Постановление от 11 февраля 2025 г. по делу № А67-4740/2024

СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

улица Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, http://7aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Томск                                                                                   Дело № А67-4740/2024


Резолютивная часть постановления объявлена 29 января 2025 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 12 февраля 2025 года.


Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе судьи Ходыревой Л.Е. при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Ермаковой Ю.Н., рассмотрел в судебном заседании по общим правилам искового производства, установленным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции дело № А67-4740/2024

в рамках поданной апелляционной жалобы (07АП-6556/2024) индивидуального предпринимателя ФИО1 на решение от 23 июля 2024 года (мотивированное решение от 26 июля 2024 года) Арбитражного суда Томской области по делу № А67-4740/2024, рассмотренному в порядке упрощенного производства (судья Н.Н. Какушкина),

по иску унитарного муниципального предприятия «Спецавтохозяйство г. Томска» (634050, <...>, ИНН <***>, ОГРН <***>) 

к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (ИНН <***>, ОГРНИП <***>) о взыскании 44 963,67 руб., из которых: 28 804,58 руб. – задолженность по договору на оказание услуг по обращению с твердыми коммунальными отходами № ТКО-00064300 за период с апреля 2021 года по апрель 2022 года и 16 159,09 руб. – неустойка за период просрочки с 12.04.2022 по 20.05.2024,

при участии третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, - общество с ограниченной ответственностью «Сибирский Электромашиностроительный завод» (ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 31.05.2021, ИНН: <***>, 634021, <...>), ФИО2,  ФИО3.


В судебном заседании приняли участие:

от истца: ФИО4, по доверенности № 40 от 22.04.2024, сроком по 31.12.2024, паспорт;

от ответчика: ФИО1, лично, паспорт;

от ООО «СЭМЗ» - ФИО5, директор.

УСТАНОВИЛ:

унитарное муниципальное предприятие «Спецавтохозяйство г. Томска» (далее – УМП  «Спецавтохозяйство г. Томска», предприятие, истец) обратилось в Арбитражный суд Томской области с иском, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (далее – ИП ФИО1, предприниматель,  ответчик) о взыскании 44 963,67 руб., из которых: 28 804,58 руб. – задолженность по договору на оказание услуг по обращению с твердыми коммунальными отходами № ТКО-00064300 за период с апреля 2021 года по апрель 2022 года и 16 159,09 руб. – неустойка за период просрочки с 12.04.2022 по 20.05.2024.

Дело рассмотрено судом в порядке упрощенного производства на основании статьи 226 АПК РФ.

Решением от 23 июля 2024 года (мотивированное решение изготовлено судом 26 июля 2024 года) Арбитражного суда Томской области исковые требования удовлетворены частично, с ИП ФИО1 в пользу УМП  «Спецавтохозяйство г. Томска» взыскано 28 804,58 руб. основного долга, 12 800,24 руб. неустойки за период просрочки с 12.05.2022 по 20.05.2024, в возмещение расходов по уплате государственной пошлины 1 851 руб., всего 43 455,82 руб.  В удовлетворении остальной части требований отказано.

Не согласившись с решением суда, ответчик обратился с апелляционной жалобой, в которой ссылается на то, что все доказательства истцом представлены (16.07.2024 и 22.07.2024) за пределами установленного срока, причем, в день, предшествующий принятию решения об удовлетворении иска. Приобщены доказательства во второй половине дня, а утром в 8 часов уже вынесена резолютивная часть решения. Физически прошло меньше суток с момента размещения дополнительных доказательств в суд, которые ответчику заранее не были направлены, не были перед ним раскрыты до вынесения решения. Ответчик, в принципе, не мог представить свои возражения на данные доказательства или дополнительные доказательства, был лишен данной возможности. Кроме того, истцом уточнялись требования, в том числе, уточнялся период. Уточнения происходили за рамками процессуального срока. Фактически ответчик был лишен возможности дать свои пояснения и предоставить дополнительные доказательства с учетом уточненного периода. Все приобщенные истцом доказательства заранее не были направлены ответчику. Приобщенный в суд документ об отправке ответчику возражений на мотивированный отзыв фиктивный, вводит в заблуждение, на нем нет штампа с датой отправления и он заверен истцом 22 апреля 2024г. Согласно территориальной схеме (приобщено истцом 22.07.2024) и приложению II к типовому договору, контейнерная площадка по адресу ул. Алтайская, 151 находится в окружении близлежащих жилых домов с адресами ул.Алтайская, 151, 1516, 153, 153а, ул. Льва Толстого. 46, 46а, 48, 48а, ул. Лебедева, 102 и, естественно, услугами данного контейнера пользуются неопределенное количество лиц. А по адресу ул. Алтайская,149 вывозится ТКО тех организаций, которые осуществляют там хозяйственную деятельность. Поэтому сам факт того, что ТКО вывозятся со спорной контейнерной площадки, а предложения истца о заключении типового договора на своем официальном сайте автоматически считает договор заключенным, не доказывают, что именно ответчик вел на спорном объекте хозяйственную деятельность, что накапливались именно его ТКО, что услугу по вывозу ТКО истец оказывал именно ему. Ответчик считает, что судом неверно дана оценка документов и неверно сделаны выводы, не установлены фактические обстоятельства, так как образование ТКО происходит не в силу наличия статуса индивидуального предпринимателя, а в силу осуществления им конкретного вида хозяйственной деятельности. Податель жалобы просит решение суда первой инстанции отменить, в удовлетворении исковых требований в полном объеме отказать.

К апелляционной жалобе ответчиком приложены дополнительные доказательства согласно перечню в приложении.

В силу части 2 статьи 272.1 АПК РФ дополнительные доказательства по делам, рассмотренным в порядке упрощенного производства, арбитражным судом апелляционной инстанции не принимаются, за исключением случаев, если в соответствии с положениями части 6.1 статьи 268 настоящего Кодекса арбитражный суд апелляционной инстанции рассматривает дела по правилам, установленным для рассмотрения дел в арбитражном суде первой инстанции.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в пункте 49 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 18.04.2017 № 10 «О некоторых вопросах применения судами положений Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации об упрощенном производстве», арбитражный суд апелляционной инстанции после принятия апелляционной жалобы на решение суда по делу, рассмотренному в порядке упрощенного производства, устанавливает разумный срок для представления отзыва на апелляционную жалобу и принимает постановление по итогам рассмотрения данной жалобы только после истечения указанного срока, но не позднее трех месяцев со дня ее поступления вместе с делом в арбитражный суд апелляционной инстанции.

От истца поступил в порядке ст. 262 АПК РФ отзыв на апелляционную жалобу, в котором просит решение суда первой инстанции оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

На основании части 1 статьи 272.1 АПК РФ (в редакции Федерального закона от 02.03.2016 № 45-ФЗ), пункта 47 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 18.04.2017 № 10 «О некоторых вопросах применения судами положений Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации об упрощенном производстве» апелляционные жалобы на решения арбитражного суда по делам, рассмотренным в порядке упрощенного производства, рассматриваются в суде апелляционной инстанции судьей единолично без проведения судебного заседания, без извещения лиц, участвующих в деле, о времени и месте проведения судебного заседания, без осуществления протоколирования в письменной форме или с использованием средств аудиозаписи по имеющимся в деле доказательствам.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, дополнений к жалобе, отзыва на апелляционную жалобу, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о наличии оснований для рассмотрения дела по общим правилам искового производства, установленным Кодексом для рассмотрения дела в суде первой инстанции, установив, что ответчик был лишен возможности ознакомиться с поступившими от истца документами, выгруженными в Картотеку арбитражных дел в день вынесения резолютивной части судебного акта и соответственно представить свои возражения.

Так, в определении о принятии искового заявления и рассмотрении дела в порядке упрощенного производства от 31.05.2024 суд указал на представление сторонам до 25.06.2024 доказательств и пояснений по существу спора; участвующие в деле лица вправе представить в арбитражный суд, рассматривающий дело, и направить друг другу дополнительно документы, содержащие объяснения по существу заявленных требований и возражений в обоснование своей позиции, в срок до 17.07.2024. Такие документы не должны содержать ссылки на доказательства, которые не были раскрыты в установленный судом срок.

Тогда как истцом 16.07.2024 нарочно в суд представлены письменные пояснения с приложениями на 34 листах, соответственно указанные документы в Картотеку арбитражных дел были выгружены 17.07.2024.

При этом, как справедливо указывает ответчик, на уведомлении о направлении письменных пояснений в адрес стороны отсутствует штамп отделения почтовой связи с датой направления. То есть доказательств направления указанных документов ответчику истцом не представлено.

17.07.2024 суд принимает увеличение исковых требований.

При этом 17.07.2024 – последний день срока для представления сторонами дополнительных пояснений по делу.

22.07.2024 истцом также нарочно в суд представлены доказательства, соответственно в Картотеку арбитражных дел данные документы выгружены только 23.07.2024.

В этот же день (23.07.2024) судом первой инстанции принята резолютивная часть судебного акта.

При этом к документам от 22.07.2024 приложена в том числе копия письма о направлении в адрес ответчика 15.07.2024 по электронной почте заявления об уточнении иска и возражений на отзыв. Тогда как доказательств направления письменных пояснений, поступивших нарочно в суд 16.07.2024 с приложениями на 34 листах, не представлено.

Более того, об уточнении исковых требований и их принятии судом ответчик мог узнать лишь после выгрузки соответствующего определения в КАД (18.07.2024), когда срок для представления возражений и пояснений уже истек

Таким образом, ответчик был лишен возможности ознакомиться с представленными истцом документами и представить свои возражения.

Данные действия обусловили представление ответчиком  в суд апелляционной инстанции дополнительных доказательств, без оценки которых будет осуществлена неравная защита прав сторон.

Одной из необходимых гарантий судебной защиты и справедливости судебного разбирательства является предоставляемая сторонам реальная возможность довести до сведения суда свою позицию относительно всех аспектов рассматриваемого дела, заявлять ходатайства, знакомиться с позициями других участников судебного заседания и дополнительными материалами, давать объяснения по всем рассматриваемым судом вопросам, участвовать в прениях и обмене репликами.

Ограничение права лица, участвующего в деле, на судебную защиту, лишение его возможности осуществления процессуальных прав, установленных АПК РФ, само по себе является достаточным основанием для отмены соответствующего судебного акта.

Равно как судом апелляционной инстанции учтено, что в материалы настоящего дела истцом не представлено доказательств включения ответчика как источника образования отходов в территориальную схему; доказательства включения сведений о месте накопления ТКО от деятельности ответчика (контейнерной площадки) в территориальную схему; доказательства фактического оказания спорных услуг и объема оказанных услуг, а судом первой инстанции указанные обстоятельства не выяснены в полной мере, в связи с чем без выяснения дополнительных обстоятельств и исследования дополнительных доказательств рассмотрение искового заявления, проверка расчета и оценка правомерности доводов сторон в порядке упрощенного производства не соответствует целям эффективного правосудия.

Определением от 25 октября 2024 года Седьмой арбитражный апелляционный суд перешел к рассмотрению дела № А67-4740/2024 по общим правилам искового производства, установленным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции, предложил истцу представить доказательства включения ответчика как источника образования отходов в территориальную схему; доказательства включения сведений о месте накопления ТКО от деятельности ответчика (контейнерной площадки) в территориальную схему; доказательства фактического оказания спорных услуг и объема оказанных услуг; подробные письменные пояснения по поставленным судом апелляционной инстанции в  настоящем определении вопросам и обстоятельствам (применительно к бремени доказывания каждой из сторон), подлежащим выяснению для рассмотрения настоящего спора. Ответчику представить включен ли ответчик как источник образования отходов в территориальную схему; включены ли сведения о месте накопления ТКО от деятельности ответчика (контейнерной площадки) в территориальную схему; опровержение факта оказания истцом услуг на спорном объекте по ввозу ТКО в спорный период  и объема предъявленных услуг; подробные письменные пояснения по поставленным судом апелляционной инстанции в настоящем определении вопросам и обстоятельствам (применительно к бремени доказывания каждой из сторон), подлежащим выяснению для рассмотрения настоящего спора.

От истца поступили письменные пояснения с приложением выдержки из электронной модели территориальной схемы по спорному адресу, от ответчика – письменные пояснения с приложением документов.

В ходе рассмотрения дела ответчик представил дополнительные документы, подтверждающие, по мнению ответчика, что ИП деятельность не вела, свои помещения сдавала в аренду.

В связи с чем определением от 20 декабря 2024 года суд апелляционной инстанции привлек к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора арендаторов спорных помещений: общество с ограниченной ответственностью «Сибирский Электромашиностроительный завод», ФИО2, ФИО3.

В ходе рассмотрения дела предпринимателем также заявлялось ходатайство о допросе в качестве свидетеля ФИО6.

В соответствии с частью 1 статьи 88 АПК РФ по ходатайству лица, участвующего в деле, арбитражный суд вызывает свидетеля для участия в арбитражном процессе.

Свидетелем является лицо, располагающее сведениями о фактических обстоятельствах, имеющих значение для рассмотрения дела (часть 1 статьи 56 АПК РФ).

Как указано в статье 64 АПК РФ, доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном АПК РФ и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела.

В силу пункта 1 статьи 75 АПК РФ письменными доказательствами являются содержащие сведения об обстоятельствах, имеющих значение для дела документы, выполненные способом, позволяющим установить их достоверность. Частью 1 статьи 89 АПК РФ установлено, что иные документы и материалы допускаются в качестве доказательств, если содержат сведения об обстоятельствах, имеющих значение для правильного рассмотрения дела.

По смыслу части 1 статьи 88 АПК РФ удовлетворение ходатайства о вызове и допросе в качестве свидетелей определенных лиц представляет собой право, а не обязанность суда. Суд удовлетворяет ходатайство в том случае, если свидетель может подтвердить обстоятельства, непосредственно относящиеся к предмету доказывания по настоящему делу.

Из указанных норм следует, что вызов свидетеля на основании ходатайства стороны, участвующей в деле, является правом, а не обязанностью суда. Кроме того, наличие у суда такого права предполагает оценку необходимости вызова лица для дачи показаний.

Суд апелляционной инстанции учитывает, что в соответствии с положениями статьи 68 АПК РФ, согласно которой обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами, свидетельские показания не могут заменить письменные документальные доказательства, необходимые для подтверждения позиции ответчика. Обстоятельства по настоящему делу должны быть подтверждены определенными доказательствами, выраженными в документальной форме, поэтому в силу статьи 68 АПК РФ свидетельские показания не могут быть приняты в качестве достаточных доказательств и положены в основу вывода решения суда.

В удовлетворении ходатайства отказано.

Рассмотрение дела неоднократно откладывалось в целях представления сторонами дополнительных пояснений, документов, расчетов.

Ко дню судебного заседания от ответчика поступили письменные пояснения, в которых указано на то, что гостиница в спорный период не работала, приложены дополнительные доказательства. Письменные пояснения и доказательства приобщены к материалам дела.

От истца поступило ходатайство о запросе информации в УФНС России по Томской области в отношении ИП ФИО1, предоставляла или нет ИП ФИО1 в налоговый орган уведомление о льготе на недвижимое имущество за период 2021-2022 г.г.

Рассмотрев ходатайство истца об истребовании информации у УФНС России по Томской области, суд апелляционной инстанции не находит оснований для его удовлетворения.

В соответствии с частью 4 статьи 66 АПК РФ лицо, участвующее в деле и не имеющее возможности самостоятельно получить необходимое доказательство от лица, у которого оно находится, вправе обратиться в арбитражный суд с ходатайством об истребовании данного доказательства. В ходатайстве должно быть обозначено доказательство, указано, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, могут быть установлены этим доказательством, указаны причины, препятствующие получению доказательства, и место его нахождения.

По смыслу вышеуказанных норм процессуального закона, истребование доказательств является правом суда, реализуемым им при наличии объективных препятствий в представлении участвующим в деле лицом доказательств, содержащих сведения об обстоятельствах, имеющих значение для правильного разрешения дела.

Учитывая предмет и основание исковых требований, информация о наличии или отсутствии льготы по уплате налога на недвижимое имущество за период 2021-2022 г.г. у ИП ФИО1 не имеет правового значения.

В судебном заседании представитель истца настаивал на удовлетворении исковых требованиях, ответчик возражал против их удовлетворения; представитель третьего лица подтвердил арендные отношения с ИП ФИО7, дал свои пояснения.

Иные третьи лица, надлежащим образом извещенные судом апелляционной инстанции о времени и месте судебного разбирательства, в заседание не явились, письменные позиции не направили.

Заслушав представителей сторон, третьего лица, исследовав материалы дела, изучив доводы искового заявления, отзыва, представленные сторонами суду апелляционной инстанции пояснения и документы в их совокупности и взаимосвязи, суд апелляционной инстанции пришел к следующему.

УМП  «Спецавтохозяйство г. Томска» присвоен статус регионального оператора в области обращения с отходами на территории 7 зоны деятельности, между Департаментом природных ресурсов и охраны окружающей среды Томской области и УМП «Спецавтохозяйство г. Томска» заключено соглашение об организации деятельности по обращению с твердыми коммунальными отходами на территории 7 зоны деятельности регионального оператора от 11.12.2018, согласно которому истцу присвоен статус регионального оператора сроком на 10 лет.

Как следует из сведений из Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей (далее по тексту – ЕГРИП), ФИО1 в спорный период и по настоящее время имеет статус индивидуального предпринимателя.

Ответчику с 23.04.2013 на праве собственности принадлежит нежилое помещение, расположенное по адресу: <...>, пом. ман033-ман037, площадью 59,6 кв.м., и нежилое помещение, расположенное по адресу: <...>, пом. ман003-ман026, площадью 222,2 кв.м., что подтверждается выписками из ЕГРН от 07.06.2024 и лицами, участвующими в деле, не оспаривается.

Согласно позиции истца, извещение о необходимости заключения договоров на оказание услуг по обращению с твердыми коммунальными отходами было опубликовано в газете «Выходной» от 08.06.2019 № 19, а также размещено на официальном сайте УМП «Спецавтохозяйство г. Томска» (https://sahtomsk.ru/), в котором содержалась информация о том, что все действующие ранее договоры на обращение с ТКО прекращают свое действие 01.07.2019, дата начала деятельности регионального оператора – 02.07.2019.

Ответчик в установленный срок соответствующую заявку на заключение договора не направил, в связи с чем между унитарным муниципальным предприятием «Спецавтохозяйство г. Томска» (региональный оператор) и индивидуальным предпринимателем ФИО1 (потребитель) на условиях типового договора заключен договор на оказание услуг по обращению с твердыми коммунальными отходами, которому присвоен № ТКО-00064300 (далее по тексту – Договор), в соответствии с которым региональный оператор обязуется принимать твердые коммунальные отходы в объеме и в месте, которые определены в договоре, и обеспечивать их транспортирование, обработку, обезвреживание, захоронение в соответствии с законодательством Российской Федерации, а потребитель обязуется оплачивать услуги регионального оператора по цене, определенной в пределах утвержденного в установленном порядке единого тарифа на услугу регионального оператора (пункт 1).

Объем твердых коммунальных отходов, места (площадки) накопления твердых коммунальных отходов, в том числе крупногабаритных отходов, и периодичность вывоза твердых коммунальных отходов, а также информация о размещении мест (площадок) накопления твердых коммунальных отходов и подъездных путей к ним (за исключением жилых домов) определяются согласно приложению к настоящему договору (пункт 2).

Исходя из условия пункта 15 типового Договора, стороны согласились производить учет объема и (или) массы твердых коммунальных отходов в соответствии с Правилами коммерческого учета объема и (или) массы твердых коммунальных отходов, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 03.06.2016 года № 505 «Об утверждении Правил коммерческого учета объема и (или) массы твердых коммунальных отходов», следующим способом: расчетным путем, исходя из нормативов накопления твердых коммунальных отходов.

Дата начала оказания услуг по обращению с твердыми коммунальными отходами с 02.07.2019 (пункт 11 Договора).

Пунктом 5 Договора установлено, что под расчетным периодом понимается один календарный месяц. Оплата услуг по договору осуществляется по цене, определенной в пределах утвержденного в установленном порядке единого тарифа на услугу регионального оператора: (приведены размеры платы по периодам).

Потребитель оплачивает услуги по обращению с твердыми коммунальными отходами до 10-го числа месяца, следующего за месяцем, в котором была оказана услуга по обращению с твердыми коммунальными отходами (пункт 6 Договора).

В случае неисполнения либо ненадлежащего исполнения потребителем обязательств по оплате договора региональный оператор вправе потребовать от потребителя уплаты неустойки в размере 1/130 ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации, установленной на день предъявления соответствующего требования, от суммы задолженности за каждый день просрочки (пункт 22).

Договор заключается на срок до 31.12.2028. Договор считается продленным на тот же срок и на тех же условиях, если за один месяц до окончания срока его действия ни одна из сторон не заявит о его прекращении или изменении либо о заключении нового договора на иных условиях (пункты 26, 27 Договора).

Во исполнение типового договора истец с апреля 2021 года по апрель 2022 года оказывал ответчику услуги по обращению с твердыми коммунальными отходами, в подтверждение чего в материалы дела представлены акты оказания услуг.

Региональным оператором выставлены счета на оплату.

Судом апелляционной инстанции учитывается, что материалы дела не содержат доказательств направления в адрес предпринимателя актов оказанных услуг и счетов на их оплату. Истец пояснил, что не направлял данные документы заказной корреспонденцией, в связи с чем факт отправки подтвердить не может.

Ссылаясь на отсутствие оплаты оказанных услуг за спорный период, истец направил в адрес ответчика претензию б/н от 28.03.2024 с требованием в добровольном порядке произвести оплату задолженности.

Поскольку требования предприятия не были удовлетворены ответчиком в добровольном порядке, истец обратился в суд с настоящим иском.

В соответствии с частью 8 статьи 23 Федерального закона от 29.12.2014 № 458-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «Об отходах производства и потребления», отдельные законодательные акты Российской Федерации и признании утратившими силу отдельных законодательных актов Российской Федерации» обязанность по внесению платы за коммунальную услугу по обращению с твердыми коммунальными отходами наступает при наличии заключенного соглашения между органом исполнительной власти соответствующего субъекта Российской Федерации и региональным оператором по обращению с твердыми коммунальными отходами и утвержденного единого тарифа на услугу по обращению с твердыми коммунальными отходами на территории соответствующего субъекта Российской Федерации, но не позднее 01.01.2019.

В соответствии со статьей 24.6 Федерального закона от 24.06.1998 № 89-ФЗ «Об отходах производства и потребления» (далее - Закон № 89-ФЗ) обращение с ТКО обеспечивается региональными операторами.

Из пункта 1 статьи 24.7 Закона № 89-ФЗ следует, что региональные операторы заключают договоры на оказание услуг по обращению с твердыми коммунальными отходами с собственниками твердых коммунальных отходов, если иное не предусмотрено законодательством Российской Федерации.

Договор на оказание услуг по обращению с твердыми коммунальными отходами является публичным для регионального оператора. Региональный оператор не вправе отказать в заключении договора на оказание услуг по обращению с твердыми коммунальными отходами собственнику твердых коммунальных отходов, которые образуются и места накопления которых находятся в зоне его деятельности.

Согласно пункту 8 (18) Правил, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 12.11.2016 № 1156 (далее – Правила № 1156), до дня заключения договора на оказание услуг по обращению с ТКО услуга оказывается региональным оператором в соответствии с условиями Типового договора и Соглашением и подлежит оплате потребителем в соответствии с условиями типового договора по цене, равной утвержденному в установленном порядке единому тарифу на услугу регионального оператора, с последующим перерасчетом в первый со дня заключения указанного договора расчетный период исходя из цены заключенного договора на оказание услуг по обращению с ТКО.

По договору на оказание услуг по обращению с ТКО региональный оператор обязуется принимать ТКО в объеме и в местах (на площадках) накопления, которые определены в этом договоре, и обеспечивать их транспортирование, обработку, обезвреживание, захоронение в соответствии с законодательством Российской Федерации, а собственник ТКО обязуется оплачивать услуги регионального оператора по цене, определенной в пределах утвержденного в установленном порядке единого тарифа на услугу регионального оператора (пункт 2 статьи 24.7 Закона № 89-ФЗ).

Пунктом 4 статьи 24.7 Закона № 89-ФЗ установлено, что собственники ТКО обязаны заключить договор на оказание услуг по обращению с ТКО с региональным оператором, в зоне деятельности которого образуются ТКО и находятся места их накопления.

В качестве собственников твердых коммунальных отходов выступают как собственники объектов образования ТКО (зданий, строений, сооружений, нежилых помещений, земельных участков), так и иные владельцы и (или) пользователи данных объектов на законных основаниях, осуществляющие хозяйственную и (или) иную деятельность на соответствующем объекте.

Презюмируется, что собственником ТКО является собственник объекта недвижимости, в результате деятельности которого образуются ТКО (пункт 7 Обзора судебной практики по делам, связанным с обращением с твердыми коммунальными отходами, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 13.12.2023).

По общему правилу ресурсоснабжающая организация, которой фактически является региональный оператор, в силу принципа относительности договорных обязательств (пункт 3 статьи 308 ГК РФ, пункт 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2016 № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении») не обязана самостоятельно отыскивать фактических пользователей нежилых помещений и вправе при адресовании имущественных притязаний об оплате переданного ресурса (оказанных услуг) ориентироваться на данные публично достоверного Единого государственного реестра недвижимости.

Собственник нежилых помещений, действуя добросовестно, разумно и осмотрительно, сообразно критерию ожидаемого поведения в гражданском обороте (пункт 3 статьи 307 ГК РФ, пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление № 25), обязан предоставить региональному оператору доказательства передачи помещений в законное пользование иным лицам с возложением на них обязанности по заключению договора с региональным оператором.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации в отсутствие в действующем гражданском законодательстве норм, обязывающих арендодателя нежилого помещения оплачивать ресурсоснабжающей организации поставляемые в это помещение коммунальные ресурсы, у арендатора нежилого помещения возникает обязанность по заключению договора энергоснабжения с ресурсоснабжающей организацией только при наличии соответствующего условия в договоре аренды.

Соответственно, в отсутствие заключенного договора между арендатором и ресурсоснабжающей организацией обязанность по оплате поставляемых в нежилое помещение коммунальных ресурсов лежит на собственнике (арендодателе) такого помещения (ответ на вопрос № 5 раздела «Разъяснения по вопросам, возникающим в судебной практике» Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2015), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26.06.2015).

Согласно обзору судебной практики Верховного Суда РФ № 2 (2015), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ от 26.06.2015, в отсутствие договора между арендатором и ресурсоснабжающей организацией обязанность по оплате поставляемых в нежилое помещение коммунальных ресурсов лежит на собственнике (арендодателе) такого помещения. Собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества, если иное не предусмотрено законом или договором (статья 210 ГК РФ).

В силу абзаца второго пункта 3 статьи 308 ГК РФ обязательство может создавать права для третьих лиц в отношении одной или обеих его сторон только в случаях, предусмотренных законом, иными правовыми актами или соглашением сторон. ГК РФ и иные законы не содержат норм о возникновении на основании договора аренды нежилого помещения обязанности у арендатора по внесению платы за коммунальные услуги перед оказывающим их третьим лицом (исполнителем коммунальных услуг, ресурсоснабжающей организацией).

Обязанность арендатора поддерживать имущество в исправном состоянии, производить за свой счет текущий ремонт и нести расходы на содержание имущества (п. 2 ст. 616 ГК РФ) установлена в отношениях с арендодателем, а не исполнителем коммунальных услуг или ресурсоснабжающей организацией, которые не являются стороной договора аренды. Исполнитель коммунальных услуг (ресурсоснабжающая организация) в отсутствие заключенного с ним договора не имеет возможности осуществлять контроль за тем, какое лицо фактически пользуется нежилым помещением, в том числе на основании договора аренды.

Таким образом, в отсутствие договора между арендатором нежилого помещения и исполнителем коммунальных услуг (ресурсоснабжающей организацией), заключенного в соответствии с действующим законодательством и условиями договора аренды, обязанность по оплате таких услуг лежит на собственнике (арендодателе) нежилого помещения.

Вместе тем указанная презумпция может быть опровергнута при заключении договора оказания услуг по обращению с ТКО между арендатором помещения и региональным оператором. В таком случае обязанность по оплате услуг по обращению с ТКО лежит на арендаторе помещения.

Согласно пункту 8 (1) Правил № 1156 региональный оператор заключает договоры на оказание услуг по обращению с ТКО в отношении ТКО, образующихся в иных зданиях, строениях, сооружениях, нежилых помещениях, в том числе в многоквартирных домах и на земельных участках, - с лицами, владеющими такими зданиями, строениями, сооружениями, нежилыми помещениями и земельными участками на законных основаниях, или уполномоченными ими лицами.

Таким образом, обязанность по оплате услуг по обращению ТКО именно у арендатора перед региональным оператором возникает, при подтверждении последним образования ТКО арендатором, что следует из разъяснений пунктов 7, 7.1 Обзора судебной практики по делам, связанным с обращением с твердыми коммунальными отходами, утв. Президиумом Верховного Суда РФ 13.12.2023.

Ответчик представил в материалы дела договор аренды нежилых помещений от 29.10.2021, заключенный между ИП ФИО1 и ООО «СМЭЗ», договор аренды нежилых помещений от 01.03.2022, заключенный между ИП ФИО1 и ООО «СМЭЗ» (л.д. 118-119 т.1), договор аренды нежилых помещений от 31.05.2021, заключенный между ИП ФИО1 и ФИО8, договор аренды от 07.08.2020, заключенный между ИП ФИО1 и ФИО2 (л.д. 108-109 т.1).

Договор с региональным оператором и арендаторами в спорный период не заключен, ни предприниматель, ни арендаторы к региональному оператору с заявками не обращались. В указанной части позиция ответчика применительно к обязанностям арендаторов по оплате ТКО подлежит отклонению.

При оценке правомерности исковых требований судом апелляционной инстанции учитывается следующее.

Для эффективного вовлечения в договорные правоотношения по обращению с ТКО  всех собственников отходов и собирания региональным оператором необходимой валовой выручки (далее – НВВ), определенной тарифным органом, в пунктах 8(12), 8(15), 8(17) Правил № 1156 содержатся фикции заключения договора на оказание услуг по обращению ТКО на условиях типового договора для случаев: (1) уклонения потребителя от заключения договора; (2) неурегулирования возникших у сторон разногласий по его условиям; (3) ненаправления потребителем в установленный срок заявки на заключение договора и необходимых для этого документов.

В частности, заключение конкретного договора на оказание услуг по обращению с ТКО с региональным оператором происходит по заявке (инициативе) собственника ТКО (пункты 8(4) - 8(16) Правил № 1156), и если таковая не направлена, то договор считается заключенным на условиях типового договора и вступившим в силу на 16-й рабочий день после размещения региональным оператором предложения о заключении указанного договора на своем официальном сайте в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» (пункт 8(17) Правил № 1156).

То есть заключение договора возможно как способами, указанными в пунктах 2, 3 статьи 434 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), так и путем применения фикции, содержащейся в вышеуказанных пунктах Правил № 1156, когда при наступлении поименованных в них обстоятельств договор считается заключенным на условиях типового договора по цене, указанной региональным оператором на основании установленного тарифа.

Услуга регионального оператора по обращению с ТКО относится к регулируемым видам деятельности (пункты 1, 4 статьи 24.8 Закона № 89-ФЗ). Установленный тариф, рассчитываемый на основе долгосрочных параметров и НВВ, должен компенсировать экономически обоснованные расходы регионального оператора на реализацию производственных и инвестиционных программ, разрабатываемых на основании территориальной схемы обращения с отходами (статья 13.3, пункты 2, 6 статьи 24.9, пункт 1 статьи 24.13 Закона № 89-ФЗ, разделы VI, VI.I Методических указаний по расчету регулируемых тарифов в области обращения с твердыми коммунальными отходами, утвержденных приказом Федеральной антимонопольной службы от 21.11.2016 1638/16).

Региональные операторы несут расходы на плату за негативное воздействие на окружающую среду при размещении ТКО, учитываемые при установлении тарифов (пункты 5, 9 статьи 23 Закона № 89-ФЗ, пункт 43(1) Основ ценообразования в области обращения с твердыми коммунальными отходами, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 30.05.2016 № 484 (далее - Основы ценообразования № 484)).

НВВ регионального оператора рассчитывается с учетом его расходов по оплате услуг операторов по обращению с ТКО, оказывающих соответствующую часть комплекса услуг по обращению с ТКО, включающего в себя сбор, транспортирование, обработку, утилизацию, обезвреживание, захоронение (пункт 4 Правил № 1156, пункты 22, 90, 90(1), 90(2) Основ ценообразования № 484, пункты 85, 87 Методических указаний № 1638/16).

Нормативное регулирование обращения с ТКО построено законодателем по схеме, неоднократно примененной в сфере энергоснабжения и связанных с ним услуг, укрупненно состоящей из: федерального закона (Закон № 89-ФЗ), подзаконного регулирования, установленного Правительством Российской Федерации в виде специальных правил оказания услуг (Правила № 1156), основ ценообразования (Основы ценообразования № 484) и правил регулирования тарифов (Правила регулирования тарифов в сфере обращения с твердыми коммунальными отходами, утвержденные постановлением Правительства Российской Федерации от 30.05.2016 № 484, далее - Правила регулирования тарифов № 484), и затем тарифного регулирования специального ведомства (Методические указания № 1638/16).

Потребитель (собственник отходов) заключает договор с региональным оператором, который может привлечь к его исполнению операторов по обращению с ТКО и самостоятельно оплачивает их услуги. При этом обязательственная связь и денежное обязательство у потребителя возникает только с (перед) региональным оператором, размер такого обязательства определяется расчетным способом, а именно, исходя из нормативов накопления ТКО, выраженных в количественных показателях объема, либо исходя из количества и объема контейнеров для накопления ТКО (подпункт «а» пункта 5 Правил № 505).

В соответствии с пунктом 5 Правил разработки, общественного обсуждения, утверждения, корректировки территориальных схем в области обращения с отходами производства и потребления, в том числе с твердыми коммунальными отходами, а также требованиями к составу и содержанию таких схем, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 22.09.2018 № 1130 (далее – Правила № 1130), территориальная схема включает, кроме прочего, следующие разделы: нахождение источников образования отходов; места накопления отходов; места нахождения объектов обработки, утилизации, обезвреживания отходов и объектов размещения отходов; схема потоков отходов от источников их образования до объектов обработки, утилизации, обезвреживания отходов и объектов размещения отходов.

На основании данных территориальной схемы определяется размер НВВ регионального оператора и рассчитываются тарифы в сфере обращения с ТКО (пункт 2 статьи 24.8 Закона № 89-ФЗ, пункты 5, 8, 37, 90, 90(1), 91 Основ ценообразования № 484, пункты 13, 14, 84, 86, 90(1), 91 Методических указаний № 1638/16).

Региональный оператор в силу подпункта «в» пункта 20, пунктов 23, 31, 32 Правил № 1130 имеет возможность влиять на содержание территориальной схемы как на стадии общественного обсуждения перед ее утверждением уполномоченным органом, так и вправе подавать заявления о ее корректировке.

Так, в соответствии с пунктом 9 Правил № 1130 раздел «Места накопления отходов» территориальной схемы обращения с отходами содержит данные о нахождении мест накопления отходов (с нанесением их на карту субъекта Российской Федерации) в соответствии со схемами размещения мест (площадок) накопления ТКО и реестрами мест (площадок) накопления ТКО.

Согласно пункту 5 статьи 13.4 Закона № 89-ФЗ, пункту 15 Правил № 1039 реестр мест накопления ТКО включает данные о нахождении мест (площадок) накопления ТКО, а также данные о собственниках таких площадок и источниках образования ТКО.

По пункту 10 статьи 24.6 Закона № 89-ФЗ региональные операторы обязаны соблюдать схему потоков ТКО, предусмотренную территориальной схемой обращения с отходами субъекта Российской Федерации, на территории которого такие операторы осуществляют свою деятельность.

Если в территориальной схеме нет данных об источнике образования, месте накопления и схеме движения соответствующих отходов, то затраты по обращению с ними не учтены в НВВ регионального оператора, то есть неполучение стоимости этой услуги не отразится на запланированной инвестиционной деятельности регионального оператора, необходимостью защиты публичных интересов по наполнению НВВ которого обусловлено распределение между сторонами договора бремени доказывания факта оказания услуг по обращению с ТКО.

И, напротив, включение соответствующих сведений в территориальную схему в публичном порядке предполагает верификацию факта продуцирования ТКО потребителем (группой потребителей), обладающим правами подавать замечания и предложения по содержанию территориальной схемы как на стадии общественного обсуждения, так и на стадии ее корректировки (подпункт «в» пункта 20, пункты 23, 31 Правил № 1130).

Распределение между сторонами договора бремени доказывания факта оказания региональным оператором услуг по обращению с ТКО обусловлено необходимостью защиты публичных интересов по наполнению НВВ регионального оператора в указанной социально значимой сфере предпринимательской деятельности и сложностью фиксации недобросовестного вывоза собственником своих отходов на открытые площадки накопления (в контейнеры) иных лиц с целью имитации отсутствия факта оказания услуг региональным оператором, когда путем вывоза отходов с других мест накопления региональный оператор такую услугу собственнику ТКО фактически оказывает.

Являясь регулируемой организацией и сильной стороной в правоотношении по обращению с ТКО по отношению к собственнику отходов, региональный оператор должен нести негативные риски своего неосмотрительного бездействия по включению соответствующих сведений в территориальную схему, а также экономического обоснования расходов на осуществление регулируемой деятельности при обращении в регулирующий орган с заявлением об установлении тарифа (пункт 7, подпункты «е», «ж», «з» пункта 8 Правил регулирования тарифов в сфере обращения с твердыми коммунальными отходами, утвержденные Постановлением Правительства РФ от 30.05.2016 № 484).

Из указанного следует, что для получения с потребителя стоимости услуг по обращению с ТКО региональному оператору необходимо подтвердить факты заключения договора между ним и потребителем (путем подписания сторонами документа или в порядке одной из фикций, предусмотренных Правилами № 1156), осуществления потребителем деятельности и включения в территориальную схему сведений об источнике образования, месте накопления и схеме движения соответствующих отходов.

При таких условиях услуга предполагается оказанной региональным оператором и подлежит оплате собственником ТКО, если последним в ходе состязательного процесса это не будет прямо опровергнуто.

В ситуации, при которой потребитель осуществляет хозяйственную деятельность, но касающиеся его сведения не включены в территориальную схему, региональный оператор должен прямо доказать факт оказания услуг именно этому потребителю.

При этом вопреки позиции истца презумпции продуцирования отходов потребителем в совокупности с возможностью их складирования в иных общедоступных местах накопления недостаточно для вывода о предполагаемом (презюмируемом) оказании услуг региональным оператором (определение Верховного Суда Российской Федерации от 14.11.2022 № 304-ЭС22-12944, пункт 14 Обзора судебной практики по делам, связанным с обращением с твердыми коммунальным отходами, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 13.12.2023, далее - Обзор судебной практики от 13.12.2023).

Из взаимосвязанных положений пункта 2 статьи 24.7 Закона № 89-ФЗ и пунктов 9, 13, подпункта «г» пункта 25 Правил № 1156 следует, что региональный оператор осуществляет прием ТКО от потребителей в месте (площадке) накопления ТКО, определенном договором на оказание услуг по обращению с ТКО, в соответствии со схемой обращения с отходами, а условие о месте накопления ТКО в соответствии с территориальной схемой обращения с отходами является существенным условием договора по обращению с ТКО, следует учитывать, что в ситуации, когда источник образования отходов и соответствующее место накопления ТКО территориальной схемой не определено, и между региональным оператором и потребителем в порядке, предусмотренном пунктами 8(11) - 8(14) Правил № 1156, не урегулировано условие об ином способе складирования отходов, договор на оказание услуг по обращению с ТКО не может считаться заключенным и для взыскания платы региональный оператор обязан доказать фактическое оказание услуг потребителю (определения Верховного Суда Российской Федерации от 14.11.2022 № 304-ЭС22-12944, от 05.10.2023 № 306-ЭС23- 9063).

Из приведенных положений следует, что при отсутствии договора на оказание услуг по обращению с ТКО, подписанного сторонами в виде единого документа, судам надлежит соотносить с территориальной схемой обращения с отходами наличие как места накопления ТКО, так и соответствующего источника его образования.

Услуга по обращению с ТКО не может считаться оказанной только ввиду образования отходов как неизменного фактора, сопутствующего жизнедеятельности человека, если при этом не соблюдаются требования к организации исполнения данной услуги, предусмотренные действующим законодательством.

Соответственно, поскольку договор, содержащий условие о месте накопления ТКО, между обществом и предпринимателем в спорный период не заключен, юридически значимыми являются обстоятельства, связанные с тем, включен ли предприниматель (его объект) как источник образования отходов и указанная региональным оператором в качестве места накопления ТКО контейнерная площадка в территориальную схему, относится ли предприниматель к собственникам ТКО, осуществляющим их складирование на указанной площадке.

Как пояснил ответчик в суде апелляционной инстанции и не опроверг истец, в здании по адресу ул. Алтайская, 149 имеется пять собственников - ФИО9, ФИО10 (ранее ФИО11), ФИО1, ФИО12, ООО «ЛоргеМедикал». До 2020 года был ФИО13, ФИО14, с октября 2020 г. по октябрь 2023 г. был ФИО15 (справка от 09.07.2024, Выписка из ЕГРН). Каждый собственник самостоятельно обслуживает свои нежилые помещения, имеет свои индивидуальные входы, свои договоры с ресурсными компаниями (свет, вода, тепло, интернет, уборщицы, дворник и прочее), самостоятельно занимается благоустройством своих прилегающих территорий, уборкой коридоров, в том числе, и вывозом мусора (л.д 80 т.1).

Относительно осуществления деятельности в спорных помещениях ответчик пояснила, что помещения сданы в аренду, самостоятельной деятельности, в том числе гостиничной, по адресу <...>, которая приводила бы к образованию ТКО в спорный период ИП ФИО1 не вела, в подтверждение чего ссылается на представленные в материалы дела справки от ИП ФИО10, от ФИО6, от ИП ФИО16, от ФИО15, документов по охране ЧОП, а также на договор с АО «Томскэнергосбыт» от 04.02.2015, дополнительное соглашение с изменением объекта в Приложении №1 к договору от 04.02.2015, справку от 23.01.2025 АО «Томскэнергосбыт».

Таким образом, в отсутствие доказательств осуществления ответчиком в спорный период в принадлежащих помещениях гостиничного бизнеса, у истца отсутствуют правовые основания применять тариф для гостиниц при расчете задолженности, равно как в принципе констатировать факт осуществления предпринимателем деятельности, предполагаемой образование отходов, при опровержении ответчиком совокупностью представленных в дело доказательств  данной презумпции.

В материалах настоящего дела имеются сведения о том, что место накопления отходов (контейнерная площадка) включено в территориальную схему обращения с отходами Томской области с адресом Алтайская,151, между тем, как обоснованно ссылается податель жалобы,  ИП ФИО7 (её объект) не указан в территориальной схеме в качестве источника образования ТКО.

Истец представил в материалы дела модель электронной схемы, согласной которой объект ответчика по адресу ул. Алтайская, 151 включен в схему. Однако электронная модель не является территориальной схемой, более того, представленная истцом электронная модель территориальной схемы является неактуальной, что подтверждается ответом Департамента природных ресурсов и охраны окружающей среды Томской области от 10.12.2024 по запросу ИП ФИО1, согласно которому сведения, содержащиеся в территориальной схеме обращения с отходами в части источников образования отходов являются неактуальными. Информация в отношении объекта (<...> ИП ФИО1 (гостиница)) будет актуализирована  при последующей корректировке территориальной схемы (л.д. 89 т. 1).

При этом, объект ответчика расположен по адресу <...>.

Более того,  по адресу ул. Алтайская, 151 расположен жилой дом.

Сам истец пояснил, что к спорной контейнерной площадке прикреплены МКД по ряду адресов (Алтайская, 112, Алтайская, 114, Колхозная, 16, Колхозная, 18, Алтайская , 151, Алтайская 153, Алтайская 108, Алтайская 151а. Льва Толстого, 45 и др. – л.д.71 т.1.)

Суд апелляционной инстанции предложил истцу представить доказательства фактического оказания спорных услуг и объема оказанных услуг (пункт 14 Обзора судебной практики по делам, связанным с обращением с твердыми коммунальными отходами, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 13.12.2023).

Истец в подтверждении фактического оказания спорных услуг ссылается на путевые листы и маршрутные задания (представлено на DVD-диске, л.д. 77 т.1).

Вместе с тем, представленные истцом путевые листы и маршрутные задания, фактическое осуществление вывоза твердых коммунальных отходов и оказание услуг применительно к предпринимателю ФИО1 не подтверждают, поскольку не свидетельствует о том, что вывозился мусор данного абонента, его объем, учитывая, что контейнер является контейнером общего пользования, а сам предприниматель (его объект)  как источник образования отходов в схему не включен.

Вопреки позиции истца, по смыслу правовых позиций Верховного Суда Российской Федерации, содержащихся в пункте 14 Обзора от 13.12.2023 и определении от 14.11.2022 № 304-ЭС22-12944, наличия в территориальной схеме общедоступного места накопления ТКО, расположенного близ потребителя как образователя отходов, недостаточно для презумпции оказания услуг региональным оператором, потому что в качестве необходимого элемента для создания такой презумпции территориальная схема должна содержать сведения о месте накопления ТКО, непосредственно предназначенном для соответствующего потребителя, а также схему движения соответствующих отходов.

В противном случае недобросовестному региональному оператору для освобождения от бремени доказывания факта оказания услуг было бы достаточно организовать одну общедоступную площадку для накопления ТКО в населенном пункте и включить сведения о ней в территориальную схему, не обеспечивая ни достаточность мест накопления ТКО исходя из прогнозируемых объемов мусорообразования всеми потребителями, ни безопасность вывоза отходов и минимизацию причиняемого ими вреда (пункт 4 статьи 1 ГК РФ).

Договор об оказании услуг по обращению с ТКО по правовой природе является договором возмездного оказания услуг, договор подчиняется регулированию, предусмотренному нормами специального законодательства, правилами об отдельных видах договоров (глава 39 ГК РФ и с учетом статьи 783 ГК РФ нормы главы 37 ГК РФ), а также в субсидиарном порядке общими положениями ГК РФ о договоре и обязательствах (пункт 1 статьи 307.1 ГК РФ).

Данный договор не является абонентским (статья 429.4 ГК РФ), поскольку он не предполагает взимания платы за неоказанную услугу и прямо не поименован в законодательстве в качестве абонентского (пункт 33 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора»), что согласуется с правовым подходом, изложенным в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 30.03.2023 № 663-О, согласно которому Закон № 89-ФЗ не предполагает взимания платы за неоказанную услугу, в том числе за период, в котором отношения регионального оператора и потребителя регламентировались типовым договором.

Для регионального оператора договор на оказание услуг по обращению с ТКО является публичным (статья 426 ГК РФ, пункт 1 статьи 24.7 Закона № 89-ФЗ).

В то же время в силу сходства правового регулирования отношений по обращению с ТКО с энергоснабжением и сущности оказываемой услуги, имеющей коммунальный характер, близкой к отведению сточных вод, признаваемых законодателем коммунальным ресурсом (пункт 2 Правил предоставления коммунальных услуг собственникам и пользователям помещений в многоквартирных домах и жилых домов, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 06.05.2011 № 354), на отношения по обращению с ТКО распространяются правила определения объема обязательства абонента по оплате потребленного блага, применимые в энергоснабжении (пункт 1 статьи 6, статьи 539, 541, 544, 548 ГК РФ).

Присвоение истцу статуса регионального оператора и утверждение тарифа на услуги по обращению с твердыми коммунальными отходами сами по себе не означают автоматическое оказание региональным оператором услуг и, как следствие, не являются безусловным основанием для взыскания с потребителя в пользу регионального оператора денежных средств в условиях недоказанности факта оказания соответствующих услуг ответчику.

В рассматриваемом случае региональный оператор обязан прямо доказать факт оказания таких услуг достаточными доказательствами, а не ограничиваться только ссылкой на презумпцию образования отходов от деятельности потребителя и (или) нормативный объем образования отходов у соответствующего потребителя.

Соответствующих доказательств истец в материалы дела не представил.

Вопреки мнению истца и соответствующих выводов суда, спорная услуга по обращению с твердыми коммунальными отходами не может считаться оказанной только ввиду образования таких отходов как неизменного фактора, сопутствующего жизнедеятельности человека, если при этом не соблюдаются требования к организации исполнения данной услуги, предусмотренные действующим законодательством (Определения Верховного Суда Российской Федерации от 14.11.2022 № 304-ЭС22-12944, от 05.10.2023 № 306-ЭС23-9063).

Вопреки доводам истца относительно содержания территориальной схемы, судом апелляционной инстанции учитывается, что территориальная схема в числе прочего должна содержать:

- сведения о наименовании источников образования отходов и их почтовых или географических адресах (координатах) с нанесением на карту субъекта Российской Федерации, при этом такими источниками по общему правилу являются объекты капитального строительства или другие объекты, расположенные в пределах земельного участка, на котором образуются отходы (абзац третий пункта 2, подпункт «а» пункта 5, пункт 6 Правил № 1130);

- данные о нахождении мест накопления отходов с нанесением их на карту субъекта Российской Федерации в соответствии со схемами и реестрами размещения мест (площадок) накопления ТКО (подпункт «г» пункта 5, пункт 9 Правил № 1130);

- схему потоков отходов от источников их образования до объектов обработки, утилизации, обезвреживания и размещения, включенных в государственный реестр объектов размещения отходов (пункт 12 Правил № 1130).

С учетом вышеизложенных правовых подходов, норм и разъяснений, на распределение бремени доказывания факта оказания услуг по обращению с ТКО влияют две презумпции:

1) осуществление деятельности субъектом гражданского оборота (исходный факт) предполагает образование отходов (презюмируемый факт);

2) включение в территориальную схему сведений об источнике образования, месте накопления и схеме движения соответствующих отходов (исходный факт) предполагает оказание услуг по обращению с ТКО региональным оператором (презюмируемый факт).

В случае если место накопления ТКО и (или) источник образования отходов не включены в территориальную схему обращения с отходами, региональный оператор должен доказать факт реального оказания услуг собственнику ТКО (пункт 14 Обзора от 13.12.2023).

Соответственно, для получения с потребителя (собственника ТКО) стоимости услуг по обращению с ТКО региональному оператору достаточно подтвердить факт заключения договора между ним и потребителем (путем одного подписанного сторонами документа или путем одной из фикций заключенности договора, предусмотренных Правилами № 1156), а также два вышеуказанных исходных факта. При таких условиях услуга считается (предполагается) оказанной региональным оператором и подлежит оплате собственником ТКО, если последним в ходе состязательного процесса не будет прямо опровергнут любой из исходных или презюмируемых фактов.

Если же один из исходных фактов отсутствует, то, несмотря на заключение договора на оказание услуг по обращению с ТКО между региональным оператором и собственником ТКО, оказание услуг региональным оператором не предполагается, а подлежит доказыванию им на общих основаниях (пункт 1 статьи 781 ГК РФ).

Например, если потребитель осуществляет хозяйственную деятельность, но касающиеся его сведения не включены в территориальную схему, то региональный оператор должен прямо доказать факт оказания услуг именно этому потребителю (принятие от него ТКО). При этом презумпции продуцирования отходов потребителем в совокупности с возможностью их складирования в иных общедоступных местах накопления недостаточно для вывода о предполагаемом (презюмируемом) оказании услуг региональным оператором, поскольку в такой ситуации не соблюдается прозрачность движения отходов, что препятствует обеспечению безопасности и минимизации причиняемого ими вреда (определение Верховного Суда Российской Федерации от 14.11.2022 № 304-ЭС22-12944).

Тогда как истец не представил в материалы дела доказательства включения ответчика по адресу <...> как источника образования отходов в территориальную схему.

Соответственно истцу следовало доказать факт оказания услуг именно ответчику (принятие от него ТКО).

Как указывалось выше, истец представил лишь модель электронной схемы, не являющейся территориальной схемой, более того, согласной которой объект ответчика по адресу ул. Алтайская, 151 включен в схему, тогда как  по адресу ул. Алтайская, 151 расположен жилой дом.

Из чего следует, что контейнерная площадка по адресу <...>, сформирована для населения, накопления ТКО во всех помещениях указанного дома.

Кроме того, суд апелляционной инстанции принимает во внимание, что в соответствии с правовой позицией, сформулированной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 14.11.2022 № 304-ЭС22-12944, услуга по обращению с ТКО не может считаться оказанной только ввиду образования таких отходов как неизменного фактора, сопутствующего жизнедеятельности человека, если при этом не соблюдаются требования к организации исполнения данной услуги, предусмотренные действующим законодательством; в ситуации, когда источник образования отходов и соответствующее место накопления ТКО территориальной схемой не определено, и между региональным оператором и потребителем в порядке, предусмотренном пунктами 8(11) - 8(14) Правил № 1156, не урегулировано условие об ином способе складирования отходов, договор на оказание услуг по обращению с ТКО не может считаться заключенным; возможность складирования абонентом ТКО (с которым не заключен договор в виде одного подписанного сторонами документа, а место его накопления ТКО не включено в территориальную схему) в иных местах, внесенных в территориальную схему, не может подменять доказанность региональным оператором факта оказания услуг по обращению с ТКО этому абоненту, поскольку подобный подход ведет к непрозрачности движения отходов, препятствует обеспечению их безопасности и минимизации причиняемого ими вреда.

Как указано выше, в ситуации, при которой потребитель осуществляет хозяйственную деятельность, но касающиеся его сведения не включены в территориальную схему, региональный оператор должен прямо доказать факт оказания услуг именно этому потребителю. При этом презумпции продуцирования отходов потребителем в совокупности с возможностью их складирования в иных общедоступных местах накопления недостаточно для вывода о предполагаемом (презюмируемом) оказании услуг региональным оператором.

Материалы дела не содержат доказательств того, что ответчик включен в список мусорообразователей, складирующих твердые коммунальные отходы на площадке, расположенной ни по адресу: <...>, ни по адресу: <...>, равно как  и не содержат доказательств фактического оказания услуг по вывозу ТКО по указанному адресу именно ответчику.

При изложенных обстоятельствах, а также в отсутствие исходного применения презумпции факта мусорообразования, суд апелляционной инстанции признает недоказанным истцом факта реального оказания услуг по вывозу отходов в пользу ответчика.

Оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке положений статьи 71 АПК РФ, принимая во внимание наличие у истца статуса регионального оператора, а также непредставление последним доказательств в подтверждение факта оказания услуг по вывозу ТКО именно ответчику, отсутствие заявок потребителя на вывоз ТКО, принимая во внимание отсутствие внесенных в территориальную схему обращения с отходами производств и потребления сведений о включении объекта предпринимателя как источника образования мусора и указанных контейнерных площадок в качестве места накопления для ТКО ответчика, апелляционный суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований

Пунктом 6.1 статьи 268 АПК РФ установлено, что при наличии оснований, предусмотренных частью 4 статьи 270 настоящего Кодекса, арбитражный суд апелляционной инстанции рассматривает дело по правилам, установленным для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции.

По результатам рассмотрения дела суд апелляционной инстанции согласно пункту 2 статьи 269 АПК РФ выносит постановление, которым отменяет судебный акт первой инстанции с указанием обстоятельств, послуживших основаниями для отмены судебного акта, и принимает новый судебный акт.

На основании изложенного, решение арбитражного суда первой инстанции по результатам рассмотрения дела по правилам суда первой инстанции подлежит отмене с принятием по делу нового судебного акта по существу спора об отказе в удовлетворении исковых требований, с отнесением на истца  в силу положений ст. 110 АПК РФ расходов по оплате государственной пошлину по иску и по апелляционной жалобе.

Руководствуясь статьями 110, 167-171, 268-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение от 26 июля 2024 года Арбитражного суда Томской области по делу № А67-4740/2024 отменить.

В удовлетворении иска отказать.

Взыскать с унитарного муниципального предприятия «Спецавтохозяйство г. Томска» (634050, <...>, ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу  индивидуального предпринимателя ФИО1 (ИНН <***>, ОГРНИП <***>) 3 000 рублей в возмещение судебных расходов по оплате государственной пошлины по апелляционной жалобе.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления его в законную силу, путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Томской области.

Настоящее постановление выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, в связи с чем направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».


Судья


Л.Е. Ходырева