Решение от 22 января 2021 г. по делу № А42-11113/2018

Арбитражный суд Мурманской области

ул.Академика Книповича, д.20, г.Мурманск, 183038

http://murmansk.arbitr.ru/

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

город Мурманск Дело № А42-11113/2018

«22» января 2021 года

Резолютивная часть решения объявлена 2 декабря 2020 года. Полный текст решения изготовлен 22 января 2021 года.

Арбитражный суд Мурманской области в составе судьи Варфоломеева С.Б.

при ведении протокола судебного заседания с использованием средств аудиозаписи помощником судьи Шаталовой У.А.

рассмотрев в судебном заседании дело по заявлению акционерного общества «Российский концерн по производству электрической и тепловой энергии на атомных станциях» (место нахождения: 109507, <...>; ИНН <***>, ОГРН <***>) в лице филиала «Кольская атомная станция» (место нахождения: 184230, Мурманская обл., г.Полярные Зори)

к Северо-Западному межрегиональному территориальному управлению Федерального агентства по техническому регулированию и метрологии (место нахождения: 190005, <...>, лит.У; ИНН <***>, ОГРН <***>) в лице Отдела государственного контроля и надзора в Мурманской области (место нахождения: 183001, <...>)

о признании незаконным предписания от 15.10.2018 № 62

при участии в судебном заседании представителей:

от заявителя – не явился, извещён

от ответчика – ФИО1 – дов.б/н от 06.04.2020

при участии в онлайн-заседании представителей:

от заявителя – ФИО2 – дов.б/н от 24.12.2019

от иных участников процесса – нет

установил:

акционерное общество «Российский концерн по производству электрической и тепловой энергии на атомных станциях» в лице филиала «Кольская атомная станция» (далее – Общество, заявитель) обратилось в Арбитражный суд Мурманской области с заявлением к Северо-Западному межрегиональному территориальному управлению Федерального агентства по техническому регулированию и метрологии в лице Отдела государственного контроля и надзора в Мурманской области (далее – Росстандарт, ответчик) о признании незаконным предписания Росстандарта от 15.10.2018 № 62 об устранении нарушений обязательных требований.

В обоснование заявленного требования Общество считает, что не имелось правовых и фактических оснований для принятия названного предписания (л.д.4-10 т.1; л.д.28-31, 52-59 т.3; л.д.100-102 т.4).

Ответчик, согласно письменному отзыву на заявление и неоднократным дополнениям к отзыву (л.д.51-66 т.1; л.д.35-37 т.4; л.д.6-8, 145, 146 т.8) с требованием Общества не согласен и полагает, что в его удовлетворении следует отказать, поскольку оспариваемое предписание основано на законе и фактических обстоятельствах.

Решением Арбитражного суда Мурманской области от 20.11.2019 (л.д.36-81 т.9), оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.02.2020 (л.д.148-178 т.9), заявленное требование удовлетворено частично; суд в целом признал недействительным названное предписание Росстандарта, кроме эпизода запрета Обществу применять установку УПУ-6 до устранения выявленного нарушения; в этой части в удовлетворении заявления отказано.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 30.06.2020 указанные судебные акты отменены, дело направлено на новое рассмотрение в арбитражный суд первой инстанции, так как содержащиеся в этих актах выводы сделаны без установления и соответствующей правовой оценки обстоятельств, имеющих существенное значение для правильного рассмотрения спора, а потому при новом рассмотрении дела необходимо обсудить вопрос о назначении экспертизы, поскольку должное исследование технических вопросов, поставленных в настоящем деле, требует наличия специальных познаний (л.д.46-61 т.10).

В связи с отпуском судьи Зыкиной Е.А. в соответствии с пунктом 2 части 3 статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) произведена её замена на судью Варфоломеева С.Б. (л.д.62 т.10).

При новом рассмотрении дела представитель заявителя в онлайн-заседании поддержал требование Общества, письменно оформив свою позицию в дополнениях к заявлению (л.д.128-138 т.12); в онлайн-заседании 09.11.2020 на предложение суда пояснил, что ходатайствовать о назначении рекомендованной арбитражным судом кассационной инстанции судебной метрологической экспертизы Общество не намерено, поскольку полагает возможным рассмотреть дело по имеющимся документам (л.д.72 т.13).

Представитель ответчика при новом рассмотрении дела в судебном заседании поддержал правомерность и обоснованность оспариваемого предписания, ранее представив письменную правовую позицию и письменные пояснения к ней (л.д.59-66 т.12; л.д.55-67 т.13); процессуальной инициативы по назначению судебной метрологической экспертизы ни в судебном заседании 09.11.2020, ни после также не проявил, сославшись на отсутствие для таких целей у Росстандарта финансирования (л.д.72 т.13).

Заслушав пояснения представителей заявителя и ответчика, исследовав материалы дела, суд находит заявление не подлежащим удовлетворению в связи со следующим.

Как установлено судами и следует из материалов дела, в период с 24.09.2018 по 19.10.2018 на основании приказа от 10.08.2018 № 616 (л.д.84-89 т.1) Росстандартом в рамках осуществления контроля (надзора) за соблюдением обязательных требований государственных стандартов и технических регламентов и осуществления федерального государственного метрологического надзора в отношении Общества проведена плановая выездная проверка.

По результатам проверки составлен акт от 15.10.2018 № 118/07 (л.д.116-136 т.1), согласно которому в ходе проведения проверки были выявлены нарушения Обществом обязательных требований к качеству электрической энергии, контролю качества электрической энергии и мониторингу качества электрической энергии, а также несоблюдение требований к измерениям и средствам измерений.

На основании указанного акта Обществу выдано предписание от 15.10.2018 № 62, где Обществу в срок до 10.04.2019 надлежало устранить выявленные нарушения (раздел III), а именно:

– разработать план мероприятий по устранению выявленных нарушений и представить в Росстандарт до 10.12.2018;

– устранить указанные в разделе I нарушения требований ГОСТ 32144-2013 к качеству электрической энергии, нарушения требований ГОСТ 33073-2014 к периодичности и порядку проведения контроля и мониторинга показателей качества электрической энергии; обеспечить проведение контроля (мониторинга) показателей качества электроэнергии, нормируемых ГОСТ 32144-2013 в точках (пунктах) контроля и мониторинга, предусмотренных ГОСТ 33073-2014, с применением средств измерений, обеспечивающих измерения и представление результатов измерений в соответствии с требованиями ГОСТ 33073-2014; предоставить планы контроля и мониторинга, протоколы испытаний, оформленные в соответствии с требованиями ГОСТ 33073-2014;

– обеспечить поверку указанных в разделе II средств измерений утверждённого типа, представить доказательства;

– обеспечить замену, либо утверждение типа средств измерений неутверждённого типа – системы автоматизированной информационно-измерительной коммерческого учёта электроэнергии (АИИС КУЭ); трансформаторов напряжения СРВ 72-800 в количестве 18 единиц, трансформаторов тока TG 420 в количестве 20 единиц, трансформаторов напряжения GSES24D в количестве 15 единиц, устройств синхронизации системного времени на базе GPS-приёмника типа УССВ-35HVS в количестве 2 единиц;

– обеспечить замену средств измерений неутверждённого типа и (или) несоответствующих обязательным метрологическим требованиям – систем термолюминесцентных дозиметрических автоматизированных Harshaw, системы дозиметрического контроля радиационной обстановки в окружающей среде ААМ-90, системы дозиметрического контроля радиационной обстановки в окружающей среде АСКРО-РИОН; предоставить доказательства;

– обеспечить аттестацию трёх неаттестованных методик (методов) измерений, представить документы о регистрации в Федеральном информационном фонде по обеспечению единства измерений 40 методик, в том числе 10 методик измерений физико-химического состава и свойств веществ, одной методики измерений электроэнергии и мощности, одной методики фотометрических измерений, 28 методик измерений ионизирующих излучений и ядерных констант;

– представить документы и сведения о средствах измерений, которые применяются в сфере осуществления деятельности в области использования атомной энергии, указанной в пункте 18 части 3 статьи 1 Федерального закона от 26.06.2008 № 102-ФЗ «Об обеспечении единства измерений» (далее – Закон об обеспечении единства измерений), в том числе о наименовании, типе, заводском номере, номере Госреестра, изготовителе, дате изготовления и вводе в эксплуатацию, дате поверки.

Кроме того, на основании части 4 статьи 17 Закона об обеспечении единства измерений разделом III рассматриваемого предписания Росстандарт запретил Обществу с 15.10.2018 и до устранения выявленных нарушений применять средства измерений неутверждённого типа и (или) не прошедшие поверку, не отвечающие обязательным метрологическим требованиям, а именно: теплосчётчиков Логика 941К в количестве 2 единиц, системы дозиметрического контроля радиационной обстановки в окружающей среде АСКРО-РИОН, автоматизированной системы контроля радиационной обстановки АСКРО-2, установки УПУ-6 для испытаний повышенным напряжением.

Общество, не согласившись с данным предписанием Росстандарта, обратилось в арбитражный суд за признанием этого предписания незаконным.

Отменяя судебные акты первой и апелляционной инстанций и направляя настоящее дело на новое рассмотрение, арбитражный суд кассационной инстанции пришёл к следующим выводам, исходя из следующих фактических обстоятельств.

В соответствии с положениями Постановления Правительства Российской Федерации от 17.06.2004 № 294 (в редакции, действовавшей в спорный период, – от 14.02.2017) «О Федеральном агентстве по техническому регулированию и метрологии» и Административного регламента, утверждённого Приказом Министерства промышленности и торговли Российской Федерации от 01.08.2017 № 2514 (далее – Регламент), исполнение государственной функции по осуществлению государственного контроля (надзора) за соблюдением обязательных требований национальных стандартов и технических регламентов возложено на Федеральное агентство по техническому регулированию и метрологии и его территориальные органы – межрегиональные территориальные управления Росстандарта.

Как следует из пункта 1 статьи 33 Федерального закона от 27.12.2002 № 184-ФЗ «О техническом регулировании» (далее – Закон о техническом регулировании) и пункта 5 Регламента государственный контроль (надзор) за соблюдением требований национальных стандартов и технических регламентов осуществляется как в отношении продукции, так и в отношении продукции и связанных с требованиями к этой продукции процессов проектирования (включая изыскания), производства, строительства, монтажа, наладки, эксплуатации, хранения, перевозки, реализации и утилизации исключительно в части соблюдения требований соответствующих национальных стандартов и технических регламентов.

Технические регламенты принимаются в целях защиты жизни или здоровья граждан, имущества физических или юридических лиц, государственного или муниципального имущества; охраны окружающей среды, жизни или здоровья животных и растений; предупреждения действий, вводящих в заблуждение приобретателей, в том числе потребителей; обеспечения энергетической эффективности и ресурсосбережения (статья 6 Закона о техническом регулировании).

При этом в силу статьи 7 Закона о техническом регулировании технические регламенты с учётом степени риска причинения вреда устанавливают минимально необходимые требования, обеспечивающие безопасность излучений, биологическую безопасность, взрывобезопасность, механическую безопасность, пожарную безопасность, безопасность продукции (технических устройств, применяемых на опасном производственном объекте), термическую безопасность, химическую безопасность, электрическую безопасность, радиационную безопасность населения, электромагнитную совместимость в части обеспечения безопасности работы приборов и оборудования, единство измерений, другие виды безопасности в целях, соответствующих пункту 1 статьи 6 названного Федерального закона.

Согласно пункту 5 статьи 2 Федерального закона от 29.06.2015 № 162-ФЗ «О стандартизации в Российской Федерации» (далее – Закон о стандартизации) национальный стандарт – это документ, разработанный участником или участниками работ по стандартизации по результатам экспертизы в техническом комитете по стандартизации или проектном техническом комитете по стандартизации и утверждённый федеральным органом исполнительной власти в сфере стандартизации, в котором для всеобщего применения устанавливаются общие характеристики объекта стандартизации.

Из системного толкования положений, предусмотренных пунктом 1 статьи 46 Закона о техническом регулировании и частями 1 и 3 статьи 26 Закона о стандартизации, следует, что до вступления в силу соответствующих технических регламентов применение государственных стандартов осуществляется на добровольной основе только в случаях, не обусловленных целями защиты жизни или здоровья граждан, имущества физических или юридических лиц, государственного или муниципального имущества, жизни или здоровья животных и растений, предупреждения действий, вводящих в заблуждение приобретателей.

Технический регламент в отношении электрической энергии на момент возникновения настоящего спора не принят. В связи с этим в Российской Федерации обязательные для соблюдения во всех режимах работы систем электроснабжения общего назначения показатели и нормы качества в электрических сетях систем электроснабжения устанавливаются в соответствии с ГОСТ 32144-2013 «Электрическая энергия. Совместимость технических средств электромагнитная. Нормы качества электрической энергии в системах электроснабжения общего назначения».

Основные положения по организации и проведению контроля качества электрической энергии в точках передачи/поставки электроэнергии пользователям электрических сетей систем электроснабжения общего назначения однофазного и трёхфазного переменного тока частотой 50 Гц с целью определения соответствия качества энергии нормам, установленным в ГОСТ 32144-2013, условиям договоров на поставку электроэнергии и/или на оказание услуг по передаче электроэнергии изложены в ГОСТ 33073-2014 «Электрическая энергия. Совместимость технических средств электромагнитная. Контроль и мониторинг качества электрической энергии в системах электроснабжения общего назначения».

Поскольку значение ГОСТ 32144-2013 и ГОСТ 33073-2014 как для жизни и здоровья человека, так и для имущества различных лиц и статуса, является безусловным, применение этих стандартов в отсутствие технического регламента на электрическую энергию носит императивный характер.

В данном случае Росстандарт в ходе проверки деятельности Общества на основании протоколов измерений при проводимом в 2018 году плановом периодическом мониторинге качества электрической энергии в электрических сетях Общества выявил нарушение требований ГОСТ 32144-2013 к качеству электрической энергии (л.д.64-74 т.2). В представленных протоколах испытаний за 2015 и 2016 годы содержались аналогичные показатели качества электрической энергии, в 2017 году испытания качества электрической энергии не проводились. Сведений о принятых Обществом мерах по соответствию качества электрической энергии требованиям ГОСТ 32144-2013 в 2015-2017 годах в соответствии с действующими «Методическими указаниями по контролю и анализу качества электрической энергии в системах электроснабжения общего назначения. Часть 2. Анализ качества электрической энергии. РД 153-34.0-15.502-2002. ФР.1.34.2003.00822» Общество госоргану не представило. Росстандарт установил, что в нарушение раздела 5 ГОСТ 33073-2014 в Обществе не проводится контроль качества электроэнергии в целях проверки соответствия таковой требованиям ГОСТ 32144-2013, а мониторинг качества электрической энергии проводится с нарушениями требований раздела 6 ГОСТ 33073-2014 касательно порядка выбора пунктов мониторинга измерений и периодичности его проведения.

По мнению заявителя, субъектом рассматриваемой проверки могут быть только изготовители (продавцы, лица, выполняющие функции иностранного изготовителя), так как все выявленные нарушения вменены Обществу как потребителю электрической энергии, несоответствие качества электроэнергии ГОСТ 32144-2013 по вине именно Общества не доказано, а иных потребителей электроэнергии не установлено. Одновременно заявитель считает, что соблюдение требований касательно контроля качества электрической энергии (раздел 5 ГОСТ 33073-2014) есть обязанность проверяющего органа, осуществляющего государственный надзор, а потому порядок проведения мониторинга и необходимость его соблюдения потребителем находится вне сферы контроля Росстандарта в виду статуса проверяемого лица.

Между тем, заявителем не было принято во внимание следующее.

Согласно пункту 3.1.1 ГОСТ 32144-2013 система электроснабжения общего назначения определяется как совокупность электроустановок и электрических устройств, предназначенных для обеспечения электрической энергией различных потребителей электрических сетей.

Правовые основы экономических отношений в сфере электроэнергетики, полномочия органов государственной власти на регулирование этих отношений, основные права и обязанности субъектов электроэнергетики при осуществлении деятельности в сфере электроэнергетики и потребителей электрической энергии установлены Федеральным законом от 26.03.2003 № 35-ФЗ «Об электроэнергетике» (далее – Закон об электроэнергетике).

В соответствии со статьёй 3 данного Федерального закона электроэнергетическая система – это совокупность объектов электроэнергетики и энергопринимающих установок потребителей электрической энергии, связанных общим режимом работы в едином технологическом процессе производства, передачи и потребления электрической энергии в условиях централизованного оперативно-диспетчерского управления в электроэнергетике; субъекты электроэнергетики – лица, осуществляющие деятельность в сфере электроэнергетики, в том числе производство электрической, тепловой энергии и мощности, приобретение и продажу электрической энергии и мощности, энергоснабжение потребителей, оказание услуг по передаче электрической энергии, оперативно-диспетчерскому управлению в электроэнергетике, сбыт электрической энергии (мощности), организацию купли-продажи электрической энергии и мощности; потребители электрической энергии – лица, приобретающие электрическую энергию для собственных бытовых и (или) производственных нужд;

Пунктом 1 статьи 36 Закона об электроэнергетике в отношении отдельных субъектов электроэнергетики, обладающих на праве собственности или на ином предусмотренном федеральными законами основании объектами по производству электрической энергии (генерирующими мощностями), в силу технологических особенностей работы таких генерирующих мощностей на определённый период устанавливается обязанность по оказанию услуг по обеспечению системной надёжности.

На основании пункта 7 Основных положений функционирования розничных рынков электрической энергии, утверждённых Постановлением Правительства Российской Федерации 04.05.2012 № 442, субъекты электроэнергетики, обеспечивающие снабжение электрической энергией потребителей, а также производители электрической энергии (мощности), в ходе исполнения своих обязательств по заключаемым ими на оптовом рынке и розничных рынках договорам совместными действиями обеспечивают на розничных рынках надёжность снабжения потребителей и качество электрической энергии.

Из анализа приведённых положений следует, что энергетическая система представляет собой единое целое, так как все технологические процессы в этой отрасли неразрывно связаны от генератора электрической энергии до энергопринимающего устройства потребителя. Организации, осуществляющие деятельность в сфере электроэнергетики, в том числе производители электроэнергии, обязаны обеспечить постоянное качество электроэнергии на пути от генерирующей организации до потребителя. Производство, передача и продажа электроэнергии представляет собой единый процесс. Нарушение требований стандарта качества электроэнергии на одном из этапов сказывается на качестве работы всей системы.

Таким образом, действующим законодательством предусмотрено, что производство, передача и продажа электрической энергии взаимосвязаны и являются элементами единого процесса, а организации, осуществляющие деятельность в сфере электроэнергетики, обязаны поставить потребителю электроэнергию, качество и параметры которой в точке поставки потребителя услуг должны соответствовать требованиям ГОСТ 32144-2013.

В рассматриваемом случае заявитель ошибочно исходил из статуса Общества как потребителя, не приняв во внимание, что в соответствии с приказом Росстандарта от 10.08.2018 № 616 проверка деятельности Общества проводилась не по конкретному эпизоду соблюдения требований договора от 20.01.2016 № 1-2017, заключённому между сетевой компанией и Обществом как потребителем услуг (л.д.75-96 т.2), но в рамках осуществления контроля (надзора) за соблюдением обязательных требований государственных стандартов и технических регламентов и осуществления федерального государственного метрологического надзора в отношении Общества как субъекта оптового и розничного рынков электроэнергии. По Уставу Общества (л.д.27-35 т.2) основными видами его деятельности, помимо покупки электрической энергии для собственных нужд, являются также производство и передача электрической энергии и деятельность по эксплуатации электросетей.

Пунктом 7 Регламента в обязанности должностных лиц, осуществляющих государственную функцию по осуществлению контроля (надзора), помимо прочего входит проверка соблюдения обязательных требований национальных стандартов и технических регламентов, проверка наличия документов о проведении подтверждения соответствия продукции обязательным требованиям национальных стандартов и технических регламентов, своевременное исполнение полномочий по предупреждению, выявлению и пресечению нарушений обязательных требований национальных стандартов и технических регламентов. При определении мер, принимаемых по фактам выявленных нарушений, проверяющий обязан учитывать соответствие указанных мер тяжести нарушений, их потенциальной опасности для жизни, здоровья людей, для животных, растений, окружающей среды, безопасности государства, для возникновения чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера.

При таком подходе следует признать, что качество электроэнергии является необходимым условием безопасного применения электроэнергии, а соблюдение требований ГОСТов в отношении качества электрической энергии есть зона ответственности каждого субъекта электроэнергетики.

Выводы заявителя о том, что порядок проведения в Обществе мониторинга качества электрической энергии находится вне сферы контроля Росстандарта, противоречат основным положениям Закона о техническом регулировании, Закона о стандартизации и Постановления Правительства Российской Федерации от 17.06.2004 № 294 «О Федеральном агентстве по техническому регулированию и метрологии».

Согласно материалам дела график мониторинга и контроля качества электроэнергии на объектах Общества составлен с применением ГОСТ 33073-2014 (л.д.62, 63 т.2), то есть Обществом публично заявлено о соответствии названному стандарту и, следовательно, в силу части 3 статьи 26 Закона о стандартизации применение ГОСТ 33073-2014 является обязательным для исполнителя. Как уже упоминалось выше, исполнение государственной функции по контролю (надзору) за соблюдением требований, установленных национальными стандартами, есть прямая обязанность территориальных органов Росстандарта.

Как следует из пункта 6.1 ГОСТ 33073-2014, задачей периодического мониторинга является оценка состояния качества энергии в электрических распределительных сетях для принятия необходимых управляющих воздействий в целях поддержания необходимого качества электроэнергии. По этой причине проведение мониторинга – это отнюдь не формальная процедура для фиксации реальных показателей, а необходимый этап в рамках анализа влияющих на качество электроэнергии процессов в целях результативного управления качеством энергии в электрической сети. С учётом взаимосвязанности технологических процессов энергетической системы нельзя признать обоснованным и правомерным исключение из сферы контроля Росстандарта порядка соблюдения требований к проведению мониторинга качества электроэнергии и отнесение этой процедуры исключительно к взаимоотношениям поставщика и потребителя.

Таким образом, по данному эпизоду правовых оснований для признания незаконными требования пункта 2 раздела III оспариваемого предписания не имеется.

Отношения, возникающие при выполнении измерений, установлении и соблюдении требований к измерениям, единицам величин, эталонам единиц величин, стандартным образцам, средствам измерений, применении стандартных образцов, средств измерений, методик (методов) измерений, а также при осуществлении деятельности по обеспечению единства измерений, предусмотренной законодательством Российской Федерации об обеспечении единства измерений, в том числе при выполнении работ и оказании услуг по обеспечению единства измерений регулируются Законом об обеспечении единства измерений.

Целями названного закона заявлены установление правовых основ обеспечения единства измерений в Российской Федерации; защита прав и законных интересов граждан, общества и государства от отрицательных последствий недостоверных результатов измерений; обеспечение потребности граждан, общества и государства в получении объективных, достоверных и сопоставимых результатов измерений, используемых в целях защиты жизни и здоровья граждан, охраны окружающей среды, животного и растительного мира, обеспечения обороны и безопасности государства, в том числе экономической безопасности; содействие развитию экономики Российской Федерации и научно-техническому прогрессу (часть 1 статьи 1 Закона об обеспечении единства измерений).

Федеральный законодатель в части 3 статьи 1 Закона об обеспечении единства измерений определяет сферу государственного регулирования обеспечения единства измерений посредством установления перечня отраслевых и межотраслевых видов деятельности, включающего, в том числе: области охраны окружающей среды и защиты населения и территорий от чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера; выполнение работ по обеспечению безопасных условий и охраны труда; осуществление производственного контроля за соблюдением установленных законодательством Российской Федерации требований промышленной безопасности к эксплуатации опасного производственного объекта; выполнение государственных учётных операций и учёта количества энергетических ресурсов; область мониторинга состояния и загрязнения окружающей среды; выполнение работ по оценке соответствия продукции и иных объектов обязательным требованиям в соответствии с законодательством Российской Федерации о техническом регулировании; осуществление мероприятий государственного контроля (надзора); осуществление деятельности в области использования атомной энергии.

В силу частей 4 и 5 указанной статьи к сфере государственного регулирования обеспечения единства измерений относятся также измерения, предусмотренные законодательством Российской Федерации о техническом регулировании. Кроме того, вышеназванная сфера государственного регулирования распространяется также на единицы величин, эталоны единиц величин, стандартные образцы и средства измерений, к которым установлены обязательные требования.

Требования к средствам измерений, допускаемым к применению в сфере государственного регулирования обеспечения единства измерений, перечислены в статье 9 Закона об обеспечении единства измерений. Так, к применению допускаются средства измерений утверждённого типа, прошедшие поверку в соответствии с положениями названного Федерального закона, а также обеспечивающие соблюдение установленных законодательством Российской Федерации об обеспечении единства измерений обязательных требований, включая обязательные метрологические требования к измерениям, обязательные метрологические и технические требования к средствам измерений, и установленных законодательством Российской Федерации о техническом регулировании обязательных требований. В состав обязательных требований к средствам измерений в необходимых случаях включаются также требования к их составным частям, программному обеспечению и условиям эксплуатации средств измерений. При применении средств измерений должны соблюдаться обязательные требования к условиям их эксплуатации.

Порядок отнесения технических средств к средствам измерений устанавливается федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке государственной политики и нормативно-правовому регулированию в области обеспечения единства измерений, в частности: Приказом Государственной корпорации по атомной энергии «Росатом» от 15.11.2013 № 1/13-НПА «Об утверждении Положения о порядке отнесения технических средств, применяемых в области использования атомной энергии, к средствам измерений», Приказом Министерства промышленности и торговли Российской Федерации от 25.06.2013 № 971 «Об утверждении Административного регламента по предоставлению Федеральным агентством по техническому регулированию и метрологии государственной услуги по отнесению технических средств к средствам измерений».

Таким образом, тип средств измерений, применяемых в сфере государственного регулирования обеспечения единства измерений, подлежит обязательному утверждению. При утверждении типа средств измерений устанавливаются показатели точности, интервал между поверками средств измерений, а также методика поверки данного типа средств измерений.

Решение об утверждении типа средств измерений принимается Федеральным агентством по техническому регулированию и метрологии на основании положительных результатов испытаний средств измерений в целях утверждения типа.

Утверждение типа средств измерений удостоверяется свидетельством об утверждении типа средств измерений, выдаваемым Федеральным агентством по техническому регулированию и метрологии.

На каждый экземпляр средств измерений утверждённого типа и сопроводительные документы к указанным средствам измерений наносится знак утверждения соответствия.

Сведения об утверждённых типах средств измерений вносятся в Федеральный информационный фонд по обеспечению единства измерений (далее – ФИФ).

Применительно к настоящему делу оспариваемым предписанием Обществу предписано:

– обеспечить поверку указанных в разделе II предписания средств измерений утверждённого типа, представить доказательства;

– обеспечить замену, либо утверждение типа средств измерений неутверждённого типа: системы АИИС КУЭ, трансформаторов напряжения СРВ 72-800, трансформаторов тока TG 420, трансформаторов напряжения GSES24D, устройств синхронизации системного времени на базе GPS-приёмника типа УССВ-35HVS.

Согласно предписанию Росстандарта от 15.10.2018 № 62 в ходе проверки выявлено, что на объектах Общества применяется система автоматизированного информационно-измерительного коммерческого учёта электроэнергии (АИИС КУЭ; л.д.100-105 т.2) неутверждённого типа и без прохождения поверки в составе заявленных 30 каналов измерения. Помимо указанных в описании системы утверждённого типа 20 точек измерения проверяющими установлено ещё 10 действующих точек, в которых фактически производятся измерения активной и реактивной электроэнергии, автоматизировано собираются, обрабатываются, хранятся и отображаются информационно-вычислительным комплексом АИИС КУЭ.

Таким образом, вывод Росстандарта о необходимости утверждения и поверке АИИС КУЭ как совокупности всех 30 компонентов функционирующей как единое целое измерительной системы соответствует требованиям, установленным статьёй 9 Закона об обеспечении единства измерений.

При этом данный вывод согласуется и с представленным Обществом ответом Федерального агентства по техническому регулированию и метрологии от 25.08.2020 № 13756-ДС/04 (л.д.144, 145 т.12), где данный орган разъяснил заявителю о возможности не присваивать тип дополнительным 10 измерительным каналам только в случае, если их показатели используются лишь для технического, а не для коммерческого учёта, тогда как Общество использует спорные «точки» измерений именно для последних целей (коммерческих) –при исчислении, как утверждает сам заявитель, оптовых продаж электроэнергии путём вычитания полученных показателей из общего объёма израсходованной электроэнергии.

В ходе проверки Росстандартом было установлено, что на проверяемом объекте применяются трансформаторы напряжения (далее – ТН) СРВ 720-800 модели СРВ 362, СРВ 170, СРВ 123, дата выпуска 02.03.2011, изготовитель по паспорту и таможенной декларации – фирма «ABB AB, High Voltage Products» (Швеция) (л.д.143, 144, 145 т.2; л.д.128-153 т.4; л.д.19-24 т.5). Росстандарт пришёл к выводу о применении Обществом ТН неутверждённого типа, поскольку указанный тип трансформаторов изготовителю фирме «ABB АВ, High Voltage Products» (Швеция) был утверждён только 03.10.2011 приказом Росстандарта № 5179 под номером 47844-11. При этом под указанным в паспорте номером регистрации в Государственном реестре средств измерений (далее – Госреестр СИ) 15853-06 зарегистрирован тип ТН СРВ 72-800, изготавливаемых фирмой «ABB Power Technologies АВ» (Швеция).

В обоснование своей позиции по данному эпизоду заявитель ссылается на то обстоятельство, что при оформлении документации на спорные средства измерения допущена техническая ошибка в части указания наименования фирмы-производителя. Согласно полученным от общества с ограниченной ответственностью «АББ» пояснениям и документам, компания «ABB Power Technologies АВ» 02.05.2007 реорганизована путём слияния с компанией «ABB AB». После слияния, операционное подразделение, расположенное в г.Людвика (Швеция), осуществляющее производство высоковольтного оборудования, в том числе измерительных трансформаторов, является структурной единицей компании «ABB AB» и именуется «ABB AB, High Voltage Products», при этом указанные наименования являются взаимозаменяемыми (л.д.41-45, 74-97 т.3; л.д.24-30 т.4; л.д.153, 167-174 т.6; л.д.10-23, 27-217 т.7; л.д.10-141 т.8). В связи с чем заявитель полагает, что на данный тип ТН распространяется сертификат об утверждении типа ТН, зарегистрированный в Госреестре СИ под № 15853-06, выданный изготовителю с наименованием «ABB Power Technologies AB» (Швеция).

Аналогичная ситуация выявлена проверяющими и в отношении 20 трансформаторов тока (далее – ТТ) типа TG 420 – даты выпуска 12.12.2006 и 28.08.2007, в паспортах которых заявлен изготовитель «ABB Power Technologies SpA Adda» (Италия); даты выпуска 20.07.2009, в паспорте изготовитель «ABB S.p.A.Power Products Division-Unita operative Adda-HV» (Италия) (л.д.146 т.2; л.д.108, 115-127 т.4; л.д.13-18 т.5; л.д.167-174 т.6). Таможенные декларации, подтверждающие ввоз данных трансформаторов, Обществом не представлены, а паспорта оформлены российской фирмой – обществом с ограниченной ответственностью «АББ Электроинжиниринг» (л.д.144-146 т.6). При первоначальном рассмотрении дела судом установлено и на что ссылается заявитель, что наименование «Unita operativa Adda», является наименованием подразделения в г.Лоди, а не частью наименования юридического лица, что свидетельствует о взаимозаменяемости наименований «ABB SPA» и «ABB Power Products Division-Unita operativa Add-HV». Наименование фирмы «ABB SPA» и «ABB Power Technologies SpA» является наименованием одного и того же юридического лица, последняя смена наименования состоялась 01.01.2008, в период с 01.01.2014 по 31.12.2017 юридическое лицо носило наименование «ABB Power Technologies SpA», при этом до 31.12.2013 наименованием являлось «ABB Trasmissione & Distribuzione». Фактически все трансформаторы тока изготовлены одним производственным подразделением в г.Лоди (Италия) (л.д.109-114 т.4; л.д.154-161, 167-174 т.6; л.д.10-23, 27-217 т.7; л.д.10-141 т.8).

Однако, вопреки данным фактическим обстоятельствам, необходимо учесть и другие обстоятельства, а именно, о недопустимости распространения действия сертификатов об утверждении типа средств измерения на средства измерения, изготовленные иным, не указанным в описании типа такого средства, юридическим лицом; о возможности привести в должное состояние документацию на спорные ТН и ТТ в порядке действовавшем на момент выдачи оспариваемого предписания Административного регламента по предоставлению Федеральным агентством по техническому регулированию и метрологии государственной услуги по утверждению типа стандартных образцов и типа средств измерений, утверждённого Приказом Министерства промышленности и торговли Российской Федерации от 25.06.2013 № 970, который содержит форму заявки на переоформление свидетельства (сертификата) об утверждении типа средства измерения с указанием конкретных причин, в том числе случаи реорганизации или переименования организации-изготовителя.

Ссылки заявителя о неисполнимости таких исправлений нельзя признать состоятельными, поскольку носят предположительный характер и могут быть учтены лишь после совершения реальных попыток внести необходимые исправления. Напротив, из позиции заявителя при новом рассмотрении дела следует, что им в действительности были предприняты действия по приведению в соответствие документации на спорные ТН и ТТ, которые (действия) имеют положительный результат (абзацы третий, четвёртый страницы 10 правовой позиции заявителя; л.д.132 об. т.12)

В ходе проверки Росстандарт также пришёл к выводу о применении Обществом без прохождения поверки в установленном порядке 15 единиц ТН GSES24D, поскольку в паспортах этих трансформаторов отсутствовала дата изготовления (л.д.147 т.2), а свидетельства об их поверке Общество не представило.

Поскольку свидетельства о поверке данного типа трансформаторов были представлены Обществом в 2019 году при первоначальном рассмотрении судом настоящего дела (л.д.98-107 т.3), то есть уже в рамках устранения нарушений, выявленных в 2018 году в ходе проверки, то следует признать, что требование предписания в этой части соответствует фактическим обстоятельствам – отсутствие документов на дату проверки и выдачи предписания.

По мнению суда, также соответствовало фактическим обстоятельствам и требование предписания Росстандарта в отношении обеспечения замены либо утверждения устройств синхронизации системного времени на базе GPS-приёмника типа УССВ-35HVS в количестве двух единиц, исходя из того, что Общество само представило Росстандарту на проверку паспорта на устройство типа УССВ-35HVS (л.д.131-139 т.2) среди прочих запрошенных документов, необходимых для проведения государственного контроля и надзора, а потому ссылки заявителя о неприменении данных технических средств на объектах Общества подлежат заявлению и рассмотрению уже при проверке исполнения последним рассматриваемого предписания.

При этом Росстандарт утверждает, что данные устройства Обществом используются в составе системы АИИС КУЭ для определения различного времени (л.д.63 об. т.13), тогда как провести судебную метрологическую экспертизу для проверки в числе прочего данного утверждения и опровержения его заявителем не представилось возможным.

Учитывая вышеизложенное, пункт 4 раздела III оспариваемого предписания следует признать правомерным и обоснованным.

В соответствии с пунктом 5 раздела III предписания Росстандарта от 15.10.2018 № 62 на объектах Общества следовало обеспечить замену средств измерений неутверждённого типа и (или) не соответствующих обязательным метрологическим требованиям, а именно: систем термолюминесцентных дозиметрических автоматизированных «Harshaw», системы дозиметрического контроля радиационной обстановки в окружающей среде ААМ-90, системы дозиметрического контроля радиационной обстановки в окружающей среде АСКРО-РИОН; представить доказательства произведённых замен.

В частности, в ходе проверки Росстандарт установил, что системы термолюминесцентные дозиметрические автоматизированные «Harshaw», применяемые для измерения индивидуального эквивалента дозы облучения работников Общества, не соответствуют обязательным метрологическим требованиям к нижнему пределу диапазона, установленному действующим перечнем измерений, относящихся к сфере государственного регулирования обеспечения единства измерений и производимых при выполнении работ по обеспечению безопасных условий и охраны труда, в том числе на опасных производственных объектах. Следуя названному перечню, утверждённому Приказом Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 09.09.2011 № 1034н, измерение индивидуального эквивалента дозы рентгеновского, гамма нейтронного излучения должно составлять 1-106 мкЗв, фактически составляет от 100 мкЗв (л.д.37-40 т.3; л.д.32-62 т.6).

Заявитель данные выводы никак документально не опроверг, а назначать судебную экспертизу посчитал нецелесообразным.

В оспариваемом предписании Росстандарт также указал на необходимость замены на объектах Общества системы дозиметрического контроля радиационной обстановки в окружающей среде «ААМ-90», как применяемого оборудования неутверждённого типа. К такому выводу проверяющие пришли, установив несоответствие дат выпуска и выдачи сертификата об утверждении типа, отсутствие маркировки знака утверждения на корпусе, руководства по эксплуатации с указанной маркировкой и свидетельства о первичной поверке.

Так, свидетельство об утверждении типа выдано на систему 30.06.2000, то есть после ввоза на территорию Российской Федерации, но до ввода оборудования в эксплуатацию приказом Общества от 30.01.2001 № 117 (л.д.70-72 т.5). Однако сертификат об утверждении типа № 8150 на «ААМ-90», зарегистрированный в Госреестре за № 19791-00, касается серийного выпуска данных систем с 30.06.2000, тогда как спорная система изготовлена в 1999 году, а потому утверждённый тип к ней неприменим, следовательно, она не может применяться в качества средства измерения (л.д.2-6 т.3; л.д.1-15 т.6).

Кроме того, рассматриваемая система ААМ-90 не соответствует действовавшему в спорный период Перечню измерений, относящихся к сфере государственного регулирования обеспечения единства измерений и выполняемых при осуществлении деятельности в области охраны окружающей среды, и обязательных метрологических требований к ним, в том числе показателей точности измерений, утверждённому Приказом Министерства природных ресурсов и экологии Российской Федерации от 07.12.2012 № 425, по показателю точности измерений к нижнему пределу диапазона, обязывающий быть 5×10-8 Зв/ч, тогда как фактически он составляет 6×10-8 Зв/ч, что заявителем также никак не опровергнуто.

В соответствии с актом проверки Росстандартом выявлено, что на проверяемом объекте для непрерывного контроля радиационной и метеорологической обстановки, представления данных о радиационной обстановке в реальном времени на мониторах пультов контроля, формирования и рассылки датированных текстовых сообщений в реальном времени и прочего используется не прошедшая в установленном порядке утверждение и поверку автоматизированная система контроля радиационной обстановки (далее – АСКРО), состоящая по проекту из АСКРО-1, АСКРО-2 и АСКРО-3 (л.д.1 т.3; л.д.128-151 т.5; л.д.63-78 т.6).

Так, на систему дозиметрического контроля радиационной обстановки в окружающей среде «АСКРО-РИОН» (АСКРО 1) отсутствует паспорт (формуляр), руководство по эксплуатации изготовителя, маркировка знаком утверждения типа на корпусе блоков детектирования и руководство по эксплуатации с маркировкой знаком утверждения типа, свидетельство о первичной поверке системы. Документы, подтверждающие приобретение системы, проверяющему органу не представлены. Свидетельства о поверке от 22.02.2017 № 14П-17/ИИ, от 30.10.2017 № 85П-17/ИИ выданы необоснованно с нарушением требований к поверке, изложенных в описании типа систем (в Госреестре № 22867-02), так как в них отсутствуют сведения о применении для поверки комплекта поверочного УПИК-2-70М, поверяемого один раз в два года. В период с 2011 года по октябрь 2018 года АСКРО-1 выведена из состава АСКРО Общества и эксплуатируется в составе автоматизированной системы радиационного контроля (далее – АСРК) в 9 точках на промплощадке (л.д.79-84 т.6).

Кроме того, рассматриваемая система АСКРО-РИОН также не соответствует вышеназванному показателю точности измерений к нижнему пределу диапазона, установленному вышеуказанным Приказом Министерства природных ресурсов и экологии Российской Федерации от 07.12.2012 № 425, поскольку составляет 5×10-7 Зв/ч, вместо 5×10-8 Зв/ч предусмотренных, а документы изготовителя на систему АСКРО-2 в части диапазонов измерений этой системы вовсе не имеют сведений о погрешности измерений скорости и направления ветра, температуры и относительной влажности воздуха, температуры воды, осадков, поверхности, давления воздуха, что исключает возможность проверки этих сведений на их соответствие законодательству об обеспечении единства измерений.

При таких обстоятельствах правовых и фактических оснований считать рассматриваемый пункт 5 раздела III оспариваемого предписания незаконным не имеется, а проверить его (пункт) через специальные познания в сфере измерений путём назначения соответствующей экспертизы не представилось возможным.

Последним разделом оспариваемого предписания Росстандарт наложил запрет до устранения выявленных нарушений на применение системы дозиметрического контроля радиационной обстановки в окружающей среде «АСКРО-РИОН» и автоматизированной системы контроля радиационной обстановки АСКРО-2.

Кроме того, по тексту рассматриваемого предписания (абзац шестой страницы 9 предписания; страница 37 первоначального решения суда; л.д.23 т.1; л.д.72, 73 т.9) в качестве нарушения Обществу также вменено использование стационарных систем обнаружения радиоактивных материалов: Янтарь-2Л, Янтарь-2с, Янтарь-1Ж без документов на контрольные точки и свидетельств о поверке (л.д.85, 86, 87, 89, 90, 91, 92-96, 97-101, 102-111, 112-139, 140-143 т.6).

Общество, оспаривая предписание в этой части, сочло безосновательными выводы Росстандарта, посчитав не доказанным отнесение вышеперечисленных систем к сфере государственного регулирования.

Однако такая позиция не согласуется с требованиями пунктов 6.1 и 6.2 ГОСТ Р 8.638-2013 «Метрологическое обеспечение радиационного контроля. Основные положения», где все технические средства, применяемые для измерений ионизирующего излучения при выполнении радиационного контроля, следует классифицировать как средства измерения. Они должны иметь необходимые для выполнения своих функций метрологические характеристики и соответствующее метрологическое обеспечение. Средства измерений для радиационного контроля подлежат испытаниям с целью утверждения типа или единичного экземпляра и регистрации в Государственном реестре средств измерений (государственном информационном фонде) в установленном порядке.

В ходе проверки Росстандартом также было выявлено, что в Обществе применяется неутверждённого типа и не прошедшая поверку автоматизированная система контроля радиационной обстановки АСКРО-2, состоящая из автоматической метеорологической станции (АМС) – свидетельство об утверждении типа системы и её поверке не представлены. При этом АСКРО-2 фактически является составным оборудованием самостоятельных метеостанций АМС-1, АМС-2, АМС-3, АМС-4, АМС-5. В состав каждой из указанных метеостанций входит оборудование: преобразователи измерительные, измерители влажности, анемометры, флюгеры, датчики температуры, осадкомеры, барометры цифровые, следовательно, такая система имеет измерительный характер, а потому средством измерения.

По мнению суда, Росстандарт признал также обоснованным вменение Обществу нарушений по применению теплосчётчиков «Логика 941К» в количестве 2-х штук (л.д.108, 109 т.3; л.д.156-168 т.4; л.д.25-33 т.5). При этом Росстандартом правильно отмечено о невозможности указать заводские номера этих счётчиков по причине их отсутствия в паспортах на данное оборудование. Вместе с тем идентифицировать данные средства измерения можно, исходя из сведений о типе «Логика 941К», об изготовителе, о датах выпуска, первичной и периодических поверок.

Таким образом, выводы проверяющих применительно к рассматриваемым системам основаны на фактических обстоятельствах, а заявитель не стал руководствоваться ориентирами суда кассационной инстанции и их (выводы) опровергать результатами судебной экспертизы.

Оценивая доводы Росстандарта относительно законности пункта 5 раздела III предписания, суд считает, что им представлено достаточно доказательств в подтверждение того, что применяемые методики (МУК 4.1.2468-09, МУК 4.1.1468-03, МУ 1699-77), которые Росстандарт требует аттестовать, являются методиками (методами) измерений в государственной сфере регулирования, поскольку данное требование согласуется с Перечнем измерений, относящихся к сфере государственного регулирования обеспечения единства измерений и производимых при выполнении работ по обеспечению безопасных условий и охраны труда, в том числе на опасных производственных объектах, утверждённым Приказом Минздравсоцразвития России от 09.09.2011 № 1034.

В свою очередь, следует признать ошибочными ссылки заявителя на положения действующей в спорный период части 7 статьи 27 Федерального закона от 28.12.2013 № 426-ФЗ «О специальной оценке условий труда», в соответствии с которыми при проведении измерений вредных и (или) опасных производственных факторов допускается применение методик (методов) измерений вредных и (или) опасных производственных факторов, допущенных к применению в порядке, установленном до дня вступления в силу Федерального закона от 26 июня 2008 года № 102-ФЗ «Об обеспечении единства измерений», без проведения их аттестации.

Из буквального понимания приведённой нормы следует, что введённую указанным Федеральным законом аттестацию методик действительно допустимо не проводить, однако при условии соблюдения предыдущего порядка допуска этих методик, то есть действующего до Закона об обеспечении единства измерений.

В данном случае под предыдущим порядком следует понимать статью 9 ранее действовавшего Закона Российской Федерации от 27.04.1993 № 4871-1 «Об обеспечении единства измерений», которая также требовала, что измерения должны осуществляться в соответствии с аттестованными в установленном порядке методиками. Порядок разработки и аттестации методик выполнения измерений определяется Госстандартом России.

Иными словами, спорные методики возможно было бы не аттестовывать только при их аттестации ранее, что Обществом также сделано не было.

Суд также находит обоснованным требование Росстандарта представить документы о регистрации в ФИФ сорока методик измерений, из указанных в перечне, без указания в предписании подробных сведений о каждой из них на основании имеющихся идентичных перечней у обеих сторон (л.д.44-69 т.4). Притом что данное требование предписания по предоставлению сведений о регистрации в ФИФ «Методики (метода) измерений электроэнергии и мощности с использованием системы автоматизированной информационно-измерительной коммерческого учёта электроэнергии» 16.11.2018 исполнено Обществом (л.д.27 т.3; л.д.72 т.4), то есть никаких трудностей по идентификации «проблемных» методик Общество в действительности не испытывало.

У суда также отсутствуют основания для признания незаконным и обозначенное в предписании от 15.10.2018 № 62 требование Росстандарта о предоставлении Обществом документов и сведений о средствах измерений, которые применяются в сфере осуществления деятельности в области использования атомной энергии.

Как следует из материалов дела, документы и сведения в отношении средств измерения, применяемых Обществом в области использования атомной энергии, были запрошены Росстандартом ещё до начала проверки, а именно, вышеупомянутым приказом от 10.08.2018 № 616, которому не соответствует перечень средств измерений, представленный Обществом (л.д.16-31 т.6).

Следует отметить, что такой фискальный подход согласуется с частью 4 статьи 11 Федерального закона от 26.12.2008 № 294-ФЗ «О защите прав юридических лиц и индивидуальных предпринимателей при осуществлении государственного контроля (надзора) и муниципального контроля», допускающей запрашивать открытым перечнем документы, и пунктом 18 части 3 статьи 1 Закона об обеспечении единства измерений, устанавливающим соблюдение обязательных метрологических требований при осуществлении деятельности в области использования атомной энергии.

Каких-либо доводов и доказательств, действительно опровергающих вышеприведённые фактические обстоятельства и выводы Росстандарта и суда, заявителем не представлено, а его позиция при настоящем рассмотрении дела по существу сводится к несогласию с постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 30.06.2020 по настоящему делу, что нельзя признать допустимым и достаточным.

В силу части 1 статьи 82 АПК РФ для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле. На основании части 2 статьи 64, части 3 статьи 86 АПК РФ заключения экспертов являются одним из доказательств по делу и оцениваются наряду с другими доказательствами.

Арбитражный суд Северо-Западного округа, направляя настоящее дело на новое рассмотрение, помимо прочего указал, что должное исследование технических вопросов, поставленных в настоящем деле и в своей основе носящих технический характер, а также документов, подтверждающих позиции сторон, требует наличия специальных познаний, в связи с чем при новом рассмотрении дела суду необходимо обсудить вопрос о назначении экспертизы.

Как приведено выше, руководствуясь данными рекомендациями вышестоящий инстанции, судом в судебном заседании 09.11.2020 был разрешён вопрос о необходимости назначении судебной метрологической экспертизы по делу (л.д.72 т.13). Однако ни заявителем, ни ответчиком названный способ установления фактических обстоятельств (доказательств) не был поддержан, в связи с чем дело рассмотрено по имеющимся документам.

Ещё одним эпизодом итогового раздела III рассматриваемого предписания Росстандарта (л.д.25 т.1) является запрет Обществу применять установку УПУ-6.

Данная установка использовалась Обществом для испытания изоляции электротехнического оборудования и материалов повышенным напряжением (л.д.114-123 т.3).

Так, согласно описанию этой установки, указанному в руководстве по эксплуатации, установка пробойная универсальная УПУ-6 предназначена для испытания изоляции электротехнического оборудования и материалов переменным синусоидальным напряжением частотой 50 Гц и выпрямленным напряжением отрицательной полярности, регулируемых в пределах 0-6 кВ с выходным током до 100 мА. В состав рассматриваемого оборудования входит измерительный прибор РА1 «Измерение тока, мА», измерительный прибор PV «Измерение напряжения, кВ», данные которых выводятся на дисплеи при проводимых испытаниях, установлены пределы погрешностей измерения.

Суд при первоначальном рассмотрении дела, посчитав, что УПУ-6, будучи средством измерения, применяется неутверждённого типа и не прошедшая поверку, оставил в силе предписание Росстандарта от 15.10.2018 № 62 в этой части.

Однако решение Арбитражного суда Мурманской области от 20.11.2019 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.02.2020 применительно к УПУ-6 были также отменены кассационной инстанцией, а сам эпизод был также направлен на новое рассмотрение в первую инстанцию.

Вместе с тем, при новом рассмотрении дела в результате попытки исполнить предписание Росстандарта в этой части Федеральным агентством по техническому регулированию и метрологии письмом от 24.12.2019 доведено до Общества, что техническое средство «Установки пробойные универсальные УПУ-6» не соответствуют признакам, приведённым в определении для средств измерений, и, следовательно, не может быть отнесено к средствам измерений (л.д.146, 147 т.12; л.д.19 т.13).

Ссылаясь на данное обстоятельство, Общество утверждает, что у него отсутствует обязанность утверждать тип и проводить поверку спорной УПУ-6, поскольку она не является средством измерения.

Между тем, заявителем не были учтены следующие положения законодателя.

В части 1 статьи 1 Закона об обеспечении единства измерений под его целями понимаются: установление правовых основ обеспечения единства измерений в Российской Федерации; защита прав и законных интересов граждан, общества и государства от отрицательных последствий недостоверных результатов измерений; обеспечение потребности граждан, общества и государства в получении объективных, достоверных и сопоставимых результатов измерений, используемых в целях защиты жизни и здоровья граждан, охраны окружающей среды, животного и растительного мира, обеспечения обороны и безопасности государства, в том числе экономической безопасности; содействие развитию экономики Российской Федерации и научно-техническому прогрессу.

Данный Федеральный закон регулирует отношения, возникающие при выполнении измерений, установлении и соблюдении требований к измерениям, единицам величин, эталонам единиц величин, стандартным образцам, средствам измерений, применении стандартных образцов, средств измерений, методик (методов) измерений, а также при осуществлении деятельности по обеспечению единства измерений, предусмотренной законодательством Российской Федерации об обеспечении единства измерений, в том числе при выполнении работ и оказании услуг по обеспечению единства измерений (часть 2 статьи 1 Закона об обеспечении единства измерений).

При этом согласно части 3 статьи 1 Закона об обеспечении единства измерений сфера государственного регулирования обеспечения единства измерений распространяется на измерения, к которым в целях, предусмотренных частью 1 указанной статьи, установлены обязательные метрологические требования и которые выполняются в числе прочих при выполнении работ по обеспечению безопасных условий и охраны труда (пункт 5) и выполнении работ по оценке соответствия продукции и иных объектов обязательным требованиям в соответствии с законодательством Российской Федерации о техническом регулировании (пункт 14).

В свою очередь, в порядке части 5 статьи 5 Закона об обеспечении единства измерений Правительством Российской Федерации в целях, предусмотренных частью 1 статьи 1 названного Федерального закона, устанавливается перечень измерений, относящихся к сфере государственного регулирования обеспечения единства измерений и выполняемых при осуществлении деятельности в областях, указанных, в том числе вышеприведённых в пунктах 5 и 14 части 3 статьи 1 этого же Федерального закона, с указанием обязательных метрологических требований к измерениям, в том числе показателей точности измерений.

В развитие данной нормы в спорный период Приказом Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 09.09.2011 № 1034н был утверждён Перечень измерений, относящихся к сфере государственного регулирования обеспечения единства измерений и производимых при выполнении работ по обеспечению безопасных условий и охраны труда, в том числе на опасных производственных объектах, куда пунктами 46, 47, 48, 49 были включены: измерение напряжения и тока утечки при обеспечении электробезопасности; измерение напряжения и силы тока при контроле электрической прочности изоляции средств защиты в низковольтных распределительных сетях; измерение электрического сопротивления при контроле параметров: заземления, электроизоляции; измерение напряжений прикосновения и токов короткого замыкания.

Таким образом, поскольку Обществом с помощью спорной УПУ-6 повышенным напряжением испытывается изоляция электротехнического оборудования и материалов, в результате чего измеряются ток и напряжение, то такие измерения относятся к сфере государственного регулирования обеспечения единства измерений, а потому в силу части 1 статьи 9 Закона об обеспечении единства измерений могут проводиться только средствами измерений утверждённого типа и прошедшие поверку.

В связи с тем, что по результатам заключения Федерального агентства по техническому регулированию и метрологии, оформленного письмом от 24.12.2019 (л.д.19 т.13), спорная УПУ-6 не признана средством измерений, то заявитель не вправе её применять при испытаниях изоляции электротехнического оборудования и материалов, а потому такой запрет Росстандарта основан на законе.

Подводя итог вышеизложенному, суд приходит к выводу об отсутствии правовых и фактических оснований для удовлетворения заявления Общества и признания предписания Росстандарта от 15.10.2018 № 62 незаконным (недействительным).

Поскольку по результатам нового рассмотрения настоящего дела в удовлетворении заявления Общества отказано, то на основании части 1 статьи 110 АПК РФ уплаченная им за рассмотрение дела государственная пошлина в сумме 3.000 руб. (л.д.11, 36 т.1) остаётся на заявителе и не подлежит возмещению ему.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 167-170, 176, 180, 181, 197, 200, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л :

в удовлетворении заявления акционерного общества «Российский концерн по производству электрической и тепловой энергии на атомных станциях» в лице филиала «Кольская атомная станция» о признании незаконным предписания Отдела государственного контроля и надзора в Мурманской области Северо-Западного межрегионального территориального управления Федерального агентства по техническому регулированию и метрологии от 15.10.2018 № 62 отказать.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня принятия в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд.

Судья С.Б.Варфоломеев