Постановление от 29 апреля 2022 г. по делу № А60-35787/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075

http://fasuo.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-1407/22

Екатеринбург

29 апреля 2022 г.


Дело № А60-35787/2020


Резолютивная часть постановления объявлена 25 апреля 2022 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 29 апреля 2022 г.


Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Оденцовой Ю.А.,

судей Артемьевой Н.А., Шавейниковой О.Э.

рассмотрел в судебном заседании кассационные жалобы ФИО1 и ФИО2 на решение Арбитражного суда Свердловской области от 20.09.2021 по делу№ А60-35787/2020 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.02.2022 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационных жалоб извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседанияна сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании приняли участие представители: ФИО2 – ФИО3 (доверенность от 20.07.2021); ФИО4 – ФИО5 (доверенность от 17.02.2020); ФИО6 – ФИО7 (доверенность от 11.05.2021).

Общество с ограниченной ответственностью «Уральские промышленные инвестиции» (далее – общество «УПИ») обратилось с иском к ФИО2, ФИО4 и ФИО1 о признании недействительной (ничтожной) цепочки взаимосвязанных сделок: договора купли-продажи от 22.05.2012 между ФИО1 и обществом с ограниченной ответственностью «Столит» (далее – общество «Столит»); договора купли-продажи от 12.11.2012 между обществом «Столит» и ФИО2; сделки по передаче прав собственности между ФИО2 и ФИО4; а также применении последствий недействительности этих сделок путем обязания ФИО4 возвратить обществу «УПИ» имущество по адресу <...>: производственный корпус № 7 (назначение производственное, площадь общая 9319,7 кв.м., кадастровый номер 66:33/01:01:01:100:14, инвентарный номер 2625, литер Ж, этажность 1); здание производственного корпуса № 3, литер К-К1 (назначение нежилое, площадь общая 11800,4 кв.м., кадастровый номер 66:33/01:01:01:100/3:17, инвентарный номер 2625/42/0078/25-00, литер К-К1, этажность 1-4).

На основании статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, к участию в деле в качестве третьих лиц без самостоятельных требований на предмет спора, привлечены финансовый управляющий имуществом ФИО2 - ФИО8, Управление Росреестра по Свердловской области, временный управляющий обществом «УПИ» ФИО9, публичное акционерное общество «Банк ВТБ», ФИО10, ФИО11, ФИО12 и ФИО6.

В порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, общество «УПИ» отказалось от иска к ФИО4 и ФИО1, уточнило исковые требования и просило обязать ФИО2 возвратить обществу «УПИ» вышеназванное имущество (производственный корпус № 7 и здание производственного корпуса № 3), данный отказ от иска к ФИО4 и ФИО1 и уточнение иска приняты судом.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 20.09.2021, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.02.2022, исковые требования к ФИО2 удовлетворены в полном объеме; производство по делу в части исковых требований к ФИО4 и ФИО1 прекращено.

В кассационной жалобе ФИО2 просит решение от 20.09.2021 и постановление от 09.02.2022 отменить, в обязании ФИО2 возвратить обществу «УПИ» спорное недвижимое имущество отказать, ссылаясь на неправильное применение судами норм права, несоответствие выводов судов обстоятельствам дела. Заявитель считает, что в связи с отказом от иска к ФИО1 и ФИО4 суд первой инстанции должен был исходить их того, что единственным ответчиком является ФИО2, и оставить иск к последнему без рассмотрения в связи с введением в отношении него процедуры банкротства, но суд первой инстанции рассмотрел требования к ФИО2 по существу, а апелляционный это нарушение не устранил, указав, что производство по делу № А60-63550/2019 о банкротстве ФИО2 прекращено, хотя на момент принятия обжалуемого решения производство по делу о банкротстве прекращено не было. По мнению заявителя, суд первой инстанции не оценил его доводы о пропуске срока исковой давности, а апелляционный суд, признавая срок исковой давности не пропущенным, неправомерно определил начало его течения с даты постановления апелляционного суда от 23.09.2016 по делу № А60-52543/2012, не учитывая, что еще в судебных актах по делу № А60-49527/2012 указано на сохранение у общества «УПИ» права на виндикационный иск в отношении незаконно выведенного имущества и данными судебными актами отказано в привлечении в качестве соответчика ФИО2, в связи с непредъявлением требований к нему с 10.12.2012, и общество «УПИ» из дела № А60-49527/2012 знало о нарушении его прав и о том, что ФИО2 в спорный период (10.12.2012 – 01.07.2016) являлся собственником выбывшего имущества, исходя из чего, срок исковой давности начал течь для общества «УПИ» с 24.09.2013 (вступление в законную силу решения суда от 08.07.2013 по делу № А60-49527/2012), а истек в сентябре 2016 года, и в любом случае с момента введения 29.04.2014 в деле № А60-52543/2012 в отношении общества «УПИ» конкурсного производства и утверждения управляющего, являющегося, в отличие от незаинтересованных в предъявлении иска о виндикации менявшихся директоров, независимым руководителем и имевшего возможность предъявить виндикационный иск в пределах срока исковой давности. ФИО2 считает, что возврат имущества, отчуждение которого одобрено всеми участниками, не приведет к восстановлению деятельности находящегося в банкротстве общества «УПИ», в котором более 10 лет идет корпоративный конфликт ФИО2 с М-выми, ФИО13 и ФИО14, при наличии которого не мог быть причинен вред названным другим участникам, которые также одобряли сделки по выводу имущества и привлечены к ответственности в виде взыскания в пользу общества «УПИ» убытков, причиненных их виновными действиями, а иных независимых участников у общества «УПИ» нет, и, кроме того, в данном случае отсутствует нарушение прав кредиторов общества «УПИ», в деле о банкротстве которого утверждено мировое соглашение, которое исполняется, и требования кредиторов будут погашены в короткий срок, раньше возможной реализации управляющим возращенного обществу «УПИ» имущества.

В кассационной жалобе ФИО1 просит решение от 20.09.2021 и постановление от 09.02.2022 отменить, направить дело на новое рассмотрение, ссылаясь на неверное применение судами норм права. По мнению заявителя, удовлетворяя требования истца, полностью изменившего основания иска и заявившего виндикационный иск, и, вынося обжалуемые судебные акты по правилам виндикации, суды не учли, что на момент рассмотрения дела в первой и апелляционной инстанциях договоры купли-продажи от 22.05.2012 и 12.11.2012 не были признаны судом недействительными, и не дали оценку тому, что общество «УПИ» в лице действующего директора передало в 2012 году спорные объекты недвижимости ФИО1 с согласия всех участников общества (протокол общего собрания от 17.04.2012), в отсутствие на момент передачи имущества у директора и участников возражений против спорных сделок, а факт признания в 2014 году недействительным соглашения от 16.04.2012 о добровольном исполнении решения Верх-Исетского районного суда г. Екатеринбурга от 12.02.2014 не свидетельствует о выбытии объектов недвижимости из владения общества «УПИ» помимо его воли. Заявитель полагает, что, поскольку спорное недвижимое имущество во исполнение судебных актов по делу № А60-63550/2019 на момент рассмотрения настоящего дела не было изъято у ФИО4, вещные права которого на спорные объекты прекратятся в момент внесения соответствующей записи в Единый государственный реестр недвижимости (далее – ЕГРН), то ФИО2 не владели не мог владеть спорными объектов недвижимости в ходе рассмотрения настоящего дела, в связи с чем в отношении него не мог быть разрешен виндикационный иск. Заявитель поддерживает доводы ФИО2 о нерассмотрении судом первой инстанции и немотивированном отклонении апелляционным судом доводов о пропуске срока исковой давности, в то время как споры о принадлежности спорных объектов недвижимости и взыскании убытков начались в 2013 году, и соответствующие иски подавались в суд руководителями общества «УПИ», которые знали о всех обстоятельствах перехода права собственности на спорное имущество от общества «УПИ» к ФИО1 не позднее 2012 года, а в деле о банкротстве общества «УПИ» истребованы и приобщены все документы по сделкам со спорным имуществом, которые не позднее 2013 года имелись у управляющего, не заявившего виндикационный иск, а использовавшего иные способы защиты общества «УПИ», в связи с чем последнее в лице его директоров и в лице управляющего знало о выбытии имущества еще с 2012-2013, и с данного момента начал течь срок исковой давности, истекший задолго до подачи настоящего иска.

Дополнительно ФИО1 указывает, что он не извещен судом первой инстанции о возобновлении производства по настоящему делу и назначении судебных заседаний 30.08.2021, 08.09.2021 и 13.09.2021, при том, что ФИО1, отбывающий уголовное наказание в местах лишения свободы, не имеет доступа к сети Интернет и не мог отслеживать движение дела на сайте суда, о чем извещал суд, поэтому резолютивная часть обжалуемого решения суда объявлена в судебном заседании 13.09.2021 в отсутствие не извещенного о времени и месте судебного заседания ФИО1, который также не получал процессуальных документов от лиц, участвующих в деле, а, будучи исключенным из числа ответчиков, ФИО1, а также финансовый управляющий его имуществом не привлечены к участию в деле в качестве третьего лица, тогда как в обжалуемом решении сделаны выводы о поведения ФИО1, которые могут повлиять на его права и обязанности в деле о его банкротстве № А60-22903/2017 и на состав конкурсной массы, а апелляционный суд данные процессуальные нарушения не устранил.

Конкурсный управляющий общества «УПИ» ФИО9 и ФИО6 в отзывах просят обжалуемые судебные акты оставить без изменения, в удовлетворении кассационных жалоб отказать.

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом кассационной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, в ходе рассмотрения заявления конкурсного управляющего обществом «УПИ» ФИО15 о взыскании убытков с ФИО6, ФИО10, ФИО11, ФИО12 и ФИО2 в деле № А60-52543/2012 судами установлено следующее.

Полномочия руководителя общества «УПИ» ФИО2 прекращены 13.05.2011, новым руководителем данного общества стал ФИО6

Между ФИО1 и обществом «УПИ» (работодатель) 14.05.2011 заключен трудовой договор от 14.05.2011 и в тот же день директором ФИО6 издан приказ о приеме ФИО1 на работу по совместительству на должность юрисконсульта 1 категории.

Согласно условиям указанного трудового договора, ФИО1 принимается на работу по совместительству, с установлением должностного оклада - 2 000 000 руб. в месяц, с начислением районного коэффициента в размере 15% и ежегодным премированием в размере 7 000 000 руб., а от имени общества «УПИ» данный договор подписан директором ФИО6

На внеочередном собрании участников общества «УПИ», состоявшемся 14.11.2011, с участием ФИО12, ФИО11 от себя лично и своего несовершеннолетнего сына ФИО16 (посредством участия представителя Макачирова Н.К.), ФИО16 (посредством участия представителя Макачирова Н.К.), в котором также участвовали ФИО1 и ФИО10, под председательством ФИО12, при секретаре Макачирове Н.К. принято решение об одобрении трудового договора от 14.05.2011 с изменениями от 14.10.2011, заключенного с ФИО1

Согласно протоколу внеочередного собрания участников общества «УПИ» от 07.02.2012 под председательством ФИО12, при секретаре Макачирове Н.К., директором общества избран ФИО10

В связи с наличием долга по оплате труда с 14.05.2011 по 31.01.2012 в размере 20 600 000 руб. и невыплатой предусмотренной договором премии в сумме 7 000 000 руб. ФИО1 подал в районный суд иск к обществу «УПИ» о взыскании долга по заработной плате и премии в сумме 27 600 000 руб.

Заочным решением Верх-Исетского районного суда от 15.03.2012 по делу № 2-1285 исковые требования ФИО1 удовлетворены в полном объеме: с общества «УПИ» в пользу ФИО1 взыскано 27 600 000 руб. Решение вступило в законную силу, выдан исполнительный лист.

В дальнейшем между ФИО1 и обществом «УПИ» в лице директора ФИО10 подписано соглашение от 16.04.2012 о добровольном исполнении судебного акта (заочного решения Верх-Исетского районного суда от 15.03.2012 по делу № 2-1285), по которому общество «УПИ» передало ФИО1 в счет погашения долга недвижимое и движимое имущество, указанное в приложении № 1, а именно: здание компрессорной станции (Литеры Н, Н1, Н2, Н3, Н4, Г88) общей площадью 2071,5 кв.м., назначение - производственное, по адресу: <...>; производственный корпус № 3 (Литеры К-К1) общей площадью 11 800,4 кв. м, назначение - производственное, по адресу: <...>; производственный корпус № 7 (Литеры Ж) общей площадью 93 119,7 кв. м, назначение - производственное, по адресу: <...>; оборудование (далее – спорное имущество).

На следующий день после подписания данного соглашения 17.04.2012 на общем собрании участников общества «УПИ», на котором присутствовали ФИО12, ФИО11 (представитель Макачиров Н.К.), ФИО16 (представитель Макачиров Н.К.), ФИО2 (представитель ФИО17), а также ФИО10, решено одобрить соглашение от 16.04.2012 о добровольном погашении долга перед ФИО1 в размере 27 600 000 руб., подтвержденное заочным решением Верх-Исетского районного суда г. Екатеринбурга от 15.03.2012 по делу № 2-1285/12.

До подписания соглашения от 16.02.2012 между ФИО1 и обществом «Старт» заключен предварительный договор от 05.04.2012, по которому стороны обязались заключить договор купли-продажи спорного движимого и недвижимого имущества по цене 27 600 000 руб., из которых 5 000 000 руб. должны быть уплачены до 05.04.2012, 12 000 000 руб. - в установленные сроки, 10 600 000 руб. - засчитываются в счет оказанных услуг.

По соглашению от 21.05.2012 в указанном предварительном договоре произведена замена общества «Старт» на общество «Столит».

Затем ФИО1 на основании договора купли-продажи от 22.05.2012 продал обществу «Столит» спорное имущество, полученное им от должника по соглашению от 16.04.2012 о добровольном исполнении судебного акта.

Переход права собственности на спорный комплекс недвижимого имущества (здание компрессорной станции, производственный корпус № 7 и здание производственного корпуса № 3) зарегистрирован 02.08.2012.

Общество «Столит» по договору купли-продажи от 12.11.2012 продало ФИО2 спорные производственный корпус № 7 и здание производственного корпуса № 3 по цене 3 839 400 руб. и 6 676 300 руб., соответственно; переход права собственности к ФИО2 на указанное имущество зарегистрирован в установленном порядке 05.12.2012.

Спорный комплекс недвижимого имущества - здание компрессорной станции (Литеры Н, Н1, Н2, Н3, Н4, Г88) общество «Столит» продало обществу «Проминвест» по договору от 03.12.2012 по цене 1 590 000 руб., переход права собственности зарегистрирован в установленном порядке.

После того, как состоялся переход права собственности на спорное имущество третьему лицу, директор общества «УПИ» ФИО10 оспорил заочное решение, которое определением Верх-Исетского районного суда от 24.02.2013 отменено и решением Верх-Исетского районного суда от 10.09.2013 ФИО1 отказано в удовлетворении иска, и апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Свердловского областного суда от 04.02.2014 данное решение оставлено в силе, а решением Верх-Исетского районного суда от 12.02.2014 соглашение от 16.04.2012 о добровольном исполнении судебного акта признано недействительным.

Решением Верх-Исетского районного суда г. Екатеринбурга от 21.10.2014 с ФИО1 в пользу общества «УПИ» взыскано неосновательное обогащение в размере 27 600 000 руб., фактически это решение не исполнено.

Полагая, что контролирующими должника лицами: ФИО6, ФИО10, ФИО12, ФИО11 и ФИО2 создана и реализована злонамеренная схема по выводу активов общества «УПИ» через ФИО1, чем нанесен ущерб данному обществу и его кредиторам в размере 167 393 400 руб., конкурсный управляющий обществом «УПИ», обратился в суд с заявлением о взыскании с этих лиц 133 000 000 руб. убытков.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.09.2016 по делу № А60-52543/2012, оставленным без изменения постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 26.01.2017, требования конкурсного управляющего обществом «УПИ» удовлетворены частично: в пользу общества «УПИ» взысканы убытки: с ФИО2 - в размере 79 800 000 руб.; с ФИО10 - в размере 33 250 000 руб.; с ФИО6 - в размере 5 320 000 руб.; с ФИО12 - в размере 13 300 000 руб.; с ФИО11 - в размере 665 000 руб.

Ссылаясь на то, что в ходе рассмотрения дела № А60-52543/2012 о банкротстве общества «УПИ» установлены факты незаконного вывода спорного имущества из владения общества «УПИ» в результате незаконных действий контролирующих должник лиц, включая ФИО2, и вышеперечисленные сделки по выводу спорного имущества признаны недействительными (ничтожными), общество «УПИ» обратилось в суд с настоящим иском к ФИО2, ФИО1 и ФИО4

Принимая обжалуемые судебные акты в части удовлетворения иска, суды исходили из того, что постановлением апелляционного суда от 23.09.2016 по делу № А60-52543/2012, имеющим преюдициальное значение для настоящего дела, установлено, что спорные объекты ранее были собственностью общества «УПИ», но им утрачены в результате цепочки незаконных последовательных сделок, совершенных с целью вывода активов общества «УПИ» в пользу ФИО2, при этом спорные объекты утрачены обществом «УПИ» помимо его воли и в отсутствие встречного предоставления, в результате злонамеренных и недобросовестных совместных действий контролирующих это общество лиц, включая ФИО2, который активно участвовал в выводе активов общества, контролировал его, стал конечным приобретателем спорного имущества и эта злонамеренная схема вывода активов реализована в первую очередь в его интересах, он является конечным бенефициаром.

Кроме того, суды исходили из того, что решение Верх-Исетского районного суда г. Екатеринбурга от 21.10.2014 по делу № 2-5901/2014 о взыскании с ФИО1 27 600 000 руб. убытков не исполнено и нарушенное право общества «УПИ» не восстановлено, при том, что стоимость спорных объектов значительно превышает указанный размер убытков.

На основании изложенного, суды удовлетворили иск, а производство по делу в части требований к ФИО1 и ФИО4 судами прекращено в связи с отказом общества «УПИ» от исковых требований к названным лицам.

Как следует из материалов дела, в ходе рассмотрения настоящего дела в суде первой инстанции ответчики заявили о пропуске срока исковой давности по заявленным исковым требованиям.

В то же время, суд первой инстанции эти заявления о пропуске срока исковой давности по существу вообще не рассмотрел, а апелляционный суд сделал вывод, что срок исковой давности не пропущен, так как постановление апелляционного суда о взыскании убытков по делу № А60-52543/2012 в полном объеме изготовлено 23.09.2016, а виндикационный иск подан 23.09.2019.

Между тем судами не учтено следующее.

При принятии решения арбитражный суд оценивает доказательства и доводы, приведенные лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений, а результаты оценки доказательств суд отражает в судебном акте, содержащем мотивы принятия или отказа в принятии доказательств, представленных лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений; определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены, и какие - не установлены, какие законы и иные нормативные правовые акты следует применить по делу; устанавливает права и обязанности лиц, участвующих в деле; обстоятельства, имеющие значение для верного рассмотрения дела, определяются судом на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле, согласно подлежащим применению норм материального права (части 1, 2 статьи 65, статья 71 часть 1 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В мотивировочной части решения суда должны быть указаны доказательства, на которых основаны выводы суда об обстоятельствах дела и доводы в пользу принятого решения, мотивы, по которым суд отверг те или иные доказательства, принял или отклонил доводы лиц, участвующих в деле, законы и иные нормативные правовые акты, которым руководствовался суд при принятии решения (пункты 2, 3 части 4 статьи 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения (статья 301 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пунктам 32, 34, 36 совместного постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», собственник вправе истребовать свое имущество от лица, у которого оно фактически находится в незаконном владении. Иск об истребовании имущества, предъявленный к лицу, в незаконном владении которого это имущество находилось, но у которого оно к моменту рассмотрения дела в суде отсутствует, не может быть удовлетворен.

В случае, когда во время судебного разбирательства по иску об истребовании имущества из чужого незаконного владения спорное имущество было отчуждено ответчиком другому лицу, а также передано во владение этого лица, суд в соответствии с частями 1, 2 статьи 47 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации допускает замену ненадлежащего ответчика надлежащим. При этом отчуждатель привлекается к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика (статья 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Если собственник требует возврата своего имущества из владения лица, которое незаконно им завладело, такое исковое требование подлежит рассмотрению по правилам статей 301, 302 Гражданского кодекса Российской Федерации. В случаях, когда между лицами отсутствуют договорные отношения или отношения, связанные с последствиями недействительности сделки, спор о возврате имущества собственнику подлежит разрешению по правилам статей 301, 302 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии со статьей 301 Гражданского кодекса Российской Федерации, лицо, обратившееся в суд с иском об истребовании своего имущества из чужого незаконного владения, должно доказать свое право собственности на имущество, находящееся во владении ответчика. По смыслу пункта 1 статьи 302 Гражданского кодекса Российской Федерации, собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения независимо от возражения ответчика о том, что он является добросовестным приобретателем, если докажет факт выбытия имущества из его владения или владения лица, которому оно было передано собственником, помимо их воли.

В силу пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации, исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения, а истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Согласно пункту 1 статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации, общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

Если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (пункт 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, законодательство связывает начало течения срока исковой давности не только с моментом, когда лицо фактически узналоо нарушении своего права, но и с моментом, когда оно должно было,то есть имело реальную возможность, узнать о нарушении права.

В пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» (далее – постановление Пленума № 43) разъяснено, что течение исковой давности по требованиям юридического лица начинается со дня, когда лицо, обладающее правом самостоятельно или совместно с иными лицами действовать от имени юридического лица, узнало или должно было узнать о нарушении права юридического лица и о том, кто является надлежащим ответчиком (пункт 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации). Изменение состава органов юридического лица не влияет на определение начала течения срока исковой давности.

При этом в случаях, когда самим юридическим лицом предъявлено требование о возмещении убытков, срок исковой давности исчисляется не с момента нарушения, а с момента, когда юридическое лицо, например, в лице нового директора, получило реальную возможность узнать о нарушении, либо когда о нарушении узнал или должен был узнать контролирующий участник, имевший возможность прекратить полномочия директора, за исключением случая, когда он был аффилирован с указанным директором (пункт 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица»)

В случае замены ненадлежащего ответчика надлежащим исковая давность по требованию к надлежащему ответчику не течет с момента заявления ходатайства истцом или выражения им согласия на такую замену (статья 47 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Институт исковой давности имеет целью упорядочить гражданский оборот, создать определенность и устойчивость правовых связей, дисциплинировать их участников, способствовать соблюдению договоров, обеспечить своевременную защиту прав и интересов субъектов гражданских правоотношений, поскольку отсутствие разумных временных ограниченийдля принудительной защиты нарушенных гражданских прав приводило бык ущемлению охраняемых законом прав и интересов ответчиков и третьих лиц, которые не всегда могли бы заранее учесть необходимость собиранияи сохранения значимых для рассмотрения дела сведений и фактов; применение судом по заявлению стороны в споре исковой давности защищает участников гражданского оборота от необоснованных притязаний и одновременно побуждает их своевременно заботиться об осуществлении и защите своих прав (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 15.02.2016 № 3-П «По делу о проверке конституционности положений части 9 статьи 3 Федерального закона «О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации» в связи с жалобой гражданина ФИО18»).

Как следует из материалов дела, суд первой инстанции заявление ответчиков о пропуске срока исковой давности по существу не рассмотрел, и в обжалуемом решении ни имеется никаких выводов суда по данному вопросу.

Апелляционный суд также фактически не исследовал и не оценил заявления о пропуске срока исковой давности по существу, а вывод апелляционного суда о том, что срок исковой давности по иску о виндикации спорных объектов надлежит исчислять с момента изготовления в полном объеме судебного акта о взыскании с контролирующих общество «УПИ» лиц убытков, причиненных в связи с утратой обществом «УПИ» спорных объектов, ничем не мотивирован и не обоснован, при этом суд не исследовал и никак не обосновал свою позицию относительного того, что именно препятствовало обществу «УПИ» узнать о нарушении своего права и подать соответствующий виндикационный иск в период до 23.09.2016 и до 23.09.2019.

Кроме того, в нарушение требований статей 301, 302, пункта 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, апелляционный суд, никак не обосновал свою позицию в части определения момента, когда именно общество «УПИ», в лице уполномоченных лиц, должно было узнать о том, что спорное имущество выбыло из его владения, и его право на данное имущество нарушено, при том, что спор, по результатам которого принято постановление апелляционного суда от 23.09.2016 по делу № А60-52543/2012, рассматривался судом с участием общества «УПИ» в период с 18.11.2014, и в ходе его рассмотрения до 23.09.2016 лицами, участвующими деле, заявлялись и судами исследовались соответствующие доводы о выбытии спорного имущества из владения общества «УПИ», но апелляционный суд обстоятельства рассмотрения данного спора на предмет установления момента, когда общество «УПИ» должно было узнать о неправомерном выбытии из его владения спорного имущества, не исследовал и не оценил.

Кроме того, апелляционный суд никак не мотивировал свою позицию относительно того, что в 2012 - 2014 годах рассматривались судебные споры, также касающиеся неправомерно выбытия из владения общества «УПИ» спорного имущества (дело № 2-5901/2014 Верх-Исетского районного суда г. Екатеринбурга, дела № А60-49527/2012 и А60-2761/2013 Арбитражного суда Свердловской области), при этом общество «УПИ» участвовало в рассмотрении соответствующих дел и ссылалось на незаконность выбытия из его владения спорного имущества.

Таким образом, при рассмотрении настоящего спора суды фактически вообще уклонились от рассмотрения по существу заявления ответчиков о пропуске срока исковой давности по настоящему спору, не установили момент, когда общество «УПИ» в лице соответствующего независимого руководителя должно было узнать о факте незаконного выбытия из владения общества «УПИ» спорного имущества, не исследовали и не оценили все необходимые фактические обстоятельства и доказательства, которые могут свидетельствовать об указанном моменте, не учли все соответствующие доводы и объяснения сторон, и никак не мотивировали свою позицию относительно того, когда именно в данном случае общество «УПИ», в лице соответствующего независимого руководителя (контролирующего участника, имевшего возможность прекратить полномочия недобросовестного директора) должно было узнать о нарушении права и имелись ли в период с момента принятия судами к рассмотрению вышеназванных дел и до 23.09.2016, а также до 23.09.2019 какие-либо препятствия для получения обществом «УПИ» названной информации и подачи иска о виндикации спорных объектов.

Помимо изложенного, руководствуясь обстоятельствами, установленными преюдициальными судебными актами, суды не исследовали и не оценили доводы лиц, участвующих в деле, о том, что спорное имущество в 2012 году передано руководителем общества «УПИ» ФИО1 с согласия всех участников общества, в отсутствие у руководителя и участников возражений против названного отчуждения спорного имущества, при том, что в обществе «УПИ» более 10 лет идет корпоративный конфликт ФИО2 с М-выми, ФИО13 и ФИО14, которые также одобряли сделки по выводу имущества и привлечены к ответственности в виде взыскания в пользу общества «УПИ» убытков, причиненных их виновными действиями в результате утраты обществом «УПИ» спорного имущества, и иных независимых участников у общества «УПИ» нет, а также отсутствует нарушение прав кредиторов общества «УПИ», дело о банкротстве которого прекращено и утверждено мировое соглашение, которое исполняется, и требования кредиторов будут погашены в короткий срок, раньше возможной реализации управляющим возращенного обществу «УПИ» имущества, при том, что без исследования и оценки соответствующих обстоятельств не представляется возможным установить, в защиту каких именно лиц и интересов заявлен настоящий виндикационный иск.

Согласно части 1 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, основаниями для изменения или отмены решения, постановления арбитражного суда первой и апелляционной инстанций являются несоответствие выводов суда, содержащихся в решении, постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным арбитражным судом первой и апелляционной инстанций, и имеющимся в деле доказательствам, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

При этом нарушение или неправильное применение норм процессуального права является основанием для изменения (отмены) решения, постановления арбитражного суда, если это нарушение привело или могло привести к принятию неправильного решения, постановления (часть 3 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Учитывая изложенное, и то, что исходя из вышеназванных обстоятельств, выводы судов о наличии оснований для удовлетворения иска к ФИО2 и истребования у него спорного имущества сделаны при неправильном применении судами норм материального (статьи 196, 199, 200, 301, 302 Гражданского кодекса Российской Федерации) и процессуального (статьи 65, 71, 168, 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) права и соответствующих разъяснений, являются недостаточно обоснованными, сделаны без исследования и оценки всех обстоятельств дела, всех имеющихся в деле доказательств и доводов лиц, участвующих в деле, без рассмотрения по существу в установленном порядке заявления ответчиков о пропуске срока исковой давности по настоящему спору, что повлекло совершение ошибочных выводов, решение суда первой инстанции от 20.09.2021 и постановление апелляционного суда от 09.02.2022 подлежат отмене, дело – направлению на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении дела арбитражному суду, с учетом изложенного в мотивировочной части постановления, надлежит устранить отмеченные недостатки, в том числе рассмотреть по существу в полном объеме и надлежащим образом заявления о применении срока исковой давности, исследовать и установить момент начала течения срока исковой давности с учетом обстоятельств дела и заявленных ответчиком доводов, определить на настоящий момент процессуальный статус лиц, в отношении которых производству по данному спору прекращено, и установить надлежащий порядок их уведомления о месте и времени проведения судебных заседаний по настоящему спору, с учетом их фактического места нахождения, в том числе в местах лишения свободы, разъяснить лицам, участвующим в деле, необходимость представить суду все имеющиеся у них надлежащие документальные доказательства и т.п., дать оценку доводам лиц, участвующих в деле, установить все фактические обстоятельства, имеющие значение для разрешения дела, дать оценку в совокупности всем доказательствам и по результатам исследования и оценки представленных доказательств принять решение в соответствии с установленными обстоятельствами и действующим законодательством.

Определением Арбитражного суда Уральского округа от 25.02.2022 приостановлено исполнение обжалуемых судебных актов до окончания производства в арбитражном суде кассационной инстанции. Поскольку производство по настоящим кассационным жалобам завершено, судна основании статьи 283 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации отменяет принятое приостановление исполнения судебных актов.

Руководствуясь статьями 286, 287, 288, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд



П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного суда Свердловской области от 20.09.2021 по делу№ А60-35787/2020 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.02.2022 по тому же делу отменить в части удовлетворения исковых требований и взыскания с ФИО2 судебных расходов в сумме 9000 рублей, в данной части дело направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Свердловской области.

В остальной части решение Арбитражного суда Свердловской областиот 20.09.2021 по делу № А60-35787/2020 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.02.2022 по тому же делу оставитьбез изменения.

Приостановление исполнения решения Арбитражного суда Свердловской области от 20.09.2021 по делу № А60-35787/2020 и постановления Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.02.2022по тому же делу, принятое определением Арбитражного суда Уральского округа от 25.02.2022, отменить.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.



Председательствующий Ю.А. Оденцова


Судьи Н.А. Артемьева


О.Э. Шавейникова