иными, не зависящими от названных лиц доказательствами, судебная коллегия приходит к выводу о том, что оспариваемые платежи совершены без встречного предоставления со стороны ответчика.

Так, формальное соблюдение требований законодательства (предоставление исключительно договора и актов, подписанные аффилированными лицами) не является достаточным основанием для вывода о встречном характере платежей.

Таким образом, оценив представленные в материалы дела доказательства в совокупности и взаимосвязи, апелляционный суд приходит к выводу о том, что перечисление денежных средств со счета должника в адрес ответчика в отсутствие обязательственных отношений между ними свидетельствуют о совершении действий в обход закона с противоправной целью - безвозмездный вывод ликвидных активов у юридического лица в пользу его аффилированного лица, что свидетельствует о злоупотреблении правом.

Оспариваемые сделки совершены исключительно с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов при осведомленности ответчика о цели причинения вреда и в целом о недействительности спорных сделок.

При этом, вопреки доводам жалобы, конкурсным управляющим доказано, что на момент совершения признанных недействительными платежей должник обладал признаками неплатежеспособности.

Решением суда Арбитражного суда Калининградской области от 27.07.2018, по делу № А21-2038/2017 оставленным без изменений апелляционной и кассационной инстанциями, с ООО «ИНЭКОВИР» в пользу ИП ФИО6 взыскано 1 927 943,07 руб., в т.ч.: 1 495 000 руб. основного долга и 432 943,07 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 13.03.2015 по 31.05.2018.

Впоследствии указанная задолженность стала основанием для возбуждения дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «ИНЭКОВИР» и была включена в реестр требований кредиторов.

С учетом правовой позиции, сформированной в определении ВС РФ от 12.02.2018 № 305-ЭС17-11710(3), согласно которой наличие обязательств должника с более ранним сроком исполнения, которые не были исполнены и впоследствии включены в реестр требований кредиторов подтверждает факт неплатежеспособности должника в период совершения сделки.

Довод апеллянта, что на момент совершения спорных платежей (с 05.04.2017 по 12.10.2018), решение о взыскании задолженности не вступило в законную силу, основан на неверном толковании закона.

О наличии задолженности у должника перед ИП ФИО6 ответчик не мог не знать ввиду аффилированности с должником.

В любом случае, оспариваемые сделки за период с 05.04.2017 по 20.08.2017 следует признать недействительными, как совершенные со злоупотреблением правом – без предоставления встречного обеспечения, а сделки, совершенные после 08.09.2017 признаются недействительными по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, как совершенные с целью причинения вреда кредиторам, так и по основаниям стать 10 ГК РФ, как совершенные со злоупотреблением правом.

При этом, апелляционный суд отмечает, что злоупотребление гражданином своими гражданскими правами всегда выражается в уменьшении должником стоимости или размера своего имущества, которые привели или могут привести к исключению возможности кредиторов получить удовлетворение за счет его стоимости (например, в случае отчуждения безвозмездно либо по заведомо заниженной цене третьим лицам). То есть, такое уменьшение означает наличие цели (намерения) в причинении вреда кредиторам (злоупотребление правом).

Довод ответчика о необоснованно отказе в отложении судебного заседания подлежит отклонению, поскольку в каждой конкретной ситуации суд, исходя из обстоятельств дела и мнения лиц, участвующих в деле, самостоятельно решает вопрос об отложении дела слушанием, за исключением тех случаев, когда суд обязан отложить рассмотрение дела ввиду невозможности его рассмотрения в силу требований АПК РФ.

В данном случае суд первой инстанции в рамках своих полномочий посчитал возможным рассмотреть заявление, отклонив последующее ходатайство ответчика об отложении судебного заседания в целях недопущения необоснованного затягивания рассмотрения дела.

Иные доводы жалобы не являются существенными и не способны повлиять на выводы суда, содержащиеся в обжалуемом судебном акте, поскольку они соответствуют фактическим обстоятельствам дела и оснований для его отмены в соответствии со статьей 270 АПК РФ апелляционная инстанция не усматривает.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта в соответствии с пунктом 4 статьи 270 АПК РФ, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь статьями 269 - 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

Определение Арбитражного суда Калининградской области от 16.02.2022 по делу № А21-8724/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.


Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.


Председательствующий


Н.В. Аносова


Судьи


Д.В. Бурденков

И.В. Сотов