Постановление от 28 февраля 2024 г. по делу № А76-14347/2023

ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД





ПОСТАНОВЛЕНИЕ



№ 18АП-1906/2024
г. Челябинск
28 февраля 2024 года
Дело № А76-14347/2023


Резолютивная часть постановления объявлена 28 февраля 2024 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 28 февраля 2024 года.


Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Бабиной О.Е.,

судей Баканова В.В., Ширяевой Е.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Теплоэнергетик» на решение Арбитражного суда Челябинской области от 25.12.2023 по делу № А76-14347/2023.


В судебном заседании приняли участие представители:

общества с ограниченной ответственностью «Уральская энергосбытовая компания» - ФИО2 (доверенность № ИА-315 от 06.04.2023 до 31.12.2024, паспорт, диплом),

общества с ограниченной ответственностью «Теплоэнергетик» - ФИО3 (доверенность от 09.01.2024 до 31.12.2024, паспорт, диплом).


Общество с ограниченной ответственностью «Уральская энергосбытовая компания» (далее – истец, ООО «Уралэнергосбыт») обратилось в Арбитражный суд Челябинской области с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Теплоэнергетик» (далее – ответчик, ООО «Теплоэнергетик», податель апелляционной жалобы) о взыскании неустойки за период с 21.03.2023 по 06.12.2023 в размере 6 902 880 руб. 68 коп. (с учетом уточнения исковых требований, принятых судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Определением суда от 18.05.2023 исковое заявление принято к производству.

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 25.12.2023 по делу № А76-14347/2023 принят отказ ООО «Уралэнергосбыт» от исковых требований в части взыскания суммы задолженности в размере 81 456 678 руб. 21 коп. Производство по делу в указанной части прекращено.

В остальной части исковые требования удовлетворены. С ответчика в пользу истца взыскано 6 902 880 руб. 68 коп. пени, 149 130 руб. расходов по уплате государственной пошлины.

Кроме того, с ООО «Теплоэнергетик» в доход федерального бюджета взыскано 50 870 руб. государственной пошлины.

ООО «Теплоэнергетик» не согласилось с указанным решением, обжаловав его в апелляционном порядке.

В апелляционной жалобе ООО «Теплоэнергетик» просит обжалуемое решение отменить и принять по делу новый судебный акт.

В обоснование доводов жалобы ее податель ссылается на то, что отказывая в удовлетворении ходатайства ответчика о применении статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции не принял во внимание полное погашение основной задолженности, наличие у ответчика статуса единой теплоснабжающей организации, неудовлетворительное финансовое положение ООО «Теплоэнергетик», а также отсутствие на стороне истца негативных последствий вследствие несвоевременного исполнения ответчиком своих обязательств.

Кроме того, от ответчика поступило дополнение к апелляционной жалобе (вход.10959) от 21.02.2024, согласно которому ООО «Теплоэнергетик» отмечает, что между сторонами заключен договор уступки права требования № 118 от 29.09.2023 года.

Сумма основного долга оплачена ответчиком в полном объеме в обоснование чего представлено соглашение об уступке права требования (цессии) №118 от 29.09.2023, согласно которому первоначальный кредитор (Цедент) уступает, а новый кредитор (Цессионарий) принимает право требования к муниципальному унитарному предприятию «Коммунальные сети» Златоустовского городского округа, именуемое дальнейшем - Должник, вытекающее из Договора поставки тепловой энергии в целях компенсации потерь от 21.04.2021 №150, заключенного между первоначальным кредитором (Цедентом) и Должником, в части требования исполнения Должником обязательства по оплате задолженности за поставленную за январь-ноябрь 2021 года тепловую энергию в сумме 117 808794 руб. 09 коп., в том числе НДС 20 %.

К соглашению об уступке права требования (цессии) от 29.09.2023 № 118 представлен акт приема-передачи документов, удостоверяющих право требования. МУП «Коммунальные сети» ЗГО частично погасили задолженность по спорному периоду по соглашению об уступке права требования (цессии) от 29.09.2023 № 118.

Согласно пояснению ответчика, задолженность по договорам энергоснабжения № 74070741002738 от 01.07.2019; № 74070741002742 от 01.07.2019; № 74070741002740 от 01.07.2019 , №74070741002741 от 01.07.2019; № 74070741002735 от 01.07.2019, № 74070741002743 от 01.07.2019 - оплачена полностью.

Податель апелляционной жалобы ссылается на то, что суд, указывая в решении, что оплата основного долга по договорам энергоснабжения прошла путем зачета взаимных требований (соглашение об уступке права требования № 118 от 29.09.2023 года), вместе с тем, удовлетворил требования о взыскании неустойки не за период с 21.0.2023 по 29.09.2023, но за период с 21.03.2023 по 06.12.2023, в общем размере в размере 6 902 880 руб. 68 коп., однако, оснований для начисления неустойки после 29.09.2023, с учетом подписания соглашения об уступке права требования, не имелось.

Представленный ответчиком контрасчет суммы неустойки по статье 333 Гражданского кодекса Российской Федерации с моментом окончания просрочки 29.09.2023, по мнению заявителя, необоснованно не принят судом во внимание.

Апелляционный суд, руководствуясь положениями статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, приобщил дополнение к апелляционной жалобе к материалам дела.

Лица, участвующие в деле, уведомлены о дате, времени и месте судебного разбирательства посредством почтовых отправлений, размещения информации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

В судебном заседании суда апелляционной инстанции, представитель ответчика доводы, изложенные в апелляционной жалобе, поддержала.

Представитель истца по доводам апелляционной жалобы возражала.

До начала судебного заседания от истца поступил отзыв на апелляционную жалобу (вход. 10730) от 20.02.2024.

Судебная коллегия, руководствуясь положениями части 1 статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, принимая во внимание наличие доказательств заблаговременного направления копии отзыва в адрес ответчика, а также, что согласно сведениям РПО 80100393281409, он получен ответчиком, приобщает отзыв на апелляционную жалобу к материалам дела.

От истца входящий № 11581 от 27.07.2024 поступили возражения на дополнение к апелляционной жалобы ответчика, с доказательствами направления их стороне ответчика посредством электронной почты 27.02.2024 в 09 часов 34 минуты, в которых истец указал, что соглашением об уступке прекращены обязательства только по пяти договорам из шести, на основании которых истцом предъявлены требования, поэтому его расчет неустойки верен.

Поскольку указанные возражения не содержат новых доводов, пояснений, обстоятельств, а также, поскольку представлены доказательства раскрытия этих доводов перед ответчиком заблаговременно до даты судебного заседания, с учетом того, что дополнение к апелляционной жалобе направлено ответчиком истцу только 21.02.2024 в 16 часов 32 минуты, при этом 23.02.2024 являлось нерабочим праздничным днем, а 24.04.2024 и 25.02.2024 приходились на субботу и воскресенье, судебная коллегия полагает, что подготовка возражений на дополнение к апелляционной жалобе и направление этих возражений ответчику реализованы истцом в разумные сроки, в связи с чем, указанные возражения к материалам дела приобщаются.

Кроме того, ответчик просил приобщить к материалам дела платежное поручение от 22.01.2024 № 528150 в качестве доказательства уплаты государственной пошлины по апелляционной жалобе, доказательство направления копии апелляционной жалобы в адрес истца.

Апелляционный суд, принимая представление указанных документов во исполнение определения апелляционного суда от 05.02.2024, руководствуясь положениями статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, приобщил указанные документы к материалам дела.

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, истец с 01.07.2019 является гарантирующим поставщиком электроэнергии на территории Челябинской области.

Между ООО «Теплоэнергетик» и ООО «Уралэнергосбыт» заключены договоры энергоснабжения № 74070741002738 от 01.07.2019; № 74070741002742 от 01.07.2019; № 74070741002740 от 01.07.2019; №74070741002741 от 01.07.2019; № 74070741002735 от 01.07.2019; № 74070741002743 от 01.07.2019, по условиям пункта 1.1 которых продавец обязался осуществлять продажу электрической энергии (мощности) в точках поставки на розничном рынке, через привлеченных третьих лиц оказывать услуги по передаче электроэнергии и услуги, оказание которых является неотъемлемой частью процесса поставки электроэнергии потребителю, а потребитель обязался оплачивать приобретаемую электроэнергию (мощность) и оказанные услуги.

В соответствии с пунктом 6.4.2 договоров окончательная оплата за фактически поставленную электроэнергию (мощность) с учетом произведенных платежей расчетного периода производится не позднее 18 числа месяца, следующего за расчётным.

Перечень точек поставки определен в приложении № 1 к договорам.

Согласно пункту 7.1 договоров, стороны несут ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение принятых на себя обязательств в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации.

В период с 01.02.2023 по 31.05.2023 истец оказал ответчику услуги по передаче электрической энергии на сумму 81 456 674 руб. 28 коп. (т. 2, л. д. 58), с учетом частичной оплаты, оставшийся долг составил 719 551 руб. 68 коп. (т. 3, л. д. 1-2), что подтверждается представленными в материалы дела актами снятия показаний приборов учета, ведомостями энергопотребления, счетами-фактурами, не оспаривается ответчиком.

Отсутствие исполнения встречного обязательства по оплате потребленной электрической энергии послужило основанием для обращения истца с претензией, в которой истец, указывая на задолженность, просил погасить долг, а также указывает на то, что в случае неуплаты денежных средств истец вынужден, будет обратиться в арбитражный суд с иском о взыскании законной неустойки за просрочку оплаты.

Факт получения претензий ответчиком не оспорен.

Отсутствие добровольного исполнения ответчиком обязательств послужило основанием для обращения истца с настоящим иском в суд.

Оценив представленные доказательства в отдельности, относимость, допустимость и их достоверность, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд пришел к выводу об удовлетворении заявленных исковых требований.

Судебная коллегия, исследовав доводы апелляционной жалобы, установила, что со стороны ответчика не имеется возражений в части принятия судом первой инстанции отказа истца от исковых требований в части основного долга. Оснований для отмены решения в указанной части суд апелляционной инстанции не усматривает.

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 27 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 12 от 30.06.2020 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», если заявителем подана жалоба на часть судебного акта, суд апелляционной инстанции в судебном заседании выясняет мнение присутствующих в заседании лиц относительно того, имеются ли у них возражения по проверке только части судебного акта.

При непредставлении лицами, участвующими в деле, указанных возражений до начала судебного разбирательства суд апелляционной инстанции начинает проверку судебного акта в оспариваемой части и по собственной инициативе не вправе выходить за пределы апелляционной жалобы, за исключением проверки соблюдения судом норм процессуального права, приведенных в части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Поскольку возражений относительно проверки обжалуемого судебного акта в части ни в судебном заседании, ни до его начала от сторон не поступило, судом апелляционной инстанции судебный акт проверен в рамках доводов апелляционной жалобы в части отказа в снижении размера неустойки, периода ее взыскания и отсутствия оснований для её начисления с учетом необходимости применения ретроспективного характера зачета.

Повторно рассмотрев дело в порядке статей 268, 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исследовав имеющиеся в деле доказательства, проверив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены или изменения обжалуемого судебного акта.

Как указывалось выше, в период с 01.02.2023 по 31.05.2023 истец оказал ответчику услуги по передаче электрической энергии на сумму 81 456 674 руб. 28 коп. (т. 2, л. д. 58), с учетом частичной оплаты, оставшийся долг составил 719 551 руб. 68 коп. (т. 3, л. д. 1-2).

Оставшийся долг в размере 719 551 руб. 68 коп. оплачен платежным поручением № 179626 от 06.12.2023 (т. 3, л. д. 50), в связи с чем истец заявил отказ от исковых требований в части основного долга, просил взыскать только пени в размере 6 902 880 руб. 68 коп. (т. 3, л. д. 43-45), начисленные за период с 21.03.2023 по 06.12.2023.

Факт несвоевременного исполнения ответчиком обязательств по оплате доказан представленными по делу доказательствами, таким образом, истцом обоснованно заявлено требование о взыскании неустойки.

В соответствии с пунктом 1 статьи 329 Гражданского кодекса Российской Федерации исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием имущества должника, поручительством, банковской гарантией, задатком и другими способами, предусмотренными законом или договором.

Согласно пункту 1 статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.

В соответствии с пунктом 1 статьи 332 Гражданского кодекса Российской Федерации кредитор вправе требовать уплаты неустойки, определенной законом (законной неустойки), независимо от того, предусмотрена ли обязанность ее уплаты соглашением сторон.

В соответствии с абзацем 10 пункта 2 ст. 37 Федерального закона от 26.03.2003 № 35-ФЗ «Об электроэнергетике» управляющие организации, приобретающие электрическую энергию для целей предоставления коммунальных услуг, теплоснабжающие организации (единые теплоснабжающие организации), организации, осуществляющие горячее водоснабжение, холодное водоснабжение и (или) водоотведение, в случае несвоевременной и (или) неполной оплаты электрической энергии уплачивают гарантирующему поставщику пени в размере одной трехсотой ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации, действующей на день фактической оплаты, от не выплаченной в срок суммы за каждый день просрочки начиная со дня, следующего за днем наступления установленного срока оплаты, по день фактической оплаты, произведенной в течение шестидесяти календарных дней со дня наступления установленного срока оплаты, либо до истечения шестидесяти календарных дней после дня наступления установленного срока оплаты, если в шестидесятидневный срок оплата не произведена. Начиная с шестьдесят первого дня, следующего за днем наступления установленного срока оплаты, по день фактической оплаты, произведенной в течение девяноста календарных дней со дня наступления установленного срока оплаты, либо до истечения девяноста календарных дней после дня наступления установленного срока оплаты, если в девяностодневный срок оплата не произведена, пени уплачиваются в размере одной стосемидесятой ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации, действующей на день фактической оплаты, от не выплаченной в срок суммы за каждый день просрочки. Начиная с девяносто первого дня, следующего за днем наступления установленного срока оплаты, по день фактической оплаты пени уплачиваются в размере одной стотридцатой ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации, действующей на день фактической оплаты, от не выплаченной в срок суммы за каждый день просрочки.

Ввиду неисполнения ответчиком обязательств по оплате, поставленной в спорный период электроэнергии, истцом произведен расчет пени за период с 21.03.2023 по 06.12.2023, согласно которому неустойка составила 6 902 880 руб. 68 коп. (т.3, л.д. 45).

Судом первой инстанции расчет истца проверен и признан арифметически верным.

Ответчиком заявлены возражения в части периода просрочки, полагает, что окончание периода просрочки ограничено датой подписания соглашения об уступки права требования № 118 от 29.09.2023, то есть взыскание неустойки по 06.12.2023 осуществлено необоснованно.

Вместе с тем, судом первой инстанции верно и обоснованно при проверке расчета неустойки принято во внимание, что в силу части 1 статьи 408 Гражданского кодекса Российской Федерации, надлежащее исполнение прекращает обязательство.

Поскольку просрочка допущена ответчиком по делу, именно на последнего возлагается бремя доказывания надлежащего исполнения обстоятельства.

Указанная обязанность им не исполнена.

Суд первой инстанции, указывая в обжалуемом решении, что оплата основного долга по перечисленным на странице 4 решения договорам энергоснабжения произведена посредством передачи ответчиком истцу прав требования на основании соглашения об уступке права требования № 118 от 29.09.2023, не указывал в этом перечне договор энергоснабжения № 74070741002743 от 01.07.2019, поскольку такой договор в соглашении об уступке права требования № 118 от 29.09.2023 отсутствует, вместе с тем, требования по нему в рамках настоящего иска на сумму 719 551 руб. 68 коп. были также предъявлены (т. 3, л. д. 1-2).

Следовательно, вопреки доводам ответчика, соглашением об уступке права требования № 118 от 29.09.2023 по смыслу части 1 статьи 408 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательство по оплате основного долга в полной сумме не прекращено, прекращено только в части, так как оставшийся долг оплачен платежным поручением № 179626 от 06.12.2023 (т. 3, л. д. 50).

Таким образом, период просрочки за период с 21.03.2023 по 06.12.2023 и размер пени 6 902 880 руб. 68 коп., определены истцом верно.

В главе 26 Гражданского кодекса Российской Федерации установлен перечень оснований прекращения обязательств, который не является закрытым, однако не упомянутое в законе или ином правовом акте основание прекращения обязательств должно быть предусмотрено соглашением сторон (пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11.06.2020 № 6 «О некоторых вопросах применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о прекращении обязательств»).

В силу статьи 382 Гражданского кодекса Российской Федерации право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона. Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором (пункты 1 и 2).

Если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на проценты (пункт 1 статьи 384 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По смыслу приведенных выше норм права к цессионарию на основании закона переходят права кредитора по обязательству, при этом переход прав кредитора к новому взыскателю не прекращает обязательство, а изменяет его субъектный состав.

При этом в соответствии с пунктом 2 статьи 384 Гражданского кодекса Российской Федерации, право требования по денежному обязательству может перейти к другому лицу в части, если иное не предусмотрено законом.

В пункте 33 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки» (далее – постановление Пленума №54) разъяснено, что при замене цедента цессионарием в части заявленных требований в процессе оба этих истца выступают независимо друг от друга.

В пункте 4 постановления Пленума №54 разъяснено, что в силу пункта 1 статьи 384 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено законом или договором, требование первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода требования. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на проценты.

Из разъяснений, сформулированных в пункте 14 указанного постановления Пленума № 54, следует, что уступка требования об уплате неустойки, начисляемой в связи с нарушением обязательства, в том числе подлежащей выплате в будущем, допускается как одновременно с уступкой основного требования, так и отдельно от него.

Также согласно правовой позиции Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 15 информационного письма от 30.10.2007 № 120 «Обзор практики применения арбитражными судами положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации», если иное не предусмотрено законом или договором, при уступке права (требования) или его части к новому кредитору переходят полностью или в соответствующей части также и права, связанные с уступаемым правом (требованием).

Ответчиком представлено соглашение об уступке права требования (цессии) №118 от 29.09.2023, согласно которому первоначальный кредитор (Цедент) уступает, а Новый кредитор (Цессионарий) принимает право требования к Муниципальному унитарному предприятию «Коммунальные сети» Златоустовского городского округа (456228, <...>, ОГРН <***>, ИНН <***>, краткое наименование – МУП «Коммунальные сети» ЗГО), именуемому в дальнейшем – Должник, вытекающее из Договора поставки тепловой энергии в целях компенсации потерь от 21.04.2021 №150, заключенного между Первоначальным кредитором (Цедентом) и Должником, в части требования исполнения Должником обязательства по оплате задолженности за поставленную за январь-ноябрь 2021 года тепловую энергию в сумме 117 808 794 руб. 09 коп., в том числе НДС 20 %. Задолженность подтверждена решением Арбитражного суда Челябинской области по делу №А76-38698/2021 от 05.06.2023 (пункт 1.1. соглашения).

Согласно пункту 1.3 соглашения право требования Первоначального кредитора (Цедента) к Должнику на дату подписания Соглашения включает сумму основного долга в размере 117 808 794 руб. 09 коп, в том числе НДС 20%, за поставленную январь-ноябрь 2021 года тепловую энергию по Договору поставки тепловой энергии в целях компенсации потерь от 21.04.2021 №150.

В соответствии с пунктом 1.4. соглашения право требования Первоначального кредитора (Цедента) переходит к Новому кредитору (Цессионарию) в том объеме и на тех условиях, которые существовали на дату подписания соглашения.

К соглашению об уступке права требования (цессии) от 29.09.2023 № 118 представлен акт приема-передачи документов, удостоверяющих право требования.

То есть, ответчик частично погасил задолженность перед истцом по спорному периоду, по соглашению об уступке права требования (цессии) от 29.09.2023 № 118, в рамках достигнутого соглашения, но не весь объем обязательства, рассматриваемого в рамках настоящего спора.

Таким образом, уступка права требования произошла по следующим договорам: № 74070741002735 от 01.07.2019; № 74070741002738 от 01.07.2019; № 74070741002740 от 01.07.2019; №74070741002741 от 01.07.2019; № 74070741002742 от 01.07.2019, и ответчик погасил задолженность перед истцом именно по эти договорам.

Для целей оплаты задолженности по договору № 74070741002743 от 01.07.2019, права требования ответчиком истцу не передавались, оплата задолженности по этому договору произведена ответчиком позднее, на основании платежного поручения № 179626 от 06.12.2023 (т. 3, л. д. 50).

Истцом при очередном уточнении размера исковых требований (т.3, л.д. 1-2) также указывалось на наличие задолженности именно по договору № 74070741002743 от 01.07.2019 в сумме 719 551 руб. 68 коп.

В силу изложенного, поскольку ответчиком обязательство по оплате основного долга по договору № 74070741002743 от 01.07.2019 исполнено только 06.12.2023, истцом обоснованно произведено начисление неустойки в рамках рассматриваемого договора по 06.12.2023.

Истцом в материалы дела представлен расчет пени по каждому договору.

Судом апелляционной инстанции установлено, что по договорам № 74070741002735 от 01.07.2019; № 74070741002738 от 01.07.2019; № 74070741002740 от 01.07.2019; №74070741002741 от 01.07.2019; № 74070741002742 от 01.07.2019 пени начислялись по 29.09.2023, то есть до момента фактической оплаты основного долга (т. 3, л.д. 5-9), момента заключения соглашения об уступке права требования (цессии) № 118 от 29.09.2023.

При этом по договору № 74070741002743 от 01.07.2019 истцом произведен расчет пени по состоянию на 06.12.2023, то есть по день фактической оплаты ответчиком задолженности по указанному договору (т.3, л.д. 45).

В связи с изложенным, судом первой инстанции сделан верный вывод о взыскании неустойки по 06.12.2023, поскольку оплата по договору № 74070741002743 от 01.07.2019 произведена 06.12.2023.

Арифметическая правильность расчета ответчиком, как в части алгоритма расчета, так и в части суммы начисления, надлежащим образом не оспорена и не опровергнута (статьи 8, 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

На основании изложенного, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что, расчет неустойки является верным, нормативно обоснованным.

Оснований для критической оценки алгоритма расчета неустойки не установлено.

Исследовав представленные в материалы дела доказательства, учитывая заявленное ответчиком ходатайство о несоразмерности суммы неустойки последствиям нарушения обязательства (т.3 л.д. 21-23, 46-48), суд первой инстанции не нашел оснований для применения положений статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснений постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.12.2011 № 81 «О некоторых вопросах применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации» и постановлений Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее – Постановление №7).

В отношении доводов подателя апелляционной жалобы о том, что в отношении рассматриваемого трехстороннего соглашения об уступке права требования следует применить ретроспективное действие, поскольку обязательства стали способы к зачету ранее, то есть у истца отсутствовало право на начисление неустойки, судом апелляционной инстанции заданы уточняющие вопросы представителю относительно того обстоятельства, срок исполнения какого из трех обязательств, рассмотренных в соглашении об уступке права требования, наступил позднее, однако представить не смог дать объяснений.

Согласно пункту 2.3. соглашения, стороны в порядке ст. ст. 407, 410 ГК РФ, пришли к соглашению, что обязательства Нового кредитора (Цессионария) по оплате, приобретаемых по настоящему соглашению прав в сумме 117 808 794 руб. 09 коп. с момента подписания настоящего соглашения, прекращаются путем зачета встречных однородных требований к Первоначальному кредитору (Цеденту).

Статьей 410 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что обязательство прекращается полностью или частично зачетом встречного однородного требования, срок которого наступил либо срок которого не указан или определен моментом востребования. В случаях, предусмотренных законом, допускается зачет встречного однородного требования, срок которого не наступил. Для зачета достаточно заявления одной стороны.

Пленумом Верховного Суда Российской Федерации в постановлении от 11.06.2020 № 6 «О некоторых вопросах применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о прекращении обязательств» (далее - постановление Пленума № 6) даны соответствующие разъяснения о прекращении обязательств зачетом.

В соответствии с абзацем 2 пункта 15 постановления Пленума № 6, если лицо находилось в просрочке исполнения зачитываемого обязательства, срок исполнения по которому наступил ранее, то проценты за пользование чужими денежными средствами (статья 395 ГК РФ) и (или) неустойка (статья 330 ГК РФ) начисляются до момента прекращения обязательств зачетом. Если проценты за пользование чужими денежными средствами (статья 395 ГК РФ) и (или) неустойка (статья 330 ГК РФ) были уплачены за период с момента, когда зачет считается состоявшимся, до момента волеизъявления о зачете, они подлежат возврату.

Исходя из системного толкования приведенной выше нормы права и разъяснений постановления Пленума № 6, независимо от процедуры проведения зачета (внесудебный, судебный) обязательства считаются прекращенными ретроспективно: не с момента заявления о зачете, подписания акта о зачете, заявления встречного иска, принятия/вступления в законную силу решения суда, а тогда, когда обязательства стали способны к зачету, то есть наступили условия для прекращения обязательств зачетом. Только до обозначенного момента сторона, срок исполнения обязательства которой наступил ранее, находится в просрочке и несет соответствующую ответственность.

В пункте 3 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.12.2001 № 65 «Обзор практики разрешения споров, связанных с прекращением обязательств зачетом встречных однородных требований», на примере дела о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами за нарушение срока исполнения обязательства, сформулирована правовая позиция о том, что обязательства считаются прекращенными зачетом с момента наступления срока исполнения того обязательства, срок исполнения которого наступил позднее.

Согласно указанным разъяснениям при зачете встречных однородных требований обязательства сторон прекращаются в момент наступления срока исполнения того обязательства, срок которого наступил позднее, в том числе в случаях, когда заявление о зачете выражается в предъявлении встречного иска.

При этом обязательства каждой из сторон прекратились тогда, когда они стали способными к зачету, а не с подписанием истцом и ответчиком актов о зачете.

Вместе с тем, из материалов настоящего дела следует, что в настоящем случае имеет место не одностороннее заявление о зачете одной стороны обязательства к другой стороне того же обязательства, а имеет место соглашения о зачете встречных однородных требований от 29.09.2023, по различным обязательствам, которые возникли в рамках разных договоров, в которых составы участников (стороны договора) не совпадают, то есть в настоящем случае, исследуемое соглашение представляет собой двухсторонний договор, сделку по урегулированию расчетов с использованием зачетов в качестве платежного средства, и использованием в качестве средства для расчетов между истцом и ответчиком права требования ответчика не к истцу, а к третьему лицу МУП «Коммунальные сети» ЗГО, к которому, согласно пункту 1.1. соглашения, имеется право требования у ответчика, а также не следует, что имеется долг истца перед МУП «Коммунальные сети» ЗГО.

Таким образом, именно две стороны рассматриваемого соглашения согласовывали момент оплаты спорных обязательств друг с другом с определенной даты, о чем прямо и без противоречий указано в пунктах 1.5, 2.3. договора.

Учитывая изложенное, суд апелляционной инстанции отмечает, что по общему правилу, встречность требований предполагает существование двух встречных обязательственных отношений между одними и теми же лицами. При этом должник по одному из них должен одновременно являться кредитором по другому, и наоборот.

Вместе с тем, рассматриваемое соглашение по прекращению взаимных обязательств не свидетельствует о том, что у истца перед ответчиком имелся долг, что истец являлся должником ответчика и одновременно его кредитором, как и ответчик не являлся одновременно кредитором истца, но только его должником, МУП «Коммунальные сети» ЗГО являлось должником только ответчика, а ответчик являлся кредитором МУП «Коммунальные сети» ЗГО, то есть рассматриваемые обязательства возникли не только из различных договоров, но и договоров с различными сторонами и разными предметами, и по существу представляют собой не зачет, как самостоятельный способ прекращения гражданско-правового обязательства, предусмотренного статьей 410 Гражданского кодекса Российской Федерации, а по сути взаимозачет («взаимный зачет задолженностей»), представляющий собой один из методов осуществления расчетов между различными субъектами, к которому разъяснения пункта 3 Информационного письма № 65 применены быть не могут, и в данном случае возможно руководствоваться положениями статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации и принципом равноправия сторон.

Таким образом, обязательства ответчика, прекращенные спорным соглашением, считаются исполненными в момент его подписания, что прямо следует из пунктов 1.5, 2.3. договора. При этом момент подписания соглашения и дата их составления совпадают.

Указанное соответствует правовой позиции Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в определении ВАС РФ от 12.12.2013 № ВАС-17078/13 по делу № А05-11910/2012.

Также истцом в судебном заседании по рассматриваемым доводам ответчика обоснованно отмечено, что на основании этого соглашения ему ответчиком передано право требования к должнику ответчика, следовательно, поскольку в силу действующего законодательства уступка права требования осуществляется на возмездной основе, то на стороне истца возникла обязанность оплатить полученное право требования. Указанное обязательство возникло именно 29.09.2023, но не ранее, следовательно, именно это обязательство истца перед ответчиком и является самым поздним, то есть, и обязательство ответчика перед истцом также прекратилось не ранее 29.09.2023.

Оценив представленные в материалы дела доказательства, с учетом доводов жалобы и фактических обстоятельств дела, суд апелляционной инстанции не установил оснований для переоценки выводов суда первой инстанции с учетом следующего.

Применение такой меры как взыскание неустойки носит компенсационно-превентивный характер и позволяет не только возместить лицу убытки, возникшие в результате просрочки исполнения обязательства, но и удержать контрагента от неисполнения (просрочки исполнения) обязательства в будущем.

Статья 333 Гражданского кодекса Российской Федерации устанавливает право суда снизить размер предъявленной ко взысканию неустойки, как размера ответственности за ненадлежащее исполнение обязательства.

Следует отметить, что согласно части 1 статьи 41 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лицам, участвующим в деле, предоставлено право знакомиться с материалами дела, делать выписки из них, представлять доказательства и знакомиться с доказательствами, представленными другими лицами, участвующими в деле, до начала судебного разбирательства; участвовать в исследовании доказательств; задавать вопросы другим участникам арбитражного процесса, заявлять ходатайства, делать заявления, давать объяснения арбитражному суду, приводить свои доводы по всем возникающим в ходе рассмотрения дела вопросам.

В материалах дела имеется ходатайство ответчика о применении статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, в обоснование указанного заявления ответчик указывает, что денежные средства не находились в распоряжении должника и он не извлекал прибыль из их владения; должник является единой теплоснабжающей организацией, единственный доход которой приходится на население МКД; в результате фактической экономической ситуации, как следствие постоянных неплатежей населения ответчик стоит на гране банкротства.

В апелляционной жалобе, ответчиком заявляются аналогичные доводы.

Кроме того, ответчик представлял суду первой инстанции контррасчет, согласно которому сумма неустойки, по мнению подателя апелляционной жалобы, должна составлять 4 023 607 руб. (т.3, л.д. 49).

Истцом заявлены возражения на ходатайство ответчика о снижении неустойки (т.3, л.д. 17-19).

Судебная коллегия, оставляя вынесенный судебный акт без изменения в части взыскания неустойки принимает во внимание следующие обстоятельства.

В соответствии со статьей 330 Гражданского кодекса Российской Федерации неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков (пункт 1).

Кредитор не вправе требовать уплаты неустойки, если должник не несет ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства (пункт 2).

Таким образом, неустойка по своей правовой природе является в том числе мерой ответственности должника за неисполнение или ненадлежащее исполнение принятого на себя обязательства.

Согласно статье 333 названного Кодекса, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку. Если обязательство нарушено лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, суд вправе уменьшить неустойку при условии заявления должника о таком уменьшении (пункт 1).

Уменьшение неустойки, определенной договором и подлежащей уплате лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, допускается в исключительных случаях, если будет доказано, что взыскание неустойки в предусмотренном договором размере может привести к получению кредитором необоснованной выгоды (пункт 2).

При этом, согласно разъяснениям, приведенным в пункте 71 Постановления №7, если должником является коммерческая организация, индивидуальный предприниматель, а равно некоммерческая организация при осуществлении ею приносящей доход деятельности, снижение неустойки судом допускается только по обоснованному заявлению такого должника, которое может быть сделано в любой форме (пункт 1 статьи 2, пункт 1 статьи 6, пункт 1 статьи 333 ГК РФ).

Согласно разъяснению, содержащемуся в пункте 79 указанного постановления, в случае списания по требованию кредитора неустойки со счета должника (пункт 2 статьи 847 ГК РФ), а равно зачета суммы неустойки в счет суммы основного долга и/или процентов должник вправе ставить вопрос о применении к списанной неустойке положений статьи 333 ГК РФ, например, путем предъявления самостоятельного требования о возврате излишне уплаченного (статья 1102 ГК РФ). В то же время, если подлежащая уплате неустойка перечислена самим должником, он не вправе требовать снижения суммы такой неустойки на основании статьи 333 ГК РФ (подпункт 4 статьи 1109 ГК РФ), за исключением случаев, если им будет доказано, что перечисление неустойки являлось недобровольным, в том числе ввиду злоупотребления кредитором своим доминирующим положением.

То есть в соответствии изложенными разъяснениями Пленума Верховного Суда Российской Федерации допускается возможность самостоятельного обращения должника в суд с требованием о снижении размера неустойки в отдельных случаях, перечень которых в названном постановлении не является исчерпывающим, так как закон не содержит прямого запрета на предъявление должником кредитору такого требования.

Аналогичная правовая позиция приведена в пункте 17 Обзора судебной практики по делам, связанным с защитой прав потребителей финансовых услуг, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.09.2017

Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 21.12.2000 № 263-О указал, что предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательств является одним из правовых способов, предусмотренных в законе, которые направлены против злоупотребления правом свободного определения размера неустойки, то есть, по существу, - на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Именно поэтому в части 1 статьи 333 ГК РФ речь идет не о праве суда, а, по существу, о его обязанности установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения.

Положения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации могут применяться как к неустойке, определенной договором и подлежащей уплате, так и к списанной со счета должника по требованию кредитора.

По смыслу пункта 28 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2020), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.06.2020, заявление ответчика (в данном случае - ООО «Теплосеть») о снижении неустойки на основании статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации является не процессуальным заявлением, ходатайством, а материальным, в силу чего подлежит рассмотрению арбитражным судом, в том числе, при новом рассмотрении дела в результате отмены ранее вынесенных судебных актов, поскольку возможность уменьшения неустойки предусмотрена Гражданским кодексом Российской Федерации по заявлению должника, то есть такое заявление, ходатайство при наличии его в материалах дела подлежит разрешению судом.

Из разъяснений, данных в пункте 71 Постановления № 7 следует, что если должником является коммерческая организация, индивидуальный предприниматель, а равно некоммерческая организация при осуществлении ею приносящей доход деятельности, снижение неустойки судом допускается только по обоснованному заявлению такого должника, которое может быть сделано в любой форме (пункт 1 статьи 2, пункт 1 статьи 6, пункт 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При наличии в деле доказательств, подтверждающих явную несоразмерность неустойки последствиям нарушения обязательства, суд уменьшает неустойку по правилам статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Как указано в пунктах 69, 75 Постановления № 7, подлежащая уплате неустойка, установленная законом или договором, в случае ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства, может быть уменьшена в судебном порядке (пункт 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации). При оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (пункты 3, 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации). Доказательствами обоснованности размера неустойки могут служить, в частности, данные о среднем размере платы по краткосрочным кредитам на пополнение оборотных средств, выдаваемым кредитными организациями лицам, осуществляющим предпринимательскую деятельность, либо платы по краткосрочным кредитам, выдаваемым физическим лицам, в месте нахождения кредитора в период нарушения обязательства, а также о показателях инфляции за соответствующий период. Установив основания для уменьшения размера неустойки, суд снижает сумму неустойки.

Таким образом, наличие оснований для снижения неустойки и критерии ее соразмерности определяются судом в каждом конкретном случае самостоятельно, исходя из установленных по делу обстоятельств. Учитывая, что степень соразмерности заявленной истцом неустойки последствиям нарушения обязательства является оценочной категорией, только суд вправе дать оценку указанному критерию, исходя из своего внутреннего убеждения и обстоятельств конкретного дела.

В соответствии с пунктом 73 Постановления № 7 бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (часть 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса, часть 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В рассматриваемом случае предъявленная к взысканию неустойка не является договорной, а является законной. Устанавливая размер неустойки за ненадлежащее исполнение обязательств, законодатель не ставил перед собой цель ущемление прав и интересов должников, а руководствовался, прежде всего, критериями разумности, обоснованности и справедливости.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что снижение размера неустойки, подлежащей уплате, допускается в исключительных случаях, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства и может повлечь получение кредитором необоснованной выгоды.

На основании пунктов 1, 2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, не исполнившее обязательство либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности. Лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства. Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство.

В силу пункта 3 указанной статьи лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности, несет ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств. К таким обстоятельствам не относятся, в частности, нарушение обязанностей со стороны контрагентов должника, отсутствие на рынке нужных для исполнения товаров, отсутствие у должника необходимых денежных средств.

Отклоняя доводы апелляционной жалобы в части не получения ответчиком денежных средств от конечных потребителей (населения), неблагоприятное финансовое положение ответчика, апелляционная коллегия отмечает следующее.

Как следует из материалов дела, ссылаясь на возникновение тяжелого финансового положения, ответчик указанные обстоятельства в нарушение требований статей 9, 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не подтверждает.

Доказательств того, что ответчик действовал при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, принял все меры для надлежащего исполнения обязательства (статья 401 Гражданского кодекса Российской Федерации), в материалах дела также не имеется.

Кроме того, ответчик указывает на то, что его деятельность является социально-значимой, вместе с тем, он также является субъектом экономической, коммерческой деятельности и риски снижения получения доходов, сокращения поступления платы за оказанные услуги являются для такой деятельности обычными составляющими, которые не отвечают критериям чрезвычайности, исключительности, либо непреодолимый силы, то есть не являются надлежащим основанием для одностороннего освобождения от принятых обязательств по полной и своевременной оплате.

В пункте 73 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» разъяснено, что бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика.

В пункте 75 Пленума № 7 указано, что доказательствами обоснованности размера неустойки могут служить, в частности, данные о среднем размере платы по краткосрочным кредитам на пополнение оборотных средств, выдаваемым кредитными организациями лицам, осуществляющим предпринимательскую деятельность, либо платы по краткосрочным кредитам, выдаваемым физическим лицам, в месте нахождения кредитора в период нарушения обязательства, а также о показателях инфляции за соответствующий период.

Исходя из принципа осуществления гражданских прав своей волей и в своем интересе (статья 1 Гражданского кодекса Российской Федерации), неустойка может быть снижена судом на основании статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации при наличии соответствующего заявления со стороны ответчика. При этом, бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (часть 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В силу закрепленного в Арбитражном процессуальном кодексе Российской Федерации принципа состязательности задача лиц, участвующих в деле, собрать и представить в суд доказательства, подтверждающие их правовые позиции, арбитражный суд не является самостоятельным субъектом собирания доказательств.

При таких обстоятельствах, арбитражный суд не может обязать сторону спора представлять доказательства, как в обоснование своей позиции, так и в обоснование правовой позиции другой стороны, поскольку в силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, самостоятельно доказывает обстоятельства, на которых основывает свои требования и возражения.

В ходе разрешения спора арбитражный суд первой инстанции предоставил сторонам достаточно времени для подготовки своей позиции по делу, представления доказательств в обоснование своих требований и возражений.

Объективных доказательств, свидетельствующих о неразумности и чрезмерности заявленной к взысканию неустойки, в материалы дела ответчиком не представлено. Кроме того, ответчиком не доказано, что взыскание неустойки в предусмотренном законе размере может привести к получению истцом необоснованной выгоды.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 10.12.2019 №307-ЭС19-14101 по делу №А56-64034/2018, возражение должника об обоснованности начисления неустойки, равно как и ее размера, само по себе не является предусмотренным статьей 333 Гражданского кодекса заявлением об уменьшении неустойки. Более того, должнику недостаточно заявить об уменьшении неустойки, он должен доказать наличие оснований для ее снижения. В каждом конкретном случае при уменьшении неустойки необходимо оценивать доказательства по своему внутреннему убеждению, судебная коллегия считает недопустимым уменьшение неустойки при неисполнении должником бремени доказывания несоразмерности, представления соответствующих доказательств, в отсутствие должного обоснования и наличия на то оснований. Иной подход позволяет недобросовестному должнику, нарушившему условия согласованных с контрагентом обязательств, в том числе об избранных ими мерах ответственности и способах урегулирования спора, извлекать преимущества из своего незаконного поведения.

В рассматриваемом случае, заявляя суду первой инстанции ходатайство о применении статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, в нарушение вышеназванных требований, ООО «Теплоэнергетик» не представляло какие-либо доказательства в обоснование данного заявления (статьи 9, 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В апелляционной жалобе ответчик также не предоставляет доказательств в обоснование заявления о применении положений статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, ограничиваясь указанием на отсутствие у истца негативных последствий, не нахождения денежных средств у должника, образование задолженности в виду несвоевременной оплаты конечных потребителей (населения).

Вместе с тем, отклоняя заявленные в апелляционной жалобе доводы, апелляционный суд разъясняет, что ухудшение стабильности коммерческой деятельности ответчика само по себе не является основанием для освобождения последнего от взыскания задолженности, образовавшейся вследствие неисполнения обязательств по оплате поставленного ресурса (абзац 4 пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 81 «О некоторых вопросах применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

На основании пункта 3 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено законом или договором, лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности, несет ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств. К таким обстоятельствам не относятся в частности, нарушение обязанностей со стороны контрагентов должника, отсутствие на рынке нужных для исполнения товаров, отсутствие у должника необходимых денежных средств.

Следовательно, отсутствие денежных средств не относится к предусмотренным законом основаниям для отказа от оплаты полученного товара надлежащего качества и заявленного количества. Доказательства наличия встречных обязательств истца, а также обязательств, по которым ответчик в досудебном порядке заявлял о проведении зачета требований, в материалы дела последним в нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не представлены.

Ответчик, являясь субъектом предпринимательской деятельности, должен был предполагать наступление рисков, связанных с неисполнением обязательств по своевременной оплате задолженности по заключенному им договору энергоснабжения.

Между тем, ссылаясь на низкую платежную дисциплину населения, ответчик указанные обстоятельства в нарушение требований статей 9, 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не подтверждает.

В настоящем случае, ссылаясь на несвоевременную оплату конечных потребителей, ответчик в материалы дела не представляет доказательств того, что действуя разумно, осмотрительно, добросовестно ответчиком предприняты и реализованы все необходимые действия и меры для надлежащего исполнения принятых обязательств перед истцом, для взыскания задолженности со своих дебиторов, не раскрыто, по каким причинам и исключительным обстоятельствам, в случае просрочки оплаты на стороне ответчика, обоснованно начисленная неустойка должна быть снижена.

При этом документов, реально отражающих ухудшение коммерческой деятельности ответчика в материалах дела не имеется. Ответчиком не представлено доказательств снижения собираемости задолженности по коммунальным платежам.

Учитывая изложенное, апелляционная коллегия приходит к выводу, что в нарушение требований статей 9, 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, ответчиком не представлено конкретных доказательств в подтверждение заявленных обстоятельств.

В пункте 73 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» разъяснено, что бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика.

Учитывая соотношение суммы первоначально предъявленной задолженности (82 958 125 руб. 51 коп.) и размера неустойки (6 902 880 руб. 68 коп.), апелляционный суд не усматривает явной несоразмерности неустойки и не находит оснований для ее уменьшения.

Рассмотрев ходатайство ответчика о снижении неустойки, оценив представленные в дело документы и приняв во внимание компенсационный характер неустойки, необходимость установления баланса между применяемой к нарушителю мерой ответственности и последствиями нарушения обязательства, принимая во внимание, что истцом ответчику направлено досудебное требование по урегулированию спора, но такое урегулирование ответчиком проигнорировано, не реализовано, суд апелляционной инстанций приходит к выводу о том, что заявленный истцом размер неустойки, при конкретных обстоятельствах спорной ситуации, соответствует последствиям неисполнения обязательства, кроме того, увеличение периода просрочки обусловлено исключительно поведением самого ответчика, его неуважительным бездействием в части исполнения принятых обязательств и уклонения от полной и своевременной оплаты.

Таким образом, доводы подателя апелляционной жалобы о необходимости применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации судебной коллегией исследованы, но подлежат отклонению.

С учетом изложенного, приведенные ответчиком основания не образуют достаточных оснований для применения положений статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Следовательно, основания для отмены решения по доводам апелляционной жалобы отсутствуют.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта на основании части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом апелляционной инстанции не установлено.

В соответствии с изложенным, решение арбитражного суда первой инстанции не подлежит отмене или изменению, а апелляционная жалоба - удовлетворению.

Судебные расходы распределяются между лицами, участвующими в деле, в соответствии с правилами, установленными статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и в связи с оставлением апелляционной жалобы без удовлетворения, относятся на ее подателя.


Руководствуясь статьями 176, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции



ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Челябинской области от 25.12.2023 по делу № А76-14347/2023 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Теплоэнергетик» - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение двух месяцев со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.


Председательствующий судья

О.Е. Бабина


Судьи:

В.В. Баканов



Е.В. Ширяева