Постановление от 21 октября 2024 г. по делу № А12-2910/2022

ДВЕНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

410002, г. Саратов, ул. Лермонтова д. 30 корп. 2 тел: (8452) 74-90-90, 8-800-200-12-77; факс: (8452) 74-90-91,

http://12aas.arbitr.ru; e-mail: info@12aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело №А12-2910/2022
г. Саратов
21 октября 2024 года
Резолютивная часть постановления объявлена 07 октября 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 21 октября 2024 года.


Двенадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего – судьи Н.А. Колесовой,

судей Г.М. Батыршиной, О.В. Грабко,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Т.П. Осетровой,

рассмотрев в открытом судебном заседании с использованием систем видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Волгоградской области апелляционную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Волгоградской области о взыскании убытков от 12 августа 2024 года по делу № А12-2910/2022 по заявлению конкурсного управляющего ФИО2 о взыскании убытков

Заинтересованное лицо:

ФИО3

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Развитие» (403874, <...>, ОГРН <***>, ИНН <***>),

при участии в судебном заседании: от заявителя жалобы – ФИО4, представителя, доверенность от 26.06.2024 (личность установлена, оригинал доверенности обозревался), от конкурсного управляющего – ФИО2, лично (личность установлена, оригинал паспорта обозревался), иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, извещены о времени и месте судебного разбирательства надлежащим образом в порядке частей 1, 6 статьи 121, части 1 статьи 122, части 1 статьи 123, части 1 статьи 186 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, что подтверждается отчетом о публикации судебных актов от 06.09.2024,

УСТАНОВИЛ:

10 февраля 2022 года в Арбитражный суд Волгоградской области поступило заявление уполномоченного органа – Федеральной налоговой службы о признании общества с ограниченной ответственностью «Развитие» несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Волгоградской области от 15 марта 2022 года заявление уполномоченного органа принято к производству, возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Развитие».

Определением Арбитражного суда Волгоградской области от 18 июля 2022 года заявление уполномоченного органа признано обоснованным, в отношении общества с ограниченной ответственностью «Развитие» введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО5, член СРО «Ассоциация арбитражных управляющих «Арсенал».

Решением Арбитражного суда Волгоградской области от 07 ноября 2022 года общество с ограниченной ответственностью «Развитие» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО2.

30 октября 2023 года в Арбитражный суд Волгоградской области поступило заявление конкурсного управляющего ФИО2 о взыскании с ФИО1 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Развитие» 4246400 руб. убытков.

Определением Арбитражного суда Волгоградской области от 12 августа 2024 года заявление конкурсного управляющего ФИО2 удовлетворено в полном объеме.

Не согласившись с принятым по делу судебным актом, ФИО1 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит определение арбитражного суда первой инстанции отменить и принять новый судебный акт, которым отказать в удовлетворении требований заявителя в полном объеме. В обоснование данной позиции апеллянт указывает на то, что выводы суда первой инстанции о наличии у конкурсного управляющего и сообщества кредиторов ООО «Развития» права на взыскание с ФИО6 как контролирующего должника лица денежных средств за совершенные им действия (бездействие), которые имели место в период (2019-2021 годы), предшествующий моменту возникновения обязательств должника перед такими лицами, представляются ошибочными и основанными на неверном толковании норм материального права (в частности, целей применения механизмов законодательства о банкротстве). Сделки (договоры аренды) осуществлялись в рамках обычной финансово-хозяйственной деятельности должника и в условиях независимости участников друг от друга. Заключение срочных договоров аренды соответствовало целям хозяйственной деятельности и интересам должника, ввиду чего не может рассматриваться в качестве недобросовестного и неразумного поведения ответчика. Договоры аренды между должником и ФИО3 с учётом выводов экспертов являются совершенными в условиях рынка, отклонения от рыночных цен не установлено (расхождение договорных цен и определенных судебным экспертом не превышает 10-15 %), что также исключает квалификацию договоров аренды как сделок, нарушающих права и законные интересы сообщества кредиторов должника.

Конкурсным управляющим в материалы дела представлен отзыв на апелляционную жалобу, в котором указанное лицо возражает против доводов апелляционной жалобы, просит обжалуемый судебный акт оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Дела о несостоятельности (банкротстве) в силу части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и пункта 1 статьи 32 Федерального закона от 26 октября 2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Арбитражный апелляционный суд в порядке части 1 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации повторно рассматривает дело по имеющимся в деле и дополнительно представленным доказательствам.

Проверив обоснованность доводов, изложенных в апелляционной жалобе, отзыве на неё, заслушав представителя подателя апелляционной жалобы, конкурсного управляющего, исследовав материалы дела, арбитражный апелляционный суд считает, что судебный акт подлежит отмене по следующим основаниям.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.20 Закона о банкротстве в случае введения в отношении должника процедуры, применяемой в деле о банкротстве, требование о возмещении должнику убытков, причиненных ему лицами, уполномоченными выступать от имени юридического лица, членами коллегиальных органов юридического лица или лицами, определяющими действия юридического лица, в том числе учредителями (участниками) юридического лица или лицами, имеющими фактическую возможность определять действия юридического лица, подлежит рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника по правилам, предусмотренным настоящей главой.

Пунктом 3 статьи 129 Закона о банкротстве предусмотрено, что конкурсный управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени должника иски о взыскании убытков, причиненных действиями (бездействием) руководителя должника, лиц, входящих в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, собственника имущества должника, лицами, действовавшими от имени должника в соответствии с доверенностью, иными лицами, действовавшими в соответствии с учредительными документами должника.

В пункте 53 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22 июня 2012 года № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» указано, что с даты введения первой процедуры банкротства и далее в ходе любой процедуры банкротства требования должника, его участников и кредиторов о возмещении убытков, причиненных арбитражным управляющим (пункт 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве), а также о возмещении убытков, причиненных должнику - юридическому лицу его органами (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации, статья 71 Федерального закона «Об акционерных обществах», статья 44 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» и т.д.), могут быть предъявлены и рассмотрены только в рамках дела о банкротстве. Лица, в отношении которых подано заявление о возмещении убытков, имеют права и несут обязанности лиц, участвующих в деле о банкротстве, связанные с рассмотрением названного заявления, включая право обжаловать судебные акты.

По результатам рассмотрения такого заявления выносится определение, на основании которого может быть выдан исполнительный лист.

В соответствии с пунктом 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Оно обязано по требованию учредителей (участников) юридического лица, если иное не предусмотрено законом или договором, возместить убытки, причиненные им юридическому лицу.

Согласно статье 12 Гражданского кодекса Российской Федерации возмещение убытков является одним из способов защиты гражданских прав, направленных на восстановление имущественных прав потерпевшего лица. Лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере (пункт 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода). Для привлечения виновного лица к ответственности в форме возмещения убытков истцу необходимо доказать совокупность следующих условий: наличие и размер убытков, противоправность поведения лица, причинную связь между допущенным нарушением и возникшими убытками, вину причинителя вреда. Под причинной связью понимается объективно существующая связь между явлениями, при которой одно явление (причина) предшествует во времени другому (следствию) и с необходимостью порождает его.

Только совокупность всех данных признаков позволяет принять решение о взыскании убытков. Бремя доказывания указанных обстоятельств лежит на истце.

Вместе с тем, на ответчике – бывшем руководителе, как лице, осуществляющем распорядительные и иные, предусмотренные законом и учредительными документами функции, лежит бремя опровержения вины в его действиях (бездействии), следствием которых являются убытки.

Гражданское законодательство исходит из принципа полного возмещения убытков, если законом или договором не предусмотрено их ограничение. По смыслу пункта 5 статьи 10, статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации конкурсный управляющий должником, заявив требование о возмещении убытков, обязан доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) руководителя, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Распределение бремени доказывания сформулировано в абзацах четвертом и пятом пункта 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30 июля 2013 года № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», согласно которому если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представляет доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия), указать на причины возникновения убытков, представить соответствующие доказательства. В случае отказа директора от дачи пояснений или их явной неполноты, если суд сочтет такое поведение директора недобросовестным (статья 1 Гражданского кодекса Российской Федерации), бремя доказывания отсутствия нарушения обязанности действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно может быть возложено судом на директора.

Недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор: после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица; знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.).

Неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор: принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации; до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации. Добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо.

В случаях недобросовестного и (или) неразумного осуществления обязанностей по выбору и контролю за действиями (бездействием) представителей, контрагентов по гражданско-правовым договорам, работников юридического лица, а также ненадлежащей организации системы управления юридическим лицом директор отвечает перед юридическим лицом за причиненные в результате этого убытки (пункт 5 постановления Пленума № 62).

По общему правилу, установленному статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Как следует из материалов дела, ФИО1 являлся руководителем ООО «Развитие» в период с 06.07.2017 (с момента создания юридического лица) по 07.11.2022, а также его единственным учредителем.

В обоснование заявленных требований конкурсный управляющий указывает, что 29.03.2019 ООО «Развитие» и ФИО3 заключили договор аренды трактора без экипажа № 3, по условиям которого ФИО3 (арендодатель) сдает в аренду ООО «Развитие» (арендатор) во временное владение и пользование принадлежащую Арендодателю на праве собственности специализированную технику в виде колесного трактора МТЗ-82, 1999 года выпуска, гос. номер 50ХВ4916.

Согласно п. 3.1. Договора Арендная плата составляет 5000,00 (пять тысяч) руб. в сутки, НДС не облагается.

Согласно выписки с расчетного счета ООО «Развитие» № 40702810010080000304, открытого в Банк ВТБ (ПАО), ООО «Развитие» перечислило ФИО3 по договору аренды техники от 29.03.2019 № 3 денежные средства в размере 2 954 000 рублей, следующими платежами:

20.06.2019 на сумму 100 000,00 рублей с назначением платежа «Оплата по договору аренды техники №3 от 29.03.2019 за период 03.04.2019-22.04.2019 Сумма 100000- 00 Без налога (НДС)»;

26.06.2019 на сумму 120 000,00 рублей с назначением платежа «Оплата по договору аренды техники №3 от 29.03.2019 за период 23.04.2019-20.05.2019 Сумма 120000- 00 Без налога (НДС)»;

25.07.2019 на сумму 100 000,00 рублей с назначением платежа «Оплата по договору аренды техники №3 от 29.03.2019 за период 21.05.2019-09.06.2019 Сумма 100000- 00 Без налога (НДС)»;

21.08.2019 на сумму 160 000,00 рублей с назначением платежа «Оплата по договору аренды техники №3 от 29.03.2019 за период 10.06.2019-07.07.2019 Сумма 160000- 00 Без налога (НДС)»;

22.08.2019 на сумму 120 000,00 рублей с назначением платежа «Оплата по договору аренды техники №3 от 29.03.2019 за период 08.07.2019-31.07.2019. Сумма 120000- 00 Без налога (НДС)»;

16.09.2019 на сумму 155 000,00 рублей с назначением платежа «Оплата по договору аренды техники №3 от 29.03.2019 за август 2019 года. Сумма 155000-00 Без налога (НДС)»;

08.10.2019 на сумму 150 000,00 рублей с назначением платежа «Оплата по договору аренды техники №3 от 29.03.2019 за сентябрь 2019 Сумма 150000-00 Без налога

(НДС)»;

31.10.2019 на сумму 75 000,00 рублей с назначением платежа «Оплата по договору аренды техники № 3 от 29.03.2019 за период 1 -15 октября 2019 года. Сумма 75000-00 Без налога (НДС)»;

03.12.2019 на сумму 25 000,00 рублей с назначением платежа «Оплата по договору аренды техники №3 от 29.03.2019 за период 16-20 октября 2019 года. Сумма 25000-00 Без налога (НДС)»;

28.02.2020 на сумму 120 000,00 рублей с назначением платежа «Оплата по договору аренды техники №3 от 29.03.2019 за период 21.10.2019-13.11.2019 Сумма 120000-00 Без налога (НДС)»;

27.03.2020 на сумму 240 000,00 рублей с назначением платежа «Оплата по договору аренды техники №3 от 29.03.2019 за период 14.11.2019-31.12.2019 Сумма 240000-00 Без налога (НДС)»;

13.07.2020 на сумму 155 000,00 рублей с назначением платежа «Оплата по договору аренды техники №3 от 29.03.2019 за январь 2020 года. Сумма 155000-00 Без налога (НДС)»;

24.07.2020 на сумму 145 000,00 рублей с назначением платежа «Оплата по договору аренды техники №3 от 29.03.2019 за февраль 2020 года. Сумма 145000-00 Без налога (НДС)»;

24.07.2020 на сумму 155 000,00 рублей с назначением платежа «Оплата по договору аренды техники №3 от 29.03.2019 за март 2020 года. Сумма 155000-00 Без налога (НДС)»; - 31.08.2020 г. на сумму 90 000,00 рублей с назначением платежа «Оплата по договору аренды техники №3 от 29.03.2019 за июнь 2020 года. Сумма 90000-00 Без налога (НДС)»;

31.08.2020 на сумму 124 000,00 рублей с назначением платежа «Оплата по договору аренды техники №3 от 29.03.2019 за июль 2020 года. Сумма 124000-00 Без налога (НДС)»;

03.11.2020 на сумму 155 000,00 рублей с назначением платежа «Оплата по договору аренды техники №3 от 29.03.2019 за август 2020 года. Сумма 155000-00 Без налога (НДС)»;

26.11.2020 на сумму 155 000,00 рублей с назначением платежа «Оплата по договору аренды техники №3 от 29.03.2019 за период 01.09.2020-20.09.2020. Сумма 100000-00 Без налога (НДС)»;

28.01.2021 на сумму 50 000,00 рублей с назначением платежа «Оплата по договору аренды техники №3 от 29.03.2019 за период 21.09.2020-30.09.2020. Сумма 50000-00 Без налога (НДС)»;

28.01.2021 на сумму 150 000,00 рублей с назначением платежа «Оплата по договору аренды техники №3 от 29.03.2019 за ноябрь 2020 года. Сумма 150000-00 Без налога (НДС)»;

28.01.2021 на сумму 155 000,00 рублей с назначением платежа «Оплата по договору аренды техники №3 от 29.03.2019 за октябрь 2020 года. Сумма 155000-00 Без налога (НДС)»;

28.01.2021 на сумму 155 000,00 рублей с назначением платежа «Оплата по договору аренды техники №3 от 29.03.2019 за декабрь 2020 года. Сумма 155000-00 Без налога (НДС)»;

02.02.2021 на сумму 155 000,00 рублей с назначением платежа «Оплата по договору аренды техники №3 от 29.03.2019 за январь 2021 года. Сумма 155000-00 Без налога (НДС)»

06.08.2018 ООО «Развитие» и ФИО3 заключили договор аренды № 4, по условиям которого ФИО3 (арендодатель) сдает в аренду ООО «Развитие» (арендатор) во временное владение и пользование принадлежащий Арендодателю на праве собственности УАЗ-390994, (VIN) <***>, гос. номер <***>, 2007 года выпуска.

Согласно п. 3.1. Договора Арендная плата составляет 3000,00 (три тысячи) руб. в сутки, НДС не облагается.

Согласно выписки с расчетного счета ООО «Развитие» № 40702810010080000304, открытого в Банк ВТБ (ПАО), ООО «Развитие» перечислило ИП ФИО3 по договору аренды техники №4 от 06.08.2018 года денежные средства в размере 1 292 400 рублей, следующими платежами:

08.10.2019 на сумму 75 000,00 рублей с назначением платежа «Оплата по договору аренды транспортного средства №4 от 06.08.2018 за август 2019 года. Сумма 75000-00 Без налога (НДС)»;

25.10.2019 на сумму 12 000,00 рублей с назначением платежа «Оплата по договору аренды транспортного средства №4 от 06.08.2018 за 1-4 сентября 2019 года. Сумма 12000-00 Без налога (НДС)»;

31.10.2019 на сумму 78 000,00 рублей с назначением платежа «Оплата по договору аренды транспортного средства №4 от 06.08.2018 за период 5-30 сентября 2019 года. Сумма 78000-00 Без налога (НДС)»;

28.02.2020 на сумму 183 000,00 рублей с назначением платежа «Оплата по договору аренды транспортного средства №4 от 06.08.2018 за период 01.10.2019 30.11.2019. Сумма 183000-00 Без налога (НДС)»;

13.07.2020 на сумму 93 000,00 рублей с назначением платежа «Оплата по договору аренды транспортного средства №4 от 06.08.2018 за январь 2020 года. Сумма 9300000 Без налога (НДС)»;

24.07.2020 на сумму 87 000,00 рублей с назначением платежа «Оплата по договору аренды транспортного средства №4 от 06.08.2018 за февраль 2020 года. Сумма 87000- 00 Без налога (НДС)»;

31.08.2020 на сумму 45 000,00 рублей с назначением платежа «Оплата по договору аренды транспортного средства №4 от 06.08.2018 за июнь 2020 года. Сумма 4500000 Без налога (НДС)»;

31.08.2020 на сумму 74 400,00 рублей с назначением платежа «Оплата по договору аренды транспортного средства №4 от 06.08.2018 за июль 2020 года. Сумма 7440000 Без налога (НДС)»;

31.08.2020 на сумму 93 300,00 рублей с назначением платежа «Оплата по договору аренды транспортного средства №4 от 06.08.2018 за март 2020 года. Сумма 9300000 Без налога (НДС)»;

31.08.2020 г. на сумму 93 000,00 рублей с назначением платежа «Оплата по договору аренды транспортного средства №4 от 06.08.2018 за август 2020 года. Сумма 9300000 Без налога (НДС)»;

22.10.2020 на сумму 45 000,00 рублей с назначением платежа «Оплата по договору аренды транспортного средства №4 от 06.08.2018 за период 01.09.2020 -15.09.2020. Сумма 45000-00 Без налога (НДС)»;

16.11.2020 на сумму 45 000,00 рублей с назначением платежа «Оплата по договору аренды транспортного средства №4 от 06.08.2018 за период 16.09.2020-30.09.2020. Сумма 45000-00 Без налога (НДС)»;

30.11.2020 на сумму 21 000,00 рублей с назначением платежа «Оплата по договору аренды транспортного средства №4 от 06.08.2018 за период 01.10.2020- 07.10.2020. Сумма 21000-00 Без налога (НДС)»;

29.01.2021 на сумму 72 000,00 рублей с назначением платежа «Оплата по договору аренды транспортного средства №4 от 06.08.2018 за период 08.10.2020 - 31.10.2020. Сумма 72000-00 Без налога (НДС)»;

29.01.2021 на сумму 93 000,00 рублей с назначением платежа «Оплата по договору аренды транспортного средства №4 от 06.08.2018 за декабрь 2020 года. Сумма 93000- 00 Без налога (НДС)»;

02.02.2021 на сумму 93 000,00 рублей с назначением платежа «Оплата по договору аренды транспортного средства №4 от 06.08.2018 за январь 2021 года. Сумма 9300000 Без налога (НДС)».

Конкурсный управляющий полагает, что ФИО1 принял решение о заключении договора аренды с аффилированным лицом - ФИО3, зная, что заключение договоров на вышеуказанных условиях не отвечают интересам ООО «Развитие», фактически используются для вывода денежных средств из организации через заинтересованное лицо.

Также конкурсный управляющий указывает, что ответчиком не предоставлены документы, подтверждающие использование арендованной техники при выполнении договоров в период с апреля 2019 года по январь 2021 года, что, по мнению заявителя, может свидетельствовать о мнимости спорных отношений.

Указанное, послужило основанием для обращения конкурсного управляющего с заявлением о взыскании убытков с бывшего руководителя должника.

Удовлетворяя заявленное требование, суд первой инстанции счёл, что вышеприведённые обстоятельства являются достаточным основанием для квалификации спорных платежей в качестве убытков, причинённых должнику неразумными действиями бывшего руководителя.

Так, суд первой инстанции указал на то, что уплаченная за аренду цена свидетельствуют о том, что у ответчика была возможность приобрести соответствующее имущество в собственность. При таком развитии событий должник, вступив в эквивалентный обмен, уплатил бы порядка 792666,67 руб. за обе единицы техники и получил бы в свою имущественную сферу транспортные средства.

Вместо этого руководитель должника принял решение вступить в долгосрочную аренду на условиях посуточной оплаты и выплатил аффилированному арендодателю 4 246 400 руб. за период до января 2021 года.

Суд первой инстанции исходил из того, что экономически оправданные мотивы заключения договоров аренды (сезонность работ, незначительный фронт работ, отсутствие необходимости длительного использования техники) должником не доказана, напротив, произведённые платежи осуществлялись за непрерывную аренду на протяжении более 3 лет.

С учетом изложенного суд первой инстанции пришел к выводу о том, что указанные расходы должника были осуществлены или с прямым умыслом ответчика на вывод денежных средств, или по его грубой неосторожности, т.е. ввиду его виновных действий.

Вместе с тем, судом первой инстанции не учтено следующее.

По смыслу статьи 2 Закона о банкротстве целью конкурсного производства является последовательное и эффективное проведение мероприятий по получению наибольшей выручки от реализации имущества должника, максимальное наполнение конкурсной массы для соразмерного удовлетворения требований кредиторов должника.

Для реализации этой цели Закон о банкротстве предоставил кредиторам и уполномоченным органам, требования которых не были удовлетворены за счет имущества должника-банкрота, иные вспомогательные правовые средства, в том числе возможность получить удовлетворение за счет имущества лиц, контролировавших должника, посредством привлечения их к субсидиарной ответственности по обязательствам должника либо взыскания с них убытков в порядке статьи 61.20 Закона о банкротстве.

При этом в зависимости от имущественного интереса, на защиту которого направлено предъявленное арбитражным управляющим или кредиторами в деле о банкротстве требование о возмещении убытков, необходимо различать кредиторские (конкурсные) и корпоративные (замещающие) иски.

По заявлению о привлечении контролирующих лиц к ответственности в виде взыскания убытков по корпоративным основаниям прямым выгодоприобретателем выступает должник (его акционеры), ввиду чего цена такого иска законодательно не ограничена размером требований кредиторов (п. 6 ст. 61.20 Закона о банкротстве). Она определяется по правилам ст. ст. 15, 53.1, 393 ГК РФ и равна сумме всех убытков, причиненных организации.

Предъявляя такой иск, кредиторы являются лишь процессуальными истцами, наделенными в силу п. п. 1 и 2 ст. 61.20 Закона о банкротстве полномочиями выступать от имени (вместо) корпорации и ее акционеров. При этом корпоративные убытки (в отличие от кредиторских) изначально не принадлежат сообществу кредиторов, поскольку направлены на возмещение вреда, причиненного собственникам юридического лица. Удовлетворение от такого права требования кредиторы в процедуре банкротства могут получить лишь с учетом правил ст. ст. 134, 142 Закона о банкротстве в форме распределения конкурсной массы, пополненной на сумму взыскания такой задолженности либо суммы, полученной от реализации данного права требования на торгах.

На необходимость разграничения убытков на кредиторские и корпоративные обращено внимание судов в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 07.03.2024 № 307-ЭС23-22696 (по делу № А56-75868/2023), от 28.03.2024 № 305-ЭС23-22266 (по делу № А40-169761/2018).

С точки зрения законодательства о банкротстве право на соответствующий кредиторский иск возникает с момента, когда носящая недобросовестный характер деятельность должника начинает приносить вред кредиторам, то есть когда поступления в имущественную массу должника становятся ниже его кредиторской нагрузки (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 25.09.2020 N 310-ЭС20-6760), иными словами, когда стоимость чистых активов корпорации приобретает отрицательное значение.

Как следует из материалов дела, в реестр требований кредиторов ООО «Развитие» включены требования следующих кредиторов:

- требования УФНС России по Волгоградской области в размере 1 415 120,64 руб. в связи с неисполнением обязанности по уплате налогов и иных обязательных платежей (определения Арбитражного суда Волгоградской области от 18.07.2022, от 09.09.2022, от 17.01.2023);

- требования ПАО Банк «ВТБ» в размере 19 189 689, 78 руб. (банковская гарантия от 07.04.2021 №БГ/5521-02202Г) определение Арбитражного суда Волгоградской области от 26.09.2022;

- требования АО «Черномортранснефть» в размере 641 861,54 руб. (договор от 09.02.2021 № ЧТН-129/01/21) определение Арбитражного суда Волгоградской области от 26.09.2022;

- требования ООО «ТПК «Кама» в размере 1 593 541 руб. (договор поставки от 12.05.2021 №6/21) определение Арбитражного суда Волгоградской области от 12.12.2022.

Таким образом, в заявленном спорном периоде у должника не имелось не только неисполненных обязательств перед кредиторами, в том числе требования которых включены в реестр требований кредиторов, но и отсутствовали гражданско-правовые отношения с указанными лицами.

Согласно пункту 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

По смыслу статьи 12 Гражданского кодекса РФ одним из способов защиты гражданских прав является возмещение убытков.

В пунктах 1 и 2 статьи 15 Гражданского кодекса РФ указывается, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков. При этом под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Таким образом, при обращении с иском о взыскании убытков, причиненных противоправными действиями единоличного исполнительного органа, истец обязан доказать факт причинения ему убытков и наличие причинной связи между действиями причинителя вреда и наступившими последствиями, в то время как обязанность по доказыванию отсутствия вины в причинении убытков лежит на привлекаемом к гражданско-правовой ответственности единоличном исполнительном органе.

При этом недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки; знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом (пункт 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица»).

Согласно статье 277 Трудового кодекса РФ руководитель организации несет полную материальную ответственность за прямой действительный ущерб, причиненный организации. В случаях, предусмотренных федеральными законами, руководитель организации возмещает организации убытки, причиненные его виновными действиями. При этом расчет убытков осуществляется в соответствии с нормами, предусмотренными гражданским законодательством.

Под прямым действительным ущербом согласно части второй статьи 238 Трудового кодекса РФ понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя и необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества (пункт 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 02.06.2015 № 21 «О некоторых вопросах, возникших у судов при применении законодательства, регулирующего труд руководителя организации и членов коллегиального исполнительного органа организации»).

В случае обращения конкурсного кредитора (конкурсного управляющего) в рамках дела о банкротстве в арбитражный суд с иском о взыскании корпоративных убытков в порядке статьи 61.20 Закона о банкротстве при разрешении вопроса о наличии (отсутствии) оснований для его удовлетворения арбитражному суду надлежит исходить из общих условий удовлетворения такого рода исков, заявителями которых, по общему правилу, исходя из их существа, являются участники корпорации.

В соответствии с пунктами 1-5 Постановлении Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» лицо, входящее в состав органов юридического лица (единоличный исполнительный орган - директор, генеральный директор и т.д., временный единоличный исполнительный орган, управляющая организация или управляющий хозяйственного общества, руководитель унитарного предприятия, председатель кооператива и т.п.; члены коллегиального органа юридического лица - члены совета директоров (наблюдательного совета) или коллегиального исполнительного органа (правления, дирекции) хозяйственного общества, члены правления кооператива и т.п.; далее - директор), обязано действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации; далее - ГК РФ). В случае нарушения этой обязанности директор по требованию юридического лица и (или) его учредителей (участников), которым законом предоставлено право на предъявление соответствующего требования, должен возместить убытки, причиненные юридическому лицу таким нарушением.

Арбитражным судам следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности. Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства.

В случае отказа директора от дачи пояснений или их явной неполноты, если суд сочтет такое поведение директора недобросовестным (статья 1 ГК РФ), бремя доказывания отсутствия нарушения обязанности действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно может быть возложено судом на директора.

2. Недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке;

2) скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки;

3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица;

4) после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица;

5) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.).

Под сделкой на невыгодных условиях понимается сделка, цена и (или) иные условия которой существенно в худшую для юридического лица сторону отличаются от цены и (или) иных условий, на которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (например, если предоставление, полученное по сделке юридическим лицом, в два или более раза ниже стоимости предоставления, совершенного юридическим лицом в пользу контрагента). Невыгодность сделки определяется на момент ее совершения; если же невыгодность сделки обнаружилась впоследствии по причине нарушения возникших из нее обязательств, то директор отвечает за соответствующие убытки, если будет доказано, что сделка изначально заключалась с целью ее неисполнения либо ненадлежащего исполнения.

Директор освобождается от ответственности, если докажет, что заключенная им сделка хотя и была сама по себе невыгодной, но являлась частью взаимосвязанных сделок, объединенных общей хозяйственной целью, в результате которых предполагалось получение выгоды юридическим лицом. Он также освобождается от ответственности, если докажет, что невыгодная сделка заключена для предотвращения еще большего ущерба интересам юридического лица.

При определении интересов юридического лица следует, в частности, учитывать, что основной целью деятельности коммерческой организации является извлечение прибыли (пункт 1 статьи 50 ГК РФ); также необходимо принимать во внимание соответствующие положения учредительных документов и решений органов юридического лица (например, об определении приоритетных направлений его деятельности, об утверждении стратегий и бизнес-планов и т.п.). Директор не может быть признан действовавшим в интересах юридического лица, если он действовал в интересах одного или нескольких его участников, но в ущерб юридическому лицу.

3. Неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации;

2) до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации;

3) совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.).

Арбитражным судам следует давать оценку тому, насколько совершение того или иного действия входило или должно было, учитывая обычные условия делового оборота, входить в круг обязанностей директора, в том числе с учетом масштабов деятельности юридического лица, характера соответствующего действия и т.п.

4. Добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством. В связи с этим в случае привлечения юридического лица к публично-правовой ответственности (налоговой, административной и т.п.) по причине недобросовестного и (или) неразумного поведения директора понесенные в результате этого убытки юридического лица могут быть взысканы с директора.

При обосновании добросовестности и разумности своих действий (бездействия) директор может представить доказательства того, что квалификация действий (бездействия) юридического лица в качестве правонарушения на момент их совершения не являлась очевидной, в том числе по причине отсутствия единообразия в применении законодательства налоговыми, таможенными и иными органами, вследствие чего невозможно было сделать однозначный вывод о неправомерности соответствующих действий (бездействия) юридического лица.

Заключение срочных договоров аренды соответствовало целям хозяйственной деятельности и интересам должника, ввиду чего не может рассматриваться в качестве недобросовестного и неразумного поведения ответчика.

Материалами дела подтверждено, что спорные транспортные средства использовались должником в целях выполнения обязательств по договорам, заключенным должником с ООО «Башкирэнерго», ПАО «МРСК Волги», АО «Транснефть-Приволга», АО «Черномортранснефть», ООО «Группа компаний Юг».

То обстоятельство, что договоры аренды были заключены с аффилированным лицом, само по себе не свидетельствует о злоупотреблении правом со стороны руководителя должника.

Согласно пояснениям ФИО1 деятельность ООО «Развитие» как подрядной организации находилась в прямой зависимости от следующих факторов:

сезонный характер выполняемых работ, поскольку дорожные (строительные) работы представлялось возможным производить лишь в летний и частично весенне-осенний период [при хороших погодных условиях];

отсутствие постоянного потока контрактов с заказчиками, предпосылкой к заключению которых являлось участие и победа в тендерных процедурах;

вариативность и специфичный техники, необходимой для выполнения всего спектра строительных работ (в зависимости от предмета договора подряда и указании заказчика);

текучесть персонала (кадров), что находилось в прямой зависимости от вышеуказанных факторов;

отсутствие у должника и (или) ответчика недвижимого имущества (складов, гаражей, боксов и т.п.), в котором могло бы обеспечиваться хранение и ремонт собственной техники, а также должной компетенции и квалификации для её обслуживания (содержания).

Из материалов дела не усматривается, что действия ФИО1 выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска. Доказательств, подтверждающих, что бывший руководитель должника действовал умышленно, в целях причинения убытков должнику, равно как и доказательств, подтверждающих отсутствие реальности правоотношений между должником и ФИО3, в счет исполнения которых совершены спорные платежи, их мнимости (притворности), в материалах дела не имеется.

Определением Арбитражного суда Волгоградской области от 01.03.2024 по делу назначена судебная оценочная экспертиза, проведение которой поручено ООО «Региональный экспертный центр «Альтернатива» в лице эксперта ФИО7

Согласно выводам эксперта, изложенным в заключении от 28.03.2024 № 888/03-24:

рыночная стоимость месячной/суточной аренды трактора МТЗ-82 (1999 г.в.) в период с 01.04.2019 по 01.04.2020 составляла 116 673 руб. / 3 889 руб., а в период с 01.04.2020 по 01.02.2021 составляла 118 250 руб. / 3 942 руб.;

рыночная стоимость месячной/суточной аренды транспортного средства УАЗ 390944 (2007 г.в.) в период с 01.08.2019 по 01.02.2021 составляла 94 590 руб. / 3 153 руб.

Таким образом, размер согласованной сторонами арендной платы значительно не отличается от рыночных цен. Оснований полагать, что сделки по аренде транспортных средств совершены в спорном периоде руководителем должника на невыгодных условиях, у судебной коллегии не имеется.

Указанные обстоятельства конкурсным управляющим не опровергнуты.

Приобретение имущества предполагает несение расходов по его содержанию и ремонту, включая обеспечение сохранности, текущий и капитальный ремонт, страхование автогражданской ответственности, оплату налогов. При этом судебная коллегия отмечает, что приобретение имущества (транспортных средств) предполагало проведение расчетов между покупателем и продавцом в полном объеме одномоментно с передачей транспортных средств, что соответствует сложившейся практике правоотношений в указанной сфере.

Избранная руководителем должника модель ведения бизнеса в виде отказа от приобретения имущества в собственность должника в пользу его долгосрочной аренды не свидетельствует о причинении убытков обществу и его собственнику.

Более того, судебная коллегия отмечает, что в спорный период у организации отсутствовали признаки неплатежеспособности, текущие обязательства исполнялись надлежащим образом.

Таким образом, действия по заключению договоров аренды, реальность которых подтверждена представленными в дело доказательствами, повлекшие уменьшение возможной прибыли организации могли лишь негативно сказаться на нераспределенной прибыли в пользу его участника – ФИО1, но не причинении убытков самому юридическому лицу.

Доказательств того, что именно по причине заключения руководителем должника спорных договоров аренды ООО «Развитие» были причинены убытки в виде невозможности исполнения обязательств перед вышеперечисленными кредиторами, конкурсным управляющим не представлено.

Принимая во внимание вышеизложенное, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии совокупности условий, необходимых для взыскания убытков с бывшего руководителя должника, применительно к положениям статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, в связи с чем не усматривает правовых оснований для удовлетворения заявления конкурсного управляющего ООО «Развитие» ФИО2

Представленные в материалы дела доказательства не исследованы судом первой инстанции полно и всесторонне, выводы, содержащиеся в оспариваемом судебном акте, противоречат установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся доказательствам.

В порядке пункта 3 Постановления Пленума ВС РФ и Пленума ВАС РФ от 29 апреля 2010 года № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», пункта 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» в соответствии со статьей 148 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации или статьей 133 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации на стадии подготовки дела к судебному разбирательству суд должен определить, из какого правоотношения возник спор, и какие нормы права подлежат применению при разрешении дела.

По смыслу статьи 6, части 1 статьи 168, части 4 статьи 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд не связан правовой квалификацией спорных отношений, которую предлагают стороны, и должен рассматривать заявленное требование по существу, исходя из фактических правоотношений, определив при этом, круг обстоятельств, имеющих значение для разрешения спора и подлежащих исследованию, какие законы и иные нормативные правовые акты подлежат применению в конкретном спорном правоотношении (Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2010 года № 8467/10, Определение Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 1 марта 2013 года № ВАС-1877/13).

При таких обстоятельствах, у арбитражного суда апелляционной инстанции имеются правовые основания для отмены оспариваемого судебного акта в соответствии с положениями статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 268-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Волгоградской области от 12 августа 2024 года по делу № А12-2910/2022 отменить. Принять новый судебный акт.

В удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО «Развитие» ФИО2 о взыскании с ФИО1 убытков в размере 4246400 руб. отказать.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объёме через арбитражный суд первой инстанции, принявший определение.



Председательствующий Н.А. Колесова



Судьи Г.М. Батыршина



О.В. Грабко