Решение от 19 ноября 2020 г. по делу № А49-4007/2020

Арбитражный суд Пензенской области

Кирова ул., д. 35/39, Пенза г., 440000,

тел.: +78412-52-99-97, факс: +78412-55-36-96, http://www.penza.arbitr.ru

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


РЕШЕНИЕ

Дело № А49-4007/2020
город Пенза
19 ноября 2020 года
Резолютивная часть решения объявлена 12 ноября 2020 года.

Полный текст решения изготовлен 19 ноября 2020 года.

Арбитражный суд Пензенской области в составе судьи Мещеряковой М.Н. при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Климовой К.А., рассмотрев в открытом судебном заседании дело по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Мочалейское» (ОГРН <***>, ИНН <***>)

к Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 2 по Пензенской области (ОГРН <***>, ИНН <***>)

об оспаривании решения налогового органа,

третье лицо: Управление Федеральной налоговой службы по Пензенской области (ОГРН <***>, ИНН <***>),

при участии в судебном заседании:

от заявителя – ФИО1 – представителя по доверенности от 08.06.2020 № МЧ-20/06/08, ФИО2 – представителя по доверенности от 10.06.2020 № МЧ-20/06/10;

от ответчика – ФИО3 – начальника правового отдела по доверенности от 20.01.2020 № 1, ФИО4 – ведущего специалиста-эксперта правового отдела по доверенности от 02.06.2020 № 04-06/3202;

от третьего лица – ФИО4 – ведущего специалиста-эксперта правового отдела по доверенности от 24.06.2019 № 05-31/08042,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Мочалейское» (далее – заявитель, общество) обратилось в арбитражный суд с заявлением об оспаривании решения Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 2 по Пензенской области (далее – Межрайонная ИФНС России № 2 по Пензенской области, налоговый орган, ответчик) от 31.12.2019 № 2 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения.

Определением от 13.05.2020 (том 1 л.д. 1, 2) на основании положений статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено Управление Федеральной налоговой службы по Пензенской области (далее – УФНС России по Пензенской области, вышестоящий налоговый орган, третье лицо).

В ходе судебного разбирательства общество на основании норм статьи 49 АПК РФ уточнило заявленные требования в письменном виде и в настоящее время просит признать оспариваемое решение налогового органа о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения незаконным в части доначисления налога на прибыль организаций за 2016 год в сумме 1093196 руб., начисления пени за несвоевременную уплату указанного налога в сумме 4397328 руб. и применения штрафа за неполную уплату данного налога в сумме 570924 руб. (том 30 л.д. 44).

Представители заявителя в судебном заседании поддержали уточненные требования по основаниям, приведенным в заявлении и дополнениях к нему. При этом общество указывает, что доначисление налога на прибыль было произведено в связи с выводом налогового органа о неотражении им в составе внереализационных доходов суммы дебиторской задолженности по состоянию на 01.01.2016. Вместе с тем дебиторская задолженность ОАО «Молочный комбинат «Пензенский» в сумме 5300000 руб. и ООО «Стрела» в сумме 165976 руб. была погашена с использованием уступки права требования (цессии). Поэтому задолженность в общей сумме 5465976 руб. не является выручкой от реализации товаров и не подлежала включению в состав внереализационных доходов, в связи с чем доначисление налога в сумме 1093196 руб. является неправомерным. Также налоговым органом ненадлежащим образом выполнены его обязанности по проведению камеральной проверки налоговой декларации. Если бы он своевременно выявил нарушения при проведении камеральной проверки, период просрочки исполнения обязанности по уплате доначисленной суммы налога был бы меньше. Поскольку налоговый орган содействовал увеличению периода начисления пеней, они должны начисляться лишь до 28.07.2016, то есть до дня истечения установленного законом срока проведения камеральной проверки. Исчисленные таким образом пени должны были составить 369393 руб. Кроме того, наложенный на общество штраф за неполную уплату налога является несоразмерным и несправедливым, так как при наличии смягчающих ответственность обстоятельств штраф должен был быть уменьшен до 50000 руб.

Представители налогового органа в судебном заседании требования заявителя отклонили по основаниям, изложенным в письменном отзыве на заявление и дополнениях к нему. При этом налоговый орган указывает, что выводы о наличии спорной дебиторской задолженности основываются на данных бухгалтерского учета самого общества и подтверждены представленными им документами. Эта задолженность в общей сумме 5465976 руб. отражена в бухгалтерской отчетности заявителя за 2016 год как дебиторская задолженность по прочим дебиторам и кредиторам (переуступка ранее приобретенного права требования (цессии)) и согласно документам налогоплательщика относится к выручке от реализации, в связи с чем подлежала включению в состав доходов в переходном периоде при исчислении налога на прибыль, чего заявителем сделано не было. Поэтому доначисление ему спорной суммы налога является обоснованным и правомерным. Пени начислены заявителю в соответствии с законодательством о налогах и сборах со следующего дня после наступления срока уплаты налога до дня вынесения решения. Оснований для их уменьшения не имеется. Выездная проверка является более углубленной формой налогового контроля по сравнению с камеральной проверкой. Невыявление налоговым органом нарушений в ходе камеральной проверки не изменяет установленных законодательством порядка и сроков уплаты налогов и не освобождает налогоплательщика от негативных последствий допущенных им правонарушений, выявленных затем в ходе выездной проверки. Кроме того, пени не являются мерой налоговой ответственности, а представляют собой компенсацию потерь бюджетов. Размер штрафа за неполную уплату налога с учетом установленных налоговым органом смягчающих ответственность обстоятельств уже был уменьшен в 4 раза и соответствует характеру и тяжести правонарушения. Оснований для еще большего снижения размера штрафа не имеется.

Представитель третьего лица в судебном заседании поддержал позицию налогового органа по основаниям, приведенным в отзыве на заявление. При этом вышестоящий налоговый орган считает, что оспариваемое решение налогового органа является законным и обоснованным.

Исследовав материалы дела, заслушав объяснения, арбитражный суд установил, что общество с ограниченной ответственностью «Мочалейское» (сокращенное наименование – ООО «Мочалейское») было зарегистрировано 23.12.2011 Межрайонной ИФНС России № 2 по Пензенской области и включено в Единый государственный реестр юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) за основным государственным регистрационным номером <***> (том 1 л.д. 115, 125, 126).

По данным ЕГРЮЛ к числу видов деятельности общества относятся, в частности, аренда и управление собственным или арендованным нежилым недвижимым имуществом, выращивание зерновых и зернобобовых культур, выращивание однолетних кормовых культур, а также животноводство, разведение молочного крупного рогатого скота, производство сырого молока и т.д. (том 1 л.д. 125, 126).

Согласно сведениям из ЕГРЮЛ (том 1 л.д. 125, 126) единственным участником общества является ООО «Русская молочная компания» (ИНН <***>), управляющей организацией в отношении общества выступает ООО «Управляющая компания «Русмолко» (ИНН <***>).

Из материалов дела следует, что ООО «Мочалейское» состоит на налоговом учете по месту нахождения в Межрайонной ИФНС России № 2 по Пензенской области.

С даты своего создания 23.12.2011 и по 31.12.2015 включительно общество применяло специальный режим налогообложения в виде уплаты единого сельскохозяйственного налога (далее – ЕСХН) в соответствии с главой 26.1 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ, Кодекс).

Затем с 01.01.2016 общество самостоятельно перешло с уплаты ЕСХН на общий режим налогообложения, который предусматривает, в частности, уплату юридическими лицами налога на прибыль организаций в соответствии с главой 25 НК РФ.

Данные обстоятельства подтверждаются материалами дела, не оспариваются сторонами и установлены арбитражным судом.

Как видно из материалов дела, в период с 06.05.2019 по 27.06.2019 должностными лицами Межрайонной ИФНС России № 2 по Пензенской области проведена выездная налоговая проверка ООО «Мочалейское», по результатам которой были составлены справка от 27.06.2019 № 2 о проведенной выездной налоговой проверке (том 2 л.д. 87) и акт налоговой проверки от 27.08.2019 № 2 (том 2 л.д. 90-152). Также по итогам дополнительных мероприятий налогового контроля было составлено дополнение к акту налоговой проверки от 28.11.2019 (том 3 л.д. 98-117).

Проверка была проведена на основании решения начальника Межрайонной ИФНС России № 2 по Пензенской области от 06.05.2019 № 1 о проведении выездной налоговой проверки (том 2 л.д. 1, 2).

Предметом проверки явились вопросы правильности исчисления и своевременности уплаты налогов и сборов, в частности, налога на прибыль организаций за период с 01.01.2016 по 31.12.2018.

Обществом были представлены в налоговой орган письменные возражения на акт налоговой проверки (том 3 л.д. 7-10), а также дополнения к возражениям на акт проверки и на дополнение к акту проверки (том 3 л.д. 28, 29, 129, 130).

По итогам рассмотрения материалов выездной налоговой проверки и дополнительных мероприятий налогового контроля, а также представленных налогоплательщиком возражений Межрайонной ИФНС России № 2 по Пензенской области вынесено решение от 31.12.2019 № 2 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, в соответствии с которым налоговым органом обществу был доначислен налог на прибыль организаций за 2016 год в общей сумме 12418475 руб., начислены пени на основании положений статьи 75 НК РФ за его несвоевременную уплату в общей сумме 4766721 руб. 69 коп., а также применены налоговые санкции, предусмотренные пунктом 1 статьи 122 Кодекса, за неполную уплату данного налога в виде штрафа в общей сумме 620924 руб. (том 4 л.д. 1-69).

По результатам рассмотрения апелляционной жалобы общества (том 1 л.д. 151-164) решением УФНС России по Пензенской области от 17.04.2020 № 06-10/30 (том 1 л.д. 165-174) жалоба налогоплательщика на указанное решение налогового органа была оставлена без удовлетворения.

Считая оспариваемое решение налогового органа о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения в обжалуемой части неправомерным, общество обратилось в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением и с учетом уточнения своих требований просит суд признать это решение незаконным в части доначисления налога на прибыль организаций в сумме 1093196 руб., начисления пени за несвоевременную уплату указанного налога в сумме 4397328 руб. и применения штрафа за неполную уплату данного налога в сумме 570924 руб.

В силу положений частей 4 и 5 статьи 200 АПК РФ при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий органов, осуществляющих публичные полномочия, суд осуществляет проверку оспариваемого акта, решений и действий и устанавливает их соответствие закону, а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт, решение и действия права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

При этом обязанность доказывания соответствия оспариваемого акта, законности принятия оспариваемых решений и совершения действий, а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, совершения действий, возлагается на соответствующий орган, который принял этот акт, решение или совершил действия.

Согласно взаимосвязанным положениям статьи 13 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), части 1 статьи 198 и части 2 статьи 201 АПК РФ основанием для признания ненормативного правового акта государственного органа или органа местного самоуправления недействительным, решений и действий (бездействия) этих органов незаконными является одновременное наличие двух условий: его несоответствие закону или иному правовому акту и нарушение данным актом, решением, действиями (бездействием) прав и законных интересов граждан, организаций, иных лиц в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Исследовав материалы дела, заслушав объяснения, арбитражный суд считает, что в данном случае необходимые условия для удовлетворения требований заявителя о признании оспариваемого решения налогового органа незаконным в обжалуемой части отсутствуют.

Из материалов дела следует, что общество извещалось налоговым органом о времени и месте рассмотрения материалов налоговой проверки (том 3 л.д. 5, 122). Материалы проверки и представленные налогоплательщиком упомянутые выше возражения и дополнения у ним были рассмотрены с участием представителей общества (том 3 л.д. 22, 132, 133).

Каких-либо существенных нарушений порядка проведения налоговой проверки или процедуры вынесения оспариваемого решения, которые согласно пункту 14 статьи 101 Кодекса могли бы повлечь за собой признание арбитражным судом решения незаконным, заявителем не приведено и судом в ходе разбирательства дела не установлено.

Как указывалось, с 01.01.2016 общество в порядке, предусмотренном положениями статьи 346.3 НК РФ, самостоятельно перешло с уплаты ЕСХН на общий режим налогообложения и с указанной даты в соответствии с положениями статьи 246 НК РФ является плательщиком налога на прибыль организаций.

Согласно положениям статьи 247 НК РФ объектом налогообложения по налогу на прибыль организаций признается прибыль, полученная налогоплательщиком. Прибылью для российских организаций признаются полученные доходы, уменьшенные на величину произведенных расходов, которые определяются в соответствии с главой 25 Кодекса.

Налоговой базой признается денежное выражение прибыли, определяемой в соответствии со статьей 247 НК РФ, подлежащей налогообложению (статья 274 Кодекса).

В соответствии с положениями статьи 248 НК РФ к доходам относятся:

- доходы от реализации товаров (работ, услуг) и имущественных прав (далее – доходы от реализации);

- внереализационные доходы.

В силу пункта 1 статьи 249 Кодекса доходом от реализации признаются выручка от реализации товаров (работ, услуг) как собственного производства, так и ранее приобретенных, выручка от реализации имущественных прав.

Согласно общим положениям статьи 250 НК РФ в целях главы 25 Кодекса внереализационными доходами признаются доходы, не указанные в статье 249 НК РФ.

Приказом по ООО «Мочалейское» от 31.12.2015 № 120 (том 5 л.д. 52) было утверждено Положение об учетной политике для целей налогового учета на 2016 год и последующие годы (том 5 л.д. 36-51).

Согласно указанному Положению при исчислении и уплате обществом налога на прибыль организаций доходы и расходы общества должны определяться по методу начисления (том 5 л.д. 42).

Порядок определения доходов и расходов при методе начисления регламентирован статьями 271 и 272 Кодекса и предусматривает, что доходы признаются в том отчетном (налоговом) периоде, в котором они имели место, независимо от фактического поступления денежных средств, иного имущества (работ, услуг) и (или) имущественных прав, а расходы признаются таковыми в том отчетном (налоговом) периоде, к которому они относятся, независимо от времени фактической выплаты денежных средств и (или) иной формы их оплаты.

В соответствии со статьей 313 НК РФ налогоплательщики исчисляют налоговую базу по налогу на прибыль организаций по итогам каждого отчетного (налогового) периода на основе данных налогового учета.

В силу пункта 7 статьи 346.6 Кодекса организации, которые уплачивали ЕСХН, при переходе на исчисление налоговой базы по налогу на прибыль организаций с использованием метода начислений выполняют следующие правила:

1) признаются в составе доходов доходы в сумме выручки от реализации товаров (выполнения работ, оказания услуг, передачи имущественных прав) в период применения ЕСХН, оплата (частичная оплата) которых не произведена до даты перехода на исчисление налоговой базы по налогу на прибыль по методу начисления;

2) признаются в составе расходов расходы на приобретение в период применения ЕСХН товаров (работ, услуг, имущественных прав), которые не были оплачены (частично оплачены) налогоплательщиком до даты перехода на исчисление налоговой базы по налогу на прибыль по методу начисления, если иное не предусмотрено главой 25 Кодекса.

Пунктом 7.1 статьи 346.6 Кодекса установлено, что указанные доходы и расходы признаются доходами (расходами) месяца перехода на исчисление налоговой базы по налогу на прибыль организаций с использованием метода начислений.

Следует учесть, что согласно пункту 10 статьи 250 Кодекса внереализационными доходами налогоплательщика признаются, в частности, доходы в виде дохода прошлых лет, выявленного в отчетном (налоговом) периоде.

Из акта проверки и оспариваемого решения следует, что доначисление обществу налога на прибыль организаций за 2016 год в общей сумме 12418475 руб. было произведено в связи с установленным налоговым органом в ходе проверки занижением налоговой базы на сумму 62092371 руб. 51 коп.

При этом налоговым органом было установлено неотражение обществом в нарушение пункта 10 статьи 250 и подпункта 1 пункта 7 статьи 346.6 НК РФ в составе внереализационных доходов суммы дебиторской задолженности на 01.01.2016 в размере 99800179 руб. 53 коп.

Вместе с тем налоговым органом было установлено неотражение обществом в составе расходов, уменьшающих сумму доходов (косвенные расходы), сумм налогов и страховых взносов, начисленных, но не уплаченных в период применения ЕСХН, в размере 990169 руб. 89 коп., а также неотражение в составе внереализационных расходов суммы кредиторской задолженности на 01.01.2016 в размере 35118847 руб. 16 коп. и неотражение в составе внереализационных расходов сумм в виде процентов по долговым обязательствам, начисленных, но не уплаченных в период применения ЕСХН, в размере 1598790 руб. 97 коп.

В этой связи налоговый орган пришел к выводу о занижении обществом налоговой базы по налогу на прибыль организаций за 2016 год в размере 62092371 руб. 51 коп. (99800179 руб. 53 коп. – 990169 руб. 89 коп. – 35118847 руб. 16 коп. – 1598790 руб. 97 коп.).

Определение размера налоговой базы и суммы доначисленного к уплате налога на прибыль произведено налоговым органом с учетом установленных в ходе проверки указанных выше сумм доходов и расходов, а также данных представленной обществом налоговой декларации по налогу на прибыль организаций за 2016 год (том 23 л.д. 87-106).

Подробный расчет налоговой базы и суммы доначисленного налога на прибыль за 2016 год в размере 12418475 руб. приведен на странице 63 оспариваемого решения налогового органа (том 4 л.д. 63), проверен арбитражным судом и является правильным.

Доводов относительно дополнительного включения налоговым органом названных выше сумм расходов в состав расходов, уменьшающих налогооблагаемую прибыль общества за 2016 год, заявитель не приводит. Каких-либо возражения по данному вопросу у него отсутствуют.

В отношении установленной налоговым органом неучтенной обществом суммы доходов в бухгалтерской отчетности общества за 2016 год (строка 1230 баланса, форма № 1, рег. № 13319574 от 30.03.2017) отражена дебиторская задолженность на 31.12.2015 в размере 99800179 руб. 53 коп. по покупателям и заказчикам, прочим дебиторам и кредиторам, образовавшаяся в период уплаты ЕCXH, что также нашло отражение в представленных в ходе налоговой проверки расшифровке дебиторской и кредиторской задолженности по контрагентам на 01.01.2016, выписках по счету 62 «Расчеты с покупателями заказчиками», счету 76 «Расчеты с разными дебиторами и кредиторами», в том числе:

- ООО «АгроТрейд» (ИНН <***>) – 42462426 руб. 07 коп.;

- ООО «РАО «Кондольское» (ИНН <***>) – 11786881 руб. 27 коп.;

- ООО «Агрокомплекс» (ИНН <***>) – 1497764 руб. 43 коп.;

- ООО «Пачелмское хозяйство» (ИНН <***>) – 38196571 руб. 76 коп.;

- ООО «РАО «Иссинское» (ИНН <***>) – 31185 руб.;

- ООО «РАО Кондольское» (ИНН <***>) – 5300000 руб.;

- ООО РАО «Иссинское» (ИНН <***>) – 165976 руб.;

- ООО «Семена Поволжья» (ИНН <***>) – 359375 руб.

Кроме того, в рамках налоговой проверки налоговому органу были представлены акты сверок взаимных расчетов, подтверждающие соответствующие суммы дебиторской задолженности.

При этом в бухгалтерской отчетности общества за 2016 год (строка 1230 баланса. форма № 1, рег. № 13319574 от 30.03.2017) указанная выше дебиторская задолженность на 31.12.2015, образовавшаяся в период уплаты ЕСХН, в сумме 99800179 руб. 53 коп. подразделяется на дебиторскую задолженность:

-по покупателям и заказчикам (счет 62) в сумме 94334203 руб. 53 коп.;

-по прочим дебиторам и кредиторам (переуступка ранее приобретенного права (цессии) (счет 76) в сумме 5465976 руб.

Факт отражения в бухгалтерском учете дебиторской задолженности по состоянию на 31.12.2015 в сумме 99800179 руб. 53 коп. подтверждается представленными в ходе проверки налоговому органу бухгалтерским балансом общества за 2016 год, расшифровкой дебиторской и кредиторской задолженности по контрагентам на 01.01.2016, выписками по счету 62 «Расчеты с покупателями заказчиками» и счету 76 «Расчеты с разными дебиторами и кредиторами», актами сверок взаимных расчетов, копии которых имеются в материалах настоящего дела.

Налоговым органом обоснованно отклонены доводы общества о том, что дебиторская задолженность в размере 99800179 руб. 53 коп. уже была учтена им в составе доходов при исчислении ЕСХН.

При этом согласно положениям пункта 5 статьи 346.5 Кодекса при исчислении и уплате ЕСХН датой получения доходов признается день поступления средств на счета в банках и (или) в кассу, получения иного имущества (работ, услуг) и (или) имущественных прав, а также погашения задолженности иным способом (кассовый метод).

Таким образом, определение доходов по методу начисления при применении системы налогообложения в виде ЕСХН не предусмотрено Кодексом. Поэтому в период применения ЕСХН стоимость переданных (выполненных, оказанных), но не оплаченных покупателями (заказчиками) товаров (работ, услуг) и имущественных прав при налогообложении обществом не учитывалась.

Утверждение налогоплательщика о том, что указание о необходимости применять метод начисления при уплате ЕСХН было дано сотрудниками налогового органа после проведения выездной налоговой проверки 2012 года, является несостоятельным, поскольку документально не подтверждено. Выданных ему письменных указаний или разъяснений должностных лиц налогового органа, предусмотренных положениями статьи 111 НК РФ, обществом не представлено.

Каких-либо доказательств включения спорной дебиторской задолженности в состав доходов при исчислении ЕСХН в материалах дела не имеется. Таких доказательств не было представлено обществом ни налоговому органу, ни арбитражному суду.

В этой связи доводы заявителя о том, что дебиторская задолженность в размере 99800179 руб. 53 коп. уже учтена в составе доходов при применении ЕСХН, являются необоснованными, документально не подтверждены и противоречат совокупности материалов налоговой проверки, имеющихся в настоящем деле.

Приводимые ранее заявителем доводы о том, что налоговый орган сделал свои выводы без анализа договорных отношений, условий возникновения и погашения задолженности, также являются несостоятельными, поскольку в оспариваемом решении содержится перечень документов, подтверждающих наличие у ООО «Мочалейское» рассматриваемой дебиторской задолженности, которым налоговый орган дал обоснованную оценку.

Согласно пункту 12 статьи 89 Кодекса налогоплательщик обязан обеспечить возможность должностных лиц налоговых органов, проводящих выездную налоговую проверку, ознакомиться с документами, связанными с исчислением и уплатой налогов. При проведении выездной налоговой проверки у налогоплательщика могут быть истребованы необходимые для проверки документы.

Налоговым органом в ходе проведения выездной налоговой проверки на основании указанной нормы в адрес общества неоднократно направлялись требования о представлении документов (информации), в частности, требования от 07.06.2019 № 618 и от 24.06.2019 № 699, в которых у него запрашивались первичные документы по взаимоотношениям с контрагентами (том 2 л.д. 4-44, 63-66). Однако, первичные документы представлены заявителем не в полном объеме.

В ответе на требование от 07.06.2019 № 618 общество сообщило, что оно не может предоставить первичные документы по продажам (реализации) ТМЦ за 2015 год, так как данный период выходит за рамки проверяемого периода (том 2 л.д. 51). Также в ответ на требование от 24.06.2019 № 699 обществом дано пояснение, что причиной отсутствия договоров с определенными номерами с датами ранее 2012 года, основного договора, прочего договора предположительно является то, что в период до 2012 года учет ТМЦ велся в хозяйствах (том 2 л.д. 70, 71).

Таким образом, указанные выше претензии заявителя к содержанию оспариваемого решения налогового органа обусловлены действиями самого налогоплательщика, который в ходе проверки не предоставил налоговому органу запрашиваемые документы, необходимые для проверки правильности исчисления налога.

Вместе с тем выводы налогового органа в оспариваемом решении основываются на документах, представленных самим налогоплательщиком в ходе проверки (договоры купли-продажи, поставки, оказания услуг, аренды и субаренды имущества, займов, акты сверок взаимных расчетов между обществом и его контрагентами, главная книга, бухгалтерские балансы, оборотно-сальдовые ведомости по счетам, карточки счетов бухгалтерского учета, расшифровки дебиторской и кредиторской задолженности по контрагентам, регистры налогового учета с расшифровками), а также документах, полученных по требованиям непосредственно от контрагентов заявителя, которые в совокупности достоверно подтверждают наличие дебиторской задолженности по состоянию на 01.01.2016 в размере 99800179 руб. 53 коп., что установлено арбитражным судом в ходе судебного разбирательства.

После уточнения требований общество в представленных после этого письменных пояснениях указанные выше доводы не поддерживает и не оспаривает факт наличия на 01.01.2016 рассматриваемой дебиторской задолженности в размере 99800179 руб. 53 коп.

Суть спора в настоящее время заключается в следующем. Заявитель, ссылаясь на подпункт 1 пункта 7 статьи 346.6 НК РФ, указывает, что входящая в состав данной дебиторской задолженности задолженность в общей сумме 5465976 руб., связанная с уступкой права требования (цессией), не имеет отношения к выручке от реализации товаров (работ, услуг), в связи с чем не подлежит включению в состав доходов по налогу на прибыль организаций, поэтому доначисление налога на прибыль организаций за 2016 год в сумме 1093196 руб. является неправомерным.

Как указывалось выше, согласно бухгалтерской отчетности общества в состав рассматриваемой дебиторской задолженности в сумме 99800179 руб. 53 коп. по состоянию на 01.01.2016 включена дебиторская задолженность в сумме 5465976 руб. по прочим дебиторам и кредиторам (переуступка ранее приобретенного права (цессии), образовавшаяся в период применения ЕСХН.

Данную дебиторскую задолженность образует задолженность ООО «РАО «Иссинское» (165976 руб.) и задолженность ООО «РАО «Кондольское» (5300000 руб.).

Заявитель утверждает, что в период с 26.05.2010 по 07.07.2010 на основании договора ОАО «Мочалейское» (правопредшественник ООО «Мочалейское») осуществило поставку КРС в адрес ООО «Стрела» на общую сумму 472979 руб., в подтверждение чего обществом представлена карточка счета 62.01 (том 30 л.д. 60).

Обществом в обоснование своих доводов представлен также договор уступки прав требования (цессии) от 16.09.2010 № МЧ-10/09/16, заключенный между ОАО «Мочалейское» (цедент) и ООО «РАО «Иссинское» (цессионарий).

Согласно данному договору (том 30 л.д. 61) передаваемое цессионарию по этому договору право требования цедента к ООО «Стрела» (должник) заключается в праве на получение с должника оплаты по указанному выше договору за поставленный ему КРС. Задолженность ООО «Стрела» перед цедентом составляет 165976 руб. (пункт 1.2 договора уступки прав требования).

Пунктом 3.1 договора уступки прав требования предусмотрено, что цессионарий в оплату приобретенного у цедента права требования производит последнему оплату в размере 165976 руб. в течение трех месяцев с момента подписания данного договора.

Вместе с тем ООО «РАО «Иссинское» по состоянию на 01.01.2016 не оплатило обществу указанную сумму за приобретенное право требования, что подтверждается актами сверки расчетов за 2015, 2016 годы (том 26 л.д. 79, 80).

В ходе проверки ООО «РАО «Иссинское» представило налоговому органу пояснение, согласно которому оно подтвердило задолженность перед ООО «Мочалейское» по договору цессии от 16.09.2010 № МЧ-10/09/16 и указало, что затем она была погашена платежным поручением от 08.02.2018 № 8 на сумму 165976 руб. (том 26 л.д. 22).

В соответствии с представленной копией платежного поручения от 08.02.2018 № 8 ООО «РАО «Иссинское» перечислило в адрес ООО «Мочалейское» спорную сумму в размере 165976 руб. лишь 08.02.2018 (том 26 л.д. 81, том 30 л.д. 64).

Согласно положениям статьи 128 ГК РФ имущественные права наряду с вещами, результатами работ и оказания услуг относятся к объектам гражданских прав.

В соответствии с пунктом 1 статьи 382 ГК РФ право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона.

Условия уступки требования (цессии) регламентированы статьей 388 ГК РФ, форма определена статьей 389 ГК РФ.

При этом уступка цедентом права требования цессионарию на возмездной основе, при которой цессионарий осуществляет встречное предоставление в оплату за приобретаемое право, является по сути возмездной реализацией цедентом своего имущественного права.

Из буквального содержания приведенных выше положений подпункта 1 пункта 7 статьи 346.6 НК РФ следует, что данная специальная норма при переходе на уплату налога на прибыль организаций прямо предусматривает признание в составе доходов сумм выручки не только от реализации товаров, но и от передачи имущественных прав в период применения ЕСХН, оплата (частичная оплата) которых не произведена до даты перехода на исчисление налоговой базы по налогу на прибыль по методу начисления.

Задолженность ООО «РАО «Иссинское» в сумме 165976 руб. за переданное ему цедентом имущественное право по указанному выше возмездному договору уступки прав требования (цессии) не была погашена по состоянию на 01.01.2016 и числилась заявителем в составе дебиторской задолженности.

Таким образом, с учетом приведенных положений подпункта 1 пункта 7 и пункта 7.1 статьи 346.6 НК РФ данная дебиторская задолженность по состоянию на 01.01.2016 в сумме 165976 руб. подлежала отражению обществом в составе доходов при определении налоговой базы по налогу на прибыль организаций за 2016 год.

В этой связи доводы заявителя относительно данного эпизода не соответствуют приведенным положениям правовых норм и обстоятельствам настоящего дела, являются необоснованными и отклоняются судом.

Из материалов дела следует, что между ОАО «Мочалейское» (правопредшественник ООО «Мочалейское» - поставщик) и ОАО «Молочный комбинат «Пензенский» (покупатель) был заключен договор от 28.06.2011 № 32 на поставку молока (том 17 л.д. 115-118).

Согласно пункту 1.1 договора поставщик обязался поставить покупателю по цене, в количестве и сроки, согласованные сторонами в этом договоре, а покупатель обязался принять молоко и произвести за него оплату.

Аналогичный договор от 28.06.2011 № 33 на поставку молока (том 25 л.д. 147-150) был заключен между ООО «РАО «Кондольское» (поставщик») и ОАО «Молочный комбинат «Пензенский» (покупатель).

Заявитель указывает, что по договору от 28.06.2011 № 32 ОАО «Мочалейское» осуществляло поставку молока в адрес ОАО «Молочный комбинат «Пензенский», вследствие чего у последнего образовалась задолженность за полученное молоко в сумме 5300000 руб.

Затем ОАО «Молочный комбинат «Пензенский» (цедент), ООО «РАО «Троицкое» (цессионарий-1) и ООО «Мочалейское» (цессионарий-2) заключили договор уступки права требования от 10.04.2013 (том 26 л.д. 29, 30).

В соответствии с пунктом 2 договора цедент (ОАО «Молочный комбинат «Пензенский») в счет оплаты за поставляемую продукцию по договору поставки молока от 28.06.2011 № 32, заключенному с цессионарием-2 (ООО «Мочалейское») уступает последнему право требования части долга к ООО «РАО «Кондольское» (должник) в размере 5300000 руб., возникшее из договора поставки молока от 28.06.2011 № 33, заключенного между цедентом и должником, и настоящего договора.

Согласно уведомлению от 10.04.2013 ОАО «Молочный комбинат «Пензенский» сообщило ООО «РАО «Кондольское» о том, что его задолженность по договору от 28.06.2011 № 33 в размере 5300000 руб. передана ООО «Мочалейское» (том 26 л.д. 31).

Наличие рассматриваемой дебиторской задолженности по состоянию на 01.01.2016 подтверждается представленными обществом документами, а также документами, полученными налоговым органом от его контрагента – ООО «РАО «Кондольское».

ООО «РАО «Кондольское» в ответ на требование налогового органа подтвердило факт наличия задолженности перед ООО «Мочалейское» в сумме 5300000 руб. (том 26 л.д. 88). Кроме того, о наличии этой задолженности свидетельствуют представленные им оборотно-сальдовая ведомость по счету 60 за 2016 год (том 26 л.д. 96), оборотно-сальдовая ведомость по счету 76 за 2016 год (том 26 л.д. 98), а также акты сверки взаимных расчетов между ООО «РАО «Кондольское» и ООО «Мочалейское» за 2015 и 2016 годы (том 26 л.д. 99, 100).

Ссылка общества на прекращение обязательства по оплате поставленного им молока зачетом, которую оно обосновывает представленным актом взаимозачета от 10.04.2013 № 28 (том 29 л.д. 80), отклоняется судом по следующим основаниям.

В соответствии с пунктом 10 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11.06.2020 № 6 «О некоторых вопросах применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о прекращении обязательств» согласно статье 410 ГК РФ для прекращения обязательств зачетом, по общему правилу, необходимо, чтобы требования сторон были встречными, их предметы были однородными и по требованию лица, которое осуществляет зачет своим односторонним волеизъявлением, наступил срок исполнения. Указанные условия зачета должны существовать на момент совершения стороной заявления о зачете.

Между тем из материалов дела следует, что по состоянию на 10.04.2013 общество не имело задолженности перед ОАО «Молочный комбинат «Пензенский», на что указывается также в акте взаимозачета от 10.04.2013 № 28, в котором говорится, что задолженность ООО «Мочалейское» перед ОАО «Молочный комбинат «Пензенский» составляет ноль руб., тогда как задолженность ОАО «Молочный комбинат «Пензенский» перед обществом равняется 5300000 руб. (том 29 л.д. 80).

Таким образом, по состоянию на 10.04.2013 у ОАО «Молочный комбинат «Пензенский» не имелось встречного однородного требования к ООО «Мочалейское» для проведения зачета.

В рамках договорных отношений между ООО «Мочалейское» и ОАО «Молочный комбинат «Пензенский» по поставке молока на день заключения рассматриваемого договора уступки права требования кредитором являлось именно ООО «Мочалейское», поэтому вне зависимости от названия сторонами договора как договора уступки права в отношении обязательства покупателя по оплате обществу за поставленное им молоко фактически произошла замена должника (перевод долга), согласно которому новым должником стало ООО «РАО «Кондольское».

Следует также учесть, что ООО «Мочалейское» и ООО «РАО «Кондольское» входят в один и тот же холдинг ООО «Русская молочная компания».

В этой связи с учетом совокупности приведенных обстоятельств передача обществу права требования к новому должнику – ООО «РАО «Кондольское» является по сути способом оплаты за поставленное обществом молоко в адрес ОАО «Молочный комбинат «Пензенский», а дебиторская задолженность ООО «РАО «Кондольское» по состоянию на 01.01.2016 в сумме 5300000 руб. имеет непосредственное отношение к выручке от реализации товаров (молока) в период применения обществом ЕСХН, оплата (частичная оплата) которых не произведена до даты перехода на исчисление налоговой базы по налогу на прибыль организаций по методу начисления.

Следовательно, рассматриваемая дебиторская задолженность в сумме 5300000 руб. в полной мере подпадает под действие подпункта 1 пункта 7 статьи 346.6 НК РФ.

При этом целью данной нормы является включение в состав переходных доходов при исчислении налога на прибыль организаций по методу начисления сумм дебиторской задолженности покупателей, сложившихся за время применения ЕСХН по отгруженным, но не оплаченным товарам, которые не учитывались в доходах при исчислении ЕСХН.

Каких-либо доказательств того, что спорная задолженность в сумме 5300000 руб. в отношении оплаты поставленного молока уже была учтена обществом в налоговой базе при исчислении ЕСХН, заявителем не представлено ни налоговому органу, ни арбитражному суду, о чем уже говорилось выше. Таких доказательств в материалах настоящего дела не имеется.

Таким образом, с учетом приведенных положений подпункта 1 пункта 7 и пункта 7.1 статьи 346.6 НК РФ данная дебиторская задолженность по состоянию на 01.01.2016 в сумме 5300000 руб. подлежала отражению обществом в составе доходов при определении налоговой базы по налогу на прибыль организаций за 2016 год.

Доводы заявителя относительно данного эпизода не соответствуют приведенным положениям правовых норм и обстоятельствам настоящего дела, являются необоснованными и отклоняются судом.

При изложенных обстоятельствах арбитражный суд считает правильным вывод налогового органа в оспариваемом решении о том, что в нарушение пункта 10 статьи 250, подпункта 1 пункта 7 и пункта 7.1 статьи 346.6 НК РФ при переходе с уплаты ЕСХН на общий режим налогообложения (уплату налога на прибыль организаций по методу начисления) общество неправомерно не включило в состав доходов дебиторскую задолженность по состоянию на 01.01.2016 года в сумме 99800179 руб. 53 коп. (в том числе, спорную в сумме 5465976 руб.), что привело к занижению налоговой базы и неполной уплате налога на прибыль организаций за 2016 год в сумме 12418475 руб.

Оспариваемое решение налогового органа в части определения размера налоговой базы и суммы доначисленного к уплате налога на прибыль организаций в размере 12418475 руб. соответствует законодательству о налогах и сборах и обстоятельствам данного дела. Расчет налоговой базы и суммы доначисленного налога является правильным, что установлено судом выше.

Заявитель оспаривает решение налогового органа в части начисления пеней по налогу на прибыль организаций в сумме 4397328 руб. По мнению общества, пени должны начисляться лишь до 28.07.2016, когда истек срок проведения камеральной проверки налоговой декларации за 1 квартал 2016 года. При этом в ходе камеральной проверки налоговый орган должен был выявить рассматриваемое правонарушение и сообщить налогоплательщику, что не привело бы к увеличению периода начисления пеней. Налоговый орган при камеральной проверке не выявил нарушений, тем самым он согласно статье 404 ГК РФ содействовал увеличению убытков. Поэтому пени подлежат начислению лишь за период до истечения установленного срока камеральной проверки и должны составить по данным общества 369393 руб.

Согласно положениям статьи 75 Кодекса пеней признается установленная данной статьей денежная сумма, которую налогоплательщик должен выплатить в случае уплаты причитающихся сумм налогов в более поздние по сравнению с установленными законодательством о налогах и сборах сроки.

Сумма соответствующих пеней уплачивается помимо причитающихся к уплате сумм налога и независимо от применения других мер обеспечения исполнения обязанности по уплате налога, а также мер ответственности за нарушение законодательства о налогах и сборах.

Пеня начисляется за каждый календарный день просрочки исполнения обязанности по уплате налога начиная со следующего за установленным законодательством о налогах и сборах дня уплаты налога по день исполнения обязанности по его уплате включительно.

На основании положений статьи 75 НК РФ налоговым органом от установленной в ходе выездной проверки неуплаченной суммы налога на прибыль организаций за 2016 год были начислены пени в общей сумме 4766721 руб. 69 коп., которые рассчитаны начиная со следующего за установленным законодательством о налогах и сборах дня уплаты налога до дня вынесения оспариваемого решения (31.12.2019).

Подробный расчет пеней приведен в приложениях №№ 1, 2 к оспариваемому решению (том 4 л.д. 70-73), проверен арбитражным судом и является правильным. Излишнего начисления пеней суд не установил.

Согласно взаимосвязанным нормам статей 23, 45 НК РФ налогоплательщик обязан самостоятельно исполнять обязанности по учету своих доходов (расходов) и объектов налогообложения, а также правильному исчислению и уплате налогов.

Налоговые органы в соответствии с положениями статей 30, 31 Кодекса осуществляют лишь контроль за соблюдением налогоплательщиками законодательства о налогах и сборах при исполнении указанных обязанностей.

Формы налогового контроля определены в главе 14 НК РФ, которая в качестве таких форм предусматривает, в частности, камеральные налоговые проверки (статья 88 Кодекса) и выездные налоговые проверки (статья 89 НК РФ).

Согласно положениям статьи 88 НК РФ камеральная налоговая проверка проводится по месту нахождения налогового органа на основе налоговых деклараций (расчетов) и документов, представленных налогоплательщиком, а также других документов о деятельности налогоплательщика, имеющихся у налогового органа. Целью камеральной проверки является проверка сведений, указанных налогоплательщиком в представленной им налоговой декларации. Камеральная проверка проводится в течение трех месяцев со дня представления налогоплательщиком налоговой декларации.

По смыслу указанных норм основополагающим принципом камеральной налоговой проверки является текущий оперативный документальный контроль за соблюдением законодательства о налогах и сборах.

Из положений статьи 89 Кодекса следует, что выездная налоговая проверка по общему правилу проводится на территории (в помещении) налогоплательщика. Предметом выездной налоговой проверки является правильность исчисления и своевременность уплаты налогов налогоплательщиком в течение значительного периода времени продолжительностью до трех календарных лет. Срок проведения выездной проверки может быть продлен до шести месяцев.

При этом выездная налоговая проверка является более масштабной и углубленной формой налогового контроля, ориентированной на выявление тех нарушений налогового законодательства, которые не всегда можно обнаружить в рамках камеральной налоговой проверки.

Таким образом, выездная налоговая проверка не является «повторной» проверкой по отношению к проведенным ранее камеральным проверкам, а представляет собой самостоятельную форму налогового контроля.

Следовательно, невыявление налоговым органом в рамках проведения камеральных налоговых проверок неправомерных действий налогоплательщика не исключает возможности установления таких фактов в рамках проведения выездной налоговой проверки, являющейся иной формой налогового контроля.

Ограничение периода начисления пеней сроком проведения камеральной проверки представленной налогоплательщиком налоговой декларации законодательство о налогах и сборах не предусматривает.

С учетом изложенного невыявление налоговым органом в рамках проведенной ранее камеральной налоговой проверки налогового правонарушения, повлекшего за собой просрочку уплаты налога, при последующем установлении данного обстоятельства в ходе выездной проверки не освобождает налогоплательщика от начисления пеней за весь период задержки вплоть до дня фактической уплаты налога в бюджет.

Согласно правовой позиции, приведенной в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 17.12.1996 № 20-П, пеня за несвоевременную уплату налога является компенсацией потерь государственной казны в результате недополучения налоговых сумм в срок в случае задержки уплаты налога.

Ссылка заявителя на положения статьи 404 ГК РФ о вине кредитора является ошибочной и не может быть принята во внимание судом применительно к рассматриваемым правоотношениям, регулируемым законодательством о налогах и сборах, поскольку в силу положений пункта 3 статьи 2 ГК РФ к имущественным отношениям, основанным на административном или ином властном подчинении одной стороны другой, в том числе к налоговым и другим финансовым и административным отношениям, гражданское законодательство не применяется.

При таких обстоятельствах арбитражный суд считает, что налоговый орган с учетом приведенных положений статьи 75 Кодекса и правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации правомерно и обоснованно начислил обществу пени в общей сумме 4766721 руб. 69 коп. за просрочку уплаты доначисленной суммы налога по состоянию на день вынесения оспариваемого решения.

Доводы заявителя о необходимости ограничения периода начисления пеней сроком проведения камеральной проверки налоговой декларации, в ходе которой налоговый орган не выявил нарушений, не соответствуют законодательству о налогах и сборах и отклоняются арбитражным судом.

Заявитель оспаривает решение налогового органа в части применения штрафа за неполную уплату налога на прибыль организаций в сумме 570924 руб. При этом общество считает, что наложенный на него штраф является несоразмерным и несправедливым, так как при наличии смягчающих ответственность обстоятельств штраф должен был быть уменьшен налоговым органом до 50000 руб.

В соответствии с пунктом 1 статьи 122 НК РФ неуплата или неполная уплата сумм налога (сбора, страховых взносов) в результате занижения налоговой базы (базы для исчисления страховых взносов), иного неправильного исчисления налога (сбора, страховых взносов) или других неправомерных действий (бездействия), если такое деяние не содержит признаков налоговых правонарушений, предусмотренных статьями 129.3 и 129.5 Кодекса, влечет взыскание штрафа в размере 20 процентов от неуплаченной суммы налога (сбора, страховых взносов).

В рассматриваемом случае с учетом доказанного налоговым органом факта неполной уплаты обществом налога на прибыль организаций за 2016 год в размере 12418475 руб. вследствие занижения налоговой базы налоговый орган в оспариваемом решении правомерно квалифицировал деяние заявителя применительно к пункту 1 статьи 122 НК РФ.

Предусмотренный пунктом 1 статьи 122 Кодекса размер штрафа в данном случае составляет 2483695 руб. (12418475 руб. х 20 %).

Согласно пункту 1 статьи 112 Кодекса обстоятельствами, смягчающими ответственность за совершение налогового правонарушения, признаются:

1) совершение правонарушения вследствие стечения тяжелых личных или семейных обстоятельств;

2) совершение правонарушения под влиянием угрозы или принуждения либо в силу материальной, служебной или иной зависимости;

2.1) тяжелое материальное положение физического лица, привлекаемого к ответственности за совершение налогового правонарушения;

3) иные обстоятельства, которые судом или налоговым органом, рассматривающим дело, могут быть признаны смягчающими ответственность.

Пунктом 3 статьи 114 НК РФ предусмотрено, что при наличии хотя бы одного смягчающего ответственность обстоятельства размер штрафа подлежит уменьшению не меньше, чем в два раза по сравнению с размером, установленным соответствующей статьей Кодекса.

Из буквального содержания данной нормы следует, что кратность снижения размера налоговых санкций не поставлена законодателем в прямую математическую зависимость от количества выявленных смягчающих ответственность обстоятельств.

При вынесении оспариваемого решения самим налоговым органом на основании положений статей 112 и 114 НК РФ были применены обстоятельства, смягчающие ответственность налогоплательщика, в частности, виде совершения правонарушения впервые и тяжелого финансового положения организации, в связи с чем размер штрафа за допущенное обществом налоговое правонарушение был уменьшен налоговым органом с учетом принципов соразмерности и справедливости при назначении наказания по сравнению с установленными Кодексом в 4 раза, что отражено в тексте оспариваемого решения налогового органа.

Уменьшенный самим налоговым органом при вынесении обжалуемого решения в 4 раза размер штрафа составил 620924 руб. При этом четырехкратное снижение размера штрафа привело к его уменьшению на 1862771 руб. (2483695 руб. – 620924 руб.).

Принимая во внимание обстоятельства данного дела, степень общественной опасности допущенного обществом налогового правонарушения, а также приведенные заявителем и примененные налоговым органом обстоятельства, смягчающие его ответственность, арбитражный суд считает произведенное налоговым органом в оспариваемом решении уменьшение размера налоговых санкций в связи с наличием смягчающих обстоятельств в 4 раза правомерным, соразмерным и достаточным.

При этом штраф в размере 620924 руб. соответствует характеру и степени общественной опасности допущенного заявителем деяния, а также степени его вины и учитывает смягчающие обстоятельства. Такой размер штрафа является адекватным содеянному и не носит карательного характера. Причин считать рассматриваемый штраф несоразмерным или несправедливым в данной ситуации не имеется.

По мнению арбитражного суда, основанному на совокупности обстоятельств дела, произведенное уменьшение размера налоговых санкций налоговым органом в данном конкретном случае в полной мере соответствует принципам соразмерности, справедливости и индивидуализации наказания.

Оснований для еще большего снижения размера налоговых санкций за допущенное налогоплательщиком рассматриваемое конкретное налоговое правонарушение арбитражный суд не находит. В противном случае испрашиваемое обществом еще большее уменьшение размера штрафа (до 50000 руб.) при изложенных обстоятельствах приведет к девальвации налоговой ответственности и нарушению баланса публичных и частных интересов, что является недопустимым.

При таких обстоятельствах суд пришел к выводу о том, что оспариваемое решение налогового органа о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения в обжалуемой заявителем части соответствует законодательству о налогах и сборах и не нарушает законных прав и интересов налогоплательщика, в связи с чем согласно части 3 статьи 201 АПК РФ в удовлетворении требований общества о признании его в обжалуемой части незаконным должно быть отказано.

Заявителем при обращении в арбитражный суд уплачена государственная пошлина в общей сумме 6000 руб.

Государственная пошлина по заявлению об оспаривании решения государственного органа, подлежащая уплате в соответствии с подпунктом 3 пункта 1 статьи 333.21 НК РФ в сумме 3000 руб., относится на общество согласно положениям статьи 110 АПК РФ, поскольку решение арбитражного суда состоялось не в его пользу.

Кроме того, заявителем была уплачена государственная пошлина в сумме 3000 руб. по заявлению о принятии обеспечительных мер в виде приостановления действия оспариваемого решения.

На основании части 3 статьи 199 АПК РФ определением от 13.05.2020 по указанному заявлению общества были приняты обеспечительные меры в виде приостановления действия оспариваемого решения налогового органа.

Согласно положениям пункта 29 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.07.2014 № 46 «О применении законодательства о государственной пошлине при рассмотрении дел в арбитражных судах» действующее законодательство не предусматривает обязанности по уплате государственной пошлины при подаче ходатайств о приостановлении исполнения решения государственного органа (часть 3 статьи 199 АПК РФ), в связи с чем уплаченная заявителем государственная пошлина в сумме 3000 руб. по его заявлению о приостановлении действия оспариваемого решения налогового органа является излишней и должна быть возвращена обществу на основании подпункта 1 пункта 1 статьи 333.40 НК РФ.

Принятые определением арбитражного суда от 13.05.2020 обеспечительные меры подлежат отмене в порядке, установленном частью 5 статьи 96 АПК РФ.

Учитывая изложенное и руководствуясь статьями 96, 167 – 170, 176, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

решил:

В удовлетворении требований общества с ограниченной ответственностью «Мочалейское» отказать.

Обеспечительные меры, принятые определением Арбитражного суда Пензенской области от 13 мая 2020 года по данному делу, отменить со дня вступления настоящего решения в законную силу.

Возвратить обществу с ограниченной ответственностью «Мочалейское» из федерального бюджета государственную пошлину в сумме 3000 руб.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня его вынесения в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд путем подачи апелляционной жалобы через Арбитражный суд Пензенской области.

Судья М.Н. Мещерякова