Решение от 22 октября 2025 г. по делу № А55-30899/2024

АРБИТРАЖНЫЙ СУД Самарской области

443001, <...>, тел. <***>

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ


23 октября 2025 года

Дело №

А55-30899/2024


Резолютивная часть решения объявлена 09 октября 2025 года

Решение в полном объеме изготовлено 23 октября   2025 года

Арбитражный суд Самарской области

в составе

судьи Кулешовой Л.В.

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Тихоновой Е.М.

рассмотрев в судебном заседании  07-09 октября 2025 года   дело по иску, заявлению

ООО «Стройкомплект» ИНН <***>

От  06 сентября 2024 года   №

к   ООО «Альянс» ИНН <***>

о взыскании

и по встречному иску

ООО «Альянс» ИНН <***>

к ООО «Стройкомплект» ИНН <***>

о признании сделки недействительной

с участием в деле третьих лиц без самостоятельных требований:

- УФНС России по Самарской области

- МРУ Росфинмониторинга по ПФО

ООО «Аквапорт» ИНН <***>

а также Прокуратуры Самарской области

при участии в заседании

от истца – дир. ФИО1, предст. ФИО2 по дов. от 06.09.2024;

от ответчика – предст. ФИО3 по дов. от 28.07.2025;

прокурора Антипова Н.Н. удостоверение;

иные лица: не яв; извещены; .

установил:

ООО «Стройкомплект» (далее истец, поставщик) обратилось в Арбитражный суд Самарской области с исковым заявлением к ООО «Альянс»(далее ответчик, покупатель) о  взыскании основного долга по договору поставки лифтов № 33 от 09.12.2021  в размере 23 016 582,00 руб. и процентов за пользование по ст. 395 ГК РФ в размере 3 493 424,05 руб.   по состоянию на 10.06.2024, и процентов с 11.06.2024 по день фактического исполнения обязательства по оплате, ссылаясь на неисполнение ответчиком договорного обязательства по оплате полученной продукции.

Ответчик иск не признает. Первоначально ответчик указывал на нереальность сделки. Затем изменил процессуальную позицию и возражает против иска в связи с отсутствием  задолженности. Одновременно заявил ходатайство о применении ст. 333 ГК РФ при взыскании неустойки, ссылаясь на ее чрезмерный характер.

Ответчик заявил встречный иск с учетом уточнения формулировки, принятой судом протокольным определением от 07.10.2025,  о признании договора № 33 от 09.12.2021 недействительным в части  стоимости поставленного оборудования в размере 15 990 162,60 руб.,   ссылаясь на необходимость применения в данном споре повышенного стандарта доказывания в связи с наличием признаков аффилированности  сторон сделки.

Истец встречный иск не признает,  заявил о пропуске срока исковой давности и отсутствии правовых и фактических оснований для признания сделки недействительной в оспариваемой ответчиком части.

Прокурор считает встречный иск обоснованным и подлежащим удовлетворению В удовлетворении первоначального иска просит отказать.

Иные третьи лица процессуальную позицию по делу не представили.


Исследовав материалы дела, проверив обоснованность доводов, изложенных в исковом заявлении, отзыве на исковое заявление, возражениях на отзыв на исковое заявление, встречном исковом заявлении, отзыве на встречное исковое заявление, возражениях на отзыв на встречное исковое заявление, письменных пояснениях, дополнительных объяснениях, лиц, участвующих в деле,  выслушав доводы представителей сторон и прокурора, оценив в совокупности в соответствии со ст.ст. 71, 168 АПК РФ доказательства, имеющиеся в материалах дела, суд считает, что первоначальный иск следует удовлетворить, в удовлетворении встречного иска следует отказать.


Как следует из материалов дела и установлено судом правоотношения сторон обусловлены договором № 33 от 09.12.2021, в соответствии с которым истец  обязался поставить ответчику 6 комплектных пассажирских лифтов производства ПАО «КМЗ» в соответствии с технической спецификацией (п. 1.1.), а ответчик обязался принять их и оплатить не позднее 31.03.2023 (п. 4.1.1). Пунктом 2.1 договора сторонами согласована стоимость оборудования по  договору в размере 32 646 582,00 руб. без НДС в связи с применением поставщиком упрощенной системы налогообложения.

Согласно  п. 3.5 договора в момент поставки оборудования поставщик передает покупателю оригиналы транспортной накладной и товарной накладной по форме ТОРГ-12. На основании п. 4.1.1 договора оплата оборудования производится покупателем не позднее 31 марта 2023 года. В свою очередь в силу п.  5.1 договора поставка оборудования должна быть произведена в течение 5 месяцев  с момента заключения договора.

Со стороны поставщика договор подписан генеральным директором ФИО1, от покупателя договор подписал директор ФИО4. ( т.1  л.д.16-20). Подписи руководителей скреплены печатями организаций. В ходе судебного разбирательства установлено и не опровергнуто сторонами и иными лицами, участвующими в деле, что названные лица на момент заключения сделки исполняли  полномочия единоличного исполнительного органа организации-истца и организации-ответчика

В соответствии с условиями договора истец поставил, а ответчик принял без разногласий обусловленные договором лифты в количестве 6 штук, что подтверждается УПД   от 07.02.2023 № 40 на общую сумму 32 646 582,00 руб. (т. 1 л.д. 21-22).

Платежным поручением от 12.01.2022 № 1 ответчик перечислил денежные средства в размере 9 630 000,00 руб.в счет частичной оплаты полученной продукции.

Также ответчик 17.12.2021 года платёжным поручением №862 в адрес истца перечислил денежные средства в размере 8 526 000,00 рублей по договору № 33 от 09.01.2021.

Однако  письмом № 169а/ 12 от 18.12.2021  ответчик уведомил истца об изменении назначения платежей  по платежному поручению №862 от 17.12.2021, в том числе:

- оплата по договору поставки материалов № 01–12/21 от 01.12.2021 в сумме 3 168 124,40 рублей;

- оплата по договору поставки У35 от 20.12.2021 в сумме 1727 875,60 рублей;

- оплата по договору№ 33 от 09.01.2021 на поставку лифтового оборудования 3630 000,00 рублей. ( т. 2 л.д.4-5).

В связи с чем истец учел оплату произведенную истцом в размере 8 526 000,00 рублей в счет оплаты по указанным договорам, что подтверждается материалами судебных дел и актами сверки по договорам № 01–12/21 от 01.12.2021(Дело № А55-30928/2024, судья Коршикова О.В, поставка бетона),   № У35 от 20.12.2021( судебное дело  А55-30900/2024 судья  Бойко С.А. , поставка арматуры);

Впоследствии ответчик письмом № 189/12 от 30.12.2021 потребовал возврата денежных средств, перечисленных   платежным  поручением  № 862 от 17.12.2021 в сумме 3630 000,00 руб. Денежные средства   возвращены ответчику 30.12.2021 платежным поручением №46 от 30.12.2021 в сумме 3630 000,00 руб. (письма представлены истцом в электронном виде через сервис подачи документов «Мой арбитр» с ходатайством от 26.12.2024.

Таким образом ответчиком в счет исполнения обязательства по оплате поставленных истцом  на основании договора № 33 от 09.01.2024 г. лифтов  перечислено 9 630 000,00 руб., задолженность составляет  23 016 582,00 руб.

В связи с чем истец   19.06.2024  заказным письмом ( РПО EE051910181RU)  отправил ответчику досудебную претензию об оплате в течение 15 дней долга по договору поставки 09.12.2021 № 33 в размере   23 016 582,00 руб. и   неустойки за нарушение срока исполнения денежного обязательства  в размере  3 493 424,05 руб.. Однако претензия оставлена ответчиком без ответа и удовлетворения.

Изложенные обстоятельства явились основанием для обращения истца в арбитражный суд с первоначальным иском.

В соответствии со статье  8 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности, в том числе и вследствие неосновательного обогащения. Таким образом  гражданские права и обязанности возникают из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему.

В данном случае правоотношения сторон возникли и урегулированы договором поставки № 33 от 09.12.2021.

Ответчиком в ходе судебного разбирательства заявлено встречное исковое заявление, с учетом принятых судом  уточнений      о признании недействительным   договора поставки  № 33 от 09.12.2021   в части  стоимости поставленного оборудования в размере 15 990 162,60 руб. на основании ч. 2 ст. 174 ГК РФ,   ссылаясь на необходимость применения в данном споре повышенного стандарта доказывания в связи с наличием признаков аффилированности  сторон сделки.

Поскольку в данном случае удовлетворение встречного иска исключает удовлетворение первоначального иска, суд полагает целесообразным начать исследование обстоятельств дела с оценки встречного иска.

Исследовав представленные доказательства,  оценив доводы, изложенные во встречном исковом заявлении, в совокупности с процессуальными пояснениями и доказательствами, представленными истцом и иными лицами, участвующими в деле, суд считает требования ООО « Альянс»   не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

В силу положений статьи 506 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору поставки поставщик - продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в обусловленный срок или сроки, производимые или закупаемые им товары покупателю для использования в предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним и иным подобным использованием.

Покупатель обязан оплатить товар непосредственно до или после передачи ему продавцом товара, если иное не предусмотрено названным Кодексом, другим законом, иными правовыми актами или договором купли-продажи и не вытекает из существа обязательства (статья 486 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из содержания пункта 2 статьи 516 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, если договором поставки предусмотрено, что оплата товаров осуществляется покупателем (плательщиком) и последний неосновательно отказался от оплаты либо не оплатил товары в установленный договором срок, поставщик вправе потребовать оплаты поставленных товаров от покупателя.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 469 Гражданского кодекса Российской Федерации продавец обязан передать покупателю товар, качество которого соответствует договору купли-продажи. При отсутствии в договоре купли-продажи условий о качестве товара продавец обязан передать покупателю товар, пригодный для целей, для которых товар такого рода обычно используется.

При этом статьей 513 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что покупатель (получатель) обязан совершить все необходимые действия, обеспечивающие принятие товаров, поставленных в соответствии с договором поставки. Принятые покупателем (получателем) товары должны быть им осмотрены в срок, определенный законом, иными правовыми актами, договором поставки или обычаями делового оборота. Покупатель (получатель) обязан в этот же срок проверить количество и качество принятых товаров в порядке, установленном законом, иными правовыми актами, договором или обычаями делового оборота, и о выявленных несоответствиях или недостатках товаров незамедлительно письменно уведомить поставщика.

При исследовании фактических обстоятельств дела судом установлено и лицами, участвующими в деле,  не отрицается, что   между сторонами сделки была достигнута определенность в отношении предмета и иных условий  договора поставки   № 33 от 09.12.2021, договор частично исполнен сторонами,   факт передачи поставщиком и получения покупателем  согласованного  товара подтверждается   УПД   от 07.02.2023 № 40 на общую сумму 32 646 582,00 руб., при этом покупателем платежными поручениями  товар частично оплачен в размере  9 630,00 руб.  руб.

В качестве основания для оспаривания сделки    и наличия оснований для применения повышенного стандарта доказывания при рассмотрении настоящего спора  ответчик во встречном иске указывает, что условия договора поставки № 33 от 09.12.2021 в части цены на лифты   являются недействительной сделкой на основании пункта 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации,   пункта 6 статьи 45 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" (далее - Закон N 14-ФЗ) ввиду наличия сговора между руководителем и учредителем ООО «Стройкомплект» ФИО1 и бывшим руководителем и учредителем ООО «Альянс» ФИО4  Стороны сделки, действуя в сговоре и с целью населения ущерба интересам ответчика, с прямой аффилированностью сторон устанавливали с договорах нерыночную стоимость  подлежащих поставке  товаров.

Истец считает встречный иск необоснованным, поскольку ответчиком не доказан факт аффилированности сторон при заключении сделки,  также ответчик  заявил о  пропуске ответчиком срока исковой давности для оспаривания сделки, поскольку  ответчик в лице нового и единственного участника общества с ограниченной ответственностью «Альянс» - ООО «Аквапорт» должен был узнать об обстоятельствах, являющихся основанием для признания договора поставки № 3309.12.2021 как  недействительной сделки, не позднее заключения договора купли-продажи доли в уставном капитале общества, то есть не позднее 24.04.2023.

При подписании данного договора приобретатель доли заверил о своей полной осведомленности о финансовом положении ООО «Альянс», включая информацию о его кредиторской и дебиторской задолженности, о его неисполненных обязательствах перед контрагентами, а также об изучении им бухгалтерских документов юридического лица. Такое заверение предполагает обладание новым участником общества сведениями о совершенных обществом сделках и их порядке, учитывая значительное количество договоров, заключенных между одними и теми же лицами.

Кроме того, участник ООО «Аква порт» ФИО5 с июля 2023 года являлся сотрудником ООО «Альянс», что подтверждается выплатами заработной платы с расчетного счета ответчика в его адрес.

Прокурор поддерживает встречный иск.

Согласно пункту 2 статьи 174 ГК РФ   сделка, совершенная представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица, может быть признана судом недействительной по иску представляемого или по иску юридического лица, а в случаях, предусмотренных законом, по иску, предъявленному в их интересах иным лицом или иным органом, если другая сторона сделки знала или должна была знать о явном ущербе для представляемого или для юридического лица либо имели место обстоятельства, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя или органа юридического лица и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица.

В пункте 93 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Постановление N 25) разъяснено, что диспозицией пункта 2 статьи 174 ГК РФ предусмотрены два основания недействительности сделки, совершенной представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица.

По первому основанию сделка может быть признана недействительной, когда вне зависимости от наличия обстоятельств, свидетельствующих о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки, представителем совершена сделка, причинившая представляемому явный ущерб, о чем другая сторона сделки знала или должна была знать.

О наличии явного ущерба свидетельствует совершение сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях, например, если предоставление, полученное по сделке, в несколько раз ниже стоимости предоставления, совершенного в пользу контрагента. При этом следует исходить из того, что другая сторона должна была знать о наличии явного ущерба в том случае, если это было бы очевидно для любого участника сделки в момент ее заключения.

По второму основанию сделка может быть признана недействительной, если установлено наличие обстоятельств, которые свидетельствовали бы о сговоре, либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого, который может заключаться как в любых материальных потерях, так и в нарушении иных охраняемых законом интересов (например, утрате корпоративного контроля, умалении деловой репутации).

При наличии сговора либо иных совместных действий между лицом, действующим от имени юридического лица, и другой стороной сделки факт причиненного договором ущерба является достаточным основанием для признания его недействительным в соответствии с пунктом 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации вне зависимости от существенности причиненного ущерба (пункт 15 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2 (2025), утв. Президиумом Верховного Суда РФ 18.06.2025).

Исходя из изложенного, в предмет доказывания по такой категории спора входит причинение обществу явного ущерба, осведомленность об этом другой стороны сделки или наличие сговора либо иных совместных действий представителя и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого, а также собственно причинение ущерба интересам представляемого.

Ответчиком в ходе судебного разбирательства заявлено ходатайство о  назначении по делу судебной экспертизы для определения рыночной стоимости товара,  фактически поставленного по УПД № 40 от 07.02.2023  на основании договора поставки № 33 от 09.12.2021.

Истец возражает против удовлетворения ходатайства, прокурор поддерживает ходатайств ответчика.

Суд считает, что ходатайство является необоснованным и не подлежащим удовлетворению.

Обосновывая необходимость применения при рассмотрении данного дела   повышенных стандартов доказывания при оценке судом  условия сделки о цене и, следовательно, обязательности    назначения судебной экспертизы по   установлению   рыночной цены предмета спорного договора поставки, ответчик ссылается на  наличие сговора, аффилированности сторон сделки.

Положениями статьи 53.2 ГК РФ  предусмотрена возможность учета отношений связанности (аффилированности) между лицами для целей определения правовых последствий в гражданских правоотношениях.  Однако названная норма не содержит определения и критериев названных  понятий, при этом    связанность лиц  рассматривается в качестве тождественного понятию аффилированности лиц.

В силу статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 N 948-1 "О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках" под аффилированными лицами предлагается понимать физические и юридические лица, способные оказывать влияние на деятельность юридических и (или) физических

Так, к аффилированным лицам юридического лица относятся лица: которые занимают должности в органах управления юридического лица, а также в органах управления других юридических лиц, с которыми данное юридическое лицо входит в одну финансово-промышленную группу; которые владеют в данном юридическом лице долей участия в размере 20% и более либо само юридическое лицо обладает такой же долей участия в другом юридическом лице; лица, принадлежащие вместе с юридическим лицом к одной группе лиц (статья 9 Федеральный закон от 26.07.2006 N 135-ФЗ "О защите конкуренции". К аффилированным лицам физического лица закон относят лиц, принадлежащих к той группе лиц, к которой принадлежит данное физическое лицо; юридические лица, в которых такое физического лицо обладает долей участия в размере 20% и более.

В свою очередь, группой лиц признается совокупность физических лиц и (или) юридических лиц, соответствующих указанным в статье 9 Закона признакам. Дополнительно к признакам аффилированности в данной статье указывается наличие: родственных связей; полномочий, в том числе на основании письменного соглашения, распоряжаться долей участия в организации в размере 50% и более; возможности посредством учредительных документов или договора давать обязательные для исполнения указания; способности оказывать влияние на назначение единоличного органа управления юридического лица посредством предложения для назначения кандидатуры на такую должность и др.

Утверждение ответчика  о наличии  аффилированности сторон сделки основано на следующих фактах:  наличие 27 судебных споров между истцом и ответчиком; условия договоров, заключенных между истцом и ответчиком предусматривают длительную постоплату; длительное не истребование задолженности истцом у ответчика; по всем договорам с постоплатой отсутствовали условия обеспечения обязательств ООО "Альянс", в том числе и по спорному займу; прием ФИО1 в штат ООО "Альянс"; наличие у директора ООО "Стройкомплект" доступа к дистанционному банковскому обслуживанию счета ООО "Альянс" в Альфе-банке.

Между тем  сам по себе  факт наличия споров между истцом и ответчиком не свидетельствует об аффилированности. Такой довод не основан ни на положениях действующего гражданского законодательства, ни на правоприменительной практике.

Ссылка ответчика  на то, что условия договора, заключенного между истцом и ответчиком предусматривают длительную постоплату, а также по договору с постоплатой отсутствовали условия обеспечения обязательств ООО "Альянс", несостоятельна, поскольку, как указал истец, постоплата предполагала получение денежных средств застройщиком, у которого отсутствовали денежные средства, на их возмещение после ввода дома в эксплуатацию и получение денежных средств со счета эскроу. Указанный довод ответчик не опроверг.

Относительно довода о приеме ФИО1 в штат ООО "Альянс", ответчиком не представлены доказательства, что он принимал какие-либо управленческие решения, подписывал бухгалтерские и иные документы, контролировал деятельность  ответчика при согласовании условий и подписании сделки.   Приказ о приеме ФИО1  датирован 01.02.2023, т.е. спустя более года после заключения договора поставки № 33 от 09.12.2021.

Доводы  ответчика на предоставление истцом   фактического доступа ФИО1 к счетам  ООО «Альянс»   не нашли своего подтверждения в ходе судебного разбирательства.

В материалы дела ответчиком представлена справка   АО "Альфа Банк"  от 25.12.2024 о том, что в период с 01.01.2021 по 31.10.2024 доступ в систему Альфа-Бизнес Онлайн ООО «Альянс» имели ФИО4 как руководитель и ФИО1 как руководитель.  Суд критически оценивает данный документ, поскольку   справка подписана сотрудником банка без указания его должностных полномочий.

Кроме того, как следует из названного ранее  и  представленного ответчиком приказа по личному составу ФИО1 принят на должность в ООО «Альянс» 01.02.2023.

От имени организации платежные поручения вправе подписывать ее руководитель и иные уполномоченные лица (пункт 4.4 Инструкции Банка России от 30.06.2021 N 204-И). При обмене документами в электронной компьютерной системе "клиент-банк" применяется электронно-цифровая подпись, использующая криптографические ключи и полностью идентифицирующая должностное лицо.

Таким образом по общему правилу ФИО1 до момента официального оформления трудовых правоотношений с ООО «Альянс» не мог получить право подписи банковских документов. Данное обстоятельство не опровергнуто ответчиком и иными лицами, участвующими в деле.

Справка АО "Альфа Банк"  от 25.12.2024    также не содержит   сведений о банковской карте с образцами подписи ФИО1, о выдаче ФИО1  ключа ЭЦП для подписания платежных поручений от имени ответчика,  доверенности, оформленной ФИО4 на ФИО1 и иных документов, подтверждающих доводы ответчика о том, что ФИО1 являлся распорядителем денежных средств ООО "Альянс".

При этом  довод ответчика о том, что ФИО1 распоряжался расчетным счетом ООО "Альянс" и   имел право подписи платежных поручений, не может быть признан обоснованным и доказанным в отсутствие    банковской карточки с образцами его подписи, свидетельством о получении ключа ЭЦП, а также конкретных данных о платежных документах, подписанных ФИО1 от имени ООО «Альянс».

Представленные ответчиком выписки с расчетного счета ООО «Альянс» и платежные поручения также не содержат информации, что распорядителем денежных средств организации является ФИО1

Ссылки ответчика на договоры займа, заключенные  между сторонами, также не могут быть признаны судом в качестве надлежащего доказательства аффилированности организаций.   Действительность (законность) названных соглашений являлась предметом исследования  и оценки  в рамках иных дел, рассмотренных Арбитражным судом Самарской области и Одиннадцатым арбитражным апелляционным судом, в т.ч. N А55-31519/2024, А55-31517/2024 (срок на кассационное обжалование истек) и др.

Иных   доказательств   аффилированности сторон, наличия  сговора либо иных совместных действиях, направленных на причинение ущерба интересам общества, с достаточной и необходимой степенью достоверности свидетельствующих о наличии в данном случае обстоятельств, предусмотренных  ст.. 53,2 ГК РФ, ст. 4   Закона РСФСР от 22.03.1991 N 948-1 "О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках" в совокупности со ст.   9 Федерального закона от 26.07.2006 N 135-ФЗ "О защите конкуренции".

Иные доводы с представлением соответствующих доказательств в подтверждение необходимости применения судом в данном  деле    повышенного стандарта доказывания ответчиком в ходе судебного разбирательства не представлены.

Согласно правовому подходу по делам об оспаривании сделок, содержащемуся в абзаце    37 пункта 3 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2020), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 10.06.2020, наличие или отсутствие фактических отношений по сделке является юридически значимым обстоятельством, подлежащим установлению по делу, и не может рассматриваться как повышенный стандарт доказывания, применимый только в делах о банкротстве.

На момент рассмотрения настоящего спора в отношении истца и ответчика процедуры банкротства не введены.

С учетом изложенного суд не усматривает оснований для применения повышенного стандарта доказывания по настоящему спору между двумя хозяйствующими субъектами.

          В силу присущего арбитражному  судопроизводству принципа диспозитивности только истец (ответчик при заявлении встречного иска)   определяет, защищать ему или нет свое нарушенное или оспариваемое право (часть 1 статьи 4 АПК Российской Федерации), какое исковое требование и в связи с чем предъявлять в суд (пункты 4 и 5 части 2 статьи 125 АПК Российской Федерации), к кому предъявлять иск (пункт 3 части 2 статьи 125 АПК Российской Федерации) и в каком объеме требовать от суда защиты (часть 5 статьи 170 АПК Российской Федерации). Соответственно, суд обязан разрешить дело по тому иску, который предъявлен истцом (ответчиком по встречному иску).

Согласно обычному общеисковому стандарту доказывания (с равными возможностями спорящих лиц по сбору доказательств и при отсутствии сговора сторон об утаивании какой-либо информации от суда) суд принимает решение в пользу того лица, чьи доказательства преобладают над доказательствами процессуального противника (стандарт доказывания, именуемый "баланс вероятностей", "перевес доказательств" или "разумная степень достоверности") (определения Верховного Суда Российской Федерации от 27.12.2018 N 305-ЭС17-4004(2), от 30.09.2019 N 305-ЭС16-18600(5-8).

Состав таких доказательств должен соответствовать обычному кругу доказательств, документально опосредующих спорное правоотношение при его типичном развитии, которыми должна располагать сторона. Сторона процесса вправе представить в подтверждение своих требований или возражений определенные доказательства, которые могут быть признаны судом минимально достаточными для подтверждения обстоятельств, на которые ссылается такая сторона, при отсутствии их опровержения другой стороной спора (доказательства prima facie - "на первый взгляд"). В связи с состязательностью процесса (статьи 9, 65 АПК РФ) нежелание стороны представить доказательства должно квалифицироваться исключительно как отказ от опровержения того факта, на наличие которого аргументированно, со ссылкой на конкретные документы, указывает процессуальный оппонент.

Судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон (статьи 8, 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Каждая из сторон придерживается своей процессуальной позиции и в ее обоснование предоставляет доказательства (часть 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

По общему правилу в соответствии со ст. 82 АПК РФ для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле.

При  этом  назначение экспертизы является правом суда, реализуемым в тех случаях, когда у арбитражного суда имеется необходимость в получении компетентного заключения по вопросам, подлежащим разрешению исходя из предмета заявленных требований и конкретных обстоятельств дела.

Правовое значение заключения экспертизы определено законом в качестве доказательства, которое  должно отвечать принципам относимости и допустимости доказательств, по общему правилу не имеет заранее установленной силы, не носит обязательного характера и в силу статьи 71 АПК РФ подлежит оценке судом наравне с другими представленными доказательствами.

По общему правилу на основании пункта 1 ст. 485 ГК РФ      покупатель обязан оплатить товар по цене, предусмотренной договором купли-продажи.

На основании пункта   4 статьи 421 ГК РФ условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано обязательными для сторон правилами, установленными законом или иными правовыми актами (императивными нормами), действующими в момент его заключения (статья 422 ГК РФ).

Как разъяснено в пункте 2 Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 N 16 "О свободе договора и ее пределах"(далее Постановление № 16) , норма, определяющая права и обязанности сторон договора, является императивной, если она содержит явно выраженный запрет на установление соглашением сторон условия договора, отличного от предусмотренного этой нормой правила (например, в ней предусмотрено, что такое соглашение ничтожно, запрещено или не допускается, либо указано на право сторон отступить от содержащегося в норме правила только в ту или иную сторону, либо названный запрет иным образом недвусмысленно выражен в тексте нормы).

Вместе с тем из целей законодательного регулирования может следовать, что содержащийся в императивной норме запрет на соглашение сторон об ином должен толковаться ограничительно. В частности, суд может признать, что данный запрет не допускает установление сторонами только условий, ущемляющих охраняемые законом интересы той стороны, на защиту которой эта норма направлена.

При отсутствии в норме, регулирующей права и обязанности по договору, явно выраженного запрета установить иное, она является императивной, если исходя из целей законодательного регулирования это необходимо для защиты особо значимых охраняемых законом интересов (интересов слабой стороны договора, третьих лиц, публичных интересов и т.д.), недопущения грубого нарушения баланса интересов сторон либо императивность нормы вытекает из существа законодательного регулирования данного вида договора. В таком случае суд констатирует, что исключение соглашением сторон ее применения или установление условия, отличного от предусмотренного в ней, недопустимо либо в целом, либо в той части, в которой она направлена на защиту названных интересов (пункт 3 Постановления  N 16).

Отношения сторон по договору поставки урегулированы главой 30 ГК РФ. При этом нормы гражданского законодательства не содержат императивных норм, регламентирующих порядок определения рыночных цен при заключении участниками предпринимательской деятельности договоров поставки (купли-продажи) без применения публичных и иных процедур. Также действующее гражданское законодательство не предусматривает определения правового понятия «рыночная цена» применительно к рассматриваемым правоотношениям.

Согласование сторонами условий сделки по своему усмотрению в рамках предоставленной им свободы договора предполагает необходимость соблюдения условий договора именно в том виде, в котором они были определены, что соответствует основополагающему принципу частного права - pacta sunt servanda ("договоры должны соблюдаться"), закрепленному в статьях 309, 310 ГК РФ.

Само по себе получение истцом дохода от сделки по   реализации ранее приобретенных лифтов не противоречат основному принципу предпринимательской деятельности. Более того в ходе судебного разбирательства ответчиком не представлены доказательства возможности приобретения аналогичных лифтов с теми же индивидуальными характеристиками по цене значительно ниже согласованной сторонами в договоре поставки № 33 от 09.12.2021.

При изложенных обстоятельствах  суд не усматривает процессуальных оснований для назначения по делу судебной экспертизы по определению рыночной стоимости товара. Таким образом ходатайство ответчика удовлетворению не подлежит.

Доводы ответчика о назначении экспертизы по иным делам не могут быть признаны судом в качестве достаточного основания для ее назначения в рамках настоящего дела в связи с тем, что в этих делах, например А55-30907/2024, предметом оценки являлись вопросы экономически обоснованной стоимости фактически выполненных работ с учетом стоимости использованных материалов и   условия об отсрочке платежа на 9 месяцев по договорам, содержащим элементы   подряда и   поставки.   В рассматриваемом деле правоотношения сторон обусловлены договором поставки, имеющим иное правовое регулирование и содержание.

При таких обстоятельствах суд не усматривает процессуальных оснований для назначения по делу судебной экспертизы по определению рыночной стоимости товара.          Таким образом ходатайство ответчика удовлетворению не подлежит.

Оценив изложенные  доводы сторон в этой части на основании статьи 71   АПК РФ, устанавливающей, что  арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, исходя из принциов относимости, допустимости, достоверности каждого   доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, суд приходит к выводу о недоказанности ответчиком встречных исковых требований.

Кроме того, как указано ранее, истцом заявлено о пропуске ответчиком срока исковой давности по иску о признании недействительной оспоримой сделки.

По общему правилу в соответствии с п. 2 ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год.

Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (п. 1 ст. 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Пунктом 1 ст. 200 ГК установлено, что если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Согласно пункту 1 статьи 65.2 Гражданского кодекса участники корпорации вправе, в частности, требовать, действуя от имени корпорации (пункт 1 статьи 182), возмещения причиненных корпорации убытков (статья 53.1) и оспаривать, действуя от имени корпорации (пункт 1 статьи 182), совершенные ею сделки по основаниям, предусмотренным статьей 174 Гражданского кодекса или законами о корпорациях отдельных организационно-правовых форм, и требовать применения последствий их недействительности, а также применения последствий недействительности ничтожных сделок корпорации.

Как указано в пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", участник корпорации, обращающийся в установленном порядке от имени корпорации в суд с требованием о возмещении причиненных корпорации убытков (статья 531 Гражданского кодекса), а также об оспаривании заключенных корпорацией сделок, о применении последствий их недействительности и о применении последствий недействительности ничтожных сделок корпорации, в силу закона является ее представителем.

В соответствии с пунктом 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" течение срока исковой давности по требованиям юридического лица начинается со дня, когда лицо, обладающее правом самостоятельно или совместно с иными лицами действовать от имени юридического лица, узнало или должно было узнать о нарушении права юридического лица и о том, кто является надлежащим ответчиком (пункт 1 статьи 200 Гражданского кодекса).

Пунктом 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" разъяснено, что течение срока давности по иску участника общества, обратившегося в интересах юридического лица, начинается со дня, когда такой участник узнал о нарушении прав общества.

По смыслу процессуальной нормы, содержащейся в части    2 статьи 69 АПК РФ,  обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.08.2025 по делу № А55-31526/2024 по делу, в котором участвовали те же лица, установлено, что    общество с ограниченной ответственностью   «Аквапорт» приобрело долю в размере 100% в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью «Альянс» у гражданина ФИО4, заключив с ним 24.04.2023 договор купли-продажи доли.

В пункте 7 договора купли-продажи доли в уставном капитале общества покупатель изложил свое заверение о том, что ознакомлен в полном объеме со всеми учредительными документами общества с ограниченной ответственностью «Альянс», с его финансово-хозяйственной документацией, данными бухгалтерского учета, с наличием и размером дебиторской и кредиторской задолженности общества и всех его обязательств, и согласен приобрести указанную долю в уставном капитале юридического лица, находящегося в известном ему финансовом положении.

Согласно правовой позиции  Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в  постановлении от 25.12.2023 N 60-П, по смыслу правовых позиций, сформулированных Конституционным Судом Российской Федерации в Постановлении от 21 декабря 2011 года N 30-П и Определении от 6 ноября 2014 года N 2528-О, при оценке преюдициальности судебных актов нужно иметь в виду следующее:

действующие во всех видах судопроизводства общие правила распределения бремени доказывания предусматривают освобождение от доказывания входящих в предмет доказывания обстоятельств, к числу которых процессуальное законодательство относит обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным решением по ранее рассмотренному делу (  статья 69 АПК Российской Федерации), что обусловлено вытекающим из прерогатив судебной власти наделением судебных решений законной силой;

признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на исключение конфликта, обеспечение стабильности и общеобязательности судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или в ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела, что служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности;

наделение судебных решений, вступивших в законную силу, свойством преюдициальности - сфера дискреции федерального законодателя, который мог бы прибегнуть и к другим способам обеспечения непротиворечивости судебных актов в правовой системе, но не вправе не установить те или иные институты, необходимые для достижения данной цели;

введение института преюдиции требует соблюдения баланса между такими конституционно защищаемыми ценностями, как общеобязательность и непротиворечивость судебных решений, с одной стороны, и независимость суда и состязательность судопроизводства - с другой; такой баланс достигается путем установления пределов действия преюдициальности, а также порядка ее опровержения;

С учетом изложенного суд считает доказанным  в рамках настоящего дела следующее, имеющее существенное значение, обстоятельство о том,  что     единственный учредитель ответчика  ООО «Аквапорт»  знало о   всех сделках ответчика, в т.ч.  о договоре № 33 от 09.12.2021 с момента заключения договора купли-продажи 100% доли в уставном капитале ООО «Альянс» с гражданином ФИО4, т.е. с 24.04.2023.

Суд не может признать в рассматриваемом случае состоятельными доводы ответчика о том, что  выводы, содержащиеся в   судебном акте от 22.08.2025 по делу № А55-31526/2024    не имеют преюдициального значения при рассмотрении настоящего спора и арбитражный суд не связан  выводами других судов о правовой квалификации рассматриваемых отношений и толковании правовых норм. В рассматриваемом случае    преюдициальным является обстоятельство, связанное с установлением момента надлежащей  осведомленности  учредителя ответчика о заключении оспариваемой сделки, установленное  на основании соответствующих доказательств в ранее рассмотренном арбитражным судом деле.

В силу названной выше процессуальной нормы выводы суда в рамках дела А55-31526/2024      об обстоятельствах, связанных с  момента начала   исчисления срока давности для оспаривания новым и единственным учредителем общества  ООО «Альянс» сделок общества  на основании ч. 2 ст. 174 АПК РФ,   носят преюдициальное значение и указанные обстоятельства не могут быть переоценены в рамках рассмотрения настоящего спора по сделке.

С учетом изложенного суд приходит к выводу о пропуске ответчиком срока исковой давности при предъявлении 08.01.2025 в рамках настоящего спора встречного иска о признании оспоримой сделки недействительной .

Доводы ответчика о необходимости исчисления срока исковой давности с момента, когда ему стало известно о заключении спорного договора по  завышенной цене, а именно в сентябре 2024, когда им были получены договор и УПД как приложения к иску ООО «Стройкомплект», противоречат обстоятельствам, установленным постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.08.2025 по делу № А55-31526/2024, об осведомленности ООО «Аквапорт» об обязательствах ООО «Альянс» на момент заключения 24.04.2023 договора купли-продажи 100% доли общества.

Таким образом, ООО «Аквапорт» на момент приобретения доли в уставном капитале ООО  «Альянс» и обретения им статуса единоличного участника данного общества, при проявлении должной заботливости и осмотрительности, должно было знать о совершении спорной сделки на нерыночных условиях, ее исполнении и наличии непогашенного долга по такой сделке. Однако такая осведомленность не стала препятствием для приобретения бизнеса, что можно расценить в качестве одобрения новым собственником ранее совершенных обществом сделок.

Стороны настоящего судебного спора представляют собой коммерческие организации, занимающиеся предпринимательской деятельностью, которая характеризуется рисковым характером.

В силу абзаца 3 части 1 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации предпринимательской является самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг.

Рисковый характер предпринимательской деятельности означает, что ее экономический результат в виде получения прибыли не является постоянным и гарантированным; он зависит как от внешних обстоятельств, так и от решений, принимаемых хозяйствующим субъектом.

Законодательством установлен повышенный стандарт поведения субъектов, осуществляющих предпринимательскую деятельность, в гражданских правоотношениях (пункт 3 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации), предполагающий необходимость повышенной осмотрительности при приобретении и осуществлении ими гражданских прав, несоблюдение которого предполагает отнесение на субъекта предпринимательской деятельности соответствующих негативных последствий (определение Верховного Суда Российской Федерации от 08.06.2016 N 308-ЭС14-1400).

Судебный контроль призван обеспечивать защиту прав и свобод участников гражданского оборота, а не проверять экономическую целесообразность действий субъектов предпринимательской деятельности, поскольку последние обладают самостоятельностью и широкой дискрецией при принятии решений в сфере бизнеса. В этой связи суды не оценивают экономическую целесообразность подобных решений, так как в силу рискового характера предпринимательской деятельности существуют объективные пределы в возможностях судов выявлять наличие в ней деловых просчетов (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 24.02.2004 N 3-П, Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 16.12.2008 N 1072-О-О).

Выявление деловых просчетов, которые не были учтены субъектами предпринимательской деятельности на стадии заключения договора, является риском предпринимательской деятельности и не дает права на вариативность и ситуационный подход к толкованию условий договора, в т.ч. согласованной цены сделки.

Приобретая бизнес, общество с ограниченной ответственностью «Аквапорт» должно было провести предварительный финансовый анализ хозяйственной деятельности общества с ограниченной ответственностью «Альянс», оценить все возможные риски, в том числе связанные с наличием неисполненных обязательств перед кредиторами общества.

Приобретение участником экономической деятельности неликвидного актива в виде убыточного бизнеса не предполагает ретроспективной судебной ревизии совершенных юридическим лицом сделок с одной единственной целью нивелирования негативных последствий допущенных покупателем бизнеса деловых просчетов.

В соответствии с пунктом 2 статьи 199 ГК РФ, разъяснениями, изложенными в пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 г. N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности", истечение срока исковой давности   является самостоятельным основанием к вынесению решения об отказе в иске.

Таким образом в удовлетворении встречного иска следует отказать.

Поскольку факт поставки   6 лифтов по УПД   от 07.02.2023 № 40 на общую сумму 32 646 582,00 руб. и размер задолженности подтверждены представленными в материалы дела  УПД, карточками счета 60 и 62, платежными документами, суд считает первоначальный иск в части взыскания основного долга правомерным и подлежащим удовлетворению в размере 23 016 582,00 руб.

Истец также просит взыскать  законную   неустойку на основании ст. 395 ГКРФ  по состоянию на 10.06.2024 в   сумме 3 493 424,05 руб., начиная с 11.06.2024 согласно представленному расчету.

В соответствии с п.1 ст.329 ГК РФ исполнение обязательств может обеспечиваться, в том числе неустойкой.

Неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности, в случае просрочки исполнения (п.1 ст.330 ГК РФ).

Согласно ст. 395 ГК РФ за пользование чужими денежными средствами вследствие их неправомерного удержания, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате либо неосновательного получения или сбережения за счет другого лица подлежат уплате проценты на сумму этих средств. Размер процентов определяется существующей в месте жительства кредитора, а если кредитором является юридическое лицо, в месте его нахождения учетной ставкой банковского процента на день исполнения денежного обязательства или его соответствующей части.

В рассматриваемом  случае иной процент в договоре не установлен.

Так как  факт поставки по указанной выше УПД   доказан истцом, при том, что ответчиком не представлены доказательства оплаты продукции в установленный договором срок, т.е. не позднее 31.03.2023 , суд считает    обоснованным  применение истцом положений ст. 395 ГК РФ. Начисление процентов с 01.04.2023   не противоречит названным выше нормам гражданского законодательства и условиям договора.

Расчет судом проверен и признан верным. Ответчик конррасчет законной неустойки не представил.

Ответчик заявил о применении положений статьи 333 ГК РФ и просит снизить   неустойку, ссылаясь на ее чрезмерность.

Согласно разъяснению Пленума Верховного Суда Российской Федерации, данному в пункте 69 постановления от 24.03.2016 № 7 «О применения некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», подлежащая уплате неустойка, установленная законом или договором, в случае ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства, может быть уменьшена в судебном порядке (пункт 1 статьи 333 ГК РФ).

На основании пункта  71 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применения некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», если должником является коммерческая организация, индивидуальный предприниматель, а равно некоммерческая организация при осуществлении ею приносящей доход деятельности, снижение неустойки судом допускается только по обоснованному заявлению такого должника, которое может быть сделано в любой форме (пункт 1 статьи 2, пункт 1 статьи 6, пункт 1 статьи 333 ГК РФ).

В соответствии с разъяснениями п. 73, 75 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 №7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» Бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. При оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования.

В данном случае размер   законной неустойки, заявленной истцом, определен исходя из ставки рефинансирования Банка России, которая  по существу определяет минимальный размер платы за пользование денежными средствами. Поэтому уменьшение размера неустойки до уровня ниже ставки рефинансирования возможно только в чрезвычайных случаях, а по общему правилу не должно допускаться, поскольку такой размер неустойки не может являться явно несоразмерным последствиям просрочки уплаты денежных средств.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.12.2011 N 81 "О некоторых вопросах применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации", разрешая вопрос о соразмерности неустойки последствиям нарушения денежного обязательства и с этой целью определяя величину, достаточную для компенсации потерь кредитора, суды могут исходить из двукратной учетной ставки (ставок) Банка России, существовавшей в период такого нарушения.

Снижение судом неустойки ниже определенного таким образом размера допускается в исключительных случаях, при этом присужденная денежная сумма не может быть меньше той, которая была бы начислена на сумму долга исходя из однократной учетной ставки Банка России.

В данном случае  ответчиком доказательств несоразмерности взысканной неустойки, исключительности или экстраординарности случая в материалы дела не представлено.

В связи с изложенным первоначальный иск в этой части подлежит удовлетворению.

Из абзаца 1 пункта 65 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" следует, что по смыслу статьи 330 Кодекса, истец вправе требовать присуждения неустойки по день фактического исполнения обязательства (в частности, фактической уплаты кредитору денежных средств, передачи товара, завершения работ).

Присуждая неустойку, суд по требованию истца в резолютивной части решения указывает сумму неустойки, исчисленную на дату вынесения решения и подлежащую взысканию, а также то, что такое взыскание производится до момента фактического исполнения обязательства (абзац 2 пункта 65 названного постановления).

Указанное не может рассматриваться, как нарушающее права ответчика, поскольку в соответствии с абзацем 3 пункта 65 постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 N 7 (ред. от 07.02.2017) "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" расчет суммы неустойки, начисляемой после вынесения решения, осуществляется в процессе исполнения судебного акта судебным приставом-исполнителем, а в случаях, установленных законом, - иными органами, организациями, в том числе органами казначейства, банками и иными кредитными организациями, должностными лицами и гражданами (часть 1 статьи 7, статья 8, пункт 16 части 1 статьи 64 и часть 2 статьи 70 Закона об исполнительном производстве).

Поскольку истец не требует указания в резолютивной части решения размера процентов на дату вынесения решения, суд с учетом принципа диспозитивности арбитражного процесса, считает исковые требования о взыскании  с  ответчика с  11.06.2024       процентов   за пользование денежными средствами, рассчитанных по ключевой ставке Банка России, действующей в соответствующие периоды,     по день фактической оплаты задолженности, обоснованными и подлежащими удовлетворению.

Расходы по госпошлине подлежат распределению между сторонами на основании ст. 110 АПК РФ  пропорционально размеру удовлетворенных первоначальных и встречных исковых требований.


Руководствуясь ст. ст. 81, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

Р Е Ш И Л:

1. Ходатайство ООО «Альянс» о назначении по делу судебной экспертизы оставить без удовлетворения.

2. Первоначальный иск удовлетворить. Взыскать с ООО «Альянс» ИНН <***> в пользу ООО «Стройкомплект» ИНН <***> основной долг в размере 23 016 582,00 руб. и проценты за пользование денежными средствами в размере 3 493 424,05 руб. по состоянию на 10.06.2024, а всего 26 510 006,05 руб. и с 11.06.2024 , проценты   за пользование денежными средствами, рассчитанные по ключевой ставке Банка России, действующей в соответствующие периоды,     по день фактической оплаты задолженности,  а также расходы по госпошлине в размере 155 550,00 руб.

В удовлетворении встречного иска отказать.


Решение  может быть обжаловано в течение месяца в  Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд, г.Самара с направлением апелляционной жалобы через Арбитражный суд Самарской области.


Судья


/
Л.В. Кулешова