Постановление от 22 октября 2019 г. по делу № А65-15281/2017

ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru.


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

Дело № А65-15281/2017
г. Самара
22 октября 2019 г.
Резолютивная часть постановления оглашена 15 октября 2019 года

Постановление в полном объеме изготовлено 22 октября 2019 года

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Серовой Е.А.,

судей Мальцева Н.А., Селиверстовой Н.А.

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1

без участия представителей лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о месте и времени судебного разбирательства

рассмотрев в открытом судебном заседании, в помещении суда, в зале №2,

апелляционную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Матти Рус» ФИО2

на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 02 августа 2019 г. об отказе в удовлетворении заявления о включении требования в реестр требований кредиторов должника

в рамках дела № А65-15281/2017 (судья Мингазов Л.М.)

О несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Открытие», Республика Татарстан, г. Казань,

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 06.12.2017 года общество с ограниченной ответственностью «Открытие» (ОГРН <***> ИНН <***>) признано несостоятельным (банкротом) и в отношении него открыто конкурсное производство.

Конкурсным управляющим года общества с ограниченной ответственностью «Открытие» (ОГРН <***> ИНН <***>) утверждена ФИО3, член саморегулируемой организации Союз «Арбитражных управляющих Правосознание».

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 18.05.2018 года конкурсный управляющий ФИО3 освобождена от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО "Открытие" г. Казань, РТ (ОГРН <***> ИНН <***>), конкурсным управляющим ООО "Открытие" г. Казань, РТ (ОГРН <***> ИНН <***>) утвержден ФИО4, член Союза «СРО АУ Северо-Запада».

В Арбитражный суд Республики Татарстан поступило заявление общества с ограниченной ответственностью "Матти Рус", г. Москва (вх.33288) о включении в реестр требований кредиторов в размере 13 396,92 рублей.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 02 августа 2019 года отказано в удовлетворении заявленного требования.

Не согласившись с принятым судебным актом, конкурсный управляющий ООО «Матти Рус» ФИО2 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 02 августа 2019 года, удовлетворить заявленные требования.

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ

От конкурсного управляющего ООО «Матти Рус» ФИО2 в суд апелляционной инстанции поступило ходатайство о рассмотрении дела без его участия.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов, содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле документам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены определения Арбитражного суда Республики Татарстан от 02 августа 2019 г. об отказе в удовлетворении заявления о включении требования в реестр требований кредиторов должника в рамках дела № А65-15281/2017, в связи со следующим.

В соответствии с частью 1 статьи 4 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) состав и размер денежных обязательств и обязательных платежей, возникших до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом и заявленных после принятия арбитражным судом такого заявления и до принятия решения о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства, определяются на дату введения каждой процедуры, применяемой в деле о банкротстве и следующей после наступления срока исполнения соответствующего обязательства.

Установление требований кредиторов осуществляется арбитражным судом в соответствии с порядком, определенном статьями 71 и 100 Закона о банкротстве, в зависимости от процедуры банкротства, введенной в отношении должника.

При этом в силу пунктов 3-5 статьи 71 и пунктов 3-5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. Установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности (пункт 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве" (далее - Постановление Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 N 35).

При рассмотрении обоснованности требования кредитора подлежат проверке доказательства возникновения задолженности в соответствии с материально-правовыми нормами, которые регулируют обязательства, не исполненные должником, ее размера.

Основываясь на процессуальных правилах доказывания (статьи 65 и 68 АПК РФ), заявитель обязан подтвердить допустимыми доказательствами правомерность своих требований, вытекающих из неисполнения другой стороной ее обязательств.

В обоснование заявленного требования кредитор указал на следующие обстоятельства.

Как следует из материалов дела 27.07.2016 г. между обществом с ограниченной ответственностью "Матти Рус" (займодавец) и обществом с ограниченной ответственностью "Открытие" (заемщик) был заключен договор займа, в соответствии с которым займодавец передает в собственность заемщику в качестве займа денежные средства в размере 3 659 965,33 руб., а заемщик обязуется возвратить заимодавцу вышеуказанную сумму займа.

В качестве доказательства исполнения условий договора со стороны общества с ограниченной ответственностью "Матти Рус" кредитором представлена в материалы дела копия дубликата платежного поручения № 1552 от 27.07.2016 г.

Требование заявителя обосновано наличием задолженности должника по указанному выше договору займа в размере 13 369,92 руб.

При проверке обоснованности требования кредитора арбитражный суд оценивает доказательства возникновения задолженности в соответствии с материально-правовыми нормами, регулирующими неисполненные должником обязательства, по правилам, установленным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации.

Как правило, для подтверждения обстоятельств, подтверждающих позицию заявителя, достаточно совокупности доказательств (документов), обычной для хозяйственных операций, лежащих в основе спора. Однако в условиях банкротства должника и конкуренции его кредиторов интересы должника-банкрота и кредитора, связанного с должником общностью хозяйственных или иных интересов, в судебном споре могут совпадать в ущерб интересам прочих кредиторов.

Возражая против удовлетворения заявленного требования, конкурсный управляющий ФИО4 указал на наличие аффилированности должника и кредитора.

Сложившейся судебной практикой, основанной на правовых позициях Верховного Суда Российской Федерации (определения Верховного Суда Российской Федерации от 15.09.2016 N 308-ЭС16-7060; от 30.03.2017 N 306-ЭС16-17647(1); от 30.03.2017 N 306-ЭС16-17647(7); от 26.05.2017 N 306-ЭС16-20056(6)) выработаны иные критерии распределения бремени доказывания: при представлении доказательств общности экономических интересов (аффилированности) должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) и заявлении возражений относительно наличия и размера задолженности должника перед аффилированным кредитором, - на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения (правовая позиция, изложенная в определении Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 N 306-ЭС16-20056(6)).

Указанный стандарт доказывания применяется и в том случае, когда аффилированное лицо предъявляет свои требования к должнику через заключения договора уступки прав требований с иным независимым кредитором.

В данном случае при предъявлении иными незаинтересованными участниками процесса обоснованных возражений бремя опровержения таких возражений лежит на аффилированном кредиторе, заявившем требование о включении в реестр кредиторов должника.

Наличие аффилированности между должником и обществом с ограниченной ответственностью "Матти Рус" установлено определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 03.02.2019 г., оставленным без изменения постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.06.2019 г.

Указанным определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 03.02.2019 г. суд признал недействительными сделки ООО «Открытие» (ОГРН <***> ИНН <***>) по перечислению ООО «Матти Рус» (ИНН <***>, ОГРН <***>) денежных средств в сумме 71 526 415,54 руб. Применил последствия недействительности сделки. Взыскал с ООО «Матти Рус» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу ООО «Открытие» (ОГРН <***> ИНН <***>) 71 526 415,54 руб.

Согласно позиции, изложенной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 N 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 N 948-1 "О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках" не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности. О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка. При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 N 306-ЭС16-20056(6) по делу N А12-45751/2015).

В силу пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве в целях настоящего Федерального закона заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются: лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26 июля 2006 года N 135-ФЗ "О защите конкуренции" входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника.

Высокий стандарт доказывания к аффилированным кредиторам при включении указанных лиц в реестр требований кредиторов должника подлежит применению вне зависимости от основания включения (материальное обязательство, погашение долга, заключение договора уступки прав требований).

Данный подход обусловлен тем, что группа лиц по общему правилу предполагает интеграцию входящих в нее звеньев не только через общую управленческую, ценовую, техническую, кадровую политику, наличие общей стратегии, но также через объединение финансовых ресурсов и капиталов. В такой ситуации стороннее лицо ограничено в сборе доказательств по вопросу за счет средств какого конкретно лица, входящего в группу лиц, сделан тот или иной платеж, в то время как аффилированным кредиторам не составит труда раскрыть порядок экономического взаимодействия внутри группы, доказать финансовую самостоятельность того или иного субъекта группы.

Учитывая изложенное, принимая во внимание то, что должник и общество с ограниченной ответственностью «Мати Рус» входят в одну группу лиц, применение для указанных лиц обычного стандарта доказывания, для которого достаточно совокупности доказательств (документов), характерных для хозяйственных операций, лежащих в основе спора, не может способствовать балансу интересов всех вовлеченных в процедуру банкротства лиц.

В соответствии с ч. 2 ст. 9 Арбитражного процессуального кодекса РФ лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Как следует из правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.05.2014 по делу № А41-36402/2012, возможность конкурсных кредиторов в деле о банкротстве доказать необоснованность требования другого кредитора обычно объективным образом ограничена, поэтому предъявление к ним высокого стандарта доказывания привело бы к неравенству таких кредиторов. При рассмотрении подобных споров конкурсному кредитору достаточно представить суду доказательства prima facie, подтвердив существенность сомнений в наличии долга.

При этом другой стороне, настаивающей на наличии долга, не должно составлять затруднений опровергнуть указанные сомнения, поскольку именно она должна обладать всеми доказательствами своих правоотношений с несостоятельным должником.

При функционировании должника в отсутствие кризисных факторов его участник и исполнительный орган влияют на хозяйственную деятельность должника (в том числе посредством заключения с последним сделок, принятия стратегических управленческих решений и т. д.).

Поэтому в случае последующей неплатежеспособности (либо недостаточности имущества) должника исходя из требований добросовестности, разумности и справедливости (п. 2 ст. 6 ГК РФ) на такого участника подлежит распределению риск банкротства контролируемого им лица, вызванного косвенным влиянием на неэффективное управление последним, посредством запрета в деле о несостоятельности противопоставлять свои требования требованиям иных (независимых) кредиторов.

Конституционным судом Российской Федерации было разъяснено, что Закон о банкротстве, который исключает из числа конкурсных кредиторов учредителей (участников) должника по обязательствам, вытекающим из такого участия, не лишает их права претендовать на часть имущества ликвидируемого общества, которое осталось после расчетов с другими кредиторами (определение от 27 января 2011 года № 75-О-О).

Соответственно суду при рассмотрении вопроса обоснованности требования важно дать верную квалификацию правоотношениям, из которых возникло обязательство. Например, подобными отношениями признаются действия учредителей по предоставлению финансирования должнику во избежание негативных последствий неисполнения обязательств. Предоставление должнику его учредителем имущественного блага в преддверии банкротства может свидетельствовать о намерении учредителя временно компенсировать негативные результаты своего воздействия на хозяйственную деятельность должника.

В такой ситуации предоставление блага может использоваться вместо механизма увеличения уставного капитала, позволяя на случай банкротства формально нарастить подконтрольную кредиторскую задолженность с противоправной целью последующего уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов, чем нарушается обязанность действовать в интересах кредиторов и должника.

При предоставлении доказательств, указывающих на корпоративный характер заявленного требования, на кредитора переходит бремя по опровержению соответствующего довода путем доказывания гражданско-правовой природы обязательства (определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 6 июля 2017 года № 308-ЭС17-1556 (2), определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 11 июля 2017 года по делу № А40-201077/2015).

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения (Даная позиция отражена в постановлениях Одиннадцатого арбитражный апелляционного суда по делу № А65-19519/2016).

Между тем, доказательств, подтверждающих экономическую целесообразность заключения договора займа материалы дела не содержат.

На основании изложенного, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что заключение кредитором с должником договора займа и перечисление должнику денежных средств, направлено на включение требования аффилированного лица в реестр требований кредиторов должника с целью создания преимуществ группе аффилированных с должником лиц для последующего влияния на ход процедуры банкротства.

Более того, определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 31.10.2018 г. заявление конкурсного управляющего удовлетворено. Суд определил, в том числе истребовать в ООО «Матти Рус» (ИНН <***>, ОГРН <***>) копии всех первичных документов за период начиная с 2014 года по текущую дату (договоров, счетов-фактур, накладных, актов выполненных работ, платежных документов и др.) по взаимоотношениям, возникшим между ООО «Открытие» и ООО «Матти Рус», а также акты сверки между ООО «Открытие» и ООО «Матти Рус».

Однако указанный судебный акт ООО «Матти Рус» не исполнен.

На основании изложенного суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отказе в удовлетворении заявленного требования.

Обращаясь с апелляционной жалобой, заявителем не представлено в материалы дела надлежащих и бесспорных доказательств в обоснование своей позиции, доводы заявителя, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые были бы не проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, арбитражным апелляционным судом не установлено.

Руководствуясь ст.ст. 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд


ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 02 августа 2019 г. об отказе в удовлетворении заявления о включении требования в реестр требований кредиторов должника в рамках дела № А65-15281/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в месячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий Е.А. Серова

Судьи Н.А. Мальцев

Н.А. Селиверстова