Решение от 23 февраля 2025 г. по делу № А10-5969/2023

АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ БУРЯТИЯ

ул. Коммунистическая, 52, г. Улан-Удэ, 670001

e-mail: info@buryatia.arbitr.ru, web-site: http://buryatia.arbitr.ru

Именем Российской Федерации


Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А10-5969/2023
24 февраля 2025 года
г. Улан-Удэ


Резолютивная часть решения объявлена 10 февраля 2025 года.

Полный текст решения изготовлен 24 февраля 2025 года.

Арбитражный суд Республики Бурятия в составе судьи Богдановой А.В.

при ведении протокола судебного заседания секретарем Цыбиковой  Э.Б.,   рассмотрев в судебном заседании дело по иску акционерного общества «Улан-Удэ Энерго» (ОГРН <***>, ИНН <***>) к Республике Бурятия в лице Министерства финансов Республики Бурятия (ОГРН <***>, ИНН <***>) о взыскании 22 225 531 рублей – убытков, причиненных в результате незаконных действий (бездействия) Республиканской службы по тарифам Республики Бурятия по рассмотрению тарифной заявки акционерного общества, 1 054 895 рублей 44 копейки – убытков в виде разницы в цене на приобретение электрической энергии в целях компенсации потерь в 2022 году, установленной для территориальных сетевых организаций и для иных владельцев электрических сетей,

при участии в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, Республиканской службы по тарифам Республики Бурятия (ОГРН <***>, ИНН <***>), акционерного общества «Читаэнергосбыт» (ОГРН <***>, ИНН <***>),

при участии в заседании:

от истца: ФИО1, представителя по доверенности №01 от 09.01.2025,

от ответчика: ФИО2, представителя по доверенности №01-01-06/69 от 17.12.2024,

от третьего лица - Республиканской службы по тарифам Республики Бурятия: ФИО3, представителя по доверенности от 09.01.2025,

от третьего лица – АО «Читаэнергосбыт»: ФИО4, представителя по доверенности от 07.11.2023 № 5/ТП,

установил:

акционерное общество «Улан-Удэ Энерго» (далее – истец, общество) обратилось в суд с иском к Республике Бурятия в лице Министерства финансов Республики Бурятия (далее – ответчик, министерство) о взыскании 22 225 531 руб. – убытков в виде неполученной необходимой валовой выручки на содержание электрических сетей в 2022 году в результате незаконных решений Республиканской службы по тарифам Республики Бурятия при рассмотрению тарифного дела АО «Улан-Удэ Энерго», 1 299 013 руб. 94 коп. – убытков в виде межтарифной разницы на оплату потерь электрической энергии в сетях в 2022 году в результате незаконных решений Республиканской службы по тарифам Республики Бурятия при рассмотрению тарифного дела АО «Улан-Удэ Энерго».

Определением от 15 сентября 2023 исковое заявление судом принято к производству.

В последующем исковые требования неоднократно уточнялись.

Согласно последнему уточнению исковых требований, поступившему в суд 10 января 2025 года, истец просил взыскать с ответчика 22 225 531 рублей – убытков, причиненных в результате незаконных действий (бездействия) Республиканской службы по тарифам Республики Бурятия по рассмотрению тарифной заявки акционерного общества, 1 054 895 рублей 44 копейки – убытков в виде разницы в цене на приобретение электрической энергии в целях компенсации потерь в 2022 году, установленной для территориальных сетевых организаций и для иных владельцев электрических сетей.

На основании статьи 49 АПК РФ уточнение исковых требований  принято судом.

По мнению истца, в результате незаконного бездействия Республиканской службы по тарифам Республики Бурятия, которая, не смотря на судебные акты,  не возобновила рассмотрение тарифного дела на 2022 год и не установила для общества индивидуальные тарифы, истец понес убытки в виде реального ущерба в виде утраты имущества - денежных средств, которые общество обязано заплатить гарантирующему поставщику (АО «Читаэнергосбыт») за электроэнергию в целях компенсации потерь в электрических сетях по более высокому тарифу, чем для территориальной сетевой организации, а также убытки в виде упущенной выгоды, а именно неполученного дохода общества из-за невозможности оказывать услуги по передаче электрической энергии по принадлежащим истцу электрическим сетям и получать за это оплату, в размере,  равном расчетной необходимой валовой выручке в соответствии с Предложением АО «Улан-Удэ Энерго» о размере цен (тарифов), долгосрочных параметров регулирования на 2022 год (расчетный период регулирования) в редакции от 26.10.2021г. и заявлением от 30.04.2021г. №1-12/12-2015.

Представитель истца в судебном заседании уточненные исковые требования поддержал, дал пояснения.

Представитель АО «Читаэнергосбыт» на вопрос суда поддержал иск в части требования о взыскании суммы в размере 1054895,44 руб., подтвердив при этом   взаиморасчеты между гарантирующим поставщиком и истцом на указанную сумму, пояснив, что оплата за электроэнергию в целях компенсации потерь в электрических сетях по тарифу для иных владельцев сетей произведена истцом путем взаимозачетов.

Представитель министерства возражал против иска в полном объеме, считает, что является ненадлежащим ответчиком, также поддержал доводы, изложенные в отзывах на иск.

Представитель Республиканской службы по тарифам Республики Бурятия возражал против удовлетворения иска в полном объеме, дал пояснения согласно представленным в суд возражениям.

Все поступившие в суд документы приобщены к материалам дела.

Изучив материалы дела, выслушав пояснения лиц, участвующих в деле, судом установлены следующие обстоятельства по делу.

30.04.2021 АО «Улан-Удэ Энерго» (далее - общество) подало в Республиканскую службу по тарифам Республики Бурятия (далее - РСТ РБ, тарифный орган, регулирующий орган) заявление об утверждении необходимой валовой выручки на содержание электрических сетей в 2022 году в размере 22225,53 тыс. руб. и установлении индивидуальных тарифов для расчета со смежными сетевыми организациями. Заявлению был присвоен входящий номер 81-04-12-В1336/21.

К заявлению были приложены «Предложение о размере цен (тарифов), долгосрочных параметров регулирования на 2022 год (расчетный период регулирования)», (далее – Предложение) и обосновывающие материалы по описи в 4-х томах.

Основаниями для обращения в РСТ РБ с таким заявлением были следующие факты:

? основной вид деятельности Общества в соответствии с Единым государственным реестром юридических лиц – услуги по передаче электрической энергии и технологическому присоединению;

? владение на законном основании объектами электросетевого хозяйства в целях передачи электроэнергии в объеме, необходимом для соответствия критериям отнесения владельцев объектов электросетевого хозяйства территориальным сетевым организациям (далее – ТСО), утв. Постановлением Правительства РФ от 28.02.2015 № 184 (далее – критерии ТСО),

- отсутствие тарифного регулирования в отношении Общества в 2019-2021гг, что в соответствии с разъяснениями, данными в письме ФАС России от 09.03.2016 г. №ВК/15872/16 позволяет считать Общество впервые регулируемой сетевой организацией.

Приказом №1/10 от 28.05.2021 РСТ РБ отказало в открытии тарифного дела по причине несоответствия представленного Предложения, ранее опубликованному на официальном сайте общества.

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Республики Бурятия от 08.09.2021 по делу № А10-3296/2021 указанный отказ РСТ РБ был признан незаконным, суд обязал устранить допущенное нарушение законных прав и интересов общества путем открытия и рассмотрения тарифного дела АО «Улан-Удэ Энерго».

29.11.2021 РСТ РБ, исполняя решение суда, издало приказ №1/17 об открытии тарифного дела.

10.12.2021 РСТ РБ приказом №1/18 прекратило тарифное дело в связи с несоответствием общества критериям ТСО.

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Республики Бурятия от 04.08.2022 по делу № А10-7876/2021 указанное решение РСТ РБ было признано незаконным, суд обязал устранить допущенное нарушение законных прав и интересов Общества путем возобновления рассмотрения тарифного дела АО «Улан-Удэ Энерго».

Однако указанное решение суда не было исполнено РСТ РБ, возобновление  рассмотрения тарифного дела на 2022 год не произошло, регулируемый тарифный период 2022 года завершился,  тарифы обществу не были установлены.

С учетом заявленных исковых требований истец полагает, что на основании вступивших в законную силу судебных решений по делам № 10-3296/2021, №А10-7876/2021 установлена незаконность бездействия регулирующего органа, выразившаяся в неустановлении для АО «Улан-Удэ Энерго»  тарифа на услуги по передаче электрической энергии на 2022 год. Общество могло обрести статус территориальной сетевой организации только после установления для него регулирующим органом тарифа на услуги по передаче электрической энергии. До установления тарифа на услуги по передаче электроэнергии истец приравнивается к иным владельцам объектов электросетевого хозяйства (ИВЭС). При этом, не имея статуса территориальной сетевой организации и являясь лишь иным владельцем объектов электросетевого хозяйства, общество обязано нести расходы на оплату потерь электроэнергии, возникающих в его объектах электросетевого хозяйства, приобретая электроэнергию для компенсации потерь по более высокой цене (с учетом стоимости услуг по передаче электроэнергии).

Реальный ущерб в виде переплаты за электроэнергию для компенсации потерь по более высокой цене (по цене для ИВЭС) истец понёс в размере 1 054 895 рублей 44 копейки (подробный расчет прилагается).

Также общество считает, что из-за неустановления  ему соответствующих тарифов, истец был лишен возможности оказывать услуги по передаче электрической энергии по принадлежащим истцу электрическим сетям и получать за это оплату.   Общество по существу и по форме являлось территориальной сетевой организацией, а у тарифного органа на момент рассмотрения тарифной заявки общества, не имелось оснований для отказа в установлении тарифов обществу на 2022 год. В результате незаконных длящихся отказов РСТ РБ в рассмотрении тарифного дела, истец не получил необходимую валовую выручку на содержание сетей, не был включен в реестр территориальных сетевых организаций, имеющих право на получение единого котлового тарифа в 2022 год, не имел возможности оказывать услуги по передаче электрической энергии и получать за это тарифную выручку, покрывающую его реальные затраты на содержание сетей. Требования в этой части заявлены истцом в размере 22 225 531 рублей.

В связи с чем  истец настаивает на взыскании с ответчика убытков в виде неполученного дохода,  рассчитанного в размере,  равном расчетной необходимой валовой выручке в соответствии с Предложением АО «Улан-Удэ Энерго» о размере цен (тарифов), долгосрочных параметров регулирования на 2022 год (расчетный период регулирования) в редакции от 26.10.2021г. и заявлением от 30.04.2021г. №1-12/12-2015.

Исследовав материалы дела, выслушав пояснения лиц, принимающих участие в деле, оценив представленные доказательства в порядке ст. 71 АПК РФ, суд приходит к следующим выводам.

В силу статьи 12 Гражданского кодекса Российской Федерации одним из способов защиты гражданских прав является возмещение убытков.

В соответствии с пунктом 1 статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками, как установлено в пункте 2 статьи 15 ГК РФ, понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В силу статьи 16 ГК РФ убытки, причиненные гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов, в том числе издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежат возмещению Российской Федерацией, соответствующим субъектом Российской Федерации или муниципальным образованием.

Согласно статье 1069 ГК РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению.

Пунктами 12, 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой ГК РФ» разъяснено, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

По смыслу статьи 15 ГК РФ, упущенной выгодой является неполученный доход, на который увеличилась бы имущественная масса лица, право которого нарушено, если бы нарушения не было.

Юридически значимые обстоятельства, порядок доказывания, а также законодательные презумпции в отношении требований о взыскании убытков разъяснены в постановлениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» и от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее – постановление Пленума № 7).

В пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков.

Возмещение убытков по своей природе является универсальным способом защиты нарушенных гражданских прав и может применяться как в договорных, так и во внедоговорных отношениях.

Исходя из вышеизложенного, для взыскания убытков как в договорном, так и внедоговорном обязательстве, истец обязан доказать совокупность обстоятельств, позволяющих применить такую ответственность: противоправность поведения должника (причинителя вреда); наличие убытков, их размер; причинно-следственная связь между действием (бездействием) лица, нарушившего обязательства (причинившего вред), и возникшими убытками.

Согласно статьям 16, 1069, 1082 Гражданского кодекса Российской Федерации вред (убытки), причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности.

Арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, исходя из представленных доказательств (часть 1 статьи 64, статья 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами (части 1, 2, 4 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии с частями 1, 2 статьи 65, частью 1 статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, определяются арбитражным судом на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле, в соответствии с подлежащими применению нормами материального права. Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основании своих требований и возражений. Доказательства представляются лицами, участвующими в деле.

В силу статей 4 и 6 Федерального закона от 17.08.1995 № 147-ФЗ «О естественных монополиях» услуги по передаче электрической энергии являются естественно-монопольной деятельностью, подлежащей ценовому регулированию, осуществляемому посредством определения (установления) цен (тарифов) или их предельного уровня.

В предусмотренных законом случаях применяются цены (тарифы, расценки, ставки и т.п), устанавливаемые или регулируемые уполномоченными на то государственными органами и (или) органами местного самоуправления.

Правовые основы экономических отношений в сфере электроэнергетики, полномочия органов государственной власти на регулирование этих отношений, основные права и обязанности субъектов электроэнергетики при осуществлении деятельности в сфере электроэнергетики устанавливает Федеральный закон от 26.03.2003 № 35-ФЗ «Об электроэнергетике» (далее –Закон об электроэнергетике).

В соответствии с пунктом 3 статьи 24 Закона об электроэнергетике органы исполнительной власти субъектов Российской Федерации в области государственного регулирования тарифов устанавливают цены (тарифы), указанные в статье 23.1 настоящего Федерального закона, за исключением цен (тарифов), регулирование которых осуществляется Правительством Российской Федерации или федеральным органом исполнительной власти в области регулирования тарифов.

Во исполнение пункта 1 статьи 23 Закона об электроэнергетике Правительством Российской Федерации принято постановление от 29.12.2011 № 1178 «О ценообразовании в области регулируемых цен (тарифов) в электроэнергетике», которым утверждены Основы ценообразования в области регулируемых цен (тарифов) в электроэнергетике (далее – Основы ценообразования № 1178) и Правила государственного регулирования (пересмотра, применения) цен (тарифов) в электроэнергетике (далее – Правила № 1178).

Согласно пункту 4 статьи 23.1 Закона об электроэнергетике государственному регулированию на оптовом и (или) на розничных рынках подлежат, в том числе цены (тарифы) на услуги по передаче электрической энергии по электрическим сетям, принадлежащим на праве собственности или ином законном основании территориальным сетевым организациям, а также предельные (минимальный и (или) максимальный) уровни таких цен (тарифов).

В соответствии с п. 6 Правил недискриминационного доступа к услугам по передаче электроэнергии и оказания этих услуг, утв. Постановлением Правительства РФ №861 от 27.12.2004, собственники и иные законные владельцы объектов электросетевого хозяйства, через которые опосредованно присоединено к электрическим сетям сетевой организации энергопринимающее устройство потребителя, не вправе препятствовать перетоку через их объекты электрической энергии для такого потребителя и требовать за это оплату. Указанные собственники и иные законные владельцы объектов электросетевого хозяйства вправе оказывать услуги по передаче электрической энергии с использованием принадлежащих им объектов электросетевого хозяйства после установления для них тарифа на услуги по передаче электрической энергии. В этом случае к их отношениям по передаче электрической энергии применяются положения настоящих Правил, предусмотренные для сетевых организаций.

В соответствии с пунктом 4 Правил № 1178 в рамках установленных Федеральной антимонопольной службой предельных уровней цен (тарифов) органы исполнительной власти субъектов Российской Федерации в области государственного регулирования тарифов до начала очередного финансового года устанавливают на розничном рынке регулируемые цены (тарифы) на электрическую энергию (мощность).

Цены (тарифы) и (или) их предельные уровни вводятся в действие с начала очередного года на срок не менее 12 месяцев (п.7 Правил).

Установление цен (тарифов) и (или) предельных уровней производится регулирующими органами путем рассмотрения соответствующих дел, если иное не предусмотрено настоящими Правилами (пункт 8 Правил № 1178).

Пунктом 63 Основ ценообразования предусмотрено, что органы исполнительной власти субъектов Российской Федерации в области государственного регулирования тарифов в соответствии с методическими указаниями, утверждаемыми Федеральной антимонопольной службой, устанавливают на очередной финансовый год на розничном рынке цены (тарифы) на услуги по передаче электрической энергии по электрическим сетям в том числе, принадлежащим на праве собственности или ином законном основании территориальным сетевым организациям.

Организации, осуществляющие регулируемую деятельность, до 1 мая года, предшествующего очередному периоду регулирования, представляют в органы исполнительной власти субъектов Российской Федерации в области государственного регулирования тарифов предложения (заявление об установлении тарифов и (или) их предельных уровней) с прилагаемыми обосновывающими материалами (пункт 12 Правил № 1178).

Для организаций, в отношении которых ранее не осуществлялось государственное регулирование тарифов, цены (тарифы) на очередной и (или) текущий периоды регулирования рассчитываются независимо от срока подачи материалов, предусмотренного пунктом 12 настоящих Правил. Цены (тарифы) в отношении указанных организаций устанавливаются в течение 30 дней с даты поступления обосновывающих материалов в регулирующий орган в полном объеме. По решению регулирующего органа данный срок может быть продлен не более чем на 30 дней (пункт 18 Правил № 1178).

Перечень обосновывающих документов определен пунктом 17 Правил, в том числе такими документами являются документы, подтверждающие право собственности или иные законные основания владения в отношении объектов, используемых для осуществления деятельности (подпункт 13).

В случае если в ходе анализа представленных организациями, осуществляющими регулируемую деятельность, предложений об установлении цен (тарифов) возникнет необходимость уточнений предложений либо их обоснований, регулирующий орган запрашивает дополнительные материалы, указав форму их представления и требования к ним, а организации, осуществляющие регулируемую деятельность, представляют их в течение 7 рабочих дней со дня поступления запроса (пункт 19 Правил № 1178).

Регулирующий орган проводит экспертизу предложений об установлении цен (тарифов) и (или) их предельных уровней и устанавливает срок ее проведения, но не позднее чем до 20 декабря года, предшествующего периоду регулирования, которое приобщается к делу об установлении цен (тарифов) и (или) их предельных уровней (пункт 22 Правил № 1178).

Предложения, предусмотренные пунктами 12, 13, 14 и 16 настоящих Правил, регистрируются регулирующим органом в день получения с присвоением регистрационного номера, указанием даты и времени получения и помечаются специальным штампом.

Регулирующий орган в течение 14 дней с даты регистрации проводит анализ указанных предложений и направляет организации, осуществляющей регулируемую деятельность, извещение об открытии дела об установлении цен (тарифов) (в случае открытия дела) с указанием должности, фамилии, имени и отчества лица, назначенного уполномоченным по делу (п. 20 Правил).

Из содержания подп. 8 п. 23 Правил N 1178 следует, что экспертные заключения, помимо прочего, должны содержать анализ соответствия организации критериям отнесения владельцев объектов электросетевого хозяйства к территориальным сетевым организациям.

Согласно п. 24 Правил N 1178 основанием для установления (пересмотра), а также продолжения действия установленной цены (тарифа) на услуги по передаче электрической энергии в отношении юридического лица, владеющего на праве собственности или на ином законном основании объектами электросетевого хозяйства, является его соответствие критериям отнесения владельцев объектов электросетевого хозяйства к территориальным сетевым организациям.

Согласно статье 3 Федерального закона №35-ФЗ «территориальная сетевая организация» - это коммерческая организация, которая оказывает услуги по передаче электрической энергии с использованием объектов электросетевого хозяйства, не относящихся к единой национальной (общероссийской) электрической сети, а в случаях, установленных Законом об электроэнергетике, с использованием объектов электросетевого хозяйства или части указанных объектов, входящих в единую национальную (общероссийскую) электрическую сеть, и которая соответствует утвержденным Правительством Российской Федерации критериям отнесения владельцев объектов электросетевого хозяйства к территориальным сетевым организациям.

Перечень случаев, в которых дело об установлении цены (тарифа) не открывается либо регулирующий орган отказывает в открытии дела об установлении цены (тарифа), приведены в пунктах 9, 9 (1) Правил.

Согласно пункту 9(1) Правил регулирующий орган отказывает в открытии дела об установлении цены (тарифа), в случае если регулируемая организация не опубликовала предложение о размере цен (тарифов) и долгосрочных параметров регулирования (при применении метода доходности инвестированного капитала или метода долгосрочной индексации необходимой валовой выручки), подлежащих регулированию, в порядке, установленном стандартами раскрытия информации субъектами оптового и розничных рынков электрической энергии, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 21.01.2004 № 24 (далее – Стандарты), или указанное опубликованное предложение не соответствует предложению, представляемому в орган регулирования.

В соответствии с пунктом 9 Стандартов субъекты рынков электрической энергии раскрывают, в том числе следующую информацию: предложение о размере цен (тарифов), долгосрочных параметров регулирования (при применении метода доходности инвестированного капитала или метода долгосрочной необходимой валовой выручки), подлежащих регулированию в соответствии с Основами ценообразования.

Как следует из материалов дела, истец представил РСТ  РБ заявление об установлении тарифов на 2022 год, а также обосновывающие материалы и документы.

Между тем, регулирующий орган заявление истца об установлении тарифов в установленные законодательством сроки не рассмотрел, тарифное дело не было открыто, тарифы на услуги по передаче электрической энергии для АО «Улан-Удэ Энерго» установлены не были, в связи с чем истец был вынужден обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании бездействия Республиканской службы по тарифам Республики Бурятия незаконным.

Решением Арбитражного суда Республики Бурятия от 08 сентября 2022 года, оставленного без изменения судами апелляционной и кассационной инстанций,  по делу № А10-3296/2021 требования общества удовлетворены, суд пришел к выводу о несоответствии решения Службы об отказе в открытии дела по установлению индивидуальных тарифов на услуги по передаче электрической энергии по сетям АО «Улан-Удэ Энерго» на 2022 год, оформленное приказом от 28.05.2021 №1/10 и изложенное в письме от 28.05.2021 № 81-04-12-и1201/21, Федеральному закону от 26.03.2003 № 35-ФЗ «Об электроэнергетике» и нарушении им прав и законных интересов заявителя, суд признал незаконным решение Республиканской службы по тарифам Республики Бурятия об отказе в открытии дела по установлению индивидуальных тарифов на услуги по передаче электрической энергии по сетям АО «Улан-Удэ Энерго» на 2022 год, оформленное приказом от 28.05.2021 №1/10, на РСТ РБ возложена обязанность устранить допущенное нарушение законных прав и интересов акционерного общества «Улан-Удэ Энерго».

29.11.2021 РСТ РБ вынесен приказ №1/17 «Об открытии тарифного дела в отношении АО «Улан-Удэ Энерго».

10.12.2021 заместителем начальника отдела энергобалансов ФИО5, консультантом отдела регулирования тарифов в электроэнергетике ФИО6 подготовлен анализ о соответствии организации АО «Улан-Удэ Энерго», владеющей на праве собственности или ином законном основании объектами электросетевого хозяйства и оказывающей услуги по передаче электрической энергии на территории Республики Бурятия, критериям отнесения владельцев объектов электросетевого хозяйства к территориальным сетевым организациям, утвержденным Постановлением Правительства Российской Федерации от 28.02.2015 №184 на регулируемый период 2022 год, согласно которому АО «Улан-Удэ Энерго» не соответствует вышеуказанным критериям, деятельность организации не подлежит государственному регулированию.

10.12.2021 РСТ РБ вынесен приказ №1/18, которым прекращено рассмотрение дела АО «Улан-Удэ Энерго» по определению необходимой валовой выручки и установлению тарифов на услуги по передаче электрической энергии на период регулирования 2022 год.

17.12.2021 АО «Улан-Удэ Энерго» обратилось в РСТ РБ с заявлением об отмене приказа от 10.12.2021 №1/18 и возобновлении рассмотрения тарифного дела, в том числе с учетом дополнительных документов и материалов, представляемых в подтверждение факта соответствия критериям ТСО.

12.01.2022 РСТ РБ в ответ на обращение АО «Улан-Удэ Энерго» сообщила, что действующим законодательством не предусмотрено представление в тарифный орган документов, отсутствие которых ранее послужило основанием для признания организации не соответствующей критериям ТСО с целью отмены ранее изданного приказа и уведомления.

Несогласие с приказом РСТ РБ от 10.12.2021 №1/18 явилось основанием для обращения общества в арбитражный суд (дело № А10-7876/2021).

В решении арбитражного суда по делу № А10-7876/2021, оставленного без изменения вышестоящими инстанциями, имеющем преюдициальное значение при рассмотрении настоящего иска, судом было признано, что на момент принятия оспариваемого приказа №1/18 от 10.12.2021 общество соответствовало критериям ТСО, установленным Постановлением Правительства РФ от 28.02.2015 № 184, поскольку обладало на праве собственности или ином законном основании на срок не менее долгосрочного периода регулирования, линиями электропередачи (воздушными и (или) кабельными), сумма протяженности которых по трассе составляет не менее 15 км, а также трансформаторами (автотрансформаторами), сумма номинальных мощностей которых составляет не менее 10 МВА. При этом у РСТ РБ при надлежащей и добросовестной реализации своих прав и исполнения обязанностей, установленных Правилами № 1178, имелась возможность достоверного установления указанных фактов.

Таким образом, вступившими в законную силу судебными актами по делам № А10-3296/2021 и № А10-7876/2021 установлена незаконность действий регулирующего органа по отказу в рассмотрении тарифной заявки истца, фактически выразившаяся в неустановлении для общества тарифа на услуги по передаче электрической энергии на 2022 год.

С учетом заявленных истцом оснований иска в предмет доказывания по делу входят: факт причинения убытков; размер убытков; противоправность действий (бездействия) регулирующего органа; наличие причинной связи между действиями (бездействием) тарифного органа и наступившими неблагоприятными последствиями для истца.

Суд отмечает, что противоправность действий (бездействия) РСТ РБ подтверждается вышеизложенным решением Арбитражного суда Республики Бурятия (статья 69 АПК РФ).

Исходя из анализа содержания положений пункта 18 Правил государственного регулирования следует, что он устанавливает императивное требование об установлении цен (тарифов) для ранее не регулируемых организаций в течение 30 дней с момента поступления в регулирующий орган обосновывающих документов.

При этом, в случае если какие-либо обосновывающие документы не были представлены регулируемой организацией, это не является основанием для отказа в установлении тарифов либо для бездействия регулирующего органа.

В этом случае пунктом 19 Правил государственного регулирования для регулирующего органа установлено право либо запросить дополнительные материалы, либо установить тариф исходя из имеющихся в его распоряжении материалов (п. 24 Правил государственного регулирования).

Между тем, как указал суд в решении по делу №А10-7876/2021, у регулирующего органа при надлежащей и добросовестной реализации своих прав и исполнения обязанностей, установленных Правилами № 1178, имелась возможность достоверного установления фактов, обладает ли общество на праве собственности или ином законном основании на срок не менее долгосрочного периода регулирования, линиями электропередачи (воздушными и (или) кабельными), сумма протяженности которых по трассе составляет не менее 15 км, а также трансформаторами (автотрансформаторами), сумма номинальных мощностей которых составляет не менее 10 МВА, то есть соответствует ли общество критериям ТСО.

Суд при этом обращает внимание на тот факт, что суд уже обязывал РСТ РБ устранить допущенное ранее нарушение законных прав и интересов акционерного общества «Улан-Удэ Энерго».

Как пояснил истец, дополнительные документы были представлены обществом и третьему лицу, и в суд в рамках рассмотрения дела №А10-7876/2021.

При этом, доказательств того, что обосновывающие документы по вопросу соответствия общества критериям ТСО на 2022 год, не могли бы быть представлены ранее, материалы дела не содержат.

Доводы РСТ РБ сводятся лишь к отсутствию обязанности у третьего лица по запрашиванию дополнительных документов.

Указанные ответчиком нарушения являлись устранимыми и были фактически устранены обществом.

Доказательств появления нового имущества только в ходе рассмотрения дела № А10- А10-7876/2021 материалы дела не содержат.

Заявляя исковые требования, истец просит взыскать с ответчика убытки в виде реального ущерба и неполученного дохода.

Как указал истец, убытки в виде реального ущерба в размере 1 054 895 рублей 44 копейки возникли у АО «Улан-Удэ Энерго» в связи с неполучением статуса территориальной сетевой организации и неустановлением тарифа на услуги по передаче электрической энергии.

В соответствии с действующим законодательством (Федеральный закон от 26.03.2003 № 35-ФЗ «Об электроэнергетике», Правила недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии и оказания этих услуг, утвержденные постановлением Правительства РФ от 27.12.2004 № 861) АО «Улан-Удэ Энерго» обязано было нести расходы по оплате фактических потерь электроэнергии, возникших в электрических сетях.

Не имея статуса территориальной сетевой организации и являясь лишь иным владельцем объектов электросетевого хозяйства, общество обязано было нести расходы на оплату потерь электроэнергии, возникающих в его объектах электросетевого хозяйства, приобретая электроэнергию для компенсации потерь по более высокой цене (с учетом стоимости услуг по передаче электроэнергии).

В данном случае причинно-следственная связь между незаконным действием/бездействием регулирующего органа и возникшими убытками возникла в результате несовершения ответчиком действий по установлению тарифа, в результате чего АО «Улан-Удэ Энерго» в период февраль 2022 года, март 2022 года, июнь 2022 года, август 2022 года, сентябрь 2022 года, ноябрь 2022 года, декабрь 2022 года понесло соответствующие убытки.

По расчету истца, реальный ущерб в виде переплаты за электроэнергию для компенсации потерь по более высокой цене (по цене для ИВЭС) составил 1 054 895,44 руб.

Как пояснил истец, АО «Улан-Удэ Энерго» оплачены потери в адрес АО «Читаэнергосбыт» путем одностороннего зачета со стороны гарантирующего поставщика встречных однородных требований, что подтверждается соответствующими письмами АО «Читаэнергосбыт».

В обоснование произведенной оплаты путем взаимозачетов истцом через систему «Мой арбитр» представлены: уведомления АО «Читаэнергосбыт» о зачете однородных встречных требований, письма АО «Улан-Удэ Энерго» о зачете встречных требований, протоколы урегулирования разногласий, корректировочные акты о внесении изменений в акты приема-передачи за спорный период.

Третье лицо - АО «Читаэнергосбыт» в ходе рассмотрения дела также подтвердило о произведенных между истцом и гарантирующим поставщиком взаиморасчетов за спорный период, разногласий на указанную сумму между АО «Улан-Удэ Энерго» и АО «Читаэнергосбыт» не имеется.

Расчет убытков проверен судом, признан обоснованным.

Довод РСТ РБ о том, что расходы истца на оплату потерь электрической энергии гарантирующему поставщику в 2022 году по тарифу для иных владельцев сетей (а не ТСО) посредством взаимозачетов не могут быть рассмотрены как реальный ущерб в заявленный спорный период, поскольку данные зачеты были проведены на основании задолженностей АО «Читаэнергосбыт», возникших в 2018 году, судом отклоняется, поскольку заявленные в иске расходы на оплату потерь были понесены именно в 2022 году, что подтверждается приложенной в материалы дела первичной документацией за 2022 год, актами и письмами о взаимозачете между АО «Улан-Удэ Энерго» и АО «Читаэнергосбыт». Взыскиваемые убытки по смыслу ст. 15 ГК РФ представляют собой реальный ущерб, возникший из-за разницы в тарифах для ТСО и иных владельцев сетей при оплате потерь. Ссылки третьего лица на положения Налогового кодекса Российской Федерации, учетной политики АО «Улан-Удэ Энерго», положение о бухгалтерском учете, утвержденное приказом Минфина России от 06.05.1999 № 33н, в настоящем случае не имеют значение, так как представляют собой методики и способы при работе со взаимозачетами и их отражения в бухгалтерском учете, но не при расчете ущерба за спорный период.

Согласно ст. 410 ГК РФ обязательство прекращается полностью или частично зачетом встречного однородного требования, срок которого наступил либо срок которого не указан или определен моментом востребования. В случаях, предусмотренных законом, допускается зачет встречного однородного требования, срок которого не наступил. Для зачета достаточно заявления одной стороны.

Сами по себе взаимозачеты между истцом и гарантирующим поставщиком по оплате потерь в 2022 году являются допустимым средством погашения задолженности перед истцом независимо от времени возникновения дебиторской задолженности АО «Читаэнергосбыт».

Кроме того, при расчете исковых требований в этой части с учетом уточнений истец указывает именно на неоспариваемые АО «Читаэнергосбыт» размеры потерь электроэнергии. Доказательств иного размера потерь в сетях истца в спорный период в материалы дела не представлено.

Ответчик и третье лицо расчет иной суммы убытков не представили, документально не обосновали (ст. 9, 65 АПК РФ).

Довод РСТ РБ о том, что поскольку показатели АО «Улан-Удэ Энерго» не подавались в Сводный прогнозный баланс (далее – СПБ), а единые (котловые) тарифы рассчитываются на основании данного баланса, то соответственно расчет ущерба на основании разницы стоимости потерь электроэнергии для ТСО и ИВС неверен, судом отклоняется в связи со следующим.

Пунктом 4 Порядка формирования сводного прогнозного баланса производства и поставок электрической энергии (мощности) в рамках Единой энергетической системы России по субъектам Российской Федерации (приложение 1 к приказу Федеральной службы по тарифам от 12.04.2012 № 53-э/1) установлено, что Сводный прогнозный баланс формируется на год и утверждается ФСТ России с определением прогнозных объемов продажи (покупки) электрической энергии и мощности субъектов ОРЭМ в зарегистрированных в соответствии с Правилами оптового рынка группах точек поставки (далее - ГТП), в том числе условных.

Не позднее 1 июля года, предшествующего периоду регулирования, сводный прогнозный баланс формируется и утверждается ФСТ России с определением суммарных по субъекту Российской Федерации показателей баланса электрической энергии (мощности) по соответствующим ГТП, зарегистрированным за организациями, являющимися субъектами оптового рынка и осуществляющими поставку (покупку) электрической энергии (мощности) на оптовый рынок, состав которых определен на дату представления соответствующей информации некоммерческим партнерством «Совет рынка по организации эффективной системы оптовой и розничной торговли электрической энергией и мощностью» (далее - Совет рынка).

Кроме того, как следует из «Порядка добавления организаций в Реестр сводного прогнозного баланса производства и поставок электрической энергии (мощности) в рамках единой энергетической системы России», опубликованного на сайте ФГИС ЕИАС (информационно-технический центр ФАС России), в отношении Территориальных сетевых организаций (ТСО) в Сводном прогнозном балансе учитываются:

- потери электрической энергии;

- потери электрической мощности;

- заявленная мощность потребителей (совокупно по всем ТСО).

В целях добавления в реестр СПБ новой ТСО необходимо обратиться в орган исполнительной власти субъекта Российской Федерации в области государственного регулирования цен (тарифов) с заявлением о включении ТСО в перечень регулируемых организаций соответствующего субъекта Российской Федерации с указанием соответствующего вида деятельности (Электроэнергетика/Передача ЭЭ/РСО).

После добавления организации в перечень регулируемых организаций соответствующего субъекта Российской Федерации ТСО необходимо направить следующую информацию:

1. Нормативный правовой акт об утверждении индивидуального тарифа в отношении ТСО, в случае если ТСО еще не осуществляет регулируемую деятельность – Извещение об открытии дела об установлении цен (тарифов) (на очередной период регулирования);

2. Карточку организации, содержащую, в том числе, наименование организации, ИНН и КПП;

3. Регион осуществления деятельности (субъект Российской Федерации);

Таким образом, как установлено судом выше, в связи с тем, что тарифное дело было прекращено, соответствующие тарифы для АО «Улан-Удэ Энерго» не были установлены, у истца не имелось оснований для подачи заявления в РСТ РБ о включении организации в реестр СПБ и внесения необходимых данных в СПБ. В этом смысле позиция РСТ РБ противоречива, поскольку именно по вине тарифного органа тарифное дело не было рассмотрено.

Иными словами, у РСТ РБ или иного органа не было оснований для включения АО «Улан-Удэ Энерго» в реестр СПБ, а также учета показателей истца в качестве ТСО непосредственно в СПБ, так как у истца не только отсутствовал статус ТСО, но и тарифное дело не было открыто либо было неправомерно прекращено.

В связи с этим, в силу невозможности подачи данных в СПБ и расчета единых (котловых) тарифов с учетом данных АО «Улан-Удэ Энерго» суд находит правомерным рассчитать размер ущерба с применением действующих в спорный период единых (котловых) тарифов для ТСО, введенных в действие без учета показателей истца. Альтернативного расчета ответчиком и третьим лицом не представлено.

При изложенных обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что истцом доказана совокупность условий, обязательных по искам о возмещении ущерба в вышеуказанной части, суд удовлетворяет требование истца о взыскании с Республики Бурятия в лице Министерства финансов Республики Бурятия  за счет казны Республики Бурятия суммы убытков в размере 1 054 895 руб. 44 коп.

Суд отклоняет довод Министерства финансов Республики Бурятия о том, что оно не является надлежащим ответчиком по настоящему делу, в связи со следующим.

Согласно подпункту 1 пункта 3 статьи 158 Бюджетного кодекса Российской Федерации (далее - БК РФ) главный распорядитель средств бюджета субъекта Российской Федерации выступает в суде от имени субъекта Российской Федерации в качестве представителя ответчика по искам к субъекту Российской Федерации о возмещении вреда, причиненного физическому лицу или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов или должностных лиц этих органов, по ведомственной принадлежности, в том числе в результате издания актов органов государственной власти, органов местного самоуправления, не соответствующих закону или иному правовому акту.

Пунктом 3 статьи 242.2 БК РФ установлено, что для исполнения судебных актов по искам к субъектам Российской Федерации о возмещении вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) государственных органов субъектов Российской Федерации или их должностных лиц, в том числе в результате издания государственными органами субъектов Российской Федерации актов, не соответствующих закону или иному нормативному правовому акту, а также судебных актов по иным искам о взыскании денежных средств за счет средств казны субъекта Российской Федерации, документы, указанные в пункте 2 статьи 242.1 настоящего Кодекса, направляются для исполнения в финансовый орган субъекта Российской Федерации.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.05.2019 № 13 «О некоторых вопросах применения судами норм Бюджетного кодекса Российской Федерации, связанных с исполнением судебных актов по обращению взыскания на средства бюджетов бюджетной системы Российской Федерации» (далее - постановление Пленума № 13), положения главы 24.1 БК РФ разграничивают полномочия органов, исполняющих судебные акты об обращении взыскания на средства бюджетов бюджетной системы Российской Федерации, и устанавливают различный порядок их исполнения. На финансовые органы - Минфин России, финансовый орган субъекта Российской Федерации - возложено исполнение судебных актов по искам к Российской Федерации, субъекту Российской Федерации о возмещении вреда, причиненного в результате действий (бездействия) государственных органов либо должностных лиц этих органов, а также иных судебных актов, предусматривающих взыскание средств за счет казны соответствующего публично-правового образования.

В пункте 14 постановления Пленума № 13 разъяснено, что исполнение судебных актов по искам к Российской Федерации о возмещении вреда, причиненного гражданину или юридическому лицу незаконными действиями (бездействием) государственных органов Российской Федерации или их должностных лиц (статьи 1069, 1070 ГК РФ), в том числе в результате издания государственными органами Российской Федерации актов, не соответствующих закону или иному нормативному правовому акту, возложено на Минфин России и осуществляется за счет казны Российской Федерации (пункт 1 статьи 242.2 БК РФ).

Субъектом, обязанным возместить вред по правилам статьи 1069 ГК РФ, и, соответственно, ответчиком по указанным искам является Российская Федерация, от имени которой в суде выступает главный распорядитель бюджетных средств по ведомственной принадлежности тех государственных органов (должностных лиц), в результате незаконных действий (бездействия) которых физическому или юридическому лицу причинен вред (пункт 3 статьи 125 ГК РФ, статья 6, подпункт 1 пункта 3 статьи 158 БК РФ).

Исполнение судебных актов о возмещении вреда, причиненного в результате незаконных действий органов государственной власти субъектов Российской Федерации или их должностных лиц, а также по иным искам о взыскании денежных средств за счет средств казны субъекта Российской Федерации, осуществляется финансовым органом субъекта Российской Федерации - за счет казны субъекта Российской Федерации в порядке, аналогичном порядку, установленному для взыскания с казны Российской Федерации, и в соответствии с федеральным законодательством (пункт 3 статьи 242.2 БК РФ).

Таким образом, судебные акты о возмещении вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) государственных органов, либо их должностных лиц, по общему правилу исполняются за счет казны соответствующего публично-правового образования.

Согласно пункту 16 постановления Пленума № 13 исходя из содержания подпункта 1 пункта 3 статьи 158 БК РФ критерием определения главного распорядителя бюджетных средств, выступающего в суде от имени публично-правового образования по искам о возмещении вреда, является ведомственная принадлежность причинителя вреда (органа государственной власти, государственного органа, органа местного самоуправления или должностных лиц этих органов) независимо от источника его финансирования.

При отсутствии либо невозможности определить орган, наделенный полномочиями главного распорядителя бюджетных средств, от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации и муниципального образования в суде выступает соответственно Минфин России, финансовый орган субъекта Российской Федерации, финансовый орган муниципального образования (статья 1071 ГК РФ).

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 14 Постановления № 13, при удовлетворении иска о возмещении вреда в порядке, предусмотренном статьей 1069 ГК РФ, в резолютивной части решения арбитражный суд указывает о взыскании вреда за счет соответствующей казны.

Пунктом 1.1 Положения о Министерстве финансов Республики Бурятия, утвержденного Постановлением Правительства Республики Бурятия от 22.04.2008 № 188 предусмотрено, что Министерство является исполнительным органом государственной власти Республики Бурятия, осуществляющим составление и организацию исполнения бюджета Республики Бурятия; внутренний государственный финансовый контроль; контроль в сфере закупок.

В соответствии с п. 3.4. Положения о Министерстве финансов Республики Бурятия, утверждённого Постановлением Правительства Республики Бурятия от 22 апреля 2008 года N 188, ответчик осуществляет функции главного распорядителя бюджетных средств, главного администратора доходов бюджета, главного администратора источников финансирования дефицита бюджета Республики Бурятия.

Пунктом 3.5.11 вышеуказанного Положения предусмотрены полномочия Министерства в части осуществления иных функций и полномочий, предусмотренных Бюджетным кодексом Российской Федерации, законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации и Республики Бурятия.

Пунктом 1.2 Положения о Республиканской службе по тарифам Республики Бурятия (далее – Служба), утвержденного Постановлением Правительства Республики Бурятия от 03.02.2005 № 29, Служба является исполнительным органом государственной власти Республики Бурятия, осуществляющим государственное регулирование тарифов (цен) на продукцию (работы, услуги) организаций, осуществляющих регулируемую деятельность на территории Республики Бурятия (далее - субъекты регулирования), а также контроль в сфере государственного регулирования тарифов (цен), иные функции в пределах компетенции, установленной законодательными и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации и Республики Бурятия. В то же время  на  Службу не возложены функции главного распорядителя бюджетных средств в этой сфере.

Таким образом, РСТ РБ относится к органам исполнительной власти субъекта Российской Федерации, ответственность за принятие незаконных нормативных актов и возмещение убытков должно быть осуществлено за счет казны Республики Бурятия, в связи с чем Министерство финансов Республики Бурятия является надлежащим ответчиком по делу.

В отношении требований истца о взыскании с ответчика убытков в размере, равном расчетной необходимой валовой выручке в соответствии с Предложением АО «Улан-Удэ Энерго» о размере цен (тарифов), долгосрочных параметров регулирования на 2022 год (расчетный период регулирования) в редакции от 26.10.2021г. и заявлением от 30.04.2021г. №1-12/12-2015,  в размере 22 225 531 руб., суд приходит к следующим выводам.

В соответствии пунктом 2 Основ ценообразования № 1178 необходимая валовая выручка (далее – НВВ) - экономически обоснованный объем финансовых средств, необходимых организации для осуществления регулируемой деятельности в течение расчетного периода регулирования. Расчетная предпринимательская прибыль сетевой организации - величина, учитываемая при определении необходимой валовой выручки сетевой организации, используемая при расчете цен (тарифов) на услуги по передаче электрической энергии, остающаяся в распоряжении сетевой организации и расходуемая по ее усмотрению.

По смыслу п. 12 Основ ценообразования №1178 в отношении организаций, расходы которых впервые учитываются при утверждении в установленном порядке цен (тарифов) в сфере электроэнергетики, применяется метод экономически обоснованных расходов (затрат).

В соответствии с пунктами 15 и 16 Основ ценообразования № 1178 при использовании метода экономически обоснованных расходов (затрат) регулируемые цены (тарифы) рассчитываются на основе размера необходимой валовой выручки организации, осуществляющей регулируемую деятельность, полученной от реализации каждого вида продукции (услуг), и расчетного объема производства соответствующего вида продукции (услуг) за расчетный период регулирования. Определение состава расходов, включаемых в необходимую валовую выручку, и оценка их экономической обоснованности производятся в соответствии с законодательством Российской Федерации и нормативными правовыми актами, регулирующими отношения в сфере бухгалтерского учета.

По мнению истца, в состав необходимой валовой выручки организации, претендующей на тариф, заложена компенсация затрат и получение экономически обоснованной прибыли.

В то же время величина НВВ влияет на расчет устанавливаемого тарифа, однако не является гарантированным размером дохода, полученного от регулируемой деятельности. Основным фактором при расчете убытков в настоящем случае может быть лишь объем фактически переданной электрической энергии по сетям, принадлежащим истцу, в спорный период, и, соответственно, полученный доход от оказания услуг по передаче указанного объема электроэнергии в качестве сетевой организации.

Суд полагает, что  в этой части обществом фактически  заявлены к взысканию неполученные доходы в результате несвоевременного установления тарифа при нарушении государственным органом сроков рассмотрения заявления истца. Сумма в виде неполученных доходов является убытками в виде  упущенной выгоды.

Пунктом 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 разъяснено, что по смыслу статьи 15 ГК РФ, упущенной выгодой является неполученный доход, на который увеличилась бы имущественная масса лица, право которого нарушено, если бы нарушения не было. При определении упущенной выгоды учитываются предпринятые кредитором для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления (пункт 4 статьи 393 ГК РФ). Применительно к убыткам в форме упущенной выгоды обратившееся за судебной защитой лицо должно доказать, что возможность получения прибыли существовала реально, а не в качестве его субъективного представления, то есть истцу необходимо доказать, какие доходы он реально (достоверно) получил бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы ответчиком не были допущены нарушения прав истца. При этом при исчислении размера неполученных доходов первостепенное значение имеет определение достоверности (реальности) тех доходов, которые потерпевшее лицо предполагало получить при обычных условиях гражданского оборота. При определении размера упущенной выгоды должны учитываться данные, которые бесспорно подтверждают реальную возможность получения денежных сумм или иного имущества. При этом ничем не подтвержденные расчеты о предполагаемых доходах не могут быть приняты во внимание.

Исходя из норм действующего законодательства в области государственного регулирования цен (тарифов), установление регулируемых тарифов осуществляется исходя из плановой величины необходимой валовой выручки и планируемого объема отпуска товаров и услуг регулируемой организации (пункты 28-31 Основ ценообразования, абзац 2 статьи 32 Методических указаний по расчету регулируемых цен (тарифов) в сфере теплоснабжения, утвержденных приказом Федеральной службы по тарифам от 13.06.2013 № 760-э), что, в свою очередь, не исключает возникновение отклонения фактических показателей регулируемой деятельности от плановых.

Разумные ожидания сетевой организации в условиях добросовестного исполнения ею своей деятельности сводятся к получению той необходимой валовой выручки и тем способом, которые запланированы при утверждении тарифа, к принятию мер по своевременному обращению в орган тарифного регулирования по его корректировке с надлежащим документальным обоснованием такой необходимости.

Однако само по себе наличие статуса ТСО и установленного тарифа не означает получение дохода в размере НВВ. Наличие статуса ТСО и установленного тарифа позволяет лишь получать доход от деятельности в сфере транспорта электроэнергии от участников рынка. Прогнозный характер НВВ не предполагает автоматическое получение какого-либо дохода и, тем более, прибыли от осуществления регулируемой деятельности.

В данном случае требования истца сводятся к тому, что если бы ему на 2022 год была рассчитана и установлена НВВ с последующим включением в единые котловые тарифы, истец смог бы собрать ее за счет потребителей ресурса, что предполагало бы, в том числе  возможность компенсации фактических расходов в 2022 году. Соответственно именно при  применении установленного тарифа общество имело возможность собрать от потребителей сумму НВВ, в связи с чем установление обстоятельств возможности получения тарифной выручки от потребителей должно входить в предмет доказывания по настоящему делу, с учетом долгосрочного планирования истцом осуществлять регулируемый вид деятельности, собирая от конечных потребителей плату за оказанные услуги по передаче электроэнергии.

Суд отмечает, что несение расходов по обслуживанию, содержанию электросетей, участвующих в перетоке электроэнергии между смежными сетями и конечными потребителями, а также иных сопутствующих расходов является обязанностью владельца указанных сетей независимо от наличия статуса сетевой организации. Возмещение данных расходов производно от сбора предполагаемой необходимой валовой выручки, истец должен доказать, что возможность получения такой валовой выручки существовала реально. В настоящем случае предъявляемые истцом требования сводятся к получению предполагаемого дохода, возможность получения которого зависит от разных факторов, и размер которого не подлежит однозначному определению. Истцом с разумной степенью достоверности не доказано, в каком объеме он гарантированно бы получил соответствующие доходы, причиной неполучения которых послужило неустановление для него тарифов, содержащих прогнозный размер валовой выручки. Также истцом не представлено доказательств возможности реального оказания услуг в ситуации наличия значительной кредиторской задолженности, не связанной с действиями ответчика и третьего лица.

Суд также отмечает, что в рассматриваемом деле истец фактически относит на ответчика стоимость услуги по передаче электроэнергии, подлежащей уплате получателями данной услуги. Однако доказательств невозможности получения указанной платы либо невозможности компенсации истцом своих затрат, используя иные установленные специальным законодательством способы защиты своих прав, материалы дела не содержат. Надлежащих доказательств, опровергающих данные обстоятельства, при рассмотрении настоящего дела истцом в материалы дела не было представлено (статьи 8, 9, 65, 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Исковые требования общества основаны на решении Арбитражного суда по делу № А10-7876/2021, которым было признано незаконным бездействие РСТ  РБ, выразившееся в неустановлении АО «Улан-Удэ Энерго» в предусмотренные законом сроки тарифа, в то же время  решение суда в отсутствие иных обстоятельств не может служить бесспорным поводом для констатации факта возникновения у общества убытков в виде упущенной выгоды (неполученного дохода) в предъявленном размере, размер убытков истцом произведен только расчетным способом, исходя из размера расчетной величины необходимой валовой выручки, которую истец планировал получить, в отсутствии какого-либо документального подтверждения. При наличии виновного действия ответчика, но недоказанности причинно-следственной связи, наличия и размера убытков в виде упущенной выгоды, деликтная ответственность не может быть применена.

Принимая во внимание вышеизложенное, суд полагает недоказанным истцом факт наличия причинно-следственной связи между бездействием РСТ РБ и наступившим у истца вредом, выразившимся в неполучении дохода, взаимосвязи возникновения спорной суммы с неправомерным поведением третьего лица, а также недоказанным истцом факта наличия убытков в предъявленном размере.

Объем фактического перетока электроэнергии через сети истца, на основании которого можно было бы сделать вывод об объеме оказанных услуг по передаче электроэнергии при наличии статуса ТСО в спорный период, как и расчет неполученного дохода на основании вышеуказанного объема, в материалы дела не представлены.

В ходе рассмотрения дела истцом было заявлено ходатайство о назначении по делу судебной экспертизы на предмет определения экономически обоснованного размера расходов АО «Улан-Удэ Энерго», понесенных на содержание объектов электросетевого хозяйства в 2022 году.

Рассмотрев ходатайство истца о назначении по делу судебной экспертизы, с учетом мнения лиц, участвующих в деле, ходатайство судом отклонено.

В соответствии с частью 1 статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле. В случае, если назначение экспертизы предписано законом или предусмотрено договором либо необходимо для проверки заявления о фальсификации представленного доказательства либо если необходимо проведение дополнительной или повторной экспертизы, арбитражный суд может назначить экспертизу по своей инициативе. Таким образом, вопрос о необходимости проведения экспертизы, относится к компетенции суда, разрешающего дело по существу, удовлетворение ходатайства о проведении судебной экспертизы или ее назначение по собственной инициативе является правом, а не обязанностью суда, которое он может реализовать в случае, если с учетом всех обстоятельств дела придет к выводу о необходимости осуществления такого процессуального действия для правильного разрешения спора. Исходя из предмета и основания иска, а также с учетом представленных доказательств, суд пришел к выводу нецелесообразности и необоснованности проведения по делу судебной экспертизы с целью установления экономически обоснованного размера расходов общества. Между тем, следует отметить, что данный вопрос находится в компетенции тарифного органа,  ни суд, ни эксперт не могут заменить тарифный орган. Кроме того, на момент заявления ходатайства о проведении судебной экспертизы истцом предъявлялась  сумма в виде фактических расходов (15 737 100 руб. 46 коп), являющихся прямыми расходами истца, которые истец обязан покрывать из собственных средств. С учетом того, что при рассмотрении настоящего дела суду не требовалось указанное доказательство, суд отказал в удовлетворении соответствующего ходатайства истца.

Далее, суд учитывает, что сама по себе возможность компенсации имущественных потерь посредством реализации иных способов защиты нарушенного права (статья 12 Гражданского кодекса Российской Федерации) не является безусловным основанием для взыскания убытков в порядке ст.ст. 15, 16, 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении возможности компенсации расходов в ином порядке.

Несоответствие прогнозным величинам фактических экономических результатов хозяйственной деятельности регулируемой организации, необусловленное ее недобросовестным или неправомерным поведением, корректируется мерами последующего тарифного регулирования (пункт 7 Основ ценообразования, пункты 19, 20 Методических указаний № 20-э/2).

Суд обращает внимание на то, что деятельность сетевой организации подразумевает собой долгосрочный характер, тарифное законодательство подразумевает возможность компенсации неучтенных и выпадающих доходов в последующие периоды.

Для регулируемой организации, непрерывно осуществляющей деятельность в сфере, подлежащей государственному регулированию, возникновение расходов (недополученных доходов), связанных, в том числе, с просчетами тарифного регулирования, не может быть основанием для взыскания таких расходов в судебном порядке с казны субъекта РФ или из федерального бюджета, поскольку данный финансовый результат корректируется мерами тарифного регулирования, истец не лишен был права компенсировать свои расходы в следующем периоде, представив Службе по тарифам доказательства несения таких расходов.

Также суд принимает во внимание тот факт, что материалы дела не содержат доказательств невозможности взыскания стоимости поставленного ресурса с потребителей, в  том числе с применением последующего тарифного регулирования.

С учетом вышеизложенного, суд полагает, что требование истца в части взыскания убытков в сумме, рассчитанной истцом необходимой валовой выручки, свидетельствует о попытке истца  покрыть свои предпринимательские риски за счет ответчика, а миенно возместить упущенную выгоду в виде неполученного дохода за счет средств бюджета субъекта Российской Федерации, что недопустимо.

Иные доводы лиц, участвующих в деле, не принимаются судом во внимание, поскольку существенного значения для разрешения спора не имеют и не могут повлиять на выводы суда.

Таким образом, суд не находит оснований для взыскания убытков в части взыскания с ответчика суммы в размере 22 225 531 руб., в удовлетворении исковых требований в этой части суд отказывает.

На основании ст. 110 АПК РФ  судебные расходы по уплате государственной пошлины распределены судом пропорционально удовлетворённым требованиям.

Руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с Республики Бурятия в лице Министерства финансов Республики Бурятия (ОГРН <***>, ИНН <***>) за счет казны Республики Бурятия в пользу акционерного общества «Улан-Удэ Энерго» (ОГРН <***>, ИНН <***>) сумму убытков в размере 1 054 895 руб. 44 коп.

В удовлетворении остальной части иска отказать.

Взыскать с акционерного общества «Улан-Удэ Энерго» (ОГРН <***>, ИНН <***>) в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 133 087 руб.

Решение по настоящему делу вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

Решение может быть обжаловано в Четвертый арбитражный апелляционный суд в течение месяца с даты принятия (изготовления его в полном объеме) через Арбитражный суд Республики Бурятия.


Судья                                                                                                  А.В. Богданова