Постановление от 23 июня 2021 г. по делу № А40-146195/2018

ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-25830 /2021

№ 09АП-25829/2021

г. Москва Дело № А40-146195/18

23.06.2021г.

Резолютивная часть постановления объявлена 16.06.2021г.

Постановление изготовлено в полном объеме 23.06.2021г.


Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Бальжинимаевой Ж.Ц.,

судей Головачевой Ю.Л., Вигдорчика Д.Г.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2, ФИО3 на определение Арбитражного суда г. Москвы от 02.04.2021г. о признании недействительными договора купли-продажи 70% доли ООО «Гамбас» по номинальной стоимости 7 000,00 руб. от 27.12.2016, заключенного между ФИО4 и ФИО3; договора купли-продажи 30% доли ООО «Гамбас» по номинальной стоимости 3 000,00 руб. от 30.05.2018, заключенного между ФИО4 и ФИО5, и о применении последствий недействительности сделок, вынесенное судьей Истоминым С.С., в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО4,

с участием представителей, согласно протоколу судебного заседания,

У С Т А Н О В И Л:

Решением Арбитражного суда города Москвы 09.04.2019г. ФИО4 (далее – ФИО4, должник) признана несостоятельным (банкротом), в отношении нее введена процедура реализации имущества гражданина сроком на шесть месяцев, финансовым управляющим должника утверждена ФИО6.

В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление финансового управляющего должника, уточненное в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о признании недействительными договоров купли-продажи доли в уставном капитале ООО «Гамбас», заключенных между Смирновой В.В. и Буралиевой М.А., а также Смирновой В.В. и Хусанджановым У.А., применении последствий их недействительности.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 02.04.2021г. указанное заявление финансового управляющего должника удовлетворено, недействительными признаны договор купли-продажи 70% доли ООО «Гамбас» по номинальной стоимости 7 000 руб. от 27.12.2016г. между Смирновой В.В. и Хусанджановым У.А., а также договор купли-продажи 30% доли ООО «Гамбас» по номинальной стоимости 3 000 руб. от 30.05.2018г. между Смирновой В.В. и Буралиевой М.М.; применены последствия недействительности сделок в виде восстановления права собственности Смирновой В.В. на 100% доли в ООО «Гамбас», восстановления задолженности Смирновой В.В. перед Хусанджановым У.А. в размере 7 000 руб. и перед Буралиевой М.М. в размере 3 000 руб.

Не согласившись с вынесенным судом первой инстанции определением Буралиева М.А., Хусанджанов У.А. обратились в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами, в которых просят его отменить, принять по делу новый судебный акт.

Хусанджанов У.А. в своей апелляционной жалобе указывает на то, что оспариваемый договор от 27.12.2016г. не может быть признан недействительной сделкой по причине неравноценного встречного исполнения, поскольку он заключен за пределами срока подозрительности, установленного пунктом 1 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве). Кроме того, Хусанджанов У.А. ссылается на его неосведомленности о неплатежеспособности должника в рассматриваемый период.

ФИО2 в своей апелляционной жалобе ссылается на недоказанность финансовым управляющим ее осведомленности о неплатежеспособности должника на момент заключения спорного договора. Кроме того, ФИО2 повторяет вои доводы, приводимые в суде первой инстанции об отсутствии основания для признания договора купли-продажи 30% доли ООО «Гамбас» от 30.05.2018г. недействительной сделкой.

В судебном заседании представитель Буралиевой М.А. и Хусанджанова У.А. апелляционные жалобы поддержал по доводам, изложенным в них, просил определение суда первой инстанции от 02.04.2021г. отменить, принять по настоящему обособленному спору новый судебный акт.

Представитель финансового управляющего должника на доводы апелляционных жалоб возражал по мотивам, изложенным в приобщенном к материалам дела отзыве, просил обжалуемое определение суда первой инстанции оставить без изменения.

Рассмотрев дело в порядке статей 156, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, выслушав объяснения явившихся в судебное заседание лиц, изучив материалы дела, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о наличии оснований для отмены оспариваемого определения суда первой инстанции как принятого с нарушением действующего законодательства Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, заявление финансового управляющего должника основано на положениях пункта 1,2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации и мотивировано тем, что ФИО4 осуществила отчуждение принадлежащей ей доли в размере 100 % уставного капитала ООО «Гамбас» по следующим договорам:

- договору купли-продажи от 27.12.2016г. доля в размере 70 % уставного капитала ООО «Гамбас» продана ФИО3 по цене 7 000 руб.

- договору купли-продажи от 23.05.2018г. доля в размере 30 % уставного капитала ООО «Гамбас» продана ФИО2 по цене 3 000 руб.

По мнению финансового управляющего указанные договоры заключены при неравноценном встречном исполнении со стороны ответчиков, с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов и злоупотреблением права.

Суд первой инстанции, удовлетворяя указанное заявление финансового управляющего должника, исходил из представления им достаточных доказательств наличия оснований для признания оспариваемых договоров недействительными сделками.

Суд апелляционной инстанции, изучив имеющиеся в материалах дела доказательства, а также выслушав позиции сторон, приходит к следующим выводам.

С учетом положений пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а также разъяснений, изложенных в пункте 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 63 от 23.12.2010 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63), может быть оспорена сделка, совершенная в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки.

В соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатёжеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В пункте 5 Постановления № 63 разъяснено, что для признания сделки недействительной по основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Заявление о признании ФИО4 банкротом принято Арбитражным судом города Москвы определением от 03.07.2018г. Оспариваемые договоры заключены 27.12.2016г. и 23.05.2018г. Следовательно, договор от 27.12.2016г. может быть оспорен только по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а договор от 23.05.2018г., как по пункту 1, так и по пункту 2 указанной статьи.

Заявляя о неравноценности встречного исполнения по оспариваемым договорам финансовый управляющий должника ссылался на то, что 06.12.2016г. между Смирновой В.В. и Абрамовым Д.В. был заключен предварительный договор купли-продажи объекта, из которого следует, что предметом названного договора являются (п. 1.1.1 .-1.1.7):

- 100% в уставном капитале ООО «Гамбас»;

- материальные активы, мебель, оборудование, имущество;

- право аренды помещения, находящегося по адресу <...> (срок аренды до 30.05.2018 г. п.2.3.9. договора);

- оборотные средства (товарные остатки);

- права на доменное имя wwvv.lasgambas.ru;

- авторские права на цифровую копию сайта www.lasgambas.ru;

- договоры с поставщиками и иными контрагентами.

Согласно п. 4.1 названного предварительного договора купли-продажи объекта общая стоимость перечисленного имущества/имущественных прав составляет 5 150 000 руб.

По мнению финансового управляющего должника, отчуждение ФИО4 100% уставного капитала ООО «Гамбас» в пользу ответчиков за 10 000 руб., в условиях того, что по предварительному договору купли-продажи стоимость была определена в 5 150 000 руб. свидетельствует о заключении сделок с ФИО2 и ФИО3 на условиях, отличающихся в худшую для должника сторону.

Вместе с тем, как следует из буквального прочтения предварительного договора купли-продажи объекта от 06.12.2016г. ФИО4 обязалась продать ФИО7 не только долю в уставном капитале ООО «Гамбас», но и иные активы общества. При этом в тексте названного предварительного договора не имеется расшифровки относительно оценки каждого из активов общества, в том числе не указано и на какую сумму была оценена доля в уставном капитале ООО «Гамбас».

Следовательно, стоимость, отраженная в предварительном договоре купли-продажи не может свидетельствовать о том, что оспариваемые в рамках настоящего обособленного спора договоры были заключены на условиях, отличающихся существенно в худшую для должника сторону.

Иных доказательств несоответствия цены долей в уставном капитале ООО «Гамбас», отраженной в спорных договорах купли-продажи, их рыночной стоимости финансовым управляющим должника не представлено.

Таким образом, факт неравноценности встречного исполнения по договорам купли-продажи заявителем не доказан, как не доказан и факт причинения вреда имущественным правам кредиторов. Кроме того, в судебном заседании представитель ответчиков пояснил, что в настоящее время в суде первой инстанции рассматривается заявление ФИО8 о намерении погасить требования к должнику в полном объеме, что также исключает факт причинения вреда имущественным правам кредиторов спорными сделками.

Также суд апелляционной инстанции учитывает, что финансовым управляющим должника не представлено доказательств осведомленности Буралиевой М.А. и Хусанджанова У.А. о неплатежеспособности должника в рассматриваемый период. Так, финансовый управляющий не представил доказательств того, что ответчики относится к лицам, прямо перечисленным в статье 19 Закона о банкротстве или к иным лицам, заинтересованность которых имеет значение при применении пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Учитывая указанные выше разъяснения, согласно которым недоказанность хотя бы одного из обстоятельств, подлежащих установлению (совершение сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, причинение вреда в результате совершения сделки и осведомленности другой стороны сделки об указанной цели должника), приводит к невозможности удовлетворения заявления о признании сделки недействительной, а также принимая во внимание недоказанность причинения вреда имущественным правам кредиторов и осведомленность ответчиков о неплатёжеспособности должника, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, для признания недействительными оспариваемых договоров.

Что касается доводов финансового управляющего должника о недействительности спорных договоров купли-продажи по основаниям, предусмотренным статьями 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, если из закона не следует иное, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна.

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что, совершая сделку, стороны намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес.

Вместе с тем, каких-либо допустимых доказательств наличия обстоятельств, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях должника и ответчиков с целью реализации какого-либо противоправного интереса финансовым управляющим не представлено.

Кроме того, в силу разъяснений, изложенных в абзаце четвертом пункта 4 Постановления № 63, наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Однако в упомянутых разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11).

Вместе с тем, при рассмотрении настоящего обособленного спора финансовый управляющий ссылался только на факты, свидетельствующие о наличии совокупности обстоятельств, необходимой для признания сделок недействительными по основанию пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, не приводя при этом доводов о наличии у спорных договоров пороков, выходящих за пределы дефектов подозрительных сделок с целью причинения вреда.

На основании изложенного суд апелляционной инстанции приходит к выводу о не представлении финансовым управляющим должника надлежащих доказательств недействительности договора купли-продажи от 27.12.2016г. между ФИО4 и ФИО3 и договора купли-продажи от 30.05.2018г. между ФИО4 и ФИО5, в связи с чем определение Арбитражного суда города Москвы от 02.04.2021г. подлежит отмене.

Руководствуясь ст. ст. 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации

П О С Т А Н О В И Л:

Отменить определение Арбитражного суда г. Москвы от 02.04.2021г. по делу № А40-146195/18.

В удовлетворении заявлений финансового управляющего должника о признании сделок недействительными отказать в полном объеме.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.

Председательствующий судья: Ж.Ц. Бальжинимаева

Судьи: Ю.Л. Головачева

Д.Г. Вигдорчик