Постановление от 11 апреля 2023 г. по делу № А40-62734/2019

ПОСТАНОВЛЕНИЕ


Москва

11.04.2023 Дело № А40-62734/19


Резолютивная часть постановления объявлена 5 апреля 2023 года.

Полный текст постановления изготовлен 11 апреля 2023 года.


Арбитражный суд Московского округа в составе:

председательствующего – судьи Тарасова Н.Н.,

судей Кручининой Н.А., Уддиной В.З.,

при участии в судебном заседании:

от общества с ограниченной ответственностью научно-производственное центр «Экспресс» – ФИО1 по доверенности от 19.01.2023;

от конкурсного управляющего акционерного общества «Концерн РБТ» – ФИО2 явилась лично, предъявила паспорт;

от ФИО3 – ФИО4 по доверенности от 26.01.2021;

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу

конкурсного управляющего акционерного общества «Концерн РБТ»

на определение Арбитражного суда города Москвы от 21.11.2022,

на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 30.01.2023

об отказе в привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности

в рамках рассмотрения дела о признании несостоятельным (банкротом) акционерного общества «Концерн РБТ»,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда города Москвы от 17.12.2019 акционерное общество «Концерн РБТ» (далее – должник) было признанно несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО5

Определением Арбитражного суда города Москвы 09.06.2022 конкурсным управляющим должника утверждена ФИО2

В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление конкурсного управляющего должника о привлечении ФИО3, ФИО6 и акционерного общества «Научно-производственное предприятие интеллектуальные кластерные системы» (далее – предприятия) к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, в удовлетворении которого обжалуемым определением Арбитражного суда города Москвы от 21.11.2022, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 30.01.2023, было отказано.

Не согласившись с вынесенными судебными актами, конкурсный управляющий должника обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой, указывая на неправильное применение судами норм материального и процессуального права и неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения данного дела, просит удовлетворить кассационную жалобу, обжалуемые определение и постановление отменить в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности ответчиков ФИО3 и ФИО6, принять новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований в указанной части.

В судебном заседании конкурсный управляющий должника и представитель общества с ограниченной ответственностью научно-производственное центр «Экспресс» доводы кассационной жалобы поддержали, а представитель ФИО3 просил суд обжалуемые судебные акты оставить без изменения, ссылаясь на их законность и обоснованность, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что, в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не препятствует рассмотрению кассационной жалобы в их отсутствие.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ), информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы и возражений относительно нее, выслушав представителей лиц, участвующих в деле, явившихся в судебное заседание, проверив в порядке статей 284, 286 и 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых определении и постановлении, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции находит обжалуемые определение и постановление подлежащими отмене в части по следующим основаниям.

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Как усматривается из материалов дела и было установлено судом первой инстанции, ФИО3 являлся генеральным директором должника в период с 09.03.2016 по 23.10.2017, а ФИО6 - в период с 24.10.2017 по дату открытия в отношении должника конкурсного производства.

Таким образом, ответчики являлись контролирующими должника лицами, по смыслу статьи 61.10 Закона о банкротстве.

Заявление конкурсного управляющего должника основано на положении статьи 61.11 Закона о банкротстве и мотивировано тем, что ответчиками не была исполнена обязанность по передаче ему документации должника.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований в отношении ФИО3 и ФИО6, суд первой инстанции исходил из того, что конкурсным управляющим должника в материалы дела не представлено относимых и допустимых доказательств того, как именно действия (бездействие) ответчиков повлияло на процедуру банкротства должника, затруднило ее проведение, а также как именно действия контролирующих должника лиц привели к банкротству должника.

Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции и оставил определение суда первой инстанции без изменения.

Между тем, судами не было учтено следующее.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Правила подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника; ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника (пункт 4 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Согласно пункту 1 статьи 7 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» (далее – Закона о бухгалтерском учете), обязанность по организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета возложена на руководителя экономического субъекта.

В силу пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве, руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

В соответствии с правовой позицией высшей судебной инстанции, приведенной в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановления от 21.12.2017 № 53), в силу пункта 3.2 статьи 64, абзаца 4 пункта 1 статьи 94 и абзаца 2 пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве, на руководителе должника лежат обязанности по представлению арбитражному управляющему документации должника для ознакомления или по ее передаче управляющему.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

В силу пункта 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве, контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого невозможно полностью погасить требования кредиторов, не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в невозможности полного погашения требований кредиторов отсутствует.

В той же норме уточняется, что такое лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, если оно действовало согласно обычным условиям гражданского оборота, добросовестно и разумно в интересах должника, его учредителей (участников), не нарушая при этом имущественные права кредиторов, и если докажет, что его действия совершены для предотвращения еще большего ущерба интересам кредиторов.

Согласно правовой позиции высшей судебной инстанции, приведенной в пункте 24 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2020), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.06.2020, Закон о банкротстве предусматривает два юридических состава для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника-банкрота: невозможность полного погашения требований кредиторов и неподачу (несвоевременную подачу) заявления должника.

В связи с этим причинение субсидиарным ответчиком вреда кредиторам должника-банкрота происходит при наступлении объективных признаков составов этих правонарушений, обозначенных в статьях 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве.

Из пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве следует, что вред причиняется при совершении контролирующим должника лицом деяний (действия или бездействия), вследствие которых стало невозможно полное погашение требований кредиторов контролируемого лица.

Наличие обстоятельств, указанных в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, в том числе отсутствие обязательных документов должника-банкрота, это лишь презумпция, облегчающая процесс доказывания состава правонарушения с целью выравнивания процессуальных возможностей сторон спора. Признаки презумпции не могут подменять обстоятельства самого правонарушения и момент наступления признаков презумпции может не совпадать с моментом правонарушения. Смысл этой презумпции состоит в том, что если лицо, контролирующее должника-банкрота, привело его в состояние невозможности полного погашения требований кредиторов, то во избежание собственной ответственности оно заинтересовано в сокрытии следов содеянного.

Установить обстоятельства содеянного и виновность контролирующего лица возможно по документам должника-банкрота.

В связи с этим, если контролирующее лицо, обязанное хранить документы должника-банкрота, скрывает их и не представляет арбитражному управляющему, то подразумевается, что его деяния привели к невозможности полного погашения требований кредиторов.

При этом как до принятия главы III.2 Закона о банкротстве, так и в настоящее время процесс доказывания обозначенных выше оснований привлечения к субсидиарной ответственности был упрощен законодателем для истцов посредством введения соответствующих опровержимых презумпций, при подтверждении условий которых предполагается наличие вины ответчика в доведении должника до банкротства, и на ответчика перекладывается бремя доказывания отсутствия оснований для удовлетворения иска.

При этом как ранее, так и в настоящее время действовала презумпция, согласно которой отсутствие (непередача руководителем арбитражному управляющему) финансовой и иной документации должника, существенно затрудняющее проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, указывает на вину руководителя.

Смысл этой презумпции состоит в том, что руководитель, уничтожая, искажая или производя иные манипуляции с названной документацией, скрывает данные о хозяйственной деятельности должника. Предполагается, что целью такого сокрытия, скорее всего, является лишение арбитражного управляющего и конкурсных кредиторов возможности установить факты недобросовестного осуществления руководителем или иными контролирующими лицами своих обязанностей по отношению к должнику.

К таковым, в частности, могут относиться сведения о заключении заведомо невыгодных сделок, о выводе активов и т.п., что само по себе позволяет применить иную презумпцию субсидиарной ответственности (подпункт 1 пункта 2 статьи 61.11 в нынешней редакции Закона о банкротстве, абзац третий пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части противодействия незаконным финансовым операциям» (далее - Закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ).

Кроме того, отсутствие определенного вида документации затрудняет наполнение конкурсной массы, например, посредством взыскания дебиторской задолженности, возврата незаконно отчужденного имущества.

Именно поэтому предполагается, что непередача документации указывает на наличие причинно-следственной связи между действиями руководителя и невозможностью погашения требований кредиторов.

Однако, когда передача документации становится невозможной ввиду объективных факторов, находящихся вне сферы контроля директора, соответствующая презумпция применена быть не может.

Так, согласно позиции, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 22.07.2019 № 306-ЭС19-2986, при изъятии документации должника правоохранительными органами возникает объективная невозможность исполнения руководителем обязанности по ее передаче арбитражному управляющему. Это, в свою очередь, исключает возможность удовлетворения судом требования об исполнении им в натуре обязанности, предусмотренной абзацем вторым пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве.

В свою очередь, в настоящем случае, ФИО3 и ФИО7 на А.В. на подобные обстоятельства не ссылались, в том числе сам ФИО3 не представил документально подтвержденных доказательств обеспечения сохранности и передачи документов должника либо сменившей его на должности руководителя должника ФИО6, либо непосредственно конкурсному управляющему должника.

При этом, в рамках рассмотрения обособленного спора по существу судом первой инстанции и судом апелляционной инстанции, ФИО3 занимал крайне противоречивую правовую позицию, ссылаясь первоначально на передачу им документации и материальных ценностей должника следующему генеральному директору - ФИО6, что представителем последней опровергалось, а затем стал ссылаться на передачу документов неназванному им акционеру (учредителю) должника.

Однако, вопреки положениям статей 4 и 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, относимые и допустимые доказательства в обоснование указанных доводов в материалы обособленного спора не представлены, акт приема-передачи бухгалтерской, финансовой документации, печатей и материальных ценностей должника от ФИО3 новому генеральному директору или представителю акционеров должника в материалы не представлен.

Более того, судами не было принято во внимание, что вступившим в законную силу определением Арбитражного суда города Москвы от 26.08.2020 именно на ФИО3 была возложена обязанность передать конкурсному управляющему документацию и материальные ценности должника.

Исполнительный лист выдан 30.10.2020.

Доказательств исполнения указанного определения в материалы дела также не представлено.

Как указывалось выше, ФИО6 являлась генеральным директором должника в период с 24.10.2017 по 10.11.2019.

Относимых и допустимых доказательств тому, что ФИО6 предпринимала необходимые действия, направленные на получение от предыдущего руководителя должника ФИО3 документов и имущества должника, либо о попытках её самостоятельно восстановить указанную документацию, в материалы обособленного спора не представлено.

Вместе с тем, непередача предыдущим руководителем новому необходимых документов не освобождает последнего от ответственности и не свидетельствует об отсутствии вины.

Добросовестный и разумный руководитель обязан совершить действия по истребованию документации у предыдущего руководителя либо по восстановлению документации иным образом (в частности, путем направления запросов о получении дубликатов документов в компетентные органы, взаимодействия с контрагентами для восстановления первичной документации и т.д.).

Возражения ФИО6 сводились к отсутствию ее согласия на назначение исполнительным органом должника.

В соответствии со статьей 17 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей», для отражения в Едином государственном реестре юридических лиц информации о смене единоличного исполнительного органа должно быть подано заявление по установленной форме собственноручно подписанное новым руководителем юридического лица.

В связи с этим, заявление ФИО6 о своей неосведомленности о вступлении в должность генерального директора должника объективно ставится под сомнение в своей достоверности.

При этом, ФИО6, в нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не представлено доказательств совершения ей активных действий по опровержению факта своего руководства должником, таких как подача заявления о недостоверности сведений, содержащихся в ЕГРЮЛ, обжалование действий (бездействия) регистрирующего органа, а также записей в ЕГРЮЛ, обращение в правоохранительные органы и т.п.

Судами самостоятельно меры по исследованию объективных обстоятельств, подтверждающих либо опровергающих доводы ФИО6 о непричастности к управлению должником не предпринимались, соответствующие сведения из Пенсионного фонда Российской Федерации, Федеральной налоговой службы, Федерального фонда социального страхования не запрашивались, карточка с образцами подписей и оттиска печати, предусмотренные главой 5 Инструкции Центрального банка Российской Федерации от 30.06.2021 N 204-И «Об открытии, ведении и закрытии банковских счетов и счетов по вкладам (депозитам)» (зарегистрировано в Минюсте России 18.08.2021 № 64669), не исследовались

.
С учетом изложенного, выводы судов об отсутствии оснований для привлечения ФИО3 и ФИО6 к субсидиарной ответственности являются преждевременными, а доводы конкурного управляющего должника заслуживают более тщательной оценки.

Допущенные нарушения могут быть устранены только при новом рассмотрении спора.

Согласно пункту 1 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при принятии решения арбитражный суд оценивает доказательства и доводы, приведенные лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены, и какие обстоятельства не установлены, какие законы и иные нормативные правовые акты следует применить по данному делу.

Аналогичные требования предъявляются к судебному акту апелляционного суда в соответствии с частью 2 статьи 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии со статьей 15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, принимаемые арбитражным судом решение и постановление должны быть законными, обоснованными и мотивированными.

В соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, по результатам рассмотрения кассационной жалобы арбитражный суд кассационной инстанции вправе отменить обжалуемый акт суда первой инстанции и (или) постановление суда апелляционной инстанции полностью или в части и направить дело на новое рассмотрение в соответствующий арбитражный суд, решение, постановление которого отменено или изменено.

Учитывая, что выводы судебных инстанций сделаны по неполно установленным фактическим обстоятельствам дела, без исследования и надлежащей оценки в совокупности всех доказательств, имеющих значение для правильного разрешения спора, судебная коллегия приходит к выводу об отмене обжалованных судебных актов и передаче дела в отмененной части на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, безусловным основанием для отмены судебного акта, не установлено.

При новом рассмотрении суду следует учесть изложенное, а также правильно установить фактические обстоятельства дела, дать надлежащую оценку вышеизложенным доводам, всесторонне, полно и объективно, с учетом имеющихся в деле доказательств и доводов лиц, участвующих в деле, с учетом установления всех фактических обстоятельств, исходя из подлежащих применению норм материального права, принять законный, обоснованный и мотивированный судебный акт.

На основании изложенного, судебная коллегия приходит к выводу об удовлетворении кассационных жалоб и отмене судебных актов в части.

Руководствуясь статьями 284-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 21.11.2022 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 30.01.2023 по делу № А40-62734/19 в обжалуемой части – отменить.

В отмененной части направить обособленный спор на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в судебную коллегию по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий-судья Н.Н. Тарасов

Судьи: Н.А. Кручинина

В.З. Уддина