Постановление от 23 января 2019 г. по делу № А43-25279/2017

г. Владимир

Дело № А43?25279/2017

23 января 2019 года


Резолютивная часть постановления объявлена 16.01.2019.

В полном объеме
постановление изготовлено 23.01.2019.


Первый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Кириловой Е.А.,

судей Протасова Ю.В., Рубис Е.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего Нижегородской городской организации «Российский союз ветеранов Афганистана» ФИО2 на определение Арбитражного суда Нижегородской области

от 01.10.2018 по делу № А43?25279/2017,

принятое судьей Рокуновой Е.С.,

по заявлению конкурсного управляющего Нижегородской городской организации «Российский союз ветеранов Афганистана» (ИНН <***>, ОГРН <***>) ФИО2 о привлечении солидарно бывшего руководителя должника ФИО3 к субсидиарной ответственности,


в отсутствие представителей,



у с т а н о в и л:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) Нижегородской городской организации Нижегородской областной организации Общероссийской общественной организации «Российский союз ветеранов Афганистана» (далее – НГО «РСВА», должник) конкурсный управляющий должника ФИО2 обратился в Арбитражный суд Нижегородской области с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), о привлечении бывшего руководителя должника ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника и взыскании с него в конкурсную массу НГО «РСВА» 6 112 076 руб. 08 коп.

Определением от 01.10.2018 суд отказал в удовлетворении заявленных требований.

Выводы суда основаны на статьях 2, 9, 61.10, 61.11, 61.12, 61.14 Федерального закона от 26.10.2002 № 266?ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), пунктах 18, 24, 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве».

Не согласившись с принятым судебным актом, конкурсный управляющий должника ФИО2 обратился в Первый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение суда от 01.10.2018 и принять по делу новый судебный акт.

В обоснование своих возражений заявитель жалобы указал на недоказанность бывшим руководителем должника того, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такою результата, выполняя экономически обоснованный план. Так, будучи руководителем НГО «РСВА» в период с 26.06.2009 по 13.09.2017 ФИО3 не мог не знать об использовании должником земельного участка и о том, что фактически задолженность НГО «РСВА» перед Министерством имущественных и земельных отношений была подтверждена решением Арбитражного суда Нижегородской области от 05.06.2012 по делу № А43?9919/2012, вступившим в законную силу 19.09.2012. После этого момента никаких мер, направленных на погашение задолженности, со стороны ФИО3 предпринято не было, кредиторская задолженность НГО «РСВА» продолжала увеличиваться. Кроме того, согласно заключению от 01.02.2018 дата возникновения неплатежеспособности НГО «РСВА» определена 16.03.2009. Заявитель жалобы обращает внимание, что непередача бывшим руководителем должника бухгалтерской документации, в том числе документации, касающейся отчуждения имущества, конкурсному управляющему препятствует формированию конкурсной массы и влечет за собой невозможность удовлетворения требований кредиторов. Доказательств исполнения бывшим руководителем должника обязанности по сбору, составлению, ведению и хранению документов НГО «РСВА» и их передаче конкурсному управляющему в полном объеме в материалы дела не представлено.

Подробно доводы конкурсного управляющего должника ФИО2 изложены в апелляционной жалобе от 15.10.2018 № 47.

От конкурсного управляющего ФИО2 06.11.2018 поступил отказ от апелляционной жалобы от 02.11.2018 № 48.

Определениями от 21.11.2018, 12.12.2018 Первый арбитражный апелляционный суд предлагал конкурсному управляющему НГО «РСВА» ФИО2 представить в материалы дела согласие всех кредиторов должника на принятие отказа от апелляционной жалобы и, как следствие, прекращение производства по ней.

В ходатайстве от 14.01.2018 № 52 конкурсный управляющий ФИО2 сообщил суду, что кредиторы должника не давали согласие на отказ от апелляционной жалобы, поданной на определение Арбитражного суда Нижегородской области от 01.10.2018 по делу № А43-25279/2017.

При изложенных обстоятельствах, а также руководствуясь статьями 49, 150, 265 АПК РФ, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что обжалуемым судебным актом могут быть затронуты права и законные интересы, в том числе кредиторов должника, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для принятия ходатайства конкурсного управляющего ФИО2 об отказе от апелляционной жалобы и, как следствие, прекращения производства по ней. Таким образом, апелляционная жалоба рассматривается по существу.

ФИО3 в отзыве от 20.11.2018 указал на отсутствие оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

Иные лица, участвующие в деле, отзывы на апелляционную жалобу не представили; надлежащим образом извещенные о дате, времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили. Апелляционная жалоба рассмотрена в порядке статей 123, 156 АПК РФ в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о дате, времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Первого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.1aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным в статье 121 АПК РФ.

Законность и обоснованность судебного акта, правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в соответствии со статьями 257 – 262, 265, 266, 270, 272 АПК РФ в пределах доводов апелляционной жалобы.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве, части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Повторно оценив имеющиеся в материалах дела доказательства, изучив доводы апелляционной жалобы и отзыва на нее, Первый арбитражный апелляционный суд пришел к следующим выводам.

Согласно материалам дела НГО «РСВА» зарегистрировано и включено в Единый государственный реестр юридических лиц 29.11.1999; основной государственный регистрационный номер <***>.

ФИО3 с 26.06.2009 осуществлял функции председателя правления должника, что подтверждается записью № 2095200028284, содержащейся в ЕГРЮЛ в отношении НГО «РСВА».

Решением от 13.09.2017 Арбитражный суд Нижегородской области признал НГО «РСВА» несостоятельным (банкротом); ввел в отношении его имущества процедуру конкурсного производства; утвердил конкурсным управляющим должника ФИО2

Сведения о введении процедуры конкурсного производства опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 23.09.2017 № 177.

Конкурсный управляющий должника ФИО2 в порядке подпункта 4 пункта 2 статьи 61.11, подпункта 5 пункта 2 статьи 61.11, пункта 1 статьи 61.12 обратился с заявлением о привлечении бывшего руководителя НГО «РСВА» ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, указав на непередачу руководителем должника конкурному управляющему бухгалтерской и иной документации, что повлекло невозможность формирования конкурсной массы и удовлетворения требований кредиторов, а также на невыполнение руководителем должника обязанности по подаче заявления о признании должника банкротом в арбитражный суд.

В соответствии с пунктом 5 статьи 129 Закона о банкротстве при наличии оснований, установленных федеральным законом, конкурсный управляющий предъявляет требования к третьим лицам, которые в соответствии с федеральным законом несут субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Согласно пункту 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266?ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее – Закон № 266-ФЗ) рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции Закона № 266-ФЗ).

Заявления конкурсного управляющего о привлечении бывших директоров должника к субсидиарной ответственности поданы в Арбитражный суд Нижегородской области после 01.07.2017.

Таким образом, суд первой инстанции установил, что процессуальный порядок рассмотрения заявления конкурсного управляющего производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

В силу пункта 1 статьи 61.16 Закона о банкротстве заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным настоящей главой, подлежат рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Федеральным законом.

Правом на подачу заявления о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 и 61.13 настоящего Федерального закона, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, от имени должника обладают арбитражный управляющий по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, конкурсные кредиторы, представитель работников должника, работники или бывшие работники должника, перед которыми у должника имеется задолженность, или уполномоченные органы (пункт 1 статьи 61.14 Закона о банкротстве).

На основании пунктов 1, 4, 5 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника;

3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Арбитражный суд может признать лицо контролирующим должника лицом по иным основаниям.

В соответствии со статьей 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:

1) причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

2) документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы;

3) требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов;

4) документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены;

5) на дату возбуждения дела о банкротстве не внесены подлежащие обязательному внесению в соответствии с федеральным законом сведения либо внесены недостоверные сведения о юридическом лице:

в единый государственный реестр юридических лиц на основании представленных таким юридическим лицом документов;

в Единый федеральный реестр сведений о фактах деятельности юридических лиц в части сведений, обязанность по внесению которых возложена на юридическое лицо.

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого невозможно полностью погасить требования кредиторов, не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в невозможности полного погашения требований кредиторов отсутствует.

Такое лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, если оно действовало согласно обычным условиям гражданского оборота, добросовестно и разумно в интересах должника, его учредителей (участников), не нарушая при этом имущественные права кредиторов, и если докажет, что его действия совершены для предотвращения еще большего ущерба интересам кредиторов.

Размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

Контролирующее должника лицо несет субсидиарную ответственность по правилам настоящей статьи также в случае, если:

1) невозможность погашения требований кредиторов наступила вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, однако производство по делу о банкротстве прекращено в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, или заявление уполномоченного органа о признании должника банкротом возвращено;

2) должник стал отвечать признакам неплатежеспособности не вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, однако после этого оно совершило действия и (или) бездействие, существенно ухудшившие финансовое положение должника.

В пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» разъяснено, что применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также:

невозможность определения основных активов должника и их идентификации;

невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы;

невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

К руководителю должника не могут быть применены презумпции, установленные подпунктами 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если необходимая документация (информация) передана им арбитражному управляющему в ходе рассмотрения судом заявления о привлечении к субсидиарной ответственности. Такая передача документации (информации) не исключает возможность привлечения руководителя к ответственности в виде возмещения убытков, вызванных просрочкой исполнения обязанности, или к субсидиарной ответственности по иным основаниям.

Контролирующее должника лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в случае, когда его действия (бездействие), повлекшие негативные последствия на стороне должника, не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов (пункт 3 статьи 1 ГК РФ, абзац 2 пункта 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве) (пункт 18 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»).

В рамках настоящего спора конкурсный управляющий не отрицает факт передачи ему ФИО3 учредительных документов и печати НГО «РСВА», однако указывает на непередачу ему бухгалтерской и иной документации, материальных и иных ценностей должника.

В свою очередь ФИО3 утверждает, что иная документация и материальные ценности у него отсутствуют в связи с тем, что организация не является коммерческой, дебиторов, кредиторов фактически не имеет. Материальных ценностей также не имеет.

На основании части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В нарушение указанной нормы в материалы дела не представлено документальное подтверждение обращения конкурсного управляющего к ФИО3 с целью получения необходимой бухгалтерской и иной документации, материальных ценностей; не доказана невозможность получения указанных документов самостоятельно в рамках осуществления полномочий конкурсного управляющего; меры по истребованию документов у руководителя должника конкурсным управляющим не предпринимались; решение суда об истребовании у бывшего руководителя документации для передачи конкурсному управляющему отсутствует. Также не имеется доказательств того, что ФИО3 уклонялся от добровольного исполнения обязанности передать документы конкурсному управляющему, что привело к невозможности формирования конкурсной массы и воспрепятствованию проведения процедуры банкротства должника; что ФИО3 ненадлежащим образом исполнял обязанности по ведению по ведению и хранению документации должника.

На основании изложенного, а также полно и всесторонне исследовав и оценив все представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ, установив отсутствие доказательств того, что у НГО «РСВА» имелось имущество, стоимость которого позволяла погасить всю имеющуюся кредиторскую задолженность (требования, включенные в реестр и текущую задолженность) и исключительно отсутствие документации привело к невозможности удовлетворения должником требований кредиторов на заявленную сумму, суд первой инстанции пришел к правильному и обоснованному выводу об отсутствии всей совокупности условий, необходимых для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности.

Согласно подпункту 5 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица в случае, если на дату возбуждения дела о банкротстве не внесены подлежащие обязательному внесению в соответствии с федеральным законом сведения, либо внесены недостоверные сведения о юридическом лице.

В пункте 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» разъяснено, что согласно взаимосвязанным положениям подпункта 5 пункта 2, пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве в ходе рассмотрения вопроса о применении презумпции, касающейся невнесения информации в единый государственный реестр юридических лиц или единый федеральный реестр сведений о фактах деятельности юридических лиц (либо внесения в эти реестры недостоверной информации), заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие соответствующей информации (либо наличие в реестре недостоверной информации) повлияло на проведение процедур банкротства. Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, в частности, что выявленные недостатки не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства.

Рассмотрев требование конкурсного управляющего о том, что НГО «РСВА» стало отвечать признакам неплатежеспособности с 16.03.2009 в связи с прекращением исполнения обязательств перед Министерством имущественных и земельных отношений, однако ФИО3 не опубликовал сообщение о наличии признаков банкротства и неплатежеспособности в Единый федеральный реестр сведений о фактах деятельности юридических лиц, суд первой инстанции установил, что в обоснование своей позиции управляющий сослался на то, что НГО «РСВА» приняло земельный участок по акту приема-передачи с 01.04.2002. Являясь председателем правления ФИО3 знал об использовании должником земельного участка и обязанности внесения арендной платы.

В свою очередь ФИО3 пояснил, что земельный участок фактически не использовался, поскольку для осуществления деятельности должника этого не требовалось, никаких объектов на указанном участке не располагалось. Договор аренды не заключался.

Материалами дела подтверждено, что Министерство имущественных и земельных отношений с требованиями по взысканию арендной платы обратилось лишь в 2012 году, решением Арбитражного суда Нижегородской области от 05.06.2012 по делу «№ А43-9919/2012 взыскано неосновательное обогащение за фактическое землепользование в отсутствие договора аренды. Указанные требования включены в реестр требований кредиторов должника. Фактически указанная задолженность явилась основанием для банкротства должника.

Исследовав и оценив обстоятельства дела в данной части по правилам статьи 71 АПК РФ, установив, что отсутствие соответствующей информации (либо наличие в реестре недостоверной информации) не повлияло на проведение процедуры банкротства в отношении должника, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что несостоятельность (банкротство) НГО «РСВА» не вызвана действиями ФИО3

При этом конкурсный управляющий не представил каких-либо доказательств того, что невнесение указанных сведений в Единый федеральный реестр сведений о фактах деятельности юридических лиц привело к возникновению негативных последствий для процедуры банкротства и затруднило проведение процедуры банкротства.

В соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве неплатежеспособность – прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Юридическое лицо считается неспособным удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам, о выплате выходных пособий и (или) об оплате труда лиц, работающих или работавших по трудовому договору, и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, если соответствующие обязательства и (или) обязанность не исполнены им в течение трех месяцев с даты, когда они должны были быть исполнены (пункт 2 статьи 3 Закона о банкротстве).

Согласно пунктам 1, 2 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

органом, уполномоченным собственником имущества должника – унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;

имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством;

настоящим Федеральным законом предусмотрены иные случаи.

Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

В силу статьи 10 Закона о банкротстве в случае нарушения руководителем должника или учредителем (участником) должника, собственником имущества должника – унитарного предприятия, членами органов управления должника, членами ликвидационной комиссии (ликвидатором), гражданином-должником положений настоящего Федерального закона указанные лица обязаны возместить убытки, причиненные в результате такого нарушения.

Нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 настоящего Федерального закона.

Обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

На основании пунктов 1, 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве, неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 Закона о банкротстве, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых Законом о банкротстве возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

Размер субсидиарной ответственности руководителя равен совокупному размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших в период со дня истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, и до дня возбуждения дела о банкротстве.

По общему правилу, при определении размера субсидиарной ответственности руководителя не учитываются обязательства перед кредиторами, которые в момент возникновения обязательств знали или должны были знать о том, что на стороне руководителя должника уже возникла обязанность по подаче заявления о банкротстве.

Контролирующее должника лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в случае, когда его действия (бездействие), повлекшие негативные последствия на стороне должника, не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов (пункт 3 статьи 1 ГК РФ, абзац 2 пункта 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве). При рассмотрении споров о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности данным правилом о защите делового решения следует руководствоваться с учетом сложившейся практики его применения в корпоративных отношениях, если иное не вытекает из существа законодательного регулирования в сфере несостоятельности.

Доказывая отсутствие оснований привлечения к субсидиарной ответственности, в том числе при опровержении установленных законом презумпций (пункт 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), контролирующее лицо вправе ссылаться на то, что банкротство обусловлено исключительно внешними факторами (неблагоприятной рыночной конъюнктурой, финансовым кризисом, существенным изменением условий ведения бизнеса, авариями, стихийными бедствиями, иными событиями и т.п.).

В обоснование заявленных требований конкурсный управляющий ссылается на решение от 05.06.2012 по делу № А43-9919/2012, которым взысканы арендные платежи за период с 16.03.2009 по 29.02.2012, таким образом, конкурсный управляющий делает вывод, что с 16.03.2009 должник обладал признаками неплатежеспособности, поскольку не производил плату за пользование земельным участком.

Так, решением от 05.06.2012 по делу № А43-9919/2012 договор аренды земельного участка от 01.04.2002 №07855/04 признан незаключенным в связи с отсутствием его государственной регистрации, однако пользование землей не может быть безвозмездным и поэтому суд взыскал плату за пользование земельным участком в качестве неосновательного обогащения. Стоимость землепользования была определена судом непосредственно в судебном решении от 05.06.2012 по делу № А43-9919/2012 на основании нормативных актов Администрации г. Нижнего Новгорода, но не основании условий договора аренды.

Судебное решение от 05.06.2012 по делу №А43-9919/2012 стало преюдициальным по отношению ко всем последующим решениям суда о взыскании задолженности с должника в пользу Министерства. Во всех последующих решениях задолженность взыскана как неосновательное обогащение.

Фактически задолженность НГО «РСВА» перед Министерством и размер этой задолженности были подтверждены судебным решением от 05.06.2012 по делу № А43-9919/2012, вступившим в законную силу 19.09.2012.

В этой связи необходимо отметить, что факт неоплаты должником арендных платежей в предшествующие судебному решению годы (в частности, с 16.03.2009) не может являться однозначным признаком неплатежеспособности или неспособности удовлетворить требования кредиторов.

Финансовый анализ состояния должника по состоянию на март 2009 года конкурсным управляющим не проведен им лишь констатируется неисполнение должником арендных платежей перед Министерством с 16.03.2009, следовательно, суд первой инстанции верно указал на отсутствие сведений о дате возникновения признаков несостоятельности у должника, которая является отправной точкой для отсчета даты возникновения обязанности руководителя должника подать заявления о банкротстве.

При этом суд первой инстанции обоснованно отметил, что ответственность по статье 61.12 Закона о банкротстве является ответственностью перед конкретными кредиторами, которых должник ввел в заблуждение, вступив с ними в правоотношения и не раскрыв перед ними своей неспособности исполнить обязательство в полном объеме.

В рассматриваемом случае, конкурсный управляющий не приводит доказательств, что НГО «РСВА» каким-либо образом ввело Министерство в заблуждение, вступив с ним в правоотношения при наличии признаков банкротства.

Тот факт, что Министерство продолжало взыскивать задолженность за пользование земельным участком (последнее судебное решение по делу № А43-7888/2017 от 22.05.2017), и задолженность перед Министерством увеличивалась, не может быть расценено в качестве возникновения новых обязательств перед новыми кредиторами, введенными в заблуждение относительно платежеспособности должника и отнесено к последствиям неподачи ФИО3 заявления о банкротстве.

В силу пункта 3 ст. 61.12 Закона о банкротстве в размер ответственности в соответствии с настоящей статьей не включаются обязательства, до возникновения которых конкурсный кредитор знал или должен был знать о том, что имели место основания для возникновения обязанности, предусмотренной статьей 9 настоящего Федерального закона, за исключением требований об уплате обязательных платежей и требований, возникших из договоров, заключение которых являлось обязательным для контрагента должника.

Задолженность за пользование земельным участком была взыскана Министерством только в 2012 году, в то время как земельный участок был передан в апреле 2002 года. После получения судебного решения о взыскании платы за пользование землей Министерство не потребовало вернуть земельный участок, а с заявлением о признании НГО «РСВА» банкротом обратилось только 31.07.2017.

Также не может являться основанием для привлечения к субсидиарной ответственности руководителя по статье 61.12 Закона о банкротстве задолженность перед Банком СОЮЗ (АО) за обслуживание расчетного счета должника, так как правоотношения должника и Банка начались 08.07.2004 с момента заключения договора банковского счета.

Доказательств введения должником названного кредитора в заблуждение путем представления неверной информации о своем финансовом положении по состоянию на 2004 год в материалах дела не имеется. При этом задолженность, включенная в реестр требований кредиторов за период с 01.01.2010 по 31.08.2017, не является вновь возникшими обязательствами перед новым кредитором.

Следовательно, правило о субсидиарной ответственности не может быть распространено на погашение задолженности перед Банком СОЮЗ (АО).

Вместе с тем из материалов дела следует, что состав и размер имущества должника оставался неизменным на протяжении длительного времени как до возбуждения процедуры банкротства, так и после ее возбуждения. Руководителем должника не предпринимались действия по выводу активов общества в ущерб интересам кредиторов.

Конкурсный управляющий не представил доказательств того, что в случае принятия ФИО3 решения об обращении в суд с заявлением о банкротстве должника и подачи такого заявления, задолженность по денежным обязательствам перед кредитором была бы погашена, доказательства наличия прямой причинно-следственной связи между бездействием руководителя некоммерческой организации и наступившими последствиями в виде невозможности погашения задолженности перед кредитором ввиду недостаточности конкурсной массы отсутствуют.

Таким образом, конкурсный управляющий не доказал факт того, что бездействие бывшего руководителя должника, выраженное в непередаче документов, неподаче заявления о признании должника банкротом, в невнесении сведений в установленные реестры, существенно повлияло на способность должника удовлетворить требования кредиторов.

Материалы дела не содержат доказательств неправомерного введения руководителем должника кредиторов в заблуждение относительно финансового состояния должника, как и доказательств совершения бывшим руководителем должника каких-либо виновных действий, которые прямо привели к невозможности удовлетворения требований кредиторов.

При этом обоснованно учтено, что НГО «РСВА» является некоммерческой организацией, что обуславливает специфику деятельности должника, выражающуюся в невозможности ведения полноценной предпринимательской деятельности.

На основании изложенного, а также полно и всесторонне исследовав и оценив все представленные в материалы дела доказательства в совокупности и взаимосвязи с установленными по делу фактическими обстоятельствами по правилам статьи 71 АПК РФ, суд первой инстанции пришел к правильному выводу об отсутствии всей совокупности условий, необходимых для привлечения бывшего руководителя НГО «РСВА» ФИО3 к субсидиарной ответственности.

Все доводы заявителя апелляционной жалобы об обратном судом апелляционной инстанции повторно проверены и подлежат отклонению как противоречащие материалам дела, установленным по делу фактическим обстоятельствам и не опровергающие законности принятого по делу судебного акта.

При этом все аргументы заявителя жалобы были предметом исследования в суде первой инстанции и получили надлежащую правовую оценку, которая подробно изложена в обжалуемом судебном акте по каждому доводу. В апелляционной жалобе заявитель по существу не указывает на конкретные нарушения, допущенные судом при вынесении обжалуемого судебного акта, а лишь выражает несогласие с оценкой судом представленных в дело доказательств.

Вместе с тем согласно правовой позиции Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, выраженной в постановлении от 23.04.2013 № 16549/2012, исходя из принципа правовой определенности, судом апелляционной инстанции не может быть отменено решение (определение) суда первой инстанции, основанное на полном и всестороннем исследовании обстоятельств дела, исключительно по мотиву несогласия с оценкой указанных обстоятельств, данной судом первой инстанции.

В ходе проверки законности и обоснованности принятого по делу решения коллегия судей не установила каких-либо нарушений со стороны суда первой инстанции и полностью согласилась с оценкой представленных в дело документов.

Судебный акт первой инстанции принят при полном выяснении обстоятельств, имеющих значение для дела, нормы процессуального и материального права применены судом верно, с учетом конкретных обстоятельств дела, содержащиеся в нем выводы не противоречат установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся доказательствам, судом первой инстанции не нарушено единообразие в толковании и применении норм права.

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно пункту 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

При таких обстоятельствах оснований для отмены судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Руководствуясь статьями 268, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Первый арбитражный апелляционный суд



ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Нижегородской области от 01.10.2018 по делу № А43?25279/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу конкурсного управляющего Нижегородской городской организации «Российский союз ветеранов Афганистана» ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго?Вятского округа в месячный срок со дня его принятия через Арбитражный суд Нижегородской области.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1 – 291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго?Вятского округа.



Председательствующий судья

Е.А. Кирилова

Судьи

Ю.В. Протасов


Е.А. Рубис