Постановление от 23 июля 2024 г. по делу № А51-22682/2022

Пятый арбитражный апелляционный суд

ул. Светланская, 115, Владивосток, 690001 www.5aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А51-22682/2022
г. Владивосток
23 июля 2024 года
Резолютивная часть постановления объявлена 16 июля 2024 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 23 июля 2024 года. Пятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Т.В. Рева, судей А.В. Ветошкевич, К.А. Сухецкой, при ведении протокола секретарем судебного заседания В.А. Ячмень,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО1,

апелляционное производство № 05АП-1144/2024 на определение от 18.12.2023 судьи Ю.А. Иозеф

по делу № А51-22682/2022 Арбитражного суда Приморского края по заявлению финансового управляющего ФИО1 к ФИО2

о признании недействительным брачного договора от 13.03.2018, применении последствий недействительности сделки,

заинтересованное лицо: Территориальный отдел опеки и попечительства по административному Территориальному управлению Фрунзенского района Владивостокского городского округа,

в рамках дела по заявлению ФИО3 (дата рождения: 05.08.1980, место рождения: гор. Находка, ИНН <***>, СНИЛС <***>) о признании его несостоятельным (банкротом),

при участии:

от финансового управляющего ФИО1: представитель ФИО4, по доверенности от 01.01.2024 сроком действия до 01.01.2025, паспорт;

от ФИО2: представитель ФИО5, по доверенности от 22.03.2023 сроком действия 5 лет, паспорт;

иные лица, участвующие в деле, не явились,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 (далее – должник) обратился в арбитражный суд с

заявлением о признании себя несостоятельным (банкротом). Определением суда от 08.02.2023 заявление принято к производству.

Решением суда от 26.04.2023 ФИО7 С.Ю. признан несостоятельным (банкротом), в

отношении него введена процедура реализации имущества должника, финансовым

управляющим имуществом должника утвержден ФИО1 (далее – финансовый управляющий, заявитель, апеллянт).

В рамках данного дела о банкротстве финансовый управляющий 05.07.2023 обратился с заявлением о признании недействительным брачного договора, заключенного 13.03.2018 между ФИО7 С.Ю. и ФИО2 (далее – ответчик), применении последствий недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу следующего имущества:

- объект незавершенного строительства - жилой дом, кадастровый номер 25:28:050015:637 (далее - объект незавершенного строительства), земельный участок кадастровый номер 25:28:050015:534 площадь 890 кв.м., адрес ориентира: жилой дом, <...> ключ д. 33а (далее – земельный участок);

- автомобиль легковой Хонда ХР-В (Honda HR-V), 2001 года выпуска, номер двигателя D16A-9103522, регистрационный знак <***> 125RUS (далее – автомобиль).

Определением суда от 28.08.2023 к участию в рассмотрении обособленного спора привлечен Территориальный отдел опеки и попечительства по административному Территориальному управлению Фрунзенского района Владивостокского городского округа.

Определением суда от 18.12.2023 в удовлетворении заявленных финансовым управляющим требований отказано.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с апелляционной жалобой, в которой просил определение отменить полностью и направить вопрос на новое рассмотрение в арбитражный суд первой инстанции. В обоснование жалобы апеллянт привел доводы о том, что отсутствие сведений в брачном договоре о размере задолженности не отменяет того факта что, бывшая супруга должника знала о наличии у ФИО7 С.Ю. имеющихся обязательств, так как является заинтересованным лицом (задолженность перед ФНС России включена в реестр требований кредиторов должника (далее – реестр) определением суда от 17.11.2023, задолженность перед ООО ЮФ «НЕРИС» - определением суда от 17.11.2023; задолженность перед АО «АзиатскоТихоокеанский Банк» (судебный приказ от 18.01.2019); задолженность перед ФИО6 (заявление о включении требования в реестр принято к производству определением суда от 06.10.2023)). Заключение брачного договора повлекло уменьшение доли ФИО7 С.Ю. в общем имуществе супругов, которая могла быть установлена судом в ходе раздела общего имущества супругов. У должника и его бывшей супруги отсутствуют доказательства уведомления кредиторов о заключении брачного договора. Объект недвижимости с кадастровым номером 25:28:050015:637 - это объект незавершённого строительства, нежилое здание.

Определением апелляционного суда от 26.02.2024 апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание по ее рассмотрению назначено на 27.03.2024.

Определениями апелляционного суда от 27.03.2024, 24.04.2024, 21.05.2024, 18.06.2024 судебное разбирательство откладывалось на 24.04.2024, 21.05.2024, 18.06.2024.

Определениями апелляционного суда от 19.04.2024, 14.06.2024, 11.07.2024 в коллегиальном составе суда производилась замена судьи, в связи с чем рассмотрение апелляционной жалобы начиналось с начала в порядке части 5 статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

При рассмотрении апелляционной жалобы в материалы дела поступили:

- отзыв ответчика на апелляционную жалобу, в котором он просил определение оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения. В отзыве приведены доводы о том, что оспариваемый договор совершен за пределами периода подозрительности; стоимость перешедшего в единоличную собственность должника имущества более чем в 3 раза превышает общую сумму требований кредиторов, включенных в реестр; требования ФИО6 не включены в реестр, ПАО «Сбербанк России» с соответствующим заявлением не обращалось; волеизъявление супругов ФИО7

выразилось в справедливом распределении совместно нажитого имущества и было реализовано в полном объеме без причинения ущерба правам и законным интересам кредиторов; благодаря активным действиям ФИО2, которая обращалась в правоохранительные органы, а также в суд с требованиями о признании сделок должника недействительными, в конкурсной массе имеется имущество, за счет которого могут быть удовлетворены требования кредиторов; удовлетворение требований финансового управляющего приведет к уменьшению конкурсной массы; учитывая, что у должника отсутствуют в собственности иные объекты недвижимости, пригодные для постоянного проживания, жилой дом и земельный участок, на котором он расположен, о возврате которых в конкурсную массу просит финансовый управляющий, будут подлежать исключению из конкурсной массы должника, соответственно, последствием удовлетворения требований финансового управляющего будет не увеличение, а уменьшение конкурсной массы;

- ходатайство финансового управляющего от 23.04.2024 о приобщении к материалам дела дополнительных доказательств, в котором, со ссылкой на определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 09.07.2018 № 307-ЭС18-1843, указано, что регистрация объекта незавершенного строительства и земельного участка произведена 21.04.2023, то есть после признания должника банкротом. По состоянию на 22.04.2024 ФИО7 С.Ю. находится в официально зарегистрированном браке с ФИО8 Определением суда от 19.02.2024 истребованы сведения об имуществе, зарегистрированном за ФИО8 По сведениям, представленным ФИО2, вступившим в законную силу решением Советского районного суда г. Владивостока от 23.11.2022 по гражданскому делу № 2622/2021 установлен факт сожительства (наличия фактических семейных отношений без регистрации брака) между должником и ФИО9. Финансовый управляющий направил запрос должнику о предоставлении сведений о фактическом месте проживания. В ответ на запрос должник предоставил ответ, в котором заявляет, что проживает у родителей в квартире, расположенной по адресу: <...> (протокольным определением от 24.04.2024 ходатайство удовлетворено);

- отзыв ответчика от 24.04.2024 на дополнительные доводы апелляционной жалобы, согласно которому оспариваемый брачный договор начал исполняться сразу же после его подписания и нотариального удостоверения (13.03.2018), а не в момент государственной регистрации перехода права собственности на объекты недвижимого имущества (21.04.2023). Соответственно, доводы финансового управляющего о необходимости применения для целей оспаривании сделки даты государственной регистрации перехода права собственности на вышеуказанные объекты недвижимого имущества не обоснованы. Поскольку спорное имущество является единственным жилым помещением, пригодным для проживания должника и членов ее семьи, оно не подлежит включению в конкурсную массу, в связи с чем отсутствует признак причинения вреда кредиторам оспариваемой сделкой. Надлежащих доказательств, подтверждающих наличие в собственности у должника иного имущества, пригодного для проживания финансовым управляющим не представлено. На протяжении всего действия брачного договора должник фактически осуществлял пользование автомойкой, однако доходы на погашение своих обязательств в нарушение брачного договора не направлял, что и стало в дальнейшем причиной его неплатежеспособности и возбуждения настоящего дела о банкротстве. Должник уже обращался в суд общей юрисдикции с требованиями о признании оспариваемого брачного договора недействительным, в удовлетворении которых ему было отказано;

- дополнительные пояснения ответчика от 17.06.2024, из которых следует, что должник получил в результате брачного договора имущество, стоимостью 5 928 000 (по оценке на 24.03.2021), стоимостью 14 646 882,6 руб. по состоянию на дату оценки

имущества со стороны финансового управляющего (23.10.2023 положение о порядке с указанной ценой утверждено в рамках настоящего дела о банкротстве). Также должник получал доход от деятельности автомойки в период с 13.05.2018 по 06.03.2023, размер дохода будет определен в соответствующем заключении оценочной организации. ФИО2 получила имущество стоимость 6 434 000 руб. Брачный договор заключен сторонами 13.03.2018: в момент отсутствия у должника кредиторов как таковых, кроме ФИО2 (суммы перед ФНС России, АО «АзиатскоТихоокеанский Банк» незначительны и должны были быть погашены должником от доходов, получаемых от автомойки). Конфликт между ФИО2 и должником длится с июня 2018 года, возник ввиду отказа ФИО7 С.Ю. от исполнения обязательств по брачному договору в части погашения кредита перед ПАО «Сбербанк». Должником предпринимались попытки переоформить автомойку на сожительницу ФИО9, по иску ФИО2 данная сделка признана недействительной, имущество возвращено в собственность ФИО7 С.Ю., также ФИО7 С.Ю. предпринимались попытки оспаривания брачного договора по основаниям существенного изменения обстоятельств, судом отказано в удовлетворении, имеется уголовное дело по факту предоставления в Росреестр подложных документов для переоформления автомойки, ФИО2 на протяжении периода с 2019 года подавала исковые заявления о взыскании задолженности с ФИО7 С.Ю. в связи с исполнением ею кредитных обязательств, возбуждались исполнительные производства, судебными приставами исполнителями совершались исполнительные действия. Указанное свидетельствует об отсутствии каких-либо согласованных и целенаправленных действий ФИО2 и ФИО7 С.Ю. по причинению вреда кредиторам путем совершения сделки – брачного договора. Напротив, исключительно действиями ФИО7 С.Ю. причиняется вред интересам основного кредитора ФИО2 (приложенные к пояснениям доказательства приобщены к материалам дела протокольным определением от 18.06.2024);

- ходатайство финансового управляющего от 18.06.2024 о приобщении к материалам дела дополнительных доказательств согласно перечню приложений. При этом в ходатайстве приведены следующие доводы: финансовым управляющим произведено сравнение недвижимого имущества с аналогичным имуществом с использованием сайта https://www.farpost.ru/; рыночная стоимость 1 кв.м. объекта незавершенного строительства составляет 109 096,5 руб.; общая сумма недвижимого здания равна 6 163 952 руб.; средняя цена на автомобиль составила 363 333 руб.; в ФНС России сведения о бизнесе должника (автомойка) отсутствуют; вследствие проведенной финансовым управляющим проверки выявлено, что фактически по адресу: Россия, <...>, располагается только одно нежилое здание площадью 112,8 кв.м., кадастровый (условный) номер 25:28:050043:3054 (далее – гараж) (протокольным определением от 18.06.2024 ходатайство удовлетворено);

- дополнительные пояснения ответчика от 10.07.2024, в соответствии с которыми реконструкция гаража площадью 112,8 кв.м. произведена ФИО7 С.Ю. из исходных объектов – гаражных боксов 303, кадастровый номер объекта 25:28:050043:2513, и 304, кадастровый номер объекта 25:28:050043:2664 ГСК «Волга», расположенных на земельном участке с кадастровым номером 25:28:050043:3015 по адресу: г. Владивосток в районе здания по ул. Кирова, 40. Решением Советского районного суда г. Владивостока от 23.11.2021 по делу № 2-622/21 (оставленным без изменения Апелляционным определением от 16.05.2022, определением Девятого кассационного суда общей юрисдикции от 15.09.2022) признан совместно нажитым имуществом ФИО2 и ФИО7 С.Ю. гараж. На момент заключения сторонами брачного договора от 13.03.2018 в ЕГРН сведения о реконструкции внесены не были, так как реконструкция не была завершена; сведения о регистрации гаража площадью 112,8 кв.м. внесены в ЕГРН 19.11.2019 на основании технического плана от 14.08.2019 и договора аренды земельного участка от 15.12.2015. Согласно материалам дела № А51-3834/2016, в соответствии с техническим обследованием от 18.05.2016 № 16/05-03-231 ООО «Грифон В», спорное имущество –

гаражные боксы №№ 303, 304 в районе улицы Кирова, 40 ГСК «Волга» г. Владивостока – являются единым комплексом зданий и располагаются под одной крышей, а также взаимосвязаны между собой несущими конструктивными элементами (перекрытиями, фундаментами и пр.). Материалами судебных дел № А51-3834/2016, № А51-14385/2015 подтверждается, что реконструкция объектов гаражных боксов № 303, № 304, (приобретенных ФИО7 С.Ю. 07.05.2013 в период брака с ФИО2) произведена в период с 2013 года. Сторонами при заключении брачного договора от 13.03.2018 объекты недвижимости были поименованы в соответствии с описанием объектов, имевшим место в ЕГРН на момент заключения договора - нежилое помещение в здании бокс № 303 в ГСК «Волга») 17.5 кв. м., нежилое помещение в здании (бокс № 304 в ГСК «Волга») 17.5 кв.м. При добросовестном исполнении ФИО7 С.Ю. условий брачного договора, эксплуатации имущества автомойки с чистой прибылью в размере более 10 000 000 руб. за период 5 лет процедуры банкротства должника возникнуть не могло, с учетом реального кредитора – ФИО2 и кредиторов на сумму менее 500 000 руб.;

- ходатайство финансового управляющего о приобщении к материалам дела дополнительных доказательств от 16.07.2024, из которого следует, что постановлением Арбитражного суда Дальневосточного округа от 07.03.2017 по делу № Ф03-462/2017 рассмотрено дело ИП ФИО7 С.Ю. к Администрации г. Владивостока о признании права собственности на самовольную постройку. Согласно подготовленному ООО «Грифон В» техническому заключению от 24.09.2015 № 15/09-03-381 нарушений строительных, экологических, санитарных, противопожарных норм при обследовании указанных реконструированных гаражей выявлено не было. Факт эксплуатации спорных объектов в качестве автомойки отражен в акте проверки Управления градостроительства и архитектуры Администрации г. Владивостока от 28.05.2015. В 2015 году гаражные боксы № 303 и № 304 в районе улицы Кирова, 40 в ГСК «Волга» г. Владивостока уже были реконструированы. Гараж учитывается финансовым управляющим как личное имущество должника, так как право собственности на данный объект возникло после расторжения брака с ФИО2 (03.10.2019). В настоящий момент у должника отсутствует постоянная или временная регистрация. Должник был снят с регистрации по адресу: Владивосток, ул. Верхнепортовая, д. 76, кв. 70, собственником жилья являются члены семьи ФИО7 ФИО10 предоставил ответ, в котором заявляет, что проживает у родителей в квартире, расположенной по адресу: <...>. На основании сведений, представленных должником, финансовым управляющим проведен осмотр помещения, о чем был составлен акт осмотра. Кроме того, в ходатайстве изложена позиция, согласно которой при прекращении семейных отношений с собственником приватизированного жилого помещения за бывшим членом семьи собственника, реализовавшим свое право на бесплатную приватизацию, сохраняется право пользования приватизированным жилым помещением, так как на приватизацию этого жилого помещения необходимо было его согласие. При этом сам по себе факт наличия у лица права пользования жилым помещением на момент его приватизации, при последующем добровольном отказе от этого права (выезд в иное жилое помещение), не может служить основанием для сохранения за ним права пользования жилым помещением бессрочно;

- пояснения, поименованные как «дополнительные документы», ответчика от 16.07.2024, в которых изложено, что стоимость объекта незавершенного строительства и земельного участка, согласно отчету об оценке № 1398 на 13.03.2018, составляет округленно 3 476 000 руб.; на 05.07.2024 составляет округленно 7 835 000 руб. Согласно отчету об оценке № 1399 по состоянию на 13.03.2018 стоимость гаража и права аренды земельного участка составляет округленно 4 094 000 руб.; по состоянию на 05.07.2024 составляет округленно 9 738 000 руб. Таким образом, на дату заключения брачного договора (13.03.2018) стороны определили, что каждый из супругов получает соразмерное

по стоимости имущество, ФИО7 С.Ю. получил имущество большей стоимости, чем супруга ФИО2

В судебном заседании представитель финансового управляющего поддержал доводы апелляционной жалобы, а также письменных пояснений; представитель ФИО2 - доводы, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу, а также письменных пояснений.

Иные лица, участвующие в деле о банкротстве и в арбитражном процессе по делу о банкротстве, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, явку представителей в судебное заседание не обеспечили, что не препятствовало суду в порядке статьи 156 АПК РФ, пункта 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.02.2011 № 12 «О некоторых вопросах применения АПК РФ в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ «О внесении изменений в АПК РФ» рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие иных лиц, участвующих в деле.

Судом установлено, что к дополнительным документам и письменным пояснениям ФИО2 приложены дополнительные доказательства согласно перечню приложений, что расценено коллегией как ходатайства о приобщении к материалам дела дополнительных доказательств. Рассмотрев ходатайства финансового управляющего, ответчика о приобщении к материалам дела дополнительных доказательств, суд апелляционной инстанции на основании статей 159, части 2 статьи 268 АПК РФ определил приобщить в материалы дела дополнительные документы, как связанные с обстоятельствами настоящего спора и устраняющие неполноту материалов дела.

Заслушав позиции участников процесса, исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, изучив доводы апелляционной жалобы, отзывов и пояснений, проверив в порядке статей 266-272 АПК РФ правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, Пятый арбитражный апелляционный суд пришел к выводу об отсутствии оснований для отмены обжалуемого определения, исходя из следующего.

Дела о банкротстве граждан рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными Федеральным законом от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) (пункт 1 статьи 6, пункт 1 статьи 32 Закона и часть 1 статьи 223 АПК РФ), который в системе правового регулирования несостоятельности (банкротства) участников гражданского (имущественного) оборота является специальным.

Особенности банкротства гражданина установлены параграфом 1.1 главы X Закона о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главами I-III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI названного Закона.

Пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве предусмотрено, что сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника (пункт 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве).

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет

более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

По материалам дела апелляционным судом установлено, что ФИО7 С.Ю. и ФИО2 состояли в браке в период с 20.08.2008 по 03.10.2019, имеют несовершеннолетнего сына ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

Данные лица 13.03.2018 заключили брачный договор, по условиям которого стороны договорились о следующем.

Супруги договорились, что после полного исполнения обязательств по кредитному договору <***> от 21.05.2013, заключенному супругами и ПАО «Сбербанк России» и снятия по договору ипотеки <***>/1 от 21.05.2013 с ПАО «Сбербанк России» залога с земельного участка в единоличную собственность супруги ФИО2 как в период брака, так и в случае его расторжения, переходят следующие объекты недвижимости:

- объект незавершенного строительства (жилой дом), назначение: жилое, площадь застройки 56,5 кв.м. степень готовности: 47 %. инв. № 05:401:002:000238550, лит. А, адрес объекта: <...>. условный номер: 25-2501/211/2006-392. Право собственности зарегистрировано, о чем в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним 13.10.2009 сделана запись регистрации № 25-25-01/150/2009-373. Если к моменту перехода в единоличную собственность объект изменит степень готовности или будет окончено его строительство, то в единоличную собственность супруги ФИО2 перейдет объект в том состоянии, который будет существовать на момент государственной регистрации перехода права собственности;

- земельный участок, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: для индивидуального жилищного строительства, общая площадь 890 кв.м., адрес объекта: установлено относительно ориентира жилой дом, расположенный в границах участка, адрес ориентира: <...>, кадастровый номер 25:28:050015:534. Право собственности зарегистрировано, о чем в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним 13.10.2009 сделана запись регистрации № 25-25-01/150/2009-374 (пункт 2 брачного договора).

Супруги договорились, что при условии, что в единоличную собственность супруги ФИО2 перейдут объекты недвижимости, указанные в пункте 2 договора, то в единоличную собственность супруга ФИО7 С.Ю. перейдут следующие объекты недвижимости:

- нежилое помещение в здании (бокс № 303 в ГСК «Волга», лит. А), назначение: нежилое, общая площадь 17.5 кв.м., этаж 1, адрес (местонахождение) объекта: Приморский край. г. Владивосток, в районе здания ул. Кирова. 40. условный номер: 25-2501/007/2009-309 (далее – бокс № 303). Право собственности зарегистрировано, о чем в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним 07.05.2013 сделана запись регистрации № 25-25-01 /049/2013-361;

- нежилое помещение в здании (бокс № 304 в ГСК «Волга», лит. А), назначение: гаражное, общая площадь 17,5 кв.м., этаж 1. адрес (местонахождение) объекта: Приморский край, г. Владивосток, в районе здания ул. Кирова, 40, условный номер: 25-2501/028/2009-369 (далее – бокс № 304). Право собственности зарегистрировано, о чем в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним 07.05.2013 сделана запись регистрации № 25-25-01/049/2013-362 (пункт 3 брачного договора).

До момента полного исполнения обязательств по кредитному договору <***> от 21.05.2013, заключенному супругами и ПАО «Сбербанк России», супруги сохраняют режим совместной собственности на следующее имущество, приобретенное ими в период брака до момента заключения договора:

- объект незавершенного строительства; - земельный участок; - бокс № 303; - бокс № 304.

Указанное имущество будет оставаться совместной собственностью супругов и в том случае, когда после заключения брачного договора за счет имущества или труда каждого из супругов (в том числе капитальный ремонт, реконструкция, переоборудование или другое) были произведены вложения, значительно увеличившие стоимость этого имущества. При оформлении в период брака под боксами № 303 и № 304 и для их эксплуатации земельного участка он перейдет в совместную собственность супругов. В случае продажи одного или нескольких объектов недвижимости, находящихся в общей совместной собственности супругов, денежные средства, полученные супругами от его (их) продажи, подлежат разделу между супругами в равных частях (пункт 4 брачного договора).

Автомобиль, приобретенный супругами во время брака, марки: Хонда ХР-В (Honda HR-V), легковой. 2001 года выпуска, № двигателя D16A-9103522, кузов № GH3-1 102238, цвет - черный, регистрационный знак: <***>, паспорт транспортного средства серия 25 УМ № 568255, выдан 20.06.2012 Владивостокской таможней, в период брака и в случае его расторжения будет принадлежать на праве индивидуальной собственности супруге ФИО2 (пункт 5 брачного договора).

Имущество, которое будет приобретено после заключения брачного договора, будет являться личной собственностью либо будет принадлежать на ином праве, в том числе на праве аренды, того из супругов, на имя которого оно будет оформлено или зарегистрировано, как в период брака, так и в случае его расторжения. В случае приобретения имущества после заключения брачного договора, документы на которое не оформляются или которое не подлежит государственной регистрации, его собственником признается супруг, вносивший денежные средства в оплату этого имущества (пункт 6 брачного договора).

После заключения брачного договора любые доходы, полученные одним из супругов, в том числе доходы целевого назначения (суммы материальной помощи, суммы, выплаченные в возмещение ущерба в связи с утратой трудоспособности вследствие увечья или иного повреждения здоровья и т.п.), доходы от предпринимательской деятельности признаются собственностью супруга, которому они выплачены, получены (пункт 7 брачного договора).

Обязательства супругов по договорам займа, кредита, другим договорам и любые долговые обязательства, возникшие в период брака и после заключения брачного договора, считаются обязанностью того из супругов, на чье имя они заключены (пункт 14 брачного договора).

ФИО7 С.Ю. в момент заключения брачного договора ставит в известность ФИО2, что на момент заключения брачного договора ФИО7 С.Ю. имеет единоличные денежные обязательства, которые возникли без уведомления и согласия ФИО2 и были направлены им не на совместные нужды супругов:

- кредитные обязательства по кредитному соглашению (договору) № 0050/0470467 от 22.11.2013, заключенному между ФИО7 С.Ю. и ОАО «Азиатско-Тихоокеанский Банк»;

- долговые обязательства перед гражданкой Российской Федерации ФИО6

Указанные денежные обязательства являются единоличными обязательствами ФИО7 С.Ю. и должны быть исполнены им лично за счет собственных средств (пункт 15 брачного договора).

Стороны договорились, что кредитные обязательства супругов по кредитному договору <***> от 21.05.2013, заключенному супругами и ПАО «Сбербанк России», должны исполняться как в период брака, так в случае его расторжения лично ФИО7 С.Ю. за счет собственных средств. В случае, если в результате неисполнения и (или)

ненадлежащего исполнения ФИО7 С.Ю. кредитных обязательства к исполнению обязательств будет привлечена ФИО2 (или по собственной инициативе), последняя будет вправе требовать от ФИО7 С.Ю. возврата (выплаты) денежных средств в сумме, выплаченной ею для погашения образовавшейся задолженности (суммы кредита, процентов, неустойки) (пункт 16 брачного договора).

Материалами дела подтверждается, что после полного исполнения обязательств по ипотечному кредиту и снятия залога за ФИО2 21.04.2023 зарегистрировано право собственности на земельный участок и объект незавершенного строительства.

В отношении боксов № 303, № 304 в рамках дела № А51-3834/2016 установлены имеющие существенное значение для настоящего дела обстоятельства (решение Арбитражного суда Приморского края от 22.05.2018, оставленное в силе постановлениями Пятого арбитражного апелляционного суда от 21.08.2018 и Арбитражного суда Дальневосточного округа от 04.12.2018). Так, по результатам назначенной арбитражным судом экспертизы в материалы дела представлено заключение эксперта ООО «ДВЛАД» от 28.02.2018 № 18/02-03-55, согласно которому в ходе обследования гаражных боксов № 303 и № 304 установлено, что строительный объем, вместимость, пропускная способность, архитектурный облик фасада гаражных боксов №№ 303, 304, изначальная площадь каждого из которых составляла 17,5 кв.м., изменился. Общая площадь внутренних помещений увеличилась и фактически составляет: 2-х этажный бокс № 303 – 56 кв.м.; 2-этажный бокс № 304 – 56 кв.м. В итоге экспертом сделан вывод о том, что выполненные работы по надстройке 2-го этажа над существующими гаражными боксами являются реконструкцией и не относятся к новому строительству. Судами также было отмечено, что фактически спорные объекты были изменены самим должником в 2013 году (а не предыдущим собственником в 2002 году), что подтверждено техническим паспортом на гаражи «ГСК Волга», боксы № 303, № 304, составленным ФГУП «Ростехинвентаризация – Федеральное БТИ» по состоянию на 10.10.2013, а также вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Приморского края по делу от 16.07.2015 № А51-2660/2015.

Также вступившим в законную силу решением Советского районного суда г. Владивостока от 23.11.2021 по делу № 2-622/21 исковые требования ФИО2 удовлетворены частично; признан совместно нажитым имуществом ФИО7 С.Ю. и ФИО2 гараж; признан недействительным договор от 04.08.2020 купли-продажи гаража, заключенный между ФИО7 С.Ю. и ФИО9; применены последствия недействительности сделки, а именно: прекращено зарегистрированное 12.08.2020 право собственности ФИО9 на гараж; право собственности ФИО7 С.Ю. на гараж восстановлено.

В данном решении установлено, что 19.11.2019 ФИО7 С.Ю. поставил на кадастровый учет объект недвижимости - 2-х этажный гараж. Гаражные боксы № 303 и № 304 были реконструированы ответчиком в 2013 году, то есть в период брака с ФИО2, путём проведения работ по надстройке 2 этажа, в результате чего образовалось единое 2-х этажное нежилое здание - гараж, площадью 112,8 кв.м., с кадастровым номером 25:28:050043:3054, по адресу: <...>, ГСК «Волга». Участок под гаражными боксами принадлежит ФИО7 С.Ю. на праве аренды на основании заключенного с Департаментом земельных и имущественных отношений Приморского края договора аренды земельного участка № 28-4-21515 от 15.12.2015 на срок 49 лет. На момент совершения оспариваемой сделки от 04.08.2020 между ФИО7 С.Ю. и ФИО9 гараж относился к общему имуществу супругов.

Согласно пояснениям ответчика на момент заключения брачного договора объекта с кадастровым номером 25:28:050043:3054 (гараж площадью 112,8 кв.м.) в ЕГРН зарегистрировано не было, на имя должника (супруга) были зарегистрированы боксы № 303, № 304, ввиду чего сторонами при заключении брачного договора от 13.03.2018

объекты недвижимости были поименованы в соответствии с описанием объектов, имевшим место в ЕГРН на момент заключения договора.

Впоследствии гараж включен в конкурсную массу должника (отчет финансового управляющего от 02.02.2024, размещенный в информационном ресурсе «Картотека арбитражных дел» в карточке настоящего дела 03.04.2024).

Вступившим в законную силу решением Советского районного суда г. Владивостока от 17.10.2022 по делу № 2-2569/2022 отказано в удовлетворении требований ФИО7 С.Ю. о расторжении брачного договора.

Обращаясь с заявлением об оспаривании брачного договора в деле о банкротстве должника, финансовый управляющий указал, что брачный договор от 13.03.2018 заключен с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов ФИО7 С.Ю., согласно списку кредиторов, представленных должником в материалы дела, на момент совершения оспариваемой сделки у должника имелись неисполненные обязательства перед кредиторами, о чем не могла не знать ФИО2, являющаяся по отношению к должнику заинтересованным лицом; заключение брачного договора привело к тому, что из собственности должника выбыло ликвидное имущество, отдельному кредитору оказано большее предпочтение, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке, установленном законодательством о несостоятельности (банкротстве).

В силу статьи 44 Семейного кодекса Российской Федерации (далее – СК РФ) брачный договор может быть признан судом недействительным полностью или частично по основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации для недействительности сделок.

Как разъяснено в подпункте 4 пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63), брачный договор, соглашение о разделе общего имущества супругов могут быть оспорены по правилам главы III.1 Закона о банкротстве.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 9 Постановления № 63, судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. При определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве надлежит исходить из следующего. Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется. Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 настоящего Постановления).

Одновременно с этим необходимо учитывать, что по правилам упомянутой нормы (пункт 1 статьи 61.2. Закона о банкротстве) могут оспариваться только сделки, в принципе или обычно предусматривающие встречное исполнение; сделки же, в предмет которых в принципе не входит встречное исполнение (например, договор дарения) или обычно его не предусматривающие (например, договор поручительства или залога), не могут оспариваться на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, но могут оспариваться на основании пункта 2 этой статьи (абзац 6 пункта 8 Постановления № 63).

Брачный договор по своей правовой природе не предусматривает встречного исполнения, так как находящееся в общей совместной собственности обоих супругов имущество не отчуждается в пользу другого супруга. Фактически по такому соглашению

каждый из супругов отказывается в пользу другого супруга от своего права собственности на определенное имущество, при этом другой супруг не приобретает вновь право собственности на это имущество, а сохраняет имеющееся у него по закону право собственности, становясь при этом его единоличным собственником.

Если сделка с предпочтением была совершена после принятия судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия судом заявления о признании должника банкротом, то в силу пункта 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.3, в связи с чем наличия иных обстоятельств, предусмотренных пунктом 3 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется (пункт 11 Постановления № 63).

Суд первой инстанции, учтя, что дело о банкротстве ФИО7 С.Ю. возбуждено 08.02.2023, пришел к выводу, что оспариваемая в рамках настоящего обособленного спора сделка - брачный договор от 13.03.2018 заключена за пределами периода подозрительности, установленного пунктом 2 статьи 61.2 и статьей 61.3 Закона о банкротстве, в связи с чем оснований для признания сделки недействительной по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве, не имеется.

Коллегия не может согласиться с данным выводом в связи со следующим.

Судом не учтено, что в силу статьи 157 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) сделка считается совершенной под отлагательным условием, если стороны поставили возникновение прав и обязанностей в зависимость от обстоятельства, относительно которого неизвестно, наступит оно или не наступит.

К отлагательным условиям, обусловливающим вступление договора в силу (пункт 1 статьи 157 ГК РФ), могут быть отнесены такие обстоятельства, наступление которых зависит в том числе от поведения стороны по обязательству.

В пункте 3 Постановления № 63 разъяснено, что в силу пункта 2 статьи 61.1 Закона о банкротстве совершенная ранее периодов подозрительности, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве, сделка под условием (как отлагательным, так и отменительным) может быть признана недействительной по правилам главы III.1 Закона о банкротстве, если условие наступило в эти периоды.

Как указано выше по тексту настоящего постановления, в рассматриваемом случае брачный договор предусматривает, что в единоличную собственность супруги ФИО2 переходят объект незавершенного строительства и земельный участок только после полного исполнения обязательств по кредитному договору <***> от 21.05.2013 и снятия по договору ипотеки <***>/1 от 21.05.2013 залога с земельного участка. При условии, что в единоличную собственность супруги ФИО2 перейдут данные объекты недвижимости, в единоличную собственность супруга ФИО7 С.Ю. перейдут бокс № 303, бокс № 304 (в настоящее время – гараж).

Таким образом, из условий брачного договора следует, что он является сделкой, совершенной под отлагательным условием (пункт 1 статьи 157 ГК РФ), в связи с чем он считается совершенным в момент наступления условия, от которого зависит возникновение прав и обязанностей сторон.

В определении Верховного Суда Российской Федерации от 09.07.2018 № 307- ЭС18-1843 изложена правовая позиция, согласно которой следует учитывать, что конечной целью конкурсного оспаривания подозрительных сделок является ликвидация последствий недобросовестного вывода активов перед банкротством. Следовательно, необходимо принимать во внимание не дату подписания сторонами соглашения, по которому они обязались осуществить передачу имущества, а саму дату фактического вывода активов, то есть исполнения сделки путем отчуждения имущества (статья 61.1 Закона о банкротстве). Конструкция купли-продажи недвижимости по российскому праву предполагает, что перенос титула собственника производится в момент государственной регистрации. Поэтому для соотнесения даты совершения сделки, переход права на

основании которой (или которая) подлежит государственной регистрации, с периодом подозрительности учету подлежит дата такой регистрации. Соответствующая позиция изложена также в определении Верховного Суда Российской Федерации от 17.10.2016 № 307-ЭС15-17721 (4).

С учетом приведенной правовой позиции коллегия усматривает, что вывод недвижимого имущества из собственности должника по брачному договору произведен не в момент подписания договора, а после того, как были погашены кредитные обязательства и произведена регистрация за ответчиком права собственности на земельный участок и объект незавершенного строительства - 21.04.2023, то есть после введения процедуры банкротства. В этой связи брачный договор может быть оспорен по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве, в том числе на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Установленные абзацами 2 – 5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми – они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 5 Постановления № 63, для признания сделки недействительной по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходима совокупность следующих обстоятельств:

- сделка была совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов;

- в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

- другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в числе которых совершение сделки безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

При этом для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества (абзац 5 пункта 6 Постановления № 63).

На основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки (пункт 7 Постановления № 63).

Статья 19 Закона о банкротстве определяет круг заинтересованных лиц по отношению к должнику. Заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга (пункт 3 статьи 19 Закона о банкротстве).

Согласно пункту 6 Постановления № 63 при определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах 33 и 34 статьи 2 Закона о банкротстве.

Так, неплатежеспособность – это прекращение исполнения должником части денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостатком денежных средств; недостаточность имущества - превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника.

Согласно пункту 1 статьи 42 СК РФ брачным договором супруги вправе изменить установленный законом режим совместной собственности (статья 34 настоящего Кодекса), установить режим совместной, долевой или раздельной собственности на все имущество супругов, на его отдельные виды или на имущество каждого из супругов.

Брачный договор может быть заключен как в отношении имеющегося, так и в отношении будущего имущества супругов.

Брачный договор не может ограничивать правоспособность или дееспособность супругов, их право на обращение в суд за защитой своих прав; регулировать личные неимущественные отношения между супругами, права и обязанности супругов в отношении детей; предусматривать положения, ограничивающие право нетрудоспособного нуждающегося супруга на получение содержания; содержать другие условия, которые ставят одного из супругов в крайне неблагоприятное положение или противоречат основным началам семейного законодательства (пункт 3 статьи 42 СК РФ).

Исходя из положений пункта 3 статьи 1, статей 4 и 5 СК РФ, а также разъяснений, данных в пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 05.11.1998 № 15 «О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брак», заключение брачного договора при котором супруги устанавливают право собственности за одним супругом, при этом создавая условия, при которых другой супруг - полностью лишается права собственности на имеющееся или нажитое в период брака имущество, приобретенное на общие доходы - напрямую противоречит как условиям гражданского оборота, так и основам семейного законодательства, устанавливающим равенство брачных отношений, а также не допускающих злоупотребление предоставленными Законом правами, в том числе, на раздел имущества.

При рассмотрении обособленного спора судом первой инстанции установлено, что, по существу, оспаривая сделку, финансовый управляющий оспорил ее как сделку, совершенную во вред кредиторам должника, между тем, факт причинения вреда кредиторам в результате заключения супругами Гелей спорного брачного договора от 13.03.2018 заявитель надлежащим образом не подтвердил.

Так, в дело не представлено надлежащих доказательств того, что в момент совершения оспариваемой сделки должник обладал признаками неплатежеспособности или недостаточности имущества; при этом само по себе указание в тексте брачного договора сведений о наличии единоличных денежных обязательств должника перед двумя кредиторами без отражения сведений о размере задолженности не свидетельствует о том, что такие обязательства должник перестал исполнять до заключения брачного договора; в материалах дела не имеется вступивших в законную силу по состоянию на 13.03.2018 судебных актов о взыскании с ФИО7 С.Ю. задолженности в пользу названных кредиторов, и обозначенные кредиторы инициаторами дела о банкротстве не выступили, заявление о собственном банкротстве ФИО7 С.Ю. подал в арбитражный суд в декабре 2022 года, при этом указав на наличие у него задолженности по обязательным платежам, а также кредиторов – ПАО «Сбербанк России» и ФИО2

Суд не усмотрел наличия иных намерений у сторон сделки, кроме тех, что прямо следуют из её буквального содержания. В деле не имеется доказательств того, что ФИО2 содействовала должнику в выводе имущества в целях недопущения обращения на него взыскания по требованиям кредиторов, предъявивших свои требования к должнику для целей включения в реестр в рамках настоящего дела.

При оценке представленных доказательств судом принято во внимание, что ранее должник обращался в суд с иском о признании брачного договора недействительным по мотиву его кабальности, и вступившим в законную силу решением Советского районного суда г. Владивостока от 17.10.2022 по делу № 2-2569/2022 в удовлетворении требования о расторжении брачного договора и признании его недействительной кабальной сделкой отказано; по результатам судебного контроля соглашение супругов об изменении режима их имущества признано соответствующим СК РФ, не являющимся кабальной сделкой.

С учетом изложенного, суд констатировал, что в рамках настоящего спора не доказано наличие согласованной воли сторон сделки, направленной на причинение вреда имущественным правам кредитора должника, задолженность перед которым возникла до

совершения сделки; наличие у сторон сделки - ФИО2 и ФИО7 С.Ю. цели причинения вреда имущественным правам кредиторов ФИО7 С.Ю. не подтверждено.

Обстоятельство заинтересованности участников сделки по отношению друг к другу (статья 19 Закона о банкротстве) в данном случае на действительность сделки не влияет, поскольку характер соглашения - брачный договор - всегда предполагает такую заинтересованность, поскольку заключается между супругами.

При вышеназванных обстоятельствах, с учетом наличия у должника имущества, не отчужденного супруге по брачному договору и подлежащего включению в конкурсную массу, приняв во внимание характер настоящего обособленного спора, а также имевших ранее место судебных споров с участием ФИО7 С.Ю. и ФИО2, суд не установил наличие у сторон брачного договора от 13.03.2023 цели причинения вреда кредиторам при заключении названной сделки.

С учетом отсутствия в действиях должника и его супруги злоупотребления правом, недоказанности признаков мнимости сделки (статья 170 ГК РФ), суд пришел к выводу об отсутствии правовых оснований для признания брачного договора от 13.03.2018, заключенного супругами ФИО7, недействительной сделкой.

Поддерживая выводы суда первой инстанции относительно отсутствия доказательств причинении вреда имущественным правам кредиторов и совершения сделки с такой целью, коллегия также исходит из следующего.

Во время нахождения обособленного спора в суде первой инстанции участвующими в обособленном споре лицами ходатайство о назначении судебной экспертизы имущества, в отношении которого произведен раздел между супругами по брачному договору, не заявлено. При рассмотрении апелляционной жалобы коллегией было испрошено мнение лиц, участвующих в деле, относительно возможности проведения судебной экспертизы (протокол судебного заседания от 18.06.2024), однако участники процесса не выразили намерения ходатайствовать о назначении судебной экспертизы. В определении от 18.06.2024 коллегия повторно предложила участвующим в деле лицам выразить суду мнение относительно возможности и необходимости назначения судебной оценочной экспертизы с целью определения рыночной стоимости имущества, указанного в брачном договоре. Однако соответствующее ходатайство так и не было заявлено.

Принимая во внимание изложенное, оценка объема встречного предоставления по брачному договору осуществлена апелляционным судом с учетом положений статьи 65 АПК РФ о бремени доказывания исходя из принципа состязательности, согласно которому риск наступления последствий несовершения соответствующих процессуальных действий несут лица, участвующие в деле (часть 2 статьи 9 АПК РФ), что согласуется с разъяснениями, приведенными в пункте 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе», поскольку основания для назначения оценочной экспертизы по инициативе суда в данном случае отсутствуют.

Оценив объем встречного предоставления по брачному договору на дату заключения договора по имеющимся в деле доказательствам, коллегия пришла к выводу о том, что оснований для вывода о неравноценности такого не имеется в связи со следующим.

Согласно произведенной финансовым управляющим оценке стоимость перешедшего в личную собственность должника по условиям брачного договора имущества (гараж) составляет 14 646 882,60 руб. (начальная цена продажи имущества на торгах в процедуре банкротства в соответствии с утвержденным судом 12.02.2024 положением). На 26.07.2024 назначено проведение торгов в форме публичного предложения с начальной ценой в 13 182 193,85 руб. Согласно представленным ответчиком отчётам об оценке ООО «Консалтинговая компания «Арктур Эксперт» от

26.05.2022 № 872/1, от 12.07.2024 № 1399 рыночная стоимость гаража по состоянию на 13.03.2018 составила 4 094 000 руб., на 24.03.2021 – 5 928 000 руб.

Стоимость объекта незавершенного строительства, в соответствии с анализом финансового управляющего общедоступных сведений на сайте «Фарпост», составляет 6 163 952 руб. (по состоянию на апрель 2023 года). Согласно представленным ответчиком отчетам об оценке стоимость объекта незавершенного строительства и земельного участка по состоянию на 13.03.2018 составляет 3 476 000 руб., на 19.05.2022 - 6 034 000 руб. (отчёты об оценке ООО «Консалтинговая компания «Арктур Эксперт» от 26.05.2022 № 1087, ООО «Консалтинговая компания «Артур Эксперт» от 12.07.2024 № 1398).

При анализе общедоступных объявлений финансовый управляющий определил среднюю цену на автомобиль в 363 333 руб. по объявлениям от февраля и марта 2023 года. Согласно пояснениям ответчика стоимость транспортного средства, полученного в результате заключения брачного договора, составляет приблизительно 400 000 руб. (на текущий момент).

Кроме того, в реестр включены требования ФИО2, в том числе возникшие в связи с единоличным исполнением ФИО2 обязательств по кредитному договору <***> от 21.05.2013 и отнесением данных обязательств, согласно брачному договору, к обязательствам ФИО7 С.Ю. По ответу ПАО «Сбербанк России» с приложением графика платежей общая сумма кредитного договора - 5 569 546,44 руб., 3 626 898,18 руб. - сумма, уплаченная ФИО2 Таким образом, 3 626 898,18 руб. – сумма, которую имеет право требовать ответчик с должника в соответствии с пунктом 16 брачного договора.

При изложенных обстоятельствах коллегия усматривает, что в результате заключения брачного договора должник получил в личную собственность гараж стоимостью 4 млн. руб. по состоянию на март 2018 года, около 6 млн. руб. по состоянию на март 2021 года, чуть более 13 000 000 руб. по состоянию на февраль 2024 года и на текущий момент с возможностью извлечения дохода от его использования, в частности путем передачи его в аренду, что фактически осуществлялось самим финансовым управляющим в период проведения процедуры банкротства должника, что подтверждается представленным в дело договором аренды. Согласно заключенному должником в лице финансового управляющего как арендодателем с ФИО12 (арендатор) договору аренды от 19.06.2023 размер постоянной части арендной платы за гараж составляет 42 500 руб. в месяц, переменной части – в сумме расходов на электроснабжение, водоснабжение и канализацию). В соответствии с представленным ответчиком в апелляционный суд отчетом ООО «ДВ-Капитал» от 27.06.2024 № О-44/24 рыночная стоимость арендной платы объекта оценки (гаража) за период с 01.06.2018 по 06.03.2023 составила 3 711 600 руб., рыночная стоимость прибыли за этот же период – 10 936 000 руб.

Ответчик, в свою очередь, получил в собственность имущество (объект незавершенного строительства, земельный участок и автомобиль) на сумму около 4 млн. руб. по состоянию на март 2018 года, чуть более 6 млн. руб. по состоянию на 2022-2023 гг, а также имущественное право требования к должнику в сумме 3 626 898,18 руб., при этом доводов о возможности использования полученных ответчиком объектов в целях получения прибыли при рассмотрении настоящего спора не приведено, доказательств не представлено.

Указанное свидетельствует об отсутствии признака кратности разницы встречного предоставления по оспариваемой сделке, наоборот, приведенный расчет свидетельствует о том, что должником в результате заключения брачного договора получено больше, чем ответчиком.

Таким образом, доводы апеллянта о том, что заключение брачного договора повлекло уменьшение доли ФИО7 С.Ю. в общем имуществе супругов, подлежат отклонению как документально не подтвержденные в порядке статьи 65 АПК РФ.

При этом коллегия принимает во внимание также следующее.

Арбитражный суд может отказать в признании сделки недействительной в случае, если стоимость имущества, приобретенного должником в результате оспариваемой сделки, превышает стоимость того, что может быть возвращено в конкурсную массу в результате оспаривания сделки, или если приобретатель по недействительной сделке вернул все исполненное в конкурсную массу (статья 61.7 Закона о банкротстве).

Коллегия усматривает, что в настоящем случае удовлетворение требований финансового управляющего приведет фактически к уменьшению конкурсной массы должника.

Как верно указал ответчик, одним из правовых последствий признания брачного договора недействительным будет распространение режима общей совместной собственности супругов (статья 34 СК РФ) на все имущество, указанное в оспариваемом брачном договоре.

Согласно пункту 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве, имущество гражданина, принадлежащее ему на праве общей собственности с супругом (бывшим супругом), подлежит реализации в деле о банкротстве гражданина по общим правилам, предусмотренным настоящей статьей. В таких случаях супруг (бывший супруг) вправе участвовать в деле о банкротстве гражданина при решении вопросов, связанных с реализацией общего имущества. В конкурсную массу включается часть средств от реализации общего имущества супругов (бывших супругов), соответствующая доле гражданина в таком имуществе, остальная часть этих средств выплачивается супругу (бывшему супругу).

Таким образом, гараж, учитываемый в настоящее время в конкурсной массе должника как личное имущество последнего, а также автомобиль в результате признания брачного договора недействительным подпадет под режим общей совместной собственности ФИО7 С.Ю. и ФИО2, поэтому ½ от суммы, вырученной от их реализации, будет подлежать передаче ФИО2

Позиция финансового управляющего, приведенная в суде апелляционной инстанции, о том, что гараж является личной собственностью должника в связи с тем, что право собственности на него зарегистрировано за должником после расторжения брака с ФИО2, в связи с чем признание брачного договора недействительным не повлечет возникновение права общей совместной собственности ФИО7 С.Ю. и ФИО2 на это имущество, не может быть признана обоснованной, учитывая указанные выше судебные акты, вступившие в законную силу, в том числе решение Советского районного суда г. Владивостока от 23.11.2021 по делу № 2-622/21 о признании гаража совместно нажитым имуществом ФИО7 С.Ю. и ФИО2

В отношении объекта незавершенного строительства и земельного участка, в случае их возврата в общую совместную собственность ФИО7 С.Ю. и ФИО2, коллегия пришла к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.25 Закона о банкротстве все имущество гражданина, имеющееся на дату принятия решения арбитражного суда о признании гражданина банкротом и введении реализации имущества гражданина и выявленное или приобретенное после даты принятия указанного решения, составляет конкурсную массу, за исключением имущества, определенного пунктом 3 названной статьи.

В силу пункта 3 статьи 213.25 Закона о банкротстве из конкурсной массы исключается имущество, на которое не может быть обращено взыскание в соответствии с гражданским процессуальным законодательством.

Перечень имущества, принадлежащего гражданину-должнику на праве собственности, на которое не может быть обращено взыскание по исполнительным документам, приведен в частью 1 статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ).

Согласно абзацу второму части 1 статьи 446 ГПК РФ взыскание по исполнительным документам не может быть обращено на жилое помещение (его части),

если для гражданина-должника и членов его семьи, совместно проживающих в принадлежащем помещении, оно является единственным пригодным для постоянного проживания помещением, за исключением указанного в данном абзаце имущества, если оно является предметом ипотеки и на него в соответствии с законодательством об ипотеке может быть обращено взыскание.

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан», исполнительский иммунитет в отношении единственного пригодного для постоянного проживания жилого помещения, не обремененного ипотекой, действует и в ситуации банкротства должника (пункт 3 статьи 213.25 Закона о банкротстве, абзац второй части 1 статьи 446 ГПК РФ).

При наличии у должника нескольких жилых помещений, принадлежащих ему на праве собственности, помещение, в отношении которого предоставляется исполнительский иммунитет, определяется судом, рассматривающим дело о банкротстве, исходя из необходимости как удовлетворения требований кредиторов, так и защиты конституционного права на жилище самого гражданина-должника и членов его семьи, в том числе находящихся на его иждивении несовершеннолетних, престарелых, инвалидов, обеспечения указанным лицам нормальных условий существования и гарантий их социально-экономических прав.

В собственности должника, также как и его супруги, с которой должник состоял в браке на момент рассмотрения настоящего спора в суде первой инстанции (ФИО8, брак с которой зарегистрирован 26.11.2021, по пояснениям представителя финансового управляющего в судебном заседании апелляционного суда 16.07.2024 брак расторгнут в июне 2024 года), отсутствуют объекты недвижимости, пригодные для постоянного проживания, что подтверждается представленными в дело документами и участвующими в деле лицами не оспаривается.

Учитывая изложенное, объект незавершенного строительства с назначением «Жилой дом» и земельный участок, на котором этот объект расположен, будут подлежать исключению из конкурсной массы как обладающие исполнительским иммунитетом.

Приведенный в апелляционной инстанции довод финансового управляющего о том, что объект незавершенного строительства является нежилым зданием, то есть не может обладать исполнительским иммунитетом как жилое помещение, подлежит отклонению. Само по себе то обстоятельство, что жилой дом в настоящее время фактически не достроен, не лишает должника права на данный объект в отсутствие в деле доказательств наличия у должника на праве собственности какого-либо жилого помещения, с учетом того, что объект незавершенного строительства имеет назначение «Жилой дом». При таких обстоятельствах объект незавершенного строительства и земельный участок подлежал бы исключению из конкурсной массы с применением по аналогии положения абзаца второго части 1 статьи 446 ГПК РФ об исполнительском иммунитете в отношении единственного жилья должника.

Не может быть принять во внимание и заявленный в суде апелляционной инстанции довод финансового управляющего о том, что должник, отказавшись от участия в приватизации жилья, в котором он сейчас проживает, сохраняет право пользования этим жилым помещением даже в случае, если он перестал быть членом семьи его собственника. Письменных доказательств в подтверждение своей позиции финансовым управляющим не представлено. Прим этом в данном случае судом учитывается необходимость соблюдения конституционного права гражданина-должника на жилище, его право на отдельное проживание и необходимость в удовлетворении собственной потребности в жилище. С учетом отсутствия сведений о регистрации должника в указанном финансовым управляющим помещении, коллегия отмечает, что сам по себе факт наличия у должника права пользования квартирой в г. Владивостоке на

момент ее приватизации при последующем добровольном отказе от этого права не может служить безусловным основанием для вывода о сохранении за ним права пользования этим жилым помещением бессрочно.

Таким образом, в результате признания сделки недействительной в конкурсную массу должника будет включена только половина денежных средств, вырученных от реализации гаража и автомобиля, поскольку оставшаяся половина должна будет выплачена бывшей супруге должника - ФИО2 Соответственно, последствием удовлетворения требований финансового управляющего по настоящему обособленному спору, будет не увеличение, а, напротив, уменьшение конкурсной массы должника, что само по себе является основанием для отказа в признании сделки недействительной по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве.

Кроме того, коллегия принимает во внимание пояснения ответчика, которые согласуются с представленными в материалами дела доказательствами, о том, что брачный договор заключен сторонами в момент, когда долги ФИО7 С.Ю. были незначительны и могли быть погашены должником от доходов, получаемых от автомойки (гаража). Конфликт между ФИО2 и должником длится с июня 2018 года, возник ввиду отказа ФИО7 С.Ю. от исполнения обязательств по брачному договору в части погашения кредита перед ПАО «Сбербанк». Должником предпринимались попытки переоформить гараж на сожительницу ФИО9, по иску ФИО2 данная сделка признана недействительной, имущество возвращено в собственность ФИО7 С.Ю., также ФИО7 С.Ю. предпринимались попытки оспаривания брачного договора по основаниям существенного изменения обстоятельств, судом отказано в удовлетворении, имеется уголовное дело по факту предоставления в Росреестр подложных документов для переоформления автомойки, ФИО2 на протяжении периода с 2019 года подавала исковые заявления о взыскании задолженности с ФИО7 С.Ю. в связи с исполнением ею кредитных обязательств, возбуждались исполнительные производства, судебными приставами исполнителями совершались исполнительные действия. Указанное свидетельствует об отсутствии каких-либо согласованных и целенаправленных действий ФИО2 и ФИО7 С.Ю. по причинению вреда кредиторам путем совершения сделки – брачного договора.

Более того, принимая во внимание то, что по условиям брачного договора в личную собственность ответчика (бывшей супруги должника) перешло имущество, обладавшее исполнительским иммунитетом по отношению к указанным в брачном договоре кредиторам и в целом к кредиторам, требования перед которыми на тот момент уже возникли и в дальнейшем включены в реестр (то есть погашение требований таких кредиторов за счет данного имущества было невозможно), и транспортное средство, а в личной собственности должника остался гараж, стоимость которого значительно выше стоимость автомобиля, при этом вырученные от реализации гаража денежные средства в полном объеме могли быть направлены на удовлетворение требований названных кредиторов должника, коллегия не может признать обоснованной позицию апеллянта о том, что целью совершения оспоренной сделки являлось причинения вреда имущественным правам кредиторов должника, обязательства перед которыми на тот момент у должника имелись.

В связи с изложенным апелляционный суд пришел к выводу об отсутствии правовых оснований для признания оспариваемой сделки недействительной по специальному основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Довод апеллянта об осведомленности ответчика о наличии у должника обязательств перед кредиторами на момент заключения брачного договора во внимание не принимаются, поскольку указанное само по себе в отсутствии в деле доказательств совокупности всех условий, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, не является достаточным для признания сделки недействительной по указанному основанию.

Надлежащего обоснования своей позиции о недействительности оспоренной сделки на основании статьи 61.3 Закона о банкротстве, статьи 170 ГК РФ заявителем не приведено, коллегией по материалам дела таких оснований не установлено.

При этом оспариваемая сделка не может быть признана недействительной на основании статей 10, 168 ГК РФ, поскольку в соответствии с правовой позицией, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11 по делу № А32-26991/2009, предоставленная абзацем 4 пункта 4 Постановления № 63, пунктом 10 постановления Пленума № 32 возможность квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), распространяется только на сделки с пороками, выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок. Финансовым управляющим о наличии таких пороков оспариваемой сделки не заявлено.

Ссылка апеллянта на отсутствие в деле доказательств уведомления кредиторов о заключении брачного договора подлежит отклонению, так как указанное не является основанием для признания сделки недействительной, а влечет иные последствия.

Другие приведенные в апелляционной жалобе доводы подлежат отклонению по изложенным в мотивировочной части настоящего постановления основаниям.

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно пункту 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

С учетом изложенного определение суда отмене, а апелляционная жалоба удовлетворению - не подлежат.

Исходя из результата рассмотрения спора, в силу положений статьи 110 АПК РФ, расходы по уплате госпошлины остаются на заявителе.

Руководствуясь статьями 258, 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Пятый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Приморского края от 18.12.2023 по делу

№ А51-22682/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Дальневосточного

округа через Арбитражный суд Приморского края в течение одного месяца.

Председательствующий Т.В. Рева

Судьи А.В. Ветошкевич

К.А. Сухецкая