Постановление от 7 июля 2023 г. по делу № А32-4925/2021

ПЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А32-4925/2021
город Ростов-на-Дону
07 июля 2023 года
15АП-3658/2023


Резолютивная часть постановления объявлена 08 июня 2023 года.

Полный текст постановления изготовлен 07июля 2023 года.

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Попова А.А.,

судей Абраменко Р.А., Яицкой С.И.,

при ведении протокола судебного заседания секретарём судебного заседания ФИО1,

при участии:

от ответчика: представителя ФИО2 по доверенности от 01.04.2022 (путем использования системы веб-конференции),

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО3

на решение Арбитражного суда Краснодарского края

от 16 января 2023 года по делу № А32-4925/2021

по иску индивидуального предпринимателя ФИО4, действующего в лице финансового управляющего ФИО5

к индивидуальному предпринимателю ФИО3 ,

при участии третьего лица ФИО6

о взыскании задолженности,

УСТАНОВИЛ:

индивидуальный предприниматель ФИО4, действующий в лице финансового управляющего ФИО5 (далее – ИП ФИО4, истец), обратился в Арбитражный суд Краснодарского края с иском к индивидуальному предпринимателю ФИО3 (далее – ИП ФИО3, ответчик) о взыскании задолженности за период с 01.09.2019 по 30.09.2020 в сумме 3 250 000 руб., а также расходов по уплате государственной пошлины по иску в сумме 36 750 руб. (с учетом уточнений первоначально заявленных требований, произведенных в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (т. 3 л.д. 24)).

Исковые требования мотивированы тем, что ответчик ненадлежащим образом исполнил свою обязанность по оплате услуг, оказанных истцом в рамках договора № 1 от 01.10.2017 на техническое обслуживание, содержание и текущий ремонт нежилого строения и его помещений.

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 16.01.2023 отказано в удовлетворении ходатайства истца о назначении судебной экспертизы; с ИП ФИО3 в пользу ИП ФИО4 взыскана задолженность в размере 3 044 310 руб. 23 коп. долга, 36 750 руб. судебных расходов по уплате государственной пошлины по иску, в удовлетворении остальной части исковых требований отказано. С ИП ФИО3 в доход федерального бюджета взыскано 15 руб. 47 коп. государственной пошлины по иску, а с ИП ФИО4 - 2 484 руб. 52 коп. государственной пошлины по иску.

Судебный акт мотивирован тем, что договор № 1 от 01.10.2017 носил для ИП ФИО3 абонентский характер, в связи с чем ответчик был обязан ежемесячно вносить платежи в рамках данного договора. Суд уменьшил сумму взыскания на размер платы, внесённой ИП ФИО3 за оказание услуг по вывозу ТКО. Суд указал, что в отношении ИП ФИО4 ведётся процедура несостоятельности (банкротства), в связи с чем зачёт встречных требований ИП ФИО3, выражающийся во внесение платы ресурсоснабжающим компаниям на основании писем истца, является недопустимым.

С принятым судебным актом не согласился ИП ФИО3, в порядке предусмотренном нормами главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, обратилось с апелляционной жалобой, в которой просил решение суда первой инстанции отменить, по делу принять новое решение, которым в удовлетворении исковых требований отказать в полном объёме.

Доводы апелляционной жалобы сводятся к тому, что суд первой инстанции не установил суть правоотношений, сложившихся между ИП ФИО4 и ИП ФИО3 До рассматриваемого периода ответчик действительно ежемесячно вносил в адрес истца оплату в размере 250 000 руб., которая включала в себя в том числе оплату за потребляемые коммунальные ресурсы и компенсацию за обслуживание оборудования, находящего в собственности истца и посредством которого поставлялись коммунальные ресурсы ответчику. В спорный период истец передавал ответчику на оплату счета, поступавшие от ресурсоснабжающих организаций, которые полностью оплачивались предпринимателем, при этом размер ежемесячных оплат превышал 250 000 руб., также предприниматель оплачивал расходы по содержанию имущества истца. В связи с этим, у ИП ФИО3 не имеется задолженности перед истцом.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель ответчика поддержала доводы, изложенные в апелляционной жалобе, просила решение суда первой инстанции в части удовлетворения исковых требований отменить, по делу принять новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований в полном объёме.

Иные участвующие в деле лица, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, явку представителей в судебное заседание не обеспечили.

При названных обстоятельствах суд счел возможным рассмотреть жалобу по существу в соответствии с положениями статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие иных участвующих в деле лиц.

Законность и обоснованность принятого судебного акта проверяется Пятнадцатым арбитражным апелляционным судом в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов апелляционной жалобы с учетом части 6 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы жалобы, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, 22.09.2014 ФИО4 и ФИО7 (собственник здания, которое арендовал ответчик ИП ФИО3) совместно владели на праве общей долевой собственности земельным участком общей площадью 7363 кв.м., с кадастровым номером 23:43:0305055:116, расположенным по адресу: <...>.

22.09.2014 между ФИО4 и ФИО7 было заключено соглашение о прекращении права общей долевой собственности на земельный участок и разделе земельного участка на три самостоятельных (т. 3 л.д. 13), в связи с чем ФИО4 в собственность поступил земельный участок с кадастровым номером 23:43:0305055:1197 (адрес объекта: <...>/Б) с расположенными на нём нежилым зданием и котельной (кадастровые номера: 23:43:0305055:1177, 23:43:0305055:1184), а ФИО7 в собственность поступил земельный участок с кадастровым номером 23:43:0305055:1196 (адрес объекта: <...>/А) с расположенными на нём нежилыми зданиями и нежилым строением (кадастровые номера: 23:43:0305055:1173; 23:43:0305055:1174; 23:43:0305055:1179).

В связи с тем, что ранее весь имущественный комплекс был единым в плане инженерных сетей, между ФИО4 и ФИО7 было заключено дополнительное соглашение № 1 к соглашению о прекращении права общейдолевой собственности на земельный участок и разделе земельного участка на трисамостоятельных от 22.09.2014 (т. 3 л.д. 14-17), согласно которому ФИО4 предоставляет ФИО7 недискриминационный доступ к энергоресурсам, поскольку здания ФИО7 (кадастровые номера 23:43:0305055:1173; 23:43:0305055:1174; 23:43:0305055:1179) и здания ФИО4 (кадастровые номера 23:43:0305055:1178; 23:43:0305055:1198) полностью связаны коммуникациями (фактически поставка коммунальных ресурсов в здания, поступившие в индивидуальную собственность ФИО7, осуществлялась транзитом через коммуникации, расположенные на земельном участке, принадлежащем ИП ФИО4). Никаких новых подключений ФИО7 к коммуникациям ФИО4 никогда не осуществлялось, поскольку на протяжении длительного времени вышеуказанные здания были единым производственным комплексом.

Из представленных в материалы дела договоров с ресурсоснабжающими компаниями следует, что ИП ФИО4 выступал абонентом данных компаний. При этом, объекты ФИО7, имели опосредованное подключение к сетям ресурсоснабжающих компаний через коммуникации, принадлежащие ИП ФИО4, т.е. фактически ФИО7 являлся субабонентом. Однако данные отношения никогда документально не оформлялись (ФИО7 не заключались субабонентские договоры с ресурсоснабжающими компаниями). Учёт объёмов поставляемых коммунальных ресурсов как на объекты ИП ФИО4, так и транзитом на объекты ФИО7 осуществлялся в точках балансовой принадлежности объектов ИП ФИО4 Отдельный учёт объёмов коммунальных ресурсов, поставляемых исключительно на объекты ФИО7, никогда не осуществлялся. Фактически ресурсоснабжающие компании выставляли счета на оплату коммунальных ресурсов в адрес ИП ФИО4 на весь учтённый объём поставки, а ФИО7 в последующем компенсировал часть расходов ИП ФИО4 на оплату данных счетов, а также попутных услуг, связанных с функционированием объектов недвижимости (услуги связи, охраны и т.д.).

ФИО6 на основании решения Октябрьского районного суда г. Краснодара от 04.10.2017 по делу № 2-3880/2017 (т. 2 л.д. 157-161) является собственником 1/2 доли в праве общей собственности всех объектов недвижимого имущества,расположенных по адресу: <...>/Б и д. 5/А, в том числе котельной с кадастровым номером 23:43:0305055:1184, площадью 84.1 кв.м.

Между ФИО7 (арендодатель) и ИП ФИО3 (арендатор) был заключён договор аренды от 23.03.2020, по условиям которого ИП ФИО3 срока м с 23.03.2020 по 28.02.2021 в аренду переданы земельный участок с кадастровым номером 23:43:0305055:1196 с расположенными на нём нежилыми зданиями с кадастровыми номерами 23:43:0305055:1173; 23:43:0305055:1174; 23:43:0305055:1179. Фактически данный договор сохранял своё действие до 31.01.2021.

В связи с заключением выше указанного договора аренды, между ИП ФИО4 (исполнитель) и ИП ФИО3 (заказчик) заключен договор № 1 от 01.10.2017 на техническое обслуживание, содержание и текущий ремонт нежилого строения и его помещений (далее - договор).

В соответствии с пунктом 1.1 договора исполнитель принимает на себя обязательства по предоставлению заказчику коммунальных услуг и иных услуг в соответствии с условиями настоящего договора.

Как следует из пункта 1.3 договора, исполнитель обеспечивает заказчику предоставление коммунальных услуг, а именно теплоснабжение (подача тепла/холода), горячее и холодное водоснабжение. Исполнитель обеспечивает заказчику транзит электроэнергии с электрической подстанции (пункт 1.4 договора).

Исполнитель обязался: обеспечивать предоставление потребителю коммунальных услуг в соответствии с правилами, установленными нормативными актами Российской Федерации, на условиях и в порядке, предусмотренных договором; вести расчёты с заказчиком за предоставленные коммунальные и иные услуги; выдавать заказчику по его просьбе расчётные документы за оказываемые услуги, справки о размере занимаемого нежилого помещения и иные документы в рамках своей компетенции (пункты 2.1.1-2.1.4 договора).

ИП ФИО3 обязался вносить ежемесячную плату за предоставленные в соответствии с настоящим договором услуги в порядке, размере и сроки, предусмотренные договором (пункт 3.1.1 договора).

Из пункта 3.1.5 договора следует, что заказчик обязался осуществлять оплату коммунальных услуг по счетам, выставленным коммунальными службами либо исполнителем в соответствии с показаниями соответствующих измерительных приборов.

Пунктом 4.1 договора предусмотрено, что ежемесячная плата по договору, вносимая заказчиком исполнителю, включает в себя фиксированные платежи за коммунальные услуги, указанные в пункте 1.3 договора.

Стоимость услуг по договору составляет 250 000 руб. без учёта затрат на коммунальные услуги (пункт 4.2 договора).

Одновременно с этим в пункте 4.3 договора стороны пришли к соглашению, что стоимость услуг в размере 250 000 руб. включает в себя оплату расходуемых исполнителем энергоресурсов, понесенных с целью обеспечения работы котельного оборудования, электрической подстанции, централизованной, многозональной системы кондиционирования, принадлежащих исполнителю на праве собственности, в том числе направленные на подготовку к летнему и зимнему периоду (отопительному сезону), подачу тепла и холода в летний и зимний периоды в здание (<...>, литер Н (под Н, Н1) и литер М) и дополнительная плата за них рассчитывается отдельно, на основе показаний приборов учета, установленных на коммуникациях зданий.

В пункте 4.5 договора закреплено, что заказчиком отдельно оплачиваются следующие коммунальные услуги: - электроэнергия, затраченная в здании, на основании приборов учёта. Данные показатели исполнитель включает в отдельный счёт ежемесячно.

В соответствии с пунктом 6.2 договор считается пролонгированным на один год и на тех же условиях, если за 30 дней до истечения срока его действий ни одна из сторон не заявит о его расторжении.

20.11.2017 между сторонами было заключено дополнительное соглашение к договору, согласно которому пункт 1.3 договора изложен в следующей редакции: «Исполнитель обеспечивает заказчику представление следующих видов коммунальных услуг: теплоснабжение (подача тепла/холода); горячее и холодное водоснабжение; сбор и вывоз коммунальных отходов (ТБО).

Решением Арбитражного суда Республики Адыгея от 18.09.2019 по делу № А01-1154/2017 ИП ФИО4 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утверждена ФИО5

Как указал арбитражный управляющий, обращаясь с иском по настоящему делу от имени ИП ФИО4, в ходе анализа финансово-хозяйственной деятельности должника арбитражный управляющий установила, что между ИП ФИО4 и ИП ФИО3 заключен договор № 1 от 01.10.2017 на техническое обслуживание, содержание и текущий ремонт нежилого строения и его помещений. В рамках дела о банкротстве финансовый управляющий обратился с заявлением об истребовании у ИП ФИО3 следующих документов: акты выполненных работ, оказанных услуг, за период с 01.08.2019 по настоящее время, график погашения задолженности по договору. ИП ФИО3 запрошенную документацию не предоставил, пояснил, что, по его мнению, задолженность перед ИП ФИО4 по договору от 01.10.2017 № 1 отсутствует, поскольку им были произведены оплаты текущих платежей перед контрагентами ИП ФИО4 - АО «НЭСК», ООО «Краснодар Водоканал», ПАО «Ростелеком» и другими.

Финансовый управляющий 30.09.2020 направил в адрес ответчика с сопроводительным письмом акты оказанных услуг за период с сентября 2019 года по сентябрь 2020 года для оплаты и подписания, а также претензию об оплате долга.

Ответчик оставил требование финансового управляющего без финансового удовлетворения, что послужило основанием для обращения истца в суд с иском в защиту нарушенного права.

В соответствии со статьей 779 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

С учетом требований статьи 781 Гражданского кодекса Российской Федерации заказчик обязан оплатить оказанные ему услуги в сроки и в порядке, которые указаны в договоре возмездного оказания услуг.

В соответствии со статьей 307 Гражданского кодекса Российской Федерации в силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное действие, как то: передать имущество, выполнить работу, уплатить деньги и т.п., либо воздержаться от определенного действия, а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности.

Статья 309 Гражданского кодекса Российской Федерации устанавливает, что обязательства должны исполняться надлежащим образом, в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового обороты или иными обычно предъявляемыми требованиями.

В соответствии со статьей 310 Гражданского кодекса Российской Федерации односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом. Односторонний отказ от исполнения обязательства, связанного с осуществлением его сторонами предпринимательской деятельности, и одностороннее изменение условий такого обязательства допускаются также в случаях, предусмотренных договором, если иное не вытекает из закона или существа обязательства.

В силу статьи 781 Гражданского кодекса РФ заказчик обязан оплатить оказанные ему услуги в сроки и в порядке, которые указаны в договоре возмездного оказания услуг.

Изучив условия договора, подписанного между ИП ФИО4 и ИП ФИО3, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что его предмет согласован ненадлежащим образом, в том числе не возможно установить конкретный перечень услуг, который подлежал оказанию со стороны ИП ФИО4, стоимость каждой из оказываемых услуг, а также порядок определения такой стоимости.

Так в пункте 1.1 договора прямо не поименованы конкретные виды коммунальных и иных услуг, которые обязался оказывать ИП ФИО4 для ИП ФИО3

ИП ФИО4 обязался поставлять в адрес ИП ФИО3 коммунальные ресурсы по теплоснабжению, по горячему и холодному водоснабжению, а также оказывать услуги по сбору и вывозу ТБО (пункт 1.3 договора).

При этом в пункте 4.3 договора установлено, что общая стоимость услуг в размере 250 000 руб. включает в себя оплату расходуемых исполнителем энергоресурсов, понесенных с целью обеспечения работы котельного оборудования, электрической подстанции, централизованной, многозональной системы кондиционирования, принадлежащих исполнителю на праве собственности, в том числе направленные на подготовку к летнему и зимнему периоду (отопительному сезону), подачу тепла и холода в летний и зимний периоды в здание (<...>, литер Н (под Н, Н1) и литер М). Одновременно с этим указано, что дополнительная плата за них (за понесённые исполнителем затраты) рассчитывается отдельно, на основе показаний приборов учёта, установленных на коммуникациях зданий.

Из буквально толкования данного пункта договора следует, что плата в размере 250 000 руб. определена фактически в качестве абонентской платы за весь комплекс предоставляемых услуг, одновременно с этим, но не ограничиваясь, данная плата включала в себя затраты исполнителя - ИП ФИО4 по оплате ресурсоснабжающим компаниям стоимости коммунальных ресурсов, поставляемых для функционирования работы котельного оборудования, электрической подстанции, централизованной, многозональной системы кондиционирования, расходов на подготовку технологического оборудования к летнему и зимнему периоду (отопительному сезону), подачу тепла и холода в летний и зимний периоды в здание. Однако в этом же пункте договора указывается на то, что дополнительная плата за понесённые исполнителем затраты подлежала отдельному расчёту на основании показаний приборов учёты, установленных на коммуникациях зданий (не определено чьих знаниях: ИП ФИО4 как единственного абонента ресурсоснабжающих компаний, либо зданиях, арендуемых ИП ФИО3, однако на последних ИПУ никогда не устанавливались, в коммерческие расчёты не вводились, т.к. субабонентские договоры со стороны ФИО7 и/или ИП ФИО3 с ресурсоснабжающими компаниями не заключались).

Одновременно с этим, согласно пункту 4.5 договора ИП ФИО3 обязался отдельно оплачиваются только услугу по поставке электроэнергии, затраченной в арендуемых им зданиях, на основании сведений приборов учёта. При этом ИП ФИО4 должен был выставить отдельный счёт на внесение такой платы.

Согласно статье 431 Гражданского кодекса Российской Федерации при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Если правила, содержащиеся в части первой настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.

Суд апелляционной инстанции при вынесении постановления по настоящему делу исходит из следующего.

Прежде всего, ИП ФИО4 никогда не обладал статусом ресурсоснабжающей и/или сетевой компании, тарифы на поставку коммунальных ресурсов, их транспортировку для истца в установленном законом порядке не утверждались.

В силу действующего законодательства, ИП ФИО4 как владелец сетей, по которым транзитом коммунальные ресурсы поступали в здания, арендуемые ИП ФИО3, был не вправе препятствовать передаче коммунальных ресурсов по своим сетям, но также не имел законных оснований требовать от ИП ФИО3 внесения платы за пользование своими сетями (как указывалось ранее, истец не имел статус сетевой компании).

Это означает, что ИП ФИО4 был вправе получать от ИП ФИО3 только компенсацию части своих расходов на содержание принадлежащих истцу сетей и технологического оборудования (амортизационных расходов, расходов, связанных с поддержанием сетей и технологического оборудования в надлежащем техническом состоянии, например: расходы по обслуживанию специализированными организациями газового оборудования котельной, энергопринимающих устройств и т.д.).

Также ИП ФИО4 был вправе получать от ИП ФИО3 компенсацию за те коммунальные ресурсы, которые им были фактически оплачены ресурсоснабжающим организациям в составе выставляемых компаниями счетов на оплату, но которые по факту были потреблены ответчиком. Как указывалось выше, объекты недвижимого имущества, принадлежащие на праве собственности ФИО7 и арендованные в спорный период ИП ФИО3, не имели прямого присоединения к сетям ресурсоснабжающих (сетевых) компаний, а имели опосредованное подключение к ним через сети, принадлежащие ИП ФИО4, который в рассматриваемых отношениях выступал абонентом ресурсоснабжающих компаний. При этом объём коммунальных ресурсов, которые потреблялись непосредственно ИП ФИО3, в ординарной ситуации должен был определяться на основании приборов учёта, установленных непосредственного на арендуемых объектах, однако такие приборы учёта никогда не устанавливались, а собственники объектов недвижимости ИП ФИО4 и ФИО7 никогда не согласовывали между собой границы балансовой принадлежности принадлежащих каждому из них внутрихозяйственных коммунальных сетей.

При такой неординарной ситуации объём коммунальных ресурсов мог быть определён, например, посредством соотношения площадей каждого из зданий к общей площади всех объектов недвижимости (зданий), которые снабжались коммунальными ресурсами и к общей стоимости каждого коммунального ресурса.

С учётом изложенного, надлежит констатировать, что плата по договору в размере 250 000 руб. была призвана суммарно покрывать:

- в первую очередь, компенсацию части расходов ИП ФИО4 на содержание принадлежащих ему сетей и технологического оборудования (котельной и т.д.), посредством использования которых происходило снабжение коммунальными ресурсами объектов, арендованных ИП ФИО3;

- компенсацию части расходов ИП ФИО4 по содержанию общей территории, на которой располагались нежилые здания, согласованные сторонами, например, услуги по охране территории, по вывозу ТБО и др.;

- компенсацию расходов ИП ФИО4 по оплате ресурсоснабжающим (сетевым) компаниям поставленных коммунальных ресурсов (оказываемых услуг по транспортировке коммунальных ресурсов), часть их которых была потреблена непосредственно ИП ФИО3

Та часть платы, которая оставалась не израсходованной на погашение выше указанных компенсаций ИП ФИО4, поступала в собственность последнего в качестве полученного дохода, т.к. условиями договора не предусматривалось, что ИП ФИО3 был вправе требовать возврата части внесённой платы.

Лишь в том случае, если ИП ФИО3 потреблялись коммунальные ресурсы в объёме большем, чем это покрывалось за счёт оставшейся договорной платы, установленной договором, ИП ФИО4 был вправе выставить ответчику дополнительный счёт на оплату соответствующего коммунального ресурса, стоимость которого не была покрыта выше указанной платой.

Однако в такой ситуации, в свою очередь, ИП ФИО4 не приобретал право требовать от ИП ФИО3 внесения дополнительной платы в качестве неполученного дохода от исполнения сделки, т.к. по условиям договора не предусматривался конкретный размер вознаграждения для исполнителя, который бы подлежал дополнительной оплате со стороны ИП ФИО3

В ходе рассмотрения дела представитель ИП ФИО3 поясняла, что до момента введения в отношении ИП ФИО4 процедуры несостоятельности (банкротства) истец выставлял в адрес ответчика только счета на оплату 250 000 руб., согласованных в договоре. Дополнительные счета на оплату коммунальных ресурсов либо иных расходов ИП ФИО4 в адрес ИП ФИО3 не выставлялись. Это означает, что, получая плату в указанном размере, ИП ФИО4 полностью компенсировал все свои расходы как поплате коммунальных ресурсов, потребляемых непосредственно ответчиком, так и иных расходов, связанных с обслуживанием того имущества, которое было задействовано в процессе общего хозяйствования сторон.

Данное обстоятельство не отрицается представителем ИП ФИО4, доказательства ведения сторонами расчётов по договору иным образом за предыдущие периоды в материалы дела не представлены.

Суд апелляционной инстанции неоднократно предлагал ИП ФИО4 представить документально обоснованные пояснения с указание конкретного перечня услуг, который ежемесячно оказывались ответчику в рассматриваемый период непосредственного истцом и входили в абонентское обслуживание, осуществляемое ИП ФИО4 (т.е. указать, абонентом получения каких конкретных услуг являлся ИП ФИО3). Однако соответствующих документально обоснованных пояснений со стороны истца не последовало.

Представитель конкурсного управляющего ИП ФИО4 дополнительно указал лишь на то, что плата в размере 250 000 руб. не является оплатой коммунальных ресурсов, а является платой за использование того имущества, которое принадлежало ИП ФИО4 (сетей, посредством которых коммунальные ресурсы поступали на объекты ответчика).

Суд апелляционной инстанции полагает, что данные пояснения не основаны ни на нормах действующего законодательства (как указывалось ранее, ИП ФИО4 не имеет статуса сетевой компании и не вправе взимать плату за транзит коммунальных ресурсов по его сетям), ни на условиях самого договора, в котором его предмет не согласован в том виде, о котором заявляет истец (в том числе в договоре отсутствует условие об аренде сетей истца ответчиком).

Суд апелляционной инстанции также отмечает, что исполнитель услуг вправе требовать внесения оплаты только за фактически оказанные услуги. При этом в силу положений статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации именно исполнитель услуг обязан представить доказательства оказания своему контрагенту конкретного перечня услуг и их стоимость.

По условиям договора за период с 01.09.2019 по 30.09.2020 ИП ФИО3 должен был уплатить ИП ФИО4 денежные средства в сумме 3 250 000 руб. (13 мес. х 250 000 руб.).

Как указывает ИП ФИО3, в сентябре 2019 года - с момента признания ИП ФИО4 несостоятельным (банкротом) последний фактически прекратил исполнение договора, т.к. штат сотрудников предпринимателя был распущен, а сам ИП ФИО4 утратил возможность оплачивать поставки коммунальных ресурсов, самостоятельно содержать свои сети, оплачивать услуги по вывозу ТБО, услуги связи и иные работы и услуги, выполняемые и оказываемые его контрагентами на основании соответствующих договоров, направленные на нормальное функционирование объектов недвижимого имущества, располагающихся по выше указанному адресу. С указанного момента ИП ФИО4 перестал выставлять счета на внесение оплаты по договору, а фактически стал передавать счета, выставляемые его контрагентами, для целей их оплаты непосредственно ИП ФИО3, который в полном объёме оплачивал данные счета.

При этом общая сумма счетов, выставленных в адрес ИП ФИО4 его контрагентами за период с сентября 2019 года по сентябрь 2020 года и оплаченных за последнего ИП ФИО3, значительно превышает размер той платы, которую ответчик был обязан внести по условиям спорного договора (ИП ФИО3 по счетам, перевыставленным ИП ФИО4, уплатил контрагентам последнего денежные средства в общей сумме 5 921 586 руб. 75 коп., в то время как по условиям договора должен был внести оплату в общей сумме 3 250 000 руб.).

Довод конкурсного управляющего о том, что ИП ФИО3 самостоятельно оплачивал счета контрагентов ИП ФИО4 без ведома последнего, не подтверждён достоверными доказательствами по делу.

Стороной договоров с АО «НЭСК», ООО «Краснодар Водоканал», АО «Краснодаргоргаз» (2 договора), ПАО «Ростелеком», ООО ЧОП «Страж Групп», АО «Мусороуборочная компания» (2 договора), АО «НЭСКэлектросети», ООО «Газпром межрегионгаз Краснодар», ИП ФИО8, ООО «РемКипЭлектроналадка», ИНГОССТ РАХ, ООО «АМК-Юг», ООО «ЮБС», ООО «КИП-Сервис» выступал ИП ФИО4 Доказательства самовольного получения ИП ФИО3 счетов от указанных лиц, которые предназначались ИП ФИО4, в материалы дела не представлены.

При этом в платёжных поручениях, на сновании которых денежные средства оплачивались ИП ФИО3 в адрес контрагентов ИП ФИО4, имеется указание на конкретные реквизиты договоров и распорядительных писем, а также указание на то, что платёж вносится за ИП ФИО4

При таких обстоятельствах, ввиду не доказанности иного, надлежит констатировать, что ИП ФИО4 посредством перевыставления ответчику счетов своих контрагентов и ИП ФИО3 посредством оплаты данных счетов фактически был изменён порядок получения оплаты ИП ФИО4 от ИП ФИО3 по спорному договору, т.к. иных взаимоотношений между сторонами спора, в рамках которых ИП ФИО3 был бы обязан вносить ИП ФИО4 денежные средства, в материалы дела не представлено. Кроме того, все счета контрагентов ИП ФИО4 были связаны с поставками коммунальных ресурсов, выполнением работ либо оказанием услуг в отношении тех объектов недвижимости, которые фактически размещались по выше указанным адресам и использовались ИП ФИО4 и ИП ФИО3 совместно при осуществлении их хозяйственной деятельности.

Такой порядок расчётов по спорному договору не нарушает нормы действующего законодательства.

Доводы конкурсного управляющего о том, что такой порядок расчётов следует квалифицировать в качестве зачёта встречных обязательств, что являлось недопустимым, ввиду нахождения ИП ФИО4 в стадии конкурсного производства, является необоснованным.

Прежде всего, на момент внесения ИП ФИО3 платежей у ИП ФИО4 не имелось денежных обязательств перед ответчиком, которые могли быть приняты в зачёт встречных обязательств. Внося оплату за ИП ФИО4, ИП ФИО3 не заявлял о том, что он занимает место прежнего кредитора и принимает в зачёт свою задолженность перед ИП ФИО4 по спорному договору (в силу положений статьи 410 Гражданского кодекса Российской Федерации заявление о зачёте должно быть фактически сделано стороной обязательства).

Кроме того, все обязательства, отражённые в счетах контрагентов ИП ФИО4 носили для истца текущий характер, в связи с чем их оплата как самим ИП ФИО4, так и ИП ФИО3 за последнего, не могло нарушить права и законные интересы реестровых кредиторов истца в рамках дела о банкротстве. Доказательства того, что у ИП ФИО4 имелась иная непогашенная текущая задолженность, исполнение которой подлежало осуществлению ранее исполнения поименованных обязательств, в материалы дела не представлены.

Как указывалось ранее, в результате платежей, осуществлённых со стороны ИП ФИО3, ИП ФИО4 фактически получил имущественную выгоду в виде разницы между размером погашенной текущей задолженности перед его кредиторами (5 921 586 руб. 75 коп.) и размером той платы, которую он мог получить от ИП ФИО3 в рамках спорного договора за тот же период (3 205 000 руб.).

При вынесении своего решения суд первой инстанции из отыскиваемой суммы вычел часть расход ИП ФИО4 по оплате услуг по договору № 5356/СМПС, заключённому с АО «Мусороуборочная компания», ввиду их фактической оплаты со стороны ИП ФИО3

В данной части истец решение суда первой инстанции не оспаривает.

Однако ни суд первой инстанции, ни конкурсный управляющий ИП ФИО4 не обосновывают невозможность в принятие к расчётом тех платежей, которые ИП ФИО3 совершил в отношении иных контрагентов ИП ФИО4 при аналогичных обстоятельствах.

Принимая во внимание выше приведённые фактические обстоятельства дела, данное судом апелляционной инстанции толкование предмета спорного договора, порядка его исполнения, надлежит констатировать, что фактически все те услуги, которые были оказаны ИП ФИО4 в рассматриваемый период в рамках договора № 1 от 01.10.2017, были в полном объёме оплачены со стороны ИП ФИО3 (последний компенсировал даже в большем объёме, чем приходилось на него, все расходы ИП ФИО4 на содержание принадлежащих ему сетей и технологического оборудования, расходы по содержанию общей территории, на которой располагались нежилые здания, согласованные сторонами, например, услуги по охране территории, по вывозу ТБО и др., всех расходов по оплате ресурсоснабжающим (сетевым) компаниям поставленных коммунальных ресурсов (оказываемых услуг по транспортировке коммунальных ресурсов), в том числе в их части которая была потреблена непосредственно ИП ФИО3).

Доказательства оказания иных услуг, стоимость большей, чем их оплатил ИП ФИО3 посредством оплаты счетов контрагентов ИП ФИО4, истец в материалы дела не представил, следовательно, отсутствуют основания и взыскания платы за не оказанные услуги.

Суд апелляционной инстанции полагает, что удовлетворение исковых требований ИП ФИО4 в какой-либо части приведёт к формированию на его стороне неосновательного обогащения за счёт ИП ФИО3, что является недопустимым.

С учётом изложенного, суду первой инстанции в удовлетворении заявленных исковых требований надлежало отказать в полном объёме. В связи с этим, решение суда первой инстанции в части удовлетворения иска подлежит отмене с принятием нового решения об отказе в удовлетворении иска.

Судебные расходы распределяются судом апелляционной инстанции по правилам статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Судебные расходы по уплате государственной пошлины по делу распределяются пропорционально удовлетворенным требованиям.

Поскольку в удовлетворении исковых требований ИП ФИО4 апелляционным судом отказано в полном объёме, с последнего в доход федерального бюджета надлежит взыскать государственную пошлину по иску в размере 2 500 руб.

При обращении с апелляционной жалобой ответчиком была уплачена государственная пошлина за рассмотрение апелляционной жалобы, в связи с чем с ИП ФИО4 надлежит взыскать 3 000 руб. судебных расходов ИП ФИО3 по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 258, 269 - 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Краснодарского края от 16 января 2023 года по делу № А32-4925/2021 в части удовлетворения исковых требований отменить, по делу принять новое решение, которым в удовлетворении исковых требований отказать в полном объёме.

Взыскать с ФИО4 (ИНН <***>) в доход федерального бюджета государственную пошлину по иску в размере 2 500 рублей.

Взыскать с ФИО4 (ИНН <***>) в пользу индивидуального предпринимателя ФИО3 (ИНН <***>, ОГНИП 306231129000129) судебные расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе в размере 3 000 рублей.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в кассационном порядке, определенном главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в срок, не превышающий двух месяцев со дня принятия постановления.


Председательствующий А.А. Попов


СудьиР.А. Абраменко


С.И. Яицкая