Апелляционное определение № 22-166/2026 от 16 февраля 2026 г.

Судья Худяков А.Ю. № 22-166/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Сыктывкар 17 февраля 2026 года

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Республики Коми

в составе председательствующего судьи Куштанова И.А.,

судей Аветисян Е.Г., Ямбаева Р.Р.,

при секретаре судебного заседания Зарума К.А.,

с участием:

прокурора Смирновой Е.О.,

осужденного ФИО1,

адвоката Зюзевой О.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осужденного ФИО1 и его защитника - адвоката Стоволосова Н.В. на приговор Воркутинского городского суда Республики Коми от 27 ноября 2025 года.

Заслушав доклад судьи Куштанова И.А., выступления осужденного ФИО1 и адвоката Зюзевой О.В., поддержавших доводы апелляционных жалоб, мнение прокурора Смирновой Е.О., полагавшей необходимым приговор оставить без изменения, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

оспариваемым приговором:

ФИО1, родившийся ..., не судимый,

осужден по ч. 4 ст. 111 УК РФ к 9 годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Мера пресечения оставлена в виде заключения под стражу.

Срок наказания исчислен со дня вступления приговора в законную силу, в его отбытие зачтено время содержания под стражей с 28.06.2024 до вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

По делу решена судьба вещественных доказательств и распределены процессуальные издержки.

ФИО1 признан виновным в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшем по неосторожности смерть потерпевшего, при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней осужденный считает приговор незаконным, необоснованным, несправедливым. Просит приговор отменить, а его оправдать. Полагает, что выводы суда не основаны на исследованных доказательствах.

Указывает, что 09.06.2024 в гараже в связи с агрессивным поведением потерпевшего, который схватил его за воротник, потянул на себя и поднял сжатую в кулак руку, он испугался за свою жизнь и здоровье и, чтобы освободиться от захвата, ребром ладони правой руки, отталкивая потерпевшего от себя, два раза несильно ударил его в область скулы слева, при этом вследствие указанных действий телесные повреждения у потерпевшего отсутствовали. После чего он вышел на улицу, а когда зашел обратно, потерпевший лежал на диване, его голова находилась левой стороной на полу, и с левого виска текла кровь.

В содеянном раскаивается, таких последствий не ожидал, о травме головы потерпевшего и отсутствии у него части черепа не знал, визуально отсутствие у потерпевшего части черепа не определялось, что подтверждается заключением судебно-медицинской экспертизы № 8/188-24/153-24 от 02.08.2024. Его показания в данной части не опровергнуты.

Указывает, что потерпевший ударился головой при падении в гараже, после чего у него случились судороги. Обращает внимание, что потерпевший также падал с дивана на пол, находясь у Д.

Ссылается на показания специалистов, из которых, по мнению осужденного, следует, что отсутствие костей в черепе может привести к более сильному повреждению головного мозга в сравнении со здоровым человеком. Обращает внимание, что не исследовано, каким образом состояние алкогольного опьянения повлияло на последствия ушиба головного мозга потерпевшего.

Ставит под сомнение показания свидетелей, которые являются заинтересованными лицами, а именно: родственниками либо друзьями потерпевшего, а также выводы заключения комиссионной медицинской экспертизы, проведенной по результатам первоначальной экспертизы трупа.

Указывает на отсутствие умысла на совершение преступления, о чем, по мнению осужденного, свидетельствуют показания Ж., К., Д., С., А., из которых следует, что он нанес около двух ударов в область головы потерпевшего ладонью. Также ссылается на отсутствие прямой причинно-следственной связи между его действиями и смертью потерпевшего. Полагает, что причинная связь между толчком или ударом и смертью потерпевшего была опосредована отсутствием у последнего костной ткани.

Находит противоречивыми показания свидетеля Ж.

Утверждает, что в 19 часов 33 минуты 09.06.2024 не находился в гараже, как на то указано в описательно-мотивировочной части приговора, в указанное время был дома, из гаража ушел в 12 часов, что следует из показаний свидетелей.

Ссылается на нарушение уголовно-процессуального закона, допущенное при назначении судебного заседания, а именно: в постановлении не отражена фабула обвинения.

Не согласен с постановлением о продлении срока содержания под стражей от 19.09.2025.

Обращает внимание, что уголовное дело возбуждено лишь 27.06.2024, и данный факт, по мнению осужденного, свидетельствует об отсутствии доказательств его вины в инкриминируемом преступлении.

Указывает, что самостоятельно обратился с заявлением в правоохранительные органы с сообщением о конфликте, от органа предварительного расследования не скрывался, активно способствовал раскрытию и расследованию преступления и предоставил имеющую значение для дела информацию.

По утверждению осужденного, неверно определена категория преступления, соответственно, неправильно определен вид исправительного учреждения, что повлияло и на зачет времени содержания под стражей в срок наказания.

Считает, что при назначении наказания не учтено наличие у него хронического заболевания (т.1 л.д.26).

В апелляционной жалобе адвокат считает, что выводы суда о виновности ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ, не основаны на исследованных доказательствах и просит приговор отменить, а его подзащитного оправдать.

Указывает, что свидетели Ж., Д., С., А. не подтвердили выводы следствия о наличии умысла ФИО1 на совершение преступления. Дает свою оценку показаниям указанных свидетелей, из которых, по мнению автора жалобы, следует, что ФИО1 нанес около двух ударов потерпевшему в область головы ладонью.

Утверждает, что ФИО1 в момент конфликта опасался потерпевшего, который был агрессивен и порвал ему куртку.

Указывает, что из показаний А1., Г. и Т., следует, что отсутствие кости в черепе может привести к более сильному повреждению головного мозга потерпевшего в сравнении со здоровым человеком, не имеющим повреждения костной ткани.

Полагает, что судебно-медицинской экспертизой подтверждаются показания ФИО1 о том, что повреждение на голове потерпевшего не было видно, и о нем ему не было известно.

Утверждает, что причинная связь между ударом-толчком и смертью потерпевшего была опосредована отсутствием у последнего костной ткани.

Ставит под сомнение показания свидетелей, которые являются заинтересованными лицами - друзьями либо родственниками потерпевшего.

Считает, что подлежало исследованию, каким образом алкогольное опьянение повлияло на последствия ушиба головного мозга.

Заместитель прокурора г. Воркуты Республики Коми Говоров А.С. в своих возражениях на апелляционные жалобы осужденного и адвоката просит оставить их без удовлетворения, а судебное решение - без изменения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, судебная коллегия находит, что выводы суда первой инстанции о виновности ФИО1 в совершении преступления, за которое он осужден, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленным на доказательствах, исследованных в судебном заседании с достаточной полнотой, объективностью, с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, и подробно изложенных в приговоре.

В суде первой инстанции ФИО1 вину в совершении преступления не признал, отрицая, что в результате его действий потерпевшему причинен тяжкий вред здоровью, повлекший в последующем смерть; о дефекте черепа потерпевшего не знал, лишь оттолкнул его ребром ладони в область скулы, когда потерпевший на него замахивался рукой и порвал куртку.

Позиции ФИО1 суд дал надлежащую оценку и обоснованно положил в основу приговора следующие доказательства.

Так, из показаний свидетеля Ж. следует, что в ходе распития спиртных напитков между ФИО1 и М1. возникла словесная перепалка, и в какой-то момент ФИО1 стал вести себя агрессивно. Затем подошел к заснувшему полусидя на диване М1. и нанес ему не менее трех ударов кулаком по голове, вследствие чего у последнего с левой стороны в височной области появилось рассечение и потекла кровь. После чего М1. проснулся и схватил ФИО1 за куртку. В гараже М1. не падал и о какие-либо предметы не ударялся. Он с К. отвели М1. к Д.

Согласно показаниям свидетеля С. повреждение головы у М1. вследствие трепанации черепа было хорошо заметно. 09.06.2024 утром в гараже распивали спиртные напитки, и телесных повреждений у М1. не было. ФИО1, опьянев, вел себя агрессивно и провоцировал конфликт, на что никто не реагировал. После чего, он (С.) ушел, а когда через пару часов вернулся, увидел сидящего на диване М1., с левой стороны в области виска у которого имелось телесное повреждение, и на данном месте была запекшаяся кровь. Со слов Ж. стало известно, что ФИО1 ударил М1. При нем М1. 08.06.2024 и 09.06.2024 не падал и головой не ударялся.

Свидетель К. показал, что 09.06.2024, зайдя в гараж, увидел сидящего на диване М1., голова которого была в крови. С Ж. отвели М1. к Д. По пути ударов М1. никто не наносил, и он не падал.

Из показаний свидетеля Д. следует, что С. и Ж. 09.06.2024 около 15 часов привели к ней М1. и попросили помыть ему голову, пояснив, что М1. в гараже ударил кулаком по голове ФИО1 Запекшуюся кровь и ссадину в области левой части головы М1. она сфотографировала. Вечером того же дня М1. завалился с дивана на пол, при ней он головой не ударялся.

Потерпевшая М. показала, что ее брат М1. имел дефект черепа в виде вмятины на голове с левой стороны. 09.06.2024 от К. ей стало известно, что И. с 35 дома ударил М1. в гараже, также Ж. ей сообщил, что ФИО1 избивал спящего М1., от чего последний проснулся, схватил ФИО1 и порвал ему кофту.

Показания потерпевшей и свидетелей нашли свое подтверждение и в выводах заключения комиссионной медицинской экспертизы <Номер обезличен> от 17.07.2025 о характере, локализации и механизме образования у М1. телесных повреждений.

Согласно выводам данной экспертизы причиной смерти М1. явилась закрытая черепно-мозговая травма (далее - ЗЧМТ) с ушибами головного мозга тяжелой степени и левосторонней субдуральной гематомой, осложнившаяся развитием судорожного статуса от 09.06.2024, отека головного мозга и двусторонней нижнедолевой гипостатической пневмонии с исходом в полиорганную недостаточность; у пострадавшего обнаружена закрытая черепно-мозговая травма, в состав которой вошли: ушибы головного мозга тяжелой степени, левосторонняя субдуральная гематома (кровоизлияние под твердую мозговую оболочку объемом около 5 мл), с наружным (контактным) повреждением в виде ссадины (1) левой лобно-теменной области. Комплекс телесных повреждений в составе ЗЧМТ возник в результате не менее одного ударного воздействия твердого, тупого предмета с ограниченной контактирующей поверхностью (индивидуальные характеристики травмирующего предмета в повреждениях не отобразились), с приложением травмирующей силы в направлении слева направо в левую лобно-теменную область, не исключается причинение ЗЧМТ частью тела постороннего человека (например, кулаком). Комплекс повреждений, вошедших в состав ЗЧМТ, повлекших за собой смерть, квалифицируется в совокупности, по признаку опасности для жизни, как тяжкий вред здоровью. Учитывая наличие признаков импрессионного характера ЗЧМТ (наличие внутричерепных повреждений головного мозга на стороне контактного телесного повреждения на голове пострадавшего) и отсутствие характерных признаков инерционной травмы (отсутствие внутричерепных повреждений головного мозга на стороне, противоположной контактным телесным повреждениям (по типу "противоудара"), образование обнаруженной ЗЧМТ в результате падения (в том числе с высоты собственного роста) и соударения о твердую поверхность (пол, выступающие части твердых предметов) - исключается. При обстоятельствах, указанных ФИО1 (а именно: в результате ударов ребром ладони в скуловую область слева, образование телесных повреждений в составе ЗЧМТ у пострадавшего экспертной комиссией исключается, поскольку область нанесения ударов не соответствует расположению наружного (контактного) телесного повреждения в виде ссадины в левой лобно-теменной области. При обстоятельствах, указанных свидетелем Ж. (а именно: в результате ударов в левую часть волосистой части головы), образование телесных повреждений в составе ЗЧМТ у пострадавшего экспертной комиссией не исключается, что подтверждается импрессионным характером ЗЧМТ и локализацией наружного (контактного) телесного повреждения в виде ссадины в левой лобно-теменной области, совпадающей с местом нанесения ударов, указанного свидетелем. Согласно представленной медицинской документации в апреле 2022 года у М1. была выявлена ЗЧМТ, в состав которой вошли: ушиб головного мозга тяжелой степени, субдуральная гематома левой гемисферы с дислокацией и сдавлением срединных структур головного мозга (в связи с чем, 02.04.2022 была проведена резекционная декомпрессионная трепанация черепа), ушибленная рана левой височной области. Вышеуказанные телесные повреждения в составе ЗЧМТ, полученной в 2022 году, квалифицируются в совокупности по признаку опасности для жизни, как тяжкий вред здоровью. Телесные повреждения в составе ЗЧМТ от 2022 года не оказали какого-либо влияния на наступление смерти М1. Имевшийся у М1. посттрепанационный дефект костей свода черепа слева (как последствие оперативного вмешательства по поводу тяжелой черепно-мозговой травмы от 2022 года) в значительной мере способствовал формированию более тяжелых внутричерепных повреждений в результате травмы. Учитывая, что в левой теменной области соответственно дефекту отсутствовали кости свода черепа, для причинения вышеуказанной черепно-мозговой травмы от 2024 года требовалось значительно меньшее усилие (ударное воздействие меньшей силы), чем в обычных условиях, когда головной мозг полностью закрыт костями свода черепа. Тем не менее, эти повреждения не могли возникнуть у потерпевшего самостоятельно, при естественном течении имеющегося состояния, без внешнего травмирующего воздействия, поэтому они подлежат квалификации по степени тяжести вреда здоровью и, следовательно, по признаку опасности для жизни квалифицируются, как тяжкий вред здоровью.

Эксперты А1., Т., Г. в судебном заседании подтвердили наличие причинно-следственной связи между нанесенными потерпевшему телесными повреждениями и его смертью. Эксперты Т. и Г. также показали, что состояние алкогольного опьянения не могло повлиять на обнаруженные у потерпевшего телесные повреждения, а отсутствие у потерпевшего костей черепа могло повлечь более сильное повреждение головного мозга.

Также вина осужденного подтверждается иными исследованными и приведенными в приговоре доказательствами, в том числе протоколом выемки от 28.06.2024 у ФИО1 куртки, в которой он находился в момент совершения преступления; протоколом осмотра предметов от 16.10.2024, согласно которому при осмотре куртки следов деформаций в виде отрыва частей, заплаток, явно отличающейся строчки пошива не обнаружено; заключением эксперта <Номер обезличен> от 28.06.2024, согласно выводам которого, у ФИО1 объективных признаков телесных повреждений и следов после них не обнаружено.

Субъективная оценка и анализ части доказательств в жалобах не могут быть признаны состоятельными, поскольку каждое доказательство, в том числе показания осужденного, потерпевшей М., свидетелей Ж., Д., С., К., А., экспертов А1., Т., Г., заключения экспертиз, протоколы осмотра, иные исследованные в судебном заседании доказательства, суд оценил, не придавая ни одному из них заранее установленной силы, с точки зрения относимости, допустимости, достоверности.

Заключения приведенных в приговоре экспертиз по делу отвечают предъявляемым к ним требованиям, они достаточно ясны и полны, противоречия в выводах экспертов отсутствуют, сомнений в обоснованности заключений экспертиз не имеется. Выводы экспертов, компетентность которых сомнений не вызывает, являются научно обоснованными, надлежащим образом аргументированы, внутренних противоречий не содержат, даны с учетом поставленных перед ними вопросов.

В судебном решении приведены убедительные мотивы, по которым одни доказательства признаны достоверными, а другие отвергнуты, в том числе отвергнуты заключения судебно-медицинских экспертиз <Номер обезличен> от 02.08.2024, <Номер обезличен>-Д от 14.10.2024.

Правильность данной судом оценки всем исследованным в судебном заседании и приведенным в приговоре доказательствам, в том числе доказательствам, на которые ссылаются в жалобах осужденный и защитник, сомнений не вызывает. Каких-либо существенных противоречий в доказательствах, положенных в основу обвинительного приговора и опровергающих выводы суда о доказанности вины ФИО1 в совершенном преступлении, в том числе в показаниях свидетелей, в той части, в которой они положены в основу приговора, не имеется. Все имеющиеся противоречия устранены.

При этом суд учел все обстоятельства, которые могли существенно повлиять на его выводы, правомерно признав доказательства допустимыми и в совокупности достаточными для постановления обвинительного приговора в отношении ФИО1

Сведений, позволяющих прийти к выводу о заинтересованности потерпевшей и свидетелей при даче показаний, о наличии оснований для оговора, которые повлияли или могли повлиять на выводы и решение суда о виновности ФИО1 в совершенном преступлении, а равно данных, свидетельствующих об искусственном создании доказательств обвинения, не имеется.

Предварительное и судебное следствие проведены с достаточной полнотой и всесторонностью, в соответствии с требованиями, установленными главами 21-39 УПК РФ. В ходе предварительного расследования собрана достаточная совокупность доказательств и необходимости ее дальнейшего расширения, вопреки доводам стороны защиты, не имелось.

Нарушений при сборе доказательств, которые могли бы стать основанием для признания их недопустимыми в соответствии со ст. 75 УПК РФ, допущено не было.

Нарушений органом предварительного расследования и судом норм уголовно-процессуального закона, которые путем лишения и ограничения прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на постановление законного и обоснованного судебного решения, судебной коллегией не установлено.

Все заявленные сторонами ходатайства разрешены в соответствии с требованиями ст. 122, 271 УПК РФ, с приведением мотивов принятых по ним решений. Отклонение ходатайств не свидетельствует о предвзятости органа предварительного расследования и суда.

Всем доказательствам, как стороны защиты, так и стороны обвинения, добытым в ходе предварительного и судебного следствия, дана надлежащая оценка, как и предусмотрено законом после исследования их в судебном заседании, что свидетельствует об объективности суда, отсутствии односторонности и об отсутствии нарушений требований ст. 14, 15 УПК РФ.

Обстоятельства содеянного осужденным, включая время, место, способ и другие подлежащие установлению обстоятельства, предусмотренные ст. 73 УПК РФ, в приговоре надлежащим образом обоснованы исследованными в суде доказательствами и мотивированы. Суд в соответствии со ст. 87, 88, 307 УПК РФ указал мотивы, по которым в основу его выводов положены доказательства.

Обвинительный приговор соответствует требованиям ст. 303, 304, 307-309 УПК РФ.

Суд первой инстанции пришел к правильному выводу о квалификации содеянного ФИО1 по ч. 4 ст. 111 УК РФ, как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего.

Факт несовпадения оценки доказательств в приговоре с позицией осужденного не свидетельствует о нарушении судом требований уголовного и уголовно-процессуального законов и не является основанием к его отмене или изменению.

Оснований для оправдания ФИО1 либо для иной квалификации его действий не имеется.

Суд первой инстанции обоснованно не усмотрел в действиях ФИО1 необходимой обороны либо превышения ее пределов. Сведений, подтверждающих, что поведение М1. создавало угрозу для жизни и здоровья ФИО1 и требовало от последнего принятия каких-либо мер для пресечения действий потерпевшего, не имеется. Как следует из приведенных в приговоре доказательств, именно ФИО1, находясь в состоянии алкогольного опьянения, вел себя агрессивно, и нанес удары по голове спящему сидя на диване потерпевшему, который каких-либо ударов не наносил, при этом в ответ на действия ФИО1 проснулся и лишь схватил его за куртку. Доводы стороны защиты в данной части, как и доводы о том, что удары потерпевшему нанесены несильно в область скулы, а также о том, что телесные повреждения М1. получены при иных обстоятельствах, в результате падения, опровергаются заключением эксперта <Номер обезличен> от 28.06.2024, показаниями свидетелей, экспертов, а также протоколом осмотра куртки ФИО1

Обстоятельства, на которые ссылаются в жалобах осужденный и адвокат, проверены в судебном заседании в полном объеме и получили свою оценку в приговоре, оснований не согласиться с данными выводами у судебной коллегии не имеется. Судом дана надлежащая оценка характеру действий осужденного и направленности его умысла.

О наличии у ФИО1 умысла на причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего свидетельствуют фактические обстоятельства дела и характер действий осужденного, который нанес не менее трех ударов руками в жизненно-важный орган - голову М1., при этом осужденный осознавал умышленный характер своих действий, предвидел возможность причинения тяжкого вреда здоровью потерпевшего и желал наступление такого вреда. При этом наличие у М1. дефекта костей свода черепа не ставит под сомнение доказанность вины ФИО1 в совершенном преступлении.

Суд первой инстанции, оценив поведение ФИО1 в ходе предварительного расследования и в судебном заседании, а также заключение судебно-психиатрической экспертизы, пришел к правильному выводу о признании осужденного вменяемым.

Постановление о назначении судебного заседания от 21.08.2025 отвечает требованиям, предъявляемым к нему положениями ст. 231 УПК РФ.

Отсутствие в томе 6 уголовного дела листа 42 протокола судебного заседания от 27.11.2025, в котором изложена часть речи адвоката в судебных прениях, не является существенным нарушением уголовно-процессуального закона, поскольку протокол судебного заседания в основе своей находится в материалах уголовного дела, а содержание речи защитника в судебных прениях зафиксировано на аудиозаписи судебного заседания. Как следует из объяснения секретаря судебного заседания, указанный лист протокола судебного заседания отсутствует в деле по техническим причинам. Кроме этого, как установлено в заседании суда второй инстанции, копия протокола судебного заседания вручена ФИО1 в полном объеме, в том числе его часть от 27.11.2025, в связи с чем, права осужденного на ознакомление с протоколом судебного заседания в полном объеме и подачу на него замечаний нарушены не были.

При решении вопроса о виде и размере наказания судом учтены характер и степень общественной опасности совершенного ФИО1 преступления, относящегося к категории особо тяжких, все имеющиеся данные о личности виновного, его состояние здоровья, влияние наказания на исправление и условия жизни семьи, смягчающие обстоятельства, в качестве которых признаны наличие малолетних детей у виновного и наличие хронического заболевания, а также отягчающее обстоятельство - совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, и решение суда в данной части должным образом мотивировано.

Оснований для признания смягчающими обстоятельствами явки с повинной и активного способствования расследованию преступления не имеется, преступление ФИО1 совершено при очевидных обстоятельствах, при этом в объяснениях он отрицал нанесение ударов потерпевшему, кроме того, каких-либо новых, значимых сведений об обстоятельствах преступления осужденный не сообщил.

Наказание ФИО1 назначено в соответствии с положениями ст. 6, 43, 60 УК РФ.

С учетом конкретных обстоятельств настоящего уголовного дела, данных о личности виновного и требований закона, суд обоснованно пришел к выводу о необходимости назначения ФИО1 наказания в виде реального лишения свободы.

Выводы суда о необходимости назначения осужденному наказания, а также об отсутствии оснований для применения положений ст. 15 ч. 6, ст. 64, 73 УК РФ в приговоре надлежащим образом мотивированы, являются правильными, с этими выводами соглашается судебная коллегия.

По своему виду и размеру назначенное ФИО1 наказание несправедливым вследствие чрезмерной суровости не является, в связи с чем, оснований для его смягчения не имеется.

Каких-либо новых, неучтенных судом обстоятельств, которые могли бы повлиять на вид и размер наказания, назначенного осужденному, в жалобах не приведено, не усматриваются таковые и из материалов дела.

Вопреки доводам ФИО1 совершенное им преступление в соответствии с требованиями ч. 5 ст. 15 УК РФ относится к категории особо тяжких, поскольку санкцией ч. 4 ст. 111 УК РФ предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок до пятнадцати лет.

Вид исправительного учреждения, в котором надлежит отбывать наказание осужденному, определен правильно, в соответствии с требованиями п. "г" ч. 1 ст. 58 УК РФ.

Доводы осужденного о несогласии с постановлением о продлении срока содержания под стражей от 19.09.2025 не являются предметом рассмотрения настоящей жалобы, подлежат проверке в ином порядке.

Таким образом, нарушений уголовного и уголовно-процессуального законов, влекущих отмену либо изменение приговора, не допущено.

Руководствуясь ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

приговор Воркутинского городского суда Республики Коми от 27 ноября 2025 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, а апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, в Третий кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу приговора, а для осужденного, содержащегося под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии такого решения, вступившего в законную силу.

Лица, указанные в ч. 1 ст. 401.2 УПК РФ, вправе ходатайствовать об участии в заседании суда кассационной инстанции.

Председательствующий

Судьи