Постановление от 22 сентября 2025 г. по делу № А57-29343/2016

ДВЕНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

410002, г. Саратов, ул. им ФИО1, зд. 30Б, помещ. 2; тел: (8452) 74-90-90, факс: <***>,

http://12aas.arbitr.ru; e-mail: info@12aas.arbitr.ru
ПОСТАНОВЛЕНИЕ арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело №А57-29343/2016
г. Саратов
23 сентября 2025 года
Резолютивная часть постановления объявлена 15 сентября 2025 года Полный текст постановления изготовлен 23 сентября 2025 года

Двенадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Семикина Д.С., судей Рябихиной И.А., Яремчук Е.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Осетровой Т.П.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы общества с ограниченной ответственностью «Сапфир», Ассоциации «Региональная саморегулируемая организация профессиональных арбитражных управляющих», ФИО2 на определение Арбитражного суда Саратовской области от 07 апреля 2025 года по делу № А57-29343/2016

по заявлению акционерного общества «Саратовский завод РМК» об обжаловании действий (бездействия) арбитражных управляющих ФИО2, ФИО3 и взыскании убытков

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) акционерного общества «АП Саратовский завод резервуарных металлоконструкций» (410052, <...> Октября, д. 134, ИНН <***>, ОГРН <***>)

при участии в судебном заседании до перерыва 03.09.2025:

- от Ассоциации «Региональная саморегулируемая организация профессиональных арбитражных управляющих» представителя ФИО4, по доверенности доверенность от 07.11.2024,

- от прокуратуры Саратовской области прокурора Чижова А.И., удостоверение № 388661,

при участии в судебном заседании после перерыва 15.09.2025:

- от Ассоциации «Региональная саморегулируемая организация профессиональных арбитражных управляющих» представителя ФИО4, по доверенности доверенность от 07.11.2024,

УСТАНОВИЛ:

в Арбитражный суд Саратовской области 24.11.2016 обратилось акционерное общество «АП Саратовский завод резервуарных металлоконструкций» (далее - АО «АП РМК», должник) с заявлением о признании его несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Саратовской области от 30.01.2017 (резолютивная часть объявлена 24.01.2017) по делу № А57-29343/2016 заявление АО «АП

РМК» признано обоснованным, в отношении АО «АП РМК» введена процедура наблюдения; временным управляющим должника утвержден ФИО2 (далее – ФИО2).

Решением Арбитражного суда Саратовской области от 29.11.2017 (резолютивная часть объявлена 22.11.2017) по делу № А57-29343/2016 АО «АП РМК» признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство.

Определением Арбитражного суда Саратовской области от 29.11.2017 (резолютивная часть объявлена 22.11.2017) по делу № А57-29343/2016 исполнение обязанностей конкурсного управляющего АО «АП РМК» возложены на временного управляющего ФИО2

Определением Арбитражного суда Саратовской области от 25.01.2018 по делу № А57-29343/2016 конкурсным управляющим АО «АП РМК» утвержден ФИО2

Определением Арбитражного суда Саратовской области от 02.10.2018 по делу № А57-29343/2016 ФИО2 отстранен от исполнения обязанностей конкурсного управляющего АО «АП РМК».

Определением Арбитражного суда Саратовской области от 26.12.2018 (резолютивная часть объявлена 19.12.2018) по делу № А57-29343/2016 конкурсным управляющим АО «АП РМК» утвержден ФИО3 (далее – ФИО3).

Определением Арбитражного суда Саратовской области от 05.02.2021 (резолютивная часть объявлена 29.01.2021) по делу № А57-29343/2016 ФИО3 отстранен от исполнения обязанностей конкурсного управляющего АО «АП РМК».

Определением Арбитражного суда Саратовской области 02.04.2021 по делу № А57-29343/2016 конкурсным управляющим АО «АП РМК» утвержден ФИО5 (далее – ФИО5).

23.11.2021 в Арбитражный суд Саратовской области поступила жалоба акционерного общества «Саратовский завод РМК» (далее - АО «СЗ РМК»), согласно которой заявитель просит:

- признать незаконными действия (бездействие) арбитражного управляющего ФИО2, выразившиеся в неисполении условий заключенных от имени АО «АП РМК» договора подряда № 7 от 01.08.2017 и договора № 4-МТК/17 от 04.07.2017 в части формирования ежемесячных перечней затрат с целью установления стоимости изготовления одной тонны металлоконструкций резервуаров;

- взыскать с арбитражного управляющего ФИО2 в конкурсную массу должника убытки, вызванные неиспонением условий заключенных от имени АО «АП РМК» договоров в размере 22 390 812,35 руб.;

- признать незаконными действия (бездействие) арбитражного управляющего ФИО2, выразившиеся в не заявлении отказа от исполнения заведомо убыточного договора № 05-19/ТГ от 19.05.2017;

- взыскать с арбитражного управляющего ФИО2 в конкурсную массу должника убытки, вызванные исполнением заведомо убыточного договора в размере 11 324 355,68 руб.;

- признать незаконными действия (бездействие) арбитражного управляющего ФИО3, выразившиеся в неисполении условий заключенного от имени АО «АП РМК» договора № 4-МТК/17 от 04.07.2017 в части формирования ежемесячных перечней затрат с целью установления стоимости изготовления одной тонны металлоконструкций резервуаров;

- взыскать с арбитражного управляющего ФИО3 убытки, вызванные неисполнением условий заключенного от имени АО «АП РМК» договора в размере 58 474 932,65 руб.;

- признать незаконными действия (бездействие) арбитражного управляющего ФИО3, выразившиеся в заключении безвозмездных договоров хранения от имени должника.

Определением Арбитражного суда Саратовской области от 29.11.2021 жалоба принята к рассмотрению и назначено судебное заседание по ее рассмотрению.

16.06.2022 в Арбитражный суд Саратовской области поступило заявление ООО «Ванда», согласно которому заявитель просит:

- взыскать с ООО «МТК» (ОГРН <***>, ИНН 6452934166,410052, <...> Октября, д. 134) убытки в размере 76 329 969,24 руб. в конкурсную массу должника - АО «АП РМК».

- взыскать с НПООО «Технолог-Гидромаш» (ОГРН <***>, ИНН <***>, 410028, <...>, литер Г) 11 324 355,68 руб. в конкурсную массу АО «АП РМК».

15.09.2022 в Арбитражный суд Саратовской области поступило заявление ООО «Ванда», согласно которому заявитель просит взыскать с ООО «Регион» (ОГРН <***>, ИНН <***>, 443022, <...>) убытки в размере 11 901 767,64 руб. в конкурсную массу должника - АО «АП РМК».

Определением Арбитражного суда Саратовской области от 25.10.2022 по делу № А57-29343/2016 жалоба АО «СЗ РМК» на незаконные действия (бездействие) арбитражных управляющих ФИО2 и ФИО3 со взысканием убытков, заявление ООО «Ванда» с требованием о взыскании убытков с контрагентов должника – ООО «МТК» и НПООО «Технолог-Гидромаш» и заявление ООО «Ванда» с требованием о взыскании убытков с контрагента должника – ООО «Регион», объединены в одно производство для совместного рассмотрения.

Определением от 26.12.2023 (19.12.2023 резолютивная часть) по делу № А57-29343/2016 суд удовлетворил заявление АО «СЗ РМК» и признал действия (бездействие) арбитражного управляющего ФИО2, выразившиеся в не исполнении условий заключенных от имени АО «АП РМК» договора подряда № 7 от 01.08.2017 и договора № 4-МТК/17 от 04.07.2017 в части формирования ежемесячных перечней затрат с целью установления стоимости изготовления одной тонны металлоконструкций резервуаров; выразившиеся в не заявлении отказа от исполнения договора № 05-19/ТГ от 19.05.2017 незаконными.

С арбитражного управляющего ФИО2 взысканы убытки в конкурсную массу должника АО «АП РМК» в размере 22 390 812,35 руб., 11 324 355,68 руб.

Также, суд признал действия (бездействие) арбитражного управляющего ФИО3, выразившиеся в не исполнении условий заключенного от имени АО «АП РМК» договора № 4-МТК/17 от 04.07.2017 в части формирования ежемесячных перечней затрат с целью установления стоимости изготовления одной тонны металлоконструкций резервуаров; выразившиеся в заключении безвозмездных договоров хранения от имени должника незаконными.

С арбитражного управляющего ФИО3 были взысканы убытки в конкурсную массу должника АО «АП РМК» в размере 58 474 932,65 руб.

В удовлетворении заявления ООО «Ванда» о взыскании с ООО «МТК» убытков в размере 76 329 969,24 руб. в конкурсную массу должника, о взыскании с ООО «Регион» убытков в размере 11 901 767,64 руб. в конкурсную массу должника судом было отказано.

Производство по заявлению ООО «Ванда» о взыскании с НПООО «Технолог- Гидромаш» убытков в размере 11 324 355,68 руб. в конкурсную массу должника было прекращено.

Постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.03.2024 по делу № А57-29343/2016 определение Арбитражного суда Саратовской области от 26.12.2023 оставлено без изменения.

Постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 06.09.2024 определение Арбитражного суда Саратовской области от 26.12.2023 и постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.03.2024 по делу № А57-29343/2016 отменены в части удовлетворения заявления АО «СЗ РМК» и в части отказа в удовлетворении заявления ООО «Ванда». В части прекращения производства по заявлению ООО «Ванда» о взыскании с НП ООО «Технолог-Гидромаш» убытков в размере 11 324 355,68 руб. в конкурсную массу должника судебные акты оставлены без изменений.

В отмененной части обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд Саратовской области.

В постановлении суд кассационной инстанции указал, что суды не сопоставили обстоятельства, на которые ссылался уполномоченный орган при обращении с требованием о признании действий ФИО2, выразившиеся в непрекращении с 23.03.2018 производственной деятельности должника и ведении убыточной производственно-хозяйственной деятельности, установленные при разрешении указанного обособленного спора, который рассматривался судом в период с 24.04.2018, для выяснения даты, с которой кредиторы узнали (могли узнать) о соответствующих обстоятельствах для целей проверки доводов об истечении срока исковой давности.

Суд кассационной инстанции, учитывая ранее состоявшиеся судебные акты о признании незаконными действий арбитражных управляющих ФИО2 и ФИО3, указал, что в силу разъяснений, содержащихся в абзаце 3 пункта 30 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», при поступлении новой жалобы на те же действия (бездействие) по тем же основаниям после принятия судебного акта по существу об удовлетворении первой жалобы или об отказе в ее удовлетворении суд прекращает производство по новой жалобе применительно к пункту 2 части 1 статьи 150 АПК РФ.

Кроме того, исчисляя размер убытков, суды не учли, что в постановлении Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.07.2020 установлено, что 14% обязательств должника перед ресурсоснабжающими организациями возникло в результате осуществления должником хозяйственной деятельности и поэтому являются текущими требованиями пятой очереди, а 86% - в целях сохранения имущества должника и поддержания его в надлежащем состоянии и являются текущими требованиями четвертой очереди.

При исчислении размера убытков указанным доводам судам оценка не дана, суды не исследовали обстоятельства, касающиеся расходов для сохранения имущества должника и поддержания его в надлежащем состоянии, которые потребовались бы и в случае прекращения должником хозяйственной деятельности и в любом случае были бы понесены должником.

Между тем, для правильного исчисления размера убытков следует разграничить соответствующие расходы с точки зрения потребностей должника по продолжению его хозяйственной деятельности и с точки зрения сохранения имущества должника и поддержания его в надлежащем состоянии.

Также суд кассационной инстанции указал, что выводы судов в отношении обществ «Регион», «МТК» – контрагентов должника вступают в противоречие с выводами судов о незаконности действий арбитражных управляющих по ведению заведомо убыточной производственно-хозяйственной деятельности, очевидного (кратного) занижения стоимости произведенной продукции, учитывая предоставление указанными лицами целевых займов должнику, которые могли свидетельствовать об их вовлеченности в схему, при которой ими аккумулирована прибыль, а все расходы отнесены на должника.

18.11.2024 при новом рассмотрении в суде первой инстанции от представителя АО «СЗ РМК», в соответствии со статьей 49 Арбитражного процессуального кодекса

Российской Федерации (далее - АПК РФ), поступило ходатайство об уточнении заявления и просит:

- взыскать с арбитражного управляющего ФИО2 в конкурсную массу должника убытки, вызванные неисполнением условий заключенных от имени АО «АП Саратовский завод резервуарных металлоконструкций» договоров в размере 8 813 581,37 руб.;

- признать незаконными действия (бездействие) арбитражного управляющего ФИО2, выразившиеся в не заявлении отказа от исполнения заведомо убыточного Договора № 05-19/ТГ от 19.05.2017;

- взыскать с арбитражного управляющего ФИО2 в конкурсную массу должника убытки, вызванные исполнением заведомо убыточного договора в размере 11 324 355,68 руб.;

- взыскать с арбитражного управляющего ФИО3 убытки, вызванные неиспонением условий заключенного от имени АО «АП РМК» договора в размере 27 488 382,98 руб.;

- признать незаконными действия (бездействие) арбитражного управляющего ФИО3, выразившиеся в заключении безвозмездных договоров хранения от имени должника.

Определением Арбитражного суда Саратовской области от 07.04.2025 по делу № А57-29343/2016 принят отказ АО «СЗ РМК» от заявления о признании действий (бездействия) арбитражного управляющего ФИО2, выразившихся в не исполнении условий заключенных от имени АО «АП РМК» договора подряда № 7 от 01.08.2017 и договора № 4-МТК/17 от 04.07.2017 в части формирования ежемесячных перечней затрат с целью установления стоимости изготовления одной тонны металлоконструкций резервуаров; от заявления о признании действий (бездействия) арбитражного управляющего ФИО3, выразившихся в не исполнении условий заключенного от имени АО «АП Саратовский завод резервуарных металлоконструкций» договора № 4-МТК/17 от 04.07.2017 в части формирования ежемесячных перечней затрат с целью установления стоимости изготовления одной тонны металлоконструкций резервуаров, и прекратить производство по заявлению в данной части.

Заявление АО «СЗ РМК» удовлетворено.

Признаны действия (бездействие) арбитражного управляющего ФИО2, выразившиеся в не заявлении отказа от исполнения договора № 05-19/ТГ от 19.05.2017 – незаконными.

С арбитражного управляющего ФИО2 взысканы убытки в конкурсную массу должника АО «АП РМК» в размере 8 813 581,37 руб., 11 324 355,68 руб.

Признать действия (бездействие) арбитражного управляющего ФИО3, выразившиеся в заключении безвозмездных договоров хранения от имени должника – незаконными.

С арбитражного управляющего ФИО3 взысканы убытки в конкурсную массу должника АО «АП РМК» в размере 27 488 382,98 руб.

В удовлетворении заявления ООО «Ванда» о взыскании с ООО «МТК» убытков в размере 76 329 969,24 руб. в конкурсную массу должника, о взыскании с общества с ограниченной ответственностью «Регион» убытков в размере 11 901 767,64 руб. в конкурсную массу должника отказано.

Не согласившись с принятым по делу судебным актом, ООО «Сапфир», Ассоциация «Региональная саморегулируемая организация профессиональных арбитражных управляющих» (далее - ассоциация «РСОПАУ»), ФИО2 обратились с апелляционными жалобами, в которых просят определение суда первой инстанции отменить как незаконное и необоснованное.

ООО «Сапфир» в своей жалобе ссылается на то, что судом первой инстанции при повторном рассмотрении не учтены указания суда кассационной инстанции о сроке исковой давности в отношении требований, предъявленных к арбитражному управляющему ФИО2 Считает, что судом первой инстанции не учтены доводы о наличии в договоре № 05-19/ТГ от 19.05.2017 пункта 9.2, предусматривающего штраф в размере 50% от цены договора. Также считает, что заявителем не доказано, что исполнение договора № 5-19/ТГ от 19.05.20217 причинило убыток должнику.

Ассоциация «РСОПАУ» в своей жалобе указывает, что судом первой инстанции не учтены указания суда кассационной инстанции о сроке исковой давности в отношении требований, предъявленных к арбитражному управляющему ФИО2 Также выражает несогласие с доводами о невключении ФИО2 и ФИО3 всех затрат должника в стоимость оказания услуг в соответствии с заключенными договорами. Считает, что заявление ООО «Ванда» подлежит удовлетворению, поскольку определением Арбитражного суда Саратовской области от 12.03.2019 по делу № А57-29343/2016 установлен факт выдачи ООО «Регион», ООО «МТК» и ООО НП «Технолог- Гидромаш» займов АО «АП РМК».

ФИО2 выражает несогласие с принятым судебным актом в части признания действий арбитражного управляющего ФИО2 незаконными и взыскания с него убытков, а также просит удовлетворить заявление ООО «Ванда».

28.09.2025 в Двенадцатый арбитражный апелляционный суд от Прокуратуры Саратовской области поступил отзыв на апелляционную жалобу.

02.09.2025 в Двенадцатый арбитражный апелляционный суд от АО «СЗ РМК» поступили письменные пояснения.

02.09.2025 в Двенадцатый арбитражный апелляционный суд от ООО «Регион» поступили письменные пояснения в порядке статьи 81 АПК РФ.

Судом апелляционной инстанции указанные документы приобщены к материалам дела.

В судебном заседании представитель ассоциация «РСОПАУ» поддержал правовую позицию, изложенную в апелляционной жалобе, просил определение суда первой инстанции отменить по основаниям, изложенным в апелляционной жалобе.

Представитель Прокуратуры Саратовской области в судебном заседании возражал против доводов апелляционных жалоб, просил обжалуемое определение оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Информация о месте и времени судебного разбирательства размещена на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» (kad.arbitr.ru) 29.07.2025.

В судебном заседании, открытом 03.09.2025 в 14 час. 30 мин., в порядке статье 163 АПК РФ судом объявлен перерыв до 15.09.2025 до 11 час. 00 мин.

Информация о перерыве в судебном заседании размещена на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» (kad.arbitr.ru) 04.09.2025.

После перерыва судебное заседание продолжено в том же составе суда, при ведении протокола судебного заседания тем же секретарем судебного заседания, при участии представителя ассоциация «РСОПАУ» ФИО4, по доверенности доверенность от 07.11.2024.

15.09.2025 ассоциация «РСОПАУ» поступило ходатайство о приобщении письменных пояснений с приложением следующих документов:

- отчета конкурсного управляющего ФИО5 от 21.07.2025; - копии выписки по счету должника;

- копии судебного акта АССО от 05.03.2025 по делу № А57-29343/2016 о признании незаконными действия конкурсного управляющего ФИО5;

- статьи интернет изданий, подтверждающие наличие острой социальной обстановки и противодействия прекращения производственной деятельности должника за 2018 год.

Письменные пояснения приобщены судом апелляционной инстанции в порядке статьи 81 АПК РФ, в удовлетворении ходатайства о приобщении документов – отказано.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, явку представителей не обеспечили, надлежащим образом извещены о месте и времени судебного разбирательства путем направления определения, выполненного в форме электронного документа, в соответствии со статьей 186 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

В соответствии с частью 3 статьи 156 АПК РФ суд рассматривает апелляционную жалобу в отсутствие неявившихся лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания.

Законность и обоснованность принятого определения проверяются арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке и по основаниям, установленным статьями 268 - 272 АПК РФ.

Изучив и исследовав материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в пределах, установленных статьей 268 АПК РФ, соответствие выводов, содержащихся в обжалуемом судебном акте, имеющимся в материалах дела доказательствам, правильность применения арбитражным судом норм материального и соблюдение норм процессуального права, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно части 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Согласно пункту 1 статьи 60 Закона о банкротстве заявления и ходатайства арбитражного управляющего, в том числе о разногласиях, возникших между ним и кредиторами, а в случаях, предусмотренных настоящим Федеральным законом, между ним и должником, жалобы кредиторов о нарушении их прав и законных интересов рассматриваются в заседании арбитражного суда не позднее чем через месяц с даты получения указанных заявлений, ходатайств и жалоб, если иное не установлено настоящим Федеральным законом.

По смыслу данной нормы, основанием удовлетворения жалобы на действия (бездействие) арбитражного управляющего является установление арбитражным судом факта несоответствия этих действий законодательству о банкротстве, принципам добросовестности и разумности действий при проведении процедур банкротства и нарушение такими действиями прав и законных интересов кредиторов, лиц, участвующих в арбитражном процессе по делу о банкротстве.

В соответствии с пунктом 4 статьи 5, пунктом 2 статьи 35, пунктом 3 статьи 134 Закона о банкротстве кредиторы должника по текущим платежам также вправе обжаловать действия конкурсного управляющего, нарушающие их права и законные интересы.

Пункт 1 статьи 20.2 Закона о банкротстве предусматривает, что на арбитражного управляющего возлагаются полномочия руководителя должника, на него распространяются все требования, установленные федеральными законами и иными

нормативными правовыми актами Российской Федерации для руководителя такого должника, и по отношению к нему применяются все меры ответственности, установленные федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации для руководителя такого должника.

В соответствии с пунктом 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

По смыслу указанных норм права, при рассмотрении жалобы на действия арбитражного управляющего арбитражный суд должен проверить данные действия на предмет соответствия положениям Закона о банкротстве, установить, были ли нарушены этими действиями права и законные интересы заявителя.

Жалоба может быть удовлетворена только в случае, если вменяемыми неправомерными или недобросовестными, или неразумными действиями (бездействием) действительно нарушены те или иные права и законные интересы подателя жалобы.

При рассмотрении жалоб на действия (бездействие) арбитражного управляющего бремя доказывания должно распределяться следующим образом: кредитор обязан доказать наличие незаконного, недобросовестного или неразумного поведения арбитражного управляющего и то, что такое поведение нарушает права и законные интересы кредитора, а арбитражный управляющий обязан представить доказательства отсутствия его вины в этом поведении или обосновать соответствие его действий требованиям добросовестности и разумности.

Как установлено судом и следует из материалов дела, АО «СЗ РМК» является залоговым кредитором, поскольку определением Арбитражного суда Саратовской области от 17.12.2020 произведено процессуальное правопреемство в деле о банкротстве № А57-29343/2016 и заменен конкурсный кредитор - ООО «Регион» на его правопреемника - АО «СЗ РМК» в третьей очереди реестра требований кредиторов должника АО «АП РМК», ИНН <***>, с суммой требования в размере 185 505 843,10 руб., обеспеченной залогом имущества должника.

Основным видом деятельности должника является производство строительных металлических конструкций и их частей. Фактически должник осуществлял изготовление резервуарных металлоконструкций.

Материалами дела о банкротстве должника, а также постановлением Двенадцатого Арбитражного апелляционного суда от 03.07.2020, вступившим в законную силу определениями Арбитражного суда Саратовской области от 05.02.2021, 08.12.2020 по настоящему делу установлено, что в период процедуры конкурсного производства конкурсным управляющим должника ФИО2, осуществлявшим полномочия конкурсного управляющего должника с 22.11.2017 по 02.10.2018, а также конкурсным управляющим ФИО3, осуществлявшим полномочия конкурсного управляющего должника с 19.12.2018 по 28.01.2021, было продолжено ведение хозяйственной деятельности должника.

Хозяйственная деятельность в период с 22.11.2017 осуществлялась должником на основании договоров с контрагентами ООО «Регион», НП ООО «Технолог-Гидромаш», ООО «МТК». Все расходы по коммунальным платежам в процессе продолжения хозяйственной деятельности являлись бременем должника.

АО «Саратовский завод РМК» считает, что арбитражными управляющими ФИО2 и ФИО3 допущены следующие нарушения прав и законных интересов кредиторов, выразившееся в неисполнение арбитражным управляющим ФИО2 условий договоров, заключенных должником.

Материалами различных обособленных споров в рамках дела № А57-29343/2016 установлено, что в период с даты введения в отношении должника процедуры конкурсного производства (с 22.11.2017 и по 31.01.2021) должник фактически

осуществлял производственную деятельность, выполняя услуги по изготовлению металлоконструкций в рамках следующих договоров:

- договора подряда № 7 от 01.08.2017, заключенного с ООО «Регион», в соответствии с которым услуги по изготовлению металлоконструкций оказывались Должником в период с ноября 2017 по февраль 2018;

- договора № 05-19/ТГ от 19.05.2017, заключенного с НП ООО «Технолог- Гидромаш», в соответствии с которым услуги по изготовлению металлоконструкций оказывались Должником в период с марта 2018 по июль 2018;

- договора № 4-МТК/17 от 04.07.2017, заключенного с ООО «МТК», в соответствии с которым услуги по изготовлению металлоконструкций оказывались Должником в период с апреля 2018 по январь 2021.

Копии вышеуказанных договоров и актов выполненных работ к ним за период с ноября 2017 года по январь 2021 года имеются в материалах дела.

Относительно неисполнения арбитражным управляющим ФИО2 условий договора подряда № 7 от 01.08.2017, заключенного с ООО «Регион» суд первой инстанции указал следующее.

В период с даты введения в отношении должника конкурсного производства и возложения на арбитражного управляющего ФИО2 обязанностей конкурсного управляющего должник осуществлял производственную деятельность на основании договора подряда № 7 от 01.08.2017, заключенного с ООО «Регион». Договор подряда № 7 от 01.08.2017 был расторгнут по инициативе должника, уведомление о расторжении договора подряда № 7 от 01.08.2017 направлено 21.02.2018, информация о направлении уведомления отражена в отчетах конкурсного управляющего.

Оказанные должником услуги по изготовлению металлоконструкций в рамках Договора подряда № 7 от 01.08.2017, заключенного с ООО «Регион», должны были быть оплачены следующим образом: Согласно пункту 5.1. стоимость услуг подрядчика по изготовлению одной тонны готовой продукции определяется ежемесячно, исходя из суммы фактических затрат подрядчика по изготовлению произведенной готовой продукции за отчётный месяц без учета НДС, указанных в Перечне затрат (Приложение № 6 к договору), увеличенной на 0,1 % и разделенной на количество тонн произведенной готовой продукции в отчетном месяце в соответствии с отчетом подрядчика.

В приложении № 6 к договору подряда № 7 от 01.08.2017 содержится список фактических затрат подрядчика.

Определение состава и сумм затрат за отчетный месяц производилось в соответствии с пунктом 5.3.

Договор подряда № 7 от 01.08.2017, согласно которому подрядчик ежемесячно в срок до 20 (двадцатого) числа месяца, следующего за отчетным, предоставлял на согласование заказчику расчёт суммы фактических затрат за отчётный месяц в соответствии с формой в Приложении № 7 и акт выполненных работ в соответствии с формой в приложении № 8. В течение 3 (три) рабочих дней после получения расчёта подрядчика заказчик обязан согласовать его и подписать представленный акт выполненных работ, либо представить мотивированный отказ.

Таким образом, инициатива по включению либо не включению затрат, а также размер включенных затрат исходила от подрядчика (должника), от лица которого действовал арбитражный управляющий ФИО2

Довод Ассоциации «РСОПАУ» о том, что суммы затрат должника за ноябрь и декабрь 2017 года исходя из периода осуществления ФИО2 полномочий конкурсного управляющего не могут быть включены в состав убытков (стр.13 Постановления от 06.09.2024), поскольку Определением Арбитражного суда Саратовской области от 29.11.2017 (резолютивная часть объявлена 22.11.2017) исполнение обязанностей конкурсного управляющего АО «АП Саратовский РМК» возложены на временного управляющего ФИО2 подлежит отклонению в силу следующего.

Определение состава и сумм затрат за отчетный месяц производилось в соответствии с пунктом 5.3. договора подряда № 7 от 01.08.2017, согласно которому подрядчик (должник) ежемесячно в срок до 20 (двадцатого) числа месяца, следующего за отчетным, предоставлял на согласование Заказчику расчёт суммы фактических затрат за отчётный месяц в соответствии с формой в Приложении № 7 и акт выполненных работ в соответствии с формой в Приложении № 8.

Таким образом, состав затрат за ноябрь 2017 года должен был быть рассчитан в срок до 20.12.2017, т.е. в тот период, когда ФИО2 осуществлял полномочия конкурсного управляющего. Состав затрат за декабрь 2017 года должен был быть определен в срок до 20.01.2018, что также попадает в период осуществления ФИО2 полномочий конкурсного управляющего.

При таких обстоятельствах, суммы затрат должника за ноябрь и декабрь 2017 года должны быть включены в состав убытков, предъявляемых ФИО2

В соответствии с пунктом 2 статьи 143 Закона о банкротстве в отчете конкурсного управляющего должны содержаться сведения о сумме текущих обязательств должника с указанием процедуры, применяемой в деле о банкротстве должника, в ходе которой они возникли, их назначения, основания их возникновения, размера обязательства и непогашенного остатка.

В отчетах конкурсного управляющего должника содержатся сведения о расходах должника на выплату заработной платы, обязательных платежей, коммунальные услуги, услуги охраны. Исходя из анализа сведений, содержащихся в отчете конкурсного управляющего должника и ежемесячных перечнях затрат, подписанных в рамках договора подряда № 7 от 01.08.2017, арбитражный управляющий ФИО2 не в полном объеме включал в ежемесячные перечни затрат по договору подряда № 7 от 01.08.2017.

В связи с тем, что на протяжении всего периода деятельности условия договора подряда № 7 от 01.08.2017 не изменялись, а должник не исполнял какие-либо иные договоры и вся производственная деятельность осуществлялась исключительно в рамках договора подряда № 7 от 01.08.2017, у арбитражного управляющего ФИО2 не было никаких оснований для не включения расходов в ежемесячные перечни затрат, либо включение их в размере менее понесенного должником.

Как видно из материалов дела, арбитражный управляющий ФИО2 за период с ноября 2017 по февраль 2018 не включил в состав затрат, формирующих цену услуги Должника по изготовлению металлоконструкций, затраты должника в размере 10 076 167,60 руб. без учета НДС.

Исходя из формулировки пункта 5.1. договора стоимость услуг должника в каждом месяце складывалась из суммы затрат на производство продукции (без учета НДС) увеличенной на 0,1 %, в стоимость услуг должника также включался НДС.

Таким образом, действия конкурсного управляющего ФИО2, связанные с неполным включением затрат должника, связанных с производством продукции за период с ноября 2017 года по февраль 2018 года в ежемесячные перечни затрат в рамках договора подряда № 7 от 01.08.2017 привели к занижению стоимости услуг должника на сумму 10 076 167,60 руб. + 0,1 % = 10 086 243,76 руб. без учета НДС, или 11 901 767,64 руб. с учетом НДС.

Виды затрат, перечисленных в приложении № 6 к договору подряда № 7 от 01.08.2017, соответствуют определению прямых и косвенных затрат, которые, в соответствии со статьями 318, 319 НК РФ, относятся к затратам на производство и реализацию и входят в состав себестоимости продукции, работ, услуг. Включение затрат, предусмотренных приложением № 6 к договору подряда № 7 от 01.08.2017, в состав цены услуг по изготовлению металлоконструкций не в полном объеме привело к реализации услуг должника ниже себестоимости, и, соответственно, к получению убытка.

Производственная деятельность должника в период конкурсного производства также неоднократно становилась предметом рассмотрения в рамках обособленных споров, связанных с рассмотрением жалоб на действия конкурсных управляющих.

Определением Арбитражного суда Саратовской области от 08.12.2020, оставленным без изменения постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.04.2021 и Постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 01.07.2021 действия арбитражного управляющего ФИО2, выразившиеся в ведении в ходе конкурсного производства убыточной производственно-хозяйственной деятельности, повлекшей заведомое наращивание кредиторской задолженности были признаны незаконными.

Таким образом, на момент вынесения настоящего определения вступившим в законную силу определением от 08.12.2020 уже установлена незаконность действий ФИО2

Определением Арбитражного суда Саратовской области от 05.02.2021, оставленным без изменения постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.04.2021 и постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 07.10.2021 действия арбитражного управляющего ФИО3, выразившиеся в непринятии решения о прекращении убыточной хозяйственной деятельности должника были признаны незаконными.

Анализ ежемесячных актов выполненных работ с приложенными к ним расшифровками ежемесячных затрат, составленных конкурсными управляющими в рамках исполнения Договора подряда № 7 от 01.08.2017, заключенного с ООО «Регион» и Договора № 4-МТК/17 от 04.07.2017, заключенного с ООО «МТК», и соотнесение их с отчетами конкурсных управляющих, позволили сделать вывод о том, что конкурсные управляющие, в нарушение условий договоров, не в полном объеме включали в затраты на производство готовой продукции затраты, связанные, в основном с оплатой труда работников и уплатой обязательных платежей.

Какие-либо расчеты или документы, опровергающие данные выводы ни арбитражными управляющими, ни заявителями апелляционных жалоб, в материалы дела не представлено.

Доводы о том, что в рамках рассмотрения иных обособленных споров, были установлены размеры расходов залоговых кредиторов на обеспечение сохранности заложенного имущества, не принимаются судом, поскольку:

- на момент исполнения договора подряда № 7 от 01.08.2017, заключенного с ООО «Регион» и Договора № 4-МТК/17 от 04.07.2017, заключенного с ООО «МТК» конкурсные управляющие не обращались к залоговым кредиторам с требованиями об осуществлении оплаты сохранности заложенного имущества, не предоставляли каких-либо расчетов, связанных с обеспечением такой сохранности. Более того, при рассмотрении жалоб на действия конкурсных управляющих и арбитражный управляющий ФИО2, и арбитражный управляющий ФИО3 неоднократно подчеркивали, что именно хозяйственная деятельность должника позволяет покрыть все расходы и сохранить имущество;

- состав расходов на обеспечение сохранности имущества не связан с оплатой труда работников и уплатой обязательных платежей, а представляет собой, по большей части компенсацию коммунальных платежей, затраты на охраны и проведение мероприятий по консервации оборудования, а исходя из анализа расходов, включенных в состав ежемесячных затрат подрядчика, арбитражные управляющие не включали в состав затрат именно заработную плату и обязательные платежи.

Таким образом, как верно указал суд первой инстанции, вышеуказанные доводы направлены на переоценку доказательств, не учитывают установленную ранее судебными актами незаконность действий конкурсных управляющих ФИО2 и ФИО3, связанных с осуществлением убыточной деятельности должника, а также отсутствие в

материалах дела каких-либо документов, расчетов, обоснований, связанных с невключением определенных затрат в состав ежемесячных расходов должника.

Включение затрат, предусмотренных приложением № 6 к договору подряда № 7 от 01.08.2017, в состав цены услуг по изготовлению металлоконструкций не в полном объеме привело также к недополучению должником выручки, невозможности своевременного исполнения Должником обязательств по выплате заработной плате работникам и оплате обязательных платежей, и, следовательно, росту задолженности по текущим платежам как в части основного долга, так и в части штрафных санкций, начисляемых в соответствии с ТК РФ и НК РФ за несвоевременную выплату заработной платы и обязательных платежей.

В соответствии со статьями 5, 134 Закона о банкротстве текущие платежи имеют приоритет в погашении по сравнению с реестровыми платежами, поэтому, наличие задолженности по текущим платежам, образованным в результате текущей деятельности, привело к необходимости погашения этих текущих платежей за счет сформированной конкурсной массы, соответственно существенно уменьшило размер денежных средств, который должен был быть направлен на удовлетворение требований незалоговых кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов Должника, чем нарушило права и законные интересы кредиторов.

Вопреки доводам апелляционной жалобы ООО «Сапфир», относительно неисполнения арбитражным управляющим ФИО2 условий Договора № 4-МТК/17 от 04.07.2017, заключенного с ООО «МТК» суд первой инстанции правомерно указал следующее.

В период с 01.04.2018 и до отстранения арбитражного управляющего ФИО2 от исполнения обязанностей конкурсного управляющего (Определение Арбитражного суда Саратовской области от 02.10.2018) должник осуществлял производственную деятельность в рамках договора № 4-МТК/17 от 04.07.2017 г., заключенного с ООО «МТК».

Оказанные должником услуги по изготовлению металлоконструкций в рамках договора № 4-МТК/17 от 04.07.2017, заключенного с ООО «МТК», должны были быть оплачены следующим образом:

в соответствии с пунктом 5.2. стоимость работ поставщика (должника) по изготовлению одной тонны готовой продукции определяется ежемесячно как произведение фактических затрат поставщика по изготовлению готовой продукции в течение отчетного месяца (без учета НДС) в соответствии с перечнем затрат, согласованным сторонами в приложении № 1 к договору, на коэффициент 1,01, разделенное на количество тонн готовой продукции, произведенной в отчетном месяце согласно отчета поставщика.

Приложение № 1 к договору № 4-МТК/17 от 04.07.2017 содержит перечень разновидностей фактических затрат подрядчика.

Определение состава и сумм затрат за отчетный месяц производилось в соответствии с пунктом 5.5. договора № 4-МТК/17 от 04.07.2017, согласно которому подрядчик ежемесячно в срок до 15 числа месяца, следующего за отчетным, предоставлял на согласование заказчику расчёт суммы фактических затрат по согласованной сторонами форме. Заказчик согласовывал представленный должником расчет или направлял должнику письменные возражения.

Таким образом, как верно указал суд первой инстанции, инициатива по включению либо невключению затрат, а также размер включенных затрат исходил от подрядчика (должника).

Период, в течение которого арбитражный управляющий ФИО2 исполнял обязанности конкурсного управляющего должника ограничивается датой его отстранения, т.е. 02.10.2018. С учетом того, что расчеты затрат должны были быть направлены заказчику до 15 числа месяца, следующего за отчетным, ответственность арбитражного

управляющего ФИО2 за включение либо невключение понесенных затрат в стоимость услуг по изготовлению металлоконструкции ограничивается августом 2018.

В отчетах конкурсного управляющего должника содержатся сведения о расходах должника на выплату заработной платы, обязательных платежей, коммунальные услуги, услуги охраны. Исходя из анализа сведений, содержащихся в отчете конкурсного управляющего должника и ежемесячных перечнях затрат, подписанных в рамках договора № 4-МТК/17 от 04.07.2017, арбитражный управляющий ФИО2 не в полном объеме включал в ежемесячные перечни затрат по договору № 4-МТК/17 от 04.07.2017.

Помимо расходов, размер которых включался конкурсным управляющим в отчет, в стоимость услуг по изготовлению металлоконструкций в соответствии с Приложением № 1 к Договору № 4-МТК/17 от 04.07.2017 г. должна была быть включена амортизация основных средств за отчетный период, однако в ежемесячные перечни затрат, предъявленных арбитражным управляющим ФИО2 Заказчику (ООО «МТК») амортизация основных средств в период апрель-август 2018 не включалась.

Виды затрат, перечисленных в Приложении № 1 к договору № 4-МТК/17 от 04.07.2017, соответствуют определению прямых и косвенных затрат, которые, в соответствии со ст. 318, 319 НК РФ, относятся к затратам на производство и реализацию и входят в состав себестоимости продукции, работ, услуг. Включение затрат, предусмотренных Приложением № 1 к договору № 4-МТК/17 от 04.07.2017, в состав цены услуг по изготовлению металлоконструкций не в полном объеме привело к реализации услуг должника ниже себестоимости, и, соответственно, к получению убытка.

Определением Арбитражного суда Саратовской области от 08.12.2020, оставленным без изменения постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.04.2021 и постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 01.07.2021 действия арбитражного управляющего ФИО2, выразившиеся в ведении в ходе конкурсного производства убыточной производственно-хозяйственной деятельности, повлекшей заведомое наращивание кредиторской задолженности были признаны незаконными.

Включение затрат, предусмотренных Приложением № 1 к договору № 4-МТК/17 от 04.07.2017, в состав цены услуг по изготовлению металлоконструкций не в полном объеме привело также к недополучению должником выручки, невозможности своевременного исполнения должником обязательств по выплате заработной платы работникам и оплате обязательных платежей, и, следовательно, росту задолженности по текущим платежам как в части основного долга, так и в части штрафных санкций, начисляемых в соответствии с ТК РФ и НК РФ за несвоевременную выплату заработной платы и обязательных платежей, что не может быть квалифицировано, как действия, направленные на достижение целей процедуры конкурсного производства - соразмерного удовлетворения требований кредиторов.

В соответствии со ст. 5, 134 Закона о банкротстве имеют приоритет в погашении по сравнению с реестровыми платежами, поэтому, наличие задолженности по текущим платежам, образованным в результате текущей деятельности, привело к необходимости погашения этих текущих платежей за счет сформированной конкурсной массы, соответственно существенно уменьшило размер денежных средств, который должен был быть направлен на удовлетворение требований незалоговых кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов должника, чем нарушило права и законные интересы кредиторов.

Как видно из представленной таблицы № 2, арбитражный управляющий ФИО2 за период с апреля 2018 по август 2018 не включил в состав затрат, формирующих цену услуги должника по изготовлению металлоконструкций, затраты Должника в размере 14 981 571,23 руб. без учета НДС.

Исходя из формулировки пункта 5.2. договора № 4-МТК/17 от 04.07.2017 стоимость услуг должника в каждом месяце складывалась как произведение фактических затрат на производство продукции (без учета НДС) на коэффициент 1,01.

Действия конкурсного управляющего ФИО2, связанные с неполным включением затрат должника, связанных с производством продукции за период с апреля по август 2018 года в ежемесячные перечни затрат в рамках Договора № 4-МТК/17 от 04.07.2017 привели к занижению стоимости услуг Должника на сумму 14 981 571,23 руб. * 1,01 = 15 131 386,94 руб. без учета НДС, или 17 855 036.59 руб. с учетом НДС.

Кроме того, в период исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника ФИО2 в ежемесячные перечни затрат в рамках договора № 4-МТК/17 от 04.07.2017 также не была включена амортизация основных средств, включение которой было также предусмотрено условиями указанных договоров.

В соответствии со справкой, выданной конкурсным управляющим ФИО5 амортизация основных средств за период с ноября 2017 года по август 2018 года составила 7 821 225,36 руб. без учета НДС.

Вопреки доводам апелляционной жалобы ООО «Сапфир», действия конкурсного управляющего ФИО2 привели к недополучению должником выручки по договору № 4-МТК/17 от 04.07.2017 за период с ноября по август 2018 года в размере 9 229 045,92 руб. с учетом НДС.

В период март-июль 2018 года должник осуществлял производственную деятельность на основании договора № 05-19/ТГ от 19.05.2017, заключенного с НПООО «Технолог-Гидромаш», в соответствии с условиями которого должник обязался в срок до 31.07.2018 (пункт 4.1.) осуществить комплекс работ по изготовлению металлоконструкций из давальческого сырья и передать Заказчику результат работ в виде готовой продукции - металлоконструкций резервуаров стальных общим объемом 726,005 тн. (пункт 1.1.).

В соответствии с пунктом 5.1. за выполненный подрядчиком комплекс работ Заказчик обязуется выплатить Заказчику вознаграждение в размере 16 375 250,80 руб. в т.ч. НДС. Указанная стоимость работ является предварительной. Итоговая стоимость работ определяется по итогу выполнения работ на основании чертежей КМД/комплектовочной ведомости и рассчитывается в соответствии с весом готовой продукции. В случае поставки Готовой продукции по фиксированной стоимости, такое условие указывается сторонами в соответствующей Спецификации.

Исходя из актов выполненных работ (прилагаются к настоящему заявлению) за период март-июль 2018 года должник оказал в рамках договора № 05-19/ТГ от 19.05.2017 услуги на общую сумму 14 063 591,36 руб. без учета НДС или 16 595 037,80 руб. с учетом НДС.

Учитывая то, что в рамках договора № 05-19/ТГ от 19.05.2017, договора подряда № 7 от 01.08.2017 договора № 4-МТК/17 от 04.07.2017 оказывались идентичные услуги с использованием одного и того же оборудования и персонала, производственные затраты, т.е. расходы на выплату заработной платы и обязательных платежей, коммунальные услуги, услуги охраны, могли быть покрыты за счет выручки, полученной от этих договоров, действовавших в один период времени.

Таким образом, неправомерные действия арбитражного управляющего ФИО2, выразившиеся в несоблюдении условий договора подряда № 7 от 01.08.2017 и договора № 4-МТК/17 от 04.07.2017 в части формирования ежемесячных перечней затрат с целью установления стоимости изготовления одной тонны металлоконструкций резервуаров в отчетном месяце, с которыми арбитражный управляющий ФИО2 был ознакомлен, привели к недополучению должником выручки за период с ноября 2017 года по август 2018 года в следующем размере:

11 901 767,64 руб. (выручка, недополученная в рамках договора подряда № 7 от 01.08.2017) + 17 855 036,59 руб. (выручка, недополученная в рамках договора № 4-МТК/17

от 04.07.2017) + 9 229 045,92 руб. (амортизация основных средств) - 16 595 037,80 руб. (выручка, полученная в рамках договора № 05-19/ТГ от 19.05.2017) = 22 390 812,35 руб.

В соответствии с разъяснениями, указанными в Постановлении от 06.09.2024 о разграничении расходов с точки зрения потребностей должника по продолжению его хозяйственной деятельности и с точки зрения сохранения имущества должника и поддержания его в надлежащем состоянии, АО «СЗ РМК» в суде первой инстанции пояснило следующее.

В рамках рассмотрения обособленного спора о разрешении разногласий между уполномоченным органом, конкурсным управляющим и кредиторами по вопросу распределения денежных средств, вырученных от продажи предмета залога, установленными определением Арбитражного суда Саратовской области от 16.08.2022, Определением Арбитражного суда Саратовской области от 30.12.2021 назначена комплексная судебная экспертиза, проведение которой поручено ООО «Экспертно-исследовательский центр».

Отвечая на вопросы суда, эксперт в заключении № 05/2022-38 привел расчеты по всем видам расходов, необходимых для обеспечения сохранности имущества должника, с разбивкой по видам расходов и по месяцам.

Кроме того, определением Арбитражного суда Саратовской области от 16.08.2022 в счет возмещения затрат по обеспечению сохранности заложенного имущества были отнесены также имущественные налоги - земельный налог и налог на имущество.

Таким образом, убытки, причиненные должнику действиями арбитражных управляющих, выражающихся в неисполнении условий заключенных договоров и занижении суммы расходов, подлежащих возмещению, с учетом средств, выплаченных залоговыми кредиторами на компенсацию затрат по обеспечению сохранности заложенного имущества, составляет:

- 8 813 581,37 руб. - убытки, причиненные незаконными действиями ФИО2;

- 27 488 382,98 руб. - убытки, причиненные незаконными действиями ФИО3

В силу статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Согласно пункту 1 статьи 393 ГК РФ должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно разъяснениям Верховного Суда Российской Федерации, изложенным в п. 12 постановления Пленума от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (п. 2 ст. 15 ГК РФ).

В силу пункта 4 ст. 20.4 Закона о банкротстве арбитражный управляющий обязан возместить должнику, кредиторам и иным лицам убытки, которые причинены в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве и факт причинения которых установлен вступившим в законную силу решением суда.

В абзаце третьем пункта 48 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.12.2004 № 29 «О некоторых вопросах практики применения Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что арбитражный

управляющий несет ответственность в виде возмещения убытков при условии, что таковые причинены в результате его неправомерных действий.

Рассматривая доводы о бездействии арбитражного управляющего ФИО2, который не заявил отказа от исполнения заведомо убыточного договора, суд первой инстанции обоснованно указал следующее.

19.05.2017 должником в лице генерального директора ФИО6 был заключен Договор № 05-19/ТГ, в соответствии с условиями которого должник обязался в срок до 31.07.2018 (пункт 4.1.) осуществить комплекс работ по изготовлению металлоконструкций из давальческого сырья и передать заказчику результат работ в виде готовой продукции - металлоконструкций резервуаров стальных общим объемом 726,005 тн. (п. 1.1.).

В соответствии с пунктом 5.1. за выполненный подрядчиком комплекс работ заказчик обязуется выплатить заказчику вознаграждение в размере 16 375 250,80 руб. в т.ч. НДС. Указанная стоимость работ является предварительной. Итоговая стоимость работ определяется по итогу выполнения работ на основании чертежей КМД/комплектовочной ведомости и рассчитывается в соответствии с весом готовой продукции. В случае поставки готовой продукции по фиксированной стоимости, такое условие указывается сторонами в соответствующей спецификации.

Таким образом, изготовление 1 тонны готовой продукции в рамках Договора № 05-19/ТГ от 19.05.2017 было оценено в 22 555,28 руб. с учетом НДС 18 %, или 19 114,64 руб. без учета НДС.

Исполнение договора № 05-19/ТГ от 19.05.2017 происходило в период март-июль 2018 года, т.е. после возложения на арбитражного управляющего ФИО2 обязанностей конкурсного управляющего должника.

В рамках производства по обособленному спору по объединенным в одно производство для совместного рассмотрения заявлений конкурсного управляющего должника ФИО2 об изменении календарной очередности погашения требований по текущим обязательствам и жалобы ФНС России в лице Управления ФНС России по Саратовской области на незаконные действия (бездействие) конкурсного управляющего акционерного общества «АП РМК» ФИО2 (итоговый судебный акт по рассмотрению данного обособленного спора - постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 01.07.2021 по делу № А57-29343/2016) по ходатайству конкурсного управляющего ФИО3 была назначена судебная бухгалтерско-экономическая экспертиза. Проведение бухгалтерско-экономической экспертизы было поручено ООО «Консалтинговая группа «СТАТУС-КОНСАЛТ».

В материалы обособленного спора поступило Заключение эксперта № 2201/1 от 22.01.2020.

В рамках исследования представленных документов для ответа на вопрос № 5, эксперт исследовал, в том числе, утвержденную конкурсным управляющим ФИО2 30.11.2017 калькуляцию себестоимости изготовления металлоконструкций, о чем в экспертом заключении сказано следующее (лист 21 поступило Заключение эксперта № 2201/1 от 22.01.2020):

«В материалах дела (лист дела 8, том 28) имеется, утвержденная конкурсным управляющим ФИО2 30.11.2017 калькуляция себестоимости изготовления металлоконструкций резервуаров из давальческого сырья. Калькуляция составлена на основании материалов квалификационных и рабочих справочников - ЕКТС работ и профессий, нормативов времени на автоматическую и полуавтоматическую сварку, ЕНиР и УНВ.

В соответствии с калькуляцией заводская себестоимость переработки 1 тонны – 32 590 руб., по полной себестоимости - 41 787 руб., плановые накопления 15% - 6 268 руб., оптовая цена - 56 705 руб. с учетом НДС.

Таким образом, нижний предел себестоимости переработки 1 тонны металла, за которым образуется убыток от выполнения договоров, составляет по заводской себестоимости - 32 590 руб., по полной себестоимости - 41 787 руб., а с учетом НДС 18 % соответственно 38 456,2 руб. и 49 308,66 руб.»

Иными словами, уже на 30.11.2018, утверждая калькуляцию себестоимости изготовления 1 тонны металлоконструкций резервуаров из давальческого сырья, арбитражный управляющий ФИО2 знал фактическую цену переработки 1 тонны металла, и, действуя добросовестно и разумно в интересах кредиторов и должника, должен был убедиться в соответствии условий всех действующих на тот момент договоров условиям осуществления производственной деятельности на условиях безубыточности.

В своих отзывах Ассоциация «РСОПАУ» и ООО «Сапфир (правопредшественник ООО «Страховая компания «АрсеналЪ») в суде первой инстанции указывали на то, что заключение эксперта № 2201/1 от 04.07.2020 содержит ответ на вопрос о том, что убыточные хозяйственные договоры должником не заключались и не выполнялись.

Однако, как и было указано в жалобе, анализ ежемесячных актов выполненных работ за весь период банкротства должника, приобщенных к материалам дела конкурсным управляющим ФИО5 02.06.2021 в рамках рассмотрения обособленного спора по разрешению разногласий, возникших между конкурсным управляющим, уполномоченным органом и конкурсными кредиторами по объединенным в одно производство заявлениям уполномоченного органа и АО «СЗ РМК», позволяет сделать вывод о том, что эксперт при ответе на вопрос о том заключались ли и исполнялись ли должником убыточные договоры, руководствовался данными, отличными от приобщенных конкурсным управляющим ФИО5, и объем услуг по производству металлоконструкций, оказанных должником в рамках договора № 05-19/ТГ от 19.05.2017 вообще не был учтён экспертом. Кроме того, для проведения эксперт эксперту был предоставлен текст договора, отличный от представленного в материалы дела.

Таким образом, при рассмотрении данного вышеуказанного обособленного спора, суд пришел к выводу, что ответ эксперта на вопрос о том, что убыточные хозяйственные договоры должником не заключались и не выполнялись не может быть признан надлежащим доказательством.

В соответствии со статьей 129 Закона о банкротстве конкурсный управляющий вправе заявлять отказ от исполнения договоров и иных сделок в порядке, установленном статьей 102 Закона о банкротстве, т.е. в отношении сделок, не исполненных сторонами полностью или частично, если такие сделки препятствуют восстановлению платежеспособности должника или если исполнение должником таких сделок повлечет за собой убытки для должника по сравнению с аналогичными сделками, заключаемыми при сравнимых обстоятельствах.

Учитывая то, что стоимость изготовления 1 тонны металлоконструкций резервуаров из давальческого сырья в рамках договора № 05-19/ТГ от 19.05.2017 составляла 22 555,28 руб. с учетом НДС 18 %, и при этом нижний предел себестоимости переработки 1 тонны металла, за которым образуется убыток от выполнения договоров, составлял на 30.11.2017 по заводской себестоимости 38 456,20 руб. с учетом НДС 18 %, арбитражный управляющий ФИО2 должен был провести анализ заключенного договора № 05-19/ТГ от 19.05.2017 и, с учетом убыточности его исполнения, заявить отказ от его исполнения.

Отчеты конкурсного управляющего, материалы дела № А57-29343/2016, в том числе и по обособленным спорам, не содержат каких-либо доказательств того, что арбитражный управляющий проводил анализ условий исполнения договора № 05-19/ТГ от 19.05.2017 или заявлял отказ от его исполнения.

Как верно указал суд первой инстанции, вывод об убыточности исполнения договора № 05-19/ТГ от 19.05.2017 арбитражный управляющий ФИО2 должен был сделать также исходя из фактически складывающейся цены изготовления 1 тонны металлоконструкций, рассчитываемой ежемесячно в рамках исполнения Договора подряда № 7 от 01.08.2017, заключенного с ООО «Регион» и Договора № 4-МТК/17 от 04.07.2017, заключенного с ООО «МТК». Так, в рамках вышеуказанных договоров, фактическая цена изготовления 1 тонны металлоконструкций (даже с учетом того, что понесенные должником производственные расходы включались в цену услуги не в полном объеме) составила:

в ноябре 2017 года - 40 611 руб. с учетом НДС; в декабре 2017 года - 69 280 руб. с учетом НДС; в январе 2017 года - 65 453 руб. с учетом НДС; в феврале 2017 года - 31 017 руб. с учетом НДС; в апреле 2017 года - 144 442 руб. с учетом НДС; в мае 2017 года - 71 021,59 руб. с учетом НДС; в июне 2017 года - 102 928,98 руб. с учетом НДС; в июле 2017 года - 23 796,15 руб. с учетом НДС.

Таким образом, фактически складывающаяся цена изготовления 1 тоны металлоконструкций значительно превышала цену, установленную договором № 05-19/ТГ от 19.05.2017, соответственно данный договор мог быть исполнен только с причинением значительного убытка должнику.

Таким образом, неправомерное бездействие арбитражного управляющего ФИО2, заключающееся в исполнении заведомо убыточного договора № 05-19/ТГ от 19.05.2017, привело к образованию убытков в следующем размере 38 456,20 руб. (минимальный порог себестоимости) * 726,005 тонн - 16 595 037,80 руб. (выручка, полученная должником от фактического исполнения договора № 05-19/ТГ от 19.05.2017) = 11 324 355,68 руб. с учетом НДС.

Относительно неисполнения арбитражным управляющим ФИО3 условий договора № 4-МТК/17 от 04.07.2017, заключенного с ООО «МТК» суд первой инстанции указал следующее.

В период с даты назначения арбитражного управляющего ФИО3 конкурсным управляющим должника (Определение Арбитражного суда Саратовской области от 26.12.2018 (резолютивная часть объявлена 19.12.2018)) и до даты его отстранения (Определение Арбитражного суда Саратовской области от 05.02.2021 (резолютивная часть объявлена 29.01.2021)) должник осуществлял производственную деятельность в рамках договора № 4-МТК/17 от 04.07.2017, заключенного с ООО «МТК».

В период с 01.04.2018 и до отстранения арбитражного управляющего ФИО2 от исполнения обязанностей конкурсного управляющего (Определение Арбитражного суда Саратовской области от 02.10.2018) должник осуществлял производственную деятельность в рамках договора № 4-МТК/17 от 04.07.2017, заключенного с ООО «МТК».

Оказанные должником услуги по изготовлению металлоконструкций в рамках договора № 4-МТК/17 от 04.07.2017, заключенного с ООО «МТК», должны были быть оплачены следующим образом:

в соответствии с пунктом 5.2. стоимость работ поставщика (должника) по изготовлению одной тонны готовой продукции определяется ежемесячно как произведение фактических затрат поставщика по изготовлению готовой продукции в течение отчетного месяца (без учета НДС) в соответствии с перечнем затрат, согласованным сторонами в приложении № 1 к договору, на коэффициент 1,01, разделенное на количество тонн готовой продукции, произведенной в отчетном месяце согласно отчета поставщика.

В приложении № 1 к договору № 4-МТК/17 от 04.07.2017 установлен перечень разновидностей фактических затрат подрядчика.

Определение состава и сумм затрат за отчетный месяц производилось в соответствии с пунктом 5.5. договора № 4-МТК/17 от 04.07.2017, согласно которому подрядчик ежемесячно в срок до 15 числа месяца, следующего за отчетным, предоставлял на согласование заказчику расчёт суммы фактических затрат по согласованной сторонами форме. Заказчик согласовывал представленный должником расчет или направлял должнику письменные возражения.

Таким образом, инициатива по включению либо не включению затрат, а также размер включенных затрат исходил от подрядчика (должника).

С учетом даты направления заказчику ежемесячного перечня затрат, акты выполненных работ и ежемесячные перечни затрат к ним за период с декабря 2018 по январь 2021 подписаны конкурсным управляющим ФИО3

В отчетах конкурсного управляющего должника содержатся сведения о расходах Должника на выплату заработной платы, обязательных платежей, коммунальные услуги, услуги охраны. Исходя из анализа сведений, содержащихся в отчете конкурсного управляющего должника и ежемесячных перечнях затрат, подписанных в рамках договора № 4-МТК/17 от 04.07.2017, арбитражный управляющий ФИО3 не в полном объеме включал в ежемесячные перечни затрат по договору № 4-МТК/17 от 04.07.2017.

Помимо расходов, размер которых включался конкурсным управляющим в отчет, в стоимость услуг по изготовлению металлоконструкций в соответствии с Приложением № 1 к договору № 4-МТК/17 от 04.07.2017 должна была быть включена амортизация основных средств за отчетный период, однако в ежемесячные перечни затрат, предъявленных арбитражным управляющим ФИО3 Заказчику (ООО «МТК») амортизация основных средств в период декабрь 2018 года январь 2021 года не включалась.

В соответствии со справкой, выданной конкурсным управляющим ФИО5 амортизация основных средств за период декабрь 2018 года по январь 2021 года составила 14 033 774,64 руб. без учета НДС.

Как видно из вышеизложенного, арбитражный управляющий ФИО3 за период с декабря 2018 года по январь 2021 года не включил в состав затрат, формирующих цену услуги должника по изготовлению металлоконструкций, затраты должника в общем размере 48 246 644,10 руд .без учета НДС, складывающиеся из невключенных затрат, указанных в таблице № 3 размере 34 212 869,46 руб. без учета НДС, а также расходы на амортизацию основных средств в размере 14 033 774,64 руб. без учета НДС.

Исходя из формулировки пункта 5.2. Договора № 4-МТК/17 от 04.07.2017 г стоимость услуг Должника в каждом месяце складывалась как произведение фактических затрат на производство продукции (без учета НДС) на коэффициент 1,01. Кроме того, на сумму стоимости услуг начислялся НДС.

Учитывая вышеизложенное, неправомерные действия арбитражного управляющего ФИО3, выразившиеся в несоблюдение условий Договора № 4-МТК/17 от 04.07.2017 в части формирования ежемесячных перечни затрат с целью установления стоимости изготовления одной тонны металлоконструкций резервуаров в отчетном месяце, с которыми арбитражный управляющий ФИО3 был ознакомлен, привели к недополучению должником выручки за период декабрь 2018 года по январь 2021 года в размере 48 246 644,10 руб. х 1,01 + НДС = 58 474 932,65 руб.

Виды затрат, перечисленных в Приложении № 1 к Договору № 4-МТК/17 от 04.07.2017., соответствуют определению прямых и косвенных затрат, которые, в соответствии со статьями 318, 319 НК РФ, относятся к затратам на производство и реализацию и входят в состав себестоимости продукции, работ, услуг. Включение затрат, предусмотренных Приложением № 1 к договору № 4-МТК/17 от 04.07.2017, в состав цены

услуг по изготовлению металлоконструкций не в полном объеме привело к реализации услуг должника ниже себестоимости, и, соответственно, к получению убытка.

Определением Арбитражного суда Саратовской области от 05.02.2021, оставленным без изменения постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.04.2021 и постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 07.10.2021 действия арбитражного управляющего ФИО3, выразившиеся в непринятии решения о прекращении хозяйственной деятельности должника были признаны незаконными.

Включение затрат, предусмотренных Приложением № 1 к Договору № 4-МТК/17 от 04.07.2017, в состав цены услуг по изготовлению металлоконструкций не в полном объеме привело также к недополучению должником выручки, невозможности своевременного исполнения должником обязательств по выплате заработной плате работникам и оплате обязательных платежей, и, следовательно, росту задолженности по текущим платежам как в части основного долга, так и в части штрафных санкций, начисляемых в соответствии с ТК РФ и НК РФ за несвоевременную выплату заработной платы и обязательных платежей, что не может быть квалифицировано, как действия, направленные на достижение целей процедуры конкурсного производства - соразмерного удовлетворения требований кредиторов.

Постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.07.2020 по делу № А57-29343/2016, были разрешены разногласия между ФНС России и конкурсным управляющим должника по вопросу отнесения текущих обязательств должника перед ООО «РН-Энерго», ПАО «Саратовэнерго», Саратовское отделение МУПП «Саратовводоканал», Концессии водоснабжения – Саратов, ООО «Газпром межрегионгаз Саратов» в общей сумме 59 913 066,15 руб. за период с декабря 2016 по май 2019 к текущим требованиям четвертой очереди. При этом определено, что текущие требования ООО «РН-Энерго», ПАО «Саратовэнерго», Саратовское отделение МУПП «Саратовводоканал», Концессии водоснабжения – Саратов, ООО «Газпром межрегионгаз Саратов» в сумме 48 075 500 руб. за период с декабря 2016 по май 2019 к четвертой очереди удовлетворения, а текущие требования в сумме 7 684 000 руб. за период с декабря 2016 по май 2019 к пятой очереди удовлетворения.

Судом учтено, что в постановлении Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.07.2020 по делу № А57-29343/2016 установлено, что фактически 14% обязательств должника перед ресурсоснабжающими организациями возникло в результате осуществления должником хозяйственной деятельности и поэтому являются текущими требованиями пятой очереди, а 86% - в целях сохранения имущества должника и поддержания его в надлежащем состоянии и являются текущими требованиями четвертой очереди.

В своих отзывах в суде первой инстанции Ассоциация «РСОПАУ» и ООО «Сапфир» (правопредшественник ООО «Страховая компания «АрсеналЪ») ссылались на то, постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.07.2020 по делу № А57-29343/2016 были определены пропорции отнесения расходов должника по текущим обязательствам перед ресурсоснабжающими организациями: 86% расходов должника были понесены в обеспечением сохранности активов, в связи с обеспечением сохранности активов, в связи с продолжением хозяйственной деятельности - 14%, соответственно арбитражные управляющие не были обязаны включать все понесенные расходы в ежемесячные перечни.

Указанные доводы отклонены судом первой инстанции, поскольку постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.07.2020 по делу № А57-29343/2016 были разрешены разногласия между Федеральной налоговой службой и конкурсным управляющим по вопросу от отнесения текущих обязательств Должника по оплате коммунальных услуг за определенный период времени к четвертой и пятой очередности

платежей, какого-либо соотношения затрат с производством конкретной продукции в определенном месяце данным судебным актом не установлено.

Анализ же ежемесячных актов выполненных работ с перечнями затрат и их соотнесение с затратами, указанными в отчетах конкурсных управляющих, позволяет сделать вывод о том, что арбитражные управляющие ФИО2 и ФИО3 не включали в перечни затраты, прежде всего связанные с оплатой труда работников и уплатой обязательных платежей, затраты же на коммунальные услуги и охрану, наоборот, были включены в данные перечни в полном объеме.

До настоящего времени арбитражные управляющие ФИО2 и ФИО3 не представили какие-либо расчеты, позволяющие сделать выводы о том, что расходы или их часть обоснованно не должны были быть включены в перечни затрат и. соответственно, в цену продукции.

В соответствии со статьей 5, 134 Закона о банкротстве имеют приоритет в погашении по сравнению с реестровыми платежами, поэтому, наличие задолженности по текущим платежам, образованным в результате текущей деятельности, привело к необходимости погашения этих текущих платежей за счет сформированной конкурсной массы, соответственно существенно уменьшило размер денежных средств, который должен был быть направлен на удовлетворение требований незалоговых кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов Должника, чем нарушило права и законные интересы кредиторов.

Относительно заключения арбитражным управляющим ФИО3 заведомо убыточных для должников договоров суд указал следующее.

28.12.2018 арбитражный управляющий ФИО3, действуя от имени должника, заключил договор хранения с ООО «НПП ГАЗЭНЕРГОХИМ», в соответствии с условиями которого должник обязался принимать на хранение, хранить на своей территории и выдавать по первому требованию товар Поклажедателя (ООО «НПП ГАЗЭНЕРГОХИМ») (п. 1.1.-1.2. договора хранения от 28.12.2018).

Иными обязательствами должника в рамках договора хранения от 28.12.2018 являлись:

ведение учета и предоставление по запросу поклажедателя отчетности о количестве хранящихся товаров (п. 3.2.3.);

исключение возможности доступа третьих лиц к хранимым товарам (п. 3.2.4.);

организация погрузо-разгрузочных работ при приеме товаров на хранение, а также при выдаче товаров по распоряжению поклажедателя третьим лицам (п. 3.2.5.).

В соответствии с пунктами 5.1. и 5.2. договора хранения от 28.12.2018 должник обязался отвечать за утрату, недостачу или повреждение товаров, принятых на хранение, а также возместить поклажедателю убытки, причиненные поклажедателю утратой, недостачей или повреждением товара.

Срок действия договора хранения от 28.12.2018 до 01.08.2021.

В соответствии с п.п. 2.1., 2.2. Договора хранения от 28.12.2018 хранение товаров осуществляется безвозмездно, расчет за предоставляемые услуги не производится.

В рамках Договора хранения от 28.12.2018 на хранение Должнику были переданы металлоконструкции резервуаров общей массой 144,957 т.

До настоящего времени имущество Поклажедателю не возвращено.

28.12.2018 арбитражный управляющий ФИО3 заключил договор хранения № 1 с ООО ТД «Резервуарные металлоконструкции» на условиях, аналогичных договору хранения от 28.12.2018.

Срок действия договора сторонами определен не был.

26.08.2020 в рамках договора хранения № 1 от 26.08.2020 на хранение должнику было передано оборудование общей массой 0,24 т., 21.12.2020 - оборудование общей массой 0,488 т., 20.01.2021 - металлоконструкции общей массой 386,31 т.

До настоящего времени имущество поклажедателю не возвращено.

Таким образом, в период действия двух договоров хранения должник принял на хранение имущество третьих лиц общей массой 531,26 т.

Принятое на хранение имущество (металлоконструкции резервуаров) является крупногабаритным (фотографии хранимого имущества прилагаются к жалобе), погрузо-разгрузочные работы в отношении данного оборудования могут быть осуществлены только с использование специальных грузоподъемных механизмов, а также работников, имеющих специальную подготовку (машинисты кранов, стропальщики), хранение металлоконструкций резервуаров осуществляется на железнодорожных платформах.

Хранение имущества осуществлялось на территории должника.

Таким образом, для выполнения условий вышеуказанных договоров хранения должник должен был понести следующие затраты:

проведение погрузо-разгрузочных работ при принятии имущества на хранение и его возврате, а также при необходимости перемещения хранимого имущества по территории Должника, при этом, учитывая специфику хранящегося имущества, для осуществления погрузо-разгрузочных работ Должником должны были быть привлечены работники (машинисты кранов, стропальщики, лица, ответственные за безопасность проводимых работ и т.д.), а также использовано имущество должника (краны иные грузоподъемные механизмы, стропы и т.д.);

осуществление хранения. Учитывая специфику хранимого имущества для его хранения было использовано имущество должника - железнодорожные платформы;

обеспечение сохранности имущества. Охранные услуги в период действия договоров хранения оказывались привлеченными охранными организациями, услуг которых оплачивались Должником;

учет хранимого товара, предоставление отчетности. Для осуществления этих функций должны были быть привлечены складские работники должника и работники бухгалтерии.

Таким образом, для исполнения условий договоров хранения должник должен был привлечь определенный круг работников, использовать свое имущество, а также привлечь стороннюю охранную организация. Всё это подразумевает под собой необходимость несения должником определенных расходов: на выплату заработной оплаты работникам и взносов; на содержание имущества; на оплату услуг привлеченной охранной организации. Кроме того, должник должен был отвечать за утрату, недостачу или повреждение имущества, а также возместить поклажедателям возможные убытки.

Срок действия договора хранения от 28.12.2018 (до 01.08.2021) значительно превышал срок конкурсного производства, установленного судом на дату заключения договора, срок действия договора хранения № 1 от 26.08.2020 вообще установлен не был.

Заключая подобные договоры, арбитражный управляющий ФИО3, действуя добросовестно и разумно в интересах должника и кредиторов, должен был предусмотреть все возможные расходы, которые мог понести должник в результате исполнения условий договоров, и предусмотреть достаточный размер компенсации этих расходов, однако арбитражный управляющий ФИО3 заключил от имени Должника договоры хранения на условиях безвозмездности.

По общему правилу договор хранения является возмездным (пункт 1 статьи 896 ГК РФ). Возмездность договора выражается в необходимости для поклажедателя уплатить хранителю вознаграждение. Хранение может быть безвозмездным, если это прямо указано в договоре хранения (пункт 5 статьи 896, пункт 3 статьи. 891, пункт 2 статьи 897 ГК РФ). Хранение, осуществляемое безвозмездно, не противоречит закону и не является дарением, поскольку хранение вещи без выплаты вознаграждения не является ни безвозмездной передачей вещи или имущественного права, ни договорным освобождением от имущественной обязанности, так как такая обязанность (уплатить вознаграждение за хранение) не установлена ни нормами главы 47 ГК РФ, ни договором.

Таким образом, формально арбитражный управляющий ФИО3, заключая безвозмездные договоры хранения, не нарушал нормы действующего законодательства. Однако, процедура конкурсного производства, регулируемая специальными нормами Закона о банкротстве, предусматривает возможность заключения конкурсным управляющим сделок исключительно для реализации целей конкурсного производства. Безвзмездность договоров хранения, по сути, привела к тому, что расходы, которые понес Должник для исполнения условий договоров хранения фактически должны были быть покрыты за счет конкурсной массы, соответственно уменьшив её размер, что привело к нарушению прав и законных интересов кредиторов должника.

Кроме того, заключая бессрочные договоры либо договоры со сроком, значительно превышающем срок конкурсного производства, конкурсный управляющий должен был предполагать, что основными мероприятиями, проводимыми в рамках конкурсного производства являются обнаружения имущества, принадлежащего должнику, его оценка и реализация в порядке, предусмотренном законом о банкротстве, для целей наиболее полного удовлетворения денежных требований кредиторов. Следовательно, арбитражный управляющий ФИО3 должен был предполагать необходимость скорейшей реализации имущества должника, в том числе земельных участков, оборудования, а также необходимость прекращения трудовых договоров с работниками. Соответственно, арбитражный управляющий ФИО3 должен был предполагать возможность того, что в определенный момент должник не сможет исполнить условия договоров хранения в связи с отсутствием у него территории, на которой можно осуществлять хранение, оборудования и работников для организации погрузо-разгрузочный работ и т.п., что приведет к необходимости привлечения третьих лиц для осуществления хранения и организации погрузо-разгрузочных работ, и, как следствие, приведет к дополнительным расходам за счет конкурсной массы.

Арбитражный управляющий является профессиональным участником в деле о банкротстве, и все его действия, осуществляемые в процедуре банкротства, должны быть обусловлены, в первую очередь, защитой и соблюдением интересов должника и конкурсных кредиторов, и выполняться в строгом соответствии и порядком, установленном Законом о банкротстве.

В своих отзывах Ассоциация «РСОПАУ» и ООО «Сапфир» (правопредшественник ООО «Страховая компания «АрсеналЪ») ссылаются на то, что заявителем не представлено доказательств несения должником затрат в рамках заключенных арбитражным управляющим ФИО3 договора хранения от 28.12.2018 и договора хранения № 1 от 26.08.2020, а также на то, что заявитель имел право обратиться к конкурсному управляющему с предложением о расторжении данных договоров.

Следует отметить, что конкурсные кредиторы не были осведомлены о том, что арбитражным управляющим ФИО3 были заключены договоры хранения от 28.12.2018 и договора хранения № 1 от 26.08.2020, а также об условиях данных договоров, поскольку указанные договоры не были указаны арбитражным управляющим ФИО3 в своих отчетах.

Заявитель узнал о наличии данных договоров только при приемке у конкурсного управляющего ФИО5 имущества, оставленного им за собой, поскольку имущество третьих лиц, принятое должником на хранение в соответствии с условиями договора хранения от 28.12.2018 и договора хранения № 1 от 26.08.2020 располагалось на земельном участке (территории предприятия), принятой Заявителем.

Арбитражный управляющий является профессиональным участником в деле о банкротстве, и все его действия, осуществляемые в процедуре банкротства, должны быть обусловлены, в первую очередь защитой и соблюдением интересов должника и конкурсных кредиторов, и выполняться в строго в соответствии и порядком, установленном законом о банкротстве.

Действия арбитражного управляющего ФИО3 по заключению и исполнению договора хранения от 28.12.2018 и договора хранения № 1 от 26.08.2020 на условия безвозмездности нарушают права и законные интересы кредиторов должника, ведут к необходимости несения должником дополнительных затрат, покрываемых из конкурсной массы должника.

Ассоциацией «РСОПАУ» заявлено о пропуске срока исковой давности в отношении пунктов жалобы, относительно действий (бездействий) ФИО2

Как следует из материалов дела, определением Арбитражного суда Саратовской области от 19.04.2017 № А57-29343/2016 требования ПАО Сбербанк включены в реестр требований должника в третью очередь в сумме 186 833 221,90 руб., в том числе:

- по кредитному договору <***> от 26.02.2016 в сумме 103 864 797,65 руб., из которых: просроченная ссудная задолженность – 100 000 000 руб., просроченная задолженность по процентам – 3 769 241,04 руб., неустойка за просрочку платы за обслуживание кредита - 811,48 руб., неустойка за несвоевременную уплату процентов – 94 745,13 руб., как обеспеченные залогом имущества должника;

- по кредитной сделке № 54/8622/047/5662/04 от 08.04.2016, заключенной в рамках генерального соглашения № 5662-774 от 04.12.2013 в сумме 81 641 045,45 руб., из которых: просроченная ссудная задолженность - 80 000 000 руб., просроченная задолженность по процентам - 1 552 402,61руб., неустойка за несвоевременную уплату процентов - 88 642,84 руб., как обеспеченные залогом имущества должника.

Определением Арбитражного суда Саратовской области от 03.09.2018 по делу № А57-29343/2016 было осуществлено процессуальное правопреемство ПАО Сбербанк, заменён кредитор ПАО Сбербанк на кредитора - ООО «СБК ПАРИТЕТ» в третьей очереди реестра требований кредиторов должника АО «АП РМК» с суммой требования в размере 185 505 843,10 руб.

Определением Арбитражного суда Саратовской области от 23.01.2020 по делу № А57- 29343/2016 было осуществлено процессуальное правопреемство ООО «СБК ПАРИТЕТ», заменён кредитор ООО «СБК ПАРИТЕТ» на кредитора ООО «Регион» в третьей очереди реестра требований кредиторов должника АО «АП РМК» с суммой требования в размере 185 505 843,10 руб.

Определением Арбитражного суда Саратовской области от 24.12.2020 по делу № А57-29343/2016 было осуществлено процессуальное правопреемство: конкурсный кредитор ООО «Регион» был заменен на правопреемника - Акционерное общество «Саратовский завод РМК» с суммой требования 185 505 843,10 руб.

Как установлено судом в постановлении Арбитражного суда Поволжского округа от 06.09.2024 ФНС России в рамках настоящего дела о банкротстве 24.04.2018 обратилась в Арбитражный суд Саратовской области с жалобой на действия (бездействие) арбитражного управляющего ФИО2, выразившиеся, в том числе, в непрекращении с 29.11.2017 производственной деятельности должника и ведении в ходе конкурсного производства убыточной производственно-хозяйственной деятельности.

В отзыве на заявления Ассоциация «РСОПАУ» указывает, что учитывая цепочку процессуальных правопреемств, заявитель жалобы узнал или должен был узнать об обстоятельствах, указываемых в жалобе, при ознакомлении с жалобой ФНС на ФИО2(трехгодичный срок истек 24.04.2021).

Определением Арбитражного суда Саратовской области от 02.10.2018 по делу № А57-29343/2016 арбитражный управляющий ФИО2 был отстранен от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника, а заявитель обратился с настоящей жалобой в арбитражный суд 23.11.2021. Таким образом, по мнению ассоциации «РСОПАУ», заявителем пропущен срок исковой давности на подачу жалобы с требованием о взыскании убытков в отношении действий (бездействия) арбитражного управляющего ФИО2

В суде апелляционной инстанции заявители жалоб также ссылаются на пропуск срока давности на предъявление требований о взыскании убытков.

Суд первой инстанции рассмотрел и обоснованно отказал в удовлетворении заявленного ходатайства о пропуске срока исковой давности в силу следующего.

Статьями 195 и 196 ГК РФ установлен срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено (исковая давность); общий срок исковой давности устанавливается в три года.

На основании пункта 2 статьи 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (статья 200 ГК РФ).

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 1 постановления от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» разъяснил, что исходя из статьи 195 ГК РФ под правом лица, подлежащим защите судом, следует понимать субъективное гражданское право конкретного лица. Если иное не установлено законом, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо, право которого нарушено, узнало или должно было узнать о совокупности следующих обстоятельств: о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права

В объем субъективного гражданского права входит не только правомочие требования (возможность требовать от обязанного субъекта исполнения возложенных на него обязанностей), но и правомочие на защиту - возможность использования контрольно-принудительных мер в случаях нарушения субъективного права.

Закон о банкротстве (как в прежних, так и в действующей редакциях) предоставляет самостоятельно избирать способ защиты нарушенного права, в том числе обратиться в суд с иском (заявлением) о взыскании убытков, независимо от наличия или отсутствия судебного акта о признании действий (бездействия) арбитражного управляющего незаконными. Тот факт, что действия (бездействие) арбитражного управляющего не были признаны в судебном порядке незаконными, сам по себе не является основанием для отказа в удовлетворении иска (заявления) о возмещении убытков, причиненными таким действиями (бездействием). В названном случае суд оценивает законность и обоснованность действий (бездействия) арбитражного управляющего при рассмотрении иска (заявления) о возмещении убытков.

В то же время должник, кредитор и иное заинтересованное лицо в равной мере наделены возможностью, предоставленной Законом о банкротстве, осуществлять защиту своих нарушенных прав посредством оспаривания конкретных действий (бездействия) конкурсного управляющего с целью устранения правовой неопределенности, возникшей во взаимоотношениях с управляющим в рамках процедур банкротства несостоятельного должника.

Исходя из принципа равенства всех перед законом и судом, лицо, прибегнувшее к судебной защите нарушенных прав посредством обжалования действий (бездействия) арбитражного управляющего, не может быть поставлено в худшее положение в сравнение с ситуацией обращения в суд непосредственно с иском (заявлением) о возмещении убытков. Иное бы означало, что невозможность восстановления имущественной сферы такого лица обуславливается длительностью судебного разбирательства, осуществляемого в рамках рассмотрения жалобы на действия (бездействие) арбитражного управляющего, и (или) поведением самого арбитражного управляющего, не устранившего самостоятельно и в полном объеме допущенные нарушения прав и законных интересов лица, по

заявлению которого соответствующие действия (бездействие) в судебном порядке признаны незаконными.

В подобной ситуации лицо, полагающее, что действиями (бездействием) арбитражного управляющего нарушаются его права и законные интересы, должно будет всякий раз, с целью исключения для себя негативных последствий в виде отказа в защите нарушенного права по причине пропуска срока исковой давности, обращаться в суд с требованием о взыскании убытков, даже будучи неуверенным в незаконности совершенных арбитражным управляющим действий (бездействия), что не соответствует целям и задачам гражданского законодательства, а также влечет снижение эффективности предусмотренного законодательством о банкротстве института обжалования действий (бездействия) арбитражного управляющего. Напротив, последовательная защита нарушенных прав предусмотренными законом способами (оспаривание действий (бездействия) арбитражного управляющего и предъявление требования о взыскании убытков по основанию незаконности таких действий (бездействия)), соответствует разумному ожиданию участников спорных отношений, основанному на преюдициальной судебной оценке их поведения, и не может не учитываться при исчислении срока исковой давности.

Аналогичная позиция изложена в постановлении Арбитражного суда Дальневосточного округа от 14.10.2019 (Определением ВС РФ от 20.01.2020 в передаче дела для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации отказано), где суд пришел к выводу о том, что применительно к пункту 1 статьи 204 ГК РФ срок исковой давности по требованию о возмещении убытков, причиненных действиями (бездействием) арбитражного управляющего, в зависимости от фактических обстоятельств спорных правоотношений, не - течет в период рассмотрения арбитражным судом спора (жалобы) о законности соответствующих действий арбитражного управляющего.

Действия арбитражного управляющего ФИО2 по ведению убыточной производственной деятельности признаны незаконными определением Арбитражного суда Саратовской области от 08.12.2020, оставленными без изменения постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.04.2021.

Определением Арбитражного суда Саратовской области от 05.02.2021, оставленным без изменения постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.04.2021 и постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 07.10.2021 действия арбитражного управляющего ФИО3, выразившиеся в непринятии решения о прекращении хозяйственной деятельности должника были признаны незаконными.

Как уже было ранее установлено судом, конкурсные кредиторы не были осведомлены о том, что арбитражным управляющим ФИО3 были заключены договоры хранения от 28.12.2018 и № 1 от 26.08.2020, а также об условиях данных договоров, поскольку указанные договоры не были указаны арбитражным управляющим ФИО3 в своих отчетах.

Заявитель узнал о наличии данных договоров только при приемке у конкурсного управляющего ФИО5 имущества, оставленного им за собой, поскольку имущество третьих лиц, принятое должником на хранение в соответствии с условиями договора хранения от 28.12.2018 и договора хранения № 1 от 26.08.2020 располагалось на земельном участке (территории предприятия), принятой заявителем.

Арбитражным судом Саратовской области также было установлено, что ежемесячные акты выполненных работ с приложенными к ним расшифровками ежемесячных затрат, впервые были приобщены к материалам дела конкурсным управляющим ФИО5 02.06.2021 в рамках рассматриваемого обособленного спора по разрешению разногласий, возникших между конкурсным управляющим и уполномоченным органом и конкурсными кредиторами.

До приобщения данных документов к материалам дела у заявителя отсутствовала возможность ознакомления с ними, поскольку данные документы не были представлены конкурсными управляющими в качестве приложений к отчетам.

С этой датой связано начало течения срока исковой давности. Каких-либо доказательств того, что ежемесячные акты выполненных работ с приложенными к ним расшифровками ежемесячных затрат, позволяющие сделать вывод о нарушении арбитражными управляющими условий договоров, были доступны кредиторам ранее этой даты, заявителями не представлены.

Кроме того, суд отмечает, что затраты должника неоднократно были предметом рассмотрения в рамках иных обособленных споров, ходатайства об истребовании документов заявлялось в рамках судебных процессов, отклонялись судом, при этом конкурсному управляющему предлагалось добровольно представить истребуемые документы (определение Арбитражного суда Саратовской области от 29.07.2020), однако арбитражные управляющие ФИО2 и ФИО3 неоднократно уклонялись от предоставления в суд каких-либо расшифровок затрат.

Таким образом, вопреки доводам апелляционных жалоб ООО «Сапфир» и Ассоциация «РСОПАУ», в соответствии с пунктом 1 статьи 200 ГК РФ срок исковой давности по настоящему обособленному спору начинает течь с 02.06.2021 и заявителем не пропущен.

Кроме того, рассматривая требования о взыскании убытков, суд первой инстанции обоснованно руководствовался следующим.

Согласно пункту 1 статьи 61.20 Закона о банкротстве в случае введения в отношении должника процедуры, применяемой в деле о банкротстве, требование о возмещении должнику убытков, причиненных ему лицами, уполномоченными выступать от имени юридического лица, членами коллегиальных органов юридического лица или лицами, определяющими действия юридического лица, в том числе учредителями (участниками) юридического лица или лицами, имеющими фактическую возможность определять действия юридического лица.

Нормы статьи 15 ГК РФ устанавливают, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо произвело или должно будет произвести для восстановления его нарушенного права, а также утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб) и неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков.

Как предусмотрено пункте 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» само по себе участие в органах должника не свидетельствует о наличии статуса контролирующего его лица. Исключение из этого правила закреплено в подпунктах 1 и 2 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, установивших круг лиц, в отношении которых действует опровержимая презумпция того, что именно они определяли действия должника.

В пункте 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве приводится открытый перечень обстоятельств, свидетельствующих о наличии возможности определять действия должника:

нахождение с должником в отношениях родства, должностного положения;

наличие доверенности либо иного специального полномочия, в силу которого лицо может совершать сделку от имени должника;

наличие должностного положения (например, замещение должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо должности, позволяющей определять действия должника);

иным образом, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника.

Пунктом 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» установлена презумпция отнесения лица к числу контролирующих должника, если лицо извлекло выгоду из недобросовестного поведения руководителя должника.

В соответствии с этим правилом контролирующим может быть признано лицо, извлекшее существенную (относительно масштабов деятельности должника) выгоду в виде увеличения (сбережения) активов, которая не могла бы образоваться, если бы действия руководителя должника соответствовали закону, в том числе принципу добросовестности.

Так, в частности, предполагается, что контролирующим должника является третье лицо, которое получило существенный актив должника (в том числе по цепочке последовательных сделок), выбывший из владения последнего по сделке, совершенной руководителем должника в ущерб интересам возглавляемой организации и ее кредиторов (например, на заведомо невыгодных для должника условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.) либо с использованием документооборота, не отражающего реальные хозяйственные операции, и т.д.). Опровергая названную презумпцию, привлекаемое к ответственности лицо вправе доказать свою добросовестность, подтвердив, в частности, возмездное приобретение актива должника на условиях, на которых в сравнимых обстоятельствах обычно совершаются аналогичные сделки.

Также предполагается, что является контролирующий выгодоприобретатель, извлекший существенные преимущества из такой системы организации предпринимательской деятельности, которая направлена на перераспределение (в том числе посредством недостоверного документооборота), совокупного дохода, получаемого от осуществления данной деятельности лицами, объединенными общим интересом (например, единым производственным и (или) сбытовым циклом), в пользу ряда этих лиц с одновременным аккумулированием на стороне должника основной долговой нагрузки. В этом случае для опровержения презумпции выгодоприобретатель должен доказать, что его операции, приносящие доход, отражены в соответствии с их действительным экономическим смыслом, а полученная им выгода обусловлена разумными экономическими причинами.

В пункте 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» от 21.12.2017 № 53 указано, что «если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключены под влиянием лица, определившего существенные условия этих сделок, такое лицо подлежит признанию контролирующим должника».

Исходя из вышеизложенного следует вывод, что контролирующим должника лицом является лицо, имевшее (имеющее) фактическую возможность давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия независимо от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности.

Привлечение к гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков возможно при наличии условий, предусмотренных законом.

По смыслу пункта 1 статьи 129 Закона о банкротстве именно конкурсный управляющий, являющийся профессиональным участником отношений в сфере банкротства, наделен компетенцией по оперативному руководству процедурой конкурсного производства. В круг основных обязанностей конкурсного управляющего входит формирование конкурсной массы. Для достижения этой цели арбитражный управляющий обязан принимать управленческие решения, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц, он вправе по своей инициативе подавать в суд заявления о признании сделок недействительными (подпункты 2 и 3 статьи 129, пункт 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве).

Положения подпунктов 1 и 2 статьи 61.9 Закона о банкротстве, согласно которым заявления об оспаривании сделок должника также могут быть поданы конкурсным кредитором, размер задолженности перед которым составляет более 10 процентов от общего размера кредиторской задолженности, либо конкурсным управляющим по решению собрания (комитета) кредиторов, не могут быть истолкованы таким образом, что неоспаривание арбитражным управляющим сделок должника оправдано до тех пор, пока иное не установлено собранием (комитетом) кредиторов, а наличие в деле о банкротстве мажоритарных кредиторов переносит на последних обязанность по обращению в суд с заявлениями о признании сделок недействительными. Приведенные нормы направлены на расширение полномочий отдельных кредиторов и предоставление собранию (комитету) кредиторов возможности понудить арбитражного управляющего к реализации ликвидационных мероприятий в ситуации, когда он, уклоняясь от оспаривания сделок, неправомерно бездействует.

Таким образом, необоснованным является вывод о том, что кредитор вправе обжаловать бездействие арбитражного управляющего, выразившееся в неоспаривании сделки должника, лишь после отказа (уклонения) арбитражного управляющего от выполнения соответствующего решения собрания (комитета) кредиторов или предложения отдельного кредитора.

В силу пункта 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве конкурсный управляющий несет самостоятельную обязанность действовать в интересах должника и кредиторов добросовестно и разумно. Данную обязанность управляющий исполняет вне зависимости от того, обращались к нему кредиторы с какими-либо предложениями либо нет. Это означает, что меры, направленные на пополнение конкурсной массы, в частности с использованием механизмов оспаривания подозрительных сделок должника, планирует и реализует прежде всего сам арбитражный управляющий как профессионал, которому доверено текущее руководство процедурой банкротства.

Аналогичный правовой подход изложен в Определении ВС РФ от 07.11.2017 № 306-ЭС16-4837.

В соответствии с пунктом 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве арбитражный управляющий обязан возместить должнику, кредиторам и иным лицам убытки, которые причинены в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве и факт причинения которых установлен вступившим в законную силу решением суда.

В абзаце третьем пункта 48 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.12.2004 № 29 «О некоторых вопросах практики применения Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что арбитражный управляющий несет ответственность в виде возмещения убытков при условии, что таковые причинены в результате его неправомерных действий.

Вышеизложенные бездействия свидетельствуют о причинении убытков, связанных с недополучением должником выручки в размере: 11 901 767,64 руб. (выручка, недополученная в рамках договора подряда № 7 от 01.08.2017) + 17 855 036,59 руб. (выручка, недополученная в рамках договора № 4-МТК/17 от 04.07.2017) + 9 229 045,92

руб. (амортизация основных средств) – 16 595 037,80 руб. (выручка, полученная в рамках договора № 05-19/ТГ от 19.05.2017) = 22 390 812,35 руб.

Согласно уточнениям АО «СЗ РМК», ввиду выводов заключения эксперта № 05/2022-38, убытки, причиненные должнику действиями арбитражных управляющих, выражающихся в неисполнении условий заключенных договоров и занижении суммы расходов, подлежащих возмещению, с учетом средств, выплаченных залоговыми кредиторами на компенсацию затрат по обеспечению сохранности заложенного имущества, составляет:

- 8 813 581,37 руб. - убытки, причиненные незаконными действиями ФИО2;

- 27 488 382,98 руб. - убытки, причиненные незаконными действиями ФИО3

До введения процедуры конкурсного производства был заключен договор № 05-19/ТГ от 19.05.2017 с ООО НП «Технолог-Гидромаш».

Исполнение договора № 05-19/ТГ от 19.05.2017 г. происходило в период март-июль 2018 года, т.е. после возложения на арбитражного управляющего ФИО2 обязанностей конкурсного управляющего должника.

Одна тонна готовой продукции в рамках указанного договора была оценена в 22 555,28 руб. с учетом НДС 18 % или 19 114,64 руб. без учета НДС.

Вместе с тем, в результате проведенной судебной бухгалтерско-экономической экспертизы в рамках другого обособленного спора (итоговый судебный акт по рассмотрению данного обособленного спора - Постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 01.07.2021) был установлен нижний предел себестоимости переработки 1 тонны металла, за которым образуется убыток от выполнения договоров: по заводской себестоимости - 32 590 руб., по полной себестоимости - 41 787 руб., а с учетом НДС 18 % соответственно 38 456,2 руб. и 49 308,66 руб. соответственно.

Следовательно, заявленная в рамках договора № 05-19/ТГ от 19.05.2017 стоимость изготовления 1 тонны металлоконструкций резервуаров из давальческого сырья в размере 22 555,28 руб. (с учетом НДС 18 %) была занижена на 42 % от нижнего предела себестоимости переработки 1 тонны металла, за которым образуется убыток от выполнения договора.

В соответствии со статьей 129 Закона о банкротстве конкурсный управляющий вправе заявлять отказ от исполнения договоров и иных сделок в порядке, установленном статьей 102 Закона о банкротстве, т.е. в отношении сделок, не исполненных сторонами полностью или частично, если такие сделки препятствуют восстановлению платежеспособности должника или если исполнение должником таких сделок повлечет за собой убытки для должника по сравнению с аналогичными сделками, заключаемыми при сравнимых обстоятельствах.

Таким образом, арбитражный управляющий ФИО2 должен был провести анализ условий действующего договора № 05-19/ТГ от 19.05.2017 и, с учетом убыточности его исполнения, заявить отказ от его исполнения.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, неправомерное бездействие привело к образованию убытков в размере: 38 456,20 руб. (минимальный порог себестоимости) * 726,005 тонн - 16 595 037,80 руб. (выручка, полученная Должником от фактического исполнения договора № 05-19/ТГ от 19.05.2017) = 11 324 355,68 руб. с учетом НДС.

Кроме того, арбитражным управляющим ФИО3 допущены следующие нарушения: несоблюдение условий и не расторжение в конкурсном производстве заведомо убыточного договора подряда, заключенного с ООО «МТК».

В период с даты назначения арбитражного управляющего ФИО3 конкурсным управляющим должника (резолютивная часть определения Арбитражного суда Саратовской области объявлена 19.12.2018) и до его отстранения (резолютивная часть определения объявлена 29.01.2021) должником осуществлялась производственная

деятельность по изготовлению металлоконструкций в рамках заключенного ФИО2 договора подряда № 4-МТК/17 от 04.07.2017 с ООО «МТК».

Как было указано выше, размер себестоимости продукции был занижен, что привело к недополучению должником выручки, невозможности своевременного исполнения должником обязательств по выплате заработной плате работникам и оплате обязательных платежей, и, следовательно, росту задолженности по текущим платежам как в части основного долга, так и в части штрафных санкций, начисляемых в соответствии с Трудовым кодексом РФ и Налоговым кодексом РФ за несвоевременную выплату заработной платы и обязательных платежей.

Кроме того, в стоимость услуг по изготовлению металлоконструкций не была включена амортизация основных средств, что в период осуществления полномочий конкурсного управляющего ФИО3 составило 14 033 774,64 руб. без учета НДС.

Таким образом, за период с декабря 2018 года по январь 2021 года не были включены в состав затрат, формирующих цену услуги должника по изготовлению металлоконструкций, затраты должника в общем размере 48 246 644,10 руб. без учета НДС, а также расходы на амортизацию основных средств в размере 14 033 774,64 руб. без учета НДС.

Как следствие, неправомерные действия ФИО3, выразившиеся в несоблюдение условий договора № 4-МТК/17 от 04.07.2017 в части формирования ежемесячных перечней затрат с целью установления стоимости изготовления одной тонны металлоконструкций резервуаров в отчетном месяце, привели к недополучению Должником выручки за период декабрь 2018 - январь 2021 в размере: 48 246 644,10 руб. *1,01+ НДС = 58 474 932,65 руб.

С учетом уточнений, сумма недополученной выручки составила 27 488 382,98 руб.

Расчеты заявителя соответствуют представленным в материалы дела доказательствам.

В абзаце 3 пункта 48 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.12.2004 № 29 «О некоторых вопросах практики применения Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что арбитражный управляющий несет ответственность в виде возмещения убытков при условии, что таковые причинены в результате его неправомерных действий (бездействия).

Ответственность арбитражного управляющего, установленная статьей 20.4 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой, поэтому убытки подлежат взысканию в соответствии со статьей 15 ГК РФ.

В пункте 3.2 постановления Конституционного суда Российской Федерации от 05.03.2019 № 14-П указано, что обязанность возместить причиненный вред - мера гражданско-правовой ответственности, которая применяется к причинителю вреда при наличии состава правонарушения, включающего, как правило, наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между этим поведением и наступлением вреда, а также его вину (постановления от 15.07.2009 № 13-П, от 07.04.2015 № 7-П и от 08.12.2017 № 39-П; определения от 04.10.2012 № 1833-О, от 15.01.2016 № 4-О и др.).

В силу разъяснений, изложенных в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Отсутствие хотя бы одного из вышеназванных условий исключает возможность применения ответственности в виде убытков и влечет за собой отказ суда в удовлетворении требований об их возмещении.

Для признания жалобы на действия конкурсного управляющего обоснованной достаточно наличия выявления факта нарушения, а также выявления самой возможности причинения вреда интересам кредиторов, что само по себе нарушает права кредиторов.

Интересы кредиторов в целом сводятся к максимально полному удовлетворению должником их имущественных требований.

Потенциальная осведомленность арбитражного управляющего об обстоятельствах заключения сделки устанавливается с учетом требований о стандартах поведения, предъявляемых к среднему профессиональному арбитражному управляющему, действующему разумно и проявляющему требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность в аналогичной ситуации.

Разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении подозрительных сделок и сделок с предпочтением. В частности, разумный управляющий запрашивает у руководителя должника и предыдущих управляющих бухгалтерскую и иную документацию должника (пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве), запрашивает у соответствующих лиц сведения о совершенных в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве и позднее сделках по отчуждению имущества должника.

Под убытками, причиненными кредиторам, понимается в том числе и утрата возможности увеличения конкурсной массы, которая произошла вследствие неправомерного бездействия конкурсного управляющего. Права конкурсных кредиторов считаются нарушенными всякий раз при причинении убытков (пункт 11 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 22.05.2012 № 150).

В рекомендациях, изложенных в абзаце 4 пункта 11 информационного письма Президиума ВАС РФ от 22.05.2012 № 150 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами споров, связанных с отстранением конкурсных управляющих» разъяснено, что под убытками, причиненными должнику, а также его кредиторам, понимается любое уменьшение или утрата возможности увеличения конкурсной массы, которые произошли вследствие неправомерных действий (бездействия) конкурсного управляющего, при этом права должника и конкурсных кредиторов считаются нарушенными всякий раз при причинении убытков. Не оспаривание сделок должника потенциально связано с возможностью утраты конкурсной массы, а значит, с убытками для должника и его кредиторов.

В соответствии с пунктом 8 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 22.05.2012 № 150 отсутствие доказательств, подтверждающих точный размер убытков, а равно и фактическое отсутствие убытков не являются препятствием для отстранения конкурсного управляющего, если установлена возможность причинения таких убытков в результате допущенных им нарушений.

Согласно пункту 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве конкурсный управляющий обязан возместить убытки, которые причинены в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения управляющим возложенных на него обязанностей.

При этом под убытками, причиненными кредиторам, понимается, помимо прочего, утрата возможности увеличения конкурсной массы, которая произошла вследствие неправомерных действий (бездействия) конкурсного управляющего (пункт 11 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.05.2012 № 150 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами споров, связанных с отстранением конкурсных управляющих».

Несоблюдение условий договоров подряда, по мнению АО «СЗ РМК», выразилось в том, что конкурсный управляющий ФИО7 не включил в состав затрат, формирующих цену услуги по изготовлению металлоконструкций, всех расходов, которые в последующем образовали текущие расходы должника.

На протяжении всего периода деятельности условия договоров подряда не изменялись, а должник не исполнял какие-либо иные договоры, вся производственная деятельность осуществлялась исключительно в рамках трех договоров с вышеуказанным заказчиками.

Действия конкурсного управляющего ФИО2, связанные с неполным включением затрат Должника, связанных с производством продукции в ежемесячные перечни затрат, привели к занижению стоимости услуг Должника:

в рамках договора подряда № 7 от 01.08.2017 с ООО «Регион» на сумму 10 086 243,76 руб. без учета НДС или 11 901 767,64 руб. с учетом НДС.

в рамках договора подряда № 4-МТК/17 от 04.07.2017 с ООО «МТК» на сумму 15 131 386,94 руб. без учета НДС или 17 855 036.59 руб. с учетом НДС.

Кроме того, в период исполнения обязанностей конкурсного управляющего Должника ФИО2 в ежемесячные перечни затрат в рамках договора подряда № 7 от 01.08.2017 и договора № 4-МТК/17 от 04.07.2017 также не была включена амортизация основных средств, включение которой было также предусмотрено условиями указанных договоров, в размере 9 229 045.92 руб. с учетом НДС.

Расчеты заявителя соответствуют представленным в материалы дела доказательствам.

Ущерб в виде утраты возможности пополнения конкурсной массы, в виде разницы между стоимостью продукции по договорам с учетом всех затрат и стоимостью арендной продукции по договорам не в полном объеме учитываемых затрат конкурсными управляющими, не возник бы в случае правомерного поведения ФИО2 и ФИО3, а значит, между противоправным умышленным бездействием конкурсного управляющего и ущербом, причиненным конкурсной массе общества, имеется прямая причинно-следственная связь, что является условием привлечения управляющего к ответственности.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

При наличии неисполненных обязательств заключение спорных договоров, устанавливающих бизнес-модель с разделением на рисковые и безрисковые части причинило вред кредиторам АО «АП РМК», лишив кредиторов возможности претендовать на денежные средства, которые были выведены в адрес ответчиков.

Таким образом, Заявителем доказана совокупность необходимых условий для удовлетворения настоящего заявления о взыскании убытков с арбитражных управляющих ФИО2 и ФИО3 в конкурсную массу Должника в результате их неправомерных действий.

При таких обстоятельствах, жалоба АО «СЗ РМК» на действия (бездействие) конкурсных управляющих должника ФИО2 и ФИО3 подлежит удовлетворению в части:

- признания незаконными действий (бездействий) арбитражного управляющего ФИО2, выразившихся в не заявлении отказа от исполнения договора № 05-19/ТГ от 19.05.2017;

- признания незаконными действий (бездействий) арбитражного управляющего ФИО3, выразившиеся в заключении безвозмездных договоров хранения от имени должника.

В отношении требований ООО «Ванда» судом установлены следующие обстоятельства.

Из заявления ООО «Ванда» следует, что исходя установленных судебными актами фактических обстоятельств, следует, что в период с 22.11.2017 (даты введения в отношении должника процедуры конкурсного производства) по 31.01.2021 должник продолжал осуществлять производственную деятельность, выполняя услуги по изготовлению металлоконструкций в рамках следующих договоров:

- договор подряда № 7 от 01.08.2017, заключенный с ООО «Регион», в соответствии с которым услуги по изготовлению металлоконструкций оказывались Должником в период с ноября 2017 г. по февраль 2018 г.;

- договор № 05-19/ТГ от 19.05.2017, заключенный с ООО НП «Технолог- Гидромаш», в соответствии с которым услуги по изготовлению металлоконструкций оказывались должником в период с марта по июль 2018 года;

- договор № 4-МТК/17 от 04.07.2017, заключенный с ООО «МТК», в соответствии с которым услуги по изготовлению металлоконструкций оказывались должником в период с апреля 2018 года по январь 2021 года.

Условия договоров являются идентичными, по своей сути представляют собой договоры толлинга: должник принимал на себя обязательства по переработке давальческого сырья, предоставляемого заказчиками, в готовую продукцию - металлоконструкции, которые являлись собственностью заказчика и подлежали дальнейшей реализации заказчиками.

Указанные договоры были заключены от имени АО «АП РМК» бывшим генеральным директором должника ФИО6, однако исполнялись в ходе конкурсного производства, когда ФИО2 и ФИО3 поочередно осуществляли полномочия руководителя должника, и ежемесячно составляли расчеты фактических затрат предприятия, понесенных в рамках производственной деятельности и подлежащих компенсации Заказчиками.

В рамках дела о банкротстве АО «АП Саратовский завод РМК» были рассмотрены жалобы конкурсных кредиторов на действия (бездействие) конкурсных управляющих должника ФИО2 и ФИО3

Выводы, изложенные в судебных актах, принятых по итогам рассмотрения указанных жалоб, свидетельствуют об абсолютной убыточности производственной деятельности должника, осуществленной на основе указанных выше договоров.

При повторном рассмотрении судом первой инстанции учтено, что определением Арбитражного суда Саратовской области от 08.12.2020, оставленным без изменения постановлениями Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.04.2021 и Арбитражного суда Поволжского округа от 01.07.2021 по делу № А57-29343/2016, признаны незаконными действия (бездействия) конкурсного управляющего ФИО2, выразившиеся в не прекращении с 23.03.2018 производственной деятельности должника; не увольнении работников должника, за исключением работников, необходимых для целей конкурсного производства для сбора, реализации конкурсной массы и расчетам с кредиторами; в ведении в ходе конкурсного производства убыточной хозяйственной производственно-хозяйственной деятельности, повлекшей заведомое наращивание кредиторской задолженности; в нарушении требований кредиторов второй очереди по текущим платежам, которое привело к непогашении или несвоевременному погашению требований ФНС России об уплате страховых взносов на обязательное пенсионное страхование на страховую, накопительную части пенсии, страховых взносов по дополнительным тарифам за 4 квартал 2016 года, 1, 2, 3, 4 кварталы 2017 года, налога на доходы физических лиц за 4 квартал 2016 года, 2017 год.

В рамках вышеуказанного обособленного спора судами установлено, что выбранная конкурсным управляющим ФИО2 стратегия конкурсного производства по продолжению должником производственно-хозяйственной деятельности являлась убыточной для должника, не соответствующей целям и задачам конкурсного производства; доход должника от осуществления производственной деятельности

сводится только к получению оплаты от оказанных услуг с минимальной добавленной стоимостью, а не получению прибыли от реализации готовой продукции (товара), что доходов от такой деятельности заведомо недостаточно для покрытия текущих расходов должника. Частичная оплата должником текущей задолженности второй очереди осуществляется за счет существенного увеличения задолженности по обязательным платежам пятой очереди. Погашение текущей задолженности по выплате заработной платы осуществлялось за счет денежных средств, поступивших в конкурсную массу по целевому финансированию третьими лицами, а не за счет прибыли от деятельности должника, задолженность перед ООО НП «Технолог-Гидромаш» в размере 30789000 руб. (займы на погашение задолженности по заработной плате и НДФЛ) включена в реестр текущих обязательств должника пятой очереди. Надлежащих доказательств того, что должник в результате хозяйственной деятельности получил возможность самостоятельно и на постоянной основе своевременно рассчитываться со своими текущими обязательствами, в том числе по налоговым обязательствам как второй, так и пятой очередей в материалы дела не предоставлено.

Из материалов дела также следует, что уже на этапе составления в процедуре наблюдения временным управляющим ФИО2 анализа финансового состояния должника был сделан вывод о недостаточности выручки должника для погашения текущих обязательств, что приведет к заведомому наращиванию кредиторской задолженности, и было известно о росте текущей задолженности по обязательным платежам за процедуру наблюдения более чем на 36 017 тыс. руб.

Кроме того, определением Арбитражного суда Саратовской области от 05.02.2021, оставленным без изменения постановлениями Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.04.2021 и Арбитражного суда Поволжского округа от 07.10.2021 по делу № А57-29343/2016, признаны незаконными действия (бездействие) конкурсного управляющего ФИО3, выразившиеся в непринятии решения о прекращении хозяйственной деятельности должника; в не увольнении работников должника, выполняющих функции, не связанные с целями конкурсного производства; в не приложении к отчетам конкурсного управляющего, составленным в 2019 году, копий документов, подтверждающих указанные в отчетах сведения; в недостоверном отражении в отчете конкурсного управляющего о своей деятельности сведений о размере дебиторской задолженности должника, о количестве и об общем размере требований о взыскании задолженности, предъявленных конкурсным управляющим к третьим лицам; непринятии мер по анализу дебиторской задолженности и ее взысканию, в остальной части жалоб отказано.

Определением Арбитражного суда Саратовской области от 30.03.2022 по делу № А57-29343/2016 была удовлетворена жалоба уполномоченного органа - ФНС России в лице УФНС России по Саратовской области на действия (бездействия) конкурсных управляющих должника АО «АП Саратовский завод резервуарных металлоконструкций» ФИО2 и ФИО3

Указанным судебным актом признаны незаконными действия (бездействие) конкурсного управляющего ФИО2, выразившиеся:

в неправомерном отнесении расходов на электроэнергию, водоснабжение, газоснабжение к четвертой очереди текущих платежей, за исключением расходов, понесенных в целях сохранения имущества должника АО «АП Саратовский завод резервуарных металлоконструкций» и поддержания его в надлежащем состоянии;

в проведении в ходе конкурсного производства расчетов с кредиторами по текущим платежам минуя основной счет должника;

в нарушении очередности погашения требований кредиторов по текущим платежам, а именно - погашение текущих начислений по эксплуатационным и иным платежам (четвертая, пятая очередь) при наличии текущей задолженности по уплате страховых взносов на обязательное пенсионное страхование, НДФЛ, страховым взносам

по дополнительному тарифу на выплату страховой пенсии, за период с 4 квартала 2016 года по 2 квартал 2018 года;

в нарушении календарной очередности погашения требований кредиторов по текущим платежам, а именно - погашение текущих начислений по иным платежам пятой очереди при наличии текущей задолженности пятой очереди по обязательным платежам, возникшей в более ранние периоды.

Также указанным судебным актом признаны незаконными действия (бездействие) конкурсного управляющего ФИО3, выразившиеся:

в неправомерном отнесении расходов на электроэнергию, водоснабжение, газоснабжение к четвертой очереди текущих платежей, за исключением расходов, понесенных в целях сохранения имущества должника АО «АП Саратовский завод резервуарных металлоконструкций» и поддержания его в надлежащем состоянии;

в проведении в ходе конкурсного производства расчетов с кредиторами по текущим платежам минуя основной счет должника;

в нарушении очередности погашения требований кредиторов по текущим платежам, а именно - погашение текущих начислений по заработной плате (вторая очередь), эксплуатационным и иным платежам (четвертая, пятая очередь) при наличии текущей задолженности по уплате страховых взносов на обязательное пенсионное страхование, НДФЛ, страховым взносам по дополнительному тарифу на выплату страховой пенсии, за период с 4 квартала 2016 года по 4 квартал 2020 года;

в нарушении календарной очередности погашения требований кредиторов по текущим платежам, а именно - погашение текущих начислений по иным платежам пятой очереди при наличии текущей задолженности пятой очереди по обязательным платежам, возникшей в более ранние периоды;

в непринятии мер по оспариванию сделок должника, совершенных с нарушением очередности удовлетворения требований кредиторов.

В соответствии с правовой позицией, указанной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 29.08.2016 № 306-ЭС16-1979, недопустима легализация схемы уклонения от уплаты налогов, предоставления возможности на протяжении длительного времени вести производственную деятельность в процедуре конкурсного производства, не уплачивая обязательные платежи. Стратегия производственной деятельности, выбранная конкурсными управляющими ФИО2 и ФИО3, являлась недопустимой в соответствии с указанной правовой позицией.

По мнению ООО «Ванда», должник АО «АП РМК» осуществляя хозяйственную деятельность в конкурсном производстве аккумулировал убытки, что привлекло к существенному наращиванию текущей задолженности. В то же время, контрагенты должника пользовались преимуществом толлинговой схемы, не неся обязательств относительно фонда оплаты труда, оплаты коммунальных платежей, расходов на амортизацию производственной базы и иных производственных затрат.

ООО «Ванда» полагала, что действиями аффилированных лиц – ООО «МТК» и НПООО «Технолог- Гидромаш» - была достигнута первичная цель поддержания рабочего состояния единого производственного комплекса должника, что послужило созданием центра извлечения прибыли, минуя необходимость произведения расчетов с остальными кредиторами.

ООО «Ванда» указывает, что имели место убытки, причиненные АО «АП РМК», в результате осуществления работ по договорам переработки давальческого сырья с аффилированными лицами ниже фактической себестоимости.

ООО «Ванда» ссылается на то, что должник, получив денежные средства от НПООО «Технолог-Гидромаш», ООО «МТК» и ООО «Регион» в порядке пункта 1 статьи 313 ГК РФ, направил их на погашение текущих обязательств перед работниками, и фактически обязательства перед организациями вытекают из договоров займа, а не из факта погашения задолженности перед работниками. Следовательно, такие требования

подлежат включению в пятую очередь погашения текущих требований в соответствии с абзацем 6 пункта 2 статьи 134 Закона о банкротстве.

Как уже указывалось ООО «Регион» в письменных пояснениях в Арбитражном суде Саратовской области на момент рассмотрения указанного в апелляционной жалобе от 05.05.2025 обособленного спора о разрешении разногласий между уполномоченным органом и конкурсным управляющим АО «АП Саратовский завод РМК» по вопросу отнесения задолженности должника перед НП ООО «Технолог-Гидромаш», ООО «МТК», ООО «Регион» к текущим требованиям второй или пятой очереди, ООО «Регион» не являлся кредитором должника, к рассмотрению указанного обособленного спора не привлекался и не уведомлялся.

По данным бухгалтерского учета ООО «Регион» текущая задолженность АО «АП РМК» перед ООО «Регион» в размере 7 147 344,27 руб. отсутствует, какие-либо займы ООО «Регион» АО «АП Саратовский завод РМК» не выдавал.

Сумма в размере 7 147 344, 27 руб. с назначением «Оплата за изготовление м/к по договору 7 от 01.08.2017. Сумма 7147344-27В т.ч. НДС(18%)1090272-85» была перечислена на расчетный счет <***> АО «АП РМК» в АО «БАНК «АГРОРОС» платежным поручением № 39754 от 01.03.2018, при этом данная сумма не являлась займом, а представляла собой плату за услуги по изготовлению металлоконструкций, как это и указано в платежном поручении.

Факт проведения данного платежа был проверен и отнесен в качестве оплаты услуг но Договору подряда № 7 от 01.08.2017 Арбитражным судом Самарской области в рамках рассмотрения дела № А55-21584/2018 по исковому заявлению конкурсного управляющего АО «АП Начиная с 2016 года ООО «Регион» в рамках диверсификации деятельности, вышло на рынок производства резервуарных металлоконструкций. Изначально ООО «Регион» был заключен договор подряда на изготовление металлоконструкций резервуаров из давальческого сырья с акционерным обществом «Самарский резервуарный завод» (далее - АО «СРЗ»). На момент заключения договора АО «СРЗ» находилось в процедуре банкротства, условия договора подряда были аналогичны договору, заключенному ООО «Регион» с Должником.

Производственная деятельность АО «СРЗ» продолжалась вплоть до ноября 2018 года, вес этот период деятельность АО «СРЗ» велась на основании договора, заключенного с ООО «Регион», т.е. сотрудничество ООО «Регион» с предприятием-банкротом на условиях, аналогичных условиям отношений с АО «АП РМК», продолжалось более двух лет.

Конкурсное производство АО «СРЗ» было завершено в 2021 году, по итогам конкурсного производства все текущие платежи (включая заработную плату работников, обязательные и коммунальные платежи) были погашены за счет текущей производственной деятельности, что подтверждается финальным отчетом конкурсного управляющего (с ЕФРСБ) и Определением Арбитражного суда Самарской области от 03.08.2021 о завершении процедуры банкротства АО «СРЗ».

Таким образом, условия договора, заключенного между ООО «Регион» и должником, аналогичные условиям договора, заключенного между ООО «Регион» и АО «СРЗ», позволяли вести безубыточную производственную деятельность.

Исковое заявление, явившееся предметом рассмотрения по делу № А55-21584/2018 было подано представителем конкурсного управляющего ФИО2, в рамках рассмотрения спора принимали участие уже представители конкурсного управляющего ФИО3, что говорит об осведомленности обоих конкурсных управляющих о природе платежа.

Таким образом, платеж в размере 7 147 344, 27 руб. являлся исполнением ООО «Регион» своих обязательств по оплате услуг по изготовлению металлоконструкций по договору подряда № 7 от 01.08.2017, после поступления денежных средств на расчетный счет должника данные денежные средства могли быть израсходованы

конкурсным управляющим должника на любые цели с соблюдением ограничений и очередности платежей, предусмотренных Законом о банкротстве. При этом ООО «Регион» никаким образом не определяло порядок расходования данных денежных средств, не устанавливало их целевого назначения, не требовало возврата денежных средств.

Вывод Арбитражного суда Саратовской области в Определении от 12.03.2019 по делу № А57-29343/2016 о том, что «требования подлежат включению в пятую очередь погашения текущих требований в соответствии с абзацем 6 пункта 2 статьи 134 Закона о банкротстве» противоречит Решению Арбитражного суда Самарской области от 05.04.2019 по делу № А55-21584/2018 и не может является доказательством нестандартного характера заключенных между сторонами соглашений и о наличии фактической аффилированности между сторонами.

В рамках рассмотрения дела № А55-21584/2018 конкурсными управляющими должника ФИО2, а впоследствии с ФИО3 в лиц представителей каких-либо требований об изменении состава затрат, отраженных в ежемесячных актах, не предъявлялось. Более того, решение суда принималось, в том числе с учетом акта выполненных работ за февраль 2018 года, составленного после отказа от договора, который не согласовывался и не подписывался ответчиком.

В отношении аффилированности ООО «МТК» по отношению к должнику, судебная коллегия считает необходимым указать, что вопреки положениям статьи 65 АПК РФ истцом не доказано, что он причинил убытки должнику, а также не доказано каким образом они являются заинтересованными лицами по отношению друг к другу.

Таким образом, отказывая в удовлетворении требований ООО «Ванда», суд первой инстанции правомерно исходил из следующего.

В соответствии с пунктами 1, 3 статьи 65 АПК РФ, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Арбитражное судопроизводство в России строится на основе принципа состязательности (статьи 123 Конституции Российской Федерации, статья 9 АПК РФ), который заключается в обеспечении сторонам дела «паритетной» возможности доказывать свою правовую позицию всеми доступными им согласно закону способами.

Согласно материалам дела, ни в жалобах ООО «Ванда», ни в отзыве Ассоциации «РСОПАУ» не приведено достаточных доводов, позволяющих сделать однозначный вывод о наличии у ООО «МТК» и НПООО «Технолог-Гидромаш» статуса лиц, контролирующих деятельность должника. Доводы о наличии такого статуса у ООО «Регион» полностью отсутствуют.

Кроме того, позиции, изложенные в апелляционных жалобах Ассоциации «РСОПАУ» и ФИО2, не содержат каких-либо доказательств того, что убытки должнику были причинены противоправными действиями именно этих лиц. Анализ положений договоров подряда позволяет сделать вывод о том, что инициатива о включении или не включении каких-либо расходов в состав ежемесячных затрат исходила (должна была исходить) от конкурсных управляющих. Более того, именно конкурсные управляющие, имеющие достаточный штат работников должника (бухгалтерия, инженерные службы и т.п.) обладали всеми возможностями своевременного определения размера затрат и включения их в перечни.

При этом, условия об оплате договора подряда № 7 от 01.08.2017, договора № 05-19/ТГ от 19.05.2017, договора № 4-МТК/17 от 04.07.2017 не содержат положения увеличивающие стоимость продукции (товара).

При увеличении стоимости товаров продавцом должен быть оформлен соответствующий первичный документ, например дополнительное соглашение к договору. Между тем, дополнительных соглашений об увеличении стоимости продукции в связи с увеличением затрат также между сторонами не заключалось.

Если механизм пересмотра цены не согласован, цена определяется исходя из соотношения этих показателей на момент заключения договора и на момент передачи товара.

В хода рассмотрения настоящего обособленного спора, суд пришел к выводу, что конкурсные управляющие неправомерно не включили в стоимость выполненных работ (поставляемого товара) необходимые затраты должника, как это было предусмотрено условиями договоров.

При этом, вопреки доводам апелляционных жалоб, наличие причинно-следственной связи между возникшими убытками и действиями вышеупомянутых лиц - НПООО «Технолог-Гидромаш», ООО «Регион», ООО «МТК», не доказано.

В постановлении Арбитражного суда Поволжского округа от 18.07.2019 по настоящему делу по заявлению об оспаривании действий конкурсного управляющего указано, что судами установлена недобросовестность контрагентов по заключенным должником договорам подряда, в связи с неисполнением обязательств по сделкам, в связи с чем конкурсным управляющим ФИО2 были предприняты меры по взысканию денежных средств, подлежащих оплате по исполненным должником договорам подряда.

Вместе с тем, несоблюдения обязательств по оплате выполненных работ по договору подряда в установленные сроки не может являться причиной возникновения убытков, возникших в связи с неверным определением затрат должника, и, как следствие, установлением заниженной стоимости работ по договору.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что в удовлетворении заявления ООО «Ванда» о взыскании с ООО «МТК» убытков в размере 76329969,24 рублей в конкурсную массу должника, о взыскании с общества с ограниченной ответственностью «Регион» убытков в размере 11 901 767,64 руб. в конкурсную массу должника отказано обоснованно.

Оценив представленные доказательства в соответствии со статьей 71 АПК РФ, суд приходит к выводу, что заявление АО «СЗ РМК» подлежит удовлетворению в полном объеме, с учетом уточнений и частичного отказа от заявленных требований. В удовлетворении заявленных ООО «Ванда» требований о взыскании с ООО «МТК» и с ООО «Регион» убытков в конкурсную массу должника судом отказано.

С учетом разъяснений Арбитражного суда Поволжского округа со ссылкой на позицию, изложенную в абзаце 3 пункта 30 Постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 № 35, о том, что в отношении Маевского А.Ию и ФИО3 состоялись судебные акты о признании незаконными их действий, АО «СЗ РМК» отказался от ранее заявленных требований.

Таким образом, суд первой инстанции принял отказ АО «СЗ РМК» от заявления с аналогичными требованиями о признании действий (бездействия) арбитражного управляющего ФИО2, выразившихся в не исполнении условий заключенных от имени АО «АП РМК» договора подряда № 7 от 01.08.2017 и договора № 4- МТК/17 от 04.07.2017 в части формирования ежемесячных перечней затрат с целью установления стоимости изготовления одной тонны металлоконструкций резервуаров; от заявления о признании действий (бездействия) арбитражного управляющего ФИО3, выразившихся в не исполнении условий заключенного от имени АО «АП РМК» договора № 4-МТК/17 от 04.07.2017 в части формирования ежемесячных перечней затрат с целью установления стоимости изготовления одной тонны металлоконструкций резервуаров, и прекратил производство по заявлению в данной части.

Таким образом, суд апелляционной инстанции приходит к выводу что при повторном рассмотрении настоящего обособленного спора, судом первой инстанции в полной мере исследованы обстоятельства, имеющие существенное значение для разрешения спора, суд дал оценку доводам лиц, участвующих в дела, а также представленным ими доказательствам в части признания действий ФИО2, ФИО3 незаконными, взыскания с ФИО2, ФИО3 убытков и в части

отказа в удовлетворении заявления ООО «Ванда» о взыскании с ООО «МТК» и ООО «Регион» в конкурсную массу должника убытков.

В силу положений статьи 270 АПК РФ оснований для отмены либо изменения обжалуемого судебного акта не имеется.

Суд апелляционной инстанции считает, что, разрешая спор, суд первой инстанции полно и всесторонне исследовал представленные доказательства, установил все имеющие значение для дела обстоятельства, сделал правильные выводы по существу требований заявителя, а также не допустил неправильного применения норм материального права и процессуального права.

Доводы апелляционных жалоб были предметом рассмотрения в суде первой инстанции и не опровергают правильности выводов суда первой инстанции, направлены исключительно на переоценку установленных по делу обстоятельств и не могут являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта. Апелляционные жалобы следует оставить без удовлетворения.

В соответствии с частью 1 статьи 177 АПК РФ постановление, выполненное в форме электронного документа, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения в установленном порядке в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его принятия.

Руководствуясь статьями 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Саратовской области от 07 апреля 2025 года по делу № А57-29343/2016 оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объёме через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий Д.С. Семикин

Судьи И.А. Рябихина

Е.В. Яремчук