Апелляционное постановление № 22-3162/2025 от 27 августа 2025 г.

Судья Качусова О.В. Дело № 22-3162/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г.Барнаул 28 августа 2025 года

Суд апелляционной инстанции Алтайского краевого суда в составе:

председательствующего Кирьяновой И.Н.,

при помощнике судьи Полетаевой Е.Ю.,

с участием прокурора Ильиных С.А.,

адвоката Липиной Л.О.,

осужденной ФИО1,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе адвоката Липиной Л.О. на приговор Алейского городского суда Алтайского края от 1 июля 2025 года, которым

ФИО1, <данные изъяты>, не судимая,

осуждена по ч.2 ст.303 УК РФ к ограничению свободы сроком 1 год с установлением ограничений и возложением обязанности, предусмотренных ст.53 УК РФ, указанных в приговоре, с лишением права занимать должности в правоохранительных органах, связанные с осуществлением функций представителя власти, сроком на 2 года.

Разрешены вопросы о мере пресечения, судьбе вещественных доказательств.

Изложив содержание обжалуемого судебного решения, существо апелляционной жалобы и возражений на нее, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 признана виновной в том, что, являясь старшим следователем и следователем Алейского межрайонного следственного отдела следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Алтайскому краю, в процессе расследования находившегося у нее в производстве уголовного дела ***, возбужденного по факту смерти С.Е.В. в <адрес> в период с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ, не проводя допросов свидетелей Свидетель №6, Свидетель №5, В.К.А., К.И.В., изготовила фиктивные протоколы их допросов, которые приобщила к материалам уголовного дела, тем самым сфальсифицировала доказательства по уголовному делу.

Преступление совершено в <адрес> Алтайского края при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В судебном заседании ФИО1 виновной себя не признала, пояснив, что свидетелей Свидетель №6, Свидетель №5, В.К.А., К.И.В. она не допрашивала, кем, каким образом и с какой целью были сфальсифицированы подписи данных свидетелей в протоколах их допросов – пояснить не может, она этого не делала.

В апелляционной жалобе адвокат Липина Л.О. полагает, что постановленный в отношении ФИО1 приговор не может быть признан законным, обоснованным, мотивированным и подлежит отмене в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, существенным нарушением уголовно-процессуального закона.

Отмечает, что признавая ФИО1 виновной в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст.303 УК РФ, суд в приговоре указал, что уголовное дело по ч.2 ст.109 УК РФ она приняла к своему производству ДД.ММ.ГГ, преступление ею совершено в период с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ, что не соответствует фактически установленным обстоятельствам, поскольку стороной защиты в судебном заседании приобщены медицинские документы о нахождении ФИО1

в указанную дату на больничном, что исключает возможность принятия ею уголовного дела к производству ввиду отсутствия на рабочем месте. Кроме медицинских документов данное обстоятельство подтверждается показаниями ФИО1 в судебном заседании, пояснившей о выходе на работу примерно ДД.ММ.ГГ. Указывает, что данные доводы защиты судом проигнорированы, им не дана надлежащая оценка. Кроме того, ссылаясь на показания ФИО1 указывает, что последняя в ДД.ММ.ГГ, выполнив необходимые следственные действия по уголовному делу, назначила комиссионную судебно-медицинскую экспертизу, куда уголовное дело было направлено в полном объеме, более она данное дело не видела.

Выражает несогласие с выводом суда о том, что преступление ФИО1 якобы совершено из иной личной заинтересованности. Утверждает, что у последней не было необходимости в фальсификации протоколов допросов свидетелей, поскольку в даты, указанные в протоколах допросов свидетелей В.К.А., Свидетель №6, Свидетель №5, К.И.В., ФИО1 выполняла следственные действия по делу и допрашивала потерпевшую и иных свидетелей, что подтверждается соответствующими процессуальными документами. Кроме того, отмечает, что поскольку уголовное дело с ДД.ММ.ГГ года находилось в экспертном учреждении, суд был лишен возможности описать в приговоре каким образом ФИО1 разместила в материалах дела сфальсифицированные протоколы допросов свидетелей.

Указывает, что критически относится к показаниям свидетелей К.И.В. и Р.А.В., являющихся руководителем и заместителем руководителя Алейского межрайонного следственного отдела, которые безосновательно предположили, что ФИО1 могла сфальсифицировать протоколы допросов свидетелей перед продлением срока предварительного следствия, дабы избежать критики со стороны руководства. Утверждает, что ФИО1 не могла быть подвергнута критике, поскольку систематически выполняла следственные действия, направленные на установление обстоятельств, подлежащих доказыванию. Помимо этого, обращает внимание, что за период с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ ФИО1 неоднократно находилась в отпуске и на больничном, уголовное дело изымалось из ее производства, расследовалось другими следователями следственного отдела, но инсинуации по поводу фальсификации ФИО1 протоколов допросов свидетелей начались только после назначения ее на должность заместителя руководителя Каменского межрайонного следственного отдела.

Полагает, что в материалах уголовного дела отсутствуют какие либо доказательства, подтверждающие факт изготовления ФИО1 протоколов допросов свидетелей В.К.А., Свидетель №6, Свидетель №5, К.И.В. Отмечает, что в ходе предварительного следствия, ФИО1, достоверно зная, что не фальсифицировала протоколы допросов свидетелей, настояла на изъятии у нее рабочего ноутбука, при осмотре которого никакой компрометирующей ее информации обнаружено не было. Учитывая данные обстоятельства, считает вывод суда об изготовлении ФИО1 протоколов допросов указанных свидетелей основанным на ничем не подтвержденных предположениях.

Также считает не соответствующим фактическим обстоятельствам вывод суда о том, что ФИО1 удостоверила протоколы допросов свидетелей своей подписью, создав видимость мнимого факта ознакомления данных свидетелей с якобы полученными от них показаниями, поскольку из заключений судебных почерковедческих экспертиз *** от ДД.ММ.ГГ, *** от ДД.ММ.ГГ, *** от ДД.ММ.ГГ, *** от ДД.ММ.ГГ, следует, что подписи, выполненные от имени свидетелей Свидетель №5, Свидетель №6, К.И.В., В.К.А., выполнены не указанными лицами, а иными лицами, к которым ФИО1 не относится. Но, несмотря на это суд констатирует, что именно ФИО1 выполнила указанные подписи.

Выражает несогласие с выводом суда о том, что ФИО1, якобы, сфальсифицировала протоколы допросов свидетелей Свидетель №5, Свидетель №6, К.И.В., В.К.А., в том числе искусственно придав им статус допустимых доказательств. Указывает, что протоколы допросов данных свидетелей таковыми и являются, поскольку в материалах уголовного дела отсутствует постановление органа предварительного расследования или прокурора о признании их недопустимыми доказательствами.

Считает необоснованным вывод суда об отсутствии заинтересованности кого либо в фальсификации доказательств, в том числе коллег ФИО1, поскольку информация о том, кто из следователей проходил службу в вышеуказанном следственном отделе в тоже время, что и ФИО1, ни следствием, ни судом, не истребовалась, данные лица не допрашивались, у них не отбирались образцы почерка для проведения сравнительной почерковедческой экспертизы.

По мнению адвоката, представленные стороной обвинения доказательства, как показания свидетелей, так и письменные материалы дела свидетельствуют о том, что протоколы допросов свидетелей Свидетель №5, Свидетель №6, К.И.В., В.К.А. сфальсифицированы, но ни одно из доказательств не свидетельствует о том, что они сфальсифицированы именно ФИО1 Считает, что обвинение последней строится лишь на том, что уголовное дело находилось у нее в производстве. При этом отмечает, что судом не дана надлежащая оценка доводам защиты о том, что ФИО1 уголовное дело из помещения Алейского МСО не забирала, работала по нему, приезжая в <адрес> из <адрес>, а с ДД.ММ.ГГ. после направления его для производства комиссионной судебной медицинской экспертизы, в руках его не держала.

Полагает, что, вынося в отношении ФИО1 обвинительный приговор, суд не опроверг доводы защиты о непричастности последней к совершению инкриминируемого ей деяния.

Просит приговор отменить, вынести в отношении ФИО1 оправдательный приговор.

В возражениях на апелляционную жалобу государственный обвинитель Ломакина Т.В. полагает вину ФИО1 подтвержденной исследованными в судебном заседании доказательствами, квалификацию ее действий верной, назначение наказания мотивированным. Просит приговор оставить без изменения, жалобу защитника – без удовлетворения.

Выслушав участников судебного заседания, проверив представленные материалы, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений на нее, суд апелляционной инстанции принимает следующее решение.

Рассмотрение уголовного дела проведено судом в соответствии с положениями Главы 36 УПК РФ, определяющей общие условия судебного разбирательства, а также Глав 37-39 УПК РФ, регламентирующих процедуру рассмотрения уголовного дела.

Выводы суда первой инстанции о виновности осужденной при обстоятельствах, изложенных в описательно-мотивировочной части приговора, основаны на исследованных в судебном заседании доказательствах, содержание которых в приговоре раскрыто. Каждое доказательство оценено судом с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а в совокупности - достаточности для постановления обвинительного приговора, как того требует ст.88 УПК РФ. Мотивы принятого судом решения по результатам оценки доказательств изложены в приговоре, как это предусмотрено ст.307 УПК РФ.

Вопреки доводам жалобы адвоката, суд первой инстанции надлежащим образом проверил доводы стороны защиты о непричастности ФИО1 к преступлению и обоснованно признал их не соответствующими действительности, так как они опровергаются совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, в частности: показаниями свидетеля К.И.В. о том, что с октября 2023 года по май 2025 года являлся руководителем Алейского МСО СУ СК РФ по Алтайскому краю, под его руководством работала ФИО1 Ей было поручено расследование уголовного дела по ч.2 ст.109 УК РФ, по факту ненадлежащего исполнения своих обязанностей медицинскими работниками КГБУЗ «Алейская ЦРБ», по факту смерти С.Е.В. Дело находилось в производстве ФИО1 с ДД.ММ.ГГ. После назначения ФИО1 на должность <данные изъяты> уголовное дело было передано <данные изъяты> Р.А.В. при повторном допросе ряда свидетелей, протоколы допросов которых уже были в уголовном деле, установил, что следователем ФИО1 эти свидетели не допрашивались. После предъявления им протоколов допросов свидетели пояснили, что показаний таких не давали, подписи в протоколах выполнены не ими. Об этом был составлен рапорт на имя руководства;

показаниями свидетеля Р.А.В., согласно которым в его производстве находилось уголовное дело по факту смерти С.Е.В. в <адрес> переданное ему от ФИО1. Исполняя указания контрольного отдела СУ СК РФ по Алтайскому краю, он дополнительно допросил свидетелей В.К.А., Свидетель №5, Свидетель №6, К.И.В., показания которых имелись в материалах дела, В ходе допросов указанные свидетели пояснили, что ранее их не допрашивали по этому делу, следователь ФИО1 им не знакома, они ее не видел и с ней не общались, в том числе в ходе телефонных разговоров, подписи в протоколах выполнены не ими. Свидетель В.К.А. также пояснил, что в протоколе допроса его анкетные данные указаны неверно;

показаниями свидетелей В.К.А., К.И.В., Свидетель №5, Свидетель №6 о том, что следователь ФИО1 им не знакома, с ней они никогда не общались, в том числе по телефону, по уголовному делу по факту смерти С.Е.В. в <данные изъяты> она их не допрашивала, увидели ее впервые при проведении очных ставок с ней, подписи в протоколах допросов, выполненных от их имени, им не принадлежат. Данные показания указанные свидетели подтвердили в ходе очных ставок с ФИО1;

копией приказа *** от ДД.ММ.ГГ, согласно которому с ДД.ММ.ГГ ФИО1 назначена на должность <данные изъяты>;

копией приказа *** от ДД.ММ.ГГ, согласно которому с ДД.ММ.ГГ ФИО1 назначена на <данные изъяты>;

копией постановления о возбуждении уголовного дела *** от ДД.ММ.ГГ по признакам преступления, предусмотренного ч.2 ст.109 УК РФ, по факту смерти С.Е.В. В <данные изъяты>»;

копией постановления об изъятии и передаче уголовного дела от ДД.ММ.ГГ, копией постановления о принятии ФИО1 уголовного дела к производству от ДД.ММ.ГГ, копиями постановлений об изъятии и передаче уголовного дела от ДД.ММ.ГГ, ДД.ММ.ГГ, от ДД.ММ.ГГ, копиями постановлений о принятии уголовного дела к производству ФИО1 от ДД.ММ.ГГ, от ДД.ММ.ГГ;

копиями протоколов допросов свидетелей ФИО2 С.Е. (В.К.А.) от ДД.ММ.ГГ, Свидетель №6 от ДД.ММ.ГГ, К.И.В. от ДД.ММ.ГГ, Свидетель №5 от ДД.ММ.ГГ;

заключениями почерковедческих судебных экспертиз *** от ДД.ММ.ГГ, *** от ДД.ММ.ГГ, *** от ДД.ММ.ГГ, *** от ДД.ММ.ГГ соответственно, согласно которым подписи от имени Свидетель №5, выполненные в протоколе допроса от ДД.ММ.ГГ, от имени Свидетель №6, выполненные в протоколе допроса от ДД.ММ.ГГ, от имени К.И.В., выполненные в протоколе допроса от ДД.ММ.ГГ, от имени В.К.А., выполненные в протоколе допроса от ДД.ММ.ГГ, выполнены, вероятно, не указанными лицами, а другим лицом. Рукописные записи в указанных протоколах с фамилией и инициалами данных свидетелей выполнены ФИО1 Подписи в строке «старший следователь» выполнены, вероятно, ФИО1;

копией заключения по результатам служебной проверки от ДД.ММ.ГГ, согласно которому информация о нарушениях в виде фальсификации подписей свидетелей В.К.А., Свидетель №6, Свидетель №5, К.И.В. по уголовному делу ***, допущенных ФИО1, считается подтвержденной, а также другими доказательствами, подробно приведенными в приговоре.

Все доказательства, положенные судом в основу приговора, получены в строгом соответствии с требованиями закона. Содержание доказательств в приговоре раскрыто, суд привел мотивы, по которым принял одни доказательства и отверг другие. Оснований не соглашаться с оценкой доказательств, данной судом, суд апелляционной инстанции не находит.

Показания свидетелей, приведенные в приговоре, правомерно положены судом в основу приговора, поскольку они получены в соответствии с требованиями закона, подробны, последовательны, каких либо противоречий не содержат, заинтересованности свидетелей обвинения в исходе дела в отношении осужденной суд не установил.

Вопреки доводам жалобы адвоката, оснований для критической оценки показаний свидетелей К.И.В. и Р.А.В. не имеется, поскольку они согласуются с другими доказательствами по делу, судом не установлено личных неприязненных отношений между ними и осужденной, в связи с этим отсутствуют основания для оговора ими осужденной, и их заинтересованности в исходе дела.

Заключения экспертиз также верно положены судом в основу приговора, поскольку соответствуют требованиям ст.ст.80, 204 УПК РФ, научно обоснованы, выполнены специалистами, имеющими соответствующее образование, квалификацию, стаж экспертной работы, сомнений в объективности не вызывают.

Исходя из исследованных в судебном заседании доказательств, суд обоснованно установил, что протоколы допросов свидетелей В.К.А. от ДД.ММ.ГГ, Свидетель №6 от ДД.ММ.ГГ, Свидетель №5 и К.И.В. от ДД.ММ.ГГ сфальсифицированы, поскольку указанные в них сведения о дате, времени, месте производства данных следственных действий, допрашиваемых лицах, пояснения последних, их подписи, являются недостоверными, что подтверждается показаниями вышеуказанных свидетелей, а также свидетелей Р.А.В., К.И.В., заключениями судебно-почерковедческих экспертиз. Данное обстоятельство не оспаривается и стороной защиты, о чем указано в жалобе адвоката.

То, что фальсификация указанных протоколов совершена именно ФИО1, подтверждается не только тем обстоятельством, что уголовное дело по факту смерти С.Е.В. находилось у нее в производстве, но и заключениями почерковедческих экспертиз, которые с категоричностью установили, что рукописный текст в этих протоколах с указанием фамилий и инициалов свидетелей выполнен ФИО1, а также с вероятностью, что подписи в них от имени старшего следователя также выполнены ею.

Кроме того, из копий постановлений об отказе в возбуждении уголовного дела от ДД.ММ.ГГ <данные изъяты> и от ДД.ММ.ГГ (<данные изъяты>), а также из показаний свидетелей К.И.В. и Р.А.В. следует, что ранее ФИО1 также допускала фальсификацию доказательств.

Поскольку на момент передачи уголовного дела по факту смерти С.Е.В. от ФИО1 Р.А.В. ДД.ММ.ГГ сфальсифицированные ФИО1 протоколы допросов свидетелей находились в материалах дела, данное обстоятельство свидетельствует о том, что именно она приобщила их к материалам дела.

Вопреки доводам адвоката, суд верно установил период совершения преступления с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ, поскольку именно в этот период уголовное дело по факту смерти С.Е.В. находилось в производстве следователя ФИО1, что подтверждается соответствующими процессуальными документами. Данный период не противоречит датам сфальсифицированных протоколов допросов свидетелей В.К.А. - ДД.ММ.ГГ, Свидетель №6 – ДД.ММ.ГГ, Свидетель №5 и К.И.В. – ДД.ММ.ГГ. В указанные даты уголовное дело находилось в производстве ФИО1 Учитывая изложенное, то обстоятельство, что в течение данного периода уголовное дело принималось в производство другими следователями из-за отпусков и больничного ФИО1, с ДД.ММ.ГГ года находилось на комиссионной судебно-медицинской экспертизе, о чем указывает адвокат в жалобе, не свидетельствует о непричастности осужденной к совершению инкриминируемого деяния. Также не свидетельствует о непричастности к преступлению ФИО1, то обстоятельство, что ДД.ММ.ГГ она находилась на больничном, который приобщен стороной защиты к материалам дела, поскольку согласно копии постановления о принятии уголовного дела к производству, подписанного ФИО1, уголовное дело *** по факту смерти С.Е.В. она приняла к своему производству ДД.ММ.ГГ. Кроме того, сама осужденная не оспаривает факт нахождения у нее в производстве данного уголовного дела.

Довод жалобы адвоката об отсутствии у ФИО1 необходимости и заинтересованности в фальсификации протоколов допросов свидетелей В.К.А., Свидетель №6, Свидетель №5, К.И.В., так как в даты, указанные в этих протоколах, она выполняла иные следственные действия по делу, допрашивала потерпевшую, других свидетелей, также не свидетельствуют о ее непричастности к инкриминируемому преступлению, поскольку не опровергают основанные на исследованных в судебном заседании доказательствах верные выводы суда о ее виновности.

То, что в служебном ноутбуке осужденной отсутствует информация об изготовлении протоколов допросов указанных выше свидетелей, а также, что уголовное дело по факту смерти С.Е.В. находилось в сейфе <данные изъяты>, на что обращено внимание в жалобе адвоката, не исключает фальсификации ФИО1 указанных протоколов допросов, поскольку, как следует из показаний свидетелей К.И.В. и Р.А.В., следственные действия по уголовному делу ФИО1 производила в <адрес> в помещении <данные изъяты>, при этом пользовалась любым свободным служебным компьютером. Кроме того, согласно показаниям свидетеля К.И.В. он видел, как ФИО1 забирала уголовное дело с собой.

Иные доводы, изложенные в жалобе адвоката, фактически сводятся к переоценке доказательств, их интерпретации в пользу осужденной и повторяют позицию стороны защиты, изложенную при рассмотрении дела судом первой инстанции, проверенную им и получившую надлежащую оценку в обжалуемом судебном решении. Новых обстоятельств, позволяющих поставить под сомнение выводы суда, в жалобе не приводится и судом апелляционной инстанции не установлено.

Таким образом, правильно установив фактические обстоятельства, с учетом анализа и оценки совокупности добытых по делу доказательств, суд пришел к обоснованному выводу о доказанности вины ФИО1 в инкриминируемом преступлении и правильно квалифицировал ее действия по ч.2 ст.303 УК РФ, как фальсификация доказательств по уголовному делу следователем.

Оснований для иной правовой оценки действий осужденной ФИО1, в том числе ее оправдания, вопреки доводам жалобы, не имеется.

При назначении наказания суд в соответствии с требованиями ст.ст.6, 43, 60 УК РФ учел характер, степень общественной опасности и конкретные обстоятельства совершения преступления, данные о личности осужденной, влияние назначенного наказания на ее исправление и условия жизни ее семьи, совокупность смягчающих и отсутствие отягчающих обстоятельств и назначил наказание в виде ограничения свободы, обоснованно применив дополнительное наказание, не усмотрев оснований к изменению категории преступления на менее тяжкую в соответствии с ч.6 ст.15 УК РФ, а также к применению положений ст.64 УК РФ, надлежаще мотивировав свое решение.

Назначенное ФИО1 наказание является справедливым, соразмерным содеянному и ее личности.

При таких обстоятельствах оснований для отмены приговора по доводам апелляционной жалобы суд апелляционной инстанции не усматривает.

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, судом не допущено.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Алейского городского суда Алтайского края от ДД.ММ.ГГ в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката Липиной Л.О. – без удовлетворения.

Апелляционное постановление и приговор вступают в законную силу со дня вынесения апелляционного постановления и могут быть обжалованы в кассационном порядке в Судебную коллегию по уголовным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции через суд первой инстанции, постановивший приговор, в течение шести месяцев со дня вступления их в законную силу. В случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении кассационная жалоба, представление подаются непосредственно в указанный суд кассационный инстанции.

Осужденная вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции, о чем может быть заявлено в кассационной жалобе, либо в течение трех суток со дня получения извещения о дате, времени и месте заседания суда кассационной инстанции, если уголовное дело было передано в суд кассационной инстанции по кассационному представлению прокурора или кассационной жалобе другого лица.

Председательствующий И.Н. Кирьянова