Постановление от 27 октября 2019 г. по делу № А45-33959/2018

СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

улица Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, http://7aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Томск Дело № А45-33959/2018

Резолютивная часть постановления объявлена 15 октября 2019 года Полный текст постановления изготовлен 27 октября 2019 года

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Зайцевой О.О., судей: Иванова О.А.

ФИО1,

при ведении протокола судебного заседания с использованием средств аудиозаписи помощником судьи Гойник А.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО2 ( № 07АП-6102/2019 (4)) на определение от 04.09.2019 Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45- 33959/2018 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Три А» (ОГРН <***>, ИНН <***>, адрес: 630008, <...>) по заявлению Индивидуального предпринимателя ФИО2 о включении требования в реестр требований кредиторов должника,

при участии в судебном заседании:

- от ИП ФИО2 - ФИО3, доверенность от 10.06.2019, паспорт, диплом;

- от ФИО4 – ФИО5, доверенность от 21.06.2019, паспорт, диплом, ФИО6, доверенность от 12.10.2019, паспорт, диплом,

установил:

рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Три А» (далее – ООО «Три А», должник), 28.01.2019 в Арбитражный суд Новосибирской области поступило заявление Индивидуального предпринимателя Гаммадова Ибрагима Каландаровича о включении требования в размере 28 500 000 рублей основного долга, в реестр требований кредиторов должника.

Определением суда от 04.09.2019 Арбитражного суда Новосибирской области в удовлетворении требования кредитора отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, кредитор обратился с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить, принять по делу новый судебный акт.

В обоснование апелляционной жалобы кредитор указывает, что выводы суда не основаны на фактических обстоятельствах и не соответствуют действительности, так как заявитель представил подлинные договоры займа, которые до настоящего времени не оспорены. Полагает, что надлежащим доказательством является подлинный договор займа, представленный кредитором, а не банком. Заявитель указал, что спорные сделки совершены в рамках обычной хозяйственной деятельности должника. Указывает на то, что на момент заключения договора поручительства в отношении ООО «Три А» проводилась налоговая проверка, но данное обстоятельство не свидетельствуют о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Новосибирский социальный коммерческий банк «Левобережный» (публичное акционерное общество) (далее – Банк), АО «ПКК «Калибр» (далее –Банк), конкурсный управляющий должника в соответствии со статьей 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) представили отзывы на апелляционную жалобу, в которых просили оставить определение суда первой инстанции без изменения, отказав в удовлетворении апелляционной жалобы.

ФИО4 в письменных пояснения, представленных в порядке статьи 81 АПК РФ, указал, что выводы суда первой инстанции о недобросовестности кредитора и злоупотреблении им своим правом документально неподтверждены. Материалами дела не подтвержден вывод суда о неплатежеспособности должника. Указывает, что выдача поручительства обусловлена общностью экономических интересов. Наличие фактической аффилированности не свидетельствует о невозможности включения в реестр требований кредиторов задолженности.

В судебном заседании представитель кредитора доводы жалобы поддержал. Представитель ФИО4 пояснения на апелляционную жалобу поддержала.

Иные лица, участвующие в деле о банкротстве, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание апелляционной инстанции, личное участие, либо явку своих представителей не обеспечили. От Банка поступило ходатайство о рассмотрении дела в отсутствие своего представителя.

На основании положений статьи 156 АПК РФ апелляционная жалоба рассмотрена в их отсутствие.

Проверив материалы дела в порядке статьи 268 АПК РФ, изучив доводы апелляционной жалобы, отзывов, пояснения. Заслушав представителя кредитора, суд апелляционной инстанции не находит оснований для его отмены, исходя из следующего.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, определением Арбитражного суда Новосибирской области от 18.12.2018 г. по делу № А45-33959/2018 в отношении ООО «Три А» введена процедура наблюдения до 13.06.2019 года, временным управляющим утвержден ФИО7.

Сообщение о введении в отношении должника процедуры наблюдения опубликовано на сайте ЕФРСБ 30.12.2018 № сообщения 3363650., в газете "Коммерсантъ" - № 54030468880 стр. 89 № 242(6480) от 29.12.2018.

ИП ФИО2 обратился с заявлением о включении в реестр требований кредиторов ООО «Три А» из договоров займов, заключенных с АО ПКК «Калибр»:

1. Договор займа от 08.08.2011 года; 2. Договор займа от 12.04.2012 года; 3. Договор займа от 15.03.2013 года; 4. Договор займа от 10.02.2014 года; 5. Договор займа от 25.12.2014 года; 6. Договор займа от 26.10.2015 года; 7. Договор займа от 02.02.2016 года; 8. Договор займа от 15.04.2016 года; 9. Договор займа от 14.07.2016 года. Общая сумма займов составляет 28 500 000 рублей.

В обеспечение исполнения обязательств между ИП ФИО2 и ООО «Три А» 20.11.2016 заключен договор поручительства, согласно которому ООО «Три А» обязуется отвечать солидарно с АО ПКК «Калибр» по указанным выше обязательствам перед кредитором

Отказывая во включении требования ИП ФИО2 в реестр требований кредиторов должника, суд первой инстанции исходил из того, что заключая договор поручительства, его стороны действовали со злоупотреблением правом, их поведение

было направлено на увеличение кредиторской задолженности ООО «Три А», во вред иным кредиторам; подлинные договора займов не представлены суду, при этом в деле имеются различные по существенным условиям договоры займов, полученные от заявителя и от ПАО «Банк Возрождение».

Выводы суда первой инстанции соответствуют действующему законодательству и фактическим обстоятельствам дела.

Согласно части 1 статьи 223 АПК РФ и статье 32 Федерального закона № 127-ФЗ от 26.10.2002 «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу пункта 6 статьи 16, статьи 71 Закона о банкротстве требования кредиторов рассматриваются арбитражным судом для проверки их обоснованности и наличия оснований для включения в реестр требований кредиторов.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда № 35 от 22.06.2012 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется арбитражным судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором, с другой стороны. Требование кредиторов, по которым не поступили возражения, рассматриваются арбитражным судом для проверки их обоснованности и наличия оснований для включения в реестр требований кредиторов.

С учетом специфики дел о банкротстве, при установлении требований кредиторов в деле о банкротстве установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. Целью проверки судом обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

Исходя из указанных норм права, арбитражному суду необходимо по существу проверить доказательства возникновения задолженности и применения мер ответственности на основе положений норм материального права.

Соответственно, общие правила доказывания при рассмотрении обособленного спора по включению в реестр требований кредиторов предполагают, что заявитель,

обратившийся с требованием о включении в реестр, обязан представить первичные документы в подтверждение факта передачи кредитором должнику какого-либо имущества (в том числе и денежных средств), иные участники процесса при наличии возражений обязаны подтвердить их документально (например, представить доказательства встречного предоставления со стороны должника по рассматриваемому обязательству).

Однако в ситуации предъявления к должнику требований аффилированного кредитора сложившейся судебной практикой, выработаны иные критерии распределения бремени доказывания: при представлении доказательств общности экономических интересов (аффилированности) должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) и заявлении возражений относительно наличия и размера задолженности должника перед аффилированным кредитором, на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства; судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения (определения Верховного Суда Российской Федерации № 308-ЭС16-7060 от 15.09.2016; № 306-ЭС16-17647 (1)от 30.03.2017; № 306-ЭС16-17647 (7)от 30.03.2017; № 306-ЭС16-20056 (6) от 26.05.2017).

Указанное распределение бремени доказывания обусловлено необходимостью установления обоснованности и размера спорного долга, возникшего из договора, и недопущением включения в реестр необоснованных требований (созданных формально с целью искусственного формирования задолженности с целью контролируемого банкротства либо имевшихся в действительности, но фактически погашенных (в ситуации объективного отсутствия у арбитражного управляющего документации должника и непредставлении такой документации аффилированным лицом)), поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования.

Таким образом, сам по себе факт аффилированности кредитора, предъявившего требование о включении в реестр, и должника хотя и не свидетельствует о намерении сторон искусственно создать задолженность, однако при заявлении иными незаинтересованными участниками процесса обоснованных возражений возлагает бремя опровержения таких возражений на аффилированного кредитора.

Согласно пункту 2 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику - юридическому лицу признаются также руководитель должника,

а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве или до даты назначения временной администрации финансовой организации (в зависимости от того, какая дата наступила ранее), либо лицо, имеющее или имевшее в течение указанного периода возможность определять действия должника.

Вместе с тем, как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, определением Арбитражного суда Новосибирской области от 27.09.2018 года по делу )N^A45-33959/2018, заявление уполномоченного органа – Федеральной налоговой службы России в лице Инспекции Федеральной налоговой по Октябрьскому району города Новосибирска о признании несостоятельным (банкротом) должника -общества с ограниченной ответственностью «Три А» было принято к производству.

Решением Арбитражного суда Новосибирской области от 13.06.2019 года по делу № А45-33959/2018, ООО «Три А» признано банкротом и открыто конкурсное производство.

Согласно сведениям из ЕГРЮЛ, на момент заключения договора поручительства от 20.11.2016 года, директором и акционером АО ПКК «Калибр» являлся ФИО4, указанное лицо также являлось директором и учредителем ООО «Три А».

Согласно абз. 2 ст. 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках», аффилированные лица - физические и юридические лица, способные оказывать влияние на деятельность юридических и (или) физических лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность;

Суд первой инстанции обоснованно принял во внимание аргумент конкурсного управляющего ООО «Три А», что ООО «Три А» и АО ПКК «Калибр», выступающие в договоре поручительства солидарными должниками, являются аффилированными лицами по отношению к ИП ФИО2

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, выраженной в определении от 15.06.2016 года № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 N 948-1 «О

конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

О фактической аффилированности свидетельствует совместный подлог документов, а именно предоставленных к заявлению договоров займа.

Из полученных в материалы дела по запросу суда письма от 14.06.2019 № 0280- 01/181 от ПАО «Банк Возрождение» с приложенными копиями договоров займов от 08.08.2011, от 13.09.2011, от 27.03.2013, от 10.02.2014, от 25.12.2014, от 26.10.2015, от 02.02.2016, от 15.04.2016, от 14.07.2016 года было установлено, что данные копии договоров займа каждый отличается визуально и текстово от представленных суду заявителем, в том числе, и по существенным условиям договоров займа (суммам займа, срокам возвратов займов). Сравнение и анализ условий представленных копий договоров займов ИП ФИО2 и ПАО «Банк Возрождение» позволил суду установить, что денежные средства подлежали возврату не в феврале 2018 года, а в иные даты, позволяющие должнику и кредиторам сослаться и заявить о пропуске кредитором срока исковой давности.

Само возложение на должника 20.11.2016 обязанность отвечать как поручителя за неисполнение обязательств по возврату денежных средств, полученных основным заемщиком ещё 08.08.2011, 12.04.2012, 15.03.2013, 10.02.2014, 25.12.2014, 26.10.2015, 02.02.2016, 15.04.2016 и 14.07.2016, обоснованно квалифицировано судом первой инстанции как злоупотребление сторонами своими гражданскими правами, поскольку экономических причин для должника в заключении такого поручительства не было, а о неплатежеспособности основного должника директор и участник должника ФИО4 знал.

Согласно имеющимся в свободном доступе сведений, Арбитражным судом Новосибирской области в банкротом деле ООО «Три А» были признаны обоснованными заявления ИФНС по Октябрьскому району города Новосибирска и включены в реестр требований кредиторов на сумму - 80 420 418, 79 рублей, ПАО «Банк Левобережный» включены в реестр требований кредиторов на сумму – 24 598 418, 54 рублей, ПАО «Сбербанк России» включены в реестр требований кредиторов на сумму - 356 862 439, 50 рублей, общая сумма требований 461 881 719, 83 рублей.

При этом и в деле о банкротстве АО ПКК «Калибр», были признаны обоснованным заявление ПАО «Сбербанк России» на сумму 356 005 619, 70 рублей.

Таким образом, ООО «Три А», выдавая поручительство, фактически являлось неплатёжеспособным, о чем АО ПКК «Калибр» знало, так как являлось аффилированным ему лицом.

Так, решение о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 18.11.2016 № 2015, неисполнение которого послужило основанием для подачи заявления о признании должника банкротом, вступило в силу 28.05.2018 (вынесено постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда по делу А45- 5016/2017 по иску ООО «Три А» о признании недействительным решения от 18.11.2016 № 2015).

Данным Решением № 2015 от 18.11.2016 г. установлены следующие факты: ООО «Три А» систематически производило выдачу денежных средств из кассы предприятия директору ФИО4 (под отчет») остаток не возвращенных с подотчета денежных средств составил 450 383 181 руб. И документы, подтверждающие их расходование ФИО4 по целевому назначению при проведении налоговой проверки не представлены».

Также банком представлена таблица требований аффилированных кредиторов, предъявленных к должнику:

Кредитор

Период накапливания задолженности

Основание требований

Сумма, руб.

АО ПКК Калибр

05.09.2016- 17.11.2017

Договор поставки № 1458, Счета-

фактуры без ссылки на Договор п/п (частичная оплата, большая часть п/п без ссылки на договор)

70 098 266,2

ФИО8 З.Г.

25.12.2015- 12.2017

Договор цессии от 01.02.2018, Договор поставки от 10.02.2015, Договор транспортной экспедиции от 01.04.2014

87 075 504,09

ФИО9 О.М.

03.07.2017- 29.09.2017

Договор цессии от 02.02.2018, Договор поставки от 15.06.2017, Акт сверки от 16.01.2018, Договор поставки от 15.06.2017, Акт сверки от 18.01.2018

64 399 850

ИП ФИО10

15.02.2018 -

9 договоров беспроцентного займа от

28 500 000

И.К.

28.02.2018

08.08.2011, от 12.04.2012, от 15.03.2013, от 10.02.2014, от 25.12.2014, от 26.10.2015, от 02.02.2016, от 15.04.2016, от 14.07.2016, Договор поручительства от 20.11.2016

ФИО11 А.Г.

31.12.2017

Договор займа от 10.07.2015 с ФИО4, Договор поручительства от 14.11.2016

27 000 000

ФИО10 К.К.

31.12.2017

Договор займа № К1 от 27.04.2015, № К2 от 08.05.2015, № КЗ от 26.05.2015, № К 4 от 13.11.2015, № К 5 от 27.12.2015

18 000 000

ИТТ ФИО4

март-ноябрь 2018

Платежи за ООО «Три А»

12 264 835,41

ИТОГО

307 338 455, 7

При анализе дат возникновения указанной кредиторской задолженности и дат

проведения налоговой проверки за период 01.01.2014 г. - 31.12.2014 г. (Дата начала проверки - 08.06.2015 г., дата окончания - 30.05.2016 г) следует вывод, что искусственно наращенная задолженность образовалась за период, в котором о притязаниях ФНС России было доподлинно известно, скорая инициация процедуры банкротства была прогнозируема, в условиях значительности объема требований заявителя контроль за процедурой определенно принадлежал бы независимым кредиторам, в том числе и налоговому органу. Суд обоснованно признал, что спорный договор поручительства возник именно после вынесения решения налоговым органом.

Следовательно, апелляционный суд обращает внимание, что выводы суда о наличии признаков неплатежеспособности у должника и АО ПКК «Калибр» на момент заключения договора поручительства уже отражен во вступивших в законную силу судебных актов, и имеет преюдициальное значение для рассмотрения остальных требований, основанных на заключении должником обременительных сделок в период проведения налоговой проверки.

Как указано в Определении Верховного Суда РФ от 26.05.2017 года № 306-ЭС 16- 20056(6), если денежные средства остаются под контролем группы лиц, то в силу нормального гражданского оборота отсутствует необходимость использовать дополнительные механизмы гарантии оплаты задолженности, возврата денежных средств.

Поэтому в условиях аффилированности лиц, заключивших обеспечительную сделку между собой, на них в деле о банкротстве возлагается обязанность раскрыть разумные экономические мотивы ее совершения. В обратном случае следует исходить из того, что выбор подобной структуры внутригрупповых юридических связей позволяет создать подконтрольную фиктивную кредиторскую задолженность для последующего уменьшения процента требований независимых кредиторов при банкротстве каждого участника группы лиц.

Как указано выше, суд первой инстанции в рассматриваемом деле, установил аффилированность АО ПКК «Калибр», ООО «Три А» и ФИО4 Фактически спорные денежные средства остаются по контролем группы лиц и в силу нормального гражданского оборота отсутствовала необходимость использовать дополнительные механизмы гарантии оплаты задолженности путем заключения договора поручительства.

Также экономически неразумно заключать договоры поручительства и обеспечивать исполнение чужих обязательств в условиях неплатёжеспособности ООО «Три А». Доказательств обратного в материалы дела ни суду первой инстанции, ни суда апелляционной инстанции не представлены.

При рассмотрении указанного дела, суд первой инстанции со ссылкой на правовую позицию, изложенную в определении Верховного суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС 16-20056(6), возложил на аффилированных лиц, заключивших обеспечительную сделку между собой, обязанность раскрыть разумные экономические мотивы ее совершения, что кредитором сделано не было.

В связи с тем, что «дружественный» кредитор не представил в материалы дела обоснование экономической целесообразности заключения обеспечительной сделки, его действия по подачи заявления о включении требований в реестр обоснованно судом первой инстанции правомерно квалифицированы как совершенные исключительно с противоправной целью уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количество голосов, приходящих на долю независимых кредиторов (ст.10 ГК РФ).

Таким образом, без основаниях разумных экономических мотивов заключения между ИП ФИО2 и ООО «Три А» договора поручительства (при заведомой для сторон неплатежеспособности основного должника), суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении заявления кредитора о включении его требования в реестр требований кредиторов ООО «Три А», а сам договор поручительства расценил как ничтожную сделку в силу статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Ссылка представителя ИП ФИО2 на ч. 6 ст. 71 АПК РФ, признается апелляционным судом не состоятельной.

Представитель ИП Гаммадова И.К. в своих пояснениях указал, что в дальнейшем эти договоры были с согласия сторон скорректированы, и переподписаны сторонами задним числом, не изменив существо договоров. Корректировка договора требовалась и в связи с подписанием договора поручительства третьими лицами.

Согласно позиции, выраженной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам ВС РФ от 23.07.2018 № 305-ЭС 18-3009, конкурирующий кредитор и арбитражный управляющий как лица, не участвовавшие в сделке, положенной в основу требований о включении в реестр, объективно лишены возможности представить в суд исчерпывающий объем доказательств, порочащих эту сделку. В то же время они могут заявить убедительные доводы и (или) указать на такие прямые или косвенные доказательства, которые с разумной степенью достоверности позволили бы суду усомниться в действительности или заключенности сделки.

ИП ФИО2 указывает, что новые договоры займов, были заключены позже, что фактически свидетельствует о их фальсификации.

В данном случае имеет место составление договора займа «задним числом» с целью создания видимости того, что ИП ФИО2 и АО ПКК «Калибр» заключили договоры на иных условиях: по сумме, сроку, возврату и т.д. Фальсификация доказательств породила возможность обращения ИП ФИО2 с соответствующим требованием. Из письменных пояснений ИП ФИО2 можно установить, что стороны сознательно заключали новые договоры займа, однако правоотношений по указанным договорам не возникло, так как денежные средства по ним не передавались.

То обстоятельство, что аффилированные лица ФИО4 и ИП ФИО2, имеют возможность предоставить в суд оригиналы «новых» займа не свидетельствует об их достоверности. Предоставляя сведения ПАО «Банк Возрождение» не преследовало цель ввести суд в заблуждение, банк не является кредитором АО ПКК «Калибр», ООО «Три А» или ФИО12, то есть не является заинтересованным лицом по указанному делу.

Таким образом, суд первый пришел к обоснованному выводу, что ПАО «Банк Возрождение» не является заинтересованным лицом о включении ИП ФИО2 в реестр требований кредиторов.

Выписка с расчетного счета ФИО2 подтверждает наличие денежных средств на счете и поступление денежных средств на его счет с такими назначениями платежа, как «Оплата за ювелирные изделия… оплата по договору поставки…по договору комиссии», что свидетельствует о наличии многих контрагентов в деятельности ИП ФИО13 и о факте реальности его коммерческой деятельности.

Как обоснованно отметил суд первой инстанции, из ее содержания не следует возврат денежных средств заявителю ни от должника, ни от АО ПКК «Калибр» по спорным договорам займа. При этом она подтверждает, что Гаммадов И.Р. предоставлял займы и другим контрагентам, а именно, 19.11.2018 займа ООО «Калибр-Владимир», который в дальнейшем был возвращен, а 06.02.2014 - предоставлен заём Гаммадову К.К.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой интенции, что выписка по счету ФИО13 подтверждает значительное движение средств, что, однако, не может быть признано судом как доказательство платежеспособности на заявленную им сумму, поскольку самим заявителем суду не заявлена и не доказана правовая природа этих средств и, в силу установленной выше аффилированности сторон, невозможно исключить транзитность их движения.

Таким образом, в материалы дела ни суду первой инстанции, ни суду апелляционной инстанции, заявителем не предоставлено доказательств, однозначно подтверждающих, что ИП ФИО2 располагал денежными средствами достаточными для предоставления займа в спорные периоды на всю заявленную сумму.

Таким образом, предоставление оригиналов договоров, оформленных задним числом, на обозрении суда не подтверждает того обстоятельства, что стороны при перечислении денежных средств имели цель создать указанные в этих договорах заемные правоотношения.

Так как ИП ФИО2 не признает договоры займа предоставленные банком «Возрождение», то не возможно установить, на основании каких правоотношений были перечислены денежные средства.

Ссылка ИП ФИО2 на нарушение судом принципа состязательности сторон не состоятельна, так как аффилированные лица при условии их заинтересованности по включению в реестр требований кредиторов и формированию подконтрольной кредиторской задолженности для последующего уменьшения процента требований независимых кредиторов при банкротстве каждого участника группы компаний имеют возможность предъявить любые документы, в том числе оригиналы для достижения противоправной цели.

Выводы апеллянта об отсутствии аффилированности ФИО2 и ФИО4 не состоятельны и противоречат материалам дела.

Факт неплатежеспособности ООО «Три А» как поручителя и АО ПКК «Калибр» как основного заемщика доказан, и апеллянтом не опровергнут. Фактически договоры поручительства заключены в преддверии банкротства указанных лиц.

Доводы о том, что в материалах дела отсутствуют доказательства по возврату денежных средств, не является основанием для удовлетворения заявленных требований, так как лицами, участвующими в деле не установлена природа указанных правоотношений, при этом приведены обоснованные сомнения, что платежи носят транзитный характер.

Оценивая изложенные в апелляционной жалобе доводы, суд апелляционной инстанции установил, что в них отсутствуют ссылки на факты, которые имели бы юридическое значение и могли бы повлиять в той или иной степени на принятие законного и обоснованного судебного акта при рассмотрении заявленного требования по существу.

Суд апелляционной инстанции не установил нарушений норм материального и норм процессуального права судом первой инстанции.

Оснований, предусмотренных статьей 270 АПК РФ, для отмены определения в обжалуемой части у суда апелляционной инстанции не имеется. Апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению.

Руководствуясь статьями 258, 268, 271, п. 1 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд

п о с т а н о в и л:

определение от 04.09.2019 Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45- 33959/2018 - оставить без изменения, а апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО2 - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия, путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Новосибирской области.

Председательствующий О.О. Зайцева

Судьи О.А. Иванов

ФИО1