Постановление от 3 апреля 2025 г. по делу № А75-23879/2023

Арбитражный суд

Западно-Сибирского округа


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. ТюменьДело № А75-23879/2023

Резолютивная часть постановления объявлена 03 апреля 2025 года

Постановление изготовлено в полном объеме 04 апреля 2025 года

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего Щанкиной А.В.,

судейДемидовой Е.Ю.,

ФИО1,

при ведении судебного заседания с использованием средств аудиозаписи, рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу Страхового акционерного общества «ВСК» на решение от 19.08.2024 Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры (судья Касумова С.Г.) и постановление от 27.11.2024 Восьмого арбитражного апелляционного суда (судьи Тетерина Н.В., Рожков Д.Г., Солодкевич Ю.М.) по делу № А75-23879/2023 по иску общества с ограниченной ответственностью «Югорский лесопромышленный холдинг» (ОГРН <***>, ИНН <***>) к Страховому акционерному обществу «ВСК» (ОГРН <***>, ИНН <***>) о взыскании 20 505 000 руб.

В заседании принял участие представитель Страхового акционерного общества «ВСК» - ФИО2 по доверенности от 01.04.2025 (сроком действия по 31.03.2026), диплом, паспорт.

Суд установил:

акционерное общество «Югорский лесопромышленный холдинг» (далее – АО «ЮЛХ», истец) обратилось в Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа - Югры с исковым заявлением, уточненным в ходе рассмотрения дела на основании статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), к страховому акционерному обществу «ВСК» (далее – САО «ВСК», ответчик) о взыскании 20 505 000 руб. страхового возмещения.

Решением от 19.08.2024 Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры, оставленным без изменения постановлением от 27.11.2024 Восьмого арбитражного апелляционного суда, исковые требования удовлетворены.

Не согласившись с принятыми судебными актами, САО «ВСК» обратилось в суд округа с кассационной жалобой, в которой просит решение и постановление отменить полностью, направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В обоснование кассационной жалобы приведены следующие доводы: судами оставлены без внимания обстоятельства заключения договора страхования, не дана оценка представленным САО «ВСК» по этим вопросам доказательствам; подпункты 4.4.3.2 и 4.4.3 Правил № 110/2 страхования специализированной техники (передвижного оборудования), утвержденных приказом САО «ВСК» от 30.04.2019 № 00- 99/198-ОД (далее – Правила страхования) исключают из страхового покрытия упущений со стороны страхователя, повлекших гибель (повреждение) застрахованного имущества; выводы судов о ничтожности подпунктов 4.4.3.2 и 4.4.3 Правил страхования САО «ВСК» неправильные, сделаны в связи с тем, что судами обстоятельства заключения договора страхования оставлены без внимания.

Отзывы на кассационную жалобу в установленном процессуальном законодательством порядке в материалы дела не поступили.

В судебном заседании представитель кассатора полностью поддержал ранее изложенную правовую позицию по делу.

Учитывая надлежащее извещение сторон и третьего лица о времени и месте проведения судебного заседания, кассационная жалоба рассматривается в отсутствие представителей в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Проверив судебные акты в пределах доводов кассационной жалобы в соответствии со статьями 284, 286 АПК РФ, суд кассационной инстанции пришел к следующим выводам.

Как следует из материалов дела и установлено судами, 31.03.2021 между САО «ВСК» (страховщик) и АО «ЮЛХ» (страхователь), заключен договор страхования специализированной техники и передвижного оборудования № 21910В0000025 (далее – договор страхования, договор), согласно пункту 2.1 которого его предметом является обязательство страховщика за обусловленную договором страхования плату (страховую премию) при наступлении в договоре страхования события (страхового случая) возместить (выплатить) страхователю или иному лицу, в пользу которого заключен договор страхования (выгодоприобретателю) страховое возмещение, причиненные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе, в пределах, определенной договором суммы (страховой суммы).

21.05.2021 между истцом и ответчиком, заключено дополнительное соглашение № 21910B0000025-D00004 к договору страхования, которым перечень застрахованной специализированной техники (приложение № 2 к договору) дополнен перегружателем колесным Sennebogen 730M-HD RU, государственный регистрационный знак <***> регион 86 (далее – колесный перегружатель).

15.01.2022 в колесном перегружателе под управлением водителя-машиниста истца, по адресу: Ханты-Мансийский автономный округ - Югра, Советский район, п. Малиновский, промышленная зона, на территории Малиновского лесопильного завода, произошел пожар.

В результате пожара истцу причинен имущественный ущерб в виде полной утраты колёсного перегружателя.

АО «ЮЛХ», полагая, что наступил страховой случай, 03.07.2022 обратился к ответчику с заявлением о возмещении ущерба, возникшего в результате пожара колесного перегружателя.

По итогам рассмотрения данного заявления ответчиком направлен в адрес истца письменный отказ в выплате страхового возмещения (письмо от 12.09.2022 № 00-94- 01/3219) в связи с тем, что непосредственной причиной пожара явились нарушения машинистом истца положений и правил безопасности при ведении работ, а именно: требований раздела «Техника безопасности» Руководства по эксплуатации Sennebogen 730.0.1075 ru; пункта 69 «Правил по охране труда при эксплуатации промышленного транспорта», утвержденных приказом Министерства труда и социальной зашиты Российской Федерации от 18.11.2020 № 814н; должностной инструкции водителя погрузчика (пиловочное сырье) 6 разряда; инструкции по охране труда для водителей погрузчика (Sennebogen, Liebherr) ИОТ Р-15-08-2021.

Истец обратился к ответчику с претензией, требуя уплаты страхового возмещения.

Поскольку ответчик в добровольном порядке не уплатил истцу сумму страхового возмещения, последний обратился в арбитражный суд за защитой своих прав.

Руководствуясь статьями 929, 930, 943, 963 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), статьей 9 Закона «Об организации страхового дела в Российской Федерации» от 27.11.1992 № 4015-1 (далее – Закон № 4015-1), учитывая установленные по уголовному делу № 1-176/2022 обстоятельства, установив, что повреждение (гибель) застрахованного имущества произошло в результате нарушения страхователем правил техники безопасности, правил эксплуатации, правил дорожного движения и тому подобных, вследствие грубой неосторожности, суд первой инстанции пришел к выводу о ничтожности условий подпункта 4.4.3.2 Правил страхования по отношению к случаям повреждения застрахованного имущества вследствие неосторожности страхователя, что в отсутствие умысла подобное обстоятельство не может быть основанием освобождения страховщика от выплаты страхового возмещения, в связи с чем удовлетворил исковые требования.

Проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции в порядке статей 266, 268 АПК РФ, отклонив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции не нашел оснований для его отмены или изменения.

Кассационная инстанция считает выводы судов первой и апелляционной инстанций соответствующим фактическим обстоятельствам дела и подлежащим применению нормам материального и процессуального права.

Согласно пункту 1 статьи 929 ГК РФ по договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю), причиненные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).

Имущество может быть застраховано по договору страхования в пользу лица (страхователя или выгодоприобретателя), имеющего основанный на законе, ином правовом акте или договоре интерес в сохранении этого имущества (пункт 1 статьи 930 ГК РФ).

В силу статьи 9 Закона № 4015-1 страховым случаем является свершившееся событие, предусмотренное договором страхования или законом, с наступлением которого возникает обязанность страховщика произвести страховую выплату страхователю, застрахованному лицу, выгодоприобретателю или иным третьим лицам.

Положения статьи 942 ГК РФ к числу существенных условий договора страхования относят условие о характере события, на случай наступления которого осуществляется страхование (страхового случая).

В соответствии со статьей 943 ГК РФ условия, на которых заключается договор страхования, могут быть определены в стандартных правилах страхования соответствующего вида, принятых, одобренных или утвержденных страховщиком либо объединением страховщиков (правилах страхования).

На основании пункта 1 статьи 963 ГК РФ страховщик освобождается от выплаты страхового возмещения или страховой суммы, если страховой случай наступил вследствие умысла страхователя, выгодоприобретателя или застрахованного лица, за исключением случаев, предусмотренных пунктами 2 и 3 названной статьи. Законом могут быть предусмотрены случаи освобождения страховщика от выплаты страхового возмещения по договорам имущественного страхования при наступлении страхового случая вследствие грубой неосторожности страхователя или выгодоприобретателя.

Согласно пункту 4.1 Правил страхования страховым случаем является возникновение у страхователя (выгодоприобретателя) убытков от утраты (гибели), недостачи или повреждения застрахованного имущества в результате события, которое с учетом всех положений настоящих Правил и конкретного договора страхования соответствует описанию и условиям одной или нескольких из групп страховых рисков, указанных в пунктах 4.1.1 - 4.1.9 настоящих Правил.

Как следует из материалов дела и верно установлено судами, в рассматриваемом случае ущерб застрахованному имущества причинен в результате пожара.

В рамках следственных мероприятий, на основании постановления о назначении судебной пожарно-технической экспертизы ОД ОНД и ПР по городам Югорск, Советский и Советскому району от 15.02.2022 федеральным государственным бюджетным учреждением «Судебно-экспертное учреждение Федеральной противопожарной службы «Испытательная пожарная лаборатория» по Ханты-Мансийскому автономному округу - Югре, выполнена пожарно-техническая экспертиза, по результатам которой было составлено заключение эксперта № 25/2022.

По итогам экспертного исследования сделаны следующие выводы:

- очаг пожара находился в моторном отсеке колесного перегружателя;

- возникновение пожара непосредственно (технически) вызвано возгоранием горючих материалов из-за теплового проявления электрического тока в условиях короткого замыкания, которое произошло при обрыве линии электропередачи ВЛ-10 кВ на колесный перегружатель.

Такой вид страхового события относится к группе рисков «Пожар», которая урегулирована положениями пункта 4.1.1 Правила страхования.

Согласно пункту 4.1.1.1 Правил страхования под «пожаром» понимается неконтролируемое горение, причиняющее материальный ущерб застрахованному имуществу.

По данной группе рисков страховым случаем является, с учетом предусмотренных настоящими Правилами (договором страхования) условий и исключений, утрата (гибель) или повреждение застрахованного имущества в результате: воздействия огня, возникшего в результате пожара; удара молнии (воздействия прямого грозового разряда, при котором ток протекает через элементы застрахованного имущества и оказывает термическое, механическое или электрическое воздействие, или вторичное воздействие грозового разряда, связанное с наведением высокого электрического потенциала с возникновением искрения); повреждения в системе электрооборудования; воздействия продуктов горения, высокой температуры, а также огнетушащими веществами и (или) материалами при выполнении мероприятий по тушению пожара (пункт 4.1.1.2 Правил страхования).

По данной группе не являются застрахованными рисками и ни при каких обстоятельствах не могут быть признаны страховыми случаями утрата (гибель) или повреждение застрахованного имущества в результате прямого воздействия тепла на огнеупорные материалы и другую футеровку, являющуюся частью застрахованного имущества, в местах, специально предназначенных нормами и правилами эксплуатации для разведения огня, поддержания горения и создания повышенной температуры (пункт 4.1.1.3 Правил страхования).

В данном случае произошедшее возгорание, в связи с повреждением системы электрооборудования является застрахованным риском и подлежит признанию страховым случаем применительно к положениям пункта 4.1.1.2 Правил страхования.

Отказывая в выплате страхового возмещения, ответчик полагает, что наступившее событие не является страховым случаем, поскольку в силу пункта 4.4.3.2 Правил страхования подпадает под основания для отказа в страховой выплате.

Приговором Советского районного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 11.10.2022 по делу № 1-176/2022 действия водителя специализированного транспортного средства ФИО3 подпадают под действия, предусмотренные частью 1 статьи 216 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее – УК РФ) как нарушение правил безопасности при ведении иных работ, что повлекло причинение по неосторожности крупного ущерба.

Учитывая, что: указанный приговор имеет преюдициальное значение, поскольку подтверждает в настоящем случае обстоятельства возникновения пожара и, как следствие, утрату застрахованного имущества в результате действий страхователя по нарушению положений и правил безопасности при ведении работ по неосторожности (требований раздела «Техника безопасности» Руководства по эксплуатации Sennebogen 730.0.1075 ru, пункта 69 Правил по охране труда при эксплуатации промышленного транспорта, утвержденных приказом Министерства труда и социальной зашиты Российской Федерации от 18.11.2020 № 814н; должностная инструкция водителя погрузчика (пиловочное сырье) 6 разряда; инструкция по охране труда для водителей погрузчика (Sennebogen, Liebherr) ИОТ Р-15-08- 2021); принимая во внимание буквальное толкование пункта 4.4.3.2 Правил страхования по правилам статьи 431 ГК РФ и разъяснений, приведенных в пунктах 43, 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» (далее – пленум № 49), в соответствии с которыми страховщик наделен правом отказать страхователю в выплате, если не соблюдены нормативные документы и инструкции по эксплуатации или обслуживанию застрахованной специализированной техники, принимая во внимание, что такое условие сформулировано и предложено ответчиком, являющимся более сильной стороной правоотношений по добровольному страхованию имущества, суды пришли к законным и обоснованным выводам о ничтожности спорного пункта договора страхования как предполагающего основания для освобождения страховщика от выплаты страхового возмещения.

Согласно разъяснениям пункта 51 постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.06.2024 № 19 «О применении судами законодательства о добровольном страховании имущества» (далее – Постановление № 19) страховщик освобождается от выплаты страхового возмещения в случаях, предусмотренных законом (статьи 961 - 963, 965 ГК РФ). При наступлении страхового случая вследствие обстоятельств, перечисленных в статье 964 ГК РФ, страховое возмещение не осуществляется, если договором страхования не предусмотрено иное.

Таким образом, действующим правовым регулированием установлен перечень обстоятельств освобождения страховщика от выплаты страхового возмещения.

В частности, в соответствии с пунктом 1 статьи 963 ГК РФ страховщик освобождается от выплаты страхового возмещения или страховой суммы, если страховой случай наступил вследствие умысла страхователя, выгодоприобретателя или застрахованного лица, за исключением случаев, предусмотренных пунктами 2 и 3 названной статьи.

Законом могут быть предусмотрены случаи освобождения страховщика от выплаты страхового возмещения по договорам имущественного страхования при наступлении страхового случая вследствие грубой неосторожности страхователя или выгодоприобретателя.

Разъяснения данной нормы права приведены в пункте 49 Постановление № 19, согласно которой в силу статьи 963 ГК РФ страховщик освобождается от осуществления страхового возмещения, если докажет, что умысел лица, в пользу которого произведено страхование, был направлен на наступление страхового случая (утрату, гибель, недостачу или повреждение застрахованного имущества) и что это лицо желало наступления указанных негативных последствий (например, поджог застрахованного имущества с целью получения страхового возмещения).

При наступлении страхового случая вследствие грубой неосторожности страхователя или выгодоприобретателя, под которой в соответствии с пунктом 1 статьи 401 ГК РФ понимается существенное нарушение той степени заботливости и осмотрительности, какая требовалась от страхователя (выгодоприобретателя), страховщик может быть освобожден от выплаты страхового возмещения, только если это прямо предусмотрено законом (абзац второй пункта 1 статьи 963 ГК РФ).

Из изложенного следует, что случаи освобождения страховщика от выплаты страхового возмещения по договорам имущественного страхования в зависимости от степени вины страхователя при наступлении страхового случая строго регламентированы законом, а именно, могут быть предусмотрены только законом, а не соглашением сторон.

Соответственно, страховщик не вправе устанавливать в договоре условия, освобождающие его от обязанности осуществить страховое возмещение, отличные от положений статьи 963 ГК РФ.

В силу пункта 1 статьи 422 ГК РФ договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующими в момент его заключения.

Правила страхования являются неотъемлемой частью договора страхования (пункт 1 статьи 943 ГК РФ), поэтому не должны содержать положения, противоречащие гражданскому законодательству и ухудшающие положение страхователя по сравнению с установленными законом.

В этой связи условия договора имущественного страхования, ставящие выплату страхового возмещения в зависимость от действий страхователя, несмотря на факт наступления страхового случая, ничтожны (пункт 6 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации за второй квартал 2012 года, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.10.2012).

Применив вышеуказанные нормы права, установив, что действующим законодательством не установлено оснований, изложенных в пункте 4.4.3.2 Правил страхования, позволяющих освободить страховую компанию от выплаты страхового возмещения, суды пришли к правомерному выводу, что условие спорного пункта 4.4.3.2 является ничтожным применительно к случаям повреждения имущества вследствие неосторожности страхователя, поскольку на основании спорного пункта страховая компания полностью исключила свой обычный предпринимательский риск, связанный с выплатой страхового возмещения, поставив выплату страхового возмещения в зависимость от действий страхователя/выгодоприобретателя (вследствие несоблюдения страхователем требований нормативных документов и инструкций по эксплуатации и/или обслуживанию и/или транспортировке (перегону, перемещению) застрахованной специализированной техники) и формы его вины, а не от факта наступления страхового случая как объективно произошедшего события.

Касательно ссылки ответчика о том, что суд первой инстанции, высказавшись о ничтожности пункта 4.4.3.2 Правил страхования вышел за пределы исковых требований, апелляционной суд со ссылкой на статью 49 АПК РФ согласился с доводами ответчика, однако указал, что, заявляя о нарушении норм процессуального права, ответчик не учитывает нормативное регулирование признания сделок недействительными.

В частности, согласно пункту 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия (пункт 2 статьи 166 ГК РФ).

По смыслу изложенной нормы права только оспоримая сделка требует обязательного заявления заинтересованной стороной самостоятельно иска о признании сделки недействительной, в то время как ничтожная является таковой в силу закона (то есть недействительна независимо от признания ее таковой судебным решением) и не требует обязательного инициирования искового производства.

Это означает, что при разрешении требований о взыскании по договору суд оценивает обстоятельства, свидетельствующие о его ничтожности (пункт 3 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2020), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.06.2020).

В пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 № 57 «О некоторых процессуальных вопросах практики рассмотрения дел, связанных с неисполнением либо ненадлежащим исполнением договорных обязательств» также разъяснено, что возбуждение самостоятельного производства по иску об оспаривании договора, в том числе в случае, когда такой иск предъявлен учредителем, акционером (участником) организации или иным лицом, которому право на предъявление иска предоставлено законом (пункт 2 статьи 166 ГК РФ), само по себе не означает невозможности рассмотрения дела о взыскании по договору в судах первой, апелляционной, кассационной и надзорной инстанций, в силу чего не должно влечь приостановления производства по этому делу на основании пункта 1 части 1 статьи 143 АПК РФ, а также приостановления исполнения судебного акта по правилам части 1 статьи 283 либо части 1 статьи 298 Кодекса.

В таком случае судам следует иметь в виду, что эффективная судебная защита нарушенных прав может быть обеспечена своевременным заявлением возражений или встречного иска. Кроме того, арбитражный суд, рассматривающий дело о взыскании по договору, оценивает обстоятельства, свидетельствующие о заключенности и действительности договора, независимо от того, заявлены ли возражения или встречный иск.

Таким образом, вопрос действительности сделки, положенной в обоснование иска, является юридически значимым при разрешении дела и подлежит исследованию судом независимо от заявления сторон, а потому судом первой инстанции при оценке условий Правил страхования, как неотъемлемой части договора страхования, на предмет их действительности не допущено нарушения процессуальных норм права.

Кроме того, следует обратить внимание, что суд наделен в отношении ничтожных сделок правом применить последствия недействительности сделки по своей инициативе для защиты публичных интересов.

В частности, в соответствии с частью 4 статьи 166 ГК РФ суд вправе применить последствия недействительности ничтожной сделки по своей инициативе, если это необходимо для защиты публичных интересов, и в иных предусмотренных законом случаях.

В пункте 75 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 25) разъяснено, что применительно к статьям 166 и 168 ГК РФ под публичными интересами, в частности, следует понимать интересы неопределенного круга лиц. Сделка, при совершении которой был нарушен явно выраженный запрет, установленный законом, является ничтожной как посягающая на публичные интересы. Само по себе несоответствие сделки законодательству или нарушение ею прав публично-правового образования не свидетельствует о том, что имеет место нарушение публичных интересов.

В связи с этим, в абзаце 3 пункта 79 Постановления № 25 в мотивировочной части решения должно быть указано, какие публичные интересы подлежат защите, либо содержаться ссылка на специальную норму закона, позволяющую применить названные последствия по инициативе суда.

Исходя из фактических обстоятельств настоящего дела, исследовав и оценив по правилам, предусмотренным главой 7 АПК РФ, имеющиеся в материалах дела доказательства, верно распределив бремя доказывания между сторонами, истолковав условия пункта 4.4.3.2 Правил страхования, заключив, что оно нарушает явно выраженный запрет, установленный законом, в связи с чем является ничтожным как противоречащий существу правового урегулирования с сфере страхования, апелляционный суд обоснованно поддержал выводы суда первой инстанции о применении последствий недействительности ничтожной сделки (реституцию) по своей инициативе, что не является выходом за рамки исковых требований.

При изложенных обстоятельствах, учитывая форму вины страхователя в виде неосторожности, что установлено вступившим в законную силу приговором Советского районного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 11.10.2022 по делу № 1-176/2022, принимая во внимание, что страховой случай – это объективное событие и в настоящем случае нарушение правил безопасности при ведении работ на спецтехнике наступило не в результате умысла страхователя (его работника), суды пришли к обоснованному выводу об отсутствии правовых оснований для отказа в выплате страхового возмещения, поскольку оснований для освобождения ответчика как страховой компании от выплаты страхового возмещения не установлено.

Аналогичная правовая позиция изложена в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 18.02.2025 № 306-ЭС24-19744 по делу № А72-17277/2022.

Доводы кассационной жалобы САО «ВСК» о необоснованности выводов судов о признании произошедшего события страховым случаем противоречат установленным судами обеих инстанций фактическим обстоятельствам на основании должной оценки доказательств (статьи 65, 67, 68, 71 АПК РФ).

Факт наступления страхового случая как объективного события подтвержден представленными в материалы дела и не опровергнут ответчиком путем предоставления допустимых и достоверных доказательств. Обстоятельства, которые могли бы свидетельствовать о наличии оснований для освобождения страховщика от страховой выплаты по наступившему событию (статьи 961, 963, 964 ГК РФ) при рассмотрении настоящего дела судами не установлены.

Выводы судов согласуются с материалами дела, описание и анализ доказательств являются достаточно подробными для итогового вывода суда об удовлетворении иска, а правовая аргументация соответствует применимым к спорным отношениям нормам права.

Доводы кассационной жалобы САО «ВСК» относительно обстоятельства заключения договора страхования, а также правомерности подпунктов 4.4.3.2 и 4.4.3 Правил страхования отклоняются по следующим основаниям.

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 10 ГК РФ не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). В случае несоблюдения данного запрета суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Как указано в пунктах 8, 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 16 «О свободе договора и ее пределах» в случаях, когда будет доказано, что сторона злоупотребляет своим правом, вытекающим из условия договора, отличного от диспозитивной нормы или исключающего ее применение, либо злоупотребляет своим правом, основанным на императивной норме, суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает этой стороне в защите принадлежащего ей права полностью или частично либо применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

В тех случаях, когда будет установлено, что при заключении договора, проект которого был предложен одной из сторон и содержал в себе условия, являющиеся явно обременительными для ее контрагента и существенным образом нарушающие баланс интересов сторон (несправедливые договорные условия), а контрагент был поставлен в положение, затрудняющее согласование иного содержания отдельных условий договора (то есть оказался слабой стороной договора), суд вправе применить к такому договору положения пункта 2 статьи 428 ГК РФ о договорах присоединения, изменив или расторгнув соответствующий договор по требованию такого контрагента.

В то же время, поскольку согласно пункту 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего недобросовестного поведения, слабая сторона договора вправе заявить о недопустимости применения несправедливых договорных условий на основании статьи 10 ГК РФ или о ничтожности таких условий по статье 169 ГК РФ.

Таким образом, при наличии возражений стороны, не являющейся профессиональным участником страховых правоотношений, относительно применения явно обременительных для нее условий договора суд не вправе отклонить эти возражения только по той причине, что при заключении договора в отношении спорного условия не были высказаны возражения.

Определяя страховые случаи, страховщик включил причины, когда выплата страхового возмещения невозможна в результате различного рода явлений и действий независимо от формы вины лица, их совершивших, что страховой случай переведен из разряда события (факта) в разряд условий, освобождающих от ответственности, что не соответствует положениям статей 929, 963 ГК РФ и разъяснениям, содержащимся в пункте 33 Постановления № 19.

В рассматриваемом деле произошедший пожар не мог быть отнесен к исключениям, установленным в подпунктах 4.4.3.2 и 4.4.3 Правил страхования, поскольку иное (в силу отсутствия установленного факта умысла со стороны истца) противоречит положениям статей 1, 963 ГК РФ и разъяснениям высших судебных инстанций.

В целом доводы, приведенные в кассационной жалобе, направлены на переоценку доказательств по делу и оспаривание выводов нижестоящих судов по фактическим обстоятельствам спора, исследованных судами и получивших должную правовую оценку, тогда как в силу части 2 статьи 287 АПК РФ при рассмотрении дела в порядке кассационного производства суд округа не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены либо были отвергнуты судом первой или апелляционной инстанции, либо предрешать вопросы о достоверности или недостоверности того или иного доказательства, преимуществе одних доказательств перед другими.

Суд кассационной инстанции не усматривает оснований для переоценки правомерных выводов судов первой и апелляционной инстанции.

Несогласие ответчика с выводами судов, иная оценка им фактических обстоятельств дела и иное толкование положений закона не свидетельствует о допущенной при рассмотрении дела судебной ошибке и не является основанием для отмены судебных актов судом кассационной инстанции.

Поскольку все обстоятельства, имеющие существенное значение для разрешения спора, а также доводы, изложенные в кассационной жалобе, были предметом рассмотрения судов и им дана надлежащая правовая оценка, оснований для отмены судебных актов не имеется, в связи с чем кассационная инстанция оставляет их в силе.

Нарушений судами норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 288 АПК РФ основаниями для безусловной отмены судебных актов, не установлено.

Кассационная жалоба, рассмотренная в пределах заявленных в ней доводов, удовлетворению не подлежит.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение кассационной жалобы относятся на заявителя.

Учитывая изложенное, руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьей 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

решение от 19.08.2024 Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры и постановление от 27.11.2024 Восьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А75-23879/2023 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий А.В. Щанкина

СудьиЕ.Ю. Демидова

В.В. Сирина