Постановление от 23 января 2023 г. по делу № А32-271/2020

ПЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А32-271/2020
город Ростов-на-Дону
23 января 2023 года
15АП-16631/2022


Резолютивная часть постановления объявлена 16 января 2023 года.

Полный текст постановления изготовлен 23 января 2023 года.

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Шимбаревой Н.В.,

судей Долговой М.Ю., Сулименко Н.В.,

при ведении протокола судебного заседания ФИО1,

при участии:

от ПАО «Сбербанк России»: представитель ФИО2 по доверенности от 28.07.2022;

от ФИО3: представитель ФИО4 по доверенности от 18.10.2022 (онлайн),

рассмотрев в открытом судебном заседании посредством веб-конференции по правилам, установленным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации для рассмотрения дела в суде первой инстанции, заявление финансового управляющего и публичного акционерного общества «Сбербанк России» о признании сделки недействительной и применений последствий недействительности к ФИО3, третьи лица: ФИО5 и ФИО6, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО7 (ИНН <***>),

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО7 (далее – должник) конкурсный кредитор ПАО «Сбербанк России» 13.12.2021 года обратился в арбитражный суд с двумя заявлениями к ответчику о признании недействительными договоров купли-продажи недвижимого имущества, заключенных между должником (продавец) и ответчиком (покупатель):

- от 06.12.2017 года в отношении: хоз. Блок, назначение: нежилое здание, общая площадь 103,9 кв.м, количество этажей: 2, а также подземных: 1, кадастровый номер 23:49:0509002:2313 и земельный участок, площадью 600 кв.м, по адресу: Краснодарский край, г. Сочи, Хостинский район, снт. Сутугинское, уч. № 65, кадастровый номер 23:49:0509002:331 за 1 700 000 руб.;

- от 11.11.2017 года в отношении: земельный участок, площадью 600 кв.м., по адресу: Краснодарский край, г. Сочи, Хостинский район, снт. Сутугинское, уч. № 63, кадастровый номер 23:49:0509002:350 за 2 000 000 руб.;

- от 11.11.2017 года в отношении: земельный участок, площадью 700 кв.м., по адресу: Краснодарский край, г. Сочи, Хостинский район, с/т «Сутугинское», уч. 47, кадастровый номер 23:49:0509002:353 за 2 000 000 руб.;

- от 11.11.2017 года в отношении: земельный участок, площадью 600 кв.м, по адресу: Краснодарский край, г. Сочи, Хостинский район, снт. Сутугинское, уч. №50, кадастровый номер 23:49:0509002:228 за 2 000 000 руб.;

- от 11.11.2017 года в отношении: жилой дом, площадью 136 кв.м., по адресу: Краснодарский край, г. Сочи, Хостинский район, с/т «Сутугинское», д. 46, кадастровый номер 23:49:0306003:10408 и земельный участок, площадью 400 кв.м., по адресу: Краснодарский край, г. Сочи, Хостинский район, с/т «Сутутинское», уч. 46, кадастровый номер 23:49:0509002:330 за 11 000 000 руб. (далее - имущество)

и применении последствий недействительности сделки в виде возврата имущества в конкурсную массу должника.

Финансовый управляющий 22.12.2021 года обратился в арбитражный суд с заявлением к ответчику о признании недействительными договоров купли-продажи, заключенных между должником и ответчиком в отношении имущества и применении последствий недействительности сделки в виде возврата имущества в конкурсную массу должника.

Определением арбитражного суда от 02.03.2022 г. заявления ПАО «Сбербанк России» и Управляющего объединены в одно производство к совместному рассмотрению (обособленный спор 2С18С), ФИО3 привлечен в качестве ответчика по настоящему обособленному спору.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 16.08.2022 отказано финансовому управляющему должника и ПАО «Сбербанк» в удовлетворении заявлений о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки.

Определение мотивировано тем, что недоказанностью наличия у должника на момент отчуждения имущества признаков неплатежеспособности.

ПАО «Сбербанк России» обжаловало определение суда первой инстанции в порядке, предусмотренном гл. 34 АПК РФ, и просило определение отменить, признать недействительными договоры купли-продажи от 06.12.2017 и от 11.11.2017 и применить последствия в виде обязания возвратить в конкурсную массу должника здания и земельные участки

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что момент неплатежеспособности должника необходимо связывать с периодом совершения им противоправных действий, повлекших банкротство подконтрольного ему общества (основного заемщика), а не с момента предъявления требований к должнику как к поручителю.

Законность и обоснованность принятого судебного акта проверяется Пятнадцатым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Определением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.10.2022 суд перешел к рассмотрению обособленного спора по заявлениям финансового управляющего и ПАО «Сбербанк» к ФИО3 (2С18С) по делу № А32-271/2020 по правилам, установленным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции в связи с непривлечением к участию в деле залогодержателей. Апелляционный суд привлек к участию обособленном споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора залогодержателей - ФИО5 и ФИО6.

В соответствии с разъяснениями, данными в абзаце 2 пункта 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», по результатам рассмотрения дела арбитражный суд апелляционной инстанции согласно пункту 2 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации выносит постановление, которым отменяет судебный акт первой инстанции с указанием обстоятельств, послуживших основаниями для отмены судебного акта, и принимает новый судебный акт.

В связи с этим, определение суда первой инстанции от 16.08.2022 подлежит отмене с принятием по делу нового судебного акта.

После перехода к рассмотрению обособленного спора по правилам суда первой инстанции от ПАО «Сбербанк» через канцелярию суда поступило уточненное заявление, согласно которому просит:

1. Признать договоры купли-продажи заключенные между ФИО7 и ФИО3 от 11.11.2017, 06.12.2017, недействительными.

2. Применить последствия недействительной сделки, обязать ФИО3 вернуть в конкурсную массу ФИО7:

- земельный участок, площадью 400 кв.м., по адресу: Краснодарский край, г. Сочи, Хостинский район, с/т «Сутутинское», уч. 46, кадастровый номер 23:49:0509002:330;

- земельный участок, площадью 600 кв.м., по адресу: Краснодарский край, г. Сочи, Хостинский район, снт. Сутугинское, уч. №65, кадастровый номер 23:49:0509002:331;

-хоз.блок, назначение: нежилое здание, площадь 103,9 кв.м., количество этажей – 2, а также подземных 1, кадастровый номер: 23:49:0509002:2313, расположенный по адресу: Краснодарский край, г. Сочи, Хостинский район, снт. Сутугинское, 65;

- земельный участок, площадью 600 кв.м., по адресу: Краснодарский край, г. Сочи, Хостинский район, снт. Сутугинское, уч. №63, кадастровый номер 23:49:0509002:350;

- земельный участок, площадью 700 кв.м., по адресу: Краснодарский край, г. Сочи, Хостинский район, с/т «Сутутинское», уч. 47, кадастровый номер 23:49:0509002:353;

- земельный участок, площадью 600 кв.м., по адресу: Краснодарский край, г. Сочи, Хостинский район, снт. Сутугинское, уч. №50, кадастровый номер 23:49:0509002:228;

- жилой дом, площадью 136 кв.м., по адресу: Краснодарский край, г. Сочи, Хостинский район, с/т «Сутутинское», д. 46, кадастровый номер 23:49:0306003:10408.

В соответствии с частью 1 статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, истец вправе при рассмотрении дела в арбитражном суде первой инстанции до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, изменить основание или предмет иска, увеличить или уменьшить размер исковых требований. В судебном заседании представитель ПАО «Сбербанк России» поддержал заявление об уточнении требований.

В рассматриваемом случае ПАО «Сбербанк» уточнил предмет спора. При этом, в качестве основания заявленного требования также указал ранее заявленные доводы о притворности сделки должника, его противоправные действия, направленные на вывод имущества должника во вред имущественным требованиям кредиторов.

С учетом изложенного, ходатайство заявителя об уточнении заявленных требований судом удовлетворено, уточненные требования судом апелляционной инстанции приняты.

От ФИО3 поступил отзыв на заявления, где он в подтверждение своих доводов о наличии финансовой возможности повторно ссылается на договор денежного займа от 01.11.2017, заключенный ответчиком с ФИО5, и договор займа от 25.10.2017 г. на сумму 13 000 000 руб., заключенный между ФИО6 и ФИО3, и договоры залога от 30.12.2019, 17.01.2020 во исполнение вышеназванных обязательств. Также после перехода к рассмотрению обособленного спора по правилам суда первой инстанции ФИО3 заявлено о применении срока исковой давности.

Исследовав материалы дела, оценив заявленные доводы и представленные доказательства, суд апелляционной инстанции установил следующее.

Решением суда от 27.02.2020 по делу № А32-271/2020 ФИО7 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО8.

В ходе процедуры реализации имущества банком и финансовым управляющим была получена выписка из ЕГРН от 18.11.2021, согласно которой ФИО7 было произведено отчуждение объектов недвижимости в пользу ФИО3. В качестве основания для отчуждения имущества указаны договор купли-продажи от 06.12.2017 и договоры купли-продажи от 11.11.2017.

Согласно договору купли-продажи недвижимого имущества от 11.11.2017, ФИО7 продано ФИО3 следующее недвижимое имущество: земельный участок, площадью 600 кв.м., по адресу: Краснодарский край, г. Сочи, Хостинский район, снт. Сутугинское, уч. №50, кадастровый номер 23:49:0509002:228; (регистрационная запись № 23:49:0509002:228-23/050/2017-2 от 21.11.2017).

Пунктом 3 договора предусмотрено, что недвижимое имущество приобретается покупателем за 2 000 000 руб.

Согласно договору купли-продажи недвижимого имущества от 11.11.2017, ФИО7 продано ФИО3 следующее недвижимое имущество: земельный участок, площадью 700 кв.м., по адресу: Краснодарский край, г. Сочи, Хостинский район, с/т «Сутутинское», уч. 47, кадастровый номер 23:49:0509002:353; (регистрационная запись № 23:49:0509002:353-23/050/2017-2 от 21.11.2017)

Пунктом 3 договора предусмотрено, что недвижимое имущество приобретается покупателем за 2 000 000 руб.

Согласно договору купли-продажи недвижимого имущества от 11.11.2017, ФИО7 продано ФИО3 следующее недвижимое имущество:

- жилой дом, площадью 136 кв.м., по адресу: Краснодарский край, г. Сочи, Хостинский район, с/т «Сутутинское», д. 46, кадастровый номер 23:49:0306003:10408. (регистрационная запись № 23:49:0306003:10408-23/050/2017-2 от 21.11.2017)

- земельный участок, площадью 400 кв.м., по адресу: Краснодарский край, г. Сочи, Хостинский район, с/т «Сутутинское», уч. 46, кадастровый номер 23:49:0509002:330; (регистрационная запись № 23:49:0509002:330-23/050/2017-2 от 21.11.2017)

Пунктом 3 договора предусмотрено, что недвижимое имущество приобретается покупателем за 11 000 000 руб., из них стоимость жилого дома составляет 9 000 000 руб., стоимость земельного участка составляет 2 000 000 руб.

Согласно договору купли-продажи недвижимого имущества от 11.11.2017, ФИО7 продано ФИО3 следующее недвижимое имущество: земельный участок, площадью 600 кв.м., по адресу: Краснодарский край, г. Сочи, Хостинский район, снт. Сутугинское, уч. №63, кадастровый номер 23:49:0509002:350; (регистрационная запись № 23:49:0509002:350-23/050/2017-2 от 21.11.2017).

Пунктом 3 договора предусмотрено, что недвижимое имущество приобретается покупателем за 2 000 000 руб.

Согласно договору купли-продажи недвижимого имущества от 11.11.2017, ФИО7 продано ФИО3 следующее недвижимое имущество:

- хоз. блок, назначение: нежилое здание, площадь: общая 103,9 кв.м., количество этажей 2, а также подземных 1, кадастровый (или условный номер): 23:49:0509002:2313, расположенный по адресу Краснодарский край, г. Сочи, Хостинский район, снт. Сутугинское, уч. №65.

- земельный участок, площадью 600 кв.м., по адресу: Краснодарский край, г. Сочи, Хостинский район, снт. Сутугинское, уч. №65, кадастровый номер 23:49:0509002:331; (регистрационная запись № 23:49:0509002:331-23/050/2017-2 от 18.12.2017) .

Пунктом 3 договора предусмотрено, что недвижимое имущество приобретается покупателем за 1 700 000 руб., из них стоимость нежилого здания составляет 700 000 руб., стоимость земельного участка составляет 1 000 000 руб.

Общая стоимость указанных объектов недвижимости составила 18 170 000 руб.

Полагая, что отчуждение имущества произведено должником в период неплатежеспособности в пользу заинтересованного лица (ФИО3 – сын должника) с целью причинения вреда имущественным интересам кредиторов, финансовый управляющий и банк обратились в суд с рассматриваемыми заявлениями.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве, отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI названного Федерального закона.

В силу статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Во избежание нарушения имущественных прав кредиторов, вызванных противоправными действиями должника-банкрота по искусственному уменьшению своей имущественной массы ниже пределов, обеспечивающих выполнение принятых на себя долговых обязательств, законодательством предусмотрен правовой механизм оспаривания сделок, совершенных в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (далее также сделки, причиняющие вред). Подобные сделки могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве (пункт 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве, пункт 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», далее - постановление № 63).

По общему правилу сделка, совершенная исключительно с намерением причинить вред другому лицу, является злоупотреблением правом и квалифицируется как недействительная по статьям 10 и 168 ГК РФ. В равной степени такая квалификация недобросовестного поведения применима и к нарушениям, допущенным должником-банкротом в отношении своих кредиторов, в частности к сделкам по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам, направленным на уменьшение конкурсной массы.

В то же время законодательством о банкротстве установлены специальные основания для оспаривания сделки, совершенной должником- банкротом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов. Такая сделка оспорима и может быть признана арбитражным судом недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в котором указаны признаки, подлежащие установлению (противоправная цель, причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны об указанной цели должника к моменту совершения сделки), а также презумпции, выравнивающие процессуальные возможности сторон обособленного спора. Баланс интересов должника, его контрагента по сделке и кредиторов должника, а также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев подозрительности сделки и установлением ретроспективного периода глубины ее проверки, составляющего в данном случае три года, предшествовавших дате принятия заявления о признании должника банкротом. Тем же целям служит годичный срок исковой давности, исчисляемый со дня реальной или потенциальной осведомленности заявителя об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (пункт 2 статьи 181 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве, пункт 32 постановления № 63).

Таким образом, законодательство пресекает возможность извлечения сторонами сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ), однако наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и 168 ГК РФ. Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 ГК РФ возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки.

Данная позиция сформулирована Верховым Судом Российской Федерации в определении от 06.03.2019 № 305-ЭС18-22069 по делу № А40-17431/2016.

Определяя подлежащие применению к оспариваемым сделкам нормы, суд апелляционной инстанции исходит из того, что дело о банкротстве в отношении ФИО7 возбуждено 15.01.2020, а оспариваемые договоры заключены 11.11.2017, т.е. в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве.

В силу изложенного заявление по данному обособленному спору могло быть удовлетворено на основании статьи 10 Гражданского кодекса только в том случае, если доказано наличие в оспариваемой сделке пороков, выходящих за пределы подозрительной сделки. В отношении данного подхода сформирована устойчивая судебная практика (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11, определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 28.04.2016 № 306-ЭС15-20034, от 29.04.2016 № 304-ЭС15-20061, от 31.08.2017 № 305-ЭС17-4886, от 24.10.2017 № 305-ЭС17-4886(1), от 17.12.2018 № 309-ЭС18-14765, от 06.03.2019 № 305-ЭС18-22069, от 09.03.2021 № 307-ЭС19-20020(8,10), от 09.03.2021 № 307-ЭС19-20020(9), от 21.10.2021 № 305-ЭС18-18386(3), от 26.01.2022 № 304-ЭС17-18149(10-14) и др.).

Между тем, правонарушение, заключающееся в необоснованном принятии должником дополнительных долговых обязательств и (или) в необоснованной передаче им имущества другому лицу, причиняющее ущерб конкурсной массе и, как следствие, наносящее вред имущественным правам кредиторов должника, является основанием для признания соответствующих сделок недействительными по специальным правилам, предусмотренным статьей 61.2 Закона о банкротстве.

Закрепленные в статье 61.2 Закона о банкротстве положения о недействительности сделок, направленные на пресечение возможности извлечения преимуществ из недобросовестного поведения, причиняющего вред кредиторам должника, обладают приоритетом над нормами статьи 10 Гражданского кодекса исходя из общеправового принципа «специальный закон вытесняет общий закон», определяющего критерий выбора в случае конкуренции общей и специальной норм, регулирующих одни и те же общественные отношения.

Соответственно, вмененные ответчику нарушения, в частности совершение сделки в условиях неплатежеспособности должника в пользу заинтересованного лица в отсутствие равноценного встречного предоставления, чем причинен вред имущественным правам кредиторов должника, в полной мере укладываются в диспозицию пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве как специального средства противодействия недобросовестным действиям в преддверии банкротства, нарушающим права кредиторов.

Аналогичная позиция изложена в постановлениях Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 27.12.2022 по делу № А32-48573/2021 и от 13.07.2022 по делу № А53-1051/2021.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для применения к спорным отношениям статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона нала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В соответствии с пунктом 5 постановления № 63, пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Определяя момент возникновения признаков неплатежеспособности, суд первой инстанции установил, что ФИО7 стал должником вследствие того, что выступил поручителем по кредитному договору, заключенному между ПАО «Сбербанк России» и АО «Ставропласт» (заемщик).

Предоставление поручительства обусловлено тем, что ФИО7 является членом совета директоров АО «Ставропласт», совладельцем ООО «Русский пластик» (10%).

Соответственно, ввиду корпоративного характера правоотношений ФИО7 фактически располагал сведениями о наличии неисполненных обязательств АО «Ставропласт» перед кредиторами.

Также в рамках дела о банкротстве основного заемщика АО «Ставропласт» (дело № А40-184198/2018) рассматривался вопрос привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам общества следующих контролирующих лиц Чая Г.В., ФИО3, ФИО7 (должник по настоящему делу о банкротстве), ФИО9, ФИО10, ФИО11 и ФИО12

В вину лицам, контролирующим деятельность АО «Ставропласт», вменялось совершение действий, повлекших невозможность полного погашения требований кредиторов и осуществления хозяйственной деятельности. Данные действия выразились в выводе активов АО «Ставропласт» в пользу аффилированного лица ООО «Русский пластик» (участником которого также является ФИО7). По итогам рассмотрения заявления суд первой инстанции определением от 10.03.2022 по делу № А40-184198/2018 привлек к субсидиарной ответственности по обязательствам АО «Ставропласт» солидарно Чая Г.В., ФИО3, ФИО7, ФИО9, ФИО10, ФИО11 и ФИО12 Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 26.05.2022 и постановлением Арбитражного суда Московского округа от 24.08.2022 определение от 10.03.2022 по делу № А40-184198/2018 оставлено без изменения.

Оценив заявленные доводы, а также исследовав обстоятельства, установленные в рамках спора о привлечении ФИО7 к субсидиарной ответственности по обязательствам АО «Ставропласт», суд апелляционной инстанции полагает, что должник ФИО7, осуществляя вывод активов с одного подконтрольного лица в пользу другого подконтрольного лица, осознавал невозможность исполнения обязательств АО «Ставропласт», в том числе по обязательствам, по которым сам является поручителем.

Соответственно, наличие признаков неплатежеспособности ФИО7 как контролирующего основного заемщика лица следует связывать с возникновением обязательств у основного заемщика, а не с моментом предъявления требований к ФИО7 как к поручителю.

В свою очередь, согласно пункту 7 постановления № 63, в силу абзаца первого п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (ст. 19 Закона о банкротстве) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В данном случае оспариваемая сделка совершена между отцом ФИО7 и сыном ФИО3, что не оспаривается сторонами и свидетельствует об осведомленности ответчика о наличии у должника признаков неплатежеспособности.

Между тем, судебная коллегия принимает во внимание, что квалифицирующими признаками подозрительной сделки, указанной в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, являются ее направленность на причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны сделки об указанной противоправной цели, фактическое причинение вреда в результате совершения сделки.

Данная норма содержит указания на конкретные обстоятельства, при установлении которых сделка должника может быть признана арбитражным судом недействительной как подозрительная, что препятствует произвольному применению этих норм с целью обеспечения баланса экономических интересов кредиторов должника и иных его контрагентов, получивших исполнение.

Ключевой характеристикой подозрительных сделок является причинение вреда имущественным интересам кредиторов, чьи требования остались неудовлетворенными. Отсутствие вреда предполагает, что подобные имущественные интересы не пострадали, а осуществленные в рамках оспариваемой сделки встречные предоставления (обещания) являлись равноценными (эквивалентными). В свою очередь, это исключает возможность квалификации сделки в качестве недействительной, независимо от наличия иных признаков, формирующих подозрительность (неплатежеспособность должника, осведомленность контрагента об этом факте и т.д.). Указанные выводы приведены в Определении Верховного Суда РФ №310-ЭС22-7258 от 01.09.2022 года.

В обоснование цели причинения вреда финансовым управляющим и банком указывается на совершения сделки в отсутствие встречного предоставления и в отсутствие намерения повлечь предусмотренные данной сделкой последствия.

Оценивая заявленные доводы, суд апелляционной инстанции установил, что общая стоимость указанных объектов недвижимости составила 18 170 000 руб. При этом, пунктом 4 договоров предусмотрено, что расчет между сторонами произведен полностью до подписания договора. Материальных и иных претензий стороны друг к другу не имеют.

Ввиду заинтересованности сторон сделки, а также с учетом проведения расчетов в наличной форме судом апелляционной инстанции откладывалось судебное разбирательство, ответчику предлагалось раскрыть наличие финансовой возможности произвести оплату по спорному договору.

В подтверждение финансовой возможности ФИО3 представлен договор денежного займа от 01.11.2017, заключенный между ФИО5 (займодетель) и ФИО3 (заемщик), на сумму 5 700 000 руб. Согласно условиям договора, пункт 3.1., указанный договор процентный, со сроком действия до 01.12.2019 г.

Дополнительным соглашением к указанному договору от 01.12.2019 г. увеличен срок возврата займа и установлен залог на следующее недвижимое имущество, принадлежащее заемщику на праве собственности:

земельный участок, общей площадью 600 кв. м. (+/- 9 кв. м.), кадастровый номер 23:49:0509002:331, категория земель: земли сельскохозяйственного назначения - для садоводства, расположенный по адресу: Российская Федерация, Краснодарский край. Хостинский район, город Сочи, с/т «Сутугинское», участок № 65;

земельный участок, общей площадью 600 кв. м. (+/- 17 кв. м.), кадастровый номер 23:49:0509002:350, категория земель: земли сельскохозяйственного назначения - для садоводства, расположенный по адресу: Российская Федерация, Краснодарский край. Хостинский район, город Сочи, с/т «Сутугинское», участок № 63;

земельный участок, общей площадью 600 кв. м. (+/-17 кв. м.), кадастровый номер 23:49:0509002:228, категория земель: земли сельскохозяйственного назначения - для садоводства, расположенный по адресу: Российская Федерация, Краснодарский край. Хостинский район, город Сочи, с/т «Сутугинское», участок № 50;

хоз.блок , назначение: нежилое знание, площадь общая 103,9 кв.м., кадастровый (или условный номер) 23:49:0509002:2313, расположенный по адресу: Краснодарский край. Хостинский р-н, г. Сочи, ст. Сутугинское, д. 65.

Договор залога в отношении спорного имущества заключен 30.12.2019 г. Залог зарегистрирован 23.01.2020.

Кроме того, ФИО3 представлен договор (процентного) денежного займа от 25.10.2017 г. на сумму 13 000 000 руб., заключенный между ФИО6 (займодетель) и ФИО3 (заемщик). Согласно дополнительному соглашению от 31.12.2019 срок возврата займа увеличен до 31.12.2023 г., с предоставлением гарантий в виде залога на следующее имущество ФИО3, принадлежащее ему на праве собственности:

земельный участок: кадастровый номер 23:49:0509002:330. общей площадью 400 кв. м. (+/- 7 кв. м.), категория земель: земли населенных пунктов - для садоводства, расположенный по адресу: Российская Федерация, Краснодарский край, Хостинский район, город Сочи, с/т «Сутугинское», участок № 46;

дом: кадастровый (или условный) номер 23:49:0306003:10408. общей площадью 136 кв. м., количество этажей - 2, расположенный по адресу: Российская Федерация. Краснодарский край, Хостинский район, город Сочи, с/т Сутугинское, дом 46;

земельный участок: кадастровый номер 23:49:0509002:353, общей площадью 700 кв. м. (+/- 19 кв. м.), категория земель: земли сельскохозяйственного назначения - для садоводства, расположенный по адресу: Российская Федерация, Краснодарский край. Хостинский район, город Сочи, с/т «Сутугинское», участок № 47.

В отношении спорного имущества договора залога заключен 17.01.2020 и зарегистрирован 28.01.2020.

Таким образом, ответчиком наличие финансовой возможности подтверждается документами, свидетельствующими о получении им заемных денежных средств в наличной форме.

В этой связи, судом апелляционной инстанции определением от 11.10.2022 к участию в деле в качестве третьего лица привлечены займодавцы ФИО5 и ФИО6, которым предложено раскрыть наличие у них финансовой возможности предоставить займ ФИО3

Во исполнение определения от 11.10.2022 от ФИО5 поступили письменные пояснения, из которых следует, что переданные по договору от 01.11.2017 денежные средства имелись у ФИО5 от продажи земельного участка №111, площадью 6000 кв.м., с кадастровым номером №23:49:0304004:245, по адресу Краснодарский край, город Сочи, Хостинский район, садоводческое товарищество «Сутугинское», участок №111, по договору купли-продажи земельного участка от 20.09.2010 г.

Согласно представленному ФИО5 договору от 20.09.2010 цена земельного участка составила 3 400 000 руб.

Из пояснений также следует, что ФИО5 было реализовано имущество, в виде: двухкомнатной квартиры, расположенной по адресу: <...>, стоимостью 4 800 000 руб. по договору купли-продажи квартиры от 11.04.2011 г.

Во исполнение определения от 11.10.2022 от Хачатрян Гака Генрики также поступили пояснения, где он обосновывает наличие финансовой возможности заключения договора от 25.10.2017 г. ведением предпринимательской деятельности в качестве индивидуального предпринимателя.

Согласно представленной третьим лицом налоговой декларации по налогу, уплачиваемому в связи с применением упрощенной системы налогообложения за 2015-2017 гг. в отношении ФИО6, в общей сложности полученный доход составил 22 097 700 руб. Помимо этого, ФИО6 представлены книги учета доходов и расходов индивидуального предпринимателя за 2016-2017 гг., согласно которым в указанный период расходование значительных денежных средств не отражено.

Также с целью исследования действительности доводов ФИО5 о продаже имущества и установления факта расходования денежных средств третьими лицами судом апелляционной инстанции определением от 21.11.2022 истребованы сведения из ЕГРН о зарегистрированных правах ФИО5 и ФИО6 на имевшиеся (имеющиеся) у него объекты недвижимости на территории РФ с 01.01.2014 по настоящее время.

Во исполнение определения суда Филиалом ФГБУ «ФКП Росреестра» по Краснодарскому краю сопроводительным письмом от 16.12.2022 представлены выписки из ЕГРН о зарегистрированных правах на объекты недвижимости за ФИО5 и ФИО6

Из представленной выписки следует, что ФИО5 объекты недвижимости отчуждены в 2015 году, после чего иные объекты не приобретались. Соответственно, расходование денежных средств в значительном размере не осуществлялось.

Также, согласно выписке из ЕГРН ФИО6 в период 2016-2017 гг. приобретение объектов недвижимости не осуществлялось, что свидетельствует об отсутствии расходования денежных средств в значительном размере.

Таким образом, при наличии достаточного дохода у ФИО5 и ФИО6 для предоставления займа ФИО3 и ввиду отсутствия у ФИО5 и ФИО6 значительного объема расходов в указанный период, суд апелляционной инстанции полагает доказанным наличие у ФИО5 и ФИО6 финансовой возможности.

Принимая во внимание, что договоры займа являются процентными и обеспечены залогом, зарегистрированным в установленном законом порядке, а также с учетом доказанности наличия у займодавцев финансовой возможности, судебная коллегия приходит к выводу о доказанности факта получения ФИО3 денежных средств для целей осуществления оплаты по договорам от 11.11.2017.

Ввиду доказанности наличия у ФИО3 финансовой возможности для осуществления оплаты по договору и отсутствию каких-либо доказательств, определенно свидетельствующих о направлении полученных от ФИО5 и ФИО6 денежных средств на иные цели, суд апелляционной инстанции полагает, что оплата по договорам от 11.11.2017 была ответчиком осуществлена. Данное обстоятельство свидетельствует о недоказанности цели причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Суд апелляционной инстанции установил, что реальность заемных правоотношений подтверждена тем, что договоры займа являлись процентными, обязательства были обеспечены залогом, обременение в виде залога зарегистрировано в ЕГРН. В материалы дела не представлены доказательства какой либо афиллированности залогодержателей должнику.

Учитывая изложенные обстоятельства, судебная коллегия приходит к выводу о недоказанности совокупности обстоятельств, необходимых для признания договоров недействительным.

Кроме того, в ходе рассмотрения обособленного спора по правилам суда первой инстанции ответчиком было заявлено о пропуске срока исковой давности.

В соответствии с абзацем 2 пункта 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве, право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве основаниям возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина.

Пунктом 4 постановления № 63 установлено, что предусмотренные статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве основания недействительности сделок влекут оспоримость, а не ничтожность соответствующих сделок. Из разъяснений, данных в пункте 32 названного постановления № 63, следует, заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации). В соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный управляющий (в том числе исполняющий его обязанности - абзац третий пункта 3 статьи 75 Закона) узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве.

Как неоднократно подчеркивал Верховный Суд Российской Федерации (в определениях от 29.01.2018 № 310-ЭС17-13555, от 12.02.2018 № 305-ЭС17-13572, от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757(2,3), от 19.11.2018 № 301-ЭС18-11487), срок исковой давности не может начать течь ранее момента возникновения у истца права на иск и объективной возможности для его реализации, то есть момента, начиная с которого истец должен был узнать о нарушении своих прав, об основаниях для предъявления иска и о личности надлежащего ответчика. В этой связи, срок исковой давности для предъявления группового иска в интересах кредиторов должника не может начать течь ранее открытия в отношении должника реструктуризации долгов.

В рассматриваемом случае процедура реструктуризации в отношении должника не применялась, по ходатайству должника первой процедурой решением от 25.02.2020 была введена реализация имущества. Соответственно, срок исковой давности исчисляется с 25.02.2020 и истекает 25.02.2021. В материалы дела не представлено доказательств объективно препятствовавших финансовому управляющих выявить сделки путем направления запроса в органы Росреестра и оспорить их в течении гола с момента открытия процедуры реализации имущества.

Аналогичным образом срок исковой давности исчисляется и для заявления поданного ПАО «Сбербанк России», поскольку согласно правовой позиции Верховного Суда РФ высказанной в Определении от 09.07.2018 № 307-ЭС18-1843 по своей правовой природе требование арбитражного управляющего о признании подозрительной сделки недействительной представляет собою косвенный иск, заявляемый в интересах конкурсной массы для последующего удовлетворения кредиторов должника. Следовательно конкурсный кредитор вправе самостоятельно реализовать право на оспаривание сделок, принадлежащее конкурсному управляющему, на тех же условиях, которые установлены Законом о банкротстве для арбитражного управляющего, иными словами также подать косвенный иск.

С учетом изложенного, поданные в суд заявления от 13.12.2021 и от 22.12.2021 предъявлены по истечении срока исковой давности, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 258, 269 – 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Краснодарского края от 16.08.2022 по делу № А32-271/2020 отменить.

В удовлетворении заявлений отказать.

В соответствии с частью 5 статьи 271, частью 1 статьи 266 и частью 2 статьи 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в месячный срок в порядке, определенном статьей 188 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа.

Председательствующий Н.В. Шимбарева


СудьиМ.Ю. Долгова


Н.В. Сулименко