Постановление от 16 мая 2022 г. по делу № А75-8616/2021

ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А75-8616/2021
16 мая 2022 года
город Омск




Резолютивная часть постановления объявлена 12 мая 2022 года

Постановление изготовлено в полном объеме 16 мая 2022 года


Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Бодунковой С.А.,

судей Веревкина А.В., Еникеевой Л.И.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-3013/2022) общества с ограниченной ответственностью «Адонис-Интерьер» на решение от 31.01.2022 Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры по делу № А75-8616/2021 (судья С.Г. Касумова), по иску общества с ограниченной ответственностью «Адонис-Интерьер» (ОГРН <***>, ИНН <***>, адрес: 625541, Тюменская обл., <...>) к акционерному обществу «Сургутнефтегазбанк» (ОГРН <***>, ИНН <***>, адрес: 628400, Ханты-Мансийский автономный округ - Югра, <...>), третье лицо ФИО2 (ИНН <***>), о расторжении договора,

при участии в судебном заседании представителей:

от общества с ограниченной ответственностью «Адонис-Интерьер» – представитель ФИО3 по доверенности № 23-АИ/2020 от 27.11.2020 сроком действия до 31.12.2022 , диплом от 25.07.1996 № 1522,

от акционерного общества «Сургутнефтегазбанк» – представитель Билль М.В. по доверенности от 18.09.2019 сроком действия три года, диплом от 07.09.2011 № 658,

установил:

общества с ограниченной ответственностью «Адонис-Интерьер» (далее – ООО «Адонис-Интерьер», истец) обратилось в Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа - Югры с иском к акционерному обществу «Сургутнефтегазбанк» (далее – АО «СНГБ», ответчик) о расторжении договора уступки права требования от 04.09.2018 (далее - договор цессии), заключенного сторонами.

Определением суда то 10.11.2021 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне истца привлечен индивидуальный предпринимателя ФИО2.

Решением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 31.01.2022 в удовлетворении исковых требований отказано.

Не соглашаясь с принятым судебным актом, ООО «Адонис-Интерьер» обратилось в суд с апелляционной жалобой, в которой просит решение отменить, принять по делу новый судебный акт, которым исковые требования удовлетворить в полном объеме.

В обоснование апелляционной жалобы её податель указывает на следующее: суд первой инстанции не дал правовой действиям ответчика, а именно: на каком основании ответчиком принят платеж от ИП ФИО2 в сумме 5 000 000 руб., с какой целью ответчик заключил договор уступки от 04.09.2018, соответствуют ли требованиям законодательства и договорным отношениям действия ответчика по оформлению документов и учета финансовых операций, почему ответчик не исполнил обязательства по внесению изменений в договоры залога; договор уступки ответчиком не исполнил и его дальнейшее исполнение не представляется возможным; договор уступки от 04.09.2018г. подлежит расторжению, а денежные средства в сумме 5 000 000 руб. подлежат возврату плательщику, как полученные ответчиком в отсутствии законных оснований в порядке статьи 1102 ГК РФ; судом первой инстанции не дана оценка доводам истца о недобросовестном поведении Банка по делам о банкротстве сторон кредитного договора и заключенным договорам уступки.

До начала судебного заседания от АО «СНГБ» поступил отзыв на апелляционную жалобу, в приобщении которого апелляционным судом отказано в связи с отсутствием доказательств направления копии отзыва и приложенного к нему документа в адрес других участников процесса (абзаца 2 части 1 статьи 262 АПК РФ).

В судебном заседании представитель ООО «Адонис-Интерьер» поддержал требования, изложенные в апелляционной жалобе, просил отменить определение суда первой инстанции и принять по делу новый судебный акт.

Представитель АО «СНГБ» указал на то, что изначально перечисление денежных средств в размере 5 000 000 руб. было направлено на погашение кредитного договора, в дальнейшем с целью вступить в процедуру банкротства ФИО4 ООО «Адонис-Интерьер» обратился к Банку с просьбой заключить договор уступки права требования, при этом, чтобы не производить оплату по договору уступки, в качестве оплаты указан платеж произведенный ранее в 2017 году на сумму 5 000 000 руб., просил в удовлетворении апелляционной жалобы – отказать, решение оставить без изменения.

Изучив материалы дела, доводы апелляционной жалобы, заслушав мнение представителей сторон, проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного акта, суд апелляционной инстанции не установил оснований для его отмены ввиду следующего.

Как следует из материалов дела, заявленные требования истец основывает на следующих обстоятельствах.

04.09.2018 между АО «СНГБ» (цедент) и ООО «Адонис-Интерьер» (цессионарий) заключен договор уступки прав (цессии), согласно условиям, которого цедент уступает, а цессионарий принимает право требования оплаты задолженности к должнику - ООО «Адонис Центр» в размере суммы основного долга по кредитному договору № С36147 в сумме 5 000 000 руб., с правом получения мораторных процентов, начисленных на сумму включенного в реестр требований кредиторов требования цедента, переданного цессионарию по настоящему договору. При этом требования уплаты процентов, неустойки, комиссии по кредитному договору, а также прочих расходов цедента (госпошлины, расходы на оплату услуг эксперта, расходы на публикацию сообщений в рамках дела о банкротстве/ не уступаются).

Одновременно с уступкой права требования, указанного в пункте 1.1 договора, к цессионарию (пропорционально размеру приобретенного права требования) переходят права цедента, вытекающие из всех договоров, которыми обеспечивается исполнение должником обязательств по вышеуказанному кредитному договору, в том числе, права требования к залогодателям и поручителям в лице: ФИО4 и ООО «Фирма Адонис» (ИНН <***>, ОГРН <***>) на основании договоров поручительства № 786 от 02.04.2014 и ипотеки (залога недвижимости) от 02.04.2014; договоров поручительства № 785 от 02.04.2014, ипотеки (залога недвижимости) от 02.04.2014 ипотеки (залога недвижимости) от 13.02.2015, с учетом всех дополнительных соглашений соответственно.

В подтверждение факты оплаты по договору уступки прав (цессии) от 04.09.2018 ООО «Адонис Интерьер» представило платежное поручение № 142 от 26.10.2017, согласно, которому индивидуальный предприниматель ФИО2 (далее - ФИО2) оплатил АО «СНГБ» 5 000 000 руб. с назначением платежа «погашение просроченной ссудной задолженности по Кредитному договору № С36147 от 02 апреля 2014 года, заключенному с ООО «Адонис Центр». Сумма 5 000 000-00 Без налога (НДС)».

В соответствии с пунктом 3.2. договора указанные денежные средства , перечисленные на расчетный счет цедента за должника в счет погашения задолженности по кредитному договору платежным поручением от 26.10.2017 № 142 на сумму 5 000 000 руб. засчитываются в счет оплаты цены права требования. На момент подписания договора цессионарий считается полностью исполнившим свои обязательства (пункт 3.2).

После заключения указанного договора цессии истец обратился в рамках судебного дела № А70-4126/2017 с заявлением о процессуальном правопреемстве.

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 22.11.2018 по делу № А70-4126/2017, оставленным без изменения Постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 08.02.2019, в удовлетворении ходатайства ООО «Адонис-Интерьер» о процессуальном правопреемстве в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО4 было отказано.

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 10.10.2019 по делу № А70-335/2016, оставленным без изменения Постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 03.12.2019, в удовлетворении ходатайства ООО «Адонис-Интерьер» о процессуальном правопреемстве в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Фирма «Адонис» было отказано.

Ввиду того, что в процессуальном правопреемстве в рамках дел о несостоятельности (банкротстве) ООО «Фирма «Адонис» и ФИО4 отказано, ООО «Адонис-Интерьер» указывая на неисполнение АО «СНГБ» обязательств по договору уступки обратилось в суд с заявлением о его расторжении с целью возврата денежных средств в размере 5 000 000 руб. плательщику, как полученные ответчиком в отсутствии законных основании в порядке статьи 1102 ГК РФ.

Отказ в удовлетворении исковых требований послужил основанием для обращения истца в суд с апелляционной жалобой, по результатам рассмотрения которой суд апелляционной инстанции не установил оснований для отмены решения Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 31.01.2022.

В соответствии со статьями 11, 12 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьей 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации защиту нарушенных или оспоренных гражданских прав осуществляет арбитражный суд, при этом способ защиты нарушенного права лицо, обратившееся с арбитражный суд, избирает самостоятельно.

В соответствии с пунктом 1 статьи 382 ГК РФ право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона.

На основании пункта 1 статьи 384 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на проценты.

В пункте 1 статьи 390 ГК РФ установлено, что цедент отвечает перед цессионарием за недействительность переданного ему требования. При этом по общему правилу, предусмотренному в абзаце втором пункта 2 названной статьи, уступаемое требование должно существовать в момент уступки. По общему правилу, если цедент уступил цессионарию несуществующее право требования, соглашение об уступке не поражается недействительностью, поскольку является обязательственной сделкой, для совершения которой не требуется наличия распорядительной власти (пункт 1 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.10.2007 № 120 «Обзор практики применения арбитражными судами положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации», постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 10.07.2012 № 2551/12).

В таком случае цессионарий имеет право на иск к цеденту о взыскании с него убытков за ненадлежащее исполнение обязательства в порядке статьи 390 ГК РФ, поскольку, приобретая дебиторскую задолженность, в состав его правомерных ожиданий входит принадлежность права требования отчуждателю, с которым цессионарий вступает в договор (пункт 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки»).

Между тем из этого правила возможно исключение, когда обе сделки охвачены единым умыслом группы лиц, направленным на достижение злонамеренной цели.

Помимо указанного суд апелляционной инстанции исходит из того, что изменение и расторжение договора возможны по соглашению сторон, если иное не предусмотрено ГК РФ, другими законами или договором (статья 450 ГК РФ).

Основанием для расторжения договора по требованию одной из сторон в судебном порядке является существенное нарушение договора другой стороной либо иные основания, прямо предусмотренные законом или договором. Существенным признается нарушение договора одной из сторон, которое влечет для другой стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора (пункт 2 статьи 450 ГК РФ).

В рассматриваемом случае в качестве существенного нарушения договора уступки права требования, допущенного цессионарием, истец указал на неисполнение ответчиком своих обязательств по договору уступки от 04.09.2018, а именно: ответчик не оформил изменений в договоры ипотеки, не смог обеспечить переход права требования в делах о банкротстве ООО «Фирма «Адонис» и ФИО4 (А70-4126/2017, А70-335/2017). Судебными актами по делам А70-4126/2017, А70-335/2017 истцу было отказано в процессуальном правопреемстве.

Гражданское законодательство предъявляет к участникам оборота требования о добросовестности осуществления гражданских прав, недопустимости извлечения преимуществ из своего незаконного, недобросовестного поведения, а также содержит запрет на совершение действий исключительно с намерением причинить вред другому лицу (пункты 3, 4 статьи 1, пункт 1 статьи 10, пункт 3 статьи 307 ГК РФ).

В случае отклонения субъектов гражданского права от указанных требований, суд, с учетом конкретных обстоятельств дела, принимает меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны, в том числе признает недействительной сделку, совершенную с нарушением запрета, установленного пунктом 1 статьи 10 ГК РФ (пункт 2 статьи 10 ГК РФ, пункты 1, 7 Постановления 25).

В силу абзаца первого части 1 статьи 10 ГК РФ не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

О недобросовестном поведении со стороны истца при заключении спорного договора уступки свидетельствуют обстоятельства, установленные вступившими в законную силу судебными актами по делу А70-4126/2017, которыми истцу было отказано в процессуальном правопреемстве на основании договора уступки права от 04.09.2018. Так, при рассмотрении ходатайства ООО «Адонис-Интерьер» о процессуальном правопреемстве в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО4 № А70-4126/2017, судами было установлены следующие обстоятельства.

Договор уступки права требования заключен между АО «СНГБ» и ООО «Адонис-Интерьер» 04.09.2018, то есть по прошествии более 10 месяцев с даты совершения ИП ФИО2 платежа направленного на погашение просроченной ссудной задолженности по Кредитному договору № С36147 от 02 апреля 2014 года, заключенному с ООО «Адонис Центр» (поручение № 142 от 26.10.2017), и по прошествии более 5 месяцев с даты получения АО «СНГБ» письма об уточнении его назначения. Суды пришли к выводу о том, что у ИП ФИО2 при погашении задолженности ООО «Адонис-Центр» перед АО «СНГБ» действительного намерения на совершение указанного действия от имени и в интересах ООО «Адонис-Интерьер» не было; экономическая целесообразность в совершении ООО «Адонис-Интерьер» действий, направленных на приобретение права требования к должнику не была доказана, установлена аффиллированность ООО «Адонис-Интерьер» с должником ФИО4 Суд пришел к выводу о том, что гашение задолженности перед АО «СНГБ» самим ФИО4 являлось бы преимущественным удовлетворением требования одного кредитора перед другими и не позволило бы достичь интересующего должника результата, гашение же задолженности посредством номинального привлечения третьего лица, позволило бы создать искусственную задолженность перед якобы незаинтересованным лицом, с целью получения возможности контролировать процедуру банкротства. При рассмотрении вышеуказанного обособленного спора суд пришел к выводу о сомнительности в добросовестной цели погашения задолженности ООО «Адонис-Центр» и ФИО4 перед АО «СНГБ». Суд также пришел к выводу о недоказанности того, что ИП ФИО2 на дату погашения им задолженности ООО «Адонис-Центр» перед АО «СНГБ» действовал от имени ООО «Адонис-Интерьер». Суд указал, что обстоятельства сделки не позволяет суду исключить совершение ООО «Адонис-Интерьер» действия по приобретению прав требования к должнику и обращению в суд с заявлением о процессуальном правопреемстве в недобросовестных целях вывода активов должника из конкурсной массы в нарушение прав независимых кредиторов, а также в целях получения контроля над процедурой банкротства с учетом не опровергнутой возможности совершения согласованных действий с иными фактически заинтересованными по отношению к должнику лицами, действующими в его интересах.

Таким образом, суд при рассмотрении обособленного спора в рамках судебного дела № А70-4126/2017 пришел к выводу, что произведенная ИП ФИО2 оплата осуществлена в именно целях погашения кредиторской задолженности ООО «Адонис-Интерьер» перед АО «СНГБ», на что было прямо указано в назначении платежа при перечислении денежных средств в размере 5 000 000 руб., при этом произведенная уступка прав требований совершена значительно позднее платежа, с целью получения статуса кредитора в результате процессуального правопреемства (в том числе и в части уже погашенной задолженности) и контроля за делом о несостоятельности (банкротстве) должника, в условиях, обеспечивающих высокую долю вероятности возврата денежных средств (полностью либо в части), после реализации залогового имущества.

Суд апелляционной инстанции в рамках указанного обособленного спора по делу А70-4126/2017 указал, что назначение платежа в платежном поручении № 142 от 26.10.2017 позволяет полагать, что при погашении задолженности ООО «Адонис-Центр» перед АО «СНГБ» ИП ФИО2 действовал по поручению самого должника; наличие иного заинтересованного лица в погашении его задолженности перед банком и имеющим правовые основания для погашения обязательств третьего лица из материалов настоящего обособленного спора не усматривалось. В связи с чем суды пришли к выводу о прекращении обязательств ФИО4 как поручителя ООО «Адонис-Центр» перед АО «СНГБ» в размере 5 000 000 руб. Доводы ООО «Адонис-Интерьер» о том, что задолженность ООО «Адонис-Центр» перед АО «СНГБ» по кредитному договору № С36147 от 02.04.2014 была погашена ИП ФИО2 за ООО «Адонис-центр» судами отклонены.

Выводы, сделанные судами в рамках судебного дела № А70-4126/2017, имеют при рассмотрении настоящего дела для сторон спора преюдициальное значение.

О том, что целью заключения договора уступки прав требования являлось получение контроля за делом о несостоятельности (банкротстве) должника, может свидетельствовать и то обстоятельство, что не получив контроль над процедурой банкротства должника ФИО4, в том числе по причине отказа в удовлетворении заявления о процессуальном правопреемстве, были произведены действия по удовлетворению всех требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, вследствие чего процедура банкротства в отношении ФИО4 прекращена.

О недобросовестном поведении ООО «Адонис-Интерьер» свидетельствует также преследуемая истцом цель расторжения договора уступки, заключающаяся в возврате денежных средств в размере 5 000 000 руб. плательщику, как полученных ответчиком в отсутствии законных основании в порядке статьи 1102 ГК РФ.

Между тем, как указано выше, совершение ИП ФИО2 платежа в размере 5 000 000 руб. было направлено именно на погашение просроченной ссудной задолженности по Кредитному договору № С36147 от 02 апреля 2014 года, заключенному с ООО «Адонис Центр», о чем прямо указано в назначении платежа в платежном поручении № 142 от 26.10.2017. В дальнейшем истец использовал данный платеж при заключении договора уступки, осознавая, что предметом уступки является уже исполненное перед кредитором обязательство.

Исполнение обязанности третьим лицом регулируется положениями статьи 313 ГК РФ.

В соответствии с пунктом 2 статьи 313 ГК РФ, если должник не возлагал исполнение обязательства на третье лицо, кредитор обязан принять исполнение, предложенное за должника таким третьим лицом, в случае, если должником допущена просрочка исполнения денежного обязательства.

В силу разъяснений, содержащихся в абзаце четвертом пункта 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2016 № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений ГК РФ об обязательствах и их исполнении», кредитор по денежному обязательству не обязан проверять наличие возложения, на основании которого третье лицо исполняет обязательство за должника, и вправе принять исполнение при отсутствии такого возложения. Денежная сумма, полученная кредитором от третьего лица в качестве исполнения, не может быть истребована у кредитора в качестве неосновательного обогащения, за исключением случаев, когда должник также исполнил это денежное обязательство либо, когда исполнение третьим лицом и переход к нему прав кредитора признаны судом несостоявшимися (статья 1102 ГК РФ).

Таким образом, АО «СНГБ» правомерно принял спорный платеж в размере 5 000 000 руб. в качестве гашения задолженности по кредитному договору и он не может быть истребован у банка в качестве неосновательного обогащения.

С учетом вышеизложенных обстоятельств, апелляционный суд приходит к выводу о том, что действия истца не соответствует стандарту ожидаемого поведения участника гражданского оборота, являющемуся критерием соблюдения принципа добросовестности осуществления гражданских прав, и, следовательно, мерилом наличия необходимости защиты интересов такого участника оборота применительно к положениям пункта 2 статьи 10 ГК РФ (абзац пятый пункта 1 Постановления № 25), в настоящем случае не доказано наличие обстоятельств для расторжения договора по заявлению цессионарии, в силу чего оснований для удовлетворения заявления о расторжении договора уступки права требования не имеется.

Констатируя указанное суд апелляционной инстанции с учетом данной выше оценки платежа, совершенного ИП ФИО2, исходит также из того, что какого-либо встречного предоставления по договору цессии, о расторжении которого заявлено, истец по настоящему делу не совершал.

В настоящем случае истец осознавал правовую природу совершаемой сделки по уступке прав (то что предметом уступки является фактически исполненное обязательство) и имел намерение использовать распорядительный эффект цессии в своих недобросовестных интересах. То. что цель уступки прав требования, которой являлось включение требования в реестр требований кредиторов в порядке процессуального правопреемства не была достигнута, не свидетельствует о наличии оснований для его расторжения вследствие виновных и противоправных действий ответчика.

Таким образом, суд апелляционной инстанции считает, что подателем жалобы не представлено в материалы дела надлежащих и бесспорных доказательств в обоснование своей позиции, доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены решения суда первой инстанции.

При данных обстоятельствах, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что, отказав в удовлетворении требования истца, суд первой инстанции принял законное и обоснованное решение.

Нормы материального права применены арбитражным судом первой инстанции правильно. Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в любом случае основаниями для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

С учетом изложенного оснований для отмены обжалуемого судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы ответчика не имеется.

Судебные расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы в соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относятся на подателя жалобы, то есть на ООО «Адонис-Интерьер».

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение от 31.01.2022 Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры по делу № А75-8616/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-3013/2022) общества с ограниченной ответственностью «Адонис-Интерьер» - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Cибирского округа в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме.



Председательствующий


С.А. Бодункова


Судьи


А.В. Веревкин

Л.И. Еникеева