Постановление от 4 апреля 2024 г. по делу № А40-133730/2021

ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-9921/2024

г. Москва Дело № А40-133730/21

05.04.2024

резолютивная часть постановления объявлена 26.03.2024

постановление изготовлено в полном объеме 05.04.2024

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Ж.Ц. Бальжинимаевой,

судей Ю.Л. Головачевой, А.А. Комарова,

при ведении протокола секретарем судебного заседания А.В.Кирилловой,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда города Москвы от 18.01.2024 о признании сделки недействительной и о применении последствий недействительности, вынесенное в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2,

с участием представителей, согласно протоколу судебного заседания,

У С Т А Н О В И Л

Решением Арбитражного суда города Москвы от 25.11.2021БойкоМаксим Валерьевич (далее – ФИО2, должник) признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утверждена ФИО3

В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление финансового управляющего должника о признании недействительной сделкой брачного договора от 15.11.2018, заключенного между ФИО2 и ФИО1 (далее – ФИО1, ответчик), применении последствий недействительной сделки.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 18.01.2024 недействительной сделкой признан брачный договор № 77 АВ 9180996 от 15.11.2018, заключенный между ФИО2 и ФИО1, применены последствий признания сделки недействительной в виде восстановления режима совместной собственности супругов в отношении совместно нажитого имущества.

Не согласившись с вынесенным судом первой инстанции определением, ФИО1 обратилась в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда города Москвы от 18.01.2024 отменить.

В своей апелляционной жалобе ФИО1 указывает на ошибочность вывода суда первой инстанции о том, что спорный договор ставит должника в невыгодное положение, поскольку в её пользу перешло имущество, которое изначально числилось за ней и не принадлежало должнику. Кроме того, апеллянт ссылается на недоказанность финансовым управляющим факта злоупотребления сторонами оспариваемой сделки правом. Также заявитель апелляционной жалобы указывает на то что, должник не отвечал признакам неплатежеспособности в рассматриваемый период. Помимо прочего ФИО1 обращает внимание суда апелляционной инстанции на то, что суд первой инстанции не применил срок исковой давности, об истечении которого заявлял ответчик.

В судебном заседании представитель финансового управляющего должника на доводы апелляционной жалобы возражал по мотивам, изложенным в приобщенном к материалам дела отзыве, просил обжалуемое определение суда первой инстанции оставить без изменений.

Иные лица, участвующие в деле, в частности заявитель апелляционной жалобы, уведомленные судом о времени и месте слушания дела, в том числе публично, посредством размещения информации на официальном сайте в сети Интернет, в судебное заседание не явились, в связи с чем, апелляционная жалоба рассматривается в их отсутствие, исходя из норм статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Рассмотрев дело в порядке статей 156, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, выслушав объяснения представителя финансового управляющего, изучив материалы дела, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены или изменения определения арбитражного суда, принятого в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, 15.11.2018 между ФИО2 и ФИО1 был заключен брачный договор № 77 АВ 9180996.

В соответствии с пунктом 1.2 брачного договора, в отношении имущества, которое было приобретено, а также будет приобретаться в период брака по любым возмездным сделкам после заключения настоящего договора, устанавливается режим раздельной собственности, то есть все имущество, приобретенное супругами в период брака, является как в период брака, так и в случае его расторжения (прекращения) собственностью того из супругов, на чье имя оно оформлено и/или зарегистрировано соответствующими органами. Это положение распространяется на любое приобретаемое в будущем имущество.

Согласно пункту 2.6 брачного договора, недвижимое имущество, приобретенное супругами в период брака, является как в период брака, так и в случае его расторжения или прекращения в случае смерти одного из супругов, собственностью того из супругов, на чье имя оно зарегистрировано органами, осуществляющими государственную регистрацию прав на недвижимое имущество и сделок с ним.

Как следует из выписки Единого государственного реестра недвижимости от 28.11.2022 № КУВИ-001/2022-211413840,правообладателю ФИО2 в период с 01.01.2012 по 28.11.2022 принадлежали (принадлежат) следующие объекты недвижимости: нежилое помещение(апартаменты) №1619, кадастровый номер: 77:08:0002008:9116, адрес: Российская Федерация, город Москва, вн.тер.г. муниципальный округ Митино, ул. Митинская, д. 16, площадь: 29.1 кв.м. Данное имущество является единственным объектом недвижимости, оставшимся в собственности должника после заключения брачного договора. Также после заключения брачного договора в собственности должника осталось два автомобиля, впоследствии отчужденных ФИО2

После заключения брачного договора ФИО1, в период 2018-2020 гг.продала следующие объекты движимого и недвижимого имущества, приобретенные вовремя брака:

- квартира, г. Москва, Северное Тушино, ул. Героев ФИО4, д. 2, кв. 4,кадастровый номер 77:08:0003008:5976 (договор купли-продажи квартиры между ФИО1 и ФИО5 от 11.01.2019);

- квартира, г. Москва, Перово, ул. Владимирская 2-я, д. 32, корп. 1, кв. 53,кадастровый номер 77:03:0006011:1487 (договор купли-продажи квартиры между ФИО1 и ФИО6 от 11.01.2019);

- квартира, г. Москва, Чертаново Северное, ул. Сумская, д. 6, корп. 1, кв. 75,кадастровый номер 77:05:0006004:3648 (договор купли-продажи квартиры между ФИО1 и ФИО7 от 04.12.2018);

- квартира, г. Москва, вн.тер.г. муниципальный округ Северное Измайлово, шоссе Щёлковское, Дом 50, Квартира 1, кадастровый номер 77:03:0005010:6701 (договор купли-продажи между ФИО1 и ФИО8);

- квартира, г.Москва, Кузьминки, ул. Зеленодольская, д. 39, кв. 2.кадастровый номер 77:04:0004003:1490 (договор купли-продажи от 21.05.2018г. междуФИО1 и ФИО9);

- машиноместо, <...>, соор.Б, кадастровый номер77:07:0014004:7436 (договор купли-продажи между ФИО1 и ФИО10 от24.07.2020);

- автомобиль Мерседес-Бенц S500 4 Matic, 2007 года выпуска, государственный регистрационный знак: <***>, VIN <***>.

Финансовый управляющий должника полагая, что указанный брачный договор отвечает признакам недействительной сделки по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статьями 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, обратился в арбитражный суд с рассматриваемым в рамках настоящего обособленного спора заявлением.

Суд первой инстанции, удовлетворяя указанное заявление финансового управляющего должника, исходил из представления им надлежащих доказательств наличия оснований для признания оспариваемой сделки недействительной.

Суд апелляционной инстанции соглашается с такими выводами Арбитражного суда города Москвы.

Согласно пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатёжеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 63 от 23.12.2010г. «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63) разъяснено, что для признания сделки недействительной по основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Заявление о признании ФИО2 несостоятельным (банкротом) принято к рассмотрению определением Арбитражного суда города Москвы от 14.07.2021, брачный договор заключен 15.11.2018, то есть в течении срока подозрительности, установленного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Как следует из материалов дела на момент заключения брачного договора у должника имелись признаки неплатежеспособности и недостаточности имущества, о чем супруга должника на дату сделки не могла не знать, в силу статуса аффилированного лица.

Так, судом по уголовному делу установлено, что ФИО2 присоединился к преступной организации не позднее 2015 года.

Согласно Апелляционному определению судебной коллегии по уголовным делам Московского городского суда от 14.09.2020 по делу №10-15984/19 ФИО2 и его сообщники в период с 02.11.2015 по 17.12.2018 путем обмана похитил у физических лиц более 200 000 000руб.

При рассмотрении уголовного дела в отношении ФИО2, ФИО1 являлась свидетелем защиты.

Материалами дела подтверждено и сторонами не оспаривается, что спорный договор заключен между заинтересованными лицами, поскольку должник и ответчик состоят в зарегистрированном браке с 05.08.2011 и имеют двоих несовершеннолетних детей: ФИО11, ДД.ММ.ГГГГ года рождения и ФИО12, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

На дату заключения брачного договора в совместной собственности супругов имелись ряд объектов движимого и недвижимого имущества.

В результате заключения брачного договора установленный законом режим совместной собственности супругов в отношении имущества, приобретенного во время брака, изменен в большей части и несоразмерно в пользу ФИО1, что, как следствие, повлекло за собой уменьшение конкурсной массы должника и причинение вреда имущественным правам кредиторов должника.

В силу брачного договора, должник утратил права на движимое и недвижимое имущество, на которое могло быть обращено взыскание по его обязательствам перед кредиторами.

Принимая во внимание изложенное суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что оспариваемый договор был заключен с целью недопущения удовлетворения требований кредиторов должника за счет имущества. Так, заключение спорного брачного договора, устанавливающий значительную диспропорцию в правах супругов на совместно нажитое имущество, при наличии существенной просроченной задолженности по обязательствам было направлено на сокрытие имущества от кредиторов.

Таким образом суд апелляционной инстанции приходит к выводу о наличии оснований, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве для признания рассматриваемого брачного договора недействительной сделкой.

Что касается довода финансового управляющего должника о недействительности брачного договора от 15.11.2018 по статьям 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Согласно статье 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, не соответствующая требованиям закона или иным правовым актам, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что, совершая сделку, стороны намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес.

В силу разъяснений, изложенных в абзаце четвертом пункта 4 Постановления № 63, наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Однако в упомянутых разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11).

Вместе с тем, при рассмотрении настоящего обособленного спора финансовый управляющий ссылался только на факты, свидетельствующие о наличии совокупности обстоятельств, необходимой для признания сделки недействительной по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 Закона о банкротстве, не приводя при этом доводов о наличии у рассматриваемого договора пороков, выходящих за пределы дефектов подозрительной сделки.

Таким образом, оснований для признания рассматриваемой сделки недействительной по статьям 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации не имеется.

Доводы апелляционной жалобы ФИО1 об ошибочности вывода суда первой инстанции о том, что спорный договор ставит должника в невыгодное положение, поскольку в её пользу перешло имущество, которое изначально числилось за ней и не принадлежало должнику, отклоняется как основанный на неправильном понимании норм материального права.

Так, в силу положений пункта 1 статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью.

Таким образом вне зависимости от того, что имущество, приобретенное во время брака с должником было зарегистрировано за ФИО1 не свидетельствует о том, что данное имущество являлось ее единоличной собственностью.

Довод апелляционной жалобы о недоказанности финансовым управляющим факта злоупотребления сторонами оспариваемой сделки правом отклоняется, как не свидетельствующий о принятии неправильного по существу судебного акта, учитывая доказанность недействительности оспариваемой сделки по пункту2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Довод апелляционной жалобы о том, что должник не отвечал признакам неплатежеспособности в рассматриваемый период был предметом рассмотрения суда первой инстанции, им дана надлежащая оценка, с которой соглашается суд апелляционной инстанции, в том числе по мотивам, изложенным выше.

Кроме того, согласно правовому подходу, отраженному в определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.03.2019 № 305-ЭС17-11710 (4), сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной.

В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Таким образом, наличие либо отсутствие признаков неплатежеспособности должника на момент совершения оспариваемой сделки не подлежит обязательному доказыванию при оспаривании сделки на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и не носит решающего значения при рассмотрении требований об оспаривании сделки.

Довод апелляционной жалобы о том, что суд первой инстанции не применил срок исковой давности, об истечении которого заявлял ответчик отклоняется как не свидетельствующий о принятии неправильного по существу судебного акта.

Согласно части 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим, при этом срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки.

В силу разъяснений, изложенных в пункте 32 Постановления № 63, если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения. В остальных случаях само по себе введение внешнего управления или признание должника банкротом не приводит к началу течения давности, однако при рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Финансовый управляющий должника утвержден определением Арбитражного суда города Москвы от 15.11.2021, с рассматриваемым в рамках настоящего обособленного спора заявлением он обратился 05.11.2023.

Вместе с тем, ФИО2 обязанность по предоставлению документов и сведений финансовым управляющим не исполнил. В удовлетворении ходатайства об истребовании документов финансовому управляющему было отказано, поскольку в отношении должника 29.06.2020 Тверским районным судом города Москвы вынесен приговор в совершении преступления, предусмотренного частью 4 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации; должник отбывает наказание в ФКУ ИК-6 УФСИН России по Рязанской области, в связи с чем, судебный акт об истребовании документов не будет отвечать признакам исполнимости.

О факте заключения спорного брачного договора финансовый управляющий узнал, получив отзыв ФИО1 на поданные финансовым управляющим заявления о признании недействительными сделок по отчуждению ответчиком недвижимого имущества. Данные отзывы были получены финансовым управляющим по почте 05.11.2023 и в тот же день им было подано рассматриваемое в рамках настоящего обособленного спора заявление.

Каких-либо доказательств того, что финансовый управляющий о существовании брачного договора мог/должен был узнать ранее 05.11.2023 в материалы дела не представлено.

Учитывая изложенное, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что срок исковой давности финансовым управляющим не пропущен.

Судом апелляционной инстанции рассмотрены все доводы апелляционной жалобы, однако они не опровергают выводы суда, положенные в основу судебного акта первой инстанции, и не могут служить основанием для отмены определения Арбитражного суда города Москвы от 18.01.2024 и удовлетворения апелляционной жалобы.

Руководствуясь ст. ст. 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 18.01.2024 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.

Председательствующий судья:Ж.Ц. Бальжинимаева

Судьи: Ю.Л.Головачева

А.А. Комаров