Решение от 26 октября 2022 г. по делу № А07-26940/2021

АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ БАШКОРТОСТАН

450076, Башкортостан, г. Уфа, ул. Гоголя 18

сервис для подачи документов в электронном виде: http://my.arbitr.ru

сайт http://ufa.arbitr.ru/


Именем Российской Федерации



РЕШЕНИЕ

Дело № А07-26940/2021
г. Уфа
26 октября 2022 года
Резолютивная часть решения объявлена 25.10.2022

Полный текст решения изготовлен 26.10.2022


Арбитражный суд Республики Башкортостан в составе судьи Шагабутдиновой З. Ф., при ведении протокола судебного заседания помощником

судьи Гареевой Л.Р., рассмотрев в судебном заседании дело по иску

Харман Интернешнл Индастриз Инкорпорейтед

к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (ИНН <***>)

о взыскании компенсации в размере 100 000 руб.


при участии в судебном заседании:

от ответчика – ФИО1, паспорт



На рассмотрение Арбитражного суда Республики Башкортостан поступило исковое заявление Харман Интернешнл Индастриз Инкорпорейтед к индивидуальному предпринимателю ФИО1 о взыскании компенсации в размере 100 000 руб.

Ответчик представил отзыв, в удовлетворении иска просил отказать, ссылаясь на то, что представители истца не имеют соответствующих прав на подачу искового заявления в связи с отсутствием оригинала доверенности и доказательств, подтверждающих юридический статус Харман Интернешнл Индастриз Инкорпорейтед. Кроме того, как указал ответчик, в действиях истца, являющегося иностранным юридическим лицом, содержатся признаки злоупотребления правом, что является самостоятельным основанием в отказе исковых требований.

В дополнении к иску истец указал, что полномочия представителя ФИО2, подписавшего исковое заявление, подтверждены нотариальной доверенностью от 14.07.2020 сроком ее действия до 08.06.2022. В материалы дела также представлена доверенность от 08.06.2020 на имя ФИО3, выдавшего в порядке передоверия доверенность от 14.07.2020, которая содержит как право на подписание искового заявления, так и право на передоверие полномочий третьим лицам. Истец также указал, что все иностранные документы, представленные в материалы дела, апостилированы и сопровождаются надлежащим образом заверенным переводом (нотариальным).

В связи с истечением срока действия доверенности от 08.06.2020, истец представил в материалы дела доверенность от 09.05.2022, выданной компанией Харман, а также доверенность от 02.08.2022, выданной представителю ФИО2, ФИО4

В ходе рассмотрения дела от истца поступило ходатайство о приобщении к материалам дела товаров (портативная акустическая колонка в 2 экземплярах), приобретенных у ответчика.

Протокольным определением от 26.01.2022 портативные акустические колонки в количестве 2 экземпляров признаны судом в качестве вещественного доказательства и в соответствии со статьёй 76 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации приобщены к материалам дела.

Ответчик заявил о фальсификации копии доверенности от 08.06.2020, копии апостиля от 15.06.2020, копии доверенности от 09.05.2022, копии апостиля от 13.05.2022 и заявил ходатайство о назначении экспертизы для проверки подлинности вышеуказанных документов. По мнению ответчика, в апостиле от 13.05.2022 просматривается наложение подписи секретаря штата, а в апостиле от 15.06.20020 размер штампа и наклон явно не соответствует оригинальному. Ответчиком также заявлено ходатайство об истребовании подлинников вышеуказанных документов.

Истец возражал на ходатайства ответчика, пояснив, что доводы о несоответствии размеров и наклона штампа оригинальному, как и о некоем "наложении" подписи секретаря штата, надуманы.

Рассмотрев ходатайство ответчика о фальсификации доказательств, суд не установил основания для вывода о фальсификации оспариваемых документов.

В соответствии со статьей 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае, если лицо, участвующее в деле, обратится в арбитражный суд с заявлением в письменной форме о фальсификации доказательства, представленного другим лицом, участвующим в деле, суд проверяет обоснованность заявления о фальсификации доказательства, если лицо, представившее это доказательство, заявило возражения относительно его исключения из числа доказательств по делу.

Под фальсификацией доказательств по рассматриваемому арбитражным судом делу понимается подделка либо фабрикация вещественных доказательств и (или) письменных доказательств (документов, протоколов и т.п.).

Субъектом данного преступления может быть только лицо, участвующее в деле, или его представитель.

Процессуальный институт фальсификации применяется для устранения сомнений в объективности и достоверности доказательства, положенного в основу требований или возражений участвующих в деле лиц, в отношении которого не исключена возможность его изготовления по неправомерному усмотрению заинтересованного лица.

В соответствии со статьей 159 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заявления и ходатайства лиц, участвующих в деле, обосновываются этими лицами, в том числе, и заявление о фальсификации доказательств.

Лицо, заявляющее о фальсификации доказательств, в заявлении о фальсификации должно указать обстоятельства, которые вызывают сомнения в подлинности доказательств (форма), либо содержащихся в них сведений (содержание), и способ фальсификации доказательств. Обосновывая заявление о фальсификации, заявитель должен указать на иные представленные в дело доказательства, свидетельствующие с определенной долей вероятности о недостоверности представленного в материалы дела материального носителя, либо опровергающие (ставящие под сомнение) содержащуюся в нем информацию. Заявление о фальсификации не может быть подкреплено убеждением стороны, не основанном на конкретных доводах и фактах, которые подлежат оценке судом в соответствии с правилами статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

При этом судом должно быть проверено наличие у лица, заявляющего о фальсификации доказательств, оснований для предположительного вывода о том, что доказательство является недостоверным. Заявителем должны быть приведены доводы, либо представлены доказательства, вызывающие сомнение в возможности составления (подписания) документа в указанную в нем дату, либо указанным в нем лицом, либо приведенные доводы должны вызывать обоснованные сомнения в действительности обстоятельств, о наличии которых призвано свидетельствовать представленное суду доказательство.

Заявителем должно быть четко указано, в какой части доказательство подвергнуто фальсификации: сфальсифицирован один из реквизитов документа (дата, подпись), фальсификации подвергнуто содержание документа по причине подчисток, дописок в тексте, либо доказательство содержит недостоверную информацию в отсутствие видимых дефектов.

Наличие указанного обоснования заявления о фальсификации доказательств необходимо для определения судом процессуальных способов проверки заявления о фальсификации доказательств. По смыслу статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заявление о фальсификации может быть проверено не только посредством назначения экспертизы, но и иными способами, в том числе путем оценки доказательства, о фальсификации которого заявлено, в совокупности с иными доказательствами по делу.

В соответствии со ст. 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации назначение экспертизы является правом арбитражного суда, которое он может реализовать в случае, если с учетом всех обстоятельств дела придет к выводу о необходимости осуществления таких процессуальных действий для правильного разрешения спора.

На основании части 2 статьи 64, части 3 статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заключения экспертов являются одним из доказательств по делу и оцениваются наряду с другими доказательствами. Таким образом, судебная экспертиза назначается судом в случаях, когда вопросы права нельзя разрешить без оценки фактов, для установления которых требуются специальные познания, а, следовательно, само по себе заявление участника процесса о назначении судебной экспертизы не создает обязанности суда ее назначить.

Следовательно, заявление лицом, участвующим в деле, ходатайства о назначении экспертизы не создает обязанности суда ее назначить (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 09.03.2011 № 13765/10).

Суд может отказать в назначении экспертизы, если у него исходя из оценки уже имеющихся в деле доказательств сложилось убеждение, что имеющиеся доказательства в достаточной мере подтверждают или опровергают то или иное обстоятельство.

По результатам оценки представленных в материалы дела доказательств в рамках рассмотрения заявления о фальсификации предоставленных другой стороной, суд отклоняет его в связи с тем, что приведённые ответчиком мотивы не являются основанием для удовлетворения соответствующего заявления.

Доводы ответчика о фальсификации доказательств опровергаются представленными истцом материалами дела в обоснование иска.

Cуд посчитал возможным разрешить спор с учетом наличия доказательств, имеющихся в материалах дела.

При неявке в судебное заседание арбитражного суда истца и (или) ответчика, надлежащим образом извещенных, о времени и месте судебного разбирательства, суд вправе рассмотреть дело в их отсутствие (часть 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Дело рассмотрено в отсутствие представителя истца в порядке ст.156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исследовав представленные доказательства, выслушав представителя ответчика, суд

УСТАНОВИЛ:

Как следует из материалов дела, Harman International Industries, Incorporated является правообладателем товарных знаков:

- № 264256 - товарный знак в виде словесного обозначения «JBL» (приоритет товарного знака - 04.03.1999, дата государственной регистрации - 26.02.2004, в отношении товаров и услуг, в том числе 09 класса МКТУ - звуковая аппаратура и звуковое оборудование);

- № 266284 - товарный знак в виде комбинированного обозначения «JBL» (приоритет товарного знака - 21.03.2003, дата государственной регистрации - 30.03.2004, в отношении товаров и услуг, в том числе 09 класса МКТУ – звуковая аппаратура и звуковое оборудование).

Указанные обстоятельства подтверждены копиями свидетельств на товарные знаки, содержащимися в материалах дела.

Вышеуказанные товарные знаки являются действующими на территории Российской Федерации.

В ходе закупки 09.12.2020 в торговых точках Индивидуального предпринимателя ФИО1, расположенных по адресу: <...>, ТЦ "Ишимбай", отдел "С-03", . Ишимбай, ул. Стахановская, д.35, ТЦ "Лето" отдел "Батареечка+" представителем истца по договору розничной купли-продажи приобретены товары – портативная акустическая колонка, на которых содержатся обозначения, сходные до степени смешения с указанными товарными знаками истца.

Кроме того, как указывает истец, в изделии использованы промышленные образцы (по патентам Российской Федерации) № 92417 дата регистрации – 17.03.2015, № 98697 дата регистрации – 25.05.2016.

Факт покупки подтверждается представленным в материалы дела кассовыми чеками от 09.12.2020 на сумму 899 руб., на сумму 1000 руб. (общую сумму 1899 руб.), на которых содержится указание продавца – ИП ФИО1., фотоматериалами, а также видеосъемкой (диск приобщен к материалам дела), совершенной в целях и на основании самозащиты гражданских прав в соответствии со статьями 12 и 14 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Поскольку использование товарных знаков и промышленных образцов ответчиком с истцом не согласовывалось, в целях досудебного урегулирования спора истцом в адрес ответчика направлена претензия с предложением уплаты компенсации за нарушение исключительных прав истца на товарные знаки, которая оставлена ответчиком без удовлетворения. Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения истца в арбитражный суд с рассматриваемым иском о взыскании компенсации.

Оценив в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации все имеющиеся в деле доказательства в их совокупности, суд считает исковые требования подлежащими удовлетворению в силу следующего.

В соответствии со статьей 1226 Гражданского кодекса Российской Федерации, на результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации признаются интеллектуальные права, которые включают исключительное право, являющееся имущественным правом, а в случаях, предусмотренных Гражданским кодексом Российской Федерации, также личные неимущественные права и иные права (право следования, право доступа и другие).

Статьей 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом.

В силу пункта 3 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Запрет на использование в гражданском обороте обозначения, тождественного или сходного до степени смешения с зарегистрированным товарным знаком, действует во всех случаях, за исключением предоставления правообладателем соответствующего разрешения. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если Гражданским кодексом Российской Федерации не предусмотрено иное. Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных Гражданским кодексом Российской Федерации. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными Гражданским кодексом Российской Федерации), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную Гражданского кодекса Российской Федерации, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается Гражданским кодексом Российской Федерации.

Согласно статье 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации, защита исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и на средства индивидуализации осуществляется, в частности, путем предъявления в порядке, предусмотренном этим Кодексом, требования о возмещении убытков – к лицу, неправомерно использовавшему результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без заключения соглашения с правообладателем (бездоговорное использование) либо иным образом нарушившему его исключительное право и причинившему ему ущерб (подпункт 3 пункта 1).

В случаях, предусмотренных Гражданским кодексом Российской Федерации для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения.

При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков. Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных Гражданским кодексом Российской Федерации, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости. Если одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, размер компенсации определяется судом за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации. При этом в случае, если права на соответствующие результаты или средства индивидуализации принадлежат одному правообладателю, общий размер компенсации за нарушение прав на них с учетом характера и последствий нарушения может быть снижен судом ниже пределов, установленных Гражданским кодексом Российской Федерации, но не может составлять менее пятидесяти процентов суммы минимальных размеров всех компенсаций за допущенные нарушения.

Согласно части 1 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение, являются контрафактными. Согласно части 2 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации правообладатель вправе требовать изъятия из оборота и уничтожения за счет нарушителя контрафактных товаров, этикеток, упаковок товаров, на которых размещены незаконно используемый товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение. В тех случаях, когда введение таких товаров в оборот необходимо в общественных интересах, правообладатель вправе требовать удаления за счет нарушителя с контрафактных товаров, этикеток, упаковок товаров незаконно используемого товарного знака или сходного с ним до степени смешения обозначения.

Согласно части 3 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, нарушившее исключительное право на товарный знак при выполнении работ или оказании услуг, обязано удалить товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение с материалов, которыми сопровождается выполнение таких работ или оказание услуг, в том числе с документации, рекламы, вывесок.

Согласно части 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: 1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; 2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака. При этом правообладатель вправе требовать от нарушителя выплаты компенсации за каждый случай неправомерного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо за допущенное правонарушение в целом (пункт 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как разъяснено в пункте 56 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление Пленума № 10), использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации несколькими способами представляет собой, по общему правилу, соответствующее число случаев нарушений исключительного права. Минимальный размер суммы взыскиваемой компенсации, исходя из пункта 3 статьи 1252, статей 1301, 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации составляет 10 000 рублей за каждый факт нарушения исключительных прав правообладателя.

Согласно пунктам 59 – 62 Постановления Пленума № 10 компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер. Вне зависимости от способа расчета суммы компенсации в исковом заявлении должна быть указана цена иска в твердой сумме (пункт 6 части 2 статьи 125 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Рассматривая дела о взыскании компенсации, суд, по общему правилу, определяет ее размер в пределах, установленных Гражданским кодексом Российской Федерации (абзац второй пункта 3 статьи 1252).

По требованиям о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей суд определяет сумму компенсации исходя из представленных сторонами доказательств не выше заявленного истцом требования.

Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. Таким образом, определение окончательного размера компенсации, подлежащей выплате в пользу истца, является прерогативой суда, который при этом исходит из обстоятельств дела и представленных доказательств, оцениваемых судом по своему внутреннему убеждению.

Материалами дела подтвержден факт использования в изделии промышленных образцов по патенту № 92417, № 98697.

В соответствии со статьей 1346 Гражданского кодекса Российской Федерации на территории Российской Федерации признаются исключительные права на изобретения, полезные модели и промышленные образцы, удостоверенные патентами, выданными федеральным органом исполнительной власти по интеллектуальной собственности, или патентами, имеющими силу на территории Российской Федерации в соответствии с международными договорами Российской Федерации.

На основании пункта 1 статьи 1358 Гражданского кодекса Российской Федерации патентообладателю принадлежит исключительное право использования изобретения, полезной модели или промышленного образца в соответствии со статьей 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации любым не противоречащим закону способом (исключительное право на изобретение, полезную модель или промышленный образец), в том числе способами, предусмотренными пунктом 2 настоящей статьи. Патентообладатель может распоряжаться исключительным правом на изобретение, полезную модель или промышленный образец.

В пункте 2 статьи 1358 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что использованием изобретения, полезной модели или промышленного образца считается, в частности: 1) ввоз на территорию Российской Федерации, изготовление, применение, предложение о продаже, продажа, иное введение в гражданский оборот или хранение для этих целей продукта, в котором использованы изобретение или полезная модель, либо изделия, в котором использован промышленный образец; 2) совершение действий, предусмотренных подпунктом 1 настоящего пункта, в отношении продукта, полученного непосредственно запатентованным способом. Если продукт, получаемый запатентованным способом, является новым, идентичный продукт считается полученным путем использования запатентованного способа, поскольку не доказано иное; 3) совершение действий, предусмотренных подпунктом 1 настоящего пункта, в отношении устройства, при функционировании (эксплуатации) которого в соответствии с его назначением автоматически осуществляется запатентованный способ; 4) совершение действий, предусмотренных подпунктом 1 настоящего пункта, в отношении продукта, предназначенного для его применения в соответствии с назначением, указанным в формуле изобретения, при охране изобретения в виде применения продукта по определенному назначению; 5) осуществление способа, в котором используется изобретение, в том числе путем применения этого способа.

В силу пункта 3 статьи 1358 Гражданского кодекса Российской Федерации полезная модель признается использованной в продукте, если продукт содержит каждый признак полезной модели, приведенный в независимом пункте содержащейся в патенте формулы полезной модели.

При установлении использования изобретения или полезной модели толкование формулы изобретения или полезной модели осуществляется в соответствии с пунктом 2 статьи 1354 Гражданского кодекса Российской Федерации. Если при использовании изобретения или полезной модели используется также каждый признак, приведенный в независимом пункте содержащейся в патенте формулы другого изобретения, либо признак, эквивалентный ему и ставший известным в качестве такового в данной области техники до даты приоритета другого изобретения, либо каждый признак, приведенный в независимом пункте содержащейся в патенте формулы другой полезной модели, а при использовании промышленного образца каждый существенный признак другого промышленного образца или совокупность признаков другого промышленного образца, производящая на информированного потребителя такое же общее впечатление, какое производит промышленный образец, при условии, что изделия имеют сходное назначение, другое изобретение, другая полезная модель или другой промышленный образец также признаются использованными (пункт 4 статьи 1358 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из положений приведенных норм права, а также из части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации следует, что на ответчика возлагается бремя доказывания выполнения им требований законодательства при использовании полезной модели.

В противном случае такое лицо признается нарушителем исключительного права и для него наступает гражданско-правовая ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации. Истец же должен лишь подтвердить факт принадлежности ему указанного права и факт использования соответствующей полезной модели ответчиком, при этом истец освобождается от доказывания причиненных ему убытков.

Факт использования соответствующей содержащемуся в патенте описанию полезной модели подтвержден материалами дела. Заявляя требование о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда, истец должен представить обоснование размера взыскиваемой суммы (пункт 7 части 2 статьи 125 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), подтверждающее, по его мнению, соразмерность требуемой им суммы компенсации допущенному нарушению, за исключением требования о взыскании компенсации в минимальном размере (пункт 61).

Исходя из приведенных норм права, а также положений части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в предмет доказывания по требованию о защите права на товарный знак входят следующие обстоятельства: факт принадлежности истцу указанного права; факт его нарушения ответчиком путем использования обозначения, тождественного товарному знаку истца или сходного с ним, в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникает вероятность смешения. В бремя доказывания ответчика в свою очередь входит доказывание правомерности использования спорного обозначения. Поэтому следует учитывать, что в соответствии с приведенными правовыми позициями снижение размера компенсации ниже минимального предела обусловлено одновременным наличием ряда критериев, обязанность доказывания соответствия которым возлагается именно на ответчика.

Как отмечено в пункте 13 «Обзора практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности», утвержденного информационным письмом Президиума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 13.12.2007 № 122, вопрос о сходстве до степени смешения является вопросом факта, может быть разрешен с позиции рядового потребителя и специальных познаний не требует.

В рассматриваемом случае, сравнив обозначения, зарегистрированные истцом как товарные знаки, словесные обозначения «JBL» и комбинированное словесно-изобразительное обозначение размещенные на приобретенном у ответчика товаре (портативная акустическая колонка в картонной упаковке), судом установлено их сходство до степени смешения с товарными знаками № 264256, № 266284 и за нарушение исключительных прав на промышленные образцы № 92417, № 98697, исключительные права на которые принадлежат истцу.

Факт нарушения ответчиком прав истца на товарные знаки и полезные модели путем реализации контрафактного товара подтвержден совокупностью представленных в материалы дела доказательств, в том числе кассовыми чеками от 09.12.2020 на сумму 899 руб., от 09.12.2020 на сумму 1000 руб. (лд.24), содержащими сведения о денежной сумме, уплаченной за товар, дате заключения договора розничной купли-продажи, и видеозаписью процесса приобретения товара.

На основании пункта 55 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 №10 «О применении части 4 Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление Пленума №10) при рассмотрении дел о защите нарушенных интеллектуальных прав судам следует учитывать, что законом не установлен перечень допустимых доказательств, на основании которых устанавливается факт нарушения.

Поэтому при разрешении вопроса о том, имел ли место такой факт, суд в силу статей 55 и 60 ГПК РФ, статей 64 и 68 АПК РФ вправе принять любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством, в том числе полученные с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, в частности сети «Интернет».

Для признания аудио- или видеозаписи допустимым доказательством согласия на проведение аудиозаписи или видеосъемки того лица, в отношении которого они производятся, не требуется. Видеозапись процесса покупки спорного товара исследована судом в судебном заседании в присутствии представителей сторон.

Видеозапись содержит сведения об адресе торгового предприятия; выборе товара на прилавке; совершения покупки путем оплаты товара и выдачи покупателю кассовых чеков, содержащих реквизиты ответчика; процесс осмотра товара и чеков непосредственно после приобретения товара.

Ответчик достоверность отраженных в видеозаписи сведений не опроверг, о фальсификации видеозаписи не заявил; не представил доказательств того, что указанное в видеозаписи торговое предприятие (магазин) не имеет отношения к ответчику.

Изучив представленный в дело товар в качестве вещественного доказательства, суд признаёт доказанным, что на спорный товар нанесены изображения, сходные до степени смешения с товарными знаками истца.

О фальсификации указанных доказательств в порядке статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации ответчиком в суде не заявлялось.

Как усматривается из материалов дела сумма компенсации за нарушение исключительных прав, заявленная истцом, составила 100 000 руб., из расчета 25 000 руб. за нарушение исключительного права на товарный знак №264256, 25 000 руб. за нарушение исключительного права на товарный знак №266284, 25 000 руб. за нарушение исключительного права на промышленный образец №92417, 25 000 руб. за нарушение исключительного права на промышленный образец №98697 руб.

Истцом при обращении в суд с настоящим исковым заявлением избран вид компенсации, предусмотренный п. 3 ст.1301 и подпунктом 1 п. 4 ст. 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации, следовательно, снижение данного размера компенсации ниже установленного предела, возможно исключительно при наличии мотивированного и документального подтвержденного заявления ответчика.

Данный правовой подход изложен в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 25.04.2017 № 305-ЭС16-13233, от 11.07.2017 № 308-ЭС17-2988.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 13.12.2016 N 28-П, при определенных условиях возможно снижение судом размера компенсации ниже низшего предела, установленного статьями 1301, 1311 и 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации, однако такое уменьшение возможно лишь по заявлению ответчика и при следующих условиях:

- убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком;

- правонарушение совершено ответчиком впервые;

- использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью деятельности ответчика и не носило грубый характер (например, если продавцу не было заведомо известно о контрафактном характере реализуемой им продукции).

Таким образом, следует учитывать, что в соответствии с приведенной правовой позицией снижение размера компенсации ниже минимального предела обусловлено Конституционным Судом Российской Федерации одновременным наличием ряда критериев, обязанность доказывания соответствия которым возлагается именно на ответчика.

Как указано выше, в силу п. 3 ст. 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации, размер взыскиваемой судом компенсации определяется с учетом требований разумности и справедливости. Если одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, размер компенсации определяется судом за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации.

При этом, в случае, если права на соответствующие результаты или средства индивидуализации принадлежат одному правообладателю, общий размер компенсации за нарушение прав на них с учетом характера и последствий нарушения может быть снижен судом ниже пределов, установленных настоящим Кодексом, но не может составлять менее пятидесяти процентов суммы минимальных размеров всех компенсаций за допущенные нарушения.

В силу разъяснений, приведенных в п. 64 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 №10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» положения этой нормы в части уменьшения заявленного ко взысканию размера компенсации применяются только в случае, если ответчиком заявлено о необходимости применения соответствующего порядка снижения компенсации.

Ответчик ходатайств о снижении размера компенсации с обоснованием его чрезмерности и необходимости применения судом такой меры не заявил.

Согласно ст. 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Ответчик, вопреки правилам статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, источники происхождения контрафакта (как-то: договоры с поставщиками, товарные накладные и т. п.) не раскрыл, доказательств законности происхождения проданного товара со спорными объектами интеллектуальных прав не представил.

Учитывая, что спорный товар фактически представляет собой объемное воспроизведение (воплощение) товарного знака и рисунка истца, следует полагать, что при продаже спорного товара ответчик допустил незаконное использование результатов интеллектуальной деятельности, исключительные права на которые принадлежат истцу.

Принимая во внимание обязанность добросовестного осуществления гражданских прав, арбитражный суд полагает, что у ответчика имеется обязанность проверять соблюдение интеллектуальных прав иных лиц в ходе осуществления своей предпринимательской деятельности (ст. 2 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Поэтому приобретение спорного товара у иного поставщика не освобождает ответчика от гражданско-правовой ответственности в соответствии с законодательством Российской Федерации. Реализованный ответчиком товар является контрафактным, поскольку незаконно воспроизводит изображения, сходные до степени смешения с товарными знаками и рисунками истца.

Доказательств наличия обстоятельств непреодолимой силы, сделавших невозможным соблюдение исключительных прав истца на товарные знаки, предпринимателем в материалы дела не представлено.

Оснований для уменьшения размера указанной компенсации суд не усматривает, ходатайство о снижении компенсации ответчик при рассмотрении дела в суде не заявил.

В судебном заседании 25.10.2022 суд уточнил у ответчика, заявляет ли он о снижении размера компенсации, на что ответчик ответил, что о снижении не заявляет, поскольку не согласен с исковыми требованиями.

При таких обстоятельствах исковые требования о взыскании компенсации в размере 100 000 руб., а в том числе 25 000 руб. за нарушение исключительного права на товарный знак №264256, 25 000 руб. за нарушение исключительного права на товарный знак №266284, 25 000 руб. за нарушение исключительного права на промышленный образец №92417, 25 000 руб. за нарушение исключительного права на промышленный образец №98697 руб.подлежат удовлетворению в полном объеме.

Довод ответчика о злоупотреблении правом со стороны истца подлежит отклонению на основании следующего.

Пункт 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации содержит положение о том, что никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Суд вправе отказать лицу в защите его права на товарный знак на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, если по материалам дела, исходя из конкретных фактических обстоятельств, действия по государственной регистрации соответствующего товарного знака могут быть квалифицированы как злоупотребление правом.

В силу пунктов 1 и 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Не допускается использование гражданских прав в целях ограничения конкуренции, а также злоупотребление доминирующим положением на рынке. В случае несоблюдения приведенных требований, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

По смыслу вышеприведенных норм статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, для признания действий какого-либо лица злоупотреблением правом судом должно быть установлено, что умысел такого лица был направлен на заведомо недобросовестное осуществление прав, единственной его целью было причинение вреда другому лицу (отсутствие иных, добросовестных целей).

При этом злоупотребление правом должно носить достаточно очевидный характер, а вывод о нем не должен являться следствием предположений. В соответствии с пунктом 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Заявляя о злоупотреблении правом со стороны истца, ответчик не представил надлежащих доказательств, подтверждающих бесспорно, что действия по подаче истцом настоящего искового заявления направлены на заведомо недобросовестное осуществление прав, единственной целью которого было причинение вреда другому лицу, в частности ответчику, при том, что подача компанией настоящего искового заявления осуществлена с целью защиты нарушенного права и восстановления имущественных интересов общества, затронутых действиями ответчика по незаконному использованию объектов исключительных прав истца.

Ссылки ответчика на то, что США входит в список недружественных государств, судом отклонены. Действующим законодательством Российской Федерации предусмотрено и гарантировано право на защиту интеллектуальной собственности всем правообладателям, независимо от их отнесения к той или иной стране, соответственно, выборочное ограничение права на защиту нарушенного исключительного права в отсутствие прямого указания законодательства недопустимо.

Такие действия нарушали бы принцип равенства перед законом и судом, не отвечали бы требованиям справедливого правосудия и конституционной защиты права собственности и охраны интеллектуальной собственности, а потому вступали бы в противоречие со статьями 17 (часть 3), 19 (часть 1), 35 (части 1 и 3), 44 (часть 1) и 46 (части 1 и 2) Конституции Российской Федерации.

Освобождение от установленной законом ответственности нарушителей исключительных прав не будет способствовать достижению публичноправовой цели - стимулированию участников гражданского оборота к добросовестному, законопослушному поведению, исключающему получение собственных преимуществ в предпринимательской деятельности с помощью неправомерных методов и средств, а, напротив, будет способствовать росту торговли контрафактной продукции с нарушением исключительных прав правообладателей

Довод ответчика, сводящийся к признанию действий истца (американской компании) по защите исключительных правна товарный знак злоупотреблением правом по смыслу статьи 10 ГК РФ в связи с вхождением США в перечень иностранных государств, совершающих в отношении Российской Федерации, российских юридических лиц и физических лиц недружественные действия, отклоняется судом кассационной инстанции, поскольку само по себе указанное обстоятельство не может нивелировать установленное судом нарушение прав истца действиями ответчика.

Нарушение исключительных прав истца влечет за собой предусмотренные российским законодательством правовые последствия, в числе которых присутствует выплата компенсации правообладателю. При этом какие-либо специальные меры реторсии, применимые в рассматриваемом случае, не вводились.

Как следует из положения статьи 4 ГК РФ, акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие. Действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, когда это прямо предусмотрено законом.

Правонарушение предпринимателя было им совершенодо возникновения обстоятельств, на которые ссылается ответчик.

На основании изложенного иск подлежит удовлетворению в полном объеме.

Доводы ответчика об отсутствии полномочий у представителей на подачу искового заявления судом отклонены.

Как усматривается из материалов дела, ответчик в ходе рассмотрения дела в суде заявлял о фальсификации доверенности от 08.06.2020, выданной Харман Интернешенл Индастриз, Инкорпорейтед. В целях установления юридического статуса истца суд первой инстанции надлежащим образом исследовал и оценил представленные истцом документы, подтверждающие юридический статус истца (представлена выписка о текущем руководящем составе компании «Harman International Industries, Incorporated» с апостилем и нотариально удостоверенным переводом на русский язык). Так, компанией были представлены следующие документы: апостилированная 15.06.2020 доверенность компании от 08.06.2020, согласно которой в рамках своих полномочий ФИО5 выдала доверенность ФИО3 с правом передоверия третьим лицам; выданная компанией в лице ФИО3 нотариально-удостоверенная доверенность от 14.07.2020 серии 77 АГ 1600717 на имя ФИО2; принятые 14.02.2020 на очередном собрании совета директоров компании решения о том, что ФИО5 как генеральный юрисконсульт и корпоративный секретарь является одним из административных должностных лиц компании, уполномоченных предпринимать любые действия в ее интересах.

В рамках проверки заявления ответчика о фальсификации суд установил, что названные документы являются достоверными, апостилированны и в соответствии с требованиями статьи 255 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации сопровождаются надлежащим образом заверенным переводом (нотариальным).

Представленные компанией документы (нотариально-удостоверенная и апостилированная выписка из торгового реестра) подтверждают факт инкорпорации истца на территории США и наличие у него статуса юридического лица, обладающего правоспособностью. Проставление на нотариально заверенной доверенности от 08.06.2020 апостиля 15.06.2020 хронологически верно: 08.06.2020 доверенность компании нотариально заверена государственным нотариусом штата Коннектикут ФИО6 Бокуцзи, подлинность подписи, качество, полномочия которой подтверждены апостилем, проставленным 15.06.2020 секретарем штата Коннектикут ФИО7 Меррилл. Довод апелляционной жалобы о том, что доверенность от имени компании «Харман Интернешенл Индастриз, Инкорпорейтед» не является нотариально удостоверенной доверенностью в силу применимого российского права, так как апостиль оформлен ненадлежащим образом, отклоняется судебной коллегией.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27.06.2017 № 23 «О рассмотрении арбитражными судами дел по экономическим спорам, возникающим из отношений, осложненных иностранным элементом» (далее – Постановление Пленума № 23), при проверке полномочий представителей иностранных лиц в арбитражном процессе судам надлежит учитывать, что лица, имеющие полномочия действовать от имени юридического лица без доверенности, а также полномочия на подписание доверенности от имени юридического лица, определяются по личному закону иностранного юридического лица (подпункт 6 пункта 2 статьи 1202 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Форма доверенности на участие представителя иностранного лица в арбитражном суде Российской Федерации подчиняется праву страны, применимому к самой доверенности (пункт 1 статьи 1209 Гражданского кодекса Российской Федерации), то есть праву Российской Федерации (пункт 4 статьи 1217.1 названного Кодекса).

Однако доверенность не может быть признана недействительной вследствие несоблюдения формы, если не нарушены требования права страны выдачи доверенности (пункт 1 статьи 1209 Гражданского кодекса Российской Федерации) и требования статьи 61 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Согласно пунктам 4 и 6 статьи 61 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации полномочия представителей на ведение дела в арбитражном суде должны быть выражены в доверенности, выданной и оформленной в соответствии с Федеральным законом.

Доверенность от имени индивидуального предпринимателя должна быть им подписана и скреплена его печатью или может быть удостоверена в соответствии с частью 7 статьи 61 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. В пункте 39 Постановления Пленума № 23 указано, что арбитражный суд принимает в качестве доказательств официальные документы из другого государства при условии их легализации консульскими учреждениями Российской Федерации и консульскими отделами дипломатических представительств Российской Федерации, если нормами международного договора не установлено иное. Вместе с тем в соответствии с пунктом 41 Постановление Пленума № 23 доверенность от имени иностранного лица, выданная на территории иностранного государства, не является официальным документом и, по общему правилу, не требует обязательного удостоверения в виде консульской легализации или проставления апостиля, если не содержит отметок официальных органов иностранного государства.

Согласно частям 1 и 2 статьи 255 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации документы, выданные, составленные или удостоверенные по установленной форме компетентными органами иностранных государств вне пределов Российской Федерации по нормам иностранного права в отношении российских организаций и граждан или иностранных лиц, принимаются арбитражными судами в Российской Федерации при наличии легализации указанных документов или проставлении апостиля, если иное не установлено международным договором Российской Федерации.

Документы, составленные на иностранном языке, при представлении в арбитражный суд в Российской Федерации должны сопровождаться их надлежащим образом заверенным переводом на русский язык.

Согласно позиции, изложенной в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2021), утвержденной Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 30.06.2021, в силу принципов состязательности и ведения судопроизводства на государственном языке Российской Федерации – русском языке (статья 9 и 12 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), стороны судебного спора обязаны предоставлять в суд надлежаще заверенные копии перевода на русский язык письменных доказательств, исполненных на иностранном языке (пункт 5 статьи 75, пункт 2 статьи 255 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьи 81 «Основ законодательства Российской Федерации о нотариате», утвержденных Верховным Советом Российской Федерации 11.02.1993 № 4462-1).

Из разъяснений, изложенных в пункте 40 Постановления Пленума № 23 следует, что совершение легализационной надписи или проставление апостиля на удостоверительной надписи нотариуса, которой засвидетельствована подлинность подписи и печати должностного лица на подтверждающем юридический статус иностранного лица официальном документе, соответствует требованиям статьи 255 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В подтверждение юридического статуса истцом также представлена Выписка из реестра Компаний от 26 августа 2021 (апостиль от той же даты) (приложение 4 к иску), истец обратился в суд 23 сентября 2021.

Документ выдан компетентным органам штата Дэлавэр - Секретарем штата Делавэр Джеффри У. Баллоком, сопровождается надлежащим образом заверенным переводом, апостилирован, актуален, т. е. полностью соответствует требованиям АПК РФ.

Таким образом, статус компании - действующая. Зарегистрирована в штате Делавэр, США. Сведения актуальны.

При этом суд в случае сомнений в отношении подлинности подписи, статуса лица, подписавшего доверенность, вправе запросить дополнительные доказательства, подтверждающие полномочия лица, участвующего в деле. К числу таких доказательств может быть отнесена выданная иностранным лицом своему представителю нотариально удостоверенная доверенность с проставленным апостилем или легализационной надписью консульского должностного лица (п. 41 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 23 от 27 нюня 2017 № 23). То есть, апостиль на доверенности от имени иностранного лица является опцией. И именно нотариально удостоверенная доверенность от 08 июня 2020 с проставленным апостилем и представлена истцом. Доверенность сопровождается надлежащим образом заверенным переводом (нотариальным), что соответствует 1ре-бованиям ст. 255 АПК РФ.

Как указано государственным нотариусом штата Коннектикут, США. ФИО6 Бокуцзи, ФИО5 личность которой установлена в качестве лица, подписавшего прилагаемый документ (доверенность от 08 июня 2020), подтвердила, что оформила данный документ в силу своей занимаемой должности, а также что проставлением ее подписи на документе физическое или юридическое лицо, от имени которого действовало такое лицо, подтверждает составление настоящего документа.

Обстоятельства, подтвержденные нотариусом при совершении нотариального действия, не требуют доказывания, если подлинность нотариально оформленного документа не опровергнута в порядке, установленном статьей 361 настоящего кодекса, или если нотариальный акт не был отменен в порядке, установленном гражданским процессуальным законодательством для рассмотрения заявлений о совершенных нотариальных действиях или об отказе в их совершении (ч. 5 ст. 69 АПК РФ).

Согласно ст. 3 Конвенции, отменяющей требование легализации иностранных официальных документов (Гаага, 1961), участниками которой являются Российская Федерация и Соединенные Штаты Америки, единственной формальностью, которая может быть потребована для удостоверения подлинности подписи. качества, в котором выступало лицо, подписавшее документ, и. в надлежащем случае, подлинности печати или штампа, которыми скреплен этот документ, является проставление предусмотренного статьей 4 апостиля компетентным органом государства, в котором этот документ был совершен. Однако выполнение упомянутой в предшествующем абзаце функции не может быть потребовано, если законы, правила или обычаи, действующие в государстве, в котором представлен документ, либо договоренность между двумя или несколькими договаривающимися государствами, отменяют или упрощают данную процедуру или освобождают документ от легализации.

Апостиль проставлен компетентным органом государства, в котором совершен документ - Секретарем штата Коннектикут (США) ФИО7 Меррилл.

Доверенность заверена, апостиль проставлен по месту расположения основного офиса Компании (штат Коннектикут, США), в связи с чем соответствующие доводы ответчика надуманы.

Кроме того, полномочия лица, выдавшего доверенность от имени Компании. (старший Вице-президент, главный юридический советник ФИО5), подтверждены не только удостоверительной надписью нотариуса (ФИО6 Бокуцзи) на доверенности, но и решением собрания Совета директоров Компании от 14 февраля 2020.

Как усматривается из Решения собрания Совета директоров Компании от 14 февраля 2020 ФИО5 является уполномоченным должностным лицом Компании с полномочиями подписывать и передавать контракты, соглашения, обязательства, свидетельства, инструменты и иные документы от имени и по поручению Компании, а также при необходимости ставить корпоративную печать. Документы, прилагаемые к исковому заявлению, могут быть представлены в суд в электронном виде (ч. 2 ст. 126 АПК РФ).

Письменные доказательства представляются в суд в подлиннике или в форме надлежащим образом заверенной копии (ч. 8 ст. 15 АПК РФ). Документы (включая доверенности) представлены в суд в электронном виде в копиях, заверенных представителем истца по доверенности ФИО2, т.е. в полном соответствии с требованиями АПК РФ.

Истцом в исковом заявлении также заявлено о взыскании государственной пошлины в сумме 4000 руб., а также расходов по восстановлению нарушенного права в размере стоимости вещественного доказательства – товара, приобретенного у ответчика в сумме 1899 руб.

Стоимость товара подтверждается представленным в материалы дела кассовыми чеками от 09.12.2020 на сумму 899 руб., на сумму 1000 руб.

Таким образом, с учетом полного удовлетворения исковых требований, принимая во внимание компенсационный характер судебных издержек, предусмотренный положениями статьями 106, 110, 111 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, расходы, связанные с приобретением вещественного доказательства, в размере 1899 руб. подлежит удовлетворению и взысканию с ответчика.

В силу части 2 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при принятии решения суд определяет дальнейшую судьбу вещественных доказательств.

Частью 2 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что при принятии решения суд устанавливает дальнейшую судьбу вещественных доказательств, представленных в материалы дела.

Согласно пункту 4 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае, когда изготовление, распространение или иное использование, а также импорт, перевозка или хранение материальных носителей, в которых выражены результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации, приводят к нарушению исключительного права на такой результат или на такое средство, такие материальные носители считаются контрафактными и по решению суда подлежат изъятию из оборота и уничтожению без какой бы то ни было компенсации, если иные последствия не предусмотрены Гражданским кодексом Российской Федерации.

Представленные истцом в материалы дела вещественные доказательства – портативные акустические колонки в количестве 2 экземпляров является контрафактными товарами (что установлено исследованием представленных в материалы дела доказательств), а потому в соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 75 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 №10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», подлежит изъятию из оборота и уничтожению.

С учетом положений указанной правовой нормы вещественное доказательство – портативные акустические колонки в количестве 2 экземпляров, приобщенные к материалам дела, подлежат уничтожению после вступления в законную силу решения.

В соответствии со ст. 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по государственной пошлине возлагаются на ответчика в размере, установленном ст. 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь ст.ст. 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

Исковые требования Харман Интернешнл Индастриз Инкорпорейтед удовлетворить.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО1 (ИНН <***>) в пользу Харман Интернешнл Индастриз Инкорпорейтед компенсацию в размере 100 000 руб., в том числе 25 000 руб. за нарушение исключительного права на товарный знак №264256, 25 000 руб. за нарушение исключительного права на товарный знак №266284, 25 000 руб. за нарушение исключительного права на промышленный образец №92417, 25 000 руб. за нарушение исключительного права на промышленный образец №98697 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 4000 руб., расходы по приобретению спорного товара в размере 1899 руб.

Исполнительный лист выдать после вступления решения в законную силу по ходатайству взыскателя.

Вещественное доказательство (портативные акустические колонки) уничтожить после вступления решения в законную силу.

Решение вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

Решение может быть обжаловано в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия решения (изготовления его в полном объеме) через Арбитражный суд Республики Башкортостан.

Если иное не предусмотрено Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, решение может быть обжаловано в Арбитражный суд Уральского округа при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Информацию о времени, месте и результатах рассмотрения апелляционной или кассационной жалобы можно получить соответственно на Интернет-сайтах Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда www.18aas.arbitr.ru или Арбитражного суда Уральского округа www.fasuo.arbitr.ru.



Судья З.Ф. Шагабутдинова