Постановление от 25 октября 2024 г. по делу № А41-89212/2022

ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, https://10aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-12432/2024, 10АП-12435/2024

Дело № А41-89212/22
25 октября 2024 года
г. Москва



Резолютивная часть постановления объявлена 17 октября 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме 25 октября 2024 года


Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Терешина А.В.,

судей: Муриной В.А., Мизяк В.П.,

при ведении протокола судебного заседания ФИО1,

при участии в заседании:

от ФИО2 - ФИО3, представитель по доверенности от 04.06.2024,

от ИП ФИО4 - ФИО5, представитель по доверенности от 01.04.2024;

от ФИО6 - ФИО7, ФИО8, представители по доверенности от 15.05.2024,

иные лица, участвующие в деле, не явились, извещены надлежащим образом,

рассмотрев в судебном заседании заявление ИП ФИО4 о признании недействительным брачного договора от 29.03.2022 №77/204-н/7-2022-2-553,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Московской области от 22.08.2023 должник ФИО2 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества с участием финансового управляющего ФИО9

Конкурсный кредитор ИП ФИО4 обратился в Арбитражный суд Московской области с заявлением о признании недействительным брачного договора от 29.03.2022 №77/204-н/7-2022-2-553 между должником и ФИО6.

Определением от 28.05.2024 Арбитражный суд Московской области признал недействительным брачный договор №77/204-н/7-2022-2-553 от 29.03.2022, заключенный между должником и ФИО6.

Не согласившись с принятым судебным актом, ООО «Майэль» и ФИО6 обратились в Десятый арбитражный апелляционный суд с жалобами, в которых просят определение Арбитражного суда Московской области от 28.05.2024 по делу № А41-89212/22 отменить, принять по делу новый судебный акт.

Апелляционной коллегией установлено, что ООО «Майэль» не было надлежащим образом извещено судом первой инстанции о времени и месте судебного заседания по рассмотрению заявления о признании недействительным брачного договора от 29.03.2022 №77/204-н/7-2022-2-553 между должником и ФИО6.

Определение Арбитражного суда Московской области от 03.04.2024 о принятии заявления к рассмотрению и назначении судебного заседания на 06.05.2024 ООО «Майэль» было получено 07.05.2024 (после судебного заседания), что подтверждается отчетом об отслеживании почтового отправления № 80402594027153.

В соответствии с пунктом 2 части 4 статьи 270 АПК РФ одним из безусловных оснований для отмены актов суда первой инстанции является рассмотрение дела в отсутствие кого-либо из участвующих в деле лиц, не извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания.

Надлежащее извещение лиц, участвующих в деле, а также иных участников арбитражного процесса о принятии искового заявления и возбуждении производства по делу, о месте и времени проведения судебного заседания или совершения отдельного процессуального действия является неотъемлемой частью права лица на справедливое судебное разбирательство. В связи с этим АПК РФ возлагает на арбитражный суд обязанность по надлежащему извещению участников процесса, нарушение которой рассматривается как безусловное основание для отмены судебного акта.

Определением от 25.07.2024 Десятый арбитражный апелляционный суд перешел к рассмотрению заявления ИП ФИО4 о признании недействительным брачного договора от 29.03.2022 №77/204-н/7-2022-2-553 между должником и ФИО6 в рамках дела № А41-89212/22 по правилам рассмотрения дел в суде первой инстанции.

Исследовав материалы дела и доводы заявления, заслушав представителей лиц, участвующих в судебном заседании, суд пришел к следущим выводам.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона N 127-ФЗ от 26.10.02 "О несостоятельности (банкротстве)" и частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Отношения, связанные с банкротством граждан, регулируются главой X Закона о банкротстве, а в случае отсутствия в ней каких-либо положений - главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI указанного Закона (п. 1 ст. 213.1 Закона о банкротстве).

Согласно пункту 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

Как следует из материалов дела, между ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, и ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, 29.03.2022 был заключен брачный договор, зарегистрированный в реестре за № 77/204-н/7-2022-2-553, удостоверенный нотариусом г. Москвы ФИО10, в соответствии с которым был изменен режим совместной собственности супругов.

Транспортные средства, приобретенные супругами во время брака, являются во время брака и в случае его расторжения собственностью того из супругов, на имя которого они оформлены:

Транспортное средство марки MERCEDES-BENZ GLE 350 D 4MATIC, идентификационный номер (VIN) <***>, год выпуска 2016, оформленный на имя гр. ФИО6, является в период брака и в случае его расторжения личной собственностью гр. ФИО6.

Транспортное средство марки МЕРСЕДЕС Е200 (MERCEDES E200), идентификационный номер (VIN) <***>, год выпуска 2012, оформленный на имя гр. ФИО2, является в период брака и в случае его расторжения личной собственностью гр. ФИО2.

Транспортное средство марки Тойота Ланд Крузер 200 (TOYOTA LAND CRUISER 200), идентификационный номер (VIN) <***>, год выпуска 2018, оформленный на имя гр. ФИО2, является в период брака и в случае его расторжения личной собственностью гр. ФИО2.

Любое недвижимое имущество и доли в нем, в том числе квартиры, машиноместа, иные жилые и нежилые помещения, здания, строения, прочее имущество, земельные участки, постройки на них, приобретенные супругами во время брака, являются в период брака и в случае его расторжения собственностью того из супругов, на имя которого они оформлены и зарегистрированы, за исключением случаев, установленных настоящим договором.

Супруги договорились о том, что:

- квартира, расположенная по адресу: Московская область, Одинцовский рн, городское поселение Заречье, рабочий <...>, кадастровый номер 50:20:0020202:9431, оформленная на имя гр. ФИО2, будет являться во время брака и в случае его расторжения личной собственностью гр. ФИО6;

- квартира, расположенная по адресу: Московская область, Одинцовский рн, городское поселение Заречье, рабочий <...>, кадастровый номер: 50:20:0020202:9432, оформленная на имя гр. ФИО2, будет являться во время брака и в случае его расторжения личной собственностью ФИО6.

Доля в имуществе и (или) доходах коммерческих организаций, имущественные и обязательственные права требования, возникающие из участия Супругов в юридических лицах, из вновь создаваемых одним из Супругов, в том числе,

- доля в размере 100% (сто процентов) в уставном капитале Общества с ограниченной ответственностью «Майэль», ОГРН <***>, ИНН <***>, оформленная на имя Супруги – гр. ФИО6, во время брака и в случае его расторжения принадлежат лично гр. ФИО6;

- доля в размере 10% (десять процентов) в уставном капитале Общества с ограниченной ответственностью «ИнвестПроект», ОГРН <***>, ИНН <***>, оформленная на имя Супруга – гр. ФИО2, во время брака и в случае его расторжения принадлежит лично гр. ФИО2.

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 63 от 23.12.10 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти.

В связи с этим по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться:

1) действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.);

2) банковские операции, в том числе списание банком денежных средств со счета клиента банка в счет погашения задолженности клиента перед банком или другими лицами (как безакцептное, так и на основании распоряжения клиента);

3) выплата заработной платы, в том числе премии;

4) брачный договор, соглашение о разделе общего имущества супругов;

5) уплата налогов, сборов и таможенных платежей как самим плательщиком, так и путем списания денежных средств со счета плательщика по поручению соответствующего государственного органа;

6) действия по исполнению судебного акта, в том числе определения об утверждении мирового соглашения;

7) перечисление взыскателю в исполнительном производстве денежных средств, вырученных от реализации имущества должника.

Согласно пункту 2 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 63 от 23.12.10 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" к сделкам, совершенным не должником, а другими лицами за счет должника, которые в силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве могут быть признаны недействительными по правилам главы III.1 этого Закона (в том числе на основании статей 61.2 или 61.3), могут, в частности, относиться:

1) сделанное кредитором должника заявление о зачете;

2) списание банком в безакцептном порядке денежных средств со счета клиента-должника в счет погашения задолженности клиента перед банком или перед другими лицами, в том числе на основании представленного взыскателем в банк исполнительного листа;

3) перечисление взыскателю в исполнительном производстве денежных средств, вырученных от реализации имущества должника или списанных со счета должника;

4) оставление за собой взыскателем в исполнительном производстве имущества должника или залогодержателем предмета залога.

Согласно заявлению конкурсного кредитора указанная сделка является недействительной на основании ст. 61.2 Закона о банкротстве и совершена с целью причинения вреда кредиторам.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 63 от 23.12.10 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В пункте 6 названного Постановления закреплено, что согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 7 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 63 от 23.12.10 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Заявление о признании должника несостоятельным (банкротом) принято к производству 26.12.2022 г., то есть указанный в п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве трехлетний срок начинает течь с 26.12.2019 г.

В качестве подтверждения факта неплатежеспособности на дату оспариваемой сделки, заявитель указал, что вступившим в законную силу решением Одинцовского городского суда Московской области от 16.05.2022 подтверждено наличие у должника перед ООО «СПЕЦНЕФТЕГАЗТРАНС» задолженности по договору займа № 4 в размере 7 000 000 рублей и по уплате государственной пошлины в размере 43 200 рублей.

Определением Арбитражного суда Московской области от 13.12.2023 по настоящему делу в реестр требований кредиторов должника включено требование ИП ФИО4 на сумму 15 000 000 рублей основного долга, 1 805 342,46 рублей неустойки, 181 589,04 рублей процентов за пользование денежными средствами, 293 424,66 рублей процентов за пользование денежными средствами.

Основанием для обращения в арбитражный суд явилось наличие у должника перед ИП ФИО4 неисполнения задолженности в указанном проценте по договору займа №1907ИП от 19.07.2021 года со сроком возврата непозднее 31.12.2021 (пункт 2.2 договора займа).

Между тем, в данном конкретном случае само по себе данное обстоятельство не является основанием полагать, что сделка была заключена с целью причинения вреда как самому должнику, так и его кредиторам. В то же время для признания сделки недействительной по правилам пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо доказать недобросовестность и второй стороны сделки, факт заключения сделки с целью причинения вреда интересам кредиторов при неравноценном встречном предоставлении.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Пунктом 6 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 предусмотрено, что согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

21.02.2013 ФИО6 и ФИО2 заключили брак, зарегистрированный Кутузовским отделом ЗАГС Управления ЗАГС Москвы, о чем в книге регистрации актов о заключении брака составлена актовая запись № 352.

Из справки Управления ЗАГС по Одинцовскому городскому округу от 25.04.2023 следует, что брак между ФИО6 и должником расторгнут Решением мирового судьи судебного участка №156 Одинцовского судебного района Московской области от 10.01.2023 года по иску ФИО6

Из указанной выше справки Управления ЗАГС по Одинцовскому городскому округу следует, что у ФИО6 и должника имеются общие несовершеннолетние дети – ФИО11, ДД.ММ.ГГГГ г.р., и ФИО12, ДД.ММ.ГГГГ г.р.

При этом, как указывает ФИО6, фактическое прекращение брачных отношений произошло еще 18.09.2019, то есть до начала процедуры банкротства должника, что подтверждается: апелляционным определением Одинцовского городского суда от 27.07.2023 по делу № 11-291/2021, исковым заявлением ФИО6 о разделе имущества, рассматриваемым Одинцовским городским судом Московской области в рамках дела № 2-11527/2024, актом обследования условий жизни ребенка и (или) лица (лиц), претендующего на его воспитание от 30.08.2024, подготовленным по запросу Одинцовского городского суда Окружным управлением социального развития № 2 Министерства социального развития Московской области, перепиской между ФИО6 и должником.

В части 1 и 2 статьи 38 Конституции Российской Федерации закреплено, что материнство, отцовство и детство, семья находятся под защитой государства. Забота о детях, их воспитание – равное право и обязанность родителей.

В пункте 1 статьи 60, статье 61 Семейного кодекса Российской Федерации закреплено право ребенка на получение содержания от родителей, указано, что родители имеют равные права и несут равные обязанности в отношении своих детей и обязаны содержать своих несовершеннолетних детей (статья 80 Семейного кодекса Российской Федерации).

По общему правилу, установленному гражданским и семейным законодательством, имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью (статья 256 Гражданского кодекса Российской Федерации, статья 34 Семейного кодекса Российской Федерации).

При этом супругам предоставлена возможность заключения соглашения, по поводу юридической судьбы приобретенного ими имущества.

Согласно статье 42 Семейного кодекса Российской Федерации брачным договором супруги вправе изменить установленный законом режим совместной собственности, установить режим совместной, долевой или раздельной собственности на все имущество супругов, на его отдельные виды или на имущество каждого из супругов.

Согласно позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 05.04.2019 по делу № 309-ЭС19-3099, отступление от законного режима совместной собственности супругов само по себе не может свидетельствовать о злоупотреблении правом при заключении брачного договора.

Раздел имущества, находящегося в общей собственности, осуществляется в целях прекращения права общей собственности и обеспечения возможности бывшим сособственникам максимально беспрепятственно самостоятельно владеть, пользоваться и распоряжаться выделенным имуществом с учетом его целевого назначения, нуждаемости и заинтересованности в нем, то есть пообъектно, а не в долях.

Следовательно, цель заключения брачного договора была обусловлена прекращением семейных отношений и установлением правовой определенности в уже сложившиеся отношения путем распределения имущества с соблюдением интересов самим супругом и их несовершеннолетних детей.

Таким образом, отступление от законного режима собственности супругов само по себе не может свидетельствовать о злоупотреблении правом при заключении брачного договора.

Согласно п. 2.1. и п. 2.5. брачного договора в личную собственность должника поступили:

- 10% доля в уставном капитале ООО «ИнвестПроект». На сегодняшний день должник является собственником 100% доли в указанном обществе;

- транспортное средство марки Mercedes-Benz Е200 идентификационный номер (VI№) <***>;

- транспортное средство марки Тойота Ланд Крузер 200 идентификационный номер (VI№) <***>.

Согласно п. 2.1., п. 2.3, п. 2.4, п. 2.5. брачного договора в личную собственность ФИО6 поступили:

- квартира, расположенная по адресу: Московская область, Одинцовский р-н, городское поселение Заречье, рабочий <...>, кадастровый номер 50:20:0020202:9431;

- квартира, расположенная по адресу: Московская область, Одинцовский р-н, городское поселение Заречье, рабочий <...>, кадастровый номер 50:20:0020202:9432;

- доля в размере 100% (сто процентов) в уставном капитале Общества с ограниченной ответственностью «Майэль», ОГРН <***>, ИНН <***>;

- транспортное средство марки MERCEDES-BENZ GLE 350 D 4MATIC, идентификационный номер (VIN) <***>, год выпуска 2016.

ФИО6 ссылается на то, что однокомнатная квартира, расположенная по адресу: Московская область, Одинцовский р-н, городское поселение Заречье, рабочий <...>, кадастровый номер 50:20:0020202:9431 и однокомнатная квартира, расположенная по адресу: Московская область, Одинцовский р-н, городское поселение Заречье, рабочий <...>, кадастровый номер 50:20:0020202:9432, имеющие равную площадь и прочие идентичные характеристики, объединены и составляют единый объект недвижимого имущества.

Согласно абзацу два части 1 статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации взыскание по исполнительным документам не может быть обращено на жилое помещение (его части), если для гражданина - должника и членов его семьи, совместно проживающих в принадлежащем помещении, оно является единственным пригодным для постоянного проживания помещением, за исключением имущества, являющегося предметом ипотеки.

Более того, при разделе общего имущества супругов и определении долей в этом имуществе доли супругов признаются равными (пункт 1 статьи 39 Семейного кодекса Российской Федерации).

Следовательно, в случае раздела без брачного договора, одна из указанных квартир поступила бы в личную собственность ФИО6, а вторая квартира перешла бы в собственность должника (пункт 3 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2018), утв. Президиумом Верховного Суда РФ 26.12.2018) и была бы защищена исполнительским иммунитетом как единственное жилье.

Конкурсный кредитор против заявленного довода не возражал, представил письменную позицию, в которой поддержал факт невозможности обращения взыскания на квартиры.

Согласно пункту 4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан» целью оспаривания сделок в рамках дела о банкротстве является возврат в конкурсную массу того имущества, которое может быть реализовано для удовлетворения требований кредиторов. Поэтому не подлежит признанию недействительной сделка, направленная на отчуждение должником жилого помещения, если на момент рассмотрения спора в данном помещении продолжают совместно проживать должник и члены его семьи и при возврате помещения в конкурсную массу оно будет защищено исполнительским иммунитетом (статья 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

При этом возможность проживать по иному адресу (без права собственности на помещение) не означает допустимость безусловного неприменения к находящемуся в его собственности единственному жилью исполнительского иммунитета (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 28.01.2021 № 309-ЭС20-15448 по делу № А50-34786/2017).

В соответствии с п. 3 указанного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 48 исполнительский иммунитет в отношении единственного пригодного для постоянного проживания жилого помещения, не обремененного ипотекой, действует и в ситуации банкротства должника (пункт 3 статьи 213.25 Закона о банкротстве, абзац второй части 1 статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Таким образом, до прекращения брачных отношений спорные жилые помещения были для должника и членов его семьи, в том числе несовершеннолетних детей, единственным пригодным для проживания жильем и в силу норм действующего законодательства не могли быть предметом взыскания, в связи с чем указанная сделка не могла иметь цели причинения вреда кредиторам.

В материалы дела представлены отчеты и заключения об оценке в отношении остального имущества, распределенного между должником и ФИО6: экспертное заключение №03-07-ТС/24 от 22.07.2024 об оценке рыночной стоимости легкового автомобиля Мерседес-Бенц Е200, 2012 года выпуска, VIN <***>, экспертное заключение №02-07-ТС/24 от 22.07.2024 об оценке рыночной стоимости легкового автомобиля TOYOTA Land Cruiser 200, 2018 года выпуска, VIN <***>, заключение №240819 от 06.09.2024 о рыночной стоимости 10% доли в уставном капитале ООО «Инвестпроект» (ОГРН <***>), экспертное заключение №01-07-ТС/24 от 22.07.2024 об оценке рыночной стоимости легкового автомобиля МерседесБенц GLE 350 D 4MATIC, 2016 года выпуска, VIN <***>, регистрационный знак <***>, отчет №01-07-Б/2024 от 22.07.2022 об оценке рыночной стоимости 100% долей в ООО «Майэль» ИНН <***>, согласно которым рыночная стоимость указанного имущества, оставленного за каждым из супругов, является сопоставимой, что подтверждает отсутствие нарушения прав кредиторов должника.

Суд также учитывает, что согласно представленному заключению № 240819 от 06.09.2024 о рыночной стоимости 10% доли в уставном капитале ООО «Инвестпроект» (ОГРН <***> от 26.05.2014 г.), перешедшей в собственность должника по условиям брачного договора, в соответствии с которым рыночная стоимость 10% доли в уставном капитале ООО «Инвестпроект» составляет в диапазоне от 4 400 000 до 9 600 000 рублей. Конкурсный кредитор против представленной оценки не возражал.

Ходатайство о проведении судебной оценочной экспертизы, лица, участвующие в деле, не заявили.

В настоящий момент доля должника в уставном капитале ООО «Инвестпроект» составляет 100%.

При этом в собственности ООО «Инвестпроект» находятся пять земельных участков, расположенных в Коломенском районе Московской области, общей площадью 139 715 кв.м., что подтверждается представленными выписками из ЕГРН. Рыночная стоимость земельных участков составляет 108 844 000 руб. (согласно экспертному заключению ООО «Алекс Прайс» №01-05-ЗУ/2024 от 14.05.2024).

Также ООО «Инвестпроект» является владельцем 50% долей в уставном капитале Общества с ограниченной ответственностью «Торгово-перерабатывающая компания «Базис» (ОГРН <***>; ИНН <***>). Рыночная стоимость ООО «ТПК «Базис» по состоянию на 29.03.2022 составляет 53 592 000 руб. (согласно экспертному заключению ООО «Алекс Прайс» №01-05-Б/2024 от 13.05.2024).

Таким образом, по итогам оспариваемого брачного договора в собственности должника осталось ликвидное имущество: доли в ООО «Инвестпроект», легковой автомобиль Мерседес-Бенц Е200, 2012 года выпуска, легковой автомобиль TOYOTA Land Cruiser 200, 2018 года выпуска.

Тот факт, что после заключения брачного договора должник продал перешедший в его личную собственность автомобиль TOYOTA Land Cruiser 200, 2018 года выпуска, не имеет правового значения для настоящего дела, поскольку не влияет на действительность самого брачного договора.

При этом конкурсный кредитор в данный момент оспаривает соответствующую сделку по отчуждению автомобиля Тойота Ланд Крузер 200 в отдельном обособленном споре.

Таким образом, само по себе заключение оспариваемого брачного договора не повлекло изменение объемов имущественных активов должника.

В отсутствие доказательств наличия в действиях сторон оспариваемой сделки цели причинения вреда имущественным интересам кредиторов финансовым управляющим не доказана совокупность оснований, установленных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Также у суда отсутствовали основания для признания сделок недействительными в соответствии со ст. 10, 168, 170 ГК РФ ввиду следующего.

Согласно пункту 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

В соответствии с пунктом 6 Обзора судебной практики Верховного Суда РФ № 1 (2021), утв. Президиумом Верховного Суда РФ 07.04.2021, для признания сделки недействительной на основании статьей 10 и 168 ГК РФ, а также для признания сделки мнимой на основании статьи 170 этого же кодекса необходимо установить, что сторона сделки действовала недобросовестно, в обход закона и не имела намерения совершить сделку в действительности.

Заключая оспариваемой брачный договор, ФИО6 имела намерение распределить имущество, то есть имела законную цель создать соответствующие брачному договору последствия, и реализовала ее.

Брачный договор фактически исполнен сторонами.

Следовательно, доводы о его мнимости являются несостоятельными.

Также суд апелляционной инстанции соглашается с доводом ФИО6 о том, что факт регистрации супругов по одному адресу и расторжение брака в 2023 г. не опровергают фактическое прекращение семейных отношений ранее.

Как разъяснено в пункте 16 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 05.11.1998 № 15 «О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака», для определения состава разделяемого имущества значение имеет именно момент фактического прекращения семейных отношений, а не дата расторжения брака.

Согласно абзацу 2 пункта 1 Правил регистрации и снятия граждан Российской Федерации с регистрационного учета по месту пребывания и по месту жительства в пределах Российской Федерации, утвержденных постановлением Правительства РФ от 17.07.1995 № 713, регистрационный учет устанавливается в целях обеспечения необходимых условий для реализации гражданами своих прав и свобод, а также исполнения ими обязанностей перед другими гражданами, государством и обществом.

Регистрация должника по одному адресу с ФИО6 не является безусловным доказательством ведения супругами общего хозяйства, а подтверждает лишь реализацию уведомительного порядка с целью учета лица по тому или иному адресу.

При этом суд апелляционной инстанции учитывает, что ФИО6 ведется судебный процесс по снятию должника с регистрационного учета, который был приостановлен до рассмотрения настоящего обособленного спора.

Отдельные незначительные платежи, которые должник производил в пользу ФИО6 в 2022-2023 гг., не подтверждают совместное ведение хозяйства, поскольку были вызваны компенсацией отдельных расходов на детей.

При этом суд апелляционной инстанции соглашается с тем, что установление даты фактического прекращения брачных отношений между супругами является прерогативой суда общей юрисдикции.

Также не имеется оснований для признания брачного договора недействительным на основании нормы пункта 2 статьи 44 Семейного кодекса Российской Федерации, согласно которому суд может признать брачный договор недействительным полностью или частично по требованию одного из супругов, если условия договора ставят этого супруга в крайне неблагоприятное положение.

Как следует из материалов дела, распределение имущества по условиям брачного договора было справедливым. При этом сам должник условия брачного договора с момента его заключения не оспаривал.

Также суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для признания сделки недействительной в соответствии со статьями 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Исходя из разъяснений, данных в пункте 4 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 63 от 23.12.2010 «О 11 некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» и пункте 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 32 от 30.04.2009 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Между тем данные разъяснения касаются сделок с пороками, выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок.

Правонарушение, заключающееся в совершении сделки, направленной на уменьшение имущества должника или увеличение его обязательств, совершенное в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника в преддверии его банкротства, является основанием для признания соответствующих действий недействительными по специальным правилам, предусмотренным статьей 61.2 Закона о банкротстве, а не по общим основаниям, содержащимся в Гражданском кодексе Российской Федерации.

В заявлении об оспаривании брачного договора не указано, чем в условиях конкуренции норм о действительности сделки обстоятельства о выявленных нарушениях выходили за пределы диспозиции статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Вместе с тем, исходя из пункта 9 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации» недобросовестное поведение (злоупотребление правом) одной стороны сделки является основанием для признания сделки недействительной в соответствии со статьями 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации установлен запрет на осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам (кредиторам должника) или создающее условия для наступления вреда (требования кредиторов могут быть не удовлетворены, в частности вследствие совершения сделки по выводу имущества из собственности должника).

В силу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Приведенная норма возлагает обязанность доказывания неразумности и недобросовестности действий участника гражданских правоотношений на лицо, заявившее требования.

По смыслу статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации по делам о признании сделки недействительной по причине злоупотребления правом одной из сторон при ее совершении обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются наличие или отсутствие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок, наличие или отсутствие действий сторон по сделке, превышающих пределы дозволенного гражданским правом осуществления правомочий.

Как подтверждается материалами дела, цель заключения брачного договора была обусловлена прекращением семейных отношений. Определение условий брачного договора происходило, исходя из первоочередного обеспечения интересов детей, фактической нуждаемости в этом имуществе каждого из супругов и из вклада каждого из них в это имущество, и само по себе не привело к нарушению прав кредиторов должника.

Заключая брачный договор, ФИО6 реализовала право, гарантированное нормами семейного и гражданского законодательства, что не может рассматриваться как недобросовестное поведение или злоупотребление правом.

Учитывая вышеизложенное, поскольку заключение брачного договора не причиняет вред его кредиторам, а стороны внесли правовую определенность в уже сложившиеся отношения, апелляционный суд приходит к выводу, что заявленное требование о признании брачного договора недействительным не подлежит удовлетворению.

Руководствуясь статьями 223, 266, 268 - 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 28.05.2024 по делу №А41-89212/22 отменить.

Заявление ИП ФИО4 оставить без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Московского округа в месячный срок со дня его принятия. Подача жалобы осуществляется через Арбитражный суд Московской области.


Председательствующий cудья

А.В. Терешин

Судьи


В.А. Мурина В.П. Мизяк