Решение от 8 июня 2020 г. по делу № А51-393/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ПРИМОРСКОГО КРАЯ

690091, г. Владивосток, ул. Октябрьская, 27

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А51-393/2020
г. Владивосток
08 июня 2020 года
Резолютивная часть решения объявлена 03 июня 2020 года.

Полный текст решения изготовлен 08 июня 2020 года.

Арбитражный суд Приморского края в составе судьи Беспаловой Н.А.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании дело по заявлению общество с ограниченной ответственностью Общества с ограниченной ответственностью «Авторай» (ИНН <***>, ОГРН <***>, дата регистрации 22.01.2016)

к Владивостокской таможне (ИНН <***>, ОГРН <***>, дата регистрации 15.04.2005)

о признании незаконным решения от 08.12.2019 о внесении изменений в сведения, заявленные в ДТ №10702070/061119/0230373

при участии в судебном заседании:

от заявителя – представитель не явился, надлежаще извещен;

от ответчика – представитель ФИО2 (доверенность от 26.09.2019 № 333),

установил:

Общество с ограниченной ответственностью «Авторай» (далее – заявитель, общество, декларант) обратилось в Арбитражный суд Приморского края с заявлением к Владивостокской таможне (далее – ответчик, таможенный орган, таможня) о признании незаконным решение от 08.12.2019 о внесении изменений в сведения, заявленные в ДТ №10702070/061119/0230373 (далее – спорная ДТ).

Ходатайствует о взыскании с таможни судебных расходов на оплату услуг представителя в сумме 30 000 руб.

Заявитель в предварительное судебное заседание не явился, о времени и месте судебного разбирательства извещен надлежащим образом, представителей в судебное заседание не направил, представил в материалы дела ходатайство, в котором просил провести предварительное судебное заседание в отсутствие его представителя и указал, что не возражает относительно перехода к судебному разбирательству и рассмотрении дела по существу.

В связи с чем, предварительное судебное заседание проведено в порядке части 1 статьи 136 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), в отсутствие не явившихся представителей заявителя, по имеющимся в материалах дела доказательствам.

При отсутствии возражений сторон, в порядке части 4 статьи 137, части 3 статьи 156, статьи 200 АПК РФ, суд завершил предварительное судебное заседание и перешел к судебному разбирательству в арбитражном суде первой инстанции в отсутствии не явившихся представителей заявителя.

В обоснование своих требований общество в заявлении указало, что таможенным органом в ходе таможенного контроля таможенной стоимости, заявленной в спорной ДТ, не была предоставлена возможность доказать заявленную таможенную стоимость, определенную по первому методу «по стоимости сделки с ввозимыми товарами», поскольку до истечения установленного срока до 04.01.2020 для предоставления документов ее подтверждающих, таможней принято 08.12.2019 оспариваемое решение, что повлекло за собой доначисление таможенных платежей, чем нарушены права и законные интересы общества в сфере внешнеэкономической деятельности. Просит признать незаконным оспариваемое решение.

Представитель ответчика в судебном заседании не согласился с требованиями заявителя по доводам, изложенным в письменном отзыве. Полагает, что декларант в ходе таможенного контроля спорной ДТ не воспользовался правом доказать правомерность избранного им метода определения таможенной стоимости товаров и достоверность предоставляемых им документов. В связи с чем, считает, что решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в спорной ДТ, принято законно и обоснованно. Изложенные обстоятельства, по мнению таможни, свидетельствует об отсутствии оснований для удовлетворения требований заявителя.

Изучив материалы дела, суд установил следующее.

В ноябре 2019 во исполнение внешнеторгового контракта от 19.09.2019, заключенного между заявителем (покупатель) и иностранной компанией (продавец) на таможенную территорию Евразийского экономического союза на условиях поставки FOB QINGDAO были ввезен товар 8-ми наименований из Китая, общей суммой по счету 25 524 долларов США и с применением системы электронного декларирования задекларирован по ДТ № 10702070/061119/0230373 (далее – спорная ДТ).

Таможенная стоимость заявлена декларантом с применением основного метода определения таможенной стоимости «по стоимости сделки с ввозимыми товарами», в подтверждение которой предоставил таможне сведения о контракте, коносаменте, паспорте сделки и иных документах, заявив их в графе 44 спорной ДТ и дополнению к ней.

В целях проверки полноты заявленных сведений и правомерности определения декларантом таможенной стоимости товара по спорной ДТ таможня решением от 07.11.2019 запросила документы и (или) сведения в срок до 15.11.2019, перечислив их перечень, также указав, что для выпуска товаров необходимо в срок до 16.11.2019 предоставить обеспечение по уплате таможенных пошлин, налогов и сообщив, что при выпуске товаров в соответствии со статьей 121 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза документы и (или) сведения, запрошенные таможенным органом, могут быть представлены после выпуска товаров в срок до 04.01.2020.

Во исполнение требований таможенного органа обществом до выпуска товаров посредством электронного обмена сообщениями 10.11.2019 направлен таможне ответ на указанное решение с целью выпуска товаров, а также 16.11.2019 предоставлены пояснения по запрашиваемым документам о том, что бухгалтерских документов о планируемой реализации партии товаров не имеется, так как договоры поставки не заключены, сообщив, что партия товаров является первой в рамках исполнения внешнеторгового контракта от 19.09.2019 б/н.

Товар выпущен таможней согласно заявленной таможенной процедуре 16.11.2019.

Посчитав, что сведения, использованные декларантом при заявлении таможенной стоимости товаров, не основаны на количественно определенной и документально подтвержденной информации, 08.12.2019 таможня приняла решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, указанные в спорной ДТ.

Полагая, что установив для общества сроки для предоставления документов с 7 по 16 ноября 2019 для выпуска товаров под обеспечение уплаты таможенных платежей и с 17 ноября 2019 по 04 января 2020 для реализации права для подтверждения заявленной таможенной стоимости, тем не менее таможней 08.12.2019 принято оспариваемое решение без предоставления обществу права реализовать возможность доказать заявленную таможенную стоимость по спорной ДТ, общество обратилось в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением.

Исследовав материалы дела, оценив доводы сторон, проанализировав законность оспариваемого решения, суд полагает, что заявленное требование подлежит удовлетворению в полном объеме.

Согласно части 1 статьи 198, части 4 статьи 200 АПК РФ для признания ненормативного акта государственного органа недействительным, его действий (бездействия) незаконными суду необходимо одновременно установить как несоответствие их закону или иному нормативному правовому акту, так и нарушение прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

В пункте 1 статьи 38 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза (далее - ТК ЕАЭС) определено, что положения главы 5 «Таможенная стоимость товаров» базируются на общих принципах и правилах, установленных статьей VII Генерального соглашения по тарифам и торговле 1994 года (ГАТТ 1994).

В соответствии с пунктами 9, 10, 13, 14 статьи 38 ТК ЕАЭС таможенная стоимость товаров определяется декларантом. Определение таможенной стоимости товаров не должно быть основано на использовании произвольной или фиктивной таможенной стоимости товаров. Таможенная стоимость товаров и сведения, относящиеся к ее определению, должны основываться на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации. Положения настоящей главы не могут рассматриваться как ограничивающие или ставящие под сомнение права таможенных органов убеждаться в достоверности или точности любого заявления, документа или декларации, представленных для подтверждения таможенной стоимости товаров.

Таможенные органы осуществляют контроль таможенной стоимости в порядке и формах, установленных разделом VI ТК ЕАЭС.

В силу пункта 1 статьи 313 ТК ЕАЭС, при проведении таможенного контроля таможенной стоимости товаров, заявленной при таможенном декларировании, таможенным органом осуществляется проверка правильности определения и заявления таможенной стоимости товаров (выбора и применения метода определения таможенной стоимости товаров, структуры и величины таможенной стоимости товаров, документального подтверждения сведений о таможенной стоимости товаров).

Порядок проверки документов и сведений при проведении таможенного контроля таможенной стоимости до выпуска товаров установлен статьями 324, 325 ТК ЕАЭС.

В соответствии с пунктами 4, 5 статьи 325 ТК ЕАЭС, при проведении контроля таможенный орган вправе запросить коммерческие, бухгалтерские документы, сертификат о происхождении товара и (или) иные документы и (или) сведения, в том числе письменные пояснения, необходимые для установления достоверности и полноты проверяемых сведений, заявленных в таможенной декларации, и (или) сведений, содержащихся в иных документах, в следующих случаях: документы, представленные при подаче таможенной декларации либо представленные в соответствии с пунктом 2 настоящей статьи, не содержат необходимых сведений или должным образом не подтверждают заявленные сведения; таможенным органом выявлены признаки несоблюдения положений настоящего Кодекса и иных международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования и (или) законодательства государств-членов, в том числе недостоверности сведений, содержащихся в таких документах.

Запрос документов и (или) сведений у декларанта в соответствии с пунктом 4 настоящей статьи должен быть обоснованным и должен содержать перечень признаков, указывающих на то, что сведения, заявленные в таможенной декларации, и (или) сведения, содержащиеся в иных документах, должным образом не подтверждены либо могут являться недостоверными, перечень дополнительно запрашиваемых документов и (или) сведений, а также сроки представления таких документов и (или) сведений.

Перечень запрашиваемых документов и (или) сведений определяется должностным лицом таможенного органа исходя из проверяемых сведений с учетом условий сделки с товарами, характеристик товара, его назначения, а также иных обстоятельств.

Пунктом 7 статьи 325 ТК ЕАЭС установлены сроки, в которые запрошенные в соответствии с пунктом 4 статьи 325 ТК ЕАЭС документы и (или) сведения либо объяснение причин, по которым такие документы и (или) сведения не могут быть представлены и (или) отсутствуют, должны быть представлены декларантом.

В силу части 8 статьи 325 ТК ЕАЭС в случае, если запрошенные в соответствии с пунктом 4 настоящей статьи документы и (или) сведения, в том числе письменные пояснения, либо объяснения причин, по которым такие документы и (или) сведения не могут быть представлены и (или) отсутствуют, не представлены в сроки, установленные пунктом 7 настоящей статьи, и не соблюдено условие, предусмотренное статьей 121 настоящего Кодекса, таможенный орган отказывает в выпуске товаров в соответствии со статьей 125 настоящего Кодекса.

Согласно пункту 9 статьи 325 ТК ЕАЭС, документы и (или) сведения, запрошенные в соответствии с пунктами 1 и 4 настоящей статьи, должны быть представлены лицами, у которых они запрошены, одним комплектом (одновременно) по каждому запросу.

Одновременно с запрошенными таможенным органом документами и (или) сведениями лицами, у которых они запрошены, могут быть представлены иные документы и (или) сведения в целях подтверждения достоверности и полноты сведений, заявленных в таможенной декларации, и (или) сведений, содержащихся в иных документах.

Документы и (или) сведения, запрошенные таможенным органом и не представленные в срок, указанный в пункте 7 настоящей статьи, для завершения проверки таможенных, иных документов и (или) сведений могут быть представлены декларантом после выпуска товаров в срок, не превышающий 60 календарных дней со дня регистрации таможенной декларации, за исключением случая, предусмотренного пунктом 2 статьи 314 настоящего Кодекса (абзац 1 статьи 325 ТК ЕАЭС).

Проверка таможенных, иных документов и (или) сведений завершается таможенным органом не позднее 30 календарных дней со дня представления запрошенных документов и (или) сведений, а если такие документы и (или) сведения не представлены в срок, установленный абзацем первым настоящего пункта, - со дня истечения такого срока (абзац 2 статьи 325 ТК ЕАЭС).

В силу пункта 15 статьи 325 ТК ЕАЭС, если представленные в соответствии с указанной статьей документы и (или) сведения либо объяснения причин, по которым такие документы и (или) сведения не могут быть представлены и (или) отсутствуют, не устраняют оснований для проведения проверки таможенных, иных документов и (или) сведений, таможенный орган до истечения срока, установленного 2 абзацем пункта 14 статьи 325 ТК ЕАЭС, вправе запросить дополнительные документы и (или) сведения, в том числе письменные пояснения, необходимые для установления достоверности и полноты проверяемых сведений, заявленных в таможенной декларации, и (или) сведений, содержащихся в иных документах.

Такие дополнительные документы и (или) сведения, в том числе письменные пояснения, должны быть представлены не позднее 10 календарных дней со дня регистрации таможенным органом запроса (пункт 15 статьи 325 ТК ЕАЭС).

На основании пункта 12 статьи 325 ТК ЕАЭС, в случае если проверка таможенных, иных документов и (или) сведений не может быть завершена в сроки выпуска товаров, установленные статьей 119 ТК ЕАЭС, в том числе в связи с непредставлением документов и (или) сведений в сроки, установленные пунктом 7 статьи 325 ТК ЕАЭС, таможенный орган информирует декларанта о возможности произвести выпуск товаров в соответствии со статьей 121 ТК ЕАЭС.

По правилам пункта 1 статьи 62 ТК ЕАЭС исполнение обязанности по уплате таможенных пошлин, налогов обеспечивается в случаях, предусмотренных статьями 58, 120 - 122, 143, 177 и 304 Кодекса, если иное не установлено в соответствии с указанными статьями.

При выпуске товаров с особенностями, предусмотренными статьями 121 и 122 Кодекса, размер обеспечения исполнения обязанности по уплате таможенных пошлин, налогов определяется как сумма таможенных пошлин, налогов, которые могут дополнительно подлежать уплате по результатам таможенного контроля, таможенной экспертизы, с учетом пунктов 3 и 5 данной статьи (пункт 4 статьи 65 ТК ЕАЭС).

В силу пункта 1 статьи 121 ТК ЕАЭС выпуск товаров до завершения проверки таможенных, иных документов и (или) сведений, которая не может быть завершена в сроки выпуска товаров, производится таможенным органом при условии, что уплачены таможенные пошлины, налоги, специальные, антидемпинговые, компенсационные пошлины в размере, исчисленном в декларации на товары, и предоставлено обеспечение исполнения обязанности по уплате таможенных пошлин, налогов, специальных, антидемпинговых, компенсационных пошлин в размере, определенном в соответствии с пунктами 4 и 5 статьи 65 и пунктами 5 и 6 статьи 75 Кодекса.

Основываясь на положениях пункта 13 статьи 38, пункта 17 статьи 325 ТК ЕАЭС, таможенный орган принимает решение о внесении изменений (дополнений) в сведения о таможенной стоимости, заявленные в таможенной декларации по результатам проверки таможенных, иных документов и (или) сведений, начатой до выпуска товаров, если соответствие заявленной таможенной стоимости товаров их действительной стоимости не нашло своего подтверждения по результатам таможенного контроля, в том числе при сохранении признаков недостоверности заявленной таможенной стоимости, не устраненных по результатам таможенного контроля.

В соответствии с пунктом 18 статьи 325 ТК ЕАЭС, при завершении проверки таможенных, иных документов и (или) сведений в случае, если документы и (или) сведения, запрошенные таможенным органом в соответствии с пунктами 4 и 15 настоящей статьи, либо объяснения причин, по которым такие документы и (или) сведения не могут быть представлены и (или) отсутствуют, не представлены в установленные настоящей статьей сроки, таможенным органом на основании информации, имеющейся в его распоряжении, принимается решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в таможенной декларации, в соответствии со статьей 112 настоящего Кодекса.

Учитывая вышеизложенные нормы права, в целях надлежащей реализации прав декларанта таможенный орган обязан известить его об основаниях, по которым представленные при проведении дополнительной проверки документы и сведения о товаре не устраняют имеющиеся сомнения в достоверности заявленной таможенной стоимости, в том числе с учетом иных собранных таможенным органом документов и полученных сведений (например, сведений, полученных от лиц, имеющих отношение к производству, перемещению и реализации товара, контрагентов декларанта и таможенных органов иностранных государств).

Получив такое извещение, декларант вправе представить возражения (пояснения) по выявленным таможенным органом признакам недостоверного декларирования таможенной, которые должны быть учтены таможенным органом при принятии окончательного решения.

Материалами дела установлено, что декларирование товаров 06.11.2019 осуществлялось обществом посредством электронного декларирования и в ходе контроля заявленной таможенной стоимости товаров по спорной ДТ, таможенным органом были выявлены признаки, указывающие на то, что заявленные сведения и представленные к таможенному оформлению документы могут являться недостоверными либо должным образом не подтверждены, следовательно, недостаточны для подтверждения заявленной таможенной стоимости товара по первому методу.

В связи с этим, таможенным органом направлен обществу запрос о представлении документов и (или) сведений от 07.11.2019 с целью подтверждения заявленной таможенной стоимости товаров и устранения выявленных противоречий. Срок представления запрошенных документов и сведений установлен таможенным органом в соответствии с пунктом 7 статьи 325 ТК ЕАЭС до 15.11.2019 и сообщено, что при выпуске товаров в соответствии со статьей 121 ТК ЕАЭС запрошенные документы и сведения могут быть представлены до 04.01.2020 после выпуска товаров.

Обязанность декларанта представлять таможенному органу документы, подтверждающие, заявленные в таможенной декларации в случаях, предусмотренных ТК ЕАЭС, установлена подпунктом 2 пункта 2 статьи 84 ТК ЕАЭС. При этом пунктом 3 указанной статьи установлено, что декларант несет ответственность в соответствии с законодательством государств-членов ЕАЭС за неисполнение обязанностей, предусмотренных пунктом 2 статьи 84 ТК ЕАЭС.

Судом установлено, что декларантом представлены 10.11.2019 и 16.11.2019 документы и сведения, запрошенные таможней в установленный срок для выпуска товаров, по результатам анализа которых таможней 16.11.2019 принято решение о выпуске товаров.

Также посчитав, что общество не выполнило требования законодательства, установленные пунктом 10 статьи 38 ТК ЕАЭС, по тем основаниям, что анализ документов, представленных декларантом до установленного срока их предоставления 04.01.2020, в подтверждение заявленной таможенной стоимости выявил невозможность применения метода по стоимости сделки с ввозимыми товарами, поскольку заявленная таможенная стоимость товаров основана на недостоверной, количественно не определяемой и документально не подтвержденной информации, таможней 08.12.2019 принято решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, указанные в спорной ДТ.

В обоснование принятия решения от 08.12.2019 о внесении изменений (дополнений) в сведения, указанные в спорной ДТ таможенный орган ссылается на отсутствие в предоставленном счете по оплате международной перевозки от 01.10.2019 № 476 сведений о номере контейнера и номере коносамента, указанные в графе 44 ДТ № 10702070/061119/0230373 и не отражает вознаграждение экспедитору в нарушение пункта 1.1 договора ТЭО от 12.03.2019 № VL-027/19, что не позволило его идентифицировать с ввезенной поставкой, а также указывает на не предоставление заявки на фрахт, предусмотренной в пунктах 1.4 - 1.7 договора от 12.03.2019 ТЭО № VL-027/19, спецификации к контракту, что противоречит пункту 3.1 контракта от 19.09.2019 б/н, которым оговорено, что «количество, ассортимент и цена товара для каждой поставки согласуются путем телефонных переговоров и закрепляются в спецификации на поставку», документов об оплате партии товаров, прайс-листов, коммерческого предложения или публичной оферты, заказов продавца и изготовителя товара, что не позволило проанализировать сведения о стоимости ввозимого товара в стране отправления и объяснить отличие цены сделки от первоначальной цены предложения (в случае наличия такового), бухгалтерских документов об оприходовании товаров по декларируемой партии товаров или по предыдущим поставкам идентичных товаров, что не позволило осуществить проверку сведений поддающихся количественному определению с использованием данных бухгалтерского учета покупателя, уточнить условия приобретения ввозимого товара и величину расходов, связанных с приобретением товаров, а также сведений о наличии/отсутствии предоставленных продавцом скидок покупателю на данную партию товаров.

Оценив основания принятия таможней указанного решения, суд приходит к выводу о том, что оспариваемое решение принято до истечения срока, установленного до 04.01.2020 таможней для предоставления испрашиваемых решением от 07.11.2019 документов и сведений, тем самым нарушив право декларанта доказать достоверность представленных им документов и сведений, устранить сомнения таможни в достоверности заявленных сведений в отношении партии товаров по спорной ДТ.

Судом отклоняется в качестве основания для отказа в удовлетворении заявленных требований, довод таможенного органа о том, что в случае предоставления декларантом документов в ответ на запрос документов и сведений, таможенным органом применяется 30-дневный срок проверки документов, установленный абзацем 2 пункта 14 статьи 325 ТК ЕАЭС, который при принятии оспариваемого решения исчислялся таможенным органом с 16.11.2019 – момента предоставления декларантом пояснений об отсутствии бухгалтерских документов о планируемой реализации товаров.

Так, в соответствии с абз. 2 пункта 14 статьи 325 ТК ЕАЭС, проверка таможенных, иных документов и (или) сведений завершается таможенным органом не позднее 30 календарных дней со дня представления запрошенных документов и (или) сведений, а если такие документы и (или) сведения не представлены в срок, установленный абзацем первым настоящего пункта, - со дня истечения такого срока.

Таким образом, при применении 30-дневного срока предоставления документов, решение о внесении изменений в сведения, заявленные в ДТ подлежало вынесению таможенным органом не позднее 16.12.2019, тогда как оспариваемое решение принято и с нарушением данного срока и вынесено 08.12.2019. При этом, запрошенные таможенным органом документы и пояснения декларанта об отказе в представлении запрошенных документов декларантом не представлены.

Оснований для оценки пояснений декларанта от 16.11.2019 об отсутствии бухгалтерских документов о планируемой реализации товаров как отказ от предоставления документов в полном объеме по запросу от 07.11.2019 у таможенного органа не имелось.

Кроме того, в силу пункта 15 статьи 325 ТК ЕАЭС, дополнительно уведомление о запросе документов и сведений по возникшим вопросам после изучения представленных испрашиваемых документов для подтверждения заявленной таможенной стоимости товаров по спорной ДТ и устранения выявленных противоречий, таможней обществу также не направлялось.

Суд полагает, что таможенный орган имел возможность устранить имеющиеся у него сомнения в достоверности заявленной таможенной стоимости, дополнительно предоставив обществу в соответствии с пунктом 15 статьи 325 ТК ЕАЭС право доказать заявленную таможенную стоимость.

Согласно пункту 1 статьи 39 ТК ЕАЭС, при определении таможенной стоимости товаров по первому методу (по стоимости сделки с ввозимыми товарами) таможенной стоимостью товаров, ввозимых на таможенную территорию таможенного союза, является стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для вывоза на таможенную территорию таможенного союза, дополненная в соответствии с положениями статьи 40 ТК ЕАЭС и при соблюдении условий, перечисленных в подпунктах 1) - 4) пункта 1 статьи 39 ТК ЕАЭС. Ценой, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, является общая сумма всех платежей за эти товары, осуществленных или подлежащих осуществлению покупателем непосредственно продавцу или иному лицу в пользу продавца. При этом платежи могут быть осуществлены прямо или косвенно в любой форме, не запрещенной законодательством государств-членов.

На основании пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС при определении таможенной стоимости ввозимых товаров по стоимости сделки с ними к цене, фактически уплаченной или подлежащей уплате за эти товары, добавляются дополнительные начисления в виде расходов на перевозку (транспортировку) ввозимых товаров до места прибытия таких товаров на таможенную территорию Союза (подпункт 4) и в виде расходов на погрузку, разгрузку или перегрузку ввозимых товаров и проведение иных операций, связанных с их перевозкой (транспортировкой) до места прибытия таких товаров на таможенную территорию Союза (подпункт 5).

Поскольку определение таможенной стоимости должно основываться на критериях, совместимых с коммерческой практикой, обязанность представления по требованию таможенного органа документов для подтверждения заявленной таможенной стоимости может быть возложена на декларанта только в отношении тех документов, которыми тот обладает либо должен располагать в силу закона или обычаев делового оборота.

В силу пункта 9 статьи 38 ТК ЕАЭС определение таможенной стоимости товаров не должно быть основано на использовании произвольной или фиктивной таможенной стоимости товаров.

В силу пункта 10 статьи 38 ТК ЕАЭС таможенная стоимость товаров и сведения, относящиеся к ее определению, должны основываться на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации.

Анализ положений внешнеторгового контракта от 19.09.2019 и спецификации от 22.10.2019 № 1 к нему, предоставленных заявителем в материалы дела, показывает, что при заключении сделки стороны согласовали все существенные условия (в том числе ее предмет), а также предусмотрели механизм определения ассортимента, цены и условий поставки, оплаты партии товара.

Таким образом, рассматриваемая сделка заключена в письменной форме с учетом правил статей 160, 432, 434 Гражданского кодекса Российской Федерации и позволяет определить ее предмет и условия ее совершения.

Вместе с этим, представленные в материалы дела доказательства свидетельствуют об исполнении продавцом по контракту принятых обязательств и отсутствии каких-либо замечаний по их исполнению со стороны общества.

Указанная обществом в графах 22 и 42 стоимость товаров совпадает с ценой, указанной в коммерческих документах, и, как следствие, с ценой, подлежащей уплате продавцу, согласно формулировке пункта 1 статьи 39 ТК ЕАЭС.

В материалы дела заявителем представлены спецификация от 22.10.2019 № 1, платежные поручения от 25.09.2019 № 20 и от 24.10.2019, в которых имеются сведения о реквизитах сторон рассматриваемой внешнеторговой сделки и указание на контракт от 19.09.2019 и ведомость банковского контроля, из которой следует, что партия товаров по спорной ДТ оплачена обществом в размере согласованном сторонами контракта в спецификации от 22.10.2019 № 1, оформленной на партию товаров по спорной ДТ.

Как следует из материалов дела в распоряжении таможни имелись сведения о номере паспорта сделки (графа 44 спорной ДТ), тем самым у таможенного органа не должно было возникнуть сомнений в действительности и заключенности сделки, так как для открытия валютного контроля в отношении внешнеэкономической сделки в банк обслуживания предоставляется контракт со всеми реквизитами, в том числе с подписями и печатями сторон (пункт 2.5. Инструкции Банка России от 16.08.2017 № 181-И «О порядке представления резидентами и нерезидентами уполномоченным банкам подтверждающих документов и информации при осуществлении валютных операций, о единых формах учета и отчетности по валютным операциям, порядке и сроках их представления».)

В материалы дела заявителем представлена экспортная декларация, в которой заявлены сведения о товаре, номере контейнера, наименовании транспортного средства, условии поставки, являющиеся аналогичными с указанными в спорной ДТ, что позволяет идентифицировать спорную поставку и соотнести с рассматриваемой спорной ДТ данный документ.

Таким образом, из содержания представленных в материалы дела коммерческих и иных товаросопроводительных документов следует, какой товар, по какой цене и на каких условиях ввезен на таможенную территорию ЕАЭС.

Доказательств того, что фактически к таможенному оформлению предъявлен товар, отличный по количеству и ассортименту от указанного в коммерческих и товаросопроводительных документах, в материалах дела отсутствуют.

Как следует из материалов дела, в целях определения таможенной стоимости товаров на основании подпункта 4 пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС обществом, учитывая условие поставки FOB Циндао, были произведены дополнительные начисления на сумму понесенных транспортных расходов, величина которых подтверждена посредством предоставления таможне коносамента, договора международной перевозки от 12.03.2019 № VL-027/19, счета на оплату от 01.10.2019 № 476.

Учитывая факт установления судом не предоставления декларанту возможности по запросу от 07.11.2019 направить испрашиваемые таможней дополнительные документы в срок до 04.01.2020 после выпуска товаров, судом не принимаются указания таможни в оспариваемом решении от 08.12.2019 о не подтверждении декларантом структуры таможенной стоимости в части дополнительных начислений к цене сделки виде транспортных расходов.

В материалы дела заявителем представлена заявка перевозчику от 18.10.2019 № 2, оформленная к договору международной перевозки от 12.03.2019 № VL-027/19, в которой имеются сведения о номере контейнера, которые указаны в спорной ДТ и экспортной декларации, а также имеется информация о маршруте следования груза, который включает в себя, в том числе порт Циндао-Владивосток и стоимость морской перевозки составила 800 долларов США, а также Владивосток – Улан-Удэ стоимость ЖД перевозки составила 148 500 руб.

В материалы дела заявителем также представлен счет на оплату от 19.11.2019 № 561, выставленный обществу перевозчиком по договору международной перевозки от 12.03.2019 № VL-027/19 за доставку груза по маршруту следования Владивосток – Улан-Удэ, в котором отображена стоимость оказанных услуг посредством ЖД перевозки в размере 148 500 руб.

Доказательства того, что перевозчиком выставлялся отдельный счет на оплату соответствующих дополнительных услуг, не оговоренных в заявке и по иной стоимости, не согласованной тарифами и ставками, а также того, что стоимость организации перевозчиком международной перевозки партии товара по спорной ДТ и фрахта занижена, в материалы дела не содержат.

С учетом изложенного, представленные обществом суду документы (в совокупности) выражают содержание сделки, содержат ценовую информацию, относящуюся к количественно определенным характеристикам товара, информацию об условиях поставки и оплаты за товары.

Как установлено судом декларант был лишен возможности представить данные документы до 04.01.2020 таможне в ходе таможенного контроля таможенной стоимости товаров по спорной ДТ в связи с принятием таможней 08.12.2019 решения о внесении изменений (дополнений) в сведения, указанные в спорной ДТ.

Судом не принимаются доводы таможни, положенные в основание принятия оспариваемого решения о не предоставлении декларантом прайс-листов, коммерческого предложения или публичной оферты, заказов продавца и изготовителя товара, поскольку существенные условия поставки партии товаров по спорной ДТ не подлежали согласованию в прайс-листе продавца или производителя товаров, коммерческом предложении.

Судом отмечается, что прайс-лист представляет собой лишь коммерческое предложение от фирмы-продавца/изготовителя. Информация прайс-листа может являться лишь справочной, либо проверочной величиной в совокупности с иными коммерческими документами, но не основным коммерческим документом, свидетельствующим об условиях конкретной сделки, ни тем более основанием для корректировки таможенной стоимости.

Кроме того, прайс-листы изготовителя, адресованные неопределенному кругу лиц и содержащие публичную оферту, не исключают возможность достижения между продавцом и покупателем согласия об иной цене товара, отличающейся от цены, содержащейся в таких прайс-листах (прейскурантах), с учетом условий поставки и отдельных факторов экономического характера (количество поставляемого товара, скидки, обусловленные снижением его востребованности на потребительском рынке на момент заключения и в ходе исполнения контракта, распределение обязанностей по доставке товара, связанных с ней расходам, риска гибели, порчи товара, изменение обстоятельств, касающихся производства товаров). При этом прайс-лист изготовителя товаров не входит в обязательный перечень документов и сведений, необходимых для таможенного оформления товаров.

Положения контракта, спецификации подтверждали цену сделки, содержали сведения о наименовании, количестве и фиксированной цене товара, согласованных между сторонами внешнеэкономической сделки. Доказательств недостоверности указанных документов либо заявленных в них сведений таможней суду не представлено.

Принимая во внимание, что в соответствии с условиями контракта продавец поставил в адрес общества товар на сумму 25 524 долларов США, согласованный в спецификации от 22.10.2019 № 1, а последний его оплатил, у суда отсутствуют основания считать, что стороны внешнеэкономической сделки не достигли условий о наименовании, количестве и стоимости поставляемого товара по спорной ДТ.

Реальность совершенной хозяйственной операции таможенным органом не оспаривается, недостоверность декларирования товара заявителю не вменяется. Количество товара и его технические характеристики также остались неизменными.

Представленные заявителем сведения позволяют идентифицировать декларируемый товар с товаром по заявленным условиям сделки.

Указание таможней в оспариваемом решении на не предоставление декларантом бухгалтерских документов об оприходовании товаров, суд расценивает как необоснованное, поскольку в ходе дополнительной проверки декларант сообщил, что документы о реализации у него отсутствуют, ввозимая партия товаров является первой в рамках контракта от 19.09.2019 б/н.

Судом отмечается, что документы об оприходовании товаров по декларируемой партии товара и предыдущим поставкам являются внутренними документами заявителя, не подтверждающими таможенную стоимость товара по конкретной поставке, поскольку могут служить лишь материалом для анализа; аналитические данные таможня обязана затем реализовать в конкретные документальные доказательства недостоверности цены, т.е. доказать, что ввозная цена искусственно занижается в целях уменьшения таможенных платежей.

При этом, оприходование товара в учете организации не относится к сфере контроля таможенного органа, конкретный вариант учета товаров и расходов устанавливается организацией самостоятельно и отражается в учетной политике предприятия.

Суд полагает, что на таможенные органы таможенным законодательством не возложена обязанность в ходе таможенного контроля осуществлять контроль за всей экономико-хозяйственной деятельностью лица, декларирующего товары при их перемещении через таможенную границу ЕАЭС.

Указание таможни в оспариваемом решении о не предоставлении декларантом сведений о наличии/отсутствии предоставленных продавцом скидок покупателю на партию товаров по спорной ДТ, судом отклоняется, поскольку таможня не конкретизировала, какие именно документы требуется представить, а также доказательств, что у общества имелись данные документы.

Утверждение таможенного органа в оспариваемом решении, положенное в одно из оснований для его принятия, о том, что по итогам сравнительного анализа были выявлены значительные расхождения между заявленными декларантом сведениями о величине таможенной стоимости со сведениями, имеющимися в распоряжении таможенного органа, полученными с использованием системы управления рисками, не может быть принят судом во внимание, поскольку эти данные не являются нормативными правовыми актами, регулирующими порядок определения таможенной стоимости.

Информация, содержащаяся в базах данных ДТ, носит учетно-статистический характер и не обладает необходимыми признаками, установленными законом, позволяющими использовать ее в качестве основы для определения таможенной стоимости по методам по цене сделки с идентичными или однородными товарами.

В этом смысле различие цены сделки с ценовой информацией, содержащейся в других источниках, не относящихся непосредственно к указанной сделке, не может рассматриваться как наличие такого условия либо как доказательство недостоверности условий сделки и является лишь основанием для проведения проверочных мероприятий.

Кроме того, как следует из указания таможни в оспариваемом решении о том, что с помощью использования ИСС «Малахит» выявлены отклонения по товарам в меньшую сторону заявленного ИТС долл. США за килограмм от среднего ИТС долл. США за килограмм по наименованию товара по РТУ и ФТС, а также о том, что анализ базы данных ИАС «Мониторинг-Анализ» показал, что однородные товары по ФТС и РТУ России по доказанной стоимости сделки задекларированы выше, чем в спорной ДТ, судом не принимается, поскольку данное отклонение объяснено декларантом путем представления суду экспортной декларации и документов об оплате партии товаров в согласованном в спецификации от 22.10.2019 № 1 размере.

При этом, на формирование рыночной цены может оказывать влияние система факторов, в том числе: технические, функциональные и качественные характеристики товара, коммерческие условия сделки, налоги страны импорта, и прочие. Эти причины могут привести к объективным расхождениям в уровне цен на один и тот же товар.

Таким образом, довод таможенного органа о том, что заявленная обществом таможенная стоимость товара имеет низкий уровень, согласно ценовой информации, имеющейся в базе данных таможенных органов, не может рассматриваться как доказательство недостоверности условий сделки и служить основанием для внесения изменений (дополнений) в сведения, указанные в спорной ДТ.

В то же время материалами дела наличия каких-либо ограничений и условий, которые могли повлиять на цену сделки при заключении контракта, а также условий, влияние которых не может быть учтено, таможней не доказано, равно как не представлены доказательства невозможности применения метода по стоимости сделки с ввозимыми товарами.

При таких обстоятельствах различие цены сделки с ценовой информацией, содержащейся в других источниках, не относящихся непосредственно к указанной сделке, не может рассматриваться как наличие такого условия либо как доказательство недостоверности условий сделки и является лишь основанием для проведения проверочных мероприятий.

В представленной в материалы дела таможенным органом таблице (данные ИСС «Малахит») указаны лишь код ТН ВЭД ТС, страна происхождения, ИТС и величина отклонения, а такие важные показатели, влияющие на таможенную стоимость декларируемого товара, как условия поставки, описание товара, количество и другие, которые напрямую связаны с таможенной стоимостью и на нее влияют, в таблице отсутствуют.

С учетом данных положений примененная сторонами внешнеторговой сделки цена ввозимых товаров не может быть отклонена по мотиву одного лишь несогласия таможенного органа с ее более низким уровнем в сравнении с ценами на однородные (идентичные) ввозимые товары или ее отличия от уровня цен, установившегося во внутренней торговле.

Доказательств того, что продавцу за поставленный товар был оплачен иной размер денежной суммы, чем указан в сопроводительных документах к спорной ДТ, таможенным органом не представлено.

Основания невозможности применения метода по стоимости сделки с ввозимыми товарами, указанные в пункте 2 статьи 39 ТК ЕАЭС, таможенным органом, не установлены. Доказательств обратного в материалы дела ответчиком не представлено.

Исходя из вышеизложенного, суд приходит к выводу о том, что со стороны таможенного органа, осуществившего внесение изменений (дополнений) в сведения об исчисленных таможенных пошлинах, налогах, заявленные в спорной ДТ, не доказаны те факты, обязанность доказывания которых в силу вышеназванных правил распределения бремени доказывания по спорам в рамках контроля таможенной стоимости лежит на таком органе.

Оспариваемое решение повлекло негативные последствия для заявителя в виде необоснованного доначисления и уплаты таможенных платежей, чем были нарушены его права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Арбитражный суд, установив, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, принимает решение о признании ненормативного правового акта недействительным, решений и действий (бездействия) незаконными (часть 2 статьи 201 АПК РФ).

При таких обстоятельствах суд не находит оснований для отказа в удовлетворении требования заявителя о признании незаконным решения от 08.12.2019 о внесении изменений (дополнений) в сведения, указанные в ДТ №10702070/061119/0230373, принятого ответчиком.

Как следует из пункта 3 части 5 статьи 201 АПК РФ, понуждение органа, осуществляющего публичные полномочия, принять решение или иным образом устранить допущенные нарушения прав и законных интересов заявителя, не относится к исковым требованиям, а является способом устранения нарушенного права.

В соответствии с частью 1 статьи 4 АПК РФ заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, самостоятельно определив способы их судебной защиты соответствующих статье 12 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Выбор способа защиты нарушенного права осуществляется заявителем и должен действительно привести к восстановлению нарушенного материального права или реальной защите законного интереса.

Избранный заявителем способ защиты должен быть соразмерен нарушению и не должен выходить за пределы, необходимые для его применения.

При этом суд вправе самостоятельно определять способ восстановления нарушенного права заявителя.

Возврат сумм излишне уплаченных (взысканных) платежей во исполнение решения суда производится таможенным органом в порядке, установленном таможенным законодательством (абзац 3 пункт 33 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 26.11.2019 № 49 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза»).

Принимая во внимание изложенное, суд обязывает таможню возвратить обществу излишне взысканные таможенные платежи по ДТ № 10702070/061119/0230373, окончательный размер которых таможне определить на стадии исполнения судебного решения.

Заявленное ходатайство о взыскании судебных издержек по оплате услуг представителя не подлежит удовлетворению в силу следующего.

Согласно статье 101 АПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом.

Статьей 106 АПК РФ установлено, что к судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, относятся денежные суммы, подлежащие выплате экспертам, свидетелям, переводчикам, расходы, связанные с проведением осмотра доказательств на месте, расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей), расходы юридического лица на уведомление о корпоративном споре в случае, если федеральным законом предусмотрена обязанность такого уведомления, и другие расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде.

Из системного толкования статьи 110 АПК РФ следует, что судебные расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах, и в тех случаях, когда это лицо освобождено от уплаты государственной пошлины.

Согласно пункту 10 постановления Пленума ВС РФ № 1 от 21.01.2016 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» (далее – Постановление Пленума ВС РФ от 21.01.2016 № 1), лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием.

Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек.

Заявитель не представил в материалы дела доказательств несения судебных расходов на оплату представителя в заявленном размере, в связи с чем заявленное ходатайство о взыскании с таможни судебных издержек на оплату услуг представителя в размере 30 000 руб. не подлежит удовлетворению.

В соответствии с правилами статьи 110 АПК РФ судебные расходы по уплате госпошлины по делу суд относит на таможенный орган, поскольку требование заявителя удовлетворено судом в полном объеме, а положениями главы 25.3 НК РФ не предусмотрено освобождение от уплаты госпошлины государственных органов при совершении соответствующих процессуальных действий по делам, по которым данные органы выступают в качестве ответчика, и судебный акт вынесен судом не в их пользу.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 201, Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л:

Признать незаконным решение Владивостокской таможни от 08.12.2019 о внесении изменений в сведения, заявленные в ДТ №10702070/061119/0230373, как не соответствующее Таможенному кодексу ЕАЭС.

Решение подлежит немедленному исполнению.

Обязать Владивостокскую таможню, расположенную по адресу: <...> возвратить обществу с ограниченной ответственностью «Авторай» излишне уплаченные таможенные платежи, исчисленные по ДТ №10702070/061119/0230373, окончательный расчет которых Владивостокской таможне определить на стадии исполнения решения суда.

Взыскать с Владивостокской таможни, расположенной по адресу:<...>, в пользу общества с ограниченной ответственностью «Авторай» судебные расходы по оплате государственной пошлины 3000 (три тысячи) рублей.

В части удовлетворения заявления «Авторай» о взыскании судебных издержек на оплату услуг представителя в размере 30 000 рублей отказать.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в Пятый арбитражный апелляционный суд и в Арбитражный суд Дальневосточного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления решения в законную силу, при условии, что оно было предметом рассмотрения апелляционной инстанции через арбитражный суд Приморского края.


Судья Беспалова Н.А.