Постановление от 23 марта 2021 г. по делу № А65-35647/2019

ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности решения,

не вступившего в законную силу

23 марта 2021 года Дело № А65-35647/2019

Резолютивная часть постановления оглашена 19 марта 2021 года

Полный текст постановления изготовлен 23 марта 2021 года

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего судьи Сафаевой Н.Р, судей Морозова В.А., Колодиной Т.И.,

при ведении протокола помощником судьи Доброродным Р.В.,

в отсутствие лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещённых о времени и месте судебного разбирательства,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1 на решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 20.02.2020 по делу № А65-35647/2019 (судья Иванова И.В.)

по иску ФИО2,

к обществу с ограниченной ответственностью «Яна Тормыш» (ОГРН <***>, ИНН <***>)

о признании недействительным пункта 8.3 Устава общества с ограниченной ответственностью «Яна Тормыш», утвержденного решением внеочередного общего собрания участников от 09.10.2019,

при участии третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора: ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, Межрайонной ИФНС №18 по Республике Татарстан,

установил:

ФИО2 06.12.2019 обратился в Арбитражный суд Республики Татарстан с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Яна Тормыш» о признании недействительным пункта 8.3 Устава общества с ограниченной ответственностью «Яна Тормыш», утвержденного решением внеочередного общего собрания участников от 09.10.2019.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 13.12.2019 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований на предмет спора, были привлечены ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, Межрайонная ИФНС №18 по Республике Татарстан.

Решением суда от 20.02.2020 в удовлетворении иска было отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, истец обратился в Одиннадцатый арбитражный апелляционной суд с апелляционной жалобой, в которой просил отменить решение суда первой инстанции, исковые требования удовлетворить, ссылаясь при этом на нарушение порядка утверждения устава общества в новой редакции (в части спорного пункта), предполагающего единогласное решение участников по указанному вопросу, тогда как ФИО2, будучи участником общества с ограниченной ответственностью «Яна Тормыш», не принимал участия в голосовании за принятие такого решения.

В процессе апелляционного производства был установлен факт смерти ФИО2 27.05.2020. В этой связи производство по апелляционной жалобе ФИО2 было приостановлено до определения его правопреемников.

Применительно к настоящему спору и с учётом правил пункта 1 статьи 1154 Гражданского кодекса Российской Федерации круг наследников ФИО2 может считаться установленным в силу закона не ранее 27.11.2020.

По истечении шестимесячного срока со дня открытия наследства умершего заявителя апелляционной жалобы, необходимого в силу закона для подачи всеми имеющимися у наследодателя наследниками для принятия наследства, письмом суда исх. № 99332 от 27.11.2020 были истребованы сведения о правопреемниках ФИО2.

В ответ на указанный запрос нотариусом ФИО13 в письме исх. № 746 от 30.11.2020 было сообщено, что по состоянию на 30.11.2020 ФИО1 является единственным наследником, обратившимся к нотариусу и принявшим наследство после смерти ФИО2.

Определением суда от 04.12.2020 производство по апелляционной жалобе возобновлено.

Для решения вопроса о правопреемстве умершего заявителя апелляционной жалобы судом было предложено наследнику истца и ответчику представить документы, подтверждающие принятие ФИО1 в состав участников общества с ограниченной ответственностью «Яна Тормыш». При этом суд исходил из возможности проведения процессуальной замены стороны судебного спора в тех случаях, когда спорное правоотношение допускало правопреемство (статьи 48, 143 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 8 статьи 21 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» доли в уставном капитале общества переходят к наследникам граждан и к правопреемникам юридических лиц, являвшихся участниками общества, если иное не предусмотрено уставом общества с ограниченной ответственностью. Уставом общества может быть предусмотрено, что переход доли в уставном капитале общества к наследникам и правопреемникам юридических лиц, являвшихся участниками общества, передача доли, принадлежавшей ликвидированному юридическому лицу, его учредителям (участникам), имеющим вещные права на его имущество или обязательственные права в отношении этого юридического лица, допускаются только с согласия остальных участников общества. Уставом общества может быть предусмотрен различный порядок получения согласия участников общества на переход доли или части доли в уставном капитале общества к третьим лицам в зависимости от оснований такого перехода.

В силу пункта 8.15 Устава общества с ограниченной ответственностью «Яна Тормыш», в редакции решения, оформленного протоколом № 3 от 09.10.2019 общего собрания участников общества с ограниченной ответственностью «Яна Тормыш», доли в уставном капитале Общества переходят к наследникам граждан и к правопреемникам юридических лиц, являвшихся участниками Общества, лишь с согласия участников Общества.

Таким образом, вопрос процессуального правопреемства в настоящем деле был связан с наличием у наследника статуса участника общества.

Общество с ограниченной ответственностью «Яна Тормыш» 19.01.2021 представило в материалы дела документы, подтверждающие состоявшуюся 05.11.2020 реорганизацию общества с ограниченной ответственностью «Яна Тормыш» в форме преобразования в акционерное общество «Яна Тормыш». Ответчик сообщил, что в результате состоявшейся реорганизации принадлежавшая ФИО2 доля в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью «Яна Тормыш» номинальной стоимостью 1280 рублей была конвертирована в 1280 обыкновенных акций той же номинальной стоимости, владелицей которых стала наследница умершего участника ФИО14.

Таким образом, представленные ответчиком документы подтвердили приобретение наследницей умершего истца статуса члена корпоративного образования, ставшего правопреемником ООО «Яна Тормыш» в силу норм пункта 5 статьи 58 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Учитывая корпоративный характер настоящего судебного спора, а также приобретение наследником статуса участника корпоративного образования ответчика, принимая во внимание факт состоявшегося универсального правопреемства истца и ответчика, отсутствие возражений от лиц, участвующих в деле, на осуществление процессуального правопреемства апелляционный суд определением от 12.02.2021 произвел замену сторон (истца и ответчика) на их правопреемников.

В судебное заседание апелляционного суда, назначенное на 19.03.2021, лица, участвующие в деле, не явились, правопреемники истца и ответчика своих процессуальных позиций по существу спора не изложили, в этой связи суд исходил из положений части 3 статьи 48 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которым для правопреемника все действия, совершенные в арбитражном процессе до вступления правопреемника в дело, обязательны в той мере, в какой они были обязательны для лица, которое правопреемник заменил.

В ходе апелляционного производства по делу сформированный коллегиальный состав для его рассмотрения неоднократно менялся в связи с наличием оснований, предусмотренных статьей 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Так, для рассмотрения дела был сформирован состав под председательством судьи Сафаевой Н.Р., судей Гольдштейна Д.К., Серовой Е.А. Определением заместителя председателя суда от 19.06.2020 произведена замена судьи Серовой Е.А. (в связи с отпуском) на судью Садило Г.М.; определением от 12.02.2021 произведена замена судьи Садило Г.М. (в связи с отставкой) на судью Колодину Т.И.; определением от 18.03.2021 произведена замена судьи Гольдштейна Д.К. (в связи с отпуском) на судью Морозова В.А.

Поскольку не явившиеся в заседание лица, участвующие в деле, считаются надлежащим образом извещенными применительно к нормам части 6 статьи 121, части 1 статьи 122 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом разъяснений, изложенных в пункте 5 постановления Пленума ВАС РФ от 17.02.2011 № 12 «О некоторых вопросах применения Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ «О внесении изменений в Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации», жалоба рассмотрена в их отсутствие в порядке норм части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов, содержащихся в судебном акте, установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд пришел к выводу о наличии оснований для отмены судебного акта, принятого арбитражным судом первой инстанции.

Из материалов регистрационного дела общества с ограниченной ответственностью «Яна Тормыш» следует, что в ноябре 2003 года одиннадцатью физическими лицами, в числе которых значился ФИО2, было учреждено общество с уставным капиталом 14 000 рублей. Решением общего собрания учредителей от 29.11.2003 был утвержден устав общества, определивший распределение долей между участниками общества, согласно которому доля ФИО2 в уставном капитале составила 9,1% номинальной стоимостью 1 280 рублей.

В связи с вступлением в силу Федерального закона Российской Федерации от 30.12.2008 № 312-ФЗ устав общества был приведен в соответствие с действующим законодательством путем утверждения его в новой редакции на собрании участников общества 19.11.2009.

В дальнейшем решением общего собрания участников общества от 06.04.2018 была утверждена новая редакция устава в целях приведения действовавшего ранее устава в соответствие с положениями главы 4 части 1 Гражданского кодекса Российской Федерации. В устав новой редакции 2018 года был включен пункт 8.3 следующего содержания: «Участники общества пользуются преимущественным правом покупки доли или части доли участника общества по заранее установленной настоящим уставом цене. Цена продажи участником доли или ее части устанавливается в размере ее номинальной стоимости». При этом в разделе 9 устава было отражено ограничение права участника на выход из общества.

09.10.2019 путем заочного голосования было проведено внеочередное общее собрание участников общества с ограниченной ответственностью «Яна Тормыш», которым была утверждена новая редакция устава общества, включившая в себя аналогичный по содержанию с прежней редакцией устава пункт 8.3.

ФИО2, не принимавший участия в собрании 09.10.2019 и не голосовавший по вопросам повестки дня, обратился в суд с иском о признании незаконным положения, изложенного в пункте 8.3 устава, поскольку оно было принято в нарушение абзаца 4 пункта 4 статьи 21 Федерального закона»"Об обществах с ограниченной ответственностью», который предусматривал, что положения, устанавливающие преимущественное право покупки доли или части доли в уставном капитале участниками общества или обществом по заранее определенной уставом цене, в том числе изменение размера такой цены или порядка ее определения, могут быть предусмотрены уставом общества при его учреждении или при внесении изменений в устав общества по решению общего собрания участников общества, принятому всеми участниками общества единогласно.

Отказывая в удовлетворении иска, суд первой инстанции исходил из того, что решение внеочередного общего собрания участников общества с ограниченной ответственностью «Яна Тормыш» от 09.10.2019, которым была утверждена новая редакция устава, является законным, обществом были соблюдены необходимые нормативные требования, связанные с созывом и проведением собрания, кворум для принятия решений по заявленной повестке собрания имелся. При этом суд констатировал, что пункт 8.3 устава, предусматривающий преимущественное право покупки доли участника остальными участниками общества по заранее установленной цене, не вводился впервые в устав общества на собрании 09.10.2019; данный пункт был включен в устав 2018 года, который утверждался на общем собрании участников 06.04.2018 при участии ФИО2, голосовавшего «за» такое нововведение. В этой связи, по мнению суда, единогласное решение участников общества на включение аналогичного пункта в устав 2019 года не требовалось. Также суд указал, что ранее законность пункта 8.3 устава 2018 года являлась предметом проверки по заявлению ФИО2 в рамках дела №А65-3053/2019, суды признали спорные положения устава законными.

Действительно, в рамках дела № А65-3053/2019 был рассмотрен спор по иску ФИО2 о признании недействительным пункта 8.3 устава общества с ограниченной ответственностью «Яна Тормыш» в редакции, принятой решением общего собрания участников от 06.04.2018. Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 17.05.2019, оставленным без изменения постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.07.2019 и постановлением арбитражного суда Поволжского округа от 07.10.2019, в удовлетворении иска было отказано.

Однако определением Верховного Суда Российской Федерации от 11.06.2020 № 306-ЭС19-24912 судебные акты, принятые по указанному делу, были отменены, дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции. При этом Верховным Судом Российской Федерации изложены следующие правовые позиции по применению норм материального права, регулирующим отношения, схожие по обстоятельствам с настоящим судебным спором.

По смыслу пункта 1 статьи 12 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон № 14-ФЗ) устав общества является учредительным документом, в основе которого лежит товарищеское соглашение участников (учредителей), носящее в силу своей правовой природы гражданско-правовой характер.

При этом устав является сделкой и к нему применимы нормы гражданского законодательства о сделках, в том числе о решениях собраний, и об основаниях признания их недействительными.

Если изменения в устав общества (новая редакция устава) утверждаются решением собрания, оспаривание отдельных положений устава является по существу оспариванием указанного решения общего собрания участников общества.

Положения о таком специальном виде сделок, как решения собрания, должны применяться в системной взаимосвязи с общими положениями о сделках в части, не урегулированной правилами о решениях собраний и не противоречащей их существу.

Так, согласно пункту 2 статьи 168 Гражданского кодекса, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Следовательно, решение собрания, утвердившее устав (изменение в устав), может быть квалифицировано как ничтожное в части тех положений, которые посягают на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц. Одним из оснований ничтожности выступает то, что положение устава противоречит существу законодательного регулирования (пункт 74 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Как указывал Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 03.07.2014 № 1564-О, действующее правовое регулирование перехода доли (части доли) участника общества в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью к другому лицу учитывает природу хозяйственных обществ как организаций, основанных на экономическом самоопределении граждан и саморегулировании. В связи с этим Федеральный закон «Об обществах с ограниченной ответственностью» и позволяет участникам обществ с ограниченной ответственностью предусмотреть в уставе дополнительные гарантии своих имущественных прав, в частности в виде запрета на отчуждение доли или ее части в пользу лиц, не являющихся участниками общества, либо указать на необходимость получения согласия на подобное отчуждение.

Таким образом, в силу презумпции диспозитивности, положенной в основу регулирования общества с ограниченной ответственностью, все правила, касающиеся ограничения отчуждения доли в уставном капитале третьим лицам, включая право преимущественной покупки доли, могут быть изменены или полностью отменены уставом общества.

Вместе с тем предусматриваемые уставом правила не могут противоречить существу законодательного регулирования товарищеского соглашения, которое заключается в том числе в недопустимости ситуации, при которой участнику запрещается выход из общества без возможности возврата своих инвестиций. Бессрочный запрет или необходимость получения согласия на отчуждение доли (акции) уравновешивается правом выхода из общества в случае отказа в согласии или при наличии запрета на отчуждение (пункт 2 статьи 23 Закона № 14-ФЗ), но при этом с точки зрения баланса интересов допустим запрет (необходимость получать согласие) на отчуждение доли в течение разумного краткосрочного периода (например, экономически прогнозируемый срок окупаемости или срок разработки технологии) в отсутствие права на выход (права потребовать от общества приобрести долю) участника, затронутого такими ограничениями.

Преимущественное право покупки доли в уставном капитале выступает функциональным эквивалентом ограничений на отчуждение доли в уставном капитале, хотя не исключая полностью отчуждение, но гарантируя сохранение персонального состава участников.

Следовательно, преимущественное право покупки доли также не может создавать препятствия в отчуждении участниками своих долей на неопределенно долгий срок, лишая их возможности вернуть свои инвестиции.

Так, в рассматриваемом деле за счет установления цены реализации преимущественного права в размере номинальной стоимости доли, по существу, участник вынужденно остается в обществе; при осуществлении преимущественного права по такой цене другими участниками он лишается справедливой стоимости принадлежащей ему доли в уставном капитале, что противоречит сути товарищеского соглашения, поскольку нарушает фундаментальный запрет полностью лишать участия в прибыли от общего дела (статья 1048 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, положение устава общества о закреплении заранее установленной цены покупки доли в существенно отличающемся от ее рыночной стоимости и без ограничения срока действия такого условия разумным краткосрочным периодом является ничтожным, как противоречащее существу законодательного регулирования.

Анализируя положения устава общества с ограниченной ответственностью «Яна Тормыш» в редакции 09.10.2019, апелляционный суд установил, что согласно пункту 8.1 устава участник Общества вправе продать или иным образом уступить свою долю в уставном капитале Общества либо ее часть одному или нескольким участникам данного Общества лишь с согласия Общества или других участников Общества на совершение такой сделки.

Участник Общества не вправе продать или иным образом уступить свою долю в уставном капитале Общества либо ее часть третьим лицам (пункт 8.2 устава в редакции от 09.10.2019).

В соответствии с пунктом 8.3 Устава в редакции от 09.10.2019 участники Общества пользуются преимущественным правом покупки доли или части доли участника Общества по заранее установленной настоящим Уставом цене. Цена продажи участникам доли или ее части устанавливается в размере ее номинальной стоимости.

Уступка указанных преимущественных прав покупки доли или части доли в уставном капитале Общества не допускается (пункт 8.4 Устава).

Пунктом 8.5 Устава Общества в редакции от 09.10.2019 предусмотрено, что участник Общества, намеренный продать свою долю или часть доли в уставном капитале Общества третьему лицу, обязан известить в письменной форме об этом остальных участников Общества и само Общество путем направления через Общество за свой счет нотариально удостоверенной оферты, адресованной этим лицам и содержащей указание цены и других условий продажи.

Участник Общества вправе воспользоваться преимущественным правом покупки доли или части доли в уставном капитале Общества в течение тридцати дней с даты получения оферты Обществом (пункт 8.6 Устава в редакции от 09.10.2019).

Выход участника из Общества, в соответствии с пунктом 9.1 Устава, не предусмотрен.

Таким образом, положения устава общества с ограниченной ответственностью «Яна Тормыш», утвержденного решением внеочередного общего собрания участников общества от 09.10.2019, через введение института преимущественного права покупки доли по номинальной цене, фактически ограничили участников общества в отчуждении ими своих долей на неопределенно долгий срок, лишая тем самым их возможности вернуть свои инвестиции. Указанное противоречит существу законодательного регулирования товарищеского соглашения, составляющего правовую природу устава такого корпоративного образования как общество с ограниченной ответственностью.

Как указано в абзаце 2 пункта 74 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», договор, условия которого противоречат существу законодательного регулирования соответствующего вида обязательства, может быть квалифицирован как ничтожный полностью или в соответствующей части, даже если в законе не содержится прямого указания на его ничтожность.

Таким образом, решения собраний могут быть ничтожными не только в силу того, что нарушаются интересы участников корпоративного образования или внешних третьих лиц, но и по той причине, что такое решение не согласуется с целями правового регулирования, выраженными в законодательстве.

Недействительность ничтожной сделки не зависит от признания ее таковой судом.В этой связи для констатации факта ничтожности положений пункта 8.3 устава общества с ограниченной ответственностью «Яна Тормыш», утвержденного решением внеочередного общего собрания участников общества от 09.10.2019, не имеет правового значения факт состоявшейся в последующем реорганизации общества в форме преобразования и факт изменения субъектного состава участников корпорации, в том числе связанный со смертью одного из членов корпоративного образования.

В ходе апелляционного производства, после вступления ФИО1 в права наследства, но до проведения процессуальной замены истца по делу, ею 08.12.2020 была направлена в материалы дела письменная позиция, в которой она просила со ссылкой на статью 265 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации прекратить производство по апелляционной жалобе ФИО2

Произведя процессуальную замену истца по делу ФИО2 на ФИО1, после того как ФИО1 фактически приобрела статус лица, участвующего в деле, суд неоднократно просил ее уточнить свою процессуальную позицию по существу спора и по существу апелляционного производства, предлагая при этом мотивировать заявление о прекращении производства по апелляционной жалобе, если такое заявление сохранило силу после процессуального правопреемства истца. Данные предложения суда были проигнорированы ФИО1

Нормы статьи 265 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации устанавливают исчерпывающий перечень оснований для прекращения производства по апелляционной жалобе. Так, частью 1 названной статьи предусмотрено, что арбитражный суд апелляционной инстанции прекращает производство по апелляционной жалобе, если от лица, ее подавшего, после принятия апелляционной жалобы к производству арбитражного суда поступило ходатайство об отказе от апелляционной жалобы и отказ был принят арбитражным судом в соответствии со статьей 49 настоящего Кодекса. Согласно части 2 той же статьи кодекса в случае, если в апелляционной жалобе заявлены новые требования, которые не были предметом рассмотрения в арбитражном суде первой инстанции, принявшем обжалуемое решение, арбитражный суд апелляционной инстанции прекращает производство по апелляционной жалобе в части этих требований.

ФИО2, правопреемником которого является ФИО1, не заявлял новых требований в суде апелляционной инстанции, в связи с чем положения части 2 статьи 265 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в данном случае неприменимы.

Если предположить, что основанием для прекращения производства по апелляционной жалобе является отказ ФИО1 от жалобы, то такой отказ также не может быть принят судом, поскольку, во-первых, он не заявлялся ФИО1 в статусе лица, участвующего в деле, а, во-вторых, не был сформулирован должным образом, позволяющим суду недвусмысленно оценить его как процессуальный отказ от правопритязаний на предмет апелляционного производства.

Отказ от апелляционной жалобы представляет собой распорядительное действие заявителя, означающее безоговорочное согласие на сохранение в силе принятого по делу решения суда первой инстанции. Оно должно основываться на свободном волеизъявлении, соответствующем субъективному праву заявителя, в связи с чем требует обязательного разъяснения судом последствий совершаемого действия, а также проверку судом правомерности действий заявителя, заключающейся в непринятии судом отказа от жалобы, если это противоречит закону или нарушает права третьих лиц.

Учитывая, что ФИО1 не выразила явного отказа от апелляционной жалобы, не обеспечила явку в заседание, что позволяло бы суду установить ее волеизъявление и разъяснить правовые последствия соответствующего процессуального действия, суд полагает, что не может расценить письменную позицию ФИО1 по делу в качестве отказа от апелляционной жалобы. В силу норм части 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, несут риск совершения или несовершения ими соответствующих процессуальных действий.

Рассмотрев по существу апелляционную жалобу, апелляционный суд пришел к выводу о необходимости отмены решения суда первой инстанции, как принятого при неправильном применении норм материального права.

В связи с освобождением истца и заявителя апелляционной жалобы ФИО2 от уплаты государственной пошлины ее следует взыскать в доход федерального бюджета с акционерного общества «Яна тормыш» в сумме 6 000 рублей по иску и 3 000 рублей по апелляционной жалобе, исходя при этом из положений статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 266-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 20.02.2020 по делу № А65-35647/2019 отменить, апелляционную жалобу ФИО1 - удовлетворить.

Принять новый судебный акт об удовлетворении иска.

Признать недействительным пункт 8.3 Устава общества с ограниченной ответственностью «Яна Тормыш», утвержденного решением внеочередного общего собрания участников общества с ограниченной ответственностью «Яна Тормыш» от 09.10.2019.

Взыскать с акционерного общества «Яна тормыш» (ОГРН: <***>, ИНН: <***>) в доход федерального бюджета государственную пошлину по иску в сумме 6 000 руб. и по апелляционной жалобе в сумме 3 000 руб.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в срок, не превышающий двух месяцев, в Арбитражный суд Поволжского округа.

Председательствующий Н.Р. Сафаева

Судьи В.А. Морозов

Т.И. Колодина