Постановление от 5 ноября 2019 г. по делу № А41-82771/2016

ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-13108/2019

Дело № А41-82771/16
06 ноября 2019 года
г. Москва



Резолютивная часть постановления объявлена 30 октября 2019 года

Постановление изготовлено в полном объеме  06 ноября 2019 года


Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи  Катькиной Н.Н.,

судей Гараевой Н.Я., Мизяк В.П.,

при ведении протокола судебного заседания: ФИО1,

при участии в заседании:

от финансового управляющего индивидуального предпринимателя ФИО2 ФИО3: ФИО4 по доверенности от 14.06.19,

от индивидуального предпринимателя ФИО2: ФИО5 по нотариально удостоверенной доверенности от 23.05.18, зарегистрированной в реестре за № 77/555-н/77-2018-4-1305,

от Гюндогду Эмрах: ФИО6 лично, ФИО7 по нотариально удостоверенной доверенности от 18.03.19, зарегистрированной в реестре за № 77/347-н/77-2019-3-765,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу финансового управляющего индивидуального предпринимателя ФИО2 ФИО3 на определение Арбитражного суда Московской области от 06 июня 2019 года по делу №А41-82771/16, по заявлению финансового управляющего индивидуального предпринимателя ФИО2 ФИО3 о признании сделок недействительными и применении последствий недействительности сделок, с участием заинтересованных лиц: ФИО8, ФИО9, Гюндогду Эмрах, третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Московской области,

УСТАНОВИЛ:

Финансовый управляющий индивидуального предпринимателя (ИП) ФИО2 ФИО3 обратился в Арбитражный суд Московской области с заявлением, в котором просил признать недействительной сделку по отчуждению недвижимого имущества - земельного участка с кадастровым номером 50:21:0060311:1834, находящегося по адресу: Московская область, Ленинский район, д. Большое Саврасово, общая площадь участка 981 кв.м., совершенную между ФИО2 и Гюндогду Эмрах, последовательно заключенными сделками купли-продажи данного недвижимого имущества:

- между ФИО2 и ФИО8 по договору купли-продажи от 04.04.16,

- между ФИО8 и ФИО9 по договору купли-продажи от 25.05.16,

- между ФИО9 и ФИО8 по договору купли-продажи от 19.09.16,

- между ФИО8 и Гюндогду Эмрах по договору купли-продажи от 26.07.17; применить последствия недействительности сделки в виде возврата имущества в конкурсную массу ФИО2, погашении записи о собственности и о регистрации перехода права собственности в ЕГРН от 18.04.16, от 06.06.16, от 29.09.16, от 02.08.17 по земельному участку с кадастровым номером 50:21:0060311:1834 (т. 1, л.д. 2-4).

Заявление подано на основании пункта 1 статьи 61.2 Федерального закона № 127?ФЗ от 26.10.02 "О несостоятельности (банкротстве)".

Определением Арбитражного суда Московской области от 30 марта 2018 года указанное заявление было принято к производству (т. 1, л.д. 1).

Также определением Арбитражного суда Московской области от 30 марта 2018 года было принято к производству заявление финансового управляющего ИП ФИО2 ФИО3 о признании недействительной сделки по отчуждению недвижимого имущества - земельного участка с кадастровым номером 50:21:0060311:1833, находящегося по адресу: Московская область, Ленинский район, д. Большое Саврасово, общая площадь участка 979 кв.м., совершенной между ФИО2 и ФИО6, последовательно заключенными сделками купли-продажи данного недвижимого имущества:

- между ФИО2 и ФИО8 по договору купли-продажи от 04.04.16,

- между ФИО8 и ФИО10 по договору купли-продажи от 25.05.16,

- между ФИО10 и ФИО8 по договору купли-продажи от 19.09.16,

- между ФИО8 и ФИО6 по договору купли-продажи от 26.07.17; применить последствия недействительности сделки в виде возврата имущества в конкурсную массу ФИО2, погашении записи о собственности и о регистрации перехода права собственности в ЕГРН от 18.04.16, от 06.06.16, от 29.09.16, от 02.08.17 по земельному участку с кадастровым номером 50:21:0060311:1833 (т. 2, л.д. 1-4).

Определением Арбитражного суда Московской области от 21 июня 2018 года производство по указанным обособленным спорам было объединено в одно производство, к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, было привлечено Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии (Управление Росреестра) по Московской области (т. 2, л.д. 184).

Определением Арбитражного суда Московской области от 06 июня 2019 года в удовлетворении заявления финансового управляющего о признании договоров купли?продажи от 04.04.16, от 25.05.16, от 19.09.16, от 26.07.17 (в отношении земельных участков с кадастровыми номерами № 50:21:0060311:1834, № 50:21:0060311:1833) и применении последствий недействительности сделки было отказано (т. 4, л.д. 58-61).

Не согласившись с вынесенным судебным актом, финансовый управляющий ИП ФИО2 ФИО3 обратился в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение отменить, ссылаясь на неправильное применение судом первой инстанции норм материального права при его вынесении и несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела (т. 4, л.д. 63-66).

Законность и обоснованность определения суда проверены апелляционным судом в соответствии со статьями 266-268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исследовав материалы дела и доводы апелляционной жалобы, заслушав представителей лиц, участвующих в судебном заседании, апелляционный суд полагает, что обжалуемое определение подлежит отмене.

Как следует из материалов дела, ФИО2 на праве собственности принадлежали земельные участки, расположенные по адресу: Московская область, Ленинский район, д. Большое Саврасово, с кадастровым номером 50:21:0060311:1834 общей площадью 981 кв.м. и с кадастровым номером 50:21:0060311:1833 общей площадью 979 кв.м.

Указанные участки на основании договоров купли-продажи от 04.04.16 были отчуждены ФИО2 ФИО8 за 1 000 000 рублей каждый (т. 1, л.д. 17-18, т. 2, л.д. 17).

ФИО8, в свою очередь, продал указанные участки ФИО10 по договорам купли-продажи от 25.05.16 за 3 460 500 рублей (участок с кадастровым номером 50:21:0060311:1833) и за 3 467 500 рублей (участок с кадастровым номером 50:21:0060311:1834) (т. 3, л.д. 111-112).

19.09.16 между ФИО10 (Продавец) и ФИО8 (Покупатель) были заключены договоры купли-продажи, по условиям которых Продавец передал Покупателю земельные участка с кадастровыми номерами 50:21:0060311:1833 и 50:21:0060311:1834 за 3 460 500 рублей и за 3 467 500 рублей соответственно (т. 3, л.д. 73-74, 93-94).

На основании договоров купли-продажи от 26.07.17 ФИО8 продал ФИО6 земельные участка с кадастровыми номерами 50:21:0060311:1833 и 50:21:0060311:1834 за 2 250 000 рублей каждый (т. 3, л.д. 64-65, 82-83).

Определением Арбитражного суда Московской области от 23 декабря 2016 года было возбуждено производство по делу о банкротстве ФИО2

Определением Арбитражного суда Московской области от 16 октября 2017 года в отношении ФИО2 была введена процедура банкротства - реструктуризация долгов, финансовым управляющим утвержден ФИО3

Решением Арбитражного суда Московской области от 09 февраля 2018 года ФИО2 был признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура реализации имущества должника, финансовым управляющим утвержден ФИО3

Обращаясь в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением, финансовый управляющий ФИО3 указал, что вышеназванные сделки недействительны, поскольку земельные участки по ним были отчуждены по заниженной цене в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из отсутствия доказательств в их подтверждение.

Апелляционный суд не может согласиться с выводами суда первой инстанции по следующим основаниям.

Согласно части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статье 32 Федерального закона N 127-ФЗ от 26.10.02 "О несостоятельности (банкротстве)" дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным процессуальным законодательством, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

К отношениям, связанным с банкротством индивидуальных предпринимателей, применяются правила, установленные параграфами 1.1, 4 главы X настоящего Федерального закона, с учетом особенностей, установленных настоящим параграфом (ст. 214.1 Закона о банкротстве).

В силу пункта 1 статьи 61.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Согласно пункту 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 63 от 23.12.10 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти.

В связи с этим по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.).

Обращаясь в арбитражный суд с настоящими заявлениями, финансовый управляющий ИП ФИО2 указал, что должник в целях причинения вреда имущественным правам своих кредиторов произвел отчуждение принадлежавшего ему ликвидного имущества по заниженной цене.

В силу пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

В пункте 8 Постановления Пленума Высшего арбитражного суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" разъяснено, что пункт 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки.

Для признания сделки недействительной на основании указанной нормы не требуется, чтобы она уже была исполнена обеими или одной из сторон сделки, поэтому неравноценность встречного исполнения обязательств может устанавливаться исходя из условий сделки.

В соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

В пункте 9 Постановления Пленума Высшего арбитражного суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 разъяснено, что если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Следовательно из толкования статьи 61.2 Закона о банкротстве для признания сделки должника подозрительной необходимо доказать два факта: совершение сделки должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления; неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки.

Как указывалось выше, производство по настоящему делу было возбуждено определением Арбитражного суда Московской области от 23 декабря 2016 года, отчуждение спорных земельных участков ИП ФИО2 произвел 04.04.16 по договорам купли-продажи, заключенным с ФИО8, то есть пределах периода подозрительности, определенного пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В силу пункта 1 статьи 454 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

Таким образом, целью продажи является передача собственного имущества за соразмерное встречное представление.

По условиям договоров купли-продажи от 04.04.16, заключенных между ИП ФИО2 (Продавец) и ФИО8 (Покупатель), земельные участки, расположенные по адресу: Московская область, Ленинский район, д. Большое Саврасово, с кадастровым номером 50:21:0060311:1834 общей площадью 981 кв.м. и с кадастровым номером 50:21:0060311:1833 общей площадью 979 кв.м. были отчуждены за 1 000 000 рублей каждый (т. 1, л.д. 17-18, т. 2, л.д. 17).

На основании определения Арбитражного суда Московской области от 04 февраля 2019 года по настоящему обособленному спору была назначена судебная экспертиза по определению рыночной стоимости имущества, проведение которой поручено эксперту АНО "СОЮЗЭКСПЕРТИЗА" ТПП РФ ФИО11 (т. 3, л.д. 127?128).

Согласно заключению эксперта № 026-21-00009 от 20.02.19 по состоянию на 04.04.16 рыночная стоимость земельного участка с кадастровым номером 50:21:0060311:1834 составляла с учетом округления 1 077 084 рубля, а земельного участка с кадастровым номером 50:21:0060311:1833 - 1 074 888 рублей (т. 3, л.д. 129-157).

Как правильно указал суд первой инстанции, с учетом правовой позиции, сформулированной в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 28.06.11 N 913/11 по делу N А27-4849/2010, отклонение цены договора от рыночной стоимости переданного должником имущества несущественно, поскольку составляет менее 30%.

Однако, само по себе указанное обстоятельство не свидетельствует о заключении сделки при равноценном встречном исполнении.

Так, судом не были применены выработанные судебной практикой подходы относительно взаимосвязи кадастровой и рыночной стоимости объектов недвижимости (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 05.12.16 № 305-ЭС16-11170, в котором, в свою очередь, имеется ссылка на постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.06.13 № 10761/11), согласно которым судам при рассмотрении дел, касающихся оспаривания сделок по продаже таких объектов недвижимости как земельные участки, рекомендовано проверять причины завышения кадастровой стоимости по отношению к рыночной цене. Данная правовая позиция впоследствии была подтверждена и Определением Верховного Суда Российской Федерации от 22 февраля 2018 года № 306?ЭС17-17171.

Согласно данным Управления Росреестра по Московской области кадастровая стоимость земельного участка с кадастровым номером 50:21:0060311:1834 общей площадью 981 кв.м. составляет 3 467 570 рублей 13 копеек, а кадастровая стоимость земельного участка с кадастровым номером 50:21:0060311:1833 общей площадью 979 кв.м. - 3 460 500 рублей 67 копеек (т. 1, л.д. 21, т. 2, л.д. 19).

Изменения в сведения о кадастровой стоимости данных участков не вносились.

Исходя из обычаев делового оборота, при передаче имущества в собственность другого лица продавец ожидает реально получить встречное исполнение.

В соответствии с пунктами 4 договоров купли-продажи от 04.04.16, заключенных между ФИО2 и ФИО8, окончательный расчет между сторонами произведен до подписания договоров.

Согласно разъяснениям, данным в абзаце третьем пункта 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 35 от 22.06.12 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", который апелляционный суд считает возможным применить в данном случае по аналогии (постановление Арбитражного суда Московского округа от 31.10.2018 по делу N А40-66398/16), при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д. Также в таких случаях при наличии сомнений во времени изготовления документов суд может назначить соответствующую экспертизу, в том числе по своей инициативе (пункт 3 статьи 50 Закона о банкротстве).

Презумпция добросовестности сторон при совершении сделок является опровержимой.

В ситуации, когда лицо, оспаривающее совершенную со злоупотреблением правом сделку купли-продажи, представило достаточно серьезные доказательства и привело убедительные аргументы в пользу того, что продавец и покупатель при ее заключении действовали недобросовестно, с намерением причинения вреда истцу, на ответчиков переходит бремя доказывания того, что сделка совершена в интересах контрагентов, по справедливой цене, а не для причинения вреда кредитору путем воспрепятствования обращению взыскания на имущество и имущественные права по долгам (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.12.2014 по делу № 309-ЭС14-923).

В силу специфики дел о банкротстве в целях защиты прав и законных интересов других кредиторов и предотвращения злоупотребления правом со стороны должника, судом может быть проявлена активность в истребовании дополнительных доказательств, свидетельствующих о добросовестности сторон при заключении договора.

В частности, при наличии сомнений в реальности правоотношений сторон суд не лишен возможности потребовать представления дополнительных подтверждающих документов.

Указанный правовой подход является универсальным в рамках рассмотрения споров при банкротстве и подлежит применению при судебной оценке не только при рассмотрении вопроса о включении требования в реестр, но и при необходимости установления соответствия действительности любых правоотношений сторон, связанных с движением наличных денежных средств.

Материалы настоящего дела не содержат каких-либо доказательств произведения расчета между сторонами оспариваемого договора.

Из выписки со счета ИП ФИО2 не усматривается поступление денежных средств, полученных от продажи спорного имущества (т. 1, л.д. 23-26).

Кроме того, должник не раскрыл судьбу этих средств, не указал обстоятельства, препятствующие направлению их на погашение требований кредиторов, что свидетельствует о злоупотреблении правом со стороны ИП ФИО2 и заключение им оспариваемых договоров исключительно в целях уклонения от исполнения обязательств перед своими кредиторами.

Как указано в абзаце втором пункта 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 35 от 22.06.12 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", при установлении требований в деле о банкротстве не подлежит применению часть 3.1 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которой обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований; также при установлении требований в деле о банкротстве признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (часть 3 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.

Таким образом, указание в договорах от 04.04.16 на проведение расчетов между сторонами до заключения сделок не свидетельствуют само по себе о реальной передаче денежных средств должнику покупателем имущества.

В материалы дела также не представлено доказательств, подтверждающих наличие у ФИО8 финансовой возможности приобретения спорного имущества.

Учитывая изложенное, апелляционный суд приходит к выводу о том, что допустимых доказательств того, что  спорное имущество было отчуждено ИП ФИО2 возмездно, не представлено.

Данные выводы соответствуют позиции Арбитражного суда Московского округа, изложенной в постановлении по аналогичному обособленному спору и в постановлении от 11 июня 2019 года по делу № А41-43893/2015.

Поскольку договоры купли-продажи от 04.04.16 были заключены ИП ФИО2 и ФИО8 при неравноценном встречном исполнении, у суда первой инстанции не имелось оснований для отказа в удовлетворении требований в данной части.

При этом апелляционный суд не находит оснований для удовлетворения требований о признании недействительными договоров купли-продажи, заключенных между ФИО8 и ФИО10 25.05.16, между ФИО10 и ФИО8 19.09.16 и между ФИО8 и ФИО6 26.07.17 в силу следующего.

В силу пункта 1 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

При этом, признание недействительной по признаку оспоримости первоначальной сделки не приводит к автоматическому признанию недействительными всех последующих сделок и не является безусловным основанием к истребованию имущества у последующего добросовестного приобретателя (постановление Арбитражного суда Московского округа от 07.03.2018 по делу N А40-43399/2017).

Согласно разъяснениям, данным в пункте 35 совместного Постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 10/22 от 29.04.10 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", если имущество отчуждено лицом, которое не имело на это права, собственник может обратиться с иском об истребовании имущества из чужого незаконного владения приобретателя (ст. ст. 301, 302 ГК РФ). Если в такой ситуации предъявлен иск о признании недействительными сделок по отчуждению имущества, суду при рассмотрении дела следует иметь в виду правила, установленные статьями 301, 302 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Права лица, считающего себя собственником имущества, не подлежат защите путем удовлетворения иска к добросовестному приобретателю с использованием правового механизма, установленного пунктами 1 и 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации. Такая защита возможна лишь путем удовлетворения виндикационного иска, если для этого имеются предусмотренные статьи 302 Гражданского кодекса Российской Федерации основания, которые дают право истребовать имущество и у добросовестного приобретателя (безвозмездность приобретения имущества добросовестным приобретателем, выбытие имущества из владения собственника помимо его воли и др.).

Иное толкование положений пунктов 1 и 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации означало бы, что собственник может прибегнуть к такому способу защиты, как признание всех совершенных сделок по отчуждению его имущества недействительными, т.е. требовать возврата, полученного в натуре не только по одной (первой) сделке, совершенной с нарушением закона, но и по последующим (второй, третьей, четвертой и т.д.) сделкам, когда спорное имущество было приобретено добросовестным приобретателем. Тем самым нарушались бы вытекающие из Конституции РФ установленные законодателем гарантии защиты прав и законных интересов добросовестного приобретателя.

Согласно сведениям, внесенным в военный билет ФИО2, ФИО8, ФИО10 и ФИО6 членами семьи должника не являются. Доказательств наличия родства или иных признаков, свидетельствующих о заинтересованности указанных лиц к должнику, не представлено.

Учитывая изложенное, тот факт, что договоры купли-продажи от 04.04.16 были зарегистрированы в установленном законом порядке, апелляционный суд приходит к выводу об отсутствии у последующих приобретателей спорного имущества оснований полагать, что земельные участки были отчуждены ИП ФИО2 фактически безвозмездно.

В настоящее время спорные участки зарегистрированы на праве собственности за  ФИО6, который приобрел их на основании договоров купли-продажи от 26.07.17 за 2 250 000 рублей каждый.

По условиям указанных договоров расчет между сторонами производится поэтапно, что подтверждается расписками Продавца о получении денежных средств.

В соответствии с представленными в материалы дела расписками ФИО8 от 26.07.17 и от 14.11.17 за спорные земельные участки он получил от ФИО6 денежные средства в общей сумме 4 500 000 рублей (т. 4, л.д. 29-31).

Факт наличия у ФИО6 финансовой возможности приобретения спорного имущества подтверждается выписками с расчетных счетов данного лица.

 В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 29 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 63 от 23.12.10 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", в случае, если сделка, признанная в порядке главы III.1 Закона о банкротстве недействительной, была исполнена должником и (или) другой стороной сделки, суд в резолютивной части определения о признании сделки недействительной также указывает на применение последствий недействительности сделки (пункт 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 1 статьи 61.6 и абзац второй пункта 6 статьи 61.8 Закона о банкротстве) независимо от того, было ли указание на это в заявлении об оспаривании сделки.

Согласно пункту 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Как разъяснено в абзаце 2 пункта 25 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 63 от 23.12.10 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", в случае признания на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве недействительными действий должника по уплате денег, передаче вещей или иному исполнению обязательства, а также иной сделки должника, направленной на прекращение обязательства (путем зачета встречного однородного требования, предоставления отступного или иным способом), обязательство должника перед соответствующим кредитором считается восстановленным с момента совершения недействительной сделки, а право требования кредитора по этому обязательству к должнику (восстановленное требование) считается существовавшим независимо от совершения этой сделки (абзац первый пункта 4 статьи 61.6 Закона о банкротстве).

В силу пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве в случае признания сделки в соответствии с настоящей главой недействительной все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по такой сделке подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

Как разъяснено в абзаце третьем пункта 16 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 63 от 23.12.10 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", если право на вещь, отчужденную должником по сделке, после совершения этой сделки было передано другой стороной сделки иному лицу по следующей сделке (например, по договору купли-продажи), то заявление об оспаривании первой сделки предъявляется по правилам статьи 61.8 Закона о банкротстве к другой ее стороне. Если первая сделка будет признана недействительной, должник вправе истребовать спорную вещь у ее второго приобретателя только посредством предъявления к нему виндикационного иска вне рамок дела о банкротстве по правилам статей 301 и 302 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При этом, принятие судом в деле о банкротстве судебного акта о применении последствий недействительности первой сделки путем взыскания с другой стороны сделки стоимости вещи не препятствует удовлетворению иска о ее виндикации. Однако если к моменту рассмотрения виндикационного иска стоимость вещи будет уже фактически полностью уплачена должнику стороной первой сделки, то суд отказывает в виндикационном иске (абзац четвертый пункта 16 Постановления N 63).

В абзаце пятом пункта 16 Постановления N 63 разъяснено, что при наличии двух судебных актов (о применении последствий недействительности сделки путем взыскания стоимости вещи и о виндикации вещи у иного лица) судам необходимо учитывать следующее. Если будет исполнен один судебный акт, то исполнительное производство по второму судебному акту оканчивается судебным приставом-исполнителем в порядке статьи 47 Федерального закона N 229-ФЗ от 02.10.07 "Об исполнительном производстве"; если будут исполнены оба судебных акта, то по позднее исполненному осуществляется поворот исполнения в порядке статьи 325 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Таким образом, из буквального содержания изложенных разъяснений следует, что правоприменительная практика допускает судебную защиту и путем возмещения стоимости имущества, полученного по ничтожной сделке стороной сделки, так и путем его виндикацию

Данный вывод соответствует позиции Арбитражного суда Московского округа, изложенной в постановлении от 29 декабря 2016 года по делу N А41-42990/11.

Как указывалось выше, спорные земельные участки были отчуждены ИП ФИО2 ФИО8 по цене в 1 000 000 рублей за каждый.

Согласно данным Управления Росреестра по Московской области кадастровая стоимость земельного участка с кадастровым номером 50:21:0060311:1834 общей площадью 981 кв.м. составляет 3 467 570 рублей 13 копеек, а кадастровая стоимость земельного участка с кадастровым номером 50:21:0060311:1833 общей площадью 979 кв.м. - 3 460 500 рублей 67 копеек (т. 1, л.д. 21, т. 2, л.д. 19).

Согласно заключению эксперта № 026-21-00009 от 20.02.19 по состоянию на 04.04.16 рыночная стоимость земельного участка с кадастровым номером 50:21:0060311:1834 составляла с учетом округления 1 077 084 рубля, а земельного участка с кадастровым номером 50:21:0060311:1833 - 1 074 888 рублей (т. 3, л.д. 129-157).

Исследовав и оценив указанные документы в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд приходит к выводу о том, что заключение эксперта наиболее точно определяет стоимость спорных земельных участков на дату заключения сделок, поскольку в нем наиболее полно исследованы условия рынка, существовавшие в апреля 2016 года, и учтены характеристики спорных земельных участков.

При этом определенная сторонами в договорах от 04.04.16 стоимость земельных участков (в размере 1 000 000 рублей за каждый) существенно не отличалась от установленной заключением эксперта рыночной стоимости этих участков.

При таких обстоятельствах апелляционный суд считает возможным в порядке применения последствий недействительности сделки взыскать с ФИО8 в конкурсную массу ИП ФИО2 2 000 000 рублей, являющихся ценой земельных участков, установленной в оспариваемых договорах купли-продажи.

Руководствуясь статьями 266, 268, пунктом 3 части 4 статьи 272, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 



ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Московской области от 06 июня 2019 года по делу № А41-82771/16 отменить.

Признать недействительными договоры купли-продажи от 04.04.16, заключенные между ФИО2 и ФИО8 в отношении земельных участков с кадастровыми номерами 50:21:0060311:1834, 50:21:0660311:1833.

Взыскать с ФИО8 в конкурсную массу ФИО2 2 000 000 рублей.

В остальной части заявленных требований отказать.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Московского округа через Арбитражный суд Московской области в месячный срок со дня его принятия.


Председательствующий


Н.Н. Катькина


Судьи:


Н.Я. Гараева


В.П. Мизяк