Апелляционное определение № 22-7623/2025 от 15 декабря 2025 г. по делу № 22-7623/2025

Судья: Бачерова Т.В. № 22-7623/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

город Самара 16 декабря 2025 года

Судебная коллегия по уголовным делам Самарского областного суда

в составе:

председательствующего судьи – Ивановой Т.Н.,

судей: Бузаевой О.А., Рыжковой Н.В.,

при ведении протокола помощником судьи – ФИО1

с участием:

прокурора – ФИО2

осужденного – ФИО15, участвующего в заседании суда в режиме видео-конференц-связи,

защитника – адвоката Горбунова В.В.,

рассматривал в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе защитника – адвоката Горбунова В.В. на приговор Красноармейского районного суда Самарской области от 07 октября 2025 года в отношении ФИО15, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <адрес>, гражданина РФ.

Заслушав доклад судьи Ивановой Т.Н., изложившей обстоятельства уголовного дела, содержание приговора, кратко доводы апелляционной жалобы, выслушав выступление защитника и осужденного, поддержавших доводы жалобы, прокурора, полагавшего необходимым приговор суда оставить без изменения, проверив материалы уголовного дела, судебная коллегия

установила:

приговором Красноармейского районного суда Самарской области от 07 октября 2025 года

ФИО15, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <адрес>, гражданин РФ, имеющий среднее специальное образование, холостого, пенсионер, инвалид № группы, зарегистрированный и проживающий по адресу: <адрес>, не судимый,

осужден:

– по ч. 1 ст. 222.1 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на 6 лет;

– по ч. 1 ст.30, ч.1 ст. 223.1 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы сроком на 4 года 6 месяцев.

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенных наказаний, окончательно ФИО15 назначено наказание в виде лишения свободы сроком на ШЕСТЬ лет ОДИН месяц, с отбыванием наказания в исправительной колонии ОБЩЕГО режима.

Мера пресечения ФИО15 до вступления приговора в законную силу изменена с подписки о невыезде и надлежащем поведении на заключение под стражу. Осужденный взят под стражу в зале суда, немедленно.

Срок отбытия наказания ФИО15 постановлено исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

Постановлено зачесть в срок отбытого наказания ФИО15 время содержания его под стражей в качестве меры пресечения с 07.10.2025 года до дня вступления приговора в законную силу в соответствии с п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ, то есть один день за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

В приговоре разрешена судьба вещественных доказательств в соответствии со ст. 81 УПК РФ.

ФИО15 признан виновным в незаконном хранении взрывчатых веществ.

Он же признан виновным в приготовлении к незаконному изготовлению взрывного устройства.

Преступления совершены ФИО15 в период времени и при обстоятельствах, которые подробно изложены в приговоре.

В апелляционной жалобе адвокат Горбунов В.В. выражает несогласие с приговором суда, считает его незаконным и подлежащим отмене либо изменению.

В обоснование доводов жалобы указывает, что ФИО15 предъявлено обвинение по ч. 1 ст. 30 УК РФ, ч. 1 ст. 223.1 УК РФ, тогда как уголовное дело по этой статье не возбуждалось, в связи с чем полагает, что нарушены требования ч. 2 ст. 175 УПК РФ, поскольку следователь вместо прекращения преследования по признакам преступления которые не нашли своего подтверждения неправомерно вынес постановление о переквалификации, которое не предусмотрено нормами закона и содержит в себе ссылки на утратившие силу положения УПК РФ.

Полагает, что постановление о привлечении в качестве обвиняемого составлено с нарушением ч. 5 ст. 172 УПК РФ и ст. 47 УПК РФ, а также без учета изменений, внесенных Федеральным законом № 267-ФЗ от 08.08.2024 года, поскольку следователь не в полном объеме разъяснил права и суть обвинения, что подтверждается отсутствием надлежащих подписей и использованием устаревшей нормы.

Отмечает, что обвинительное заключение оформлено с отступлением от ч. 6 ст. 220 УПК РФ и без согласования с руководителем следственного органа, что противоречит Постановлению Пленума Верховного Суда РФ № 28 от 22.12.2009 и ст. 237 УПК РФ. Также отмечает, что в деле указаны показания несуществующего свидетеля ФИО13 (<данные изъяты>), а в действительности допрошен ФИО14, что свидетельствует о грубом нарушении процессуальных норм.

Обращает внимание, что следователь нарушила порядок, установленный ст. ст. 182-183 УПК РФ, поскольку осмотр места происшествия, который по сути являлся обыском, в доме, постройках и автомобиле ФИО15 проведен без разрешения суда, в результате чего считает, что изъятые предметы нельзя признать допустимыми доказательствами.

Указывает, что заключение специалиста № № экспертного подразделения УФСБ России по Самарской области от ДД.ММ.ГГГГ года представлено как результаты оперативно-розыскной деятельности без оснований к их проведению, в отступление от Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности», также оно не оформлено по правилам ст. 89 УПК РФ и не приобщено к материалам дела надлежащим образом.

Считает, что специалист ФИО3 был привлечен не уполномоченным должностным лицом, в виду того, что материал проверки в производстве сотрудников УФСБ не находился, поручение на проведение оперативно-розыскных мероприятий в материалах уголовного дела отсутствует, а данных о проведении оперативной разработки ФИО15 сотрудниками ФСБ не имеется.

Полагает об отсутствии доказательств умысла и общественной опасности действий ФИО15, отмечает, что не должным образом учтены смягчающие наказание обстоятельства, а именно возраст ФИО15, наличие инвалидности, положительные характеристики и отсутствие судимости.

Указывает, что постановление о продлении срока следствия от ДД.ММ.ГГГГ года составлено с нарушением ч. 4 ст. 7 УПК РФ, ст. 39 УПК РФ и ст. 162 УПК РФ; постановление о возбуждении уголовного дела № № от ДД.ММ.ГГГГ года принято без достаточных данных, указывающих на признаки преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 222.1 УК РФ; протокол осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ года приобщен к материалам уголовного дела без должного оформления в нарушение ст. 155 УПК РФ, 164 УПК РФ, и 186 УПК РФ.

Отмечает, что изъятые предметы вскрывались с нарушением целостности упаковки до проведения первичного исследования, что ставит под сомнение достоверность полученных в ходе их исследования результатов. Также полагает, что постановление о возбуждении уголовного дела № № от ДД.ММ.ГГГГ года также вынесено с нарушениями, поскольку основано на материале КУСП № №, в котором отсутствовали необходимые достаточные данные для возбуждения уголовного дела, так как они находились в другом уголовном деле. Указывает, что следователь ссылается в постановлении на заключение эксперта № № от ДД.ММ.ГГГГ года, относящееся к другому уголовному делу и не приобщённое надлежащим образом в нарушение требований ст. 155 УПК РФ.

Кроме того, считает, что отсутствуют доказательств общественной опасности действий ФИО15, поскольку в материалах дела имеются медицинские документы, подтверждающие у него травму руки. Полагает, что кроме здоровья ФИО15 никаким иным охраняемым законом объектам угрозы не имелось, ущерб никому, кроме ФИО15, не причинен, что указывает на малозначительность деяния.

Отмечает, что свидетель ФИО4. давал противоречивые показания по поводу вскрытия упаковки изъятых предметов, поскольку изначально он говорил о нарушении упаковки, затем утверждал обратное, а суд первой инстанции безосновательно принял вторую версию, не учтя акт осмотра от ДД.ММ.ГГГГ года и иные доказательства. Также указывает, что суд необоснованно отказал стороне защиты в ходатайстве о вызове сотрудника ОМОН ФИО5, тем самым нарушив право на защиту, что, по мнению автора жалобы, указывает на одностороннюю оценку материалов.

Полагает, что позиция суда первой инстанции имеет обвинительный уклон и направлена на признание сомнительных предметов доказательствами, обвинение в приготовлении взрывного устройства строится на предположениях, без фактической доказательной базы, а суд опирался на показания свидетеля ФИО6., не обладающего подтверждёнными специальными познаниями, который не представил документов о квалификации и сам указывал на неуверенность в ответах, однако его показания были использованы в качестве экспертных.

Считает, что нарушен принцип презумпции невиновности, назначенное наказание несоразмерно характеру деяния, не учтены положения ст. 61 УК РФ и ст. 64 УК РФ.

Просит приговор суда отменить, либо изменить его, назначив ФИО15 наказание ниже низшего предела с применением условного осуждения с учетом всех смягчающих обстоятельств и допущенных процессуальных нарушений.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав выступления сторон, судебная коллегия приходит к следующему.

Вывод суда о виновности ФИО15 в содеянном соответствует установленным судом фактическим обстоятельствам дела и основан на собранных и исследованных в судебном заседании доказательствах, достоверность которых сомнений не вызывает. Каких-либо противоречивых формулировок текст приговора не содержит.

Обстоятельства совершения осужденным преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 222.1 УК РФ, ч. 1 ст. 30, ч. 1 ст. 223.1 УК РФ подтверждаются показаниями самого ФИО15, который частично признал вину в части незаконного хранения пороха, а также: свидетельскими показаниями гражданской супруги осужденного ФИО7., которая сообщила, что после получения ФИО15 травмы, прибыли сотрудники полиции, осмотрели их гараж, где обнаружили и изъяли порох; свидетельскими показаниями начальника УР ОМВД России по Красноармейскому району ФИО4., который пояснил, что в ходе проверки, проводимой по факту получения ФИО15 травмы руки, по месту жительства последнего проводился осмотр надворных построек и гаража, где были изъяты две банки с порохом, предмет цилиндрической формы и другие предметы, все изъятое было упаковано и впоследствии направлено в УФСБ для исследования; свидетельскими показаниями оперуполномоченного УР ОМВД России по Красноармейскому району ФИО8., который выезжал в составе СОГ на место происшествия, участвовал в осмотре берега пруда, а также гаража, гараж осматривался с согласия хозяйки дома, в гараже были обнаружены и изъяты металлическая коробка с надписью «Порох», пластмассовая коробка с сыпучим веществом, сигнальная мина, железное самодельное устройство с заглушками по бокам, с одной стороны которого торчала трубка, все было изъято и упаковано в пакет, каких-либо замечаний не было, металлических предметов в гараже было много, но изъяты были только те, которые были похожи на самодельное взрывное устройство; показаниями эксперта ОМВД России по Красноармейскому району ФИО9., которые по своему содержанию соответствуют показаниям свидетеля ФИО8., свидетельскими показаниями эксперта ФИО3., который подтвердил выводы, изложенные в своем заключении и показал, что в ходе проведения экспертизы производился экспериментальный подрыв, в результате чего пришли к выводу, что изъятое устройство работает как самодельная ручная граната, на экспертизу все изъятое было представлено в упакованном виде, целостность упаковки повреждена не была; свидетельскими показаниями ФИО10., которая будучи следователем выносила постановление о возбуждении уголовного дела в отношении ФИО15 по результатам заключения эксперта и материалов проверки, в ходе проверки осматривался гараж, расположенный на территории домовладения, в котором проживал ФИО15, осмотр гаража проводился с согласия хозяйки дома, но согласия на осмотр дома она не давала, из гаража вместе с экспертом изымали те предметы, которые могли причинить вред, это были: металлическая конструкция и банки с порохом, одна банка, на которой было написано «порох» была почти полная, вторая была чуть меньше половины наполнена сыпучим веществом, как оказалось порохом, все изъятое было сразу же упаковано, опечатано и сдано в комнату вещественных доказательств; показаниями свидетеля ФИО6., который сообщил, что около 20 лет занимается ремонтом автомашин, после обозрения в судебном заседании фото с изображением предметов, изъятых в гараже пояснил, что на данном фото никакие изображенные предметы не могут быть применены для снятия шаровых; свидетельскими показаниями медицинской сестры ФИО11 о том, что ДД.ММ.ГГГГ года в послеобеденное время к ней пришел ФИО15, у которого отсутствовала правая кисть, он пояснил, что глушил рыбу.

Вместе с тем виновность ФИО15 в совершении преступления и обстоятельства их совершения, установленные судом, подтверждаются протоколами осмотра места происшествия, обыска, осмотра предметов, справками об исследовании, заключениями эксперта, другими доказательствами, исследованными судом в установленном законом порядке, содержание которых подробно раскрыто в приговоре.

Показания свидетелей соответствуют и дополняют друг друга, вопреки доводам защитника существенных противоречий по фактам содеянного осужденным не содержат, объективно подтверждаются другими доказательствами, проверенными в судебном заседании. При этом свидетели были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, оснований для оговора осужденного, заинтересованности в исходе дела не имеют.

Вопреки доводам стороны защиты суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что нарушений уголовно-процессуального закона, ограничивающих права участников судопроизводства и способных повлиять на правильность принятого решения, нарушения права на защиту, на справедливое судебное разбирательство, либо принципа состязательности сторон, равно, как и обвинительного уклона в ходе расследования настоящего дела и рассмотрения его судом не допущено.

Как усматривается из протокола судебного заседания все заявленные в ходе рассмотрения дела ходатайства были рассмотрены, по ним судом были приняты решения в установленном законом порядке. Обоснованность принятых решений подтверждается уголовно-процессуальными основаниями, которые усматриваются в материалах дела. Судом не допущено нарушений ст. ст. 119 - 122 УПК РФ при разрешении ходатайств стороны защиты, в том числе о признании ряда доказательств недопустимыми. Все ходатайства, заявленные стороной защиты, по сути, были направлены на опровержение доказательств, представленных стороной обвинения, суд в соответствии с п. 2 ст. 307 УПК РФ оценил их в приговоре, приведя мотивы, по которым он признал относимыми, допустимыми и в совокупности достаточными доказательства, на которых основаны выводы суда о виновности осужденного, и причины, по которым суд отверг доказательства, представленные стороной защиты, и признал доводы, приведенные в соответствующих ходатайствах, несостоятельными.

Суждения адвоката о том, что суд необоснованно отказал в удовлетворении ходатайства о возвращении уголовного дела прокурору, является несостоятельным. В приговоре дана оценка всем доводам стороны защиты о необходимости возвращения уголовного дела прокурору. Установлено, что оснований для этого, предусмотренных ст. 237 УПК РФ, не имеется, в апелляционной жалобе они также не приводятся.

С доводами защитника о том, что дело подлежало возвращению прокурору, поскольку при предъявлении обвинения ФИО15 был разъяснен не весь комплекс прав, предусмотренный ст. 47 УПК РФ в ред. Федерального закона от 08.08.2024 № 267-ФЗ, судебная коллегия не соглашается, поскольку вышеназванным Федеральным законом ст. 47 УПК РФ была дополнена правом обвиняемого, содержащегося под стражей в следственном изоляторе, на свидание с защитником, которое может проводиться по заявлению обвиняемого и с согласия защитника путем использования систем видео-конференц-связи при наличии технической возможности и соответствующих помещений, а также при условии соблюдения конфиденциальности таких свиданий и сохранения адвокатской тайны. Между тем, отсутствие в постановлении о предъявлении обвинения сведений о разъяснении ФИО15 такого права заведомо неспособно нарушить либо ущемить его права, поскольку на момент расследования дела он не находился под стражей.

Доводы защиты о том, что обвинительное заключение не было согласовано с руководителем следственного отделения, также являются несостоятельными, поскольку начальник СО ФИО12 одновременно осуществляла полномочия следователя, расследовавшего настоящее уголовное дело, и руководителя СО в соответствии со ст. 39 УПК РФ при составлении обвинительного заключения, в связи с чем двойного согласования с вышестоящим руководителем СО, не требовалось.

Таким образом, обстоятельства, на которые ссылалась сторона защиты, не являлись препятствием для рассмотрения дела в суде, принятия по нему законного и обоснованного решения и не служат основанием для возвращения уголовного дела прокурору.

Оснований для признания недопустимыми доказательствами ряда процессуальных документов, на исключении которых из числа доказательств настаивал защитник, суд обоснованно не усмотрел. Положенные судом в основу приговора доказательства получены с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства, существенных нарушений при их составлении не допущено. Представленные в судебное разбирательство доказательства всесторонне, полно и объективно исследованы судом, правильно оценены в соответствии с положениями статей 87, 88 и 307 УПК РФ. Несогласие защитника с этими доказательствами и с той оценкой, которую доказательствам дал суд, не может свидетельствовать о несоответствии выводов суда фактическим обстоятельствам дела, установленным в ходе судебного заседания, и недоказанности виновности ФИО15 в инкриминированных ему деяниях.

Доводы осужденного о том, что во второй банке с порохом был порох в небольшом количестве, который он высыпал из двух найденных им охотничьих патронов, суд обоснованно расценил в качестве несостоятельного средства защиты от обвинения, поскольку указанные доводы объективно опровергаются совокупности имеющихся доказательств, в том числе свидетельскими показаниями сотрудников правоохранительных органов и эксперта, принимавших участие в осмотре гаража, пояснивших, что в гараже были обнаружены и изъяты две банки с порохом, одна из которых была полная, а во второй банке пороха было чуть меньше половины банки, после обнаружения все изъятое было упаковано, опечатано и сдано в комнату вещественных доказательств, заключением специалиста № № от ДД.ММ.ГГГГ (<данные изъяты>), из которого следует, что в банках находился порох, массой в момент поступления (без упаковки) 192,22 г и 103,68 г, все предметы поступили на исследование в упакованном и опечатанном виде, согласно фотоприложению к данному заключению, целостность упаковки предметов не нарушена, о целостности упаковки представленных на исследование предметов, сообщал в судебном заседании и эксперт ФИО3

Акт осмотра объекта на предмет обнаружения взрывного устройства (взрывчатого вещества) от ДД.ММ.ГГГГ года (<данные изъяты>), на который ссылается сторона защиты, не содержит сведений ни о вскрытии представленной на осмотр упаковки с вышеуказанными предметами, ни об их упаковке после вскрытия. При этом начальник УР ОМВД России по Красноармейскому району ФИО4 в судебном заседании, уточняя свои показания, пояснил, что упаковка не вскрывалась, никакие манипуляции с упакованными предметами не производились, в противном случае об этом было бы указано в акте. Его изначальные показания о том, что предметы вскрывались, суд обоснованно расценил в качестве временных заблуждений относительно предмета допроса, обусловленных высокой служебной нагрузкой и давностью событий, о которых ему задавались вопросы.

Доводы осужденного о том, что он хотел избавиться от имевшегося в гараже пороха, с этой целью взял один из изготовленных им цилиндров, набил туда пороха из металлической банки и пошел на плотину пруда, где поджог его и бросил под берег, но данный предмет взорвался у него в руке, заведомо несостоятельны, поскольку опровергаются свидетельскими показаниями медицинской сестры ФИО11., которая пояснила, что при обращении в травмпункт, ФИО15 сразу пояснил, что глушил рыбу и у него оторвало кисть.

Доводы ФИО15 о том, что цилиндры были изготовлены им не с целью использования в качестве самодельного взрывного устройства, а в целях снятия с автомашины шаровых опор, судебная коллегия также относит к числу заведомо несостоятельных средств защиты, которое было выдвинуто осужденным с целью возможного уклонения от уголовной ответственности, поскольку свидетель ФИО6., имеющий двадцатилетний стаж автомеханика, суду показал, что предметы в виде цилиндров, которые изображены на фото (<данные изъяты>) не могут быть использованы для снятия шаровых на автомашине.

Доводы осужденного о том, что трубку в цилиндр он не вставлял, все лежало в гараже по отдельности, опровергаются протоколом осмотра гаража с фототаблицей, на котором отчетливо видно, что в цилиндр вставлена трубка, которая согласно заключению эксперта, может быть использована как фитиль, а также свидетельскими показаниями ФИО8 и ФИО10 которые показали, что при обнаружении данных предметов в гараже, трубка была вставлена в цилиндр.

Доводы стороны защиты о том, что осмотр дома проводился незаконно без получения разрешения, не имеют правового значения, поскольку каких-либо доказательств, полученных при осмотре дома в основу обвинения ФИО15, положено не было. Вместе с тем вопреки позиции защиты осмотр гаража проводился с согласия хозяйки домовладения ФИО7 и было вызвано необходимостью сбора доказательств. Более того осмотр проводился в соответствии с требованиями ст.ст. 164, 176, 177 УПК РФ и не требовал получения судебного разрешения, которое необходимо лишь для проведения обыска в жилище.

Доводы защиты о незаконности постановления от ДД.ММ.ГГГГ года о возбуждении уголовного дела ч. 1 ст. 223.1 УК РФ, а равно постановления от ДД.ММ.ГГГГ года о переквалификации действий ФИО15 на ч. 1 ст. 30, ч. 1 ст. 223.1 УК РФ обоснованно отвергнуты судом в качестве несостоятельного средства защиты, поскольку постановления вынесены надлежащим должностным лицом, в пределах предоставленных полномочий, при наличии оснований для возбуждения уголовного дела и переквалификации действий ФИО15 с оконченного преступления на приготовление.

Фактически все доводы, содержащиеся в апелляционной жалобе адвоката, являлись предметом рассмотрения суда первой инстанции, который дал им надлежащую оценку в приговоре, с которой соглашается судебная коллегия.

Таким образом, судом верно установлено, что ФИО15 было изготовлено два аналогичных цилиндра, один из которых он засыпал порохом и применил для взрыва, в котором сам пострадал, а второе оставалось в гараже и впоследствии было изъято. Учитывая заключение эксперта, из которого следует, что отрезок металлической трубы с приваренными к торцам металлическими заглушками и полимерной трубкой являются, изготовленным самодельным способом, корпусом взрывного устройства с пиротехническим фитилем, относящимся к самодельным взрывным устройствам, должно использоваться как ручная осколочная граната, пригодно для производства взрыва и обладает комбинированным поражающим действием, суд верно квалифицировал действия ФИО15 по ч. 1 ст. 30, ч. 1 ст. 223.1 УК РФ, как приготовление к незаконному изготовлению взрывного устройства.

Кроме того, действия ФИО15 верно квалифицированы судом по ч. 1 ст. 222.1 УК РФ, как незаконное хранение без цели сбыта взрывчатых веществ, поскольку он сокрыл и хранил порох в гараже, каких-либо действий по их добровольной сдаче не предпринимал вплоть до обнаружения пороха в его гараже.

При назначении наказания судом были учтены характер и степень общественной опасности совершенных преступлений, данные о личности ФИО15, который не судим, характеризуется положительно.

Судом обоснованно установлены и признаны в качестве смягчающих наказание обстоятельств в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ: наличие хронических заболеваний, в том числе язва желудка, отсутствие кисти правой руки, то, что он является пенсионером, имеет инвалидность № группы, его пожилой возраст.

Обстоятельств, отягчающих наказание, не установлено.

Оснований для изменения категории преступлений на менее тяжкую в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ суд не усмотрел, мотивировав принятое решение, с чем судебная коллегия полностью соглашается.

Признав исключительными совокупность смягчающих наказание обстоятельств и сведений о личности осужденного, суд обоснованно посчитал возможным, применив положения ст. 64 УК РФ, не назначать ФИО15 дополнительное наказание в виде штрафа, предусмотренное в качестве обязательного санкциями ч. 1 ст. 222.1 УК РФ и ч. 1 ст. 223.1 УК РФ, однако обосновав такие выводы в описательно-мотивировочной части приговора, суд не сделал ссылку на ст. 64 УК РФ при назначении наказания, в связи с чем резолютивную часть приговора следует дополнить ссылкой на применение положений ст. 64 УК РФ.

Суд обоснованно пришел к выводу о необходимости назначения ФИО15 основного наказания в виде лишения свободы в пределах санкции статей.

Вместе с тем по смыслу ст. 73 УК РФ, суд может постановить считать назначенное наказание условным в случае, если придет к выводу о возможности исправления осужденного без реального отбывания наказания.

Суд первой инстанции в своем приговоре указал, что не усматривает оснований для назначения подсудимому наказания с применением ст. 73 УК РФ. При этом каких-либо убедительных доводов о невозможности достижения целей наказания в случае применения к осужденному положений ст. 73 УК РФ об условном отбывании наказания в виде лишения свободы судом в приговоре не приведено.

Между тем, с выводами суда первой инстанции о невозможности исправления осужденного без изоляции от общества судебная коллегия не соглашается.

В соответствии с ч. 1 ст. 6 УК РФ наказание, назначенное осужденному, должно быть справедливым, то есть соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного.

На эти же обстоятельства указано в ст. 60 УК РФ.

При этом нельзя оставлять без внимания положения ч. 2 ст. 43 УК РФ, согласно которой наказание применяется в целях восстановления социальной справедливости, а также в целях исправления осужденного и предупреждения совершения новых преступлений.

На момент постановления приговора у ФИО15 уже имелся ряд хронических заболеваний, он является пенсионером, кроме того в результате полученной ДД.ММ.ГГГГ года травмы руки, осужденный потерял кисть, в связи с чем имеет инвалидность 3 группы, что существенным образом ограничивает его способность к обычной жизнедеятельности не только в условиях изоляции от общества, но и в обычной жизни.

Принимая во внимание степень реализации преступных намерений по преступлению, предусмотренному ч. 1 ст. 30, ч. 1 ст. 223.1 УК РФ, учитывая совокупность смягчающих наказание обстоятельств, признанных судом исключительными, данные, характеризующие личность осужденного, его возраст и состояние здоровья, учитывая необходимость обеспечения индивидуализации наказания, реализации принципов справедливости и гуманизма, судебная коллегия приходит к убеждению, что указанные обстоятельства в своей совокупности так уменьшают степень общественной опасности личности осужденного, что при отсутствии обстоятельств, отягчающих наказание, свидетельствуют о возможности исправления ФИО15 без реального отбывания наказания, в связи с чем имеются основания для применения правил ст. 73 УК РФ при назначении ему наказания.

Существенных нарушений норм УПК Российской Федерации, нарушений уголовного закона, влекущих отмену приговора, суд апелляционной инстанции не находит.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.15, 389.18, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ судебная коллегия

определила:

приговор Красноармейского районного суда Самарской области от 07 октября 2025 года в отношении ФИО15 – изменить:

– дополнить резолютивную часть приговора ссылкой на применение ст. 64 УК РФ при назначении ФИО15 наказания по ч. 1 ст. 222.1 УК РФ и ч. 1 ст. 30, ч. 1 ст. 223.1 УК РФ;

– на основании ст. 73 УК РФ наказание, назначенное ФИО15 в соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 222.1 УК РФ, ч. 1 ст. 30, ч. 1 ст. 223.1 УК РФ, в виде ШЕСТИ лет ОДНОГО месяца лишения свободы считать условным с испытательным сроком ПЯТЬ лет;

– возложить на осужденного ФИО15 обязанности: в течение установленного судом испытательного срока не менять постоянного места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденных; являться для отчета о своем поведении в указанный орган один раз в месяц в назначенное инспектором время;

– меру пресечения в виде содержания под стражей в отношении ФИО15 – отменить, осужденного из-под стражи освободить.

В остальной части приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката Горбунова В.В. – удовлетворить частично.

Апелляционное определение может быть обжаловано в Шестой кассационный суд общей юрисдикции в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу судебного решения, а для осужденного, содержащегося под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии судебного решения, вступившего в законную силу, в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ.

В случае подачи кассационной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий:

Судьи: