Постановление от 2 июля 2019 г. по делу № А10-1597/2017

ЧЕТВЕРТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

672000, Чита, ул. Ленина, 100б

тел. (3022) 35-96-26, тел./факс (3022) 35-70-85

Е-mail: info@4aas.arbitr.ru http://4aas.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А10-1597/2017
г. Чита
02 июля 2019 года
Резолютивная часть постановления объявлена 27 июня 2019 года

Полный текст постановления изготовлен 02 июля 2019 года


Четвертый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего судьи Н. А. Корзовой, судей О. В. Барковской, О. В. Монаковой, при ведении протокола судебного заседания помощником судьи И. О. Карповой,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Республики Бурятия от 25 марта 2019 года по делу №А10-1597/2017 (суд первой инстанции: судья В. С. Филиппова)

по заявлению конкурсного управляющего должника – главы крестьянско-фермерского хозяйства ФИО1 ФИО2 об оспаривании сделки должника, заключенной с ФИО3,

по делу о несостоятельности (банкротства) должника – главы крестьянско-фермерского хозяйства ФИО1 (ОГРН <***>, ИНН <***>, дата рождения: 05.03.1963, место рождения: с. Сосново-Озерское Еравнинского района Бурятской АССР).

В судебное заседание в Четвертый арбитражный апелляционный суд лица, участвующие в деле, не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом, что подтверждается почтовыми уведомлениями, сведениями сайта Почты России. Кроме того, они извещались о судебных заседаниях по данному делу судом первой инстанции, соответственно, были осведомлены о начавшемся процессе.

Руководствуясь частью 3 статьи 156, статьей 123, частью 6 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие надлежащим образом извещенных лиц, участвующих в деле.

Судом установлены следующие обстоятельства.

Акционерное общество «Российский сельскохозяйственный банк» обратилось в Арбитражный суд Республики Бурятия с заявлением о признании индивидуального предпринимателя ФИО1 несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 07.04.2017 заявление банка принято к рассмотрению.

Положения Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ (далее - Закона о банкротстве), касающиеся банкротства граждан, не применяются к отношениям, связанным с банкротством крестьянских (фермерских) хозяйств, в том числе когда заявление о признании банкротом подается в арбитражный суд в отношении гражданина, являющегося одновременно индивидуальным предпринимателем - главой крестьянского (фермерского) хозяйства (пункт 2 статьи 213.1 Закона о банкротстве).

Банкротство крестьянских (фермерских) хозяйств осуществляется по общим правилам Закона о банкротстве с особенностями, установленными параграфом 3 главы X указанного Закона.

Определением Арбитражного суда Республики Бурятия от 04 декабря 2017 года в отношении должника – главы крестьянско-фермерского хозяйства ФИО1 введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО2.

Решением Арбитражного суда Республики Бурятия от 18.05.2018 должник – глава крестьянско-фермерского хозяйства ФИО1 признана несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО2.

Конкурсный управляющий ФИО2 обратился в Арбитражный суд Республики Бурятия с уточненным впоследствии заявлением о признании недействительным договора купли-продажи автомобиля «Toyota Land Cruiser 120», 2008 года выпуска, государственный номер – <***> идентификационный номер (VIN) – <***>, цвет кузова темно-серый, паспорт технического средства серии 78 УА № 161636 от 15.07.2008, заключенного между должником ФИО1 и ее сыном ФИО3; применении последствий недействительности сделки в виде взыскания в конкурсную массу должника 1 231 088 рублей.

Определением суда от 12.09.2018 заявление принято к рассмотрению, к участию в обособленном споре в качестве ответчика привлечен ФИО3.

Определением суда от 13.12.2018 к участию в настоящем обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, привлечен ФИО4.

В обоснование заявленных требований конкурсный управляющий указал, что договор купли-продажи от 21.08.2014 совершен должником в течение трех лет до принятия заявления о признании банкротом, в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов, поскольку договор заключен на сумму 10 000 рублей, тогда как рыночная стоимость автомобиля составляет не менее 1 400 000 рублей.

При том, что другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки, так как сделка заключена с сыном должника. Считает, что сделка является недействительной сделкой в силу пунктов 1, 2 статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2002 № 127-ФЗ, ст. ст. 167-170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Определением Арбитражного суда Республики Бурятия от 25 марта 2019 года заявление конкурсного управляющего ФИО2 удовлетворено. Признана недействительной сделка должника – договор купли-продажи автомобиля «Toyota Land Cruiser 120», 2008 года выпуска, государственный номер – <***> идентификационный номер (VIN) – <***>, цвет кузова темно-серый, паспорт технического средства серии 78 УА № 161636 от 15.07.2008, заключенный между ФИО1 и ФИО3 21.08.2014. Применены последствия недействительности сделки. Взыскано с ФИО3 в конкурсную массу должника – главы крестьянско-фермерского хозяйства ФИО1 (ОГРН <***>, ИНН <***>) 1 231 088 рублей. Взысканы с ФИО3 в пользу должника ФИО1 3 000 рублей расходы по оплате государственной пошлины за рассмотрение заявления о принятии обеспечительных мер. Взыскана с ФИО3 в доход федерального бюджета 6 000 рублей государственная пошлина.

ФИО1 обратилась в Четвертый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой на определение Арбитражного суда Республики Бурятия от 25 марта 2019 года по делу №А10-1597/2017, в которой просит определение суда первой инстанции отменить.

ФИО1 в апелляционной жалобе указывает, что с принятым определением по делу ФИО1 не согласна, считает его незаконным.

Доводы конкурсного управляющего сводились к тому, что должник ФИО1 реализовала принадлежащий ей автомобиль по цене ниже рыночной, чем причинила вред имущественным интересам кредитора АО «Россельхозбанк», а целью реализации автомобиля было сокрытие имущества в преддверии банкротства.

С указанной позицией ФИО1 категорически не согласна.

Наличие задолженности по кредитному договору перед АО «Россельхозбанк» и ФИО5 не свидетельствует о намерениях ФИО1 сокрыть имущество, поскольку все обязательства ФИО1 были обеспечены залогом недвижимого имущества, стоимость которого на момент совершения оспариваемой сделки существенно превышала задолженность по кредиту.

Конкурсным кредитором не представлено доказательств того, что обращение взыскания на предмет залога не могло восстановить права кредитора на погашение задолженности по кредиту. Соответственно не доказаны и доводы о том, что сделка совершена с целью причинить вред имущественным правам кредитора, ввиду наличия залога.

Данное обстоятельство подтверждается и тем, что на основании решения Советского районного суда г. Улан-Удэ от 28.05.2010 было возбуждено исполнительное производство №1343/13/25/03 от 06.02.2013. Прекращено исполнительное производство в 2015 году после утверждения мирового соглашения от 20.01.2015. Оплата в счет погашения задолженности но кредиту вносилась после продажи автомобиля и составила сумму 2 013 814,68 рублей. Таким образом, после заключения спорной сделки на счет кредитора поступила сумма, превышающая стоимость автомобиля, что свидетельствует об отсутствии намерений в сокрытии имущества. Судом по данным возражениям не дана правовая оценка, что привело к принятию незаконного судебного акта.

Отмечает, что спорная сделка осуществлена в период исполнительного производства, при этом кредитор не требовал наложить запрет на регистрационные действия в отношении спорного автомобиля, а также иного имущества ввиду наличия обеспечения по кредиту, что свидетельствует о наличии достаточного имущества для погашения задолженности и об отсутствии умысла должника на сокрытие имущества.

В момент совершения сделки должник обладал достаточным количеством имущества, а стоимость проданного автомобиля не могла повлиять на общую платежеспособность ФИО1 ввиду незначительной стоимости по отношению к общей массе активов, при том, что впоследствии денежные средства были направлены на погашение задолженности в соответствии с утвержденным соглашением.

Судом не установлено, в какой именно временной промежуток ФИО1 стала отвечать признакам неплатежеспособности, что также является существенным обстоятельством для установления умысла должника, направленного на сокрытие имущества, как ссылается конкурсный управляющий.

Кроме того, ФИО1 считает, что пропущен срок на оспаривание подозрительной сделки должника, установленного в п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с ч. 2 ст. 199 ГК РФ истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Просит отменить определение Арбитражного суда Республики Бурятия от 25.03.2019 по делу №А10-1597/2017 о признании сделки должника недействительной и в удовлетворении заявления конкурсного управляющего отказать.

В материалы дела от конкурсного управляющего ФИО2 поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором ФИО2 указал, что считает определение Арбитражного суда Республики Бурятия от 25.03.2019 принятым в соответствии с нормами материального права и просит суд апелляционной инстанции оставить судебный акт без изменения, а жалобу - без удовлетворения. Полагает, что трехгодичный срок для признания указанного договора не истек.

Договор купли-продажи между ФИО1 и ФИО3 заключен с заинтересованным по отношению к должнику лицом, поскольку ответчик ФИО3 приходится должнику ФИО1 сыном.

Спорный автомобиль не выбывал из владения должника ФИО1 с момента его продажи, что следует из страхового полиса №0699006819, где ФИО1 наряду с покупателем ФИО3 значится в числе лиц, допущенных к управлению транспортным средством с 25.08.2014. Кроме того, на указанном транспортном средстве ФИО1 были нарушены правила дорожного движения 11.04.2018, совершено дорожно-транспортное происшествие 01.08.2016.

Согласно оспариваемому договору автомобиль продан за 10 000 руб. Доказательств, подтверждающих оплату по договору в сумме 10 000 руб. ответчик не представил. Таким образом, имущество было отчуждено в отсутствие встречного предоставления. Должник на дату совершения сделки, отвечал признакам неплатежеспособности, имеется решение Советского районного суда г. Улан-Удэ от 28.05.2010 по делу №2- 1361/2010 о взыскании с должника задолженности в размере 13 101 520 рублей.

Рассмотрев доводы апелляционной жалобы, исследовав материалы дела, проверив правильность применения норм материального и соблюдения норм процессуального права в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В силу пункта 1 статьи 61.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2002 №127-ФЗ (далее - Закон о банкротстве) сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Для признания сделки недействительной на основании указанной нормы не требуется, чтобы она уже была исполнена обеими или одной из сторон сделки, поэтому неравноценность встречного исполнения обязательств может устанавливаться исходя из условий сделки.

В соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

На основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве может быть оспорена также сделка, условия которой формально предусматривают равноценное встречное исполнение, однако должнику на момент ее заключения было известно, что у контрагента по сделке нет и не будет имущества, достаточного для осуществления им встречного исполнения.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 10 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», пункт 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки. Для признания сделки недействительной на основании указанной нормы не требуется, чтобы она уже была исполнена обеими или одной из сторон сделки, поэтому неравноценность встречного исполнения обязательств может устанавливаться исходя из условий сделки, в частности, как это разъяснено в абзаце 1 пункта 1 статьи 61.2 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки. При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

Как следует из материалов дела, и установлено судом первой инстанции, 21.08.2014 между ФИО1 и ФИО3 заключен договор купли продажи автомобиля. Согласно пунктам 1, 2 договора продавец продает, а покупатель приобретает автомобиль марки «Toyota Land Cruiser (Prado) 120», 2008 года выпуска, государственный номер – <***> идентификационный номер (VIN) – <***>, цвет кузова темно-серый, паспорт технического средства серии 78 УА № 161636 от 15.07.2008, выдан Центральной акцизной таможней.

Цена автомобиля согласована в договоре в сумме 10 000 рублей, которые переданы покупателем продавцу до подписания настоящего договора

В силу правовой позиции, указанной в пункте 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 декабря 2010 г. № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 настоящего Постановления).

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Заявление о признании должника несостоятельным (банкротом) принято к производству суда 07.04.2017. Оспариваемая сделка совершена 21.08.2014, то есть в течение трех лет до даты принятия заявления о признании должника банкротом.

Следовательно, сделка может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

– стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

– должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

– после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции о том, что сделка совершена с причинением вреда имущественным правам кредиторов.

Исходя из правовой позиции, указанной в пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

Для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества

В силу разъяснений, изложенных в пункте 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 декабря 2010 г. № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве.

Неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное (абзац тридцать четвертый статьи 2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

Недостаточность имущества - превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника (абзац тридцать третий статьи 2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

Суд первой инстанции, проверяя сделку на наличие признаков, указанных в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, установил, что на дату совершения сделки должник отвечал признакам неплатежеспособности и недостаточности имущества. Кроме того, суд установил, что оспариваемый договор купли-продажи между ФИО1 и ФИО3 заключен с заинтересованным по отношению к должнику лицом по пункту 3 статьи 19 Закона о банкротстве, поскольку ответчик ФИО3 является сыном ФИО1

С этими выводами суда первой инстанции соглашается апелляционный суд с учетом следующих обстоятельств.

На дату совершения сделки 21.08.2014 должник уже отвечал признакам неплатежеспособности, поскольку решением Советского районного суда г. Улан-Удэ от 28.05.2010 по делу №2- 1361/2010 взыскана солидарно с индивидуального предпринимателя ФИО6 и поручителей ФИО1, ФИО7 в пользу акционерного общества «Российский сельскохозяйственный банк» задолженность по кредитному договору в размере 13 101 520 рублей, из них остаток задолженности по основному долгу - 11 963 020 рублей.

Определением Советского районного суда г. Улан-Удэ от 20.01.2015 по делу № 2- 1361/10 утверждено мировое соглашение, согласно которому, солидарные должники обязались уплатить банку сумму задолженности в размере 6 622 343,16 рублей.

Требование акционерного общества «Российский сельскохозяйственный банк» включено в реестр требований кредиторов должника в сумме 7 610 599,61 рублей, из них 5 262 089,82 рублей - основной долг.

Кроме того, как установлено судом первой инстанции, решением Свердловского районного суда г. Иркутска от 29.12.2015 с ФИО1 в пользу ФИО5 взыскана сумма основного долга по договору займа от 21.04.2014 в размере 3 000 000 рублей, проценты за пользование суммой займа в размере 1 950 000 рублей.

Следовательно, правомерными являются выводы суда первой инстанции о наличии признаков неплатежеспособности у должника в связи с прекращением исполнения части денежных обязательств, вызванным недостаточностью денежных средств.

С учетом этого не имеют значения доводы должника о том, что обращение взыскания на предмет залога не могло восстановить права кредитора на погашение задолженности по кредиту, поскольку для определения признаков неплатёжеспособности и недостаточности имущества значение имеет сам факт неисполнения обязательства более трех месяцев ввиду недостаточности имущества для этого.

При этом доказательств того, что имевшихся на дату совершения сделок активов у должника достаточно для исполнения принятых обязательств, не представлено.

Доводы заявителя апелляционной жалобы о том, что судом не установлено, в какой именно временной промежуток ФИО1 стала отвечать признакам неплатежеспособности, являются ошибочными, поскольку судом установлено, что такие признаки наличествовали на дату совершения оспариваемой сделки, и эти выводы основаны на вступивших в законную силу судебных актах.

Кроме того, подлежат отклонению как ошибочные доводы должника о том, что после заключения спорной сделки на счет кредитора поступила сумма, превышающая стоимость автомобиля, что свидетельствует об отсутствии намерений в сокрытии имущества. При рассмотрении споров о недействительности сделок достаточно установить наличие совокупности признаков, установленных статьей 61.2 Закона о банкротстве с учетом правовых позиций, изложенных в пунктах 5 – 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

Отсутствие намерений в сокрытии имущества или наличие таких намерений не входят в предмет доказывания при оспаривании сделок. Эти обстоятельства подлежат установлению при рассмотрении споров о взыскании убытков, привлечении к субсидиарной ответственности.

Подлежат отклонению как ошибочные и доводы должника о пропуске срока исковой давности. При этом должник полагает сроком исковой давности период подозрительности сделки.

Между тем предусмотренный законом трехлетний период подозрительности, вопреки доводам заявителя, не является сроком исковой давности. При рассмотрении требования о признании сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве суд вне зависимости от доводов и возражений участников спора обязан проверить, совершена ли оспариваемая сделка в пределах указанного срока. Сделка, совершенная за пределами трехлетнего срока, не может быть оспорена по специальным основаниям, предусмотренным в главе III.1 Закона о банкротстве. Должник ошибочно отождествляет срок исковой давности с периодом подозрительности.

В то время как срок исковой давности составляет один год (пункт 2 статьи 181 ГК РФ).

Суд апелляционной инстанции отметил, что установленный в статье 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности, на дату обращения с настоящим заявлением не истек, поскольку в соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий (в том числе исполняющий его обязанности - абзац третий пункта 3 статьи 75 Закона) узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. Однако в любом случае – не ранее даты введения процедуры конкурсного производства, поскольку именно в данной процедуре у конкурсного управляющего появляется возможность оспаривания сделок.

На основании пункта 3 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.

Следовательно, сделка была совершена в отношении заинтересованного лица без встречного предоставления, следовательно, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, из чего правильно исходил суд первой инстанции.

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

На такое толкование положений Закона о банкротстве указано пункте 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 декабря 2010 г. № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

Кроме того, автомобиль не выбывал из владения должника, что установлено судом первой инстанции путем исследования страхового полиса №0699006819, в котором ФИО1 наряду с покупателем ФИО3 значится в числе лиц, допущенных к управлению транспортным средством с 25.08.2014.

Более того, из ответов на запрос о наличии штрафов, от органов ГИБДД поступила информация о том, что при управлении спорным транспортным средством ФИО1 были нарушены правила дорожного движения 11.04.2018, совершено дорожно-транспортное происшествие 01.08.2016.

Таким образом, после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом (абзац пятый пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве).

Поскольку доказательств, подтверждающих оплату по договору в сумме 10 000 рублей не представлено, правильным является вывод суда первой инстанции о том, что имущество было отчуждено в отсутствие встречного предоставления.

Следовательно, наличие признаков, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при совершении оспариваемой сделки доказано материалами дела.

Согласно отчету об оценке рыночной стоимости автомобиля №719/18 на 21.08.2014 составила 1 231 088 рублей.

Вместе с тем в ходе рассмотрения настоящего спора ответчик ФИО3 произвел отчуждение спорного транспортного средства гражданину ФИО4 по договору от 01.12. 2018 за 1 150 000 рублей.

В силу правовой позиции, изложенной в пункте 16 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», если же право на вещь, отчужденную должником по сделке, после совершения этой сделки было передано другой стороной сделки иному лицу по следующей сделке (например, по договору купли-продажи), то заявление об оспаривании первой сделки предъявляется по правилам статьи 61.8 Закона о банкротстве к другой ее стороне. Если первая сделка будет признана недействительной, должник вправе истребовать спорную вещь у ее второго приобретателя только посредством предъявления к нему виндикационного иска вне рамок дела о банкротстве по правилам статей 301 и 302 ГК РФ. В случае подсудности виндикационного иска тому же суду, который рассматривает дело о банкротстве, оспаривающее сделку лицо вправе по правилам статьи 130 АПК РФ соединить в одном заявлении, подаваемом в рамках дела о банкротстве, требования о признании сделки недействительной и о виндикации переданной по ней вещи; также возбужденное вне рамок дела о банкротстве тем же судом дело по иску о виндикации может быть объединено судом с рассмотрением заявления об оспаривании сделки - их объединенное рассмотрение осуществляется в рамках дела о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

С учетом факта отчуждения имущества последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО3 в конкурсную массу должника – главы крестьянско-фермерского хозяйства ФИО1 денежных средств в сумме 1 231 088 рублей является правильным, поскольку соответствует положениям статьи 61.6 Закона о банкротстве.

С учетом изложенного, судом первой инстанции принято законное и обоснованное определение по настоящему обособленному спору.

Иные доводы заявителя апелляционной жалобы не могут служить основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

Нарушений норм материального и процессуального права при принятии обжалуемого судебного акта, которые в соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации могли бы повлечь его отмену, судом апелляционной инстанции не установлено, в связи с чем определение по делу подлежит оставлению без изменения, апелляционная жалоба - без удовлетворения.

При подаче апелляционной жалобы в соответствии с подпунктом 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации уплачивается государственная пошлина в размере 50 процентов размера государственной пошлины, подлежащей уплате при подаче искового заявления неимущественного характера, и составляет 3 000 рублей.

Расходы по уплате государственной пошлины распределяются по правилам статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

ФИО1 заявлено ходатайство об отсрочке уплаты государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы, в связи с тяжелым финансовым положением заявителя, приостановлением операций по расходованию средств на лицевых счетах.

В соответствии со статьей 102 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пунктом 2 статьи 333.22 Налогового кодекса Российской Федерации арбитражный суд, исходя из имущественного положения плательщика, вправе уменьшить размер государственной пошлины, либо отсрочить (рассрочить) ее уплату.

Руководствуясь частью 1 статьи 333.41 Налогового кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции счел возможным предоставить заявителю жалобы отсрочку уплаты государственной пошлины до рассмотрения апелляционной жалобы по существу, на что указано в определении от 04 июня 2019 года.

Таким образом, с ФИО1 подлежит взысканию в доход федерального бюджета государственная пошлина за рассмотрение апелляционной жалобы в сумме 3 000 рублей.

Руководствуясь статьей 258, статьями 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд



ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Республики Бурятия от 25 марта 2019 года по делу №А10-1597/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Взыскать с ФИО1 в доход федерального бюджета 3 000 рублей государственной пошлины в связи с рассмотрением апелляционной жалобы.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение месяца в кассационном порядке в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа путем подачи кассационной жалобы через арбитражный суд первой инстанции.



Председательствующий Н.А. Корзова


Судьи О.В. Барковская

О.В. Монакова