Приговор № 1-68/2017 от 12 сентября 2017 г. по делу № 1-68/2017

П Р И Г О В О Р

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

13 сентября 2017 года город Новый Оскол

Новооскольский районный суд Белгородской области в составе:

председательствующего судьи Толстолуцкого Г.В.,

при секретаре судебного заседания Тихоновой А.Н.,

с участием государственного обвинителя – помощника прокурора Новооскольского района Белгородской области Журахова И.А.,

защитника - адвоката Балан В.А., представившего удостоверение № от 15.12.2002 г. и ордер на защиту № от 24.08.2017 г.,

потерпевшей К., подсудимого ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по обвинению:

ФИО1, <данные изъяты>, не судимого, -

по части 1 статьи 264 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1, управляя автомобилем, совершил нарушение правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека.

Преступление совершено в 21-м часу 14 декабря 2016 года на автодороге, проходящей по улице Дорожная вблизи дома № 5 г. Новый Оскол Белгородской области, при таких обстоятельствах.

ФИО1, управляя принадлежащим ему автомобилем ВАЗ 21124 государственный регистрационный знак <данные изъяты>, и двигаясь по вышеуказанному участку автодороги в сторону железнодорожного переезда, со скоростью не менее 25,9 км/ч, действуя небрежно, в нарушение п. 10.1 Правил дорожного движения РФ (далее – ПДД), выбрал ненадлежащую скорость, не обеспечивающую безопасность дорожного движения, при этом не учёл интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства, метеорологические условия, в частности покрытую снегом проезжую часть, и то, что скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил. Не придал допущенным нарушениям должного значения, и при своевременном обнаружении опасности для движения – пешехода К., переходившей проезжую часть справа налево по ходу движения автомобиля, в нарушение требований п. 1.4 ПДД, устанавливающего правостороннее движение транспортных средств, выехал на полосу встречного движения, где совершил наезд на потерпевшую, что повлекло по неосторожности причинение ей <данные изъяты>.

<данные изъяты>, квалифицируется как тяжкий вред здоровью по признаку значительной стойкой утраты общей трудоспособности не менее чем на одну треть.

Таким образом, ФИО1 грубо нарушил требования пунктов 10.1 и 1.4 Правил дорожного движения, что привело к дорожно-транспортному происшествию, повлекшему за собой причинение тяжкого вреда здоровью К.

Между нарушением Правил дорожного движения ФИО1 и причинением К. телесных повреждений имеется прямая причинно-следственная связь.

В судебном заседании подсудимый виновным себя не признал. От дачи показаний отказался, подтвердив свои показания данные на предварительном следствии о том, что дорожно-транспортное происшествие произошло по вине пешехода К., которая переходя проезжую часть вне пешеходного перехода, не убедилась в безопасности своих действий.

Вина ФИО1 подтверждается показаниями его самого, данными на предварительном следствии в качестве подозреваемого и обвиняемого, а также показаниями потерпевшей и свидетелей в судебном заседании и на предварительном следствии, заключениями и показаниями эксперта, вещественными доказательствами, протоколами осмотра места дорожно-транспортного происшествия и транспортного средства, сообщениями о ДТП и справкой метеостанции.

Так, по сообщениям, поступившим 14.12.2016 года в дежурную часть ОМВД России по Новооскольскому району, в 20 час. 20 мин. от ФИО1 – на ул. Дорожная в районе магазина «Магнит» наезд на пешехода; в 21 час. 55 мин. из хирургического отделения ОГБУЗ «Новооскольская ЦРБ» - с места ДТП доставлена К. с телесным повреждениями (т. 1 л.д. 7, 8).

Потерпевшая К. в судебном заседании показала, что 14.12.2016 года в 21-м часу возвращалась домой с работы. Выйдя за магазином «Магнит» на ул. Дорожная г. Новый Оскол, решила пересечь проезжую часть. Остановившись на обочине, посмотрела по сторонам. Поскольку других транспортных средств не было, кроме автобуса «Газель», приближавшегося слева, то пропустив его, вышла на дорогу. Дойдя до середины проезжей части, вновь убедилась в отсутствии транспортных средств справа и продолжила движение. Когда до бордюра «кармана» остановки оставалось около 1 м. почувствовала резкий удар слева, поняла что сбита легковым автомобилем, выехавшим на полосу встречного движения. Позже узнала, что водителем автомобиля, совершившего на неё наезд, являлся ФИО1.

Изложенные обстоятельства в судебном заседании подтвердили непосредственные очевидцы произошедшего дорожно-транспортного происшествия Д. и М., утверждавшие, что водитель ФИО1 совершил наезд на пешехода К., выехав на полосу встречного движения, в «кармане» остановки общественного транспорта.

К. М. и Д. при допросах на очных ставках с ФИО1 подтвердили факт наезда на пешехода при выезде подсудимого на полосу встречного движения (т. 1 л.д. 123-127, 130-134, 137-140).

При проверке показаний на месте происшествия свидетели М. и Д. указали траекторию движения пешехода К. и место наезда на неё автомобиля ВАЗ 2112, расположенное на проезжей части дороги по ул. Дорожная г. Новый Оскол, на расстоянии 2 м. от левого края проезжей части (при движении в сторону железнодорожного переезда), то есть на полосе встречного движения водителя Горбатовского (т. 1 л.д. 114-117).

Свидетель А. на предварительном следствии и в судебном заседании рассказала, что 14.12.2016 года в 21-м часу проезжая по ул. Дорожная г. Новый Оскол мимо остановочного комплекса, обратила внимание на лежащие на проезжей части пакет, сумку, рассыпанную рекламную продукцию и стоящий на проезжей части автомобиль ВАЗ 2112 под углом 45 градусов на полосе встречного движения, передней частью в сторону железнодорожного переезда, а также ФИО1, ведущего женщину в остановку. На её вопросы ФИО1 пояснил, что когда ехал, то видел пешехода, сигналил, но женщина не слышала, автомобиль «понесло» и он её сбил (т. 1 л.д. 90-92).

Согласно заключению эксперта, у К. были <данные изъяты>. <данные изъяты>, квалифицируется как тяжкий вред здоровью по признаку значительной стойкой утраты общей трудоспособности не менее чем на одну треть. Данные повреждения могли образоваться 14.12.2016 года при наезде легкового автомобиля на находящуюся в вертикальном положении К., обращённую в момент наезда верхней третью левой голени к травмирующим предметам (т. 1 л.д. 144-145).

Из протокола осмотра, схемы и фототаблицы места дорожно-транспортного происшествия видно, что в районе остановочного комплекса у дома № 5 по ул. Дорожная г. Новый Оскол, на заснеженной проезжей части, обнаружены два параллельных следа юза колёс, берущих начало (относительно направления движения водителя Горбатовского) на расстоянии от правого края проезжей части: левый 2,9 м., правый 1,9 м., уходящие на полосу встречного движения, и оканчивающиеся на расстоянии от правого края проезжей части: левый 4,6 м., правый 3,6 м. (при общей ширине проезжей части 5,6 м.).

На момент осмотра автомобиль ВАЗ 21124 г.р.з. <данные изъяты> с повреждениями переднего капота и решётки радиатора находился на правой обочине проезжей части дороги (т. 1 л.д. 9-16).

Описанную вещественную обстановку на месте ДТП подтвердили, привлечённый к участию в осмотре в качестве понятого В. - суду и на предварительном следствии (т. 1 л.д. 101-102), и выезжавший на место происшествия следователь П. в судебном заседании, пояснившая, что до прибытия следственно-оперативной группы сохранность следов на месте ДТП обеспечивалась сотрудниками ГИБДД.

Карточка учёта транспортного средства подтверждает, что с 05 марта 2015 года собственником автомобиля ВАЗ 21124 LADA 112 г.р.з. <данные изъяты> является ФИО1 (т. 1 л.д. 242).

При допросах на предварительном следствии ФИО1 пояснял, что 14.12.2016 года в 21-м часу он, управляя автомобилем ВАЗ 21124 г.р.з. <данные изъяты>, двигался со скоростью 40-50 км/ч по улице Дорожная г. Новый Оскол в сторону железнодорожного переезда. На проезжей части имелся снежный накат и рыхлый снег. Проехав здание магазина «Магнит» и следуя за автомобилем «Газель», заметил женщину, которая подошла к проезжей части и остановилась на правой обочине. Посчитав, что она его пропускает, продолжил движение. В тот момент когда «Газель» проехала мимо, она продолжила движение и на расстоянии около 20 м. от него вышла на проезжую часть. Одновременно применил экстренное торможение и подал звуковой сигнал, но наезда на пешехода не избежал. После наезда машину занесло, и она выехала на полосу встреченного движения (т. 1 л.д. 67-70, т. 2 л.д. 5-6).

Согласно протоколу осмотра, с камеры наружного наблюдения кафе-бара «Бирмания» по ул. Дорожная г. Новый Оскол изъята видеозапись путём её перенесения на СD-диск «TDK» (т. 1 л.д. 17-19).

При осмотре данного СD-диска следователем и в судебном заседании установлено, что на нём имеется видео-файл, в котором зафиксирован участок автодороги, проходящей по ул. Дорожная г. Новый Оскол у вышеуказанного бара, где 14.12.2016 года в 19 час. 51 мин. 06 сек. (время по камере) в объектив видеокамеры попал, сместившийся влево, свет фар транспортного средства, двигавшегося в сторону железнодорожного переезда, и объезжающий его во встречном направлении с выездом на полосу встречного движения «микроавтобус» (т. 1 л.д. 43-44).

Поскольку автомобиль Горбатовского в объектив камеры видеонаблюдения не попал, на видео не видна точная траектория его движения, причина остановки, то вопреки доводам стороны защиты определить время движения пешехода по свету фар и движению других транспортных средств не представляется возможным.

В протоколах осмотров автомобиля ВАЗ 21124 г.р.з. <данные изъяты> зафиксированы его механические повреждения – решётки радиатора и капота по центру (вмятина) (т. 1 л.д. 24-26, 40-42).

Вышеуказанные СD-диск и транспортное средство признаны вещественными доказательствами по делу (т. 1 л.д. 45).

При дополнительном осмотре места происшествия, со слов водителя ФИО1 установлено расстояние, с которого он обнаружил пешехода - 19 м. и местоположение автомобиля после наезда на пешехода – на полосе встречного движения (т. 1 л.д. 20-23).

Проведёнными по делу следственными экспериментами установлены следующие параметры:

с участием свидетеля М. - средний темп движения (обычного) пешехода до места наезда на него - 5,8 сек. (т. 1 л.д. 118-119);

с участием ФИО1 - скорость движения автомобиля (непосредственно перед обнаружением пешехода) - около 40 км/ч (т. 1 л.д. 111-113).

Из проекта организации дорожного движения на улицы г. Новый Оскол и представленных стороной защиты фотоснимков участка дороги, проходящей по ул. Дорожная г. Новый Оскол в районе остановочного комплекса, видно, что в месте наезда на пешехода имеется расширение проезжей части дороги (карман) для въезда на остановку общественного транспорта (т. 1 л.д. 152-154).

По справке начальника метеостанции г. Новый Оскол Белгородской области 14.12.2016 года в 21-м часу на территории г. Новый Оскол атмосферных явлений не отмечалось, видимость (огни) составляла 10 км (т. 1 л.д. 149).

Согласно справке начальника Новооскольского РЭС, уличное освещение на участке автодороги по ул. Дорожная г. Новый Оскол 14.12.2016 года работало согласно утверждённому графику (включение 17 час. 06 мин., отключение 23 час. 00 мин.) (т. 1 л.д. 157).

В соответствии с заключениями судебных автотехнических экспертиз:

- место наезда автомобилем ВАЗ 21124 г.р.з. <данные изъяты> на пешехода К. находится на протяжении образования следов юза;

- скорость движения названного автомобиля перед применением экстренного торможения составляла не менее 25,9 км/ч;

- первоначальный контакт автомобиля с пешеходом произошёл с передним бампером автомобиля в районе расположения регистрационного знака;

- при заданных исходных данных, при движении со скростью как 25,9 км/ч, 40 км/ч, так и 60 км/ч водитель автомобиля ВАЗ 21124 имел техническую возможность предотвратить наезд на пешехода К. путём применения экстренного торможения, в том числе без выезда на полосу встречного движения;

- причиной увода транспортного средства в процессе торможения является разность тормозных сил при торможении в пятне контакта правых и левых колёс автомобиля с дорожным покрытием;

- в данной дорожно-транспортной обстановке водителю ВАЗ 21124 следовало руководствоваться требованиями п. 10.1 ПДД (т. 1 л.д. 175, 178-188, 214-219).

В протоколе допроса автотехнический эксперт указал, что из-за отсутствия данных о фактической величине замедления развиваемого тормозной системой ВАЗ 21124 г.р.з. <данные изъяты>, при даче заключения принята минимально допустимая величина замедления, на основании которой определена скорость движения автомобиля перед применением экстренного торможения – 25,9 км/ч (т. 1 л.д. 194-196).

Согласно заключению судебно-психиатрической комиссии экспертов, ФИО1, как на период инкриминируемого ему деяния, так и в настоящее время, не страдал и не страдает хроническим психическим расстройством, временным психическим расстройством, слабоумием, или иным болезненным состоянием психики. Обнаруживает признаки: «<данные изъяты>» (по МКБ-10: F-98.5), что привело к нарушению <данные изъяты>, признаки которого протекают без нарушения процессов памяти, мышления и не нарушали его критические и прогностические способности, в силу чего он мог во время совершения преступления, а также ко времени производства по уголовному делу осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими.

ФИО1 не несёт опасность для себя, других лиц либо возможности причинения им иного существенного вреда; в применении принудительных мер медицинского характера не нуждается (т. 1 л.д. 229-232).

Оснований не доверять показаниям допрошенных по делу потерпевшей К., свидетеля А. и непосредственных очевидцев совершённого наезда на пешехода Д. и М. у суда не имеется, так как они последовательны, согласуются между собой, вещественной обстановкой, зафиксированной на месте дорожно-транспортного происшествия и другими изложенными в приговоре доказательствами. Каких-либо сведений, указывающих на наличие у данных лиц оснований для оговора ФИО1, суду не предоставлено.

В показаниях допрошенных в судебном заседании потерпевшей К., свидетелей Д. и М., есть несущественные противоречия (о точных траектории движения пешехода, пройденном им расстоянии с момента пересечения проезжей части, высоте снежного покрова на обочине и проезжей части, направлении движения автомобиля Горбатовского после наезда на пешехода), не влияющие на квалификацию содеянного подсудимым, объясняются субъективными особенностями данных лиц, объёмом и продолжительностью наблюдаемых каждым из них событий, их эмоциональным и физическим состоянием, а для потерпевшей К., и связанным с пребыванием в необычной, стрессовой ситуации.

Следственные эксперименты проведены в порядке, установленном ст. 181 УПК РФ, от участвующих в них лиц заявлений и замечаний не поступило.

Каждое из вышеизложенных заключений экспертов является полным, научно обоснованным, основанным на результатах непосредственных исследований и выполнено компетентными лицами, имеющими соответствующую квалификацию и специальное образование, их правильность и объективность сомнений у суда не вызывает.

Письменные доказательства по делу получены в соответствии с требованиями закона и соответствуют им по форме и содержанию.

Протоколы следственных действий отвечают нормам статей 164 и 166 УПК РФ.

Оценивая вышеизложенные доказательства, суд признаёт их достоверными, допустимыми, относимыми, поскольку они взаимодополняемы, не содержат противоречий между собой, получены в установленном законом порядке, касаются непосредственно пределов судебного разбирательства, в своей совокупности достаточны для установления виновности ФИО1

Судом не принимаются в качестве доказательств, представленные сторонами: обвинения - рапорт следователя В. от 20.06.2017 года (т. 1 л.д. 155), защиты - постановления следователя о разрешении ходатайств защитника от 28.03.2017 года, 25.03.2017 года, 13.04.2017 года, 08.05.2017 года, 13.05.2017 года и 09.06.2017 года (т. 1 л.д. 128, 135, 162, 164, 166, 168, 172, 176, 193), поскольку таковыми они не являются, так как не устанавливают наличие или отсутствие обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу, а также иных обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела.

Вопреки доводам стороны защиты, суд не усматривает нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих признание недопустимым доказательством протокола осмотра места дорожно-транспортного происшествия от 14.12.2016 года и приложенной к нему схемы (т. 1 л.д. 9-16).

О наличии обнаруженных на месте происшествия следов, отражённых в схеме, указано не в графе – следы шин, а в графе – следы торможений. При этом левый след юза имеет привязку к линии электропередач и правому краю проезжей части.

Утверждение стороны защиты о том, что следователь не видел отражённых в протоколе осмотра места ДТП и схеме следов голословно, опровергается не только содержанием данных документов, но и приложенной к ним фототаблицей, показаниями понятого В.

Ошибочно отмеченное следователем на схеме ДТП место наезда на пешехода, не свидетельствует о получении протокола следственного действия с нарушением требований УПК РФ, соответственно для признания его недопустимым доказательством.

Довод стороны защиты о нарушении требований ПДД пешеходом К., переходившей проезжую часть вне пешеходного перехода, послужившим причиной произошедшего ДТП, суд отклоняет как необоснованный, поскольку выходя на освещённую уличными фонарями проезжую часть напротив остановки общественного транспорта с обычным темпом движения пожилая женщина с наполненными сумкой и пакетом в руках, в условиях неограниченной видимости и отсутствия атмосферных явлений, не представляла никакой угрозы для водителя Горбатовского, имевшего возможность заблаговременно обнаружить опасность для движения и предпринять действенные меры для предотвращения наезда на пешехода.

В прямой причинно-следственной связи с наступившими последствиями в виде причинения тяжкого вреда здоровью пешехода К. состоят нарушения Правил дорожного движения, допущенные именно водителем Горбатовским.

Утверждение стороны защиты о том, что спаренные следы транспортного средства с расстоянием между собой 1 м., обнаруженные на месте ДТП, оставлены не автомобилем ВАЗ 21124 Горбатовского, со ссылкой на руководство по эксплуатации транспортного средства названной марки (габаритные размеры между передними колёсами – 1410 мм, задними – 1380 мм), суд признаёт необоснованным и отвергает, поскольку как следует из исследованных в судебном заседании доказательств, данные следы были оставлены автомобилем не во время обычного движения, а при применении экстренного торможения по покрытой снежным накатом проезжей части, то есть шинами заторможенных (не вращающихся) колёс (следы юза), с боковым выносом на полосу встречного движения, в процессе чего площадь контакта поверхности шин изменилась, соответственно оставленный след юза может не соответствовать идеальным справочным параметрам автомобиля, на что также в судебном заседании указал, принимавший участие в осмотре места ДТП, свидетель В.

Другой аргумент стороны защиты о том, что два параллельных друг другу следа транспортного средства, обнаруженные на месте ДТП, оставлены не автомобилем ВАЗ 21124 Горбатовского, поскольку в данной дорожно-транспортной ситуации должны были быть оставлены следы от четырёх колёс, является несостоятельным, поскольку следообразование зависит от дорожного покрытия, погодных условий, состояния тормозной системы автомобиля, в общеизвестном же плане первыми блокируются и тормозят именно передние колёса автомобиля.

Ссылка стороны защиты на то, что два параллельных друг другу следа, обнаруженные на месте ДТП, оставлены не автомобилем подсудимого, а другими транспортными средствами, так как до начала осмотра места ДТП следователем прошло около часа, в течение которого по данному участку дороги наблюдалось интенсивное движение, необоснованна, поскольку до приезда следователя на место ДТП прибыли сотрудники ГИБДД, оградившие имевшиеся следы на проезжей части опознавательными знаками, на что в судебном заседании указала следователь П. и это видно из приложенных к протоколу осмотра места ДТП фотоснимков. Наличие же отображенных в протоколе и схеме следов не оспаривал присутствовавший при проведении следственного действия сам ФИО1 и в судебном заседании подтвердил понятой В.

Доводы стороны защиты о надуманном отклонении следователем ходатайства в части указания в постановлении о назначении автотехнической судебной экспертизы в качестве исходных данных расстояния, с которого водитель ФИО1 обнаружил пешехода – 19-20 м. при скорости его движения 40 км/ч, при которых подсудимый не имел технической возможности избежать наезда на пешехода, суд признаёт несостоятельными, поскольку ходатайство в данной части рассмотрено в порядке установленном УПК РФ, о чём следователем вынесено мотивированное постановление.

Как следует из заключения эксперта, водитель ФИО1 имел техническую возможность избежать наезда на пешехода К. путём применения экстренного торможения, как при скорости движения управляемого им автомобиля 25,9 км/ч, так и 40 км/ч. При этом величина удаления автомобиля от места наезда в момент возникновения опасности для движения была определена экспертом по предоставленным в его распоряжение разносторонним объективным исходным данным (т. 1 л.д. 178-188). Для чего не требовалось указанного подсудимым расстояния, с которого он обнаружил пешехода.

Запоздалое обнаружение же пешехода Горбатовским непосредственно перед наездом на него указывает лишь на несоблюдением им, как водителем транспортного средства, требований ПДД.

Ссылка стороны защиты на соблюдение подсудимым при движении на месте ДТП требований п. 10.1 ПДД (скорость движения не менее 25,9 км/ч), поскольку на данном участке дороги разрешённая скорость движения составляет 60 км/ч несостоятельна, поскольку он как водитель должен был вести транспортное средство со скоростью, не только не превышающей установленного ограничения, но и учитывать при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства, дорожные и метеорологические условия, выбранная им скорость должна была обеспечивать возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований ПДД, а при возникновении опасности для движения - пешехода, которого он в состоянии был обнаружить, принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

Утверждение стороны защиты о совершении наезда водителем Горбатовским на пешехода на полосе своего движения опровергается вышеизложенными доказательствами, а именно протоколом осмотра места ДТП и приложенной к нему схемой, в которых зафиксированы следы юза колес автомобиля, уходящие на полосу встречного движения, при длине левого следа 8,4 м., что в совокупности с показаниями потерпевшей К. – автомобиль остановился в месте наезда, а также самого Горбатовского и свидетелей М. и Д. - после наезда на пешехода автомобиль проехал не более 1-1,5 м., суд приходит к выводу о том, что наезд на пешехода имел место на полосе встречного движения. При этом учитывает, что водитель ФИО1, причастный к дорожно-транспортному происшествию, обязанный в силу п. 2.5 ПДД немедленно остановить и не трогать транспортное средство с места, напротив, перегнал свой автомобиль с места ДТП.

В судебном заседании подсудимый вёл себя адекватно, правильно воспринимал происходившие события, отвечал на поставленные вопросы, активно занимал защитную позицию, его суждения по всем обсуждаемым вопросам были последовательны, логичны. Он свободно ориентировался в происходящем процессе и не дал суду оснований усомниться в своей психической полноценности. Суд принимает во внимание приведённые обстоятельства и в совокупности с заключением судебно-психиатрической экспертизы признаёт ФИО1 вменяемым.

В соответствии с п. 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, утверждённых Постановлением Совета Министров – Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 года № 1090, водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил. При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

Пункт 1.4 Правил дорожного движения устанавливает на дорогах правостороннее движение транспортных средств.

Нарушение вышеуказанных Правил дорожного движения Горбатовским привело к дорожно-транспортному происшествию, повлекшему причинение тяжкого вреда здоровью К.

Действия ФИО1 суд квалифицирует по части 1 статьи 264 УК РФ - нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека.

Преступление совершено подсудимым по неосторожности. Водитель ФИО1, избрав для движения скорость, не обеспечивающую безопасность движения, не учитывая интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства, метеорологические условия - покрытую снегом проезжую часть, выезжая на полосу встречного движения, не предвидел возможности наступления общественно опасных последствий своих действий, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог их предвидеть.

При назначении наказания подсудимому суд учитывает характер и степень общественной опасности преступления, личность виновного, в том числе, обстоятельства смягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на его исправление и на условия жизни его семьи.

Обстоятельствами, смягчающими наказание подсудимого, суд признаёт:

оказание иной помощи потерпевшей непосредственно после совершения преступления (помог потерпевшей подняться, увёл с проезжей части дороги, усадил на скамейку автобусной остановки, в последующем неоднократно навещал К. в больнице) (п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ);

частичную компенсацию морального вреда, причинённого в результате преступления (передал по расписке 5 000 руб.), состояние здоровья, в том числе связанное с нарушением речи (ч. 2 ст. 61 УК РФ).

Обстоятельств, отягчающих наказание подсудимого по делу нет.

До совершения преступления ФИО3 по месту жительства характеризовался с положительной стороны: спиртными напитками не злоупотребляет, в нарушении общественного порядка замечен не был, жалоб на своё поведение не имеет. Холост, своей семьи не имеет. С 02.12.2013 года работает электромонтёром в Новооскольском РЭС, где зарекомендовал себя грамотным, исполнительным и добросовестным работником. На учётах врачей нарколога, психиатра и фтизиатра не состоит. Имеет водительское удостоверение на право управления транспортными средствами категории «В» (№), сроком действия до 10.09.2023 года. Не судим; в течение года, предшествовавшего дню совершения ДТП, подвергался административным штрафам 11.02.2016 г. по ч. 1 ст. 12.16 КоАП РФ за несоблюдение требований, предписанных дорожными знаками (дорожной разметкой), 13.10.2016 г. и 08.11.2016 г. по ч. 2 ст. 12.9 КоАП РФ за превышение установленной скорости движения (т. 2 л.д. 10-12, 15-19, 21, 23-26, 28, 32, 35, 36).

ФИО1 совершил преступление небольшой тяжести, в связи с чем, оснований для изменения категории совершённого им преступления на менее тяжкую в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ не имеется.

Суд не находит оснований для применения по делу статей 64 и 73 УК РФ.

На основании данных о личности подсудимого, характера, степени общественной опасности совершённого преступления, обстоятельств смягчающих наказание, а также влияния назначенного наказания на его исправление и на условия жизни его семьи, суд приходит к выводу о том, что он подлежит наказанию в виде ограничения свободы.

Кроме того, на основании ч. 3 ст. 47 УК РФ суд применяет дополнительный вид наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, поскольку с учётом характера, степени общественной опасности совершённого преступления, и личности виновного ранее неоднократно допускавшего нарушения Правил дорожного движения, суд признаёт невозможным сохранение названного права.

В соответствии с ч. 4 ст. 47 УК РФ, ч. 1 ст. 36 УИК РФ, срок лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами подлежит исчислению с момента вступления приговора суда в законную силу.

Поскольку подсудимый совершил преступление, в том числе при наличии смягчающего обстоятельства, предусмотренного п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ, и отсутствии отягчающих обстоятельств, то назначение наказания подлежит с применением ч. 1 ст. 62 УК РФ.

Потерпевшей К. по делу заявлен гражданский иск о компенсации морального вреда в сумме 500 000 рублей, который она связывает с физическими и нравственными страданиями по поводу причинённого ей тяжкого вреда здоровью (т. 1 л.д. 235).

Подсудимый ФИО1, не оспаривая факт причинения вреда здоровью К., выразить своё отношение к исковым требованиям не пожелал.

Государственный обвинитель полагал возможным удовлетворить исковые требования потерпевшей в полном объёме.

Обсуждая вопрос о компенсации морального вреда, суд учитывает, что вред был причинён подсудимым по неосторожности, и руководствуясь ст.ст. 151, 1100 и 1101 ГК РФ, учитывая имущественное положение подсудимого, степень нравственных страданий потерпевшей, признаёт заявленные исковые требования о компенсации морального вреда подлежащими удовлетворению в полном объеме, что соответствует принципам разумности, соразмерности.

Определяя размер компенсации потерпевшей, суд исходит из того, что она пережила особую физическую боль от полученных <данные изъяты>, длительное время находились сначала на стационарном (21 день), затем амбулаторном лечении, в течение которых её передвижение было скованным гипсовой повязкой, перенесла операцию, была лишена возможности самостоятельно себя обслуживать. До настоящего времени испытывает физическую боль, нравственные страдания, так как, достигнув пенсионного возраста и проживая одна, не может свободно передвигаться, вести прежний образ жизни.

Между тем, в вышеуказанную сумму компенсации морального вреда суд включает уже переданные по расписке от 15.12.2016 года подсудимым К. денежные средства в сумме 5 000 руб., поскольку, как видно из материалов уголовного дела исковые требования о возмещении материального ущерба не заявлялись, его размер не был рассчитан, также не были представлены документы, подтверждающие понесённые потерпевшей расходы.

Разрешая вопрос о мере пресечения до вступления приговора в законную силу, суд считает необходимым оставить её без изменения – подписку о невыезде и надлежащем поведении.

Определяя судьбу вещественных доказательств, суд приходит к следующим выводам:

СD-диск с видеозаписью камеры наблюдения кафе-бара «Бирмания» надлежит хранить при уголовном деле (п. 5 ч. 3 ст. 81 УПК РФ);

автомобиль ВАЗ 21124 г.р.з. <данные изъяты> должен храниться на специализированной стоянке, как подвергнутый аресту в целях обеспечения гражданского иска (т. 1 л.д. 244) (п. 1 ч. 3 ст. 81 УПК РФ).

Суд сохраняет обеспечительные меры до вступления приговора в законную силу и его исполнения в части присужденной суммы потерпевшей.

Процессуальных издержек по делу нет.

Руководствуясь статьями 304, 307 - 309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

ФИО1 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 264 УК РФ, за которое ему назначить наказание в виде ограничения свободы на срок 01 (один) год 06 (шесть) месяцев, на период которых установить следующие ограничения:

- запретить уходить из места постоянного проживания – <адрес> в период с 22 до 06 часов, кроме обращения за неотложной медицинской помощью;

- запретить посещать места проведения массовых мероприятий (собрания, митинги, уличные шествия, демонстрации), культурно-зрелищные мероприятия (народные гуляния), и не участвовать в указанных мероприятиях, на территории муниципального района «Новооскольский район» Белгородской области;

- запретить без согласия работников филиала по Новооскольскому району ФКУ УИИ УФСИН России по Белгородской области: выезжать за пределы территории муниципального района «Новооскольский район» Белгородской области, изменять место жительства и место работы;

- являться в филиал по Новооскольскому району ФКУ УИИ УФСИН России по Белгородской области 1 (один) раз в месяц для регистрации в день и время, назначенные работниками филиала, а также по их вызовам.

На основании ч. 3 ст. 47 УК РФ ФИО1 лишить права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 02 (два) года.

Срок наказания в виде ограничения свободы ФИО1 исчислять со дня его постановки на учёт в филиале по Новооскольскому району ФКУ УИИ УФСИН России по Белгородской области.

Срок дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, исчислять с момента вступления приговора суда в законную силу.

До вступления приговора в законную силу ФИО1 меру пресечения оставить в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

Взыскать с ФИО1 в пользу К. в счет компенсации морального вреда 495 000 (четыреста девяносто пять тысяч) рублей. В удовлетворении остальной части исковых требований К. отказать.

Вещественные доказательства:

СD-диск с видеозаписью камеры наблюдения кафе-бара «Бирмания» хранить при уголовном деле;

автомобиль ВАЗ 21124 г.р.з. <данные изъяты> хранить на специализированной стоянке по ул. Кооперативная 1/1 г. Новый Оскол, до вступления приговора в законную силу и его исполнения в части присужденной суммы потерпевшей К.

Приговор может быть обжалован в судебную коллегию по уголовным делам Белгородского областного суда в течение 10 суток со дня провозглашения путём принесения жалобы (представления) через Новооскольский районный суд.

Осужденный ФИО1 вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, о чём должен указать в своей апелляционной жалобе или в возражениях на жалобы, представления, принесённые другими участниками уголовного процесса.

Судья