Постановление от 16 апреля 2025 г. по делу № А47-17016/2018

ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД



ПОСТАНОВЛЕНИЕ



№ 18АП-15809/2024
г. Челябинск
17 апреля 2025 года
Дело № А47-17016/2018


Резолютивная часть постановления объявлена 09 апреля 2025 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 17 апреля 2025 года.


Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Ковалевой М.В.,

судей Волковой И.В., Журавлева Ю.А.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Ромадановой М.В., рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО1 - ФИО2 на определение Арбитражного суда Оренбургской области от 22.10.2024 по делу № А47-17016/2018 об отказе в удовлетворении заявления о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности

Заинтересованные лица с правами ответчиков: ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6

Третьи лица: ФИО7, его финансовый управляющий ФИО8, ПАО «Сбербанк России», ФИО9


Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы уведомлены посредством почтового отправления, а также путем размещения информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет»; в судебное заседание не явились, представителей не направили.

В соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), дело рассматривалось судом апелляционной инстанции в отсутствие лиц, участвующих в деле, их представителей.

Установил:

29.12.2018 ФИО1 (далее - ФИО1, должник) обратилась в арбитражный суд с заявлением о признании ее банкротом, в связи с наличием просроченной более трех месяцев задолженности, превышающей 500 000 руб.

Решением суда от 22.02.2019 (резолютивная часть от 21.02.2019) ФИО1 признана несостоятельной (банкротом), в отношении должника открыта процедура реализации имущества гражданина, сроком на шесть месяцев до 21.08.2019; финансовым управляющим утвержден ФИО2, член Ассоциации «Евросибирская саморегулируемая организация арбитражных управляющих».

25.02.2020 финансовый управляющий ФИО2 обратился в арбитражный суд с  заявлением, в котором просит (с учетом уточнения требования от 05.12.2023):

1) признать недействительной сделку - договор купли-продажи, заключенный между ФИО1 и ФИО4, в отношении имущества: жилой дом одноэтажный с мансардой, литер АА1А2АА3, кадастровый номер 56:43:0115023:24, земельный участок с кадастровым номером 56:43:0115023:13;

2) признать недействительной сделку - договор купли-продажи, заключенный между ФИО4 и ФИО3, в отношении имущества: жилой дом одноэтажный с мансардой, литер АА1А2АА3, кадастровый номер 56:43:0115023:24, земельный участок с кадастровым номером 56:43:0115023:13;

3) взыскать с ФИО3 в конкурсную массу должника денежные средства, в размере 4 750 000 руб.

В обоснование заявленных требований о признании двух взаимосвязанных договоров купли - продажи недействительными сделками (с учетом принятого судом уточнения) финансовый управляющий ссылался на то, что сделки совершены при наличии неисполненных обязательств перед кредиторами, должник при отсутствии иного имущества передал безвозмездно дом и земельный участок своей дочери, денежные средства на счет должника не поступали, в результате совершенных сделок кредиторами утрачена возможность погашения требований, сделки являются недействительными на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, статьи 10 ГК РФ, действия ФИО3 по отчуждению жилого дома и земельного участка носят признаки злоупотребления правом.

Определением суда от 25.06.2020 производство по рассмотрению заявления приостановлено до вступления в наследство наследников умершего ФИО4

04.05.2022 от финансового управляющего ФИО2 поступило заявление о возобновлении производства по рассмотрению заявления, а также ходатайство о замене ответчика на его наследников.

Определением суда от 30.06.2022 ходатайство финансового управляющего о возобновлении производства по обособленному спору удовлетворено; возобновлено производство по заявлению финансового управляющего ФИО2 о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности; ответчик - ФИО4 заменен на ответчиков ФИО5, ФИО6

Определением от 22.10.2024 в удовлетворении заявленных требований отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, финансовый управляющий ФИО2 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит отменить обжалуемое определение и принять по делу новый судебный акт.

Апеллянт указывает, что сам факт составление расписки между должником и покупателем по первой сделке ФИО4 не подтверждает  фактическую передачу денег, реальность произведенной оплаты и саму финансовую возможность ФИО10 на приобретение объекта недвижимости. Финансовый управляющий считает, что ФИО4 денежные средства должнику не передавал, совершенная сделка заключена без встречного исполнения. Не доказан и факт возмездности по последующему договору купли-продажи, заключенному между ФИО4 и дочерью должника ФИО3. Стоимость дома согласно договору составила 1 300 000 руб. , при этом в акте передачи указано, что в доме выполнен капитальный ремонт силами ФИО4,  стоимость работ строительных материалов составила 3 056 922 руб.  Вместе с тем, в оспариваемом судебном акте не дается оценка данным обстоятельствам и не раскрываются причины  не указания изначально в договоре  конечной цены с учетом проделанных работ.

 Апеллянт указывает, что судом также не исследован вопрос о реальности произведенной ФИО3 оплаты, вместе с тем, полагает, что финансовая возможность дочери должника на приобретение объекта недвижимости отсутствовала.

Определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.11.2024 апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание назначено на 30.01.2025.

От ФИО3, посредством почтовой связи, поступил отзыв на апелляционную жалобу, согласно которому,  ответчик возражает против довода финансового управляющего об отсутствии у нее финансовой возможности на приобретение дома, полагает, что имеющимися в материалах дела доказательствами подтвержден факт оплаты объекта недвижимости; не подтвержден управляющим и факт неплатежеспособности должника на момент совершения оспариваемой сделки, обязательства по возврату кредита у должника возникли только 20.02.2018, в связи с взысканием решения суда общей юрисдикции задолженности  с ФИО11, как с поручителя.

ФИО11, являвшаяся заместителем директора по экономике и финансам в ООО “ЭРСС”, была убеждена, что имущества у ООО “ЭРСС” достаточно для погашения задолженности по кредитному договору с ПАО “Сбербанк”, в связи с чем не могла предположить о том, что наступят обстоятельства, приведшие к ее неплатежеспособности. 

Отзыв приобщен к материалам дела, в порядке статьи 262 АПК РФ.

В день судебного заседания, посредством системы подачи документов в электронном виде «Мой Арбитр», от ФИО3 поступило ходатайство об отложении судебного заседания, в целях участия в судебном разбирательстве. Ответчиком также заявлено ходатайство о рассмотрении настоящей жалобы в судебном заседании, путем организации видеоконференц-связи, при содействии Арбитражного суда Оренбургской области.

Определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.01.2025 судебное заседание отложено на 13.02.2025.

Определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.02.2025 судебное заседание отложено на 05.03.2025; ФИО3 предложено представить в суд документы, подтверждающие финансовую возможность осуществить оплату в размере стоимости дома, с учетом произведенного капитального ремонта; доказательства и сведения о том, какие именно улучшения произведены в доме (перечислить улучшения), увеличившие стоимость спорного объекта.

От апеллянта поступили дополнительные письменные пояснения по делу, с приложением дополнительных доказательств, согласно перечню.

Указанные пояснения и документы приобщены к материалам дела, в порядке статей 159, 268 АПК РФ.

Определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.03.2025 судебное заседание отложено на 26.03.2025; лицам, участвующим в деле, предложено представить суду дополнительные пояснения и доказательства по настоящему спору.

Во исполнение определения суда, от апеллянта и ФИО3 поступили письменные пояснения, с приложением дополнительных доказательств, согласно перечню.

Указанные пояснения и документы приобщены к материалам дела, в порядке статей 81, 159, 268 АПК РФ.

Определением суда от 25.03.2025 в составе суда произведена замена судей Забутыриной Л.В., Матвеевой С.В., находящихся в отпуске, на судей Волкову И.В., Журавлева Ю.А.; рассмотрение дела начато сначала.

Определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.03.2025 судебное заседание отложено на 09.04.2025.

От апеллянта и ФИО3 поступили дополнительные письменные пояснения по делу, которые приобщены к материалам дела, в порядке статей 81, 159, 268 АПК РФ.

Восемнадцатым арбитражным апелляционным судом одобрено участие ФИО3 в судебном заседании, с использованием системы веб-конференции. Однако, явка указанного лица в судебное заседание, посредством использования системы веб-конференции, не обеспечена. Между тем, суд установил, что средства связи суда воспроизводят видео- и аудиосигнал надлежащим образом, технические неполадки отсутствуют, ФИО3 обеспечена возможность дистанционного участия в процессе, которая не в полной мере реализована по причинам, находящимся в сфере ее контроля.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в соответствии со статьями 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела и установлено судом, согласно выписке из ЕГРН о правах отдельного лица (должника) на объекты недвижимого имущества от 05.03.2019 (Том 1 л.д. 158), должнику до 15.06.2017 принадлежали на праве собственности: жилой дом, находящийся по адресу: <...>, и земельный участок, находящийся по адресу: <...> участок № 54.

В соответствии с договором купли-продажи жилого дома с земельным участком от 09.06.2017, ФИО12, действующая на основании доверенности от имени ФИО1 (Продавец), продала жилой дом и земельный участок, а ФИО4 (Покупатель) приобрел в собственность два объекта недвижимости, а именно: жилой дом, находящийся по адресу: <...>, и земельный участок, находящийся по адресу: <...> участок № 54.

В соответствии с п. 8 Договора от 09.06.2017 по соглашению сторон указанный жилой дом продается за 1 150 000 (один миллион сто пятьдесят тысяч) рублей, земельный участок продается за 100 000 (сто тысяч) рублей.

Общая сумма проданных жилого дома и земельного участка составляет

1 250 000 (один миллион двести пятьдесят тысяч) рублей, которые являются собственными денежными средствами Покупателя и будут переданы Продавцу полностью в течение 5 (пяти) дней после проведения государственной регистрации перехода права собственности от Продавца к Покупателю.

В соответствии с представленной в материалы обособленного спора распиской от 09.06.2017 ФИО1 получила от ФИО4 денежные средства в размере 1 250 000 (один миллион двести пятьдесят тысяч) рублей.

В соответствии с договором купли-продажи жилого дома и земельного участка от 25.02.2019, ФИО12, действующая на основании доверенности от ФИО4 (Продавец), продала, а ФИО3 (Покупатель) приобрела земельный участок, площадью 714 кв.м., и расположенный на указанном земельном участке одноэтажный жилой дом с мансардой, литер АА1А2АЗ, общей площадью 258,9 кв.м., в том числе жилой площадью 141,9 кв.м., находящиеся по адресу: <...>.

В соответствии с п. 8 Договора от 25.02.2019 г. Продавец продал, а Покупатель приобрел вышеуказанный жилой дом и земельный участок за 1300 000 (один миллион триста тысяч) рублей.

При этом стоимость жилого дома составляет 1 200 000 (один миллион двести тысяч) рублей, а стоимость земельного участка составляет 100 000 (сто тысяч) рублей.

Указанная стоимость отчуждаемого жилого дома и земельного участка установлена по соглашению сторон настоящего договора, является окончательной и, в дальнейшем, изменению не подлежит.

Ссылаясь на то, что на момент совершения оспариваемой сделки у должника имелись обязательства по долгам подконтрольного общества, должником совершены действия по отчуждению имущества, оспариваемые сделки направлены на причинение вреда добросовестным кредиторам должника, должнику и ответчикам было известно о причинении вреда кредиторам в результате совершения оспариваемой сделки, сделка совершена для вида, имущество из владения должника не выбывало, оставалось под контролем должника, сделка по отчуждению имущества ФИО4 в пользу дочери должника ФИО3 является составной в цепочке сделок должника по причинению вреда добросовестным кредиторам, сделки совершены со злоупотреблением правом, с целью вывода ликвидного имущества из конкурсной массы должника, финансовый управляющий  обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительной единой сделки по отчуждению должником принадлежавших ему объектов недвижимого имущества, а именно: договора купли-продажи от 09.06.2017 между ФИО1 и ФИО4, договора купли-продажи от 25.02.2019 между ФИО4 и ФИО3, применении последствий недействительности сделок применительно к положениям пункта 2 статьи 61.2 закона о банкротстве, статей 10, 168, 170 ГК РФ.

Отказывая в удовлетворении требований,  суд первой инстанции исходил из того, что материалами дела не доказана совокупность условий, необходимая для признания сделки недействительной. Кроме того, суд указал, что финансовым управляющим не доказано, что сделки носят взаимосвязанный характер и направлены на достижение единого результата, а также совершены совместно несколькими лицами, у части из которых имеется заинтересованность в их совершении. Суд пришел к выводу о необходимости оценки каждой сделки как самостоятельной, без учета их взаимосвязанного характера, управляющий, что явилось основанием для  отказа в удовлетворении требований о признании всех сделок недействительными. 

Исследовав представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, оценив доводы апелляционной жалобы, отзывов на нее, проанализировав нормы материального и процессуального права, заслушав лиц, участвующих в судебном заседании, суд апелляционной инстанции находит основания для отмены  судебного акта в силу следующего.

В силу статьи 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражными судами по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно пункту 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве, отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главой I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI названного Закона.

В силу положений пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В силу пункта 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.

В соответствии с абзацем вторым пункта 7 статьи 213.9 Закона о банкротстве финансовый управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени гражданина заявления о признании недействительными сделок по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона, а также сделок, совершенных с нарушением настоящего Федерального закона.

Пунктом 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве предусмотрено, что заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 указанного Закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

В силу пункта 3 той же статьи под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 Закона о банкротстве, понимаются в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти.

Сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Федеральном законе «О несостоятельности (банкротстве)» (пункт 1 статьи 61.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением Главы III. 1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление Пленума ВАС РФ № 63), под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III. 1 этого Закона, понимаются, в том числе, действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации.

В связи с этим по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.).

Пунктом 13 статьи 14 Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ предусмотрено, что абзац второй пункта 7 статьи 213.9 и пункты 1 и 2 статьи 213.32 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции настоящего Федерального закона) применяются к совершенным с 1 октября 2015 года сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 1 октября 2015 года с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 - 5 статьи 213.32 Федерального закона от 26 октября 2002 года №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции настоящего Федерального закона).

Оспариваемые сделки совершены 09.06.2017 и 25.02.2019, то есть после 01.10.2015, следовательно, данные сделки могут быть оспорены как по общим основаниям гражданского законодательства, предусмотренным статьями 10, 168, 170 ГК РФ, так и по специальным основаниям Закона о банкротстве, предусмотренным главой III.1 Закона о банкротстве.

Указанные сделки оспорены финансовый упарвляющий как по специальным основаниям, предусмотренным главой III.1 Закона о банкротстве, так и по общим основаниям гражданского законодательства (статьи 10, 168, 170 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

При наличии указанных в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве условий информированность другой стороны сделки о преследуемой должником цели и намерение со стороны должника причинить вред имущественным правам кредиторов предполагаются.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пунктах 5 - 7 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 в силу указанной выше нормы права для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Цель причинения вреда имущественным правам кредитов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами 2-5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (пункты 5 и 6 Постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63).

При этом при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества (пункт 5 Постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63).

В силу статьи 2 Закона о банкротстве под неплатежеспособностью должника понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное. Под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника.

В силу статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Согласно части 2 статьи 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами (часть 4 статьи 71 АПК РФ).

В силу части 2 статьи 9 АПК РФ лица, участвующие в деле, несут риск наступлений последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Судом апелляционной инстанции установлено, что на момент совершения сделок у должника имелись обязательства по долгам подконтрольного общества «Энергоремстройсервис».

Так, 22.07.2011 общество заключило с ПАО «Сбербанк» кредитный договор, по условиям которого обществу открыта невозобновляемая кредитная линия для приобретения объектов недвижимости с лимитом в сумме 22 599 680 руб., в порядке обеспечения исполнения обязательств по кредитному договору банком были заключены договоры поручительства, в том числе с ФИО1 Договор от 22.07.2011 №10785.

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 03.10.2016 в рамках дела №А47-9612/2016 в отношении ООО «Энергоремстройсервис» возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве).

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 03.11.2017 в отношении общества введена процедура наблюдения.

Задолженность ООО «Энергоремстройсервис» перед ПАО «Сбербанк России» составила 12 362 292,87 руб. (просроченная ссудная задолженность).

ПАО «Сбербанк России» обратилось в Октябрьский районный суд г. Орска с иском к поручителям ФИО1, ФИО7, ООО «УралЭнергострой» о взыскании задолженности по кредитному договору. Решением суда от 20.02.2018 по делу №2-102/2018  исковые требования удовлетворены в полном объеме, с поручителей взыскана, в том числе указанная просроченная ссудная задолженность в сумме 12 362 292,87 руб.

Указанная задолженность включена в реестр требований кредитора основного должника ООО «Энергоремстройсервис».

Определением суда от 29.01.2019 возбуждено дело о банкротстве ФИО1 и задолженность перед ПАО «Сбербанк России» также включена в реестр требований кредиторов.

Довод ответчиков о том, что должник не обладала признаками неплатежеспособности, в связи с тем, что в отношении ФИО1 задолженность перед ПАО Сбербанк в размере 12 522 172,87 руб. взыскана решением Октябрьского районного суда г.Орска от 20.02.2018 года солидарно как с поручителя через 4 месяца после заключения оспариваемого договора, судом апелляционной инстанции отклоняется, поскольку задолженность у ФИО1 перед банком сформировалась не в момент принятия судебного акта – 20.02.2018, которым взыскана уже просроченная задолженность, а в период, когда в установленные кредитным договором сроки основной заемщик не исполнил очередную обязанность по внесению кредитных платежей в счет оплаты кредита.

Судом апелляционной инстанции установлено, что на момент сделки у должника имелись неисполненные обязательства перед кредитором ПАО «Сбербанк». Так, решением Октябрьского районного суда г. Орска Оренбургской области от 20.02.2018 по делу №2-102/2018 установлено, что задолженность по кредитному договору ООО «Энергоремстройсервис» (поручитель должник) начала формироваться с 27.08.2012, из-за просрочки очередного платежа банком произведен первый вынос на счет просроченной задолженности суммы основного долга. Далее просроченная задолженность продолжала существовать  в периоды: 04.06.2013 по 05.05.2015, а также 04.09.2017 – 10.11.2017.

Таким образом, не момент совершенной сделки  подконтрольного должнику общества формировалась задолженность, в результате которой, общество стало обладать признаками неплатежеспособности, в связи с чем, 03.10.2016 возбуждено дело о банкротстве, а 09.06.2017 (через 8 месяцев) должник заключает сделку по отчуждению ликвидного имущества.

Исследуя реальность исполнения заключенного договора купли-продажи имущества от 09.06.2017, на основании которого должник продал имущество ФИО4, судом апелляционной инстанции установлено, что в подтверждение наличия финансовой возможности произвести оплату по договору, ФИО4 представлены сведения 2-НДФЛ за период с 2014-2017 годы, в качестве факта передачи наличных денежных средств должнику представлена расписка (Том 1 л.д. 58-61).

Договором купли-продажи от 09.06.2017 стоимость имущества определена в сумме 1 250 000 руб. Согласно справкам о доходах 2-НДФЛ сумма дохода покупателя ФИО4 составила:

2014 – 338 374,60 руб.,

2015 – 325 057,44 руб.,

2016 – 385 732 руб.,

2017 – 350 995 руб.

Иные источники дохода от трудовой или предпринимательской деятельности, позволяющие совершить крупную покупку на сумму 1 250 000 руб., предусматривающую разовую передачу денег за приобретенные объекты недвижимости (расписка о получении денежных средств от 06.06.2017 – Том 1 л.д. 56) в материалы дела не представлено. Как верно указано финансовым управляющим в апелляционной жалобе, даже трехлетний период дохода ФИО4 не позволяет покрыть стоимость объектов недвижимости. Доход, получаемый за указанные промежутки времени, также не мог быть аккумулирован, поскольку у ФИО4 имелись в удовлетворении личных потребностей (продукты питании, одежда, оплата коммунальных расходов и т.д.), что также не позволило ему за счет указанного дохода оплатить сделку. 

После смерти ФИО4, суд произвел замену ответчика его наследниками на ФИО13, ФИО6, которыми представлена выдержка из договора потребительского кредита от 28.09.2015. Согласно договору ФИО4 в сентябре 2015 выдан кредит на сумму 346 000 руб., процентная ставка 21,9%. Кредит взят за 1 год и 8 месяцев до даты заключения договора купли-продажи

Указанное позволяет прийти к выводу о том, что должник распорядилась имуществом в отсутствие встречного исполнения.

Обосновывая реальность совершенной сделки, ответчиками в материалы дела представлены документы, которые, как утверждают, свидетельствуют об осуществлении ФИО4 правомочий собственника в отношении объектов недвижимости и несения бремени по его содержанию.

Так, ФИО4 оплачивал земельный налог (Том 1 л.д. 62,63), вносил плату за газ (Том 1 л.д. 115 - 119), заключал договор с частной охранной организацией «ЧОП Амулет» для охраны дома (договор от 19.01.2018, Том 2 л.д. 84), подавал заявление на налоговый вычет, оплачивал коммунальные платежи,  закупал строительные материалы.

Впоследствии 25.02.2019 г. ФИО4 продает приобретенные объекты недвижимости дочери должника ФИО3

В соответствии с представленной в материалы обособленного спора распиской от 25.02.2019, ФИО4 получил от ФИО3 денежные средства в размере 1 300 000 рублей - стоимость недвижимости, согласованная в договоре. 

Помимо этого, в материалы обособленного спора ФИО3 представлены копии акта приема-передачи жилого дома по договору от 25.02.2019 г. и расписки от 01.04.2019 г. В данном акте указано, что ФИО4 и ФИО3 подтверждают, что на момент подписания договора купли-продажи жилого дома и земельного участка от 25.02.2019 г. жилой дом временно не пригоден для проживания в связи с выполнением в нем работ по капитальному ремонту.

Стоимость оплаченных Продавцом работ и закупленного строительного материала для проведения ремонтных работ в соответствии с данным актом составляет 3 056 922 руб. и подлежит оплате покупателем продавцу согласно гарантийному письму по завершению подрядчиком ремонтных работ.

Срок окончания работ по капитальному ремонту установлен 01.04.2019 года.

В соответствии с распиской от 01.04.2019 г. ФИО4 принял от ФИО3 денежные средства в размере 3 056 922 руб.

Между тем, из представленных ответчиком справок 2-НДФЛ (Том 1 л.д. 153 приложения к пояснениям ФИО3) следует, что дохода за 2018 г. – 2019 недостаточно для расчетов по договору купли-продажи от 25.02.2019 г.:

- за 2018 доход составил 354 200 руб.,

- за 2019 доход составил 145 918 руб.

Также, ответчиком представлена справка АО «АЛЬФА-БАНК» о наличии кредитов. Согласно указанной справке у ФИО3 были две кредитные карты с лимитом кредитования 170 000 руб. и 390 000 руб. Указанных денежных средств также недостаточно для расчетов по договору купли-продажи от 25.02.2019 г.

Кроме того, ФИО3 представлены сведения из АО «Тинькофф Банк» о том, что 23.05.2019 г. ей предоставлен кредит в размере 700 000 рублей. Вместе с тем, оплата по договору произведена 01.04.2019, а кредит выдан через три месяца после заключения договора купли-продажи.

При этом  согласно представленной в материалы дела расписки, стороны произвели расчет по договору купли-продажи от 25.02.2019 г. в день подписания договора.

Соответственно, документы, подтверждающие предоставление АО «Тинькофф Банк» кредита в размере 700 000 руб., также не подтверждают наличие у ФИО3 денежных средств в размере, достаточном для расчетов по договору купли-продажи от 25.02.2019 г.

Таким образом, не доказана финансовая возможность ФИО3 произвести оплату за дом и земельный участок.

Не представлено и доказательств, подтверждающих, что ФИО4  за свой счет проводилось улучшение жилого дома, осуществлялся  капитальный ремонт. В материалы дела представлен договор от 05.01.2019, заключенный с ФИО4 (Том 3 л.д. 89), согласно которому ФИО4 оказываются услуги по ремонтным работам в жилом доме. К договору имеется приложение, содержащее объекты, на которых должны выполняться работы и их стоимость. Виды работ, которые произведены ФИО4, в материалах дела отсутствуют. Как и не представлено доказательств несения ФИО4 расходов в целях оплаты работ, а также приобретение строительных материалов.

Из содержащихся в материалах дела доказательств не представляется возможным установить, каким образом сторонами определена впоследствии, после заключения договора купли-продажи от 25.02.2019, стоимость дома и земельного участка в сумме 3 056 922 руб. Так, в договоре купли-продажи от 25.02.2019 цена объектов определена 1 300 000 руб. Впоследствии между сторонами подписан акт от 25.02.2019 о том, что продавец ФИО4 передал дом, который временно не пригоден для проживания, в связи с выполнением в нем работ по капитальному ремонту. Стоимость работ, которые оплачивает ФИО3 и закупленного строительного материала для проведения ремонтных работ составила 3 056 922 руб. и подлежит оплате покупателем продавцу.

В материалы дела не представлено доказательств ни финансовой возможности ФИО3 произвести оплату дома, в том числе работ и закупленного строительного материала, ни доказательств приобретения ФИО4 строительных материалов; нет в деле и сметы расходов на проведение  ФИО4 ремонтных работ, которые позволили бы ФИО3 при изменении цены договора проверить расчет произведенных расходов, в результате которых увеличилась стоимость имущества. 

Необходимо отметить, что договор купли-продажи  между ФИО4 и ФИО3 заключен 25.02.2019, то есть после того, как возбуждено дело о банкротстве в отношении ФИО1, что также свидетельствует о выводе актива должника в целях дальнейшего избежание обращения на него взыскания в целях удовлетворения требований кредиторов.

ФИО3 указывает, что осуществляла правомочия собственника, а именно производила уплату коммунальных платежей и т.д., однако суд отклоняет указанные возражения. Из самого поведения сторон сделок явствует, что дом, по сути, продолжал оставаться в фактическом владении и пользовании должника.

ФИО3 не проживала и не могла проживать в приобретенном ей доме, поскольку дом передан в состоянии, непригодном для проживания. Кроме того, согласно адресной справке ФИО3  с 15.08.2017 зарегистрирована по адресу <...> (Том 1 л.д. 147), а после того, как финансовым управляющим подано заявления о признании сделок недействительными – 25.02.2020, ФИО3 продает жилой дом и земельный участок третьему лицу ФИО9 по стоимости 4 750 000 руб., из которых 4 000 000 рублей стоимость жилого дома, 750 000 рублей стоимость земельного участка (договор купли-продажи от 06.08.2021).

Собственником объектов недвижимости является ФИО14, что подтверждается выпиской из ЕГРН (Том 2 л.д. 7-8).

Суд апелляционной инстанции пришел к выводу и о наличии признаков аффилированности между сторонами сделок.

В соответствии со статьей 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику признается лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26 июля 2006 года №135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника.

В силу пункта 3 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.

Согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

Материалами дела подтверждено, что сделки заключены между аффилированными лицами.

При таких обстоятельствах, следует признать, что в результате исполнения договоров купли-продажи  причинён вред имущественным правам других кредиторов, что привело к частичной утрате кредиторами возможности получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет этого имущества.

Согласно абзацу 4 пункта 4 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63 наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке. На основании пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное (абзац 3 пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части 1 ГК РФ»). Для констатации злоупотребления правом, должны быть приведены достаточно веские аргументы о значительном отклонении поведения аффилированного по отношению к должнику лица от стандартов разумного и добросовестного осуществления своих гражданских прав, направленность их действий на явный ущерб кредиторам должника.

Суд апелляционной инстанции обращает внимание на то, что цепочка последовательных сделок купли-продажи с разным субъектным составом может быть признана притворной в порядке пункта 2 статьи 170 ГК РФ как прикрывающая собой единую сделку, направленную на прямое отчуждение имущества от первого продавца последнему покупателю.

Согласно правовой позиции Верховного Суда РФ, изложенной в определении от 31.07.2017 по делу № 305-ЭС15-11230, цепочкой последовательных сделок купли-продажи с разным субъектным составом может прикрываться сделка, направленная на прямое отчуждение имущества первым продавцом последнему покупателю. Наличие доверительных отношений позволяет отсрочить юридическое закрепление прав на имущество в государственном реестре, объясняет разрыв во времени между притворными сделками и поэтому не может рассматриваться как обстоятельство, исключающее ничтожность сделок. Само по себе осуществление государственной регистрации перехода права собственности на имущество к промежуточным покупателям не препятствует квалификации данных сделок как ничтожных на основании пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Наличие признаков аффилированности у сторон сделки не является безусловным основанием для признания сделки недействительной, вместе с тем на таких лиц возлагается повышенный стандарт доказывания обстоятельств заключения сделки.

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной), на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения, т.е. применяется повышенный стандарт доказывая к ответчику в таком обособленном споре.

При исследовании материалов дела, судом установлено, что ФИО1  фактически не прекратила использование отчужденных объектов недвижимого имущества.

Согласно пункту 22 Обзора судебной практики Верховного Суда РФ № 1 (2021) сделка, направленная на прямое отчуждение должником своего имущества в пользу бенефициара или связанного с ним лица, может прикрываться цепочкой последовательных притворных сделок купли-продажи с разным субъектным составом.

Такая цепочка прикрываемых притворных сделок является недействительной на основании пункта 2 статьи 170 ГК РФ, а прикрываемая сделка может быть признана недействительной как подозрительная на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна.

Суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что оспариваемые сделки купли-продажи от 09.06.2017 между ФИО1  и ФИО4, а также купли-продажи от 25.02.2019 между ФИО4 и ФИО3 представляют собой цепочку взаимосвязанных сделок, совершенных с целью  прикрытия вывода актива от  должника ее дочери.

Исходя из выше установленных обстоятельств, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что поскольку сделка, совершенная 09.06.2017 между должником ФИО1 и ФИО4, заключена после возбуждения дела о банкротстве подконтрольного должнику общества «Энергоремстройсервис» - 03.10.2016, то, несомненно, должнику было  понятно, что она как поручитель и руководитель общества, обязана отвечать по его неисполненным обязательствам, в связи с чем совершает действия по выводу актива. Стоимость дома и земельного участка составила 1 250 000 руб.

Согласно представленному в материалы дела акту технического состояния дома от 09.06.2017 (Том 1 л.д. 57), дом имел повреждения: кровли, протечки кровли в гараже и мансарде, разрушен фасад дома со стороны огорода, крыльцо разрушено, котел отопительный протекает, внутри дома требуется ремонт.

В дальнейшем при продаже дома ФИО4 дочери должника ФИО3, в акте от 25.02.2019 (Том 3 л. д. 44) указано, что ФИО3 оплачивает выполненные ФИО4 работы на сумму 3 056 922 руб. Вместе с тем, доказательств, что ФИО4 нес расходы на закупку строительного материала, не представлено, в связи с чем, суд апелляционной инстанции полагает, что сделка по продаже имущества должником ФИО4, по сути, прикрывает договор подряда, во исполнение которого ФИО4 выполнил необходимые ремонтные работы по восстановлению дома, но за счет денежных средств должника, а после проведения восстановительных работ по ремонту дома, ФИО4 25.02.2019 продает дом и земельный участок дочери должника,  производя таким образом возврат во владения должника отремонтированного дома, а поскольку должник находилась уже в процедуре банкротства (29.01.2019) сделка была заключена с ее дочерью. Оспариваемые сделки прикрывают безвозмездную передачу имущества от должника в пользу дочери. После предъявления финансовым управляющим заявления об оспаривании указанных сделок (25.02.2020), ФИО3 выводит актив и продает имущество  независимому и добросовестному приобретателю (договор купли-продажи от 06.08.2021) по стоимости 4 750 000 руб., что не позволило суду применить последствия недействительности сделки в виде обращения взыскания на имущество (Том  2 л.д. 27).

Сделки являлись фактически безденежными, созданные в период неплатежеспособности должника и возбужденных дел о банкротстве (в отношении должника и подконтрольного ему общества), спорное имущество передавалось  контрагентам по сделке в отсутствие встречного предоставления, в результате оспариваемых сделок должник лишилась ликвидного имущества, соответственно был причинен имущественный вред кредиторам, при этом ни ФИО4, ни тем более дочь должника не могли не знать о цели оспариваемых сделок, поскольку являлись заинтересованными лицами. 

В соответствии с правовой позицией, изложенной в пункте 1 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2015), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26.06.2015, при наличии доказательств, свидетельствующих о недобросовестном поведении стороны по делу, эта сторона несет бремя доказывания добросовестности и разумности своих действий.

В ситуации, когда из совокупности представляемых доказательств у судов возникают обоснованные сомнения в добросовестности ответчика-приобретателя, возложение на другую сторону обязанность раскрыть добросовестный характер мотивов своего поведения и наличие у сделки разумных экономических оснований, не свидетельствует о нарушении судом норм процессуального права.

Однако, таких мотивов и оснований в рамках настоящего обособленного спора не раскрыто, мотивированные сомнения финансового управляющего, подтверждаемые совокупностью собранных по делу доказательств, участвующими в деле лицами не опровергнуты.

Соответственно, суд апелляционной инстанции полагает, что указанная сделка является ничтожной в силу ее притворности.

При изложенных обстоятельствах, принимая во внимание доказанность того, что взаимоотношения между сторонами носили формальный характер, причинения совершением оспариваемых сделок вреда имущественным правам кредиторов, намерения сторон причинить вред другому лицу, действуя в обход закона с противоправной целью, признаков злоупотребления правом при заключении оспариваемых сделок, мнимости правоотношений, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о наличии оснований для признания сделок недействительными на основании статей 10, 168, 170 ГК РФ.

Кроме того, суд апелляционной инстанции полагает необходимым отметить, что вопреки мнению ФИО1, спорное недвижимое имущество не являлось ее единственным жильем, из представленных в материалы дела доказательств следует, что супругу должника ФИО7 (выписка из ЕГРН Том 1 л.д. 160)  на праве собственности принадлежит квартира <...> площадью 41,8 кв.м. Должник в качестве адреса регистрации и проживания также указывает данный адрес. Имущество приобретено 21.12.2007, то есть в период брака, который зарегистрирован 23.10.1998 (Том 1 л.д. 161 – свидетельство о заключении брака).

Таким образом, данное имущество является совместно нажитым имущество супругов, что свидетельствует о том, что проданный должником дом не являлся его единственным жильем, более того, учитывая, что в акте передачи указано, что дом не пригоден для проживания, то должник фактически не могла в нем проживать. 

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 29 постановления Пленума ВАС РФ №63, если сделка, признанная в порядке главы III.1 Закона о банкротстве недействительной, была исполнена должником и (или) другой стороной сделки, суд в резолютивной части определения о признании сделки недействительной также указывает на применение последствий недействительности сделки.

Согласно пункту 2 статьи 167 ГК РФ, при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В силу пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве, в случае признания сделки в соответствии с настоящей главой недействительной все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по такой сделке подлежит возврату в конкурсную массу.

В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями ГК РФ об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

Стоимость дома и земельного участка суд определяет в сумме 4 750 000 руб., исходя из цены в договоре купли-продажи имущества от 06.08.2021, согласно которому ФИО3 продала дом и земельный участок ФИО9 по стоимости 4 750 000 руб. (Том  2 л.д. 27). Следовательно, возврату в конкурсную массу должника подлежит указанная сумма.

С учетом изложенного, определение суда от 22.10.2024 подлежит отмене на основании пункта 1 части 1 статьи 270 АПК РФ (неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для дела)  с изложением резолютивной части в иной редакции.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта в соответствии с пунктом 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не установлено.

Государственная пошлина за рассмотрение заявления в силу статьи 110 АПК РФ подлежит взысканию с ФИО3 непосредственно в доход федерального бюджета 6 000 руб.  Расходы по уплате государственной пошлине по апелляционной жалобе в силу статьи 110 АПК относятся на ФИО3.

Руководствуясь статьями 176, 268 - 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Оренбургской области от 22.10.2024 по делу № А47-17016/2018 отменить, апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО1 - ФИО2 удовлетворить.

Признать недействительной сделку, оформленную договором купли-продажи жилого дома с земельным участком № б/н от 09.06.2017, заключенным между ФИО1 и ФИО4; договором купли-продажи жилого дома с земельным участком № б/н от 25.02.2019, заключенным между ФИО4 и ФИО3.

Применить последствия недействительности сделки.

Взыскать с ФИО3 в конкурсную массу должника ФИО1 4 750 000 руб.

Взыскать с ФИО3 в пользу конкурсной массы ФИО1 6 000 руб. в возмещение расходов по уплате государственной пошлины за рассмотрение заявления.

Взыскать с ФИО3 в доход федерального бюджета 10 000 руб. государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы. 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.


Председательствующий судья                                         М.В. Ковалева


Судьи:                                                                               И.В. Волкова


                                                                                          Ю.А. Журавлев