Постановление от 16 апреля 2021 г. по делу № А47-12357/2019

ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД


ПОСТАНОВЛЕНИЕ



№ 18АП-1960/2021
г. Челябинск
16 апреля 2021 года
Дело № А47-12357/2019

Резолютивная часть постановления объявлена 13 апреля 2021 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 16 апреля 2021 года.

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Журавлева Ю.А.,

судей Забутыриной Л.В., Румянцева А.А.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО2 на определение Арбитражного суда Оренбургской области от 21.01.2021 по делу № А47-12357/2019 о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте судебного разбирательства уведомлены надлежащим образом, в том числе публично путем размещения информации в сети «Интернет», в судебное заседание представителей не направили.

В соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено судом апелляционной инстанции в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле.

Публичное акционерное общество «Новый инвестиционно-коммерческий Оренбургский банк развития промышленности», г. Оренбург, 23.08.2019 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) ФИО3 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ОГРНИП – <***>, ИНН – <***>), г. Оренбург, в связи с наличием задолженности в размере 7 381 255 руб. 02 коп.

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 29.08.2019 заявление кредитора о признании должника банкротом принято к производству, возбуждено производство по делу о признании несостоятельным (банкротом) ФИО3.

Решением арбитражного суда от 10.03.2020 (резолютивная часть решения объявлена 04.03.2020) индивидуальный предприниматель ФИО3 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ОГРНИП – <***>, ИНН – <***>), г. Оренбург, признан банкротом с открытием в отношении него процедуры реализации имущества. Финансовым управляющим должника утвержден ФИО4 (член ассоциации «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Меркурий»).

Финансовый управляющий ФИО4 16.09.2020 обратился в арбитражный суд с заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО2, с. Шаповалово Акбулакского района Оренбургской области, с участием третьего лица: Российского союза автостраховщиков в лице Представительства в Уральском Федеральном округе, г. Екатеринбург, об оспаривании сделки в котором просит (с учетом уточнения требования, принятого судом на основании статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации):

- признать недействительным договор цессии от 03.03.2020, заключенный между ИП ФИО3 и ИП ФИО2, применить последствия недействительности сделки в виде восстановления права требования индивидуального предпринимателя ФИО3 к Российскому союзу автостраховщиков в размере 400 000 руб.

Определением арбитражного суда от 21.01.2021 (резолютивная часть от 13.01.2021) заявление финансового управляющего удовлетворено.

Признано недействительной сделкой договор цессии, заключенный 03.03.2020 между индивидуальным предпринимателем ФИО3 и ИП ФИО2 Применены последствия недействительности сделки. Восстановлены права требования ИП ФИО3 к Российскому союзу автостраховщиков в размере 400 000 руб.

Не согласившись с принятым судебным актом, ИП ФИО2 (далее также – податель жалобы) обратился с апелляционной жалобой, в которой просил отменить определение суда от 21.01.2021 и принять по делу новый судебный акт.

По мнению ФИО2 судом первой инстанции не принято во внимание отсутствие доказательств позволяющих признать сделку недействительной по основаниям пункта 1, 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве. Также не проведено надлежащее исследование соответствия оспариваемой сделки на предмет соответствия критериям недействительности, установленными пунктами 1, 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.03.2021апелляционная жалоба приняты к производству, судебное заседание назначено на 13.04.2021.

До начала судебного заседания от финансового управляющего ФИО4 поступил отзыв на апелляционную жалобу, который приобщён к материалам дела в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Арбитражный суд апелляционной инстанции проверил законность и обоснованность обжалуемого судебного акта в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, и установлено судом первой инстанции, Между индивидуальным предпринимателем ФИО3 (цедент) и индивидуальным предпринимателем ФИО2 (цессионарий) 03.03.2020 заключен договор цессии, по условиям которого цедент уступает, а цессионарий принимает право требования цедента к Российскому союзу автостраховщиков суммы компенсационной выплаты в размере 400000 руб., возникшие в результате причинения вреда транспортному средству Volvo S80, г/н <***> (VIN <***>) при ДТП, произошедшем 28.12.2017 по адресу: <...>, в рамках полиса виновника ДТП – ФИО5 серии ЕЕЕ №0903594532, выданного АО «СК «Подмосковье».

Согласно пункту 1.3 договора цессии от 03.03.2020 к цессионарию переходят все права и обязанности истца в рамках гражданского и арбитражного судопроизводства по делу № А60-69919/2019, рассматриваемому Арбитражным судом Свердловской области.

За уступаемые по договору права и обязанности цессионарий в момент подписания настоящего договора выплачивает цеденту денежные средства в размере 400 000 руб. (пункт 2.1 договора от 03.03.2020).

В соответствии с актом приема-передачи от 03.03.2020 цедент получил денежные средства от цессионария в размере 400 000 руб.

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 29.08.2019 возбуждено производство по настоящему делу о признании должника банкротом.

Решением арбитражного суда от 10.03.2020 (резолютивная часть решения объявлена 04.03.2020) должник признан банкротом с открытием процедуры реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО4

В реестр требований кредиторов должника включены требования кредиторов второй очереди в размере 30 044 руб. 79 коп., требования кредиторов третьей очереди в размере 8 191 125 руб. 99 коп. (из них по обязательствам, обеспеченным залогом имущества должника, в размере 8 166 633 руб. 88 коп.); требования кредиторов первой очереди отсутствуют.

Финансовый управляющий обратился с настоящим заявлением, пологая, что сделка совершена после возбуждения дела о банкротстве является недействительной на основании пунктов 1, 2 статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции исходил из следующего:

- оспариваемый договор заключен после возбуждения дела о банкротстве, а соответственно, ФИО2 знал или должен был знать о признаках несостоятельности ФИО3, в том числе и с учетом того, что интересы ФИО2 и ФИО6 представляет ФИО7;

- цена договора является неравноценной относительно суммы уступленного права;

- отсутствуют надлежащие доказательства оплаты по оспариваемому договору со стороны ФИО2

Согласно пункту 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В силу пункта 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI названного Закона.

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Федеральном законе.

Пунктом 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве установлено, что заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 указанного Закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

На основании пункта 1 статьи 61.2 названного Закона сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Из разъяснений, данных в пунктах 5 - 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Постановление N 63) следует, что в силу указанной выше нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Как разъяснено в пункте 9 Постановления N 63, при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего: если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи, не требуется; если подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 данного Закона.

В рассматриваемом случае спорная сделка (от 03.03.2020) совершена после возбуждения дела о банкротстве (29.08.2019) накануне судебного заседания по рассмотрению обоснованности заявления банка о признании должника банкротом, в период подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве.

Судом также установлено, что на момент совершения сделки у должника имелись иные не удовлетворенные требования перед другими кредиторами второй и третьей очереди.

Поскольку сделка совершена после возбуждения дела о банкротстве должника, наличия иных обстоятельств, в частности, осведомленности контрагента о неплатежеспособности должника или недостаточности его имущества, не требуется.

Довод ФИО2, что судом не проведено надлежащее исследование соответствия оспариваемой сделки на предмет соответствия критериям недействительности судом апелляционной инстанции, отклоняется.

Наличие у должника на момент совершения сделки имущества на значительную сумму, с учетом возбужденного дела о банкротстве, не свидетельствует об отсутствии признака неплатежеспособности, то есть прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Кроме того, в материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие факт оплаты (передачи денежных средств) по договору цессии, равно как и доказательств, свидетельствующих о наличии у ФИО2 на дату заключения договора финансовой возможности по оплате приобретаемых прав наличными денежными средствами в размере 400 000 руб.

Представленный в материалы дела акт приема-передачи денежных средств от 03.03.2020, с учетом заключения договора цессии между двумя предпринимателями, не может быть принят в качестве платежного документа.

Фактически доводы апелляционной жалобы ФИО2 сводятся к несогласию с выводами суда первой инстанции, основанными на установленных фактических обстоятельствах дела и оценке доказательств, и не свидетельствуют о неправильном применении судом норм материального и процессуального права, повлиявшем на исход дела.

Учитывая вышеизложенное, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о доказанности финансовым управляющим обстоятельства, подтверждающие наличие условий для признания оспариваемой сделки недействительной на основании пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Как разъяснено в пункте 4 Постановления N 63, наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

В силу статьи 10 ГК РФ не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах. В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд может отказать лицу в защите принадлежащего ему права. В случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются.

Для признания сделки недействительной по основаниям, предусмотренным статьей 10 названного Кодекса, суду необходимо установить, что такая сделка совершена с намерением причинить вред другому лицу либо имело место злоупотребление правом в иных формах.

Неразумное и недобросовестное поведение также приравнивается к злоупотреблению правом. Для защиты нарушенных прав потерпевшего суд может не принять доводы лица, злоупотребившего правом, обосновывающие соответствие своих действий по осуществлению принадлежащего ему права формальным требованиям законодательства. Поэтому упомянутая норма закона может применяться как в отношении истца, так и в отношении ответчика (информационное письмо Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 N 127).

Согласно пункту 1 статьи 166 названного Кодекса сделка недействительна по основаниям, установленным названным Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Статьей 168 ГК РФ установлено, что сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

В силу пункта 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Исходя из смысла приведенной нормы, для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения. Такая сделка характеризуется несоответствием волеизъявления подлинной воле сторон: в момент ее совершения воля обеих сторон не направлена на достижение правовых последствий в виде возникновения, изменения, прекращения соответствующих гражданских прав и обязанностей, а волеизъявление свидетельствует о таковых.

При этом, как разъяснено в абзаце втором пункта 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", судам следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение.

Таким образом, формальное исполнение для вида условий сделки ее сторонами не может являться препятствием для квалификации судом такой сделки как мнимой.

Принимая во внимание недоказанность факта оплаты, наличие фактической заинтересованности ФИО2 по отношению к должнику, что подтверждается наличием единого представителе, а также получения товарно-материальных ценностей, в качестве предстателя должника на основании доверенности, суд апелляционной инстанции полагает, что договор цессии от 03.03.2020 договора является мнимой сделкой, которая была направлена на вывод активов должника, в целях не допущения обращения взыскания в интересах кредиторов должника.

При таких обстоятельствах, соответствующие доводы жалобы являются несостоятельными и подлежат отклонению, как направленные на переоценку выводов суда, сделанных на основе имеющихся в деле доказательств, оснований для которой у суда апелляционной инстанции не имеется.

Следовательно, определение отмене, а жалоба удовлетворению – не подлежат.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта в соответствии с пунктом 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не установлено.

Руководствуясь статьями 176, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Оренбургской области от 21.01.2021 по делу № А47-12357/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО2 - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение одного месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий судьяЮ.А. Журавлев

Судьи:Л.В. Забутырина

А.А. Румянцев