Решение от 26 мая 2021 г. по делу № А40-53579/2021

МОТИВИРОВАННОЕ
РЕШЕНИЕ

по делу, рассмотренному в порядке упрощенного производства

Дело №А40-53579/21-96-345

Решение в порядке ст. 229 АПК РФ вынесено 17.05.2021

Мотивированное решение вынесено 26.05.2021

Арбитражный суд города Москвы в составе судьи Гутник П.С., рассмотрев в порядке упрощенного производства дело по иску ООО "ТРАСТ" (ИНН 3801084488) к ООО "СК КАРДИФ" (ИНН 7714701780) о взыскании 92 215,11 руб., госпошлины

без вызова сторон.

УСТАНОВИЛ:

ООО "ТРАСТ" (далее по тексту – Истец) обратилось в арбитражный суд с иском к ООО "СК КАРДИФ" (далее по тексту – Ответчик) о взыскании страхового возмещения в размере 92 215,11 руб.

При решении вопроса о принятии искового заявления к производству судом установлены основания, предусмотренные статьей 227 АПК РФ, для рассмотрения дела в порядке упрощенного производства.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 18.03.2021 исковое заявление было принято к производству в порядке упрощенного производства.

Дело рассмотрено судом в порядке упрощенного производства в порядке главы 29 АПК РФ в редакции, действовавшей на дату принятия решения на основании доказательств, представленных в течение установленного судом срока.

Ко дню принятия решения суд располагал сведениями о получении сторонами копии определения о принятии искового заявления к производству и рассмотрении дела в порядке упрощенного производства, что является надлежащим извещением в силу статей 121, 122, 123 АПК РФ.

Резолютивная часть судебного акта размещена на официальном сайте Арбитражного суда города Москвы 17.05.2021.

В канцелярию суда от ООО "СК КАРДИФ" поступило заявление об изготовлении мотивированного решения по делу.

В порядке ч. 2 ст. 229 АПК РФ судом составлено мотивированное решение.

Основанием иска являются следующие обстоятельства.

05.02.2018 между ОАО «АЗИАТСКО-ТИХООКЕАНСКИЙ БАНК» и ООО «ТРАСТ» был заключен договор (уступки прав (требований)) № Т-3/2018 (далее – Договор цессии), на основании которого Банк передал ООО «ТРАСТ» право требования к физическим лицам по кредитным договорам, в объеме и на условиях, существующих к моменту перехода прав (требований), а так же права (требования), принадлежащие Банку на основании договоров, обеспечивающих исполнение обязательств по кредитным договорам, в том числе и по кредитному договору № <***> от 18.11.2013 заключенному с ФИО1.

Одновременно с уступкой Прав требования из Кредитных договоров к ООО «ТРАСТ» в полном объеме переходят права Цедента (Банка) как Выгодоприобретателя по договорам страхования жизни и здоровья должников (п1.1. Договора цессии).

По условиям указанного кредитного договора Банк предоставил заемщику кредит в размере 103 926 руб. 10 коп., под 30,00 % годовых, на срок 36 мес.

Согласно, Приложения №1 к договору цессии к ООО «ТРАСТ» перешло право требования исполнения ФИО1 кредитных обязательств по кредитному договору в размере 92 215 руб. 11 коп.

После уступки права требования ООО «ТРАСТ» стало известно о смерти ФИО1 Смерть Застрахованного наступила в пределах срока договора страхования 21.05.2014 ответ № 1543913361 от 24.12.2019г.

13.11.2020 ООО «Траст» в адрес ООО «СК «КАРДИФ» направило уведомление о наступлении страхового случая (исх.№ 294492).

В ответ на уведомление о наступлении страхового случая, в адрес ООО «Траст» поступило письмо (исх№И20201124/065 от 24.11.2020) в котором Страховщик сославшись на нормы ст.956 ГК РФ фактически отказал ООО «Траст» в страховой выплате.

16.12.2020 ООО «Траст» в адрес ООО «СК «КАРДИФ» направило претензию (исх№ 331659), факт отправки претензии подтверждает список № 188 внутренних почтовых отправлений от 16.12.2020г.

22.12.2020 ООО «ТРАСТ» сопроводительным письмом (исх№339929) НАПРАВИЛО В АДРЕС Ответчика оригинал справки о смерти №А-28943 выданной отделом ЗАГС по Ангарскому району и г. Ангарску Иркутской области от 02.12.2020г.

Однако 26.01.2021 в адрес ООО «ТРАСТ» вновь поступило письмо (ИСХ№И20210115/031) в котором Страховщик фактически отказал в страховой выплате.

Исследовав представленные доказательства, суд приходит к следующим выводам.

Согласно пункту 1 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс) должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

На основании статьи 15 Гражданского кодекса лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Исходя из смысла статей 15 и 393 Гражданского кодекса для наступления деликтной ответственности необходимо наличие состава правонарушения, включающего в себя наступление вреда и его размер, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между возникшим вредом и действиями указанного лица, а также вину причинителя вреда. Требование о возмещении вреда может быть удовлетворено только при доказанности всех названных элементов в совокупности

Правила страхования в силу п. 1 ст. 943 Гражданского кодекса являются неотъемлемой частью договора страхования и не должны содержать положений, противоречащих гражданскому законодательству и ухудшающих положение страхователя по сравнению с установленным законом, что вытекает из содержания ст. 422 Гражданского кодекса.

В силу ч.1 ст. 934 Гражданского, по договору личного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию), уплачиваемую другой стороной (страхователем), выплатить единовременно или выплачивать периодически обусловленную договором сумму (страховую сумму) в случае причинения вреда жизни или здоровью самого страхователя или другого названного в договоре гражданина (застрахованного лица), достижения им определенного возраста или наступления в его жизни иного предусмотренного договором события (страхового случая). Право на получение страховой суммы принадлежит лицу, в пользу которого заключен договор.

Основанием возникновения обязательства страховщика по выплате страхового возмещения является наступление предусмотренного в договоре события (страхового случая) (п.1 ст. 929 Гражданского кодекса и п. 2 ст. 9 Закона Российской Федерации от 27.11.1992 № 4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации»).

Пункт 2 ст. 9 Закона Российской Федерации «Об организации страхового дела в Российской Федерации» определяет страховой случай как совершившееся событие, предусмотренное договором страхования или законом, с наступлением которого возникает обязанность страховщика произвести страховую выплату страхователю либо иным лицам.

Согласно п. 1 ст. 9 Закона Российской Федерации «Об организации страхового дела в Российской Федерации», страховым риском является предполагаемое событие, на случай наступления которого проводится страхование. Событие, рассматриваемое в качестве страхового риска, должно обладать признаками вероятности и случайности его наступления.

Страховой риск, как и страховой случай, являются событиями. Страховой риск - это предполагаемое событие, а страховой случай - совершившееся событие. Перечень событий, наступление которых влечет обязанность страховщика по выплате страхового возмещения, описывается путем указания в договорах (правилах) имущественного страхования событий, являющихся страховыми случаями, и событий, не являющихся страховыми случаями (исключений).

Из смысла указанных норм закона следует, что страховой случай – это факт объективной действительности (событие). Действия самого страхователя, выгодоприобретателя или застрахованного лица не могут рассматриваться как страховой случай. Эти действия могут лишь влиять на наступление страхового случая и служат основанием к освобождению страховщика от обязанности выплатить страховое возмещение только в предусмотренных законом случаях.

В п. 1 ст. 963 Гражданского кодекса приведены основания, по которым страховщик может быть освобожден от выплаты страхового возмещения или страховой суммы при наступлении страхового случая.

В силу п. 1 ст. 963 Гражданского кодекса страховщик освобождается от выплаты страхового возмещения или страховой суммы, если страховой случай наступил вследствие умысла страхователя, выгодоприобретателя или застрахованного лица, за исключением случаев, предусмотренных п. 2 и 3 указанной статьи. Законом могут быть предусмотрены случаи освобождения страховщиком от выплаты страхового возмещения по договорам имущественного страхования при наступлении страхового случая вследствие грубой неосторожности страхователя или выгодоприобретателя.

Таким образом, п. 1 ст. 963 Гражданского кодекса установлены ограничения на освобождение страховщика от выплаты страхового возмещения при наличии той или иной степени виновности страхователя, выгодоприобретателя или застрахованного лица. Закрепляя такие ограничения, законодатель определяет страховой случай (п. 1 ст. 929 Гражданского кодекса и ст. 9 Закона Российской Федерации «Об организации страхового дела в Российской Федерации») от действий лиц, участвующих в страховом обязательстве на стороне страхователя, не допуская освобождение страховщика от выплаты страхового возмещения при любой степени виновности указанных лиц, кроме умысла и в случаях, предусмотренных законом, грубой неосторожности.

Согласно ст. 927 Гражданского кодекса страхование осуществляется на основании договоров имущественного или личного страхования, заключаемых гражданином или юридическим лицом (страхователем) со страховой организацией (страховщиком).

05.02.2018 между ОАО «АЗИАТСКО-ТИХООКЕАНСКИЙ БАНК» и ООО «ТРАСТ» был заключен договор (уступки прав (требований)) № Т-3/2018 (далее – Договор цессии), на основании которого Банк передал ООО «ТРАСТ» право требования к физическим лицам по кредитным договорам, в объеме и на условиях, существующих к моменту перехода прав (требований), а так же права (требования), принадлежащие Банку на основании договоров, обеспечивающих исполнение обязательств по кредитным договорам, в том числе и по кредитному договору № <***> от 18.11.2013 заключенному с ФИО1.

Одновременно с уступкой Прав требования из Кредитных договоров к ООО «ТРАСТ» в полном объеме переходят права Цедента (Банка) как Выгодоприобретателя по договорам страхования жизни и здоровья должников (п1.1. Договора цессии).

По условиям указанного кредитного договора Банк предоставил заемщику кредит в размере 103 926 руб. 10 коп., под 30,00 % годовых, на срок 36 мес.

Согласно, Приложения №1 к договору цессии к ООО «ТРАСТ» перешло право требования исполнения ФИО1 кредитных обязательств по кредитному договору в размере 92 215 руб. 11 коп.

На основании Договора цессии, ч.3 ст.385, ст.ст.388, 390 ГК РФ Банк передал ООО «ТРАСТ» документы, подтверждающие существование права требования, в том числе кредитный договор № <***> от 18.11.2013 заключенный между ФИО1 и Банком, Заявление (согласие) на страхование от 18.11.2013 подписанное ФИО1 (далее по тексту – Договор страхования).

18.11.2013 (в день подписания кредитного договора) ФИО1 подписал заявление (согласие), в котором выразила свое согласие быть застрахованным лицом по Договору страхования жизни и здоровья заемщиков кредита, заключенным между ОАО «АЗИАТСКО-ТИХООКЕАНСКИЙ Банк» и ООО «СК КАРДИФ». В соответствии с Заявлением на страхование страховыми случаями являются: смерть застрахованного наступившая в результате болезни или несчастного случая; установление инвалидности 1-й или 2й группы наступившей в результате несчастного случая или болезни.

Банк является выгодоприобретателем по Договору страхования при наступлении страхового случая в размере 100% страховой суммы, и включает в себя обязательства по уплате основного долга, процентов, штрафов и иных платежей по кредитному договору. Из содержания заявления страхования следует, что страховая выплата предназначена для погашения задолженности по кредиту № <***> от 18.11.2013 и включает в себя размер кредитной задолженности.

Срок действия договора страхования равен сроку кредитного обязательства (36 мес.). Страховая сумма равна сумме кредита – 103 926 руб. 10 коп.

Договор страхования был заключен заемщиком ФИО1 именно в связи с заключением кредитного договора, то есть был сопутствующим при заключении кредитного договора, что свидетельствует о взаимосвязи указанных договоров.

Со своей стороны Страховщик заключая договор страхования подтвердил, что страхование производилось в рамках страхования жизни и здоровья заемщика кредита (о ОАО «АЗИАТСКО-ТИХООКЕАНСКИЙ БАНК» включением ФИО1 в список застрахованных лиц, а так же указанием в качестве выгодоприобретателя по данному договору при наступлении страхового случая Банк.

Учитывая, что в случае полного погашении кредита, участие ФИО1 в программе страхования автоматически прекращается, следовательно, договор страхования от несчастных случаев и болезней был заключен как обеспечительные меры исполнения обязательств по возврату заемных средств по кредитному договору.

Страховые суммы по этому договору определены пределами суммы выданного кредита и изменяются в течение срока действия этого договора и не могут превышать задолженности застрахованного по кредитному договору.

Из указанного условия следует, что при отсутствии задолженности заемщика по кредитному договору страховая сумма также обнуляется, то есть договор страхования прекращается.

Таким образом, заемщик ФИО1 в данном случае заключил договор страхования жизни и здоровья как способ обеспечения исполнения своих обязательств в качестве заемщика кредитного договора № <***> от 18.11.2013г.

Наличия других кредитных обязательств ФИО1 перед Банком не усматривается.

Таким образом, к ООО «Траст» в силу закона и договора цессии перешло право обратиться к Страховщику с заявлениями (уведомлениями) о наступлении страхового случая (смерти заемщика) и выплате страхового возмещения. В силу норм главы 24 Гражданского кодекса РФ об уступке требования выгодоприобретатель вправе заменить себя на другое лицо на любой стадии исполнения страховщиком своих обязательств, вытекающих из договора страхования.

Данные обстоятельства свидетельствуют, о том, что на момент уступки прав (требований) Банк, как выгодоприобретатель по договорам страхования, имел право обратиться к Страховщику с заявлением о наступлении страхового случая (смерти заемщика) и выплате страхового возмещения, и данное право в силу закона и договора перешло к ООО «Траст». Следовательно, ООО «Траст» имеет все законные основания обратиться к Страховщику с соответствующим заявлением.

После уступки права требования ООО «ТРАСТ» стало известно о смерти ФИО1 Смерть Застрахованного наступила в пределах срока договора страхования 21.05.2014 ответ № 1543913361 от 24.12.2019г. Ранее о смерти ФИО1 ни Банку ни ООО «ТРАСТ» известно не было.

Из содержания справки о смерти № А-08943 выданной отделом ЗАГС по Ангарскому району и г.Ангарску Иркутской области от 02.12.2020, исключение из страхового покрытия не усматривается, следовательно, смерть ФИО1 является страховым случаем «смерть в результате болезни».

Из содержания Заявления на страхования следует, что Страховщик при наступлении страхового случая (смерти застрахованного лица) выплачивает выгодоприобретателю страховую выплату в размере задолженности по кредитному договору на момент наступления страхового случая, и включает в себя обязательства по уплате основного долга, процентов, штрафов и иных платежей по кредитному договору. Страховая сумма составляет 103 926 руб. 10 коп. Сумма задолженности ФИО1 по кредитному договору составила 92 215 руб. 11 коп.

13.11.2020 ООО «Траст» в адрес ООО «СК «КАРДИФ» направило уведомление о наступлении страхового случая (исх.№ 294492). К Уведомлению прилагались следующие документы: копия кредитного соглашения от 18.11.2013;копия распоряжения на предоставление кредитных средств от 18.11.2013;копия расходного кассового ордера № 63565;копия заявления (согласия) на страхование от 18.11.2013;копия договора об уступке прав (требований) № Т-3/2018 от 05.02.2018;копия Приложения № 1 к договору уступки прав требований № Т-3/2018 от 05.02.2018 (первая страница, страница с должником, последняя страница);копия ответ № 1543913361 от 24.12.2019г.

Факт отправки уведомления подтверждает список № 165 внутренних почтовых отправлений от 13.11.2020г.

Таким образом, ООО «Траст» как выгодоприобретатель по договору страхования, представило документы, подтверждающие факт наступления страхового случая и выполнило все обязанности, возложенные на него Условиями страхования, ст.939 ГК РФ.

Иные необходимые Страховщику документы, как профессиональный участник страховых правоотношений, имел право запросить самостоятельно в силу ч.8 ст.10 Закон РФ от 27.11.1992г. № 4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации» и Полиса страхования.

В ответ на уведомление о наступлении страхового случая, в адрес ООО «Траст» поступило письмо (исх№И20201124/065 от 24.11.2020) в котором Страховщик сославшись на нормы ст.956 ГК РФ фактически отказал ООО «Траст» в страховой выплате.

16.12.2020 ООО «Траст» в адрес ООО «СК «КАРДИФ» направило претензию (исх№ 331659), факт отправки претензии подтверждает список № 188 внутренних почтовых отправлений от 16.12.2020г.

22.12.2020 ООО «ТРАСТ» сопроводительным письмом (исх№339929) НАПРАВИЛО В АДРЕС Ответчика оригинал справки о смерти №А-28943 выданной отделом ЗАГС по Ангарскому району и г. Ангарску Иркутской области от 02.12.2020г.

26.01.2021 в адрес ООО «ТРАСТ» вновь поступило письмо (ИСХ№И20210115/031) в котором Страховщик фактически отказал в страховой выплате.

Доводы ответчика, изложенные в отзыве не исключают правомерности требований истца, опровергаются имеющимися в материалах дела доказательствами, сделаны при не правильном и неверном применении норм материального и процессуального права, регулирующих спорные правоотношения.

Таким образом, основания для освобождения страховщика от выплаты страхового возмещения, предусмотрены статьями 961, 963, 943 Гражданского кодекса, отсутствуют.

Ответчиком заявлено о пропуске истцом срока исковой давности и о применении срока исковой давности на основании п. 2 ст. 199 ГК РФ.

В обоснование заявления, ответчиком указаны следующие обстоятельства. Из материалов дела усматривается, что заемщик ФИО1 умер 21.05.2014 г. Именно с этого момента Банк перестал получал платежи в счет погашения кредита.

С учетом того, что с 21.05.2014 г. Банк перестал получать ежемесячные аннуитетные платежи в связи со смертью заемщика, то с первого рабочего дня после указанной даты необходимо исчислять обязанность по обращению к Страховщику.

Первый рабочий день приходился на 22.05.2014 г.

Таким образом, в соответствии с положениями Правил страхования Страховщик должен был быть уведомлен о наступлении события не позднее 22.06.2014 г., а срок рассмотрения заявления о наступлении события истек 07.07.2014 г.

Поскольку срок рассмотрения заявления о выплате истек 07.07.2014 г., то в силу п. 9 Постановления Пленума ВС РФ № 20 от 27.06.2013 срок исковой давности подлежит исчислению с момента истечения срока выплаты страхового возмещения, предусмотренного договором.

Следовательно, с даты окончания этого срока (07.07.2014 г.) подлежит исчислению двухлетний срок исковой давности, который закончился 07.07.2016 г.

Отклоняя доводы о пропуске срока исковой давности, арбитражный суд исходит из следующего.

Срок исковой давности по требованиям, основанным на договорах личного страхования и договорах страхования риска ответственности по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц, равен общему сроку и составляет три года (п. 2 ст. 966 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно правовой позиции, сформулированной в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 21.01.2014 г. № 11750/13, в обязательственных правоотношениях ненадлежащее исполнение или неисполнение обязательства должником нарушает субъективное материальное право кредитора, а значит право на иск возникает с момента нарушения права кредитора, и именно с этого момента определяется начало течения срока давности (с учетом того, когда это стало известно или должно было стать известно кредитору).

Наступление страхового случая означает лишь возникновение права страхователя обратиться с требованием к страховщику о страховой выплате, сама же реализация права на страховую выплату осуществляется в порядке, предусмотренном договором страхования или законом.

Поэтому, если в договоре страхования или в законе установлен срок для страховой выплаты, то течение срока исковой давности начинается с момента, когда страхователь узнал или должен был узнать об отказе в выплате страхового возмещения или о выплате его в неполном объеме в этот срок, а при несовершении таких действий - с момента окончания срока, установленного для страховой выплаты.

Если же в договоре страхования или в законе не установлен срок для страховой выплаты, то подлежат применению правила п. 2 ст. 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому по обязательствам, срок исполнения которых не определен или определен моментом востребования, срок исковой давности начинает течь со дня предъявления кредитором требования об исполнении обязательства.

Течение срока исковой давности не может начаться ранее момента нарушения права. Именно отказ страховщика в страховой выплате является нарушением прав и законных интересов выгодоприобретателя, так как до этого момента выгодоприобретатель рассчитывал на получение страховой выплаты и именно с этого момента у выгодоприобретателя появились основания не согласиться с решением страховщика (отказом в выплате) и обратиться в суд за защитой своих нарушенных прав.

При таких обстоятельствах, принимая во внимания разъяснения, изложенные в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 21.01.2014 г. № 11750/13, суд кассационной инстанции не может признать законными и обоснованными выводы судов об отказе в иске (о пропуске исковой давности, учитывая, что суд первой инстанции, с выводами которого согласился суд апелляционной инстанции неправильно определил начало течения срока исковой давности – с даты смерти застрахованного лица), полагает, что судами обеих инстанций допущены нарушения норм материального и процессуального права, в связи с чем имеются предусмотренные ст. 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основания для отмены обжалуемых судебных актов.

Такая позиция по рассматриваемому вопросу соответствует судебной практике (постановления Арбитражного суда Московского округа от 04.03.2021 г. по делам № № А40- 97110/2020, А40-97084/2020, А40-94043/2020, А40-36510/2020, А40-166850/2019 и др.).

В силу ч. 1 ст. 64, ст. 71 и 168 АПК РФ арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств, при оценке которых он руководствуется правилами ст. ст. 67 и 68 АПК РФ об относимости и допустимости доказательств.

Оценив представленные в дело доказательства в порядке, предусмотренном ст. 71 АПК РФ, руководствуясь названными нормами права, суд приходит к выводу об удовлетворении исковых требований.

В силу части 1 статьи 66 АПК РФ лица, участвующие в деле, обязаны представлять доказательства. Эта обязанность основана на статье 65 АПК РФ, в соответствии с которой каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В соответствии с частью 1 статьи 9 АПК РФ судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности. Следовательно, нежелание представить доказательства должно квалифицироваться исключительно как отказ от опровержения того факта, на наличие которого аргументированно, со ссылкой на конкретные документы, указывает процессуальный оппонент. Участвующее в деле лицо, не совершившее процессуальное действие, несет риск наступления последствий такого своего поведения. Правовая позиция об этом сформулирована в Постановлениях Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.03.2012 N 12505/11, от 08.10.2013 N 12857/12.

Принцип диспозитивности, характерный для гражданских правоотношений, распространяет свое действие и на процессуальные отношения; в арбитражном процессе диспозитивность означает, что процессуальные отношения возникают, изменяются и прекращаются, главным образом, по инициативе непосредственных участников спорных правоотношений, которые имеют возможность с помощью суда распоряжаться процессуальными правами и спорным материальным правом.

Арбитражным судом при рассмотрении настоящего дела были созданы условия для установления фактических обстоятельств, имеющих существенное значение для правильного разрешения спора (часть 3 статьи 9, статья 66 АПК РФ).

Исходя из вышеизложенного, суд приходит к выводу о наличии оснований для удовлетворения исковых требований в полном объеме.

В соответствии со ст. 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины относятся на сторон пропорционально удовлетворённых требований.

С учётом изложенного, руководствуясь статьями 10, 15, 307, 309, 310, 929, 931, 942, 943, 422, 1064, 1079 ГК РФ, статьями 66, 69, 71, 75, 110, 123, 156, 167-170, 176, 227-229 АПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Взыскать с ООО "СК КАРДИФ" в пользу ООО "ТРАСТ" страховое возмещение в размере 92 215 руб. 11 коп., расходы по уплате государственной пошлины в размере 3 689 руб.

Решение подлежит немедленному исполнению.

Решение может быть обжаловано в Девятый арбитражный апелляционный суд в срок, не превышающий пятнадцати дней со дня его принятия, а в случае составления мотивированного решения арбитражного суда - со дня принятия решения в полном объеме.

Судья П.С. Гутник