Решение № 2-784/2018 2-784/2018 ~ М-604/2018 М-604/2018 от 7 мая 2018 г. по делу № 2-784/2018

Дело № 2-784/2018


РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

г. Ленинск-Кузнецкий «08» мая 2018 года

Ленинск-Кузнецкий городской суд Кемеровской области

в составе председательствующего судьи Бондарь Е.М.,

с участием помощника прокурора Креймер Л.Н.,

при секретаре Смердиной Д.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к акционерному обществу «СУЭК-Кузбасс» о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к акционерному обществу «СУЭК-Кузбасс» о взыскании компенсации морального вреда, материального ущерба.

Требования мотивированы тем, что истец с 15.12.2014 года по 17.05.2017 года работал ГРОЗ подземным 4 разряда в АО «СУЭК-Кузбасс» Шахта имени С.М. Кирова. 17.08.2016 года в 03-20 часов при исполнении трудовых обязанностей горнорабочего очистного забоя участка № 2 в лаве 24-58 с истцом произошел несчастный случай на производстве. Находясь в секции крепи № 4 механизированного комплекса JOY RS 2400, с пульта управления истец начал задвигать секцию крепи № 3, с домкрата передвижки секции крепи № 3 сорвало гидравлический рукав высокого давления и рукавом высокого давления ударило истца по <данные изъяты>. После удара он упал на колени, подал индивидуальным головным светильником световой сигнал «Стоп» находящимся в секции крепи № 30 горному мастеру С.Т.О. и звеньевому ГРОЗ З.Ж.Э. Горный мастер С.Т.О. сопроводил ФИО1 на поверхность, проводил в здравпункт, где истцу была оказана медицинская помощь. Заместитель начальника участка № 2 К.Р.Ф. на личном транспорте доставил его в <данные изъяты> МБУЗ «ЦГБ» г. Полысаево. В результате несчастного случая на производстве истцу причинена <данные изъяты> Произошедший с истцом несчастный случай на производстве относится к категории тяжелых.

Комиссия по расследованию несчастного случая на производстве установила 100% вины работодателя в несчастном случае на производстве. Причинами несчастного случая явились: неудовлетворительная организация производства работ, устное изменение ранее выданного наряда, нарушен п. 6 ФНиП «Правила безопасности в угольных шахтах», п. 1.3 «Положение о нарядной системе»; неудовлетворительный контроль за техническим состоянием эксплуатируемого оборудования, нарушен п 1.1 раздела 1 «Должностной инструкции горного мастера участка по добычи угля», п. 1.13 раздела 1 «Должностной инструкции начальника участка по добыче угля».

С 17.08.2016 года по 30.08.2016 истец находился на стационарном лечении в <данные изъяты> МБУЗ «ЦГБ» г.Полысаево с диагнозом: <данные изъяты>

За вышеуказанный период проведено несколько болезненных операций <данные изъяты> 17.08.2016 года <данные изъяты>; 18.08.2016 года <данные изъяты>; 22.08.2016 года <данные изъяты>. После выписки из больницы было рекомендовано интенсивное лечение с помощью лекарственных средств и <данные изъяты>.

С 13.09.2016 года по 20.09.2016 года истец находился на стационарном лечении в <данные изъяты> с диагнозом: <данные изъяты>

14.09.2016 года истцу была проведена операция: <данные изъяты> После выписки было рекомендовано медикаментозное лечение с наблюдением <данные изъяты> по месту жительства.

С 07.11.2016 года по 15.11.2016 года истец находился на стационарном лечении в <данные изъяты> с диагнозом: <данные изъяты>

08.11.2016 года истцу была проведена операция: <данные изъяты> После выписки было рекомендовано наблюдение <данные изъяты> по месту жительства и медикаментозное лечение.

В связи с произошедшим с несчастным случаем на производстве истец с 18.08.2016 года по 19.12.2016 находился на «больничном». По заключению учреждения МСЭ от 19.12.2016 года истцу впервые установлено 30% утраты профессиональной трудоспособности на срок с 19.12.2016 года до 01.01.2018 года, 19.12.2017 повторно установлена утрата профессиональной трудоспособности в размере 30% на период с 19.12.2017 до 01.01.2019 года.

Программой реабилитации от 19.12.2017 года установлен диагноз: <данные изъяты>

Последствия производственной травмы привели к необходимости в разработке мероприятий индивидуальной и профессиональной реабилитации. Рекомендовано интенсивное принятие комплекса лекарственных средств. По последствиям производственной травмы истцу рекомендован труд по профессии, предшествующий несчастному случаю на производстве при изменении условий труда, влекущей снижение заработка пострадавшего. Однако по состоянию здоровья ФИО1 так и не смог приступить к работе, и был вынужден уволиться.

Истцом полностью выполняются предписания врачей, однако за счет лечения достигается только временное улучшение состояния здоровья. Полная реабилитация наступивших последствий от производственной травмы невозможна. В результате несчастного случая на производстве истец испытал и продолжает испытывать огромные физические и глубокие нравственные страдания. Физические и нравственные страдания выражаются в ограничении активного образа жизни в семье, быту и обществе. В настоящее время истец периодически испытывает физические страдания, вызванные частыми головными болями, данные боли носят продолжительный ноющий характер, при физических нагрузках боли усиливаются.

17.05.2017 года истец обратился к ответчику с заявлением о выплате 800 000 рублей в счет компенсации морального вреда. Приказом от 30.07.2017 года <номер> по АО «СУЭК-Кузбасс» истцу была выплачена компенсация морального вреда в сумме 243 416,46 рублей, с размером которой он не согласен. Считает, что указанная сумма не соответствует требованиям разумности и справедливости, характеру причиненных истцу физических и нравственных страданий. В результате полученной травмы он утратил профессиональную трудоспособность в размере 30%. Истец из здорового, ведущего активный образ жизни человека превратился фактически в инвалида. В течение всего времени с момента несчастного случая и до сих пор он испытывает физические и нравственные страдания, связанные с последствиями несчастного случая на производстве, его сильно мучают головные боли, в связи с чем бывает подавленное настроение, появляется раздражительность, беспокойство, нарушение сна, <данные изъяты>. При определении размера компенсации морального вреда ответчик не учел обстоятельства несчастного случая на производстве, длительность и интенсивность физических страданий истца, связанных с лечением, его нравственные страдания, связанные с молодым возрастом и нахождением на иждивении малолетнего ребенка.

Исходя из характера причиненных истцу физических и нравственных страданий, с учетом длительности и интенсивности перенесенных истцом физических страданий, глубины нравственных переживаний, а также степени вины ответчика размер компенсации морального вреда в связи с несчастных случаев на производстве от 17.08.2016 года истец оценивает в 800 000 рублей. С учетом полученных истцом от ответчика 243 416,46 рублей, доплате подлежит 556 583,54 рубля.

Согласно рекомендациям специалистов <данные изъяты> истцу на платной основе в связи с последствиями несчастного случая на производстве от 17.08.2016 года проведена <данные изъяты> 21.12.2017 года и 12.02.2018 года. За оказанные <данные изъяты> медицинские услуги истцом потрачены собственные денежные средства в размере 20 000 рублей. Истец считает, что понесенные им затраты на оплату <данные изъяты> в размере 20 000 рублей подлежат взысканию с ответчика.

Истец просит суд взыскать с АО «СУЭК-Кузбасс» в свою пользу компенсацию морального вреда в связи с несчастным случае на производстве в размере 556 583,54 рубля, затраты на платные медицинские услуги в размере 20 000 рублей.

Определением суда от 07.05.2018г. производство по делу по иску ФИО1 к АО «СУЭК-Кузбасс» о взыскании расходов на платные медицинские услуги в размере 20 000 рублей прекращено в связи с отказом истца от иска в данной части.

В судебном заседании истец ФИО1 и его представитель адвокат Новоселов Н.В., действующий на основании ордера, исковые требования о взыскании компенсации морального поддержали в полном объеме, пояснили, что истец считает сумму компенсации морального вреда, выплаченную ответчиком на основании приказа в размере 243 416,46 рублей, недостаточной, считают, что данная сумма выплачена без учета характера всех понесенных истцом физических и нравственных страданий. Соглашение с ответчиком о сумме компенсации морального вреда истец не заключал. Истец оценивает свои физические и нравственные страдания в 800 000 рублей.

Истец дополнительно пояснил, что в момент получения травмы он испытал сильную нестерпимую боль, <данные изъяты>. Его доставили в больницу в г.Полысаево, где ему <данные изъяты>. Ему провели три операции в больнице в г.Полысаево и две операции в Областной больнице. Затем за собственные средства он лечился в клинике «<данные изъяты>, его мучают боли, нарушение сна, принимает обезболивающие. В настоящее время не может трудоустроиться, помогать супруге, испытывает дискомфорт, стресс, угнетение, так как раньше он содержал семью, денежных средств, получаемых в ГУ КРОФСС в связи с утратой трудоспособности в размере 30%, ему не хватает. Оценивает свои физические и нравственные страдания в 800 000 рублей, с суммой, выплаченной ответчиком, не согласен. Юристы АО «СУЭК-Кузбасс» ему предлагали подписать соглашение, но он отказался.

Представитель ответчика АО «СУЭК-Кузбасс» ФИО2, действующий на основании доверенности № СУЭК-КУЗ-17/880 от 05.12.2017г., в судебном заседании исковые требования не признал в полном объеме по доводам, изложенным в письменных возражениях на иск. Дополнительно пояснил, что 02.06.2017г. истец обратился в АО «СУЭК-Кузбасс» с заявлением о выплате компенсации морального вреда в размере 243 416,46 рублей. Приказом <номер> от 30.06.2017 года истцу выплачена данная сумма, таким образом между сторонами было достигнуто соглашение, которое исполнено, спора нет. Заявление о выплате компенсации морального вреда в размере 243 416,46 рублей было написано истцом добровольно. Истец был уволен из АО «СУЭК-Кузбасс» по собственному желанию, а не по состоянию здоровья. Доказательств, подтверждающих, что из-за травмы истец не может трудоустроиться, истцом не представлено. Инвалидность истцу не установлена, трудоспособность утрачена на 30%. Просит истцу в иске отказать.

Суд, выслушав стороны, свидетелей, изучив материалы дела, учитывая заключение прокурора, полагавшего исковые требования не подлежащими удовлетворению, приходит к следующему.

В соответствии со ст. 22 ТК РФ работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Согласно ч. 1 ст. 21 Федерального закона от 20.06.1996 г. N 81-ФЗ "О государственном регулировании в области добычи и использования угля, об особенностях социальной защиты работников организаций угольной промышленности" социальная поддержка для работников и пенсионеров организаций по добыче (переработке) угля (горючих сланцев) устанавливается в соответствии с законодательством Российской Федерации, соглашениями, коллективными договорами за счет средств этих организаций.

В соответствии с ч. 1 ст. 45 Трудового кодекса Российской Федерации соглашение - правовой акт, регулирующий социально-трудовые отношения и устанавливающий общие принципы регулирования связанных с ними экономических отношений, заключаемый между полномочными представителями работников и работодателей на федеральном, межрегиональном, региональном, отраслевом (межотраслевом) и территориальном уровнях социального партнерства в пределах их компетенции.

В соответствии с ч. 8 ст. 45 Трудового кодекса Российской Федерации отраслевое (межотраслевое) соглашение устанавливает общие условия оплаты труда, гарантии, компенсации и льготы работникам отрасли (отраслей). Отраслевое (межотраслевое) соглашение может заключаться на федеральном, межрегиональном, региональном, территориальном уровнях социального партнерства.

Согласно ст. 46 Трудового кодекса Российской Федерации в соглашение могут включаться взаимные обязательства сторон, в том числе по вопросам гарантий, компенсаций и льгот работникам.

В силу части 1 статьи 212 ТК РФ обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Согласно части 1 статьи 219 ТК РФ каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с данным кодексом, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда.

Возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору, регулируется Федеральным законом от 24.07.1998 года № 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" (далее - Федеральный закон от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ), абзац второй пункта 3 статьи 8 которого предусматривает, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Порядок и условия возмещения морального вреда работнику определены статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Соответственно, работник может обратиться с требованием о компенсации морального вреда, причиненного вследствие утраты им профессиональной трудоспособности в связи с несчастным случаем на производстве, непосредственно к работодателю, который обязан возместить вред работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

Если соглашение сторон трудового договора о компенсации морального вреда, причиненного работнику утратой профессиональной трудоспособности в связи с несчастным случаем на производстве, отсутствует или стороны не достигли соглашения по размеру компенсации морального вреда, то работник имеет право обратиться в суд для разрешения такого спора.

Согласно разъяснению, содержащемуся в пункте 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", в соответствии со статьей 237 ТК РФ компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Аналогичные критерии определения размера компенсации морального вреда содержатся и в пункте 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994г. № 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда".

В соответствии с п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 № 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" суду необходимо выяснить, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора.

Судом установлено, что 17.08.2016 года в 03-20 часов в период исполнения трудовых обязанностей в АО «СУЭК-Кузбасс» Шахта имени С.М. Кирова по профессии горнорабочий очистного забоя участка № 2 с истцом произошел несчастный случай на производстве, что подтверждается актом о несчастном случае на производстве № 1 от 20.08.2016г., вины в действиях истца не установлено (л.д. 13-16).

В результате несчастного случая на производстве истец получил следующие телесные повреждения: <данные изъяты> (л.д. 15).

Согласно медицинскому заключению <данные изъяты> данное повреждение <данные изъяты> относится к категории тяжких (л.д. 17, 18).

Заключением МСЭ <номер> от 19.12.2017 года истцу установлено 30% утраты профессиональной трудоспособности в связи с производственной травмой от 17.08.2016г. на срок до 01.01.2019г. (л.д. 24).

Данные фактические обстоятельства сторонами не оспариваются.

Таким образом, установлено и не взывает сомнений факт причинения вреда здоровью истца ФИО1 по вине АО «СУЭК-Кузбасс».

Также не вызывает сомнений факт причинения истцу нравственных и физических страданий, связанных с причинением вреда здоровью по вине ответчика АО «СУЭК-Кузбасс».

Пунктом 5.4 Отраслевого соглашения по угольной промышленности Российской Федерации на период с 1 апреля 2013г. по 31 марта 2016г. (продленного дополнительным соглашением на период с 01.04.2016г. по 31.12.2018г.) определено, что в случае установления впервые работнику, занятому в организациях, осуществляющих добычу (переработку) угля (сланца), утраты профессиональной трудоспособности вследствие производственной травмы или профессионального заболевания в счет возмещения морального вреда работодатель обеспечивает выплату единовременной компенсации из расчета не менее 20% среднемесячного заработка за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности (с учетом суммы единовременного пособия, выплачиваемого из Фонда социального страхования Российской Федерации) в порядке, оговоренном в коллективном договоре, соглашении или локальном нормативном акте, принятом по согласованию с соответствующим органом профсоюза.

17.05.2017г. истец обратился к работодателю с заявлением о выплате материальной компенсации за потерянное здоровье, <данные изъяты> в размере 800 000 рублей (л.д. 31).

Письмом № 424 от 02.06.2017г. для производства выплаты истцу было предложено предоставить пакет документов (л.д. 52).

02.06.2017г. истец обратился к ответчику с заявлением о выплате компенсации морального вреда, предусмотренной п. 5.4 Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности, п. 5.3.2 Коллективного договора АО «СУЭК-Кузбасс» ПЕ шахта имени Кирова.

Приказом АО «СУЭК-Кузбасс» от 30.06.2017 года <номер> истцу по его заявлению от 02.06.2017г. и в соответствии с п. 5.4 Отраслевого соглашения по угольной промышленности РФ на 2013-2016 годы, условий коллективного договора выплачена компенсация морального вреда в размере 243 416,46 рублей (л.д. 32).

Не согласившись с размером выплаты компенсации морального вреда, ФИО1 обратился в суд.

В соответствии со ст.ст. 151, 1101 ГК РФ суд обязан при определении размера компенсации морального вреда учесть характер причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Суд, определяя степень и характер физических страданий истца ФИО1, принимает во внимание непосредственно обстоятельства получения травмы: 17.08.2016г. в четвертую смену в 3 часа 20 минут истец, находясь в секции крепи № 4 механизированного комплекса JOY RS 2400, с пульта управления начал задвигать секцию крепи № 3, с домкрата передвижки секции крепи № 3 сорвало гидравлический рукав высокого давления и рукавом высокого давления ударило истца <данные изъяты>, в результате чего истец получил следующие телесные повреждения: <данные изъяты> (л.д. 15).

Согласно медицинскому заключению <данные изъяты> данное повреждение <данные изъяты> относится к категории тяжких (л.д. 17, 18)

Суд обращает внимание, что степень вины причинителя вреда установлена в размере 100% и представителем ответчика не оспаривается.

С 17.08.2016г. по 30.08.2016г. истец находился на стационарном лечении в <данные изъяты> МБУЗ «ЦГБ» г.Полысаево с диагнозом: <данные изъяты> Истцу проведено несколько операций <данные изъяты>: 17.08.2016 года - <данные изъяты>; 18.08.2016 года - <данные изъяты>; 22.08.2016 года - <данные изъяты>. После выписки рекомендовано интенсивное лечение с помощью лекарственных средств и <данные изъяты> (л.д. 19).

С 13.09.2016 года по 20.09.2016 года истец находился на стационарном лечении в <данные изъяты> с диагнозом: <данные изъяты> 14.09.2016 года истцу проведена операция: <данные изъяты>. После выписки рекомендовано медикаментозное лечение с наблюдением <данные изъяты> по месту жительства (л.д. 20).

С 07.11.2016 года по 15.11.2016 года истец находился на стационарном лечении в <данные изъяты> с диагнозом: <данные изъяты> 08.11.2016 года истцу проведена операция: <данные изъяты> После выписки рекомендовано наблюдение <данные изъяты> по месту жительства и медикаментозное лечение (л.д. 22).

11.01.2017г., 24.01.2017г., 31.01.2017г. 07.11.2017г., 21.12.2017г., истец проходил лечение <данные изъяты> (л.д. 26-30).

Заключением МСЭ <номер> от 19.12.2017 года истцу установлено 30% утраты профессиональной трудоспособности в связи с производственной травмой от 17.08.2016г. на срок до 01.01.2019г. Инвалидность не установлена (л.д. 24).

Согласно программе реабилитации от 19.12.2017г. года ФИО1 установлен диагноз: <данные изъяты> Кроме того указано, что истец может выполнять труд по профессии, предшествующей несчастному случаю на производстве при изменении условий труда, влекущей снижение заработка пострадавшего (л.д. 25).

Из копии медицинской карты <номер> следует, что в период с сентября 2016г. по 19.12.2016г. в связи с травмой истец находился на больничном, наблюдался у врача <данные изъяты>, трудовой прогноз – благоприятный.

24.04.2018г. (в период рассмотрения данного гражданского дела) имеется запись об обращении истца к врачу с головной болью (в правой половине головы).

Согласно копии трудовой книжки 17.05.2017г. истец был уволен из АО «СУЭК-Кузбасс» по собственной инициативе (л.д. 12).

Об иных физических страданиях истцом не заявлено. Доказательств наличия дополнительных физических страданий не представлено.

Оценивая степень и характер нравственных страданий истца, суд учитывает боль, испытываемую истцом, как в момент получения повреждений <данные изъяты>, так и в период последующего лечения. Психологический дискомфорт, связанный с необходимость постоянно принимать лекарства, проходить лечение, ограничения в трудовой и бытовой деятельности.

Данные обстоятельства подтверждены пояснениями истца, которые в силу ст.68 ГПК РФ также являются доказательствами, и представителем ответчика не оспариваются, а также пояснениями свидетелей.

Так, свидетель М.Ы.Н. (отец истца) в суде показал, что до травмы истец был веселый, жизнерадостный, а теперь подавленный, не работает, и не стремится дальше работать, потерял интерес к жизни. Сын страдает головными болями, принимает обезболивающие лекарства, <данные изъяты>. Во время лечения сыну ставили очень болезненные уколы <данные изъяты>

Свидетель М.Х.Щ. (супруга истца) в суде показала, что после полученной травмы истец находился на стационарном лечении в Полысаевской больнице, где ему ставили болезненные уколы <данные изъяты>. Затем он лечился в областной больнице. Супруг постоянно жалуется на головные боли, принимает обезболивающие таблетки, <данные изъяты>. Физические нагрузи супругу противопоказаны, поэтому он не может ей помогать. Раньше супруг был жизнерадостным человеком, а теперь никуда не ходит, ничего не хочет, не работает.

Кроме того, суд учитывает степень вины причинителя вреда, которая установлена в размере 100%, что представителем ответчика не оспаривается.

Иных доказательств степени нравственных страданий истцом не представлено.

Суд, анализируя имеющиеся в деле доказательства, принимая во внимание фактические обстоятельства произошедшего, характер и объем причиненных истцу физических и нравственных страданий, руководствуясь принципами разумности, справедливости и соразмерности, приходит к выводу, что выплаченная ответчиком на основании приказа <номер> от 30.06.2017 года сумма компенсации в счет возмещения морального вреда в размере 243 416,46 рублей соразмерна причиненным физическим и нравственным страданиям ФИО1, в связи с чем требования истца о взыскании компенсации морального вреда в его пользу в размере 556 583,54 рублей удовлетворению не подлежат.

Руководствуясь ст.ст. 194-198, 199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к акционерному обществу «СУЭК-Кузбасс» о взыскании компенсации морального вреда отказать в полном объеме.

Решение может быть обжаловано в Кемеровский областной суд в течение одного месяца со дня составления в окончательной форме.

Решение в окончательной форме изготовлено «13» мая 2018 года.

Председательствующий: подпись Е.М. Бондарь

Подлинник документа находится в материалах гражданского дела № 2-784/2018 Ленинск-Кузнецкого городского суда города Ленинска-Кузнецкого Кемеровской области