Постановление от 4 апреля 2023 г. по делу № А41-101721/2018

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Москва

04.04.2023 Дело № А41-101721/2018


Резолютивная часть постановления объявлена 28.03.2023

Полный текст постановления изготовлен 04.04.2023


Арбитражный суд Московского округа в составе:

председательствующего - судьи Перуновой В.Л.,

судей: Тарасова Н.Н., Уддиной В.З.

при участии в заседании:

конкурсный управляющий должника – лично, паспорт РФ,

от ФИО1 – ФИО2, доверенность от 20.08.2022

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу

конкурсного управляющего должника

на постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 18.01.2023

о признании недействительными сделками договора купли-продажи земельного участка от 05.11.2015, заключенного между должником и ФИО3, договора дарения земельного участка от 04.06.2019, заключенного между ФИО3 и ФИО1, применении последствий недействительности сделок,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Савина и К»,





УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Московской области от 23.10.2019 в отношении ООО «Савина и К» введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО4

Определением Арбитражного суда Московской области от 06.10.2022 признаны недействительными договор купли-продажи земельного участка от 05.11.2015, заключенный между должником и ФИО3 и договоры дарения земельного участка от 04.06.2019, заключенные между ФИО3 и ФИО1

Применены последствия недействительности сделок в виде обязания ФИО1 возвратить в конкурсную массу должника следующие объекты недвижимого имущества:

– земельный участок с кадастровым номером 50:22:0060407:325, площадью 6810+/-29 кв. м, расположенный по адресу: Московская область, Люберецкий район, дп. Красково, д. Мотяково;

– земельный участок с кадастровым номером 50:22:0060407:385, площадью 4006+/-22 кв. м, расположенный по адресу: Московская область, Люберецкий район, дп. Красково, д. Мотяково;

– земельный участок с кадастровым номером 50:22:0060407:387, площадью 7409+/-30 кв. м, расположенный по адресу: Московская область, Люберецкий район, дп. Красково, д. Мотяково;

– земельный участок с кадастровым номером 50:22:0060407:386, площадью 6375+/-28 кв. м, расположенный по адресу: Московская область, Люберецкий район, дп. Красково, д. Мотяково.

Также с ФИО1 в доход федерального бюджета взыскана государственная пошлина в размере 6000 руб., в удовлетворении заявления конкурсного управляющего должника в остальной части отказано.

Постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 18.01.2023 определение Арбитражного суда Московской области от 06.10.2022 в части признания недействительным договора купли-продажи земельного участка от 05.11.2015, заключенного между должником и ФИО3, признания недействительным договора дарения земельного участка от 04.06.2019, заключенного между ФИО3 и ФИО1, применения последствий недействительности сделок отменено.

В удовлетворении заявления конкурсного управляющего должника в указанной части отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, конкурсный управляющий должника обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит судебный акт суда апелляционной инстанции отменить и оставить в силе судебный акт суда первой инстанции.

В кассационной жалобе заявитель указывает на неправильное применение судом апелляционной инстанции норм материального и процессуального права, на несоответствие выводов суда, изложенных в обжалуемом судебном акте, фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам.

В частности, кассатор не согласен с выводами суда апелляционной инстанции об отсутствии оснований для признания спорных сделок недействительными, обращает внимание, что они представляли собой цепочку притворных сделок по безвозмездному отчуждению активов должника в пользу заинтересованных лиц, указывает, что на дату совершения первой спорной сделки (05.11.2015) у должника имелись следующие неисполненные обязательства перед кредиторами:

- перед уполномоченным органом в размере 19 981 508,95 руб. Основание возникновения требования – решение о привлечении к ответственности за налоговое правонарушение от 03.10.2017 № 16-33/060, проверяемый период – с 01.01.2013 по 31.12.2015;

- перед ООО «Стройреконструкция» в размере 16 192603,01 руб. Основание возникновения требования – договор поставки товара от 01.06.2012 № 1/06-12, спецификация от 01.06.2012 № 01;

- перед ФИО5 (правопреемник ООО «СГК-Автострада» в размере 273 726,1 руб. Основание возникновения требования – поставка товара по товарной накладной от 31.08.2013 № 771.

В соответствии с абзацем вторым части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) информация о времени и месте судебного заседания опубликована на официальном Интернет-сайте https://kad.arbitr.ru/.

В порядке статьи 279 АПК РФ к материалам дела приобщены отзывы МИФНС России № 17 по Московской области и ФИО1 на кассационную жалобу.

В судебном заседании суда округа конкурсный управляющий должника поддержал кассационную жалобу по указанным в ней доводам, представитель ФИО1 возражала против удовлетворения кассационной жалобы.

Иные лица, участвующие в деле, не явились в судебное заседание по рассмотрению кассационной жалобы, о времени и месте проведения судебного заседания извещены надлежащим образом.

Информация о процессе размещена на официальном сайте «Картотека арбитражных дел» в сети Интернет, в связи с чем кассационная жалоба рассматривается в судебном заседании в их отсутствие в порядке, установленном статьями 121, 123 АПК РФ.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, заслушав лиц, участвующих в деле, проверив в порядке статьи 286 АПК РФ правильность применения норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в судебном акте, установленным по обособленному спору фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции приходит к следующим выводам.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее – ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в этом законе.

Исходя из разъяснений, данных в пункте 4 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63), и пункта 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 32), наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную по статьям 10 и 168 ГК РФ.

В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Согласно статье 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Из содержания приведенных норм следует, что под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченных лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам. При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

Положения статьи 10 ГК РФ применяются при недобросовестном поведении (злоупотреблении правом) прежде всего при заключении сделки, которая оспаривается в суде, а также при осуществлении права исключительно с намерением причинить вред другому лицу или с намерением реализовать иной противоправный интерес, не совпадающий с обычным хозяйственным (финансовым) интересом сделок такого рода.

В соответствии с правовой позицией, указанной в пункте Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 25), если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ).

В пункте 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (пункт 9 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ), например, признает условие, которому недобросовестно воспрепятствовала или содействовала эта сторона соответственно наступившим или ненаступившим (пункт 3 статьи 157 ГК РФ); указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (пункт 5 статьи 166 ГК РФ).

По смыслу указанных законоположений и разъяснений с учетом установленной законом презумпции добросовестности участников гражданского оборота для признания оспариваемых сделок ничтожными по признаку злоупотребления следует установить обстоятельства, безо всяких сомнений, очевидно и бесспорно свидетельствующие о злонамеренном поведении сторон во вред кредиторам.

В пункте 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» разъяснено, что при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суд учитывает среди прочего следующие обстоятельства:

позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства,

имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником,

отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности.

Исходя из правовой позиции, изложенной в пункте 9 Обзор судебной практики по некоторым вопросам, связанным с истребованием имущества из чужого незаконного владения, утвержденного Информационным письмом Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.11.2008 № 126, явно заниженная цена продаваемого имущества может свидетельствовать о том, что приобретатель не является добросовестным. Возможность оспаривания сделки, состоящей из цепочки взаимосвязанных последовательных сделок прямо предусмотрена пунктом 6 указанного письма.

Исходя из сложившейся судебно-арбитражной практики и позиции Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 22.09.2009 № 6172/09, совокупность таких признаков, как преследование единой хозяйственной цели при заключении сделок, общее хозяйственное назначение имущества, консолидация всего отчужденного по сделкам имущества в собственности одного лица, может служить основанием для квалификации сделок как взаимосвязанных.

По общему правилу при оспаривании цепочки последовательных сделок надлежит установить следующие обстоятельства: определить цепочку последовательных спорных сделок; доказать аффилированность участников спорных сделок; доказать противоправность спорных сделок; доказать наличие конечной, противоправной цели спорных сделок.

При отчуждении имущества должника и последующем оформлении передачи права собственности на данное имущество от первого приобретателя к иным лицам по цепочке сделок следует различать две ситуации.

В первом случае, когда волеизъявление первого приобретателя отчужденного должником имущества соответствует его воле: этот приобретатель вступил в реальные договорные отношения с должником и действительно желал создать правовые последствия в виде перехода к нему права собственности. В таком случае при отчуждении им спорного имущества на основании последующих (второй, третьей, четвертой и т.д.) сделок права должника (его кредиторов) подлежат защите путем предъявления заявления об оспаривании первой сделки по правилам статьи 61.8 Закона о банкротстве к первому приобретателю и виндикационного иска по правилам статей 301 и 302 ГК РФ к последнему приобретателю, а не с использованием правового механизма, установленного статьей 167 ГК РФ (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 21.04.2003 № 6-П).

Вопрос о подсудности виндикационного иска в этом случае подлежит разрешению с учетом разъяснений, данных в пункте 16 Постановления № 63 - требование о виндикации при подсудности виндикационного иска тому же суду, который рассматривает дело о банкротстве, может быть разрешено в деле о банкротстве, в иных случаях - вне рамок дела о банкротстве с соблюдением общих правил о подсудности.

Однако возможна обратная ситуация, при которой первый приобретатель, формально выражая волю на получение права собственности на имущество должника путем подписания договора об отчуждении, не намеревается породить отраженные в этом договоре правовые последствия.

Например, личность первого, а зачастую, и последующих приобретателей может использоваться в качестве инструмента для вывода активов (сокрытия принадлежащего должнику имущества от обращения на него взыскания по требованиям кредиторов), создания лишь видимости широкого вовлечения имущества должника в гражданский оборот, иллюзии последовательного перехода права собственности на него от одного собственника другому (оформляются притворные сделки).

Заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются лица, которые в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника (статья 19 Закона о банкротстве).

Заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.

Как следует из материалов дела, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что оспариваемая сделка от 05.12.2015 образует сделку, прикрывающую безвозмездный вывод имущества должника без какого-либо встречного предоставления, а потому является притворной.

Как указано судом первой инстанции, при отсутствии доказательств оплаты спорного земельного участка, финансовой возможности предоставления займов должнику и реальности их предоставления, а также каких-либо особых обстоятельств, которые привели к совершению действия, явно выходящего за рамки принятого стандарта поведения по безвозмездному отчуждению земельного участка с кадастровым номером 50:22:0060407:15, площадью 30 000 кв. м являются недействительной сделкой по статьям 10, 168 и 170 ГК РФ как совершенной при злоупотреблении правом, выразившемся в совершении действий по отчуждению имущества в обход статей 309, 549 ГК РФ при неравноценности встречного предоставления с целью причинить вред имущественным правам кредиторов должника посредством вывода ликвидных активов (земельных участков) должника.

ФИО3 признан судом первой инстанции фактически заинтересованным по отношению к должнику лицом, осведомленным о хозяйственной деятельности должника через зарегистрированного с ним в одном жилом помещении руководителя должника ФИО6

Поскольку сделки в отношении земельных участков с кадастровым номером 50:22:0060407:325, 50:22:0060407:385, 50:22:0060407:387, 50:22:0060407:386 совершены в отношении заинтересованного лица (ФИО1 является супругой ФИО3) безвозмездно (договоры дарения от 04.06.2019), суд первой инстанции не признал ФИО1 добросовестным приобретателем имущества.

Суд апелляционной инстанции не согласился с выводами суда первой инстанции, указав, что оспариваемый договор совершен 05.12.2015 (с учетом даты государственной регистрации), а заявление о признании должника банкротом принято к производству определением Арбитражного суда Московской области от 29.01.2019, то есть за пределами срока подозрительности, предусмотренного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В силу изложенного суд апелляционной инстанции указал, что заявления конкурсного управляющего и налогового органа по данному обособленному спору могло быть удовлетворено только в том случае, если он доказал наличие в оспариваемых сделках пороков, выходящих за пределы подозрительной сделки, чего в настоящем случае сделано не было.

Суд апелляционной инстанции отметил, что правовая позиция заявителей по существу сводилась к тому, что целью сделки, которую осознавали и желали достичь обе стороны, являлся вывод активов должника посредством заключения заведомо невыгодной сделки в ущерб кредиторам общества. В отсутствие доказательств оплаты по договору земельный участок с кадастровым номером 50:22:0060407:15 фактически был отчужден безвозмездно.

В связи с чем суд апелляционной инстанции указал на то, что оснований для применения положений статей 10 и 168 ГК РФ у суда первой инстанции не имелось.

Поскольку первоначальная сделка (05.11.2015) совершена за пределами установленного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве периода подозрительности, судом апелляционной инстанции указано, что последующие сделки (договоры от 04.06.2019) не могли быть признаны недействительными на основании указанного пункта, поскольку данные сделки оспариваются как цепочка взаимосвязанных последовательных сделок.

Кроме того, судом апелляционной инстанции отмечено, что отсутствие доказательств оплаты переданного по сделке имущества не влечет безусловное признание данной сделки ничтожной.

Таким образом, суд апелляционной инстанции констатировал, что оснований для признания сделки недействительной на основании общих норм ГК РФ у суда первой инстанции не имелось.

Между тем, суд округа не может согласиться с выводами суда апелляционной инстанции.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, между должником и ФИО3 были заключены договоры займа, о предоставлении заемщику денежных средств, а именно:

договор займа от 13.05.2003№ 13-05/03, по условиям которого ответчик предоставляет должнику денежные средства в размере 5 000 000 руб.;

договор займа от 12.12.2003 № 12-12/03, по условиям которого ответчик предоставляет должнику денежные средства в размере 5 000 000 руб.;

договор займа от 23.12.2005№ 23-12/05, по условиям которого ответчик предоставляет должнику денежные средства в размере 6 000 000 руб.;

договор займа от 05.12.2006 № 15-12/06, по условиям которого ответчик предоставляет должнику денежные средства в размере 5 000 000 руб.;

договор займа от 07.02.2007№ 07-02/07, по условиям которого ответчик предоставляет должнику денежные средства в размере 5 000 000 руб.;

договор займа от 15.11.2007 № 15-11/07, по условиям которого ответчик предоставляет должнику денежные средства в размере 6 000 000 руб.

Возврат суммы займа производится после подписания Соглашения о расторжении настоящего Договора.

Ответчик указывал, что всего за период с 13.05.2003 по 15.11.2007 он передал должнику по договорам займа 32 000 000 руб., а также то, что 29.01.2015

ответчик расторг указанные договоры займа и потребовал возврата полученных должником денежных средств.

Впоследствии 27.02.2015 должник сообщил ответчику об отсутствии возможности погашения задолженности по договорам займа и предложил в целях исполнения обязательства принять имущество, находящееся у должника на балансе (земельный участок и строительная техника).

05.11.2015 между ответчиком и должником был заключен договор купли-продажи земельного участка.

Вместе с тем, как верно указано судом первой инстанции, договором займа не будет считаться сделка, по условиям которой заимодавец передает заемщику определенные вещи, а возврат займа осуществляется деньгами; равно как и не допускается возврат вещами займа, полученными деньгами. Кроме того, в представленных документах отсутствуют доказательства того, что деньги были переведены на счет заемщика. Согласно информации, содержащейся в банковских выписках должника, оплата за земельный участок в адрес должнику не поступала.

ФИО3 указывал на то, что спорная сделка являлась возмездной. Оплата по спорной сделке была произведена путем зачета встречных требований по спорному договору и договорам займа на сумму 32 000 000 руб., заключенным между Должником и ФИО3

Судом установлено, что банковские выписки должника не содержат информации о поступлении от ФИО3 32 000 000 руб. по договорам займа. Получение должником указанных денежных средств подтверждается только актами передачи сумм займа.

Суд первой инстанции констатировал, что доказательства, подтверждающие финансовую возможность предоставить должнику соответствующе денежные средства, ФИО3 в материалы дела не представлены. Также в бухгалтерской отчетности должника отсутствует информация о получении 32 000 000 руб. от ФИО3 в качестве займа.

Более того, уполномоченным органом были проанализированы справки о доходах ФИО3 с 2003 по 2007 годы, согласно которым доходы отсутсвуют.

Суд первой инстанции также верно отметил, что задолженность по договорам займа образовалась в 2003-2007 годах, соответственно срок исковой давности для возврата заемщиком денежных средств истек. Доказательств прерывания течения срока исковой давности в материалы дела не представлено.

При этом судом первой инстанции установлено, что 05.11.2015 между должником и ФИО3 заключено соглашение о прекращении взаимных обязательств зачетом встречных однородных требований по состоянию на 15.11.2015, согласно которому на дату его подписания у должника имелась задолженность перед ФИО3 по Договорам займа от 2003-2007 годов на общую сумму 31 600 000 руб.

В соответствии с указанным соглашением должник и ФИО3 договорились полностью прекратить взаимные обязательства путем зачета встречных однородных требований.

Стороны заключили договоры займа, а следом соглашение о зачете взаимных обязательств через договор купли-продажи земельного участка, посредством которого должник потерял ликвидное имущество в отсутствие встречного исполнения.

При этом суд первой инстанции установил, что ФИО6 и ФИО3 зарегистрированы по одному и тому же адресу, а именно <...>, что подтверждено материалами дела, в том числе выпиской ЕГРЮЛ и адресной справкой.

В связи с чем суд признал, что ФИО3 является заинтересованным по отношению к должнику лицом, осведомленным о хозяйственной деятельности должника через зарегистрированного с ним в одном жилом помещении руководителя должника ФИО6, совершил действия, направленные на вывод ликвидного имущества должника в ущерб интересам кредиторов.

Как верно указано судом первой инстанции, для должника оспариваемая сделка не имела экономического смысла и прибыли, поскольку ликвидное имущество передано по существенно заниженной цене, а в отсутствие доказательств оплаты по договору земельный участок фактически был отчужден безвозмездно.

Таким образом, в отсутствии доказательств оплаты спорного земельного участка, финансовой возможности предоставления займов должнику и реальность их предоставления, а также каких-либо особых обстоятельств, которые привели к совершению действия, явно выходящего за рамки принятого стандарта поведения, действия по безвозмездному отчуждению земельного участка с кадастровым номером 50:22:0060407:15, площадью 30000 кв. м являются недействительной сделкой по статьям 10, 168 и 170 ГК РФ как сделка, совершенная при злоупотреблении правом, выразившемся в совершении действий по отчуждению имущества в обход статей 309 и 549 ГК РФ при неравноценности встречного предоставления с целью причинить вред имущественным правам кредиторов должника посредством вывода ликвидных активов (земельного участка) должника.

На основании изложенного суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что заявление конкурсного управляющего и уполномоченного органа о признании недействительной сделки - договора купли-продажи земельного участка от 05.11.2015, заключенного между должником и ФИО3, подлежит удовлетворению.

Судом установлено, что спорный земельный участок разделен на пять самостоятельных земельных участков с кадастровыми номерами: 50:22:0060407:325, 50:22:0060407:378, 50:22:0060407:385, 50:22:0060407:387, 50:22:0060407:386.

Собственником земельных участков с кадастровыми номерами 50:22:0060407:378 является ФИО7 (договор купли-продажи земельного участка от 29.08.2018, заключенный с ФИО3).

Согласно договору купли-продажи земельного участка от 29.08.2018, заключенного между ФИО3 и ФИО7, стоимость земельного участка с кадастровым номером 50:22:0060407:378 составила 8 700 000 руб.

Судом первой инстанции также сделаны выводы в отношении отсутствия оснований для признания недействительным договора купли-продажи земельного участка, заключенного с ФИО7, поскольку судом не установлено, что указанный договор заключен со злоупотреблением гражданскими правами, а также направлен на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности, на уменьшение конкурсной массы. Суд первой инстанции оценил и признал допустимыми доказательства возмездности договора купли-продажи от 29.08.2018, добросовестности ФИО7 Доказательств обратного материалы дела не содержат.

Доводов относительно неправомерных выводов суда первой инстанции в отношении сделки с ФИО7 кассационная жалоба не содержит, определение суда первой инстанции в части отказа в удовлетворении части заявленных конкурсным управляющим требований кассатором не обжалуется.

Собственником земельного участка с кадастровым номером 50:22:0060407:325, 50:22:0060407:385, 50:22:0060407:387, 50:22:0060407:386 является ФИО1 (договоры дарения земельного участка от 04.06.2019, заключенные с ФИО3).

Земельные участки с кадастровыми номерами 50:22:0060407:325, 50:22:0060407:385, 50:22:0060407:387, 50:22:0060407:386 безвозмездно перешли в собственность ФИО1, являющейся супругой ФИО3

Таким образом, поскольку сделки в отношении земельных участков с кадастровым номером 50:22:0060407:325, 50:22:0060407:385, 50:22:0060407:387, 50:22:0060407:386 были совершены в отношении заинтересованного лица безвозмездно (договоры дарения от 04.06.2019), суд верно не признал ФИО1 добросовестным приобретателем имущества. Кроме того, указанные сделки были совершены в отсутствие оплаты, что привело к существенному уменьшению размера имущества должника, которое могло привести и привело к полной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет отчужденных по сделкам денежных средств.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что указанные действия должника по заключению оспариваемых договоров выходят за пределы добросовестного осуществления им своих прав при указанных обстоятельствах (злоупотребление правом) и совершены с целью причинения вреда кредиторам.

Учитывая конкретные фактические обстоятельства настоящего обособленного спора, суд первой инстанции правомерно признал сделки недействительными на основании статей 10 и 168 ГК РФ и применил последствия недействительности сделок в виде обязания ФИО1 возвратить в конкурсную массу должника спорное имущество.

Доводы ответчиков о пропуске срока исковой давности правомерно признаны судом первой инстанции несостоятельными, поскольку налоговый орган фактически узнал о нарушении своего права в ноябре 2018 года, а ззаявление о несостоятельности (банкротстве) должника было подано в арбитражный суд 03.12.2018, то есть течение срока исковой давности начинается с 03.12.2018.

При этом конкурсное производство по делу № А41-107721/2018 введено 23.10.2019, заявление об оспаривании сделок подано в арбитражный суд 04.02.2020.

Таким образом, налоговым органом срок исковой давности не пропущен.

Кроме того, суд первой инстанции верно отметил, что выписка из ЕГРН о принадлежащем должнику земельном участке, на основании которой конкурсный управляющий узнал о наличии спорного договора с ФИО3, датирована 24.02.2020, а заявление об оспаривании сделки подано в суд уже 23.03.2021.

Согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической, тогда как в данном случае ответчики не опровергли заключение сделок безвозмездно, то есть на условиях, недоступных независимым участникам рынка.

При таких обстоятельствах округа соглашается с выводами суда первой инстанции о том, что указанные действия ответчиков по заключению оспариваемых договоров купли-продажи и дарения выходят за пределы добросовестного осуществления ими своих прав при указанных обстоятельствах (злоупотребление правом).

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 01.12.2015 № 4-КГ15-54 злоупотребление правом может выражаться в отчуждении имущества с целью предотвращения возможного обращения взыскания на него.

Кассатор обоснованно указывает, что в настоящем случае, как правомерно установил суд первой инстанции, договор купли-продажи земельного участка от 05.11.2015, заключенный между должником и ФИО3, совершен с пороками, выходящими за пределы дефектов подозрительных сделок, поскольку оспариваемая сделка обладает признаками притворности и заключена при злоупотреблении сторонами правом.

В пункте 22 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2021), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 07.04.2021, при отчуждении имущества должника в преддверии его банкротства и последующем оформлении передачи права собственности на данное имущество от первого приобретателя к иным лицам по цепочке сделок возможна ситуация, когда создается лишь видимость вовлечения имущества должника в гражданский оборот, иллюзия последовательного перехода права собственности на него от одного собственника другому (оформляются притворные сделки), а в действительности совершается одна единственная (прикрываемая) сделка - сделка по выводу активов во избежание обращения взыскания со стороны кредиторов.

Также суд округа учитывает правовую позицию, изложенную в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 21.11.2022 № 305-ЭС22-14706(1,2), согласно которой заявитель не ограничен в выборе того или иного способа защиты нарушенных прав должника и конкурсных кредиторов, определяемый им самостоятельно в каждой конкретной ситуации и являющийся, по его мнению, наиболее эффективным для целей возврата имущества должника в конкурсную массу. В рассматриваемом случае конкурсный управляющий выбрал судебное оспаривание совершенных аффилированными лицами сделок с убыточной направленностью.

С учетом изложенного, судебная коллегия суда кассационной инстанции полагает, что выводы суда апелляционной инстанции не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, судом апелляционной инстанции не опровергнуты законные и обоснованные выводы суда первой инстанции, в связи с чем постановление суда апелляционной инстанции подлежит отмене с оставлением в силе определения Арбитражного суда Московской области.

Пунктом 5 части 1 статьи 287 АПК РФ арбитражному суду округа предоставлено право по результатам рассмотрения кассационной жалобы оставить в силе одно из ранее принятых по делу решений или постановлений.

При таких обстоятельствах, а также с учетом того, что судом округа не усматривается несоответствие выводов суда первой инстанции материалам дела, постановление суда апелляционной инстанции подлежит отмене на основании частей 1, 3 статьи 288 АПК РФ, поскольку при его принятии апелляционным судом не учтены фактические обстоятельства дела, а определение Арбитражного суда Московской области от 06.10.2022 оставлению в силе.

Руководствуясь статьями 176, 284-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Московского округа



ПОСТАНОВИЛ:

постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 18.01.2023 по делу № А41-101721/2018 отменить, определение Арбитражного суда Московской области от 06.10.2022 по делу № А41-101721/2018 оставить в силе.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.




Председательствующий-судья В.Л. Перунова


Судьи: Н.Н. Тарасов


В.З. Уддина