Постановление от 30 октября 2025 г. по делу № А27-19115/2024

СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД ул. Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, https://7aas.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

город Томск Дело № А27-19115/2024

Резолютивная часть постановления объявлена 23 октября 2025 года.

Полный текст постановления изготовлен 31 октября 2025 года.

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Фаст Е.В., судей Сбитнева А.Ю., ФИО1,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Мизиной Е..Б., рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу публичного акционерного общества «Совкомбанк» ( № 07АП-6300/25 (1)) на определение от 19.08.2025 Арбитражного суда Кемеровской области (судья Гречановская О.В.) по делу № А27-19115/2024 о несостоятельности (банкротстве) ФИО2 (ИНН <***>, далее – должник, ФИО2), принятое по итогам рассмотрения отчета финансового управляющего о результатах процедуры реализации имущества гражданина, ходатайства о завершении процедуры реализации имущества должника.

В судебном заседании приняли участие: без участия, извещены. Суд

установил:

решением Арбитражного суда Кемеровской области от 29.11.2024 (резолютивная часть объявлена 21.11.2024) в отношении ФИО2 открыта процедура, применяемая в деле о банкротстве, - реализация имущества гражданина; финансовым управляющим утвержден ФИО3.

15.05.2025 в арбитражный суд поступило ходатайство финансового управляющего о завершении процедуры реализации имущества должника с отчетом о реализации имущества должника и приложением копий документов, подтверждающих проведение процедуры реализации имущества, заявлено о наличии оснований для освобождения должника от требований кредиторов.

Определением суда от 19.08.2025 завершена процедура реализации имущества гражданина ФИО2 с применяем правила об освобождении должника от обязательств, предусмотренных абзацем первым пункта 3 статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве); финансовому управляющему выплачено с депозитного счета Арбитражного суда Кемеровской области фиксированное вознаграждение в размере 25 000 руб.

Не согласившись с принятым судебным актом, ПАО «Совкомбанк» (далее – апеллянт, Банк) обратилось с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить и принять новый судебный акт, ссылаясь на неполное выяснение судом обстоятельств по делу, несоответствие выводов суда обстоятельствам дела, нарушение судом норм материального права.

В обоснование апелляционной жалобы указывает на то, что на момент возникновения обязательств перед Банком должник не имел соответствующего дохода для погашения задолженности; ФИО2 изначально не намеривалась исполнять обязательства, поэтому сообщила недостоверные сведения, что в совокупности является признаком недобросовестного поведения; после получения кредита должник в скором времени обратилась с заявлением о признании себя банкротом, что также подтверждает отсутствие намерения по погашению задолженности; суд первой инстанции преждевременно завершил процедуру реализации и освободил ФИО2 от обязательств.

До судебного заседания в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) представлен отзыв на апелляционную жалобу, в котором ФИО2 возражает против её удовлетворения.

Лица, участвующие в деле и в процессе о банкротстве, не обеспечившие личное участие и явку своих представителей в судебное заседание, извещены надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе, публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в связи с чем, суд апелляционной инстанции на основании статей 123, 156, 266 АПК РФ рассмотрел апелляционную жалобу в их отсутствие.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы и отзыва на ней, проверив законность и обоснованность обжалуемого определения суда первой инстанции в порядке главы 34 АПК РФ, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для его отмены.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Отношения, связанные с банкротством граждан, регулируются главой X Закона о банкротстве, а в случае отсутствия в ней каких-либо положений - главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI указанного Закона (п. 1 ст. 213.1 Закона о банкротстве).

Из материалов дела следует, реестр требований кредиторов должника сформирован в общем размере 242 436,62 руб., кредиторы первой и второй очередей отсутствуют, в третью очередь реестра требований кредиторов должника включены требования одного кредитора ПАО «Совкомбанк» в размере 242 436,62 руб. (232 226,96 руб. основной долг, 10 209,66 руб. неустойка), требования, подлежащие удовлетворению за счет имущества должника, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, составили 41 860 руб. (ООО МК «Аванс»).

Требования кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, в процедуре реализации не погашались.

Расходы на проведение процедуры реализации имущества должника составили 16 007,79 руб., погашены в полном объеме.

Должник получает пенсию по старости в размере 23 825,07 руб. ежемесячно, иных источников дохода не имеет.

Согласно документам, имеющимся в деле, должник не состоит в браке, иждивенцев нет.

В ходе процедуры реализации имущества должника выявлено наличие недвижимого имущества: квартира по адресу: <...>, защищенная исполнительским иммунитетом, как единственное пригодное для проживания жилое помещение.

Финансовым управляющим проведен анализ финансового состояния, по результатам которого сделан вывод о том, что должник является неплатежеспособным и не в состоянии погасить имеющеюся кредиторскую задолженность.

Признаки фиктивного (преднамеренного) банкротства в отношении ФИО2 отсутствуют.

Сделки по продаже имущества, транспортных средств, не соответствующие законодательству и (или) причинившие ущерб должнику, в анализируемом периоде не выявлены. Сделки, подлежащие оспариванию, отсутствуют.

Имущество и денежные средства, подлежащие включению в конкурсную массу, не выявлены, источники пополнения конкурсной массы отсутствуют, кредиторская задолженность не погашена.

Доказательства, свидетельствующие о возможности обнаружения иного имущества должника и формирования конкурсной массы, не представлены.

Доказательств наличия исключительных обстоятельств, являющихся основанием для продления срока реализации имущества гражданина, не представлено.

Согласно статье 213.28 Закона о банкротстве по итогам рассмотрения отчета о результатах реализации имущества гражданина арбитражный суд выносит определение о завершении реализации имущества гражданина.

Поскольку пополнение конкурсной массы должника являлось невозможным, суд первой инстанции обоснованно признал, что финансовым управляющим проведены все мероприятия, предусмотренные процедурой реализации имущества гражданина, и завершил эту процедуру в отношении должника на основании статьи 213.28 Закона о банкротстве.

Доводы Банка о преждевременности завершения процедуры реализации имущества должника документально не подтверждены, кредитором не приведены факты о необходимости проведения конкретных мероприятий для целей пополнения конкурсной массы, в связи с чем отклоняются апелляционным судом как необоснованные.

Ссылок на то, что имеются непроанализированные сделки должника, а также указание на основания их оспаривания, обнаружены источники пополнения конкурсной массы, доводы апелляционной жалобы не содержат.

Учитывая совокупность представленных доказательств и установленных обстоятельств на основании статьи 71 АПК РФ, судом апелляционной инстанции по материалам дела не установлено обстоятельств необходимости продления процедуры реализации имущества должника, в связи с чем завершение процедуры реализации имущества гражданина ФИО2 правомерно.

В отношении не применения правил об освобождении обязательств суд первой инстанции пришел к выводу, что оснований для применения в отношении пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве не имеется.

В силу пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении процедур банкротства.

По общему правилу, обычным способом прекращения гражданско-правовых обязательств является их надлежащее исполнение (пункт 1 статьи 408 ГК РФ).

Институт банкротства граждан предусматривает иной - экстраординарный механизм освобождения лиц, попавших в тяжелое финансовое положение, от погашения требований кредиторов, - списание долгов. Целью института потребительского банкротства является социальная реабилитация гражданина - предоставление ему возможности заново выстроить экономические отношения, законно избавившись от необходимости отвечать по старым обязательствам, чем в определенной степени ущемляются права кредиторов, рассчитывавших на получение причитающегося им. Вследствие этого к гражданину-должнику законодателем предъявляются повышенные требования в части добросовестности.

Предусмотренные Законом о банкротстве условия, препятствующие освобождению гражданина от дальнейшего исполнения обязательств (пункты 4, 5, 6 статьи 213.28 Закона о банкротстве), все без исключения связаны с наличием в поведении должника той или иной формы недобросовестности.

По смыслу пунктов 1 и 2 статьи 10 ГК РФ для признания действий какого-либо лица злоупотреблением правом суд должен установить, что умысел такого лица был направлен на заведомо недобросовестное осуществление прав, единственной его целью было причинение вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей).

Отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами (сокрытие своего имущества, воспрепятствование деятельности финансового управляющего и т.д.).

Процедура банкротства не предназначена для необоснованного ухода от ответственности и прекращения долговых обязательств, а судебный контроль над этой процедурой помимо прочего не позволяет ее использовать с противоправными целями и защищает кредиторов от фиктивных банкротств. Законодательство о банкротстве устанавливает стандарт добросовестности, позволяя освободиться от долгов только честному гражданину-должнику, неумышленно попавшему в затруднительное финансово-экономическое положение, открытому для сотрудничества с финансовым управляющим,

судом и кредиторами и оказывающему им активное содействие в проверке его имущественной состоятельности и соразмерном удовлетворении требований кредиторов.

Как разъяснено в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление № 25), оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Как разъяснено в пунктах 45, 46 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 45 от 13.10.2015 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан», согласно абзацу четвертому пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение должника от обязательств не допускается, если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве должника, последний действовал незаконно, в том числе совершил действия, указанные в этом абзаце. Соответствующие обстоятельства могут быть установлены в рамках любого судебного процесса (обособленного спора) по делу о банкротстве должника, а также в иных делах.

Из приведенных норм права и разъяснений следует, что отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами (сокрытие своего имущества, воспрепятствование деятельности финансового управляющего и т.д.).

Положения пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве направлены на недопустимость использования механизма освобождения гражданина от обязательства в случаях, когда при возникновении или исполнении обязательства имело место поведение, не согласующееся с требованиями статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которым при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно, никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

С учетом изложенного отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами.

ПАО «Совкомбанк» представило письменные возражения против освобождения должника от обязательств.

Банк приводит доводы о представлении должником недостоверных сведений о размере ежемесячного дохода (50 000 руб.) при получении кредита; в течение непродолжительного времени должник принимает целый ряд обязательств перед различными кредитными организациями (на общую сумму 345 853,55 руб.), и через два месяца обращается в суд с заявлением о банкротстве; должник не намеревался исполнять обязательства; такое поведение должника является недобросовестным, невозможно установить цели принятия должником кредитных обязательств, направления расходования денежных средств полученных от кредитора и причины ухудшения его финансового положения, не раскрыты меры, принимаемые должником к погашению задолженности.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенную в определении от 25.01.2018 № 310-ЭС17-14013, институт банкротства граждан иной - экстраординарный - механизм освобождения лиц, попавших в тяжелое финансовое положение, от погашения требований кредиторов, - списание долгов. При этом целью института потребительского банкротства является социальная реабилитации гражданина - предоставление ему возможности заново выстроить экономические отношения, законно избавившись от необходимости отвечать по старым обязательствам, чем в определенной степени ущемляются права кредиторов, рассчитывавших на получение причитающегося им. Вследствие этого к гражданину-должнику законодателем предъявляются повышенные требования в части добросовестности, подразумевающие помимо прочего честное сотрудничество с финансовым управляющим и кредиторами, открытое взаимодействие с судом. Указанная правовая позиция приведена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 25.01.2018 № 310-ЭС17-14013.

При этом банкротство граждан, по смыслу Закона о банкротстве, является механизмом нахождения компромисса между должником, обязанным и стремящимся исполнять свои обязательства, но испытывающим в этом объективные затруднения, и его кредиторами, а не способом для недобросовестного избавления от накопленных долгов.

Разрешение вопроса о наличии либо отсутствии обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, зависит от добросовестности должника.

Согласно разъяснениям пункта 59 Обзора судебной практики по делам о банкротстве граждан (утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 18.06.25) неполнота или противоречивость представленных кредитору при возникновении обязательства сведений сами по себе в отсутствие заведомой незаконности поведения должника не являются основанием для отказа в освобождении от долгов.

При оценке поведения должника необходимо исследовать, намеревался ли он представить кредитной организации заведомо ложные и (или) недостоверные сведения с целью безвозмездного обращения денежных средств в свою пользу или в пользу третьих лиц.

При наличии сомнений в платежеспособности клиента банк не был лишен права самостоятельно запросить официальную информацию о размере заработной платы, иные документы, либо отказать в выдаче кредита, либо предусмотреть гарантированные способы обеспечения по возврату выданных денежных средств.

К гражданину-должнику законодателем предъявляются повышенные требования в части добросовестности, подразумевающие помимо прочего честное сотрудничество с финансовым управляющим и кредиторами, открытое взаимодействие с судом (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 25.01.2018 № 310-ЭС17-14013; от 03.06.2019 № 305-ЭС18-26429).

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 28.04.2018 № 305-ЭС17-13146(2) в том случае, если будет установлено, что нарушение, заключающееся в нераскрытии необходимой информации, являлось малозначительным либо совершено вследствие добросовестного заблуждения гражданина-должника, суд вправе отказать в применении положений абзаца третьего пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве.

Должник в пояснениях со ссылкой на кредитный отчет ОКБ от 30.07.2024 указывал, что им было погашено другое, ранее принятое на себя обязательство, перед ПАО «Совкомбанк», а также денежные средства были потрачены на покупку еду, одежды и помощь внукам.

Суд апелляционной инстанции принимает во внимание то, что банки, являясь профессиональными участниками кредитного рынка, имеют широкие возможности для оценки кредитоспособности гражданина, в том числе посредством разработки стандартных форм кредитных анкет-заявок для заполнения их потенциальным заемщиком на стадии обращения в кредитную организацию с указанием сведений о его имущественном и социальном положении, ликвидности предлагаемого обеспечения и т.п., а также проверки предоставленного им необходимого для получения кредита пакета

документов. Одновременно банки вправе запрашивать информацию о кредитной истории обратившегося к ним лица на основании Федерального закона № 218-ФЗ от 30.12.04 «О кредитных историях» в соответствующих бюро. По результатам проверок в каждом конкретном случае кредитная организация принимает решение по вопросу о выдаче денежных средств. В случае положительного решения о выдаче кредита, основанного на достоверной информации, предоставленной гражданином, последующая ссылка банка на неразумные действия заемщика, взявшего на себя чрезмерные обязательства в отсутствие соответствующего источника погашения кредита, не может быть принята во внимание для целей применения положений пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве.

Исходя из изложенного, принимая во внимание, что, проявляя должную заботу и осмотрительность, кредитные учреждения перед предоставлением заемных денежных средств самостоятельно осуществляют проверку финансового состояния заемщика, оценивая свои возможности и предполагаемые риски, перекладывание банком указанных обязанностей на должника, не может быть вменено должнику в качестве противоправного поведения, влекущего отказ в освобождения последнего от долгов.

Аналогичный правовой поход изложен в пункте 24 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2019), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.11.2019.

В рассматриваемом случае, признаков недобросовестного поведения или злостного уклонения от исполнения обязательства перед Банком на стороне должника не установлено.

По материалам дела не усматривается, что должник скрывал необходимую информацию либо предоставляли недостоверные сведения, касающиеся осуществления мероприятий процедуры.

Доказательства сокрытия должником дохода и сведений о своем трудоустройстве отсутствуют.

Доказательств того, что должник действовал незаконно, привлечен к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве, кредитором в порядке статьи 65 АПК РФ не представлено.

Признаки преднамеренного и/или фиктивного банкротства в процедуре реализации имущества ФИО2 так же не выявлены.

Доказательств иного, суду не представлено.

Несообщение ФИО2 о намерении обратиться в иные кредитные учреждения не может быть квалифицировано в качестве предоставления заведомо ложных сведений; кредитором не обосновано, что сообщение должником указанных сведений

привело бы к отказу в выдаче кредита; доказательств принятия кредитором мер для проверки платежеспособности должника (в том числе запрос интересующей информации) не представлено; должник не совершал умышленных противоправных действий в отношении возражающего кредитора и иного не доказано.

Предоставляя кредитные средства, ПАО «Совкомбанк» очевидно было осведомлено о наличии у ФИО2 ранее заключенного с ним кредитного договора, мог проверить размер реального дохода должника, следовательно, самостоятельно могло оценить риски выдачи нового кредита.

Неисполнение принятых на себя обязательств в отсутствие доказательств предоставления заведомо недостоверных сведений может указывать лишь на неверную оценку финансовых возможностей должника как со стороны кредитных организаций, так и со стороны самого гражданина.

При этом принятие на себя непосильных долговых обязательств, ввиду необъективной оценки собственных финансовых возможностей и жизненных обстоятельств не может являться основанием для неосвобождения от долгов. В отличие от недобросовестности, неразумность поведения физического лица сама по себе таким препятствием не является.

Само по себе непредставление достоверной (документально подтвержденной) информации о размере дохода (с учетом очевидности пенсионного возраста должника) в данном случае не свидетельствует о злоупотреблении должником своими правами с целью получения выгод путем обмана кредитора.

Аналогичная позиция изложена в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 28.01.2025 № 301-ЭС24-13995.

Таким образом, в рассматриваемом случае в деле отсутствуют доказательства противоправного поведения должника при принятии на себя обязательств перед ПАО «Совкомбанк».

Утверждение Банка о том, что ФИО2 предпочла списать долги путем прохождения процедуры банкротства, а не рассчитаться по своим обязательствам, не принимается апелляционным судом, поскольку не учитывает невозможности исполнения должником принятых на себя обязательств по причине просчетов, связанных с финансовым планированием и ожиданиями приступить к выполнению трудовой функции по воле работодателя (ТРЦ «Променад-1); материалами дела не подтверждается, что должник могла знать о возможности лишения будущего дохода от трудовой деятельности.

По мнению апелляционного суда, в материалах дела отсутствуют доказательства, объективно свидетельствующие о злоупотреблении должником своими правами и ином заведомо недобросовестном поведении в ущерб возражающему кредитору.

Доказательств того, что именно должником в целях получения кредита у ПАО «Совкомбанк» представлена недостоверная информация либо он заведомо не собирался его погашать, в материалах дела не имеется.

При этом, 30.07.2024 ФИО2 было погашено другое обязательство, перед данным кредитором ПАО «Совкомбанк»: 20.06.2024 должнику переданы денежные средства в размере 100 000 рублей под 37,146%, дата фактического прекращения обязательства – 30.07.2024.

При изложенных обстоятельствах апелляционный суд приходит к выводу об отсутствии доказательств наличия совокупности условий для неприменения в отношении ФИО2 правила об освобождении от исполнения обязательств перед ПАО «Совкомбанк».

Апелляционный суд отмечает, что основную цель потребительского банкротства представляет социальная реабилитация добросовестного гражданина, предоставление ему возможности заново выстроить экономические отношения, законно избавившись от необходимости отвечать по старым, непосильным для него обязательствам, чем всегда ущемляются права кредиторов, рассчитывавших на получение причитающегося им в полном объеме.

Тот факт, что цель процедуры банкротства, под которой понимается наиболее полное погашение требований кредиторов, достигнута не была, сам по себе не свидетельствует об отсутствии оснований для применения к ФИО2 правила об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств перед ПАО «Совкомбанк».

Таким образом, суд первой инстанции пришел к правильному выводу об отсутствии оснований для неосвобождения должника от имеющихся обязательств.

При изложенных обстоятельствах, суд апелляционной инстанции считает, что доводы жалобы не опровергают выводов суда первой инстанции, а выражают несогласие с ними, что не является основанием для отмены оспариваемого судебного акта.

Следовательно, определение арбитражного суда первой инстанции отмене на основании статьи 270 АПК РФ, а апелляционная жалоба - удовлетворению не подлежат.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта в соответствии с частью 4 статьи 270 АПК РФ Федерации, не установлено.

Судебные расходы распределяются согласно статье 110 АПК РФ и относятся на апеллянта.

Постановление, выполненное в форме электронного документа, подписанное усиленными квалифицированными электронными подписями судей, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».

Руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд

постановил:

определение от 19.08.2025 Арбитражного суда Кемеровской области по делу № А27-19115/2024 оставить без изменения, апелляционную жалобу публичного акционерного общества «Совкомбанк» – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления в законную силу путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Кемеровской области.

Председательствующий Е.В. Фаст

Судьи А.Ю. Сбитнев

ФИО1