Постановление от 26 апреля 2024 г. по делу № А65-1600/2023

№ 11АП-4012/2024

Дело № А65-1600/2023
г. Самара
25 апреля 2024 года
Резолютивная часть постановления объявлена 18 апреля 2024 года
Постановление в полном объеме изготовлено 25 апреля 2024 года

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Романенко С.Ш., судей Копункина В.А., Коршиковой Е.В., при ведении протокола секретарем судебного заседания Герасимовой Е.Г.¸ при участии:

от истца – представители ФИО1, по доверенности от 12.04.2023, ФИО2

С.В., по доверенности от 11.01.2023 (до и после перерыва),

от ответчика – ФИО3, по паспорту, представитель ФИО4, по

доверенности от 14.02.2023 (до и после перерыва), в отсутствии иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании 11-18 апреля 2024 года в помещении суда

в зале № 7 апелляционные жалобы общества с ограниченной ответственностью

«Технопромлизинг» и ФИО3 на решение Арбитражного суда

Республики Татарстан от 06.02.2024, принятое по делу № А65-1600/2023 (судья Аппакова

Л.Р.) по иску Общества с ограниченной ответственностью "Технопромлизинг", г.Казань к ФИО3, г.Казань третьи лица - ФИО5, ООО «Новосистемс», ПФК «Бетар». о взыскании 4847170.38 руб. долга,

У С Т А Н О В И Л:

Общество с ограниченной ответственностью "Технопромлизинг", г.Казань, (ОГРН

<***>, ИНН <***>) обратилось в Арбитражный суд РТ с иском к

ФИО3, г.Казань, (ИНН <***>) о взыскании 4 847 170,38

рублей убытков.

В судебных заседаниях в качестве свидетелей допрошены ФИО6, ФИО7 Определениями суда к участию в деле в качестве третьих лиц привлечены - ФИО5

Татьяна Викторовна, ООО «Новосистемс», ПФК «Бетар».

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 06.02.2024, по делу № А651600/2023 иск удовлетворен частично. С ФИО3, г.Казань в

пользу Общества с ограниченной ответственностью "Технопромлизинг", г.Казань

взысканы убытки в размере 4 218 975 руб. 90 коп., расходов по государственной пошлине

в размере 44 095 руб. В остальной части иска отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, истец и ответчик обратились в

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой считает принятое решение незаконным и необоснованным.

При этом в жалобе заявитель истец указал, что не согласен с указанной в судебном акте оценкой доказательств, которая сводится к тому, что негативные последствия от действий ответчика по увеличению себе заработной платы, должны быть переложены на истца, поскольку в условиях установленного судом конфликта интересов, истец якобы одобрял указанный порядок начисления заработной платы ответчику, о чем свидетельствует отсутствие претензий со стороны учредителя.

Истец не может согласиться с выводами суда о том, что увеличение ФИО3 себе размера заработной платы не свидетельствовало о причинении убытков Обществу, поскольку заработная плата соответствовала действующим на рынке условиям оплаты труда подобной категории работников, а все документы о начислении заработной платы оформлялись надлежащим образом.

При рассмотрении дела суд не установил, каким образом единственный участник Общества мог ранее узнать о повышении директором себе заработной платы и ознакомиться с документами, касающимися начисления заработной платы, с учетом того, что собрание участников Общества не собиралось, утверждение годовых отчетов Общества не проводилось, а новому директору документы были переданы только в феврале 2020г.

Таким образом, действия ФИО3 совершены при наличии потенциального конфликта интересов работника и Общества, повлекли уменьшение имущественной базы Общества. Очевидно, что уменьшение имущественной базы вследствие выплаты денежных средств, противоречит интересам Общества.

При этом сама ФИО3, будучи директором Общества, исходя из своих должностных обязанностей не могла не знать о том, что за период с 20.02.2019г. по 12.09.2019г. (дата заключения ФИО3 первого договора лизинга) источники дохода у Общества не изменились, а выручка не увеличилась.

В рамках уголовного дела № 12301920006200031, возбужденного СУ Управления МВД России по г.Казани 25 апреля 2023, у ФИО3 в результате проведенного обыска были изъяты документы ООО «Технопромлизинг» на 170 листах, среди которых были отдельно указаны трудовые договоры. Все изъятые документы были возвращены следователем представителю ФИО3, о чем имеется расписка. Таким образом, объективными доказательствами подтверждается факт недобросовестного поведения ФИО3, заключающееся в сокрытии ключевых для дела доказательств, учитывая, что ФИО3 на всех судебных заседаниях отрицает факт нахождения у нее трудовых договоров (том 5 - л. 52-59).

Истец не может согласиться с выводами о том, что ФИО3 изначально предлагалось выполнять трудовую деятельность в условиях минимального размера оплаты труда, в то время как среднемесячная заработная плата работников предприятий по аналогичному ОКВЭД составила по Республике Татарстан: 2019 год = 53 865,8 руб., 2020 год = 58 548,9 руб., что выше средней заработной платы ответчика.

Выводы суда о том, что размер должностного оклада директора Общества являлся разумным и не превысил размер средней заработной платы для данного вида работы в территориальном образовании по месту нахождения и осуществления деятельности Общества в спорный период, подлежат отклонению как несостоятельные, поскольку, само по себе соответствие установленного директором в самостоятельном порядке должностного оклада рыночным ставкам не отменяют необходимости получения исполнительным органом Общества соответствующего согласия общего собрания участников Общества на увеличение заработной платы директора и выплаты последнему соответствующих премий.

Увеличение заработной платы в одностороннем порядке, то есть без получения согласия общего собрания участников Общества не могут соответствовать корпоративному и трудовому праву, а равно свидетельствовать о добросовестности и

разумности руководителя Общества, заинтересованного в выплате Обществом дополнительных денежных средств себе лично без корпоративного одобрения. (Постановление АС СЗО от 06.05.23 и Постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 16 февраля 2023 г. N 13АП-37634/22 по делу N А56-51118/2022).

При этом заявитель жалобы ответчик возражает против принятого решения в части взыскания с него убытков в сумме 4 218 975,90 рубля и расходов по государственной пошлине в размере 44 095 руб.

По мнению заявителя жалобы истцом не доказана и судом не установлена противоправность поведения ответчика. Ответчик ФИО3 действовала в соответствии с Уставом Общества, трудовым договором и нормативно-правовыми актами РФ (ГК РФ, Закон № 14-ФЗ), истцом не оспаривается легитимность действий ответчика при подписании Соглашения о прощении долга.

Истцом не доказаны и судом не установлены наличие и размер убытков - сумма недополученной неустойки не является сделкой предпринимателя для извлечения прибыли.

Суд первой инстанции не дал оценку тому, какое право истца нарушено, не установил недобросоветствность и неразумность ответчика ФИО3

Судом первой инстанции не установлены сделки, которые ответчик, как генеральный директор ООО «Технопромлизинг», совершил на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой- однодневкой" и т.п.).

Истцом не доказано, что ответчик поступал недобросовестно и неразумно, не доказано, что Обществу причинен ущерб, а не необоснованная выгода. Судом первой инстанции не дана оценка размера убытков, вины ответчика.

Ответчик ФИО3, находясь в должности генерального директора, разумно оценивая риск не выиграть в суде полного возмещения неустойки в связи с изученными нормативно-правовыми актами и судебной практикой, пользуясь диспозитивностью данного ей права, без нарушения Устава Общества и трудового договора, приняла решение на подписание соглашений о прощении долга и мирового соглашения по снижению неустойки, вызванной поставкой оборудования не в срок.

Привлечение к ответственности руководителя зависит от того, действовал ли он при исполнении возложенных на него обязанностей разумно и добросовестно, то есть проявил ли он заботливость и осмотрительность и принял ли все необходимые меры для надлежащего исполнения полномочий единоличного исполнительного органа.

Руководитель не может быть признан виновным в причинении обществу убытков, если он действовал, исходя из обычных условий делового оборота либо в пределах разумного предпринимательского риска.

Сведения о месте и времени судебного заседания были размещены на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: WWW.11ааs.arbitr.ru и на доске объявлений в здании суда.

В судебном заседании представители истца и ответчика свои апелляционные жалобы поддержали, решение суда считают незаконным и необоснованным, просили его отменить по основаниям, изложенным в апелляционных жалобах.

В судебное заседание представители иных лиц, участвующих в деле не явились, о времени и месте судебного разбирательства извещены надлежащим образом в соответствии с частью 6 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц, извещенных о месте и времени судебного разбирательства.

Рассмотрев вопрос о приобщении дополнительных документов к материалам дела, руководствуясь частью 2 статьи 268 АПК РФ, пунктом 29 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 N 12 "О применении

Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции", апелляционный суд отказывает в приобщении к материалам дела дополнительных доказательств, поскольку они не были предметом оценки в суде первой инстанции и заявитель не обосновал невозможность их представления в суд первой инстанции.

Проверив законность и обоснованность обжалуемого решения в соответствии со ст. ст. 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, рассмотрев представленные материалы и оценив доводы апелляционной жалобы в совокупности с исследованными доказательствами по делу, выслушав стороны, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд установил.

Как следует из материалов дела, Общество с ограниченной ответственностью "Технопромлизинг", г.Казань (ОГРН <***>, ИНН <***>) зарегистрировано в качестве юридического лица 11.08.2016.

Решением единственного участника ООО "Технопромлизинг" от 11.02.2019 на должность генерального директора Общества назначена ФИО3 (т.1 л.д.14), о чем внесена запись в Единый государственный реестр юридических лиц.

Решением единственного участника Общества от 07.02.2020г. полномочия генерального директора ФИО3 досрочно прекращены (т.1, л.д.15), о чем внесена запись в Единый государственный реестр юридических лиц.

Таким образом, ответчик в период с 11.02.2019 по 07.02.2020 являлась генеральным директором Общества с ограниченной ответственностью "Технопромлизинг".

Истец, обращаясь в суд с иском о взыскании убытков, ссылается на то, что ответчик в одностороннем порядке, без согласования с учредителем общества:

- увеличила размер заработной платы и необоснованно начислила и выплатила себе заработную плату в размере 565 829,60 руб., вследствие чего получила по ней переплату в размере 409 229,60 руб. (565 829,6 руб. – 61 625,25 руб. – 157 339,63 руб.), также с заработной платы обществом были выплачены налоги на доходы физического лица и страховые выплаты;

- подписала соглашение от лица ООО «Техпромлизинг» о прощении долга с ООО «ПФК «Бетар» на сумму 3 686 095 руб.;

- подписала от лица ООО «Техпромлизинг» (кредитор) мировое соглашение с ООО «Новосистемс» (должник), в соответствии с условиями которого кредитор освободил должника от взыскания неустойка в размере 532 880,9 руб.

Устанавливая фактические обстоятельства дела на основании полного и всестороннего исследования представленных доказательств, суд первой инстанции со ссылкой на нормы статей 12, 401, 15, 53, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, статей 40, 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», статей 65, 9, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обосновано частично удовлетворил заявленные исковые требования по следующим основаниям.

В части требования истца о взыскании убытков, возникших в результате оплаты труда и выплаты премии, суд первой инстанции правомерно отказал исходя из следующего.

Из разъяснений, изложенных в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», следует, что лицо, входящее в состав органов юридического лица (единоличный исполнительный орган -директор, генеральный директор и т.д., временный единоличный исполнительный орган, управляющая организация или управляющий хозяйственного общества, руководитель унитарного предприятия, председатель кооператива и т.п.; члены коллегиального органа юридического лица - члены совета директоров (наблюдательного совета) или коллегиального исполнительного органа (правления, дирекции) хозяйственного общества, члены правления кооператива и т.п.; далее-директор), обязано действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53

ГК РФ).

Единоличный исполнительный орган общества (генеральный директор, президент и другие) избирается общим собранием участников общества на срок, определенный уставом общества (пункт 1 статьи 40 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью») и без доверенности действует от имени общества, в том числе представляет его интересы и совершает сделки (подпункт 1 пункта 3 статьи 40 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью»).

В пункте 4 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 15.03.2005 № 3-П «По делу о проверке конституционности положений пункта 2 статьи 278 и статьи 279 Трудового кодекса Российской Федерации и абзаца второго пункта 4 статьи 69 Федерального закона «Об акционерных обществах» в связи с запросами Волховского городского суда Ленинградской области, Октябрьского районного суда города Ставрополя и жалобами ряда граждан» правовой статус руководителя организации (права, обязанности, ответственность) значительно отличается от статуса иных работников, что обусловлено спецификой его трудовой деятельности, местом и ролью в механизме управления организацией: он осуществляет руководство организацией, в том числе выполняет функции ее единоличного исполнительного органа, совершает от имени организации юридически значимые действия (статья 273 Трудового кодекса Российской Федерации; пункт 1 Российской Федерации). В силу заключенного трудового договора руководитель организации в установленном порядке реализует права и обязанности юридического лица как участника гражданского оборота, в том числе полномочия собственника по владению, пользованию и распоряжению имуществом организации, а также права и обязанности работодателя в трудовых и иных, непосредственно связанных с трудовыми, отношениях с работниками, организует управление производственным процессом и совместным трудом.

Выступая от имени организации, руководитель должен действовать в ее интересах добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 ГК РФ).

Правовой статус работника, работающего в должности директора, регулируется как нормами Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», так и Трудовым кодексом Российской Федерации.

Генеральный директор общества несет ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу его умышленными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлен федеральными законами.

Истец, предъявляя требование о привлечении бывшего руководителя к ответственности в виде взыскания убытков, должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

В качестве основания своего требования истец указал в исковом заявлении на следующие обстоятельства.

ФИО3 с 11.02.2019 до 07.02.2020 являлась генеральным директором Общества.

Единственным участником общества с даты создания общества являлась ФИО8

20.02.2019г. между обществом в лице единственного участника ФИО8 и ответчиком заключен трудовой договор (т.1 л.д.28-29).

В соответствии с п.1.3 договора работодатель обязуется выплачивать генеральному директору должностной оклад в размере 50 000руб. в месяц на 0,3ставки.

Истец, обращаясь в суд с иском о взыскании убытков в части увеличения заработной платы ответчиком, ссылается на то, что ответчик в одностороннем порядке, без согласования с учредителем общества, увеличила размер заработной платы, а также с заработной платы обществом были выплачены налоги на доходы физического лица и страховые выплаты всего на общую сумму 631 385 руб. 23 коп.

Ответчик, не признавая исковые требования, указывает на то, заработная плата была увеличена в соответствии с дополнительным соглашением № 1 от 01.06.2019г. При увольнении с должности директора, ответчик по акту приема-передачи передал документы общества, в том числе дополнительное соглашение № 1 от 01.06.2019г.

В материалы дела сторонами данное соглашение представлено не было.

По ходатайству ответчика в судебное заседание 12.04.2023г. вызван в качестве свидетеля ФИО6, работающий в период с февраля 2019г. по февраль 2020г. финансовым директором. Свидетель, предупрежденный судом об уголовной ответственности, пояснил, что дополнительное соглашение от 01.06.2019г. к трудовому договору ответчика об увеличении заработной платы подготовлено было им, по поручению ответчика и затем передано на подпись учредителю ФИО9 ФИО6 подтвердил о наличии нескольких дополнительных соглашений по зарплате генерального директора ФИО3, указав, что лично готовил соглашения, передавал на подпись ФИО3 и ФИО9 (т.2 л.д. 102-104)

Также пояснил, что все документы были переданы ответчиком по описи обществу, в том числе дополнительное соглашение.

Из представленных в материалы дела платежных поручений и выписок с расчетных счетов общества в кредитных учреждениях следует, что ФИО3 фактически выплачено за минусом налога на доходы физического лица: февраль 2019г. - 8 482руб., март 2019г. – 13 050руб., апрель 2019г. – 9 860руб., май 2019г. – 13 050руб., июнь 2019г. – 49 500руб., июль 2019г. – 112 000руб., август 2019г. – 62 000,55руб., сентябрь 2019г. – 87 209,57руб., октябрь 2019г. - 9 040руб., ноябрь 2019г. – 74 636,48руб., декабрь 2019г. – 87 000руб., январь 2020г. – 40 000руб., февраль – 1руб. (расчет при увольнении). Всего 565 829,60руб.

Тогда как по расчету истца ответчик ежемесячно должна была получать по 13 050руб. (за минусом налога в размере 1 950руб.). Всего ответчик должна была получить за спорный период 156 600руб. Следовательно, истец получила заработную плату на 409 229руб. 60коп. больше.

Также материалами дела подтверждается, что на сумму превышения заработной платы истцом начислен налог на доходы физических лиц, который уплачен истцом за ответчика, что также подтверждается справками 2-НДФЛ за 2019 - 2020 годы в размере 61 625,25руб., кроме того, истцом уплачены взносы в Пенсионный фонд Российской Федерации, Фонд медицинского страхования и Фонд социального страхования в размере 157 339руб. 63коп.

Ответчик, лично участвующая в судебных заседаниях пояснила, что учредитель общества ФИО8 каких- либо претензий по факту увеличения заработной платы к ответчику не предъявляла, при этом ФИО8 являлась единственным учредителем общества. Также на доводы общества о том, что дополнительное соглашение по увеличению заработной платы было подписано 01.06.2020г. в субботу, пояснила, что в субботу сотрудники работали и находились на своих рабочих местах.

Кроме того, согласно отзыву третьего лица ФИО5 все выплаты заработной платы проходили процесс согласования. (т.2 л.д. 1)

Из представленных как истцом, так и ответчиком сведений, полученным от Территориального органа Федеральной службы государственной статистики по Республике Татарстан (ТАТАРСТАНСТАТ) средняя заработная плата работников по аналогичному ОКВЭД, занимающих руководящие должности составляла 63 067 рублей в 2019 году.

Следовательно, утвержденный 01.06.2019 года и 01.07.2019 года оклад в 100 000 рублей не значительно превышает среднюю заработную плату по отрасли. Кроме того, выплата в размере 112 000 руб. была лишь единожды – в июле 2019 года.

Из материалов дела не следует несоответствия увеличенного размера оплаты труда действующим на рынке условиям оплаты труда подобной категории работников.

При этом, суд первой инстанции верно отметил, что само по себе формальное

отсутствие одобрения участника общества на увеличение оплаты труда директора не свидетельствует о причинении убытков обществу.

Более того, согласно бухгалтерской отчетности общества, имеющейся в открытых источниках, показатели выручки общества в 2017г. составили 48,8 млн. руб., 2018г. – 214,6 млн. руб., в 2019г. – 166,8 млн. руб.

Суд первой инстанции обоснованно указал, что истцом не доказано наступление каких – либо отрицательных экономических последствий, а также того, что именно такая выплата привела к убыточности деятельности общества.

При этом в период исполнения ответчиком своих обязанностей единоличного исполнительного органа сведения о получении заработной платы отражались в бухгалтерской и налоговой отчетности общества, участник общества имел возможность ознакомиться с документами, касающимися начисления заработной платы.

Более того, увольняя ответчика с должности директора, ФИО8 также не предъявляла к ответчику какие - либо претензии по получению заработной платы в указанном размере. Выплата ФИО3 заработной платы, превышающей ежегодный размер заработной платы, установленный трудовым договором, подтверждается платежными поручениями и выписками с расчетных счетов общества, справками 2-НДФЛ за 2019 - 2020 годы, содержащими размер фактически выплаченной ФИО3 в соответствующий период заработной платы, также усматривается из уплаченных страховых взносов, учитывая, что в период исполнения ФИО3 обязанностей единоличного исполнительного органа общества расчеты по заработной плате производились в установленном порядке через банк, сведения о получении заработной платы не скрывались, отражались в бухгалтерской и налоговой отчетности общества, и учредитель общества имел возможность ознакомиться с документами, касающимися начисления заработной платы, а также, исходя из того, что при таких обстоятельствах о фактически выплачиваемой ФИО3 заработной плате в период 2019 - 2020 годов было (должно было быть) известно единственному участнику общества, которым была ФИО8

Необходимо отметить, что само по себе нарушение порядка определения заработной платы руководителя, при наличии конфликта интересов, не является основанием для взыскания убытков и не освобождает истца от доказывания обстоятельств, свидетельствующих о наступлении для общества неблагоприятных последствий.

С учетом вышеизложенных и установленных обстоятельств, по результатам исследования и оценки всех имеющихся доказательств, исходя из конкретных обстоятельств дела, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу о недоказанности материалами дела надлежащим образом и в полном объеме наличия в данном случае всех необходимых и достаточных обстоятельств, являющихся основанием для привлечения ФИО3 к ответственности в виде взыскания убытков, ввиду чего исковые требования в данной части удовлетворению не подлежат.

Также судом первой инстанции верно принято во внимание, что все документы по начислению и выплате заработной платы оформлялись надлежащим образом и соответствующая информация в установленном порядке отражалась в налоговой и бухгалтерской документации и отчетности общества, из чего следует, что учредитель общества ФИО10 как участник общества, реализуя свое права на участие в управлении делами, получение информации о деятельности общества, ознакомление с его бухгалтерской и иной документацией (пункт 1 статьи 8 Закона об обществах), была осведомлена о порядке начисления (выплаты) заработной платы в обществе, что также подтверждается и тем, что за весь период руководства обществом ФИО3 никаких требований к ответчику не предъявлялось, что свидетельствует об информированности и фактическом одобрении единственным участником общества сложившегося порядка начисления заработной платы, что ничем не опровергнуто и доказательства иного не представлены.

Таким образом, отказывая в удовлетворении иска в части взыскания убытков,

возникших в результате оплаты труда и выплаты премии, суд первой инстанции верно исходит из совокупности установленных по делу обстоятельств и недоказанности материалами дела наличия в данном случае всех необходимых и достаточных оснований для взыскания с ФИО3 в пользу общества убытков, а также из отсутствия доказательств иного (статьи 9, 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Между тем, применение указанной ответственности возможно при доказанности совокупности следующих условий: противоправности поведения ответчика как причинителя вреда, включая наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для общества, наличие и размер убытков, причинно-следственной связи между незаконными действиями ответчика и возникшими убытками, а недоказанность хотя бы одного из элементов состава данного гражданско-правового правонарушения является достаточным основанием для отказа в удовлетворении подобного требования.

Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства (пункт 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" (далее - постановление Пленума N 62)).

Согласно пункту 3 статьи 10 ГК РФ разумность и добросовестность участников гражданских правоотношений презюмируется, то обязанность по доказыванию недобросовестности и неразумности действий единоличного исполнительного органа общества, повлекших причинение убытков, возлагается на заявителя.

Лицо, требующее возмещения убытков, в соответствии со статьей 65 АПК РФ должно доказать противоправность поведения ответчика, наличие и размер понесенных убытков, а также причинную связь между противоправностью поведения ответчика и наступившими убытками. Для удовлетворения требований заявителя о взыскании убытков необходима доказанность всей совокупности указанных элементов. Бремя доказывания лежит на истце.

С учетом общих положений о применении ответственности в виде убытков, установленных статьями 15, 1064 ГК РФ, и приведенных выше норм, а также разъяснений пункта 6 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 02.06.2015 N 21 "О некоторых вопросах, возникших у судов при применении законодательства, регулирующего труд руководителя организации и членов коллегиального исполнительного органа организации", следует, что для вывода о возникновении у ответчика обязательства по возмещению убытков по иску общества, в том числе в лице конкурсного управляющего, необходимо наличие совокупности следующих обстоятельств: совершения ответчиком виновных противоправных действий (бездействия), в том числе недобросовестное и неразумное осуществление руководства обществом, возникновение у общества убытков и причинно-следственная связь между этими обстоятельствами.

Как следует из разъяснений, данных в пункте 2 постановления Пленума N 62, недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица

условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом.

Кроме того, в соответствии с п. 1 ст. 40 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" единоличный исполнительный орган общества (генеральный директор, президент и другие) избирается общим собранием участников общества на срок, определенный уставом общества, если уставом общества решение этих вопросов не отнесено к компетенции совета директоров (наблюдательного совета) общества.

Пунктом 3 ст. 53 ГК РФ предусмотрено, что лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.

Согласно п. 1 ст. 53.1 ГК РФ лицо, указанное в п. 3 ст. 53 ГК РФ, обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Аналогичная правовая позиция изложена в п. 1 и подп. 1 п. 2 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" (Постановление N 62).

Недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица (подп. 5 п. 2 Постановления N 62).

При определении интересов юридического лица следует, в частности, учитывать, что основной целью деятельности коммерческой организации является извлечение прибыли (п. 1 ст. 50 ГК РФ).

В части взыскания убытков в размере 3 686 095 руб., возникшие в результате подписания соглашения о прощении долга суд первой инстанции правомерно удовлетворил исковые требование исходя из следующего.

Как указывает истец от имени ООО «Технопромлизинг» ФИО3 подписала с ООО ПКФ «Бетар» соглашение о прощении долга на сумму 3 686 095 руб.

Из материалов дела следует, что 31.01.2018г. между ООО ПКФ «БЕТАР» (Продавец), ООО «Технопромлизинг» (Покупатель) и АО «Завод Элекон» (Лизингополучатель) был заключен Договор № 310118-01 на поставку оборудования с произведением пусконаладочных работ и работ по технологической настройке Оборудования (далее Договор).

При исполнении сторонами условий Договора было допущено нарушение срока поставки оборудования, подлежащего поставке по данному договору. В связи с чем в адрес Продавца от Покупателя было выставлено требование о выплате неустойки от 18.09.2019г. в размере 4936095 (четыре миллиона девятьсот тридцать шесть тысяч девяносто пять) рублей (70085,12 Евро (по официальному курсу евро по отношению к рублю, установленному Банком России на 28.11.2019г.).

С целью внесудебного урегулирования возникшей ситуации, были организованы переговоры сторон. В ходе переговоров, что не оспаривается ответчиком, было установлено, что вина Продавца в нарушении срока поставки была обусловлена неисполнением встречных обязательств Лизингополучателем (затягивание сроков согласования внесения изменений в конструкцию оборудования, внесённых по просьбе Лизингополучателем, затягивание подписания дополнительного соглашения между

сторонами об изменении сроков поставки).

По результатам переговоров было достигнуто соглашение о выплате Продавцом Покупателю неустойки в размере 1 250 000 (один миллион двести пятьдесят тысяч) рублей, а оставшуюся часть неустойки аннулировать. Между ООО ПКФ «БЕТАР» и ООО «Технопромлизинг» было заключено Соглашение о прощении долга от 28.11.2019.

Стороны предоставили друг другу справки о том, что сделка по прощению долга не является для сторон крупной сделкой и соответственно не требует одобрения в силу закона.

ООО ПКФ «БЕТАР» выплатил ООО «Технопромлизинг» неустойку, в соответствии с Договором № 310118-01 от 31.01.2018г. и Соглашением о прощении долга от 28.11.2019г., в размере 1 250 000 (один миллион двести пятьдесят тысяч) рублей (платежное поручение № 5775 от 29.11.2019г.).

Таким образом, истец полагает, что в результате необоснованного невзыскания неустойки в размере 3 686 095 руб. с ООО ПКФ «Бетар» у ООО «Технопромлизинг» возникли убытки.

В соответствии с подп.5 п.2 Постановления № 62, недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, когда директор знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.).

В данном случае директор ФИО3 знала, что ООО «Технопромлизинг» не получит неустойку в размере 3 686 095 руб. в результате прощения долга.

В ходе судебных заседаний и согласно отзывам, представленным в материалы дела, ответчик не смог пояснить и экономически обосновать данные действия в интересах истца, что свидетельствует о причинении ущерба ООО «Технопромлизинг».

Доводы ответчика, представленные в письменных прояснениях, сводятся к следующему.

1) Договор лизинга между Элеконом и Технопромлизингом № 58/2018 от 31.01.2018 на сумму 27 598 414,04 рублей с НДС сроком на 3 года с графиком платежей;

Данный договор предусматривал уплату лизинговых платежей с момента заключения договора, без привязки к дате поставки Оборудования.

Также в п.6.7. договора лизинга указано, что «Лизингополучатель не вправе требовать от Лизингодателя уменьшения платежей по настоящему Договору и переноса сроков уплаты платежей, ссылаясь на невыполнение обязанности по передаче или задержку в передаче Имущества, перерывы в его использовании по любой причине и на любые другие обстоятельства, кроме случаев, когда такие обстоятельства наступили по причинам, зависящим от Лизингодателя.»

Завод Элекон исполнял условия договора лизинга и своевременно уплачивал лизинговые платежи по графику.

Акт сверки по данному договору подтверждает уплату суммы равную 28 066 183 руб. 76 коп. с НДС, что выше суммы договора лизинга на 467 769 руб. 72 коп. следовательно, ответчик считает, что истец не понес убытков.

2) Договор поставки трехсторонний № 310118-01 от 31.01.2018 г. между ООО «ПКФ Бетар» - продавец, ООО «Технопромлизинг» - покупатель и Завод Элекон – лизингополучатель на сумму 312 879 евро с НДС.

Соблюдая условия договора поставки ООО «Технопромлизинг» 03.04.2018 оплатило 80% от стоимости оборудования (250 303,2 евро с НДС) в сумме 17 672 357, 07 рублей с НДС, следующий платеж в размере 4 421 268, 12 рублей с НДС был произведен 23.07.2019 года.

Акт сверки по договору поставки и Товарная накладная подтверждают, что Технопромлизинг оплатило в адрес ООО «ПКФ Бетар» за оборудование по договору поставки 22 093 625, 19 рублей с НДС.

Договором поставки предусмотрены невыгодные для АО «Завод Элекон» условия, а именно: «П.8.3. В случае нарушения сроков поставки и (или) выполнения работ, указанных в Договоре, а также нарушения сроков устранения недостатков поставленного Оборудования/выполненных работ Продавец обязан уплатить неустойку в размере 0,1% (ноль целых одна десятая процента) от Цены Договора за каждый календарный день просрочки, но не более 50% (Пятидесяти процентов) от цены Договора Покупателю, заявившей данное требование.

П.8.5. Стороны настоящим Договором предусмотрели, что выплата неустоек/штрафов за неисполнение/ненадлежащее исполнение Лизингополучателем своих обязательств по Договору, возмещение иных убытков Продавца осуществляются исключительно за счет Лизингополучателя. Указанные выплаты не финансируются за счет Покупателя и не входят в лизинговые платежи. Лизингополучатель не вправе на получение выплат по неустойкам/штрафам, предусмотренных настоящим Договором, в связи с ненадлежащим исполнением Продавцом своих обязательств по Договору, данные выплаты осуществляются исключительно Покупателю.»

Итого, лизингополучатель (АО Завод Элекон) платит лизинговые платежи с момента подписания договора поставки, несет убытки, связанные с простоем производства из-за просрочки поставки Оборудования и не получает компенсации в виде штрафов и пени от Продавца.

При этом Лизинговая компания получает в срок лизинговые платежи и сверхприбыль в виде получения пени за просрочку поставки Оборудования.

Между тем, факт прощения долга контрагенту не оспаривается, экономическая обоснованность, представленная ответчиком, судом не принимается во внимание как факты, не относящиеся к настоящим обстоятельствам дела.

Кроме того, суд первой инстанции верно указывает, что ООО ПКФ «Бетар» не является малоприбыльной организацией и по итогам 2019 года имеет чистой прибылью 53 283 000 руб., денежные средства в размере 59 320 000 руб. и запасы в размере 353 063 000 руб., выручка составила 1 320 793 000 руб.

В своем отзыве третье лицо ООО ПКФ «Бетар» подтвердил результаты подписанного соглашения как действия директора ООО «Технопромлизинг», направленные на прощение им долга в размере 3 686 095 руб.

Довод ответчика о том, что представитель истца ФИО1 знал о факте подписания соглашения обоснованно отклонен судом, так как ФИО1 не является ни участником общества , ни исполнительным органом общества.

В части взыскания убытков в размере 532 880,9 руб., возникших в результате подписания мирового соглашения от 28.11.2019 суд первой инстанции правомерно удовлетворил требование исходя из следующего.

ООО «Технопромлизинг», именуемое Кредитор, в лице Генерального директора ФИО3, и ООО «Новосистемс», именуемое Должник, в лице генерального директора ФИО11, на основании статьи 415 Гражданского кодекса РФ заключили мировое соглашение от 28.11.2019 г.

Стороны пришли к соглашению, что в соответствии с Договором поставки № 11/10/17ИС от 25.10.2017 года и требованием о выплате неустойки от 18.09.2019г., у Должника имеется по состоянию на 18.02.2019г. задолженность по оплате Кредитору неустойки за просрочку сроков поставки оборудования, из расчета 0,1% неустойки от общей суммы Оборудования X 351 количество календарных дней просрочки, в размере 1304546,60 рублей или 20393,1 доллара (по официальному курсу доллара по отношению к рублю, установленному Банком России на 28.11.2019г.).

Стороны договорились о зачете требования по выплате задолженности (оставшейся части цены по договору в размере 5810 USD) в счет имеющейся у Должника части задолженности перед Кредитором по уплате неустойки за нарушение сроков поставки по договору, на сумму указанной задолженности и о выплате Должником оставшейся части неустойки в размере 932 880 руб.90 коп. или 14583,1 доллара по официальному курсу по

отношению к рублю, установленному Банком России на 28.11.2019г.

Дополнительно Стороны договорились, что при условии выполнения оплаты Должником части неустойки в размере 400000 (четыреста тысяч) рублей Кредитор, на основании статьи 415 Гражданского кодекса РФ, освобождает от обязанности Должника оплачивать оставшуюся часть неустойки в размере 532 880,9 руб.

В ходе судебных заседаний и согласно отзывам, представленным в материалы дела, ответчик не смог пояснить и экономически обосновать данные действия в интересах истца, что свидетельствует о причинении ущерба ООО «Технопромлизинг».

Как указывает ответчик АО Завод Копир - оборонный завод, принадлежащий семье К-вых, заключил в 2017 году договор лизинга с ООО «Технопромлизинг» на приобретение оборудования - Система электродинамической вибрации HD 300-3.

Заводом Копир был выбран поставщик ООО «Новосистемс».

Между Технопромлизингом и Заводом Копир был заключен договор лизинга № 46370-2017 от 25.10.2017 сроком на 12 месяцев на сумму 3 591 316,49 рублей с НДС.

Данный договор предусматривал уплату лизинговых платежей с момента заключения договора, без привязки к дате поставки Оборудования.

Также в п 6.7. договора лизинга указано, что «Лизингополучатель не вправе требовать от Лизингодателя уменьшения платежей по настоящему Договору и переноса сроков уплаты платежей ссылаясь на невыполнение обязанности по передаче или задержку в передаче Имущества перерывы в его использовании по любой причине и на любые другие обстоятельства, кпоме случаев когда такие обстоятельства наступили по причинам, зависящим от Лизингодателя.»

Завод Копир исполнял условия договора лизинга и своевременно уплачивал лизинговые платежи по графику.

Акт сверки по данному договору подтверждает полную уплату суммы договора, равную 3 591 316 рублей 49 коп. с НДС. Соответственно, у ООО «Технопромлизинг» отсутствует убыток по данному договору.

Одновременно с договором лизинга был заключен трехсторонний договор поставки Оборудования № 11/10/17ИС от 25.10.2017 между ООО «Технопромлизинг)) (Покупатель), АО «Завод Копир» (Лизингополучатель) и ООО «Новосистемс» (Поставщик) на сумму 58 100 долл.США с НДС (или 3 378 846,17 руб. по курсу на день первого платежа).

Соблюдая условия договора поставки ООО «Технопромлизинг» 02.11.2017 оплатило 90% от стоимости оборудования (58 100 долл США с НДС) в сумме 3 040 961, 55 рублей с НДС, остальные 10% - остаточный платеж (5 810 долл США с НДС) необходимо было оплатить после проведения пусконаладочных работ, через 3-4 месяца после внесения предоплаты 90%.

Договором поставки предусмотрены кабальные для АО «Завод Копир» условия, а именно: «П.7.5. За просрочку поставки изготовленного Оборудования Покупатель вправе потребовать от Поставщика уплаты неустойки (пени) в размере 0,1% (ноль целых одна десятая процента) от общей стоимости Оборудования, согласно п.2.1. Договора, за каждый календарный день просрочки, до дня фактического исполнения обязательств Поставщика по поставке Оборудования.

П.7.6. Стороны настоящим Договором предусмотрели, что выплата неустоек/штрафов за неисполнение/ненадлежащее исполнение Лизингополучателем своих обязательств по Договору, возмещение иных убытков Поставщика осуществляются исключительно за счет Лизингополучателя. Указанные выплаты не финансируются за счет Покупателя и не входят в лизинговые платежи. Лизингополучатель не вправе на получение выплат по неустойкам/штрафам, предусмотренных настоящим Договором, в связи с ненадлежащим исполнением Поставщиком своих обязательств по Договору, данные выплаты осуществляются исключительно Покупателю.»

Итого, Лизингополучатель (АО Завод Копир) платит лизинговые платежи с момента подписания договора поставки, несет убытки, связанные с простоем производства из-за

просрочки поставки Оборудования и не получает компенсации в виде штрафов и пени от Поставщика.

При этом Лизинговая компания ООО «Технопромлизинг» получает в срок лизинговые платежи и сверхприбыль в виде получения пени за просрочку поставки Оборудования.

Данные доводы ответчика судом отклоняются как не обоснованные и не имеющие документального подтверждения обстоятельства. Факт подписания мирового соглашения ответчиком не оспаривается.

Между тем, согласно общедоступным сведениям, на конец 2019г. у ООО «Новосистемс» зафиксированы следующие финансовые показатели:

запасы 45 144 000 руб. (рост на 18 782 000 руб.) денежные средства 10 807 тыс. руб. (рост на 10 036 000 руб.) финансовые и другие оборотные активы 34 712 тыс. руб. (рост на 6 219 000 руб.) выручка 168 683 000 руб. чистая прибыль 1 874 000 руб.

Таким образом, правомерен вывод суда первой инстанции о том, что действиями ФИО3 Обществу причинены убытки в виде необоснованного невзыскания неустойки в размере 532 880,9 руб. с ООО «Новосистемс», при наличии такой возможности.

Проверяя доводы и возражения относительно ходатайства ответчика о пропуске срока на обращение с заявленным требованием, суд первой инстанции обоснованно указал, что ответчиком не доказано отсутствие права у заявителя на обращение с заявлением о взыскании убытков к бывшему руководителю ООО "Технопромлизинг»" ФИО3 Срок на обращение с заявлением о взыскании убытков не пропущен в связи с тем, что документы общества ФИО3 передала 07.02.2020 г., что подтверждается актам приема-передачи и распиской от 07.02.2020 г. (т.1 л.д. 68-69). Иск подан 25.01.2023.

Исходя из изложенного суд первой инстанции правомерно пришел к выводу об удовлетворении исковых требований в части.

Доводы заявителей жалоб не принимаются апелляционным судом, поскольку опровергаются представленными доказательствами по делу.

Анализ материалов дела свидетельствует о том, что выводы суда соответствуют фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, основаны на правильной системной оценке подлежащих применению норм материального права, отвечают правилам доказывания и оценки доказательств (часть 1 статьи 65, части 1 - 5 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Приведенные в апелляционных жалобах доводы, выводы суда не опровергают, а по существу сводятся к несогласию заявителей жалоб с оценкой судом обстоятельств дела, всем доводам дана оценка судом первой инстанции, с которой соглашается суд апелляционной инстанции. Между тем, иная оценка заявителями жалоб установленных судом обстоятельств, не свидетельствуют о нарушении судом норм права, и не может служить основанием для отмены судебного акта.

У суда апелляционной инстанции нет оснований для переоценки выводов суда первой инстанции, признавшего наличие оснований для частичного удовлетворения иска.

Принимая во внимание изложенное, арбитражный апелляционный суд считает, что обжалуемое решение принято судом первой инстанции обоснованно, в связи с чем основания для удовлетворения апелляционных жалоб отсутствуют.

Доводы, изложенные в апелляционных жалобах, не доказывают нарушения судом первой инстанции норм материального или процессуального права либо несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела, всем доводом в решении была дана надлежащая правовая оценка.

Иных доводов в обоснование апелляционных жалоб заявители не представили, в связи с чем Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены решения Арбитражного суда Республики Татарстан от 06.02.2024, принятое по делу № А65-1600/2023, апелляционные жалобы удовлетворению не подлежат.

Расходы по уплате государственной пошлины по апелляционным жалобам в соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации отнести на заявителей жалоб.

Руководствуясь статьями 266-271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л:

Решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 06.02.2024, принятое по делу № А65-1600/2023 - оставить без изменения, апелляционные жалобы общества с ограниченной ответственностью «Технопромлизинг» и ФИО3 - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в двухмесячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа.

Председательствующий С.Ш. Романенко

Судьи В.А. Копункин

Е.В. Коршикова