Постановление от 1 сентября 2025 г. по делу № А32-11197/2025

ПЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД Газетный пер., 34, <...>, тел.: <***>, факс: <***>

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А32-11197/2025
город Ростов-на-Дону
02 сентября 2025 года
15АП-6881/2025 Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе судьи Сороки Я.Л., рассмотрев в порядке упрощенного производства без вызова сторон апелляционную

жалобу индивидуального предпринимателя ФИО1 на решение Арбитражного суда Краснодарского края от 22.04.2025 (мотивированное решение от 06.05.2025) по делу № А32-11197/2025

по иску общества с ограниченной ответственностью «Юридическая компания «Шевченко и партнеры» (ИНН <***>, ОГРН <***>)

к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (ИНН <***>, ОГРНИП <***>) о взыскании компенсации,

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Юридическая компания «Шевченко и партнеры» (далее – истец) обратилось в Арбитражный суд Краснодарского края с иском к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (далее – ответчик) о взыскании 75000 руб. компенсации за нарушение исключительных прав на товарные знаки N 219534, N 492998, N 486443, 25000 руб. компенсации за нарушение исключительных прав на произведение изобразительного искусства - дизайн упаковки "Торнадо", 10000 руб. расходов на услуги представителя в размере 10000 руб., а также судебные издержки, состоящие из почтовых расходов в сумме 258 руб. и стоимости контрафактного товара в размере 140 руб.

Дело рассмотрено судом первой инстанции в порядке упрощенного производства согласно правилам, предусмотренным положениями главы 29 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

22.04.2025 судом первой инстанции принято решение путем подписания резолютивной части, в соответствии с которой в удовлетворении ходатайства ответчика об оставлении иска без рассмотрения отказано. С ответчика в пользу истца взыскано 30000 руб. компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак N 219534, N 492998, N 486443, 10000 руб. компенсации за нарушение исключительных прав на произведение изобразительного искусства - дизайн упаковки "Торнадо", 103,2 руб. почтовых расходов, 56 руб. расходов на фиксацию факта нарушения, 4000 руб. расходов на услуги представителя, 4000 руб. расходов по оплате государственной пошлины. В остальной части иска отказано.

06.05.2025 по заявлению ответчика судом изготовлено мотивированное решение.

Ответчик обжаловал решение суда первой инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и просил решение суда отменить, принять новый судебный акт.

В обоснование апелляционной жалобы ответчик указывает, что предмет спора, основания и фактические обстоятельства указанного истцом нарушения, включая дату его совершения являются идентичными, установленными в рамках дела № А32-4530/2025, в связи с чем исковое заявление по настоящему делу подлежало оставлению без рассмотрения. Суд указал, что в материалы дела не представлены доказательства, что товары, представленные в дела № А32-4530/2025 и № А32-11197/2025, являются товарами из одной партии, при этом не учел, что приложенные к заявлению к каждому из двух дел, представляют собой изображение абсолютно идентичных предметов – пластиковых флаконов объемом 50 мл. с одинаковыми этикетками, что полностью опровергает указанный довод суда первой инстанции. Суд первой инстанции пришел к необоснованному выводу о нарушении исключительных прав на использование товарных знаков № 492998 и № 486443. Ответчиком допущено нарушение исключительных прав лишь на использование товарного знака № 219534, а также на произведение изобразительного искусства - дизайн этикетки для пестицида «Торнадо», за что уже была взыскана компенсация в рамках дела № А32-4530/2025. Взысканная судом сумма расходов на оплату услуг представителя является чрезмерной и подлежит снижению.

В соответствии с частью 1 статьи 272.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации апелляционные жалобы на решения арбитражного суда по делам, рассмотренным в порядке упрощенного производства, рассматриваются в суде апелляционной инстанции судьей единолично без вызова сторон по имеющимся в деле доказательствам.

Апелляционная жалоба рассмотрена без вызова сторон.

Законность и обоснованность решения суда проверены судом апелляционной инстанции в соответствии со статьями 266, 268, 272.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, акционерное общество Фирма «Август» является правообладателем на объекты интеллектуальной собственности.

В соответствии со ст. ст. 382 - 384 ГК РФ 3 июня 2024 года между правообладателем и ООО «Юридическая компания «Шевченко и партнеры» заключен договор уступки права требования N 01-04/1, согласно которому цессионарий принял право требования возмещения убытков, либо выплаты компенсаций в судебном, либо внесудебном порядке, возникшего в связи с фактами нарушений исключительных прав на товарные знаки и объекты авторского права, принадлежащие правообладателю.

Обществу с ограниченной ответственностью «Юридическая компания «Шевченко и партнеры» в соответствии с вышеназванным договором и следуя положениям ст. ст. 382 - 384, 1301, 1515 ГК РФ, уступлено право требования компенсации в связи с продажей вами названного товара с использованием (как частично, так и полностью) следующих результатов интеллектуальной деятельности:

- товарные знаки, зарегистрированные в Государственном реестре товарных знаков и знаков обслуживания Российской Федерации за следующими номерами государственной регистрации: 219534, 482827, 492998, 486443;

- дизайн этикетки для пестицида Торнадо, ВР (номер государственной регистрации пестицида: 021-03-4287-0).

14.05.2024 истцом установлен и задокументирован факт предложения к продаже и реализации от имени ответчика в торговом помещении по адресу: <...> а именно пестицида "Торнадо" (средство для борьбы с сорной растительностью), индивидуализированного Товарными знаками и объектами авторского права. Процесс фиксации факта распространения данного товара фиксировался видеосъемкой.

Факт реализации товара подтверждается следующими доказательствами: чеком от 14.05.2024; фото товара; видеосъемкой, совершенной в целях и на основании самозащиты гражданских прав в соответствии со ст. ст. 12 и 14 ГК РФ.

Как утверждает истец, разрешение на такое использование товарных знаков правообладателя путем заключения соответствующих договоров ответчик не получал, следовательно, их использование ответчиком в своей коммерческой деятельности, в частности, при продаже товаров, в предложениях о продаже товаров, осуществлено незаконно - с нарушением исключительных прав правообладателя.

Истцом в адрес ответчика была направлена претензия в соответствии с почтовой квитанцией от 24.07.2024.

Претензия оставлена ответчиком без удовлетворения, что послужило основанием для обращения в Арбитражный суд с настоящим исковым заявлением.

При рассмотрении дела и разрешении спора суд первой инстанции руководствовался ст.ст. 1225, 1229, 1255, 1259, 1484 ГК РФ и следующим.

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 81 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Пленум N 10), авторское право с учетом пункта 7 статьи 1259 Гражданского кодекса РФ распространяется на любые части произведений при соблюдении следующих условий в совокупности: такие части произведения сохраняют свою узнаваемость как часть конкретного произведения при их использовании отдельно от всего произведения в целом; такие части произведений сами по себе, отдельно от всего произведения в целом, могут быть признаны самостоятельным результатом творческого труда автора и выражены в объективной форме.

При этом к частям произведения могут быть отнесены в числе прочего: название произведения, его персонажи, отрывки текста (абзацы, главы и т.п.), отрывки аудиовизуального произведения (в том числе его отдельные кадры), подготовительные материалы, полученные в ходе разработки программы для ЭВМ, и порождаемые ею аудиовизуальные отображения.

Охрана и защита части произведения как самостоятельного результата интеллектуальной деятельности осуществляются лишь в случае, если такая часть используется в отрыве от всего произведения в целом. При этом совместное использование нескольких частей одного произведения образует один факт использования.

Если одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, размер компенсации определяется судом за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации.

При этом в случае, если права на соответствующие результаты или средства индивидуализации принадлежат одному правообладателю, общий размер компенсации за нарушение прав на них с учетом характера и последствий нарушения может быть снижен судом ниже пределов, установленных Гражданского кодекса РФ,

но не может составлять менее пятидесяти процентов суммы минимальных размеров всех компенсаций за допущенные нарушения (пункт 3 статьи 1252 ГК РФ).

Таким образом, правообладатель вправе требовать от нарушителя выплаты компенсации за каждый случай неправомерного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо за допущенное правонарушение в целом.

В Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 18 июня 2020 г. N 1345-О по запросу Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда о проверке конституционности пунктов 1 и статьи 1259 и статьи 1263 Гражданского кодекса РФ указано следующее. К отношениям, возникающим в связи с созданием аудиовизуального произведения, в полной мере применим пункт 7 статьи 1259 ГК Российской Федерации, предусматривающий, что авторские права распространяются на часть произведения, на его название, на персонаж произведения, если по своему характеру они могут быть признаны самостоятельным результатом творческого труда автора и отвечают требованиям, установленным пунктом 3 данной статьи. Так, в качестве частей аудиовизуального произведения в правоприменительной практике рассматриваются его отдельные кадры (пункт 81 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации"). Таким образом, при условии, что аудиовизуальное произведение (его части) и вошедшее в него произведение изобразительного искусства имеют самостоятельную объективную форму, одновременное их признание объектами интеллектуальной собственности само по себе не может расцениваться как нарушающее какие-либо конституционные права. При предъявлении требования о взыскании компенсации за нарушение исключительного права именно истцу необходимо указать, право на какой объект интеллектуальной собственности он считает нарушенным. К компетенции же суда, рассматривающего дело, относится определение того, принадлежит ли это право истцу и нарушено ли оно ответчиком. Специфика объектов интеллектуальной собственности такова, что одним действием могут быть нарушены исключительные права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации. Данное нарушение может заключаться в выражении нескольких объектов интеллектуальной собственности в одном материальном носителе. Из этого исходит и правоприменительная практика (пункт 68 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации").

Как следует из материалов дела, истец просит взыскать с ответчика компенсацию за незаконное использование товарных знаков N 219534, N 492998, N 486443 в размере 75000 руб. (по 25000 руб. за каждое нарушение), компенсацию за нарушение исключительных прав на произведение изобразительного искусства - дизайн упаковки "Торнадо" в размере 25000 руб.

Судом установлена надлежащая легитимация истца по настоящим требованиям на основании представленных свидетельств на товарные знаки.

Согласно п. 55 Пленума N 10, при рассмотрении дел о защите нарушенных интеллектуальных прав судам следует учитывать, что законом не установлен перечень допустимых доказательств, на основании которых устанавливается факт нарушения (статья 55 ГПК РФ, статья 64 АПК РФ). Поэтому при разрешении вопроса о том, имел ли место такой факт, суд в силу статей 55 и 60 ГПК РФ, статей 64 и 68 АПК РФ вправе принять любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством, в том числе полученные с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, в частности сети "Интернет". Факт неправомерного

распространения контрафактных материальных носителей в рамках договора розничной купли-продажи может быть установлен не только путем представления кассового или товарного чека или иного документа, подтверждающего оплату товара, а также заслушивания свидетельских показаний (статья 493 ГК РФ), но и на основании иных доказательств, например аудио- или видеозаписи.

В подтверждение факта реализации ответчиком спорного товара истцом в материалы дела представлены фотографии спорного товара, кассовый чек от 14.05.2024, подтверждающий заключения договора купли-продажи спорного товара (ст. 493 ГК РФ, п. 2.1 статьи 2 Федерального закона от 22.05.2003 N 54-ФЗ "О применении контрольно-кассовой техники при осуществлении наличных денежных расчетов и (или) расчетов с использованием платежных карт", п. 2 ст. 346.26 Налогового кодекса Российской Федерации).

Имеющиеся в материалах дела фотоматериалы и чек подтверждают факт приобретения спорного товара в торговом помещении ответчика по адресу: <...>.

Вопрос о сходстве до степени смешения является вопросом факта, может быть разрешен судом с позиции рядового потребителя и специальных знаний не требует (пункт 13 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 N 122 "Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности").

Обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением, если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия (пункт 14.4.2 Приказа Роспатента от 05.03.2003 N 32 "О правилах составления, подачи и рассмотрения заявки на регистрацию товарного знака и знака обслуживания", далее - Правила N 32).

В соответствии с пунктом 5.2 Методических рекомендаций по проверке заявленных обозначений на тождество и сходство, утвержденных приказом Роспатента от 31.12.2009 N 197 (далее - Методические рекомендации), сходство изобразительных и объемных обозначений определяется на основании следующих признаков: внешняя форма; наличие или отсутствие симметрии; смысловое значение; вид и характер изображений (натуралистическое, стилизованное, карикатурное и т.д.); сочетание цветов и тонов. Перечисленные признаки могут учитываться как каждый в отдельности, так и в различных сочетаниях.

Согласно пункту 5.2.1 Методических рекомендаций при определении сходства изобразительных и объемных обозначений наиболее важным является первое впечатление, получаемое при их сравнении. Именно оно наиболее близко к восприятию товарных знаков потребителями, которые уже приобретали такой товар. Поэтому, если при первом впечатлении сравниваемые обозначения представляются сходными, а последующий анализ выявит отличие обозначений за счет расхождения отдельных элементов, то при оценке сходства обозначений целесообразно руководствоваться первым впечатлением.

Сходство изображений состоит во внешнем виде и смысловом значении. Незначительные различия в форме и сочетании цветов, не влияют на общее восприятие изображения данного товара как сходного до степени смешения с зарегистрированными товарными знаками (пункт 14.4.2 Правил N 32).

При визуальном сравнении спорного товара, а также нанесенных на его упаковку изображений судом установлено, что данный товар и изображения на его упаковке сходны до степени смешения с товарными знаками истца N 219534, N 492998, N 486443, что свидетельствует о нарушении прав истца.

В соответствии со статьей 1250 Гражданского кодекса РФ интеллектуальные права защищаются способами, предусмотренными Кодексом, с учетом существа нарушенного права и последствий нарушения этого права.

Статьей 1252 Гражданского кодекса РФ предусмотрено, что защита исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и на средства индивидуализации осуществляется, в частности, путем предъявления требования:

1) о признании права - к лицу, которое отрицает или иным образом не признает право, нарушая тем самым интересы правообладателя;

2) о пресечении действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, - к лицу, совершающему такие действия или осуществляющему необходимые приготовления к ним, а также к иным лицам, которые могут пресечь такие действия;

3) о возмещении убытков - к лицу, неправомерно использовавшему результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без заключения соглашения с правообладателем (бездоговорное использование) либо иным образом нарушившему его исключительное право и причинившему ему ущерб, в том числе нарушившему его право на вознаграждение, предусмотренное статьей 1245, пунктом 3 статьи 1263 и статьей 1326 настоящего Кодекса;

4) об изъятии материального носителя в соответствии с пунктом 4 настоящей статьи - к его изготовителю, импортеру, хранителю, перевозчику, продавцу, иному распространителю, недобросовестному приобретателю;

5) о публикации решения суда о допущенном нарушении с указанием действительного правообладателя - к нарушителю исключительного права.

В соответствии с пунктом 4 статьи 1515 Гражданского кодекса РФ правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации:

1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения;

2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

В соответствии со ст. 1301 Гражданского кодекса РФ в случаях нарушения исключительного права на произведение автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных настоящим Кодексом (статьи 1250, 1252 и 1253), вправе в соответствии с пунктом 3 статьи 1252 настоящего Кодекса требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации:

1) в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения;

2) в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров произведения;

3) в двукратном размере стоимости права использования произведения, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование произведения тем способом, который использовал нарушитель.

Истец заявил требование о взыскании компенсации за незаконное использование товарного знака N N 219534, N 492998, N 486443 в размере 75000 руб. (по 25000 руб. за каждое нарушение), компенсацию за нарушение исключительных прав на произведение изобразительного искусства - дизайн упаковки "Торнадо" в размере 25000 руб.

Ответчиком не заявлено ходатайство о снижении компенсации.

Как разъяснено в пунктах 59, 61, 62 Пленума N 10, компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер. При заявлении требований о взыскании компенсации правообладатель вправе выбрать один из способов расчета суммы компенсации, указанных в подп. 1, 2 и 3 ст. 1301, подп. 1, 2 и 3 ст. 1311, подп. 1 и 2 ст. 14061, подп. 1 и 2 п. 4 ст. 1515, подп. 1 и 2 п. 2 ст. 1537 ГК РФ, а также до вынесения судом решения изменить выбранный им способ расчета суммы компенсации, поскольку предмет и основания заявленного иска не изменяются. Суд по своей инициативе не вправе изменять способ расчета суммы компенсации.

В соответствии с подпунктом 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса РФ, правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

В соответствии с абзацем третьим пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации, если одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, размер компенсации определяется судом за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации.

При этом, в случае, если права на соответствующие результаты или средства индивидуализации принадлежат одному правообладателю, общий размер компенсации за нарушение прав на них с учетом характера и последствий нарушения может быть снижен судом ниже пределов, установленных настоящим Кодексом, но не может составлять менее пятидесяти процентов суммы минимальных размеров всех компенсаций за допущенные нарушения.

Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 18.06.2020 N 1345-О указал, что гражданское законодательство основывается на признании равенства участников регулируемых им отношений, неприкосновенности собственности, свободы договора, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в частные дела, необходимости беспрепятственного осуществления гражданских прав, обеспечения восстановления нарушенных прав, их судебной защиты; граждане и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе (пункт 1 и абзац 1 пункта 2 статьи 1

Гражданского кодекса Российской Федерации).

Реализацию названных гарантий обеспечивает и процессуальное законодательство, основанное на конституционно значимом принципе диспозитивности, который, в частности, означает, что процессуальные отношения в гражданском судопроизводстве возникают, изменяются и прекращаются главным образом по инициативе непосредственных участников спорного материального правоотношения, имеющих возможность с помощью суда распоряжаться своими процессуальными правами, а также спорным материальным правом (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 5 февраля 2007 года N 2-П, от 26 мая 2011 года N 10-П и др.).

Соответственно, при предъявлении требования о взыскании компенсации за нарушение исключительного права именно истцу необходимо указать, право на какой объект интеллектуальной собственности он считает нарушенным. К компетенции же суда, рассматривающего дело, относится определение того, принадлежит ли это право истцу и нарушено ли оно ответчиком.

Специфика объектов интеллектуальной собственности такова, что одним действием могут быть нарушены исключительные права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации. Данное нарушение может заключаться в выражении нескольких объектов интеллектуальной собственности в одном материальном носителе. Из этого исходит и правоприменительная практика (пункт 68 Постановления N 10).

Как указывал Конституционный Суд Российской Федерации, при взыскании компенсации за нарушение исключительного права на объект интеллектуальной собственности защита имущественных прав правообладателя должна осуществляться с соблюдением вытекающих из Конституции Российской Федерации требований справедливости, равенства и соразмерности, а также запрета на реализацию прав и свобод человека и гражданина с нарушением прав и свобод других лиц, - т.е. так, чтобы обеспечивался баланс прав и законных интересов участников гражданского оборота (постановления от 13 декабря 2016 года N 28-П и от 13 февраля 2018 года N 8-П; определения от 26 ноября 2018 года N 2999-О, от 28 ноября 2019 года N 3035-О и др.).

На обеспечение такого баланса в случае нарушения одним действием исключительных прав на несколько объектов интеллектуальной собственности, принадлежащих одному правообладателю, направлено положение абзаца 3 пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса РФ, позволяющее суду снизить размер компенсации за это нарушение.

С учетом позиций, выраженных в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 13 декабря 2016 года N 28-П, размер компенсации может быть определен судом и ниже установленного в законе минимального предела. Компенсация является мерой ответственности и преследует, помимо прочих целей, цель общей превенции совершения правонарушений, что не выполняется в случае необоснованного снижения компенсации со стороны суда.

В соответствии с пунктом 61 Постановления N 10 заявляя требование о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда, истец должен представить обоснование размера взыскиваемой суммы (пункт 6 части 2 статьи 131, абзац восьмой статьи 132 ГПК РФ, пункт 7 части 2 статьи 125 АПК РФ), подтверждающее, по его мнению, соразмерность требуемой им суммы компенсации допущенному нарушению, за исключением требования о взыскании компенсации в минимальном размере.

В соответствии со статьями 1515 и 1406.1 ГК РФ, в случаях нарушения

исключительного права правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации в размере до пяти миллионов рублей. В соответствии с пунктом 62 Постановления N 10, размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При установлении размера компенсации, рассчитанного на основании подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса РФ, снижение размера компенсации ниже установленных законом пределов возможно лишь в исключительных случаях (с учетом абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса РФ и Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 13.12.2016 N 28-П "По делу о проверке конституционности подпункта 1 статьи 1301, подпункта 1 статьи 1311 и подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросами Арбитражного суда Алтайского края" и лишь при мотивированном заявлении об этом ответчика.

Суд, с учетом приведенных норм материального права, оценив в соответствии со статьей 71 АПК РФ в совокупности и взаимосвязи все приведенные доводы и представленные в материалы дела доказательства, принимая во внимание обстоятельства дела, характер допущенного ответчиком нарушения, отсутствие доказательств причинения правообладателю каких-либо убытков, стоимость товара, учитывая финансовое положение ответчика, являющегося субъектом малого предпринимательства, исходя из необходимости сохранения баланса прав и интересов сторон и принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения, пришел к выводу о том, что, размер компенсации подлежит определению в размере по 10000 руб. за каждое нарушение.

При этом, суд отметил, что судом не снижен размер заявленной компенсации, а определен ее размер (с учетом характера допущенного нарушения, обстоятельств конкретного дела, степени вины ответчика, принципов разумности и справедливости) в рамках диапазона, определенного подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса РФ, приняв во внимание критерии, установленные высшей судебной инстанцией.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 13.12.2016 N 28-П "По делу о проверке конституционности подпункта 1 статьи 1301, подпункта 1 статьи 1311 и подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросами Арбитражного суда Алтайского края", при определенных условиях возможно снижение судом размера компенсации ниже низшего предела, установленного статьями 1301, 1311 и 1515 Гражданского кодекса РФ, однако такое уменьшение возможно лишь по заявлению ответчика и при следующих условиях:

- убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком;

- правонарушение совершено ответчиком впервые;

- использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью деятельности ответчика и не носило грубый характер (например, если продавцу не было заведомо известно о контрафактном характере реализуемой им продукции).

Таким образом, следует учитывать, что в соответствии с приведенной правовой позицией снижение размера компенсации ниже минимального предела обусловлено Конституционным Судом Российской Федерации одновременным наличием ряда критериев, обязанность доказывания соответствия которым возлагается именно на ответчика.

В силу правовой позиции, изложенной в пункте 43.3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 26.03.2009 N 5/29 "О некоторых вопросах, возникших в связи с введением в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации", рассматривая дела о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, суд определяет сумму компенсации в указанных законом пределах по своему усмотрению, но не выше заявленного истцом требования.

При этом, суд не лишен права взыскать сумму компенсации в меньшем размере по сравнению с заявленным требованием, но не ниже низшего предела, установленного абзацем вторым статьи 1301, абзацем вторым статьи 1311, подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 или подпунктом 1 пункта 2 статьи 1537 Гражданского кодекса РФ.

Учитывая положения статьи 1252 Гражданского кодекса РФ, сумма компенсации признается судом подлежащей определению в размере по 10000 руб. за каждое нарушение, что составляет 30000 руб. компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак N 219534, N 492998, N 486443, 10000 руб. компенсации за нарушение исключительных прав на произведение изобразительного искусства - дизайн упаковки "Торнадо".

Апелляционный суд соглашается, что данная сумма является достаточной для того, чтобы возместить возможные материальные потери истца вследствие однократного нарушения его исключительных прав ответчиком, а также достаточной для того, чтобы ответчик впредь не нарушал исключительные права истца.

В остальной части иска судом отказано. Истцом решение не оспаривается.

Доводы о том, что суд первой инстанции пришел к необоснованному выводу о нарушении исключительных прав на использование товарных знаков № 492998 и № 486443 не принимаются.

Товар ответчика однороден товарам, в отношении классов которых товарным знакам предоставлена правовая охрана.

В пункте 162 Постановления № 10 даны соответствующие разъяснения по поводу наличия вероятности смешения сравниваемых обозначений при низкой степени сходства сравниваемых обозначений и высокой степени однородности товаров и услуг.

В названном пункте четко указывается только на возможность смешения обозначений при наличии низкой степени сходства между ними, но идентичности (или близости) товаров (услуг).

При этом окончательное установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. Суд учитывает влияние степени сходства обозначений, степени однородности товаров, иных обстоятельств на вероятность смешения, а не каждого из соответствующих обстоятельств друг на друга. На спорном товаре размещено комбинированное обозначение, которое представляет собой сочетание словесного и изобразительного элемента. Словесный элемент представляет собой слово «Аргуст» (выполнено кириллицей, печатными буквами белого цвета). Рядом с названной надписью расположен изобразительный элемент, представляющий из изображение листа с желудем.

Суд апелляционной инстанции полагает, что несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься потребителем в качестве конкретного товарного знака. Суд учитывает, что исходя из небольшой стоимости товара внимание

потенциального покупателя к минимальным различиям названий является пониженным, при таких обстоятельствах, потребитель при визуальном осмотре продукции ответчика, очевидно, может ассоциировать его продукт как выпускаемый истцом.

Суд также принимает во внимание, что в русском языке не существует слова «Аргуст», необходимость применения данного слова к товару, являющемуся средством для борьбы с сорной растительностью, не является очевидной. Однако это слово всего на одну букву отличается от слова «Август», являющимся зарегистрированным обозначением товарного знака, в том числе для средств для борьбы с сорной растительностью. Ввиду чего, выбор именно слова «Аргуст» из сотен тысяч слов русского языка не мог быть случайным и не связанным с указанным товаром.

Кроме того, как судом при оценке аналогичного довода в рамках дела А32-4530/2025, на официальном сайте налогового органа https://egrul.nalog.ru/ отсутствует информация об организации с наименованием ЗАО Фирма «Аргуст», указанной на товаре в качестве производителя. Сайт www.firm-august.ru также не существует, при попытке поиска в сети Интернет, отображается ссылка на официальный сайт АО Фирма «Август», которое является производителем оригинального товара, что не могло не вызвать подозрений у ответчика о контрафактности приобретенного им товара.

Аналогичный подход суд полагает применить и в отношении обозначения «august», содержащимся на спорном товаре, применительно к его смешению с товарным знаком № 486443 (отличие на одну букву).

В условиях неоднократного указания суда первой инстанции на взыскание по 10 000 руб. за каждое нарушение (что соответствует резолютивной части решения), само по себе неверное отражение по тексту решения суммы компенсации за все нарушения, на что указывает апеллянт, основанием для отмены (изменения) решения не является. Расценивается в качестве опечатки.

При рассмотрении ходатайства ответчика об оставлении иска без рассмотрения суд руководствуется следующим.

В обоснование ходатайства ответчик указывает, что 27.01.2025 в отношении него тем же истцом в Арбитражный суд Краснодарского края был подан аналогичный иск (дело N А32-4530/2025), предметом которого является требование о взыскании с индивидуального предпринимателя ФИО1 компенсации за нарушение исключительных прав на использование товарных знаков NN 219534, 492998, 486443, а также произведение изобразительного искусства - дизайн этикетки для пестицида Торнадо, допущенное ответчиком, в тот же день - 14.05.2024 путем реализации контрафактного товара только в ином торговом помещении по адресу: <...>.

В соответствии с пунктом 1 части 1 статьи 148 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оставляет исковое заявление без рассмотрения, если после его принятия к производству установит, что в производстве арбитражного суда, суда общей юрисдикции, третейского суда имеется дело по спору между теми же лицами, о том же предмете и по тем же основаниям.

Данная норма предусмотрена законодателем с целью предотвращения неоднократной подачи в суд аналогичных заявлений.

Основание для оставления заявления без рассмотрения, предусмотренное указанной нормой, предполагает ситуацию, когда тождественные требования (о том же предмете и по тем же основаниям) по спору с участием тех же лиц находятся в производстве других судебных органов, в том числе арбитражного суда.

В силу положений действующего законодательства тождественность заявленных требований определяется как совпадение лиц, предмета и основания иска. Под предметом заявления понимается определенное требование заявителя к ответчику. Под основанием иска понимаются юридические факты, с которыми в силу норм материального права связывают возникновение, изменение или прекращение прав и обязанностей субъектов спорного материального правоотношения (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 09.10.2012 N 5150/12).

В указанных делах в качестве нарушений указаны реализации товаров в разных магазинах.

Ответчиком не представлены документы, подтверждающие что товары, представленные истцом в дела N А32-4530/2025 и N А32-11197/2025, являются товарами из одной партии. То есть ответчиком не доказано единство намерений правонарушителя при совершении нескольких сделок, в связи с чем заявление не подлежит удовлетворению.

В контексте довода о единстве намерений при реализации товара в различных торговых точках, апелляционный суд учитывает судебную практику свидетельствующую о возможности квалификации реализации товаров, приобретенных в разных торговых точках в течение короткого промежутка времени с размещенными на них повторяющимися объектами интеллектуальной собственности, в качестве одного факта нарушения, охватываемого единством намерений.

Вместе с тем, суд первой инстанции исходил из отсутствия доказательств того что товары, представленные истцом в дела N А32-4530/2025 и N А32-11197/2025, являются товарами из одной партии.

Бремя доказывания факта наличия единства намерений лежит на ответчике, следовательно, именно он несет по смыслу статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации риски, связанные с несовершением процессуальных действий, направленных на документальное подтверждение своей позиции по существу заявленных требований.

Такими доказательствами могли быть товаросопроводительные документы, подтверждающие размер партии спорных товаров, исходящих от одного поставщика. Такого рода доказательства в материалы дела не представлены, ответчик на них не ссылался.

Суд также учитывает, что хотя факт реализации товара в настоящем и вышеуказанном деле зафиксирован в одну дату, торговые точки расположены в различных населенных пунктах.

Суд отмечает, что компенсация в данном случае взыскана в минимальном размере.

Также истцом заявлено требование о взыскании с ответчика 10000 рублей расходов на оплату услуг представителя.

Согласно пункту 10 Постановления N 1 лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием

В обоснование своих требований истцом представлены договор об оказании юридических услуг от 10.06.2024, а также платежное поручение об оплате услуг представителя, подтверждающее оплату услуг представителя от 20.02.2025 на сумму 10000 руб.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 21.12.2004 N 454-О, обязанность суда взыскивать

расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя и тем самым - на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации. Именно поэтому в части 2 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации речь идет, по существу, об обязанности суда установить баланс между правами лиц, участвующих в деле. Вместе с тем, вынося мотивированное решение об изменении размера сумм, взыскиваемых в возмещение соответствующих расходов, суд не вправе уменьшать его произвольно, тем более, если другая сторона не заявляет возражений и не представляет доказательств чрезмерности взыскиваемых с нее расходов.

В настоящее время определение сложности спора в судебной практике основывается на положениях информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.2014 N 167 "Рекомендации по применению критериев сложности споров, рассматриваемых в арбитражных судах Российской Федерации", в соответствии с которыми выделяется правовая и фактическая сложности дела.

При определении критерия разумности судебных расходов на оплату услуг представителя суд принимает во внимание средние показатели стоимости аналогичных услуг, сформировавшиеся на рынке предоставления юридических услуг, в том числе, положения решения Совета Адвокатской палаты Краснодарского края по гонорарной практике от 27.09.2019, согласно которому участие в качестве представителя доверителя в арбитражных судах в каждой инстанции и в иных органах разрешения конфликтов - 65000 рублей, либо 4500 рублей за час работы и составление исковых заявлений, жалоб, ходатайств, иных документов правового характера - 7000 рублей, устные консультации по правовым вопросам от 2250 рублей.

Обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя и тем самым на реализацию требования части 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации.

При определении разумных пределов возмещения судебных издержек суд должен исходить из документальных и статистических данных о подобных затратах, а не подходить к решению вопроса произвольно (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2004 N 454-О).

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства (пункт 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела").

Согласно пункту 11 названного постановления Пленума, разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (часть 3 статьи 111 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, часть 4 статьи 1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, часть 4

статьи 2 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации).

При рассмотрении требования о взыскании судебных расходов, суд принял во внимание сложившуюся гонорарную практику на территории Краснодарского края, приведенную в Мониторинге гонорарной практики в адвокатской палате Краснодарского края.

Как уже было указано выше, согласно пункту 2.2. мониторинга от 27.09.2019, минимальный размер гонорара за оказание адвокатами правовой помощи в виде участия в качестве представителя доверителя в арбитражных судах в каждой инстанции и в иных органах разрешения конфликтов - 65000 рублей, либо 4500 рублей за час работы.

Судебное разбирательство, в связи с которым были понесены судебные расходы, рассматривалось в порядке упрощенного производства, без вызова сторон, судебные заседания по данному спору не проводились.

Однако, суд принимает во внимание что, работа представителя включает в себя не только участие в судебных заседаниях, но и подготовку документов.

Ответчиком суду первой инстанции не заявлено мотивированных возражений относительно чрезмерности заявленных расходов.

В связи с изложенным, требования истца о взыскании 10000 руб. расходов по оплате услуг признано судом разумным и обоснованным.

Требования истца о взыскании 10000 руб. расходов по оплате услуг представителя подлежат удовлетворению с учетом удовлетворения исковых требований частично (4000 руб.).

Истцом так же заявлено о взыскании судебных издержек, состоящих из почтовых расходов в сумме 258 руб. и стоимости контрафактного товара в размере 140 руб. В обосновании заявленных требований истцом представлены: кассовый чек от 14.05.2024 на сумму 140 руб., а также почтовые квитанции от 22.08.2024 на сумму 86 руб., от 24.07.2024 на сумму 86 руб., от 24.07.2024 на сумму 86 руб. и от 16.07.2024 на сумму 86 руб. Ввиду того, что исковые требования истца удовлетворены частично, суд считает взыскал судебные издержки в данной части пропорционально удовлетворенным требованиям.

Суд апелляционной инстанции не находит оснований к отмене либо изменению решения суда первой инстанции. Нарушений процессуального права, являющихся основанием для безусловной отмены судебного акта в соответствии с частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не допущено.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 258, 269 – 272.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Краснодарского края от 22.04.2025 (мотивированное решение от 06.05.2025) по делу № А32-11197/2025 оставить без изменения, апелляционную жалобу оставить без удовлетворения.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в порядке, определенном главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Суд по интеллектуальным правам.

Судья Я.Л. Сорока