Приговор № 22-418/2026 от 11 февраля 2026 г.

Судья Мейлер Т.А. Дело № 22-418/2026

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ
ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

город Пермь 12 февраля 2026 года

Судебная коллегия по уголовным делам Пермского краевого суда в составе председательствующего Быстровой Е.Л.,

судей Евстюниной Н.В., Шляпникова Н.В.,

при помощнике судьи Мелконян Л.С.,

с участием прокурора Куницыной К.А.,

представителя потерпевшей С1.- адвоката Моряковой О.С.,

осужденного ФИО1,

защитника - адвоката Семериковой И.С.,

рассмотрела в открытом судебном заседании с использованием систем видеоконференц-связи уголовное дело по апелляционной жалобе потерпевшей С1. на приговор Свердловского районного суда г. Перми от 10 декабря 2025 года, которым

ФИО1, дата рождения, уроженец ****, не судимый

осужден по ч. 5 ст. 33, ч. 2 ст. 159 УК РФ к штрафу в размере 150000 рублей, ч. 5 ст. 33, ч. 4 ст. 159 УК РФ с применением ст. 64 УК РФ к штрафу в размере 400000 рублей, на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения назначенных наказаний к штрафу в размере 450 000 рублей, который с учетом положений ч. 5 ст. 72 УК РФ смягчен до 300 000 рублей.

Судом решены вопросы о мере пресечения, гражданскому иску, судьбе вещественных доказательств и конфискации имущества.

Заслушав доклад судьи Шляпникова Н.В., изложившего содержание обжалуемого приговора, существо апелляционной жалобы, поступивших возражений, выступления представителя потерпевшей С1.- адвоката Моряковой О.С., осужденного ФИО1, его адвоката Семериковой И.С., прокурора Куницыной К.А. по доводам жалобы, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 признан виновным в пособничестве иным лицам, уголовное дело в отношении которых выделено в отдельное производство, в двух хищениях путем обмана денежных средств группой лиц по предварительному сговору с причинением значительного ущерба потерпевшей и в особо крупном размере.

Согласно приговору преступления совершены при следующих обстоятельствах:

в период до 12 июня 2025 года неустановленные лица, дело в отношении которых выделено в отдельное производство (далее – иные соучастники преступной группы), зарегистрированные в мессенджере «Telegram», в том числе, под никами «Mark» (далее - Лицо 1), «смайлики: удар, черная звезда» (далее - Лицо 2), Лицо 3, дело в отношении которого выделено в отдельное производство, и ФИО1, используя возможности телефонной связи, вступили в преступный сговор с целью с хищения путем обмана денежных средств у лиц, проживающих на территории г. Перми, для чего создали чат и распределили между собой преступные роли, согласно которым:

иные соучастники преступной группы должны были: подыскать потерпевших; после чего, вводя их в заблуждение в ходе телефонных переговоров сообщить им заведомо ложную информацию о якобы распространении личных данных, в связи с чем их денежные средства были направлены в пользу враждующего государства и для решения проблемы все имеющиеся накопления необходимо задекларировать, для чего склонить данных лиц к передаче денежных средств; организовать инструктаж «курьеров» и «сопроводителей курьера», относительно их действий; после получения денежных средств распределять полученную прибыль среди соучастников преступления;

Лицо 3, выступающее в качестве курьера, должно было, находясь на территории г. Перми, на основании указаний, поступающих ему через сеть Интернет в социальной сети «Telegram» от иных соучастников преступной группы, содержащих сведения о месте жительства потерпевших, и с учетом дополнительной информации в виде кодового слова или предметов, которые необходимо будет передать, забрать у потерпевших денежные средства, которые передавать соучастнику «сопроводителю курьера» - ФИО1 для последующего перевода через криптовалютный счет иным соучастникам группы;

ФИО1, способствуя хищению путем обмана денежных средств потерпевших, выполняя роль «сопроводителя курьера», должен был, находясь в г. Перми, на основании указаний, поступающих ему через сеть Интернет в социальной сети «Telegram» от иных соучастников преступной группы, встретиться с Лицом 3, обеспечить безопасность полученных им от потерпевших денежных средств, после чего совместно с Лицом 3 пересчитать денежные средства и по указанию Лица 1 от полученной суммы определенную часть в качестве вознаграждения передать Лицу 3 и оставить себе, а оставшуюся часть похищенных у потерпевших денежных средств перевести на подконтрольный криптовалютный счет, указанный Лицом 1 для последующего распоряжения иными соучастниками преступной группы, то есть заранее обещал принять меры по сокрытию денежных средств добытых преступным путем, а также путем выполнения иных функций, необходимых для обеспечения деятельности преступной группы, совершили следующие преступления.

1. Так, не позднее 16:35 часов 12 июня 2025 года иные соучастники преступной группы с целью хищение чужого имущества путем обмана, действуя группой лиц по предварительному сговору совместно и согласованно с Лицом 3 и ФИО1, выполняя отведенную им роль, позвонив на стационарный телефон с абонентским номером +**, связались с Ж., проживающей в квартире по адресу: ****, после чего в ходе телефонного разговора, вводя потерпевшую в заблуждение относительно своих истинных намерений, сообщили, что являются сотрудниками ПАО «Ростелеком» и якобы у нее истекает срок действия договора об оказании услуг, для продления которого необходимо назвать паспортные данные и абонентский номер мобильного телефона, что Ж., будучи введенной в заблуждение, и сделала. После чего, в этот же день не позднее 16:35 часов, иные соучастники преступной группы, продолжая единый корыстный умысел, действуя совместно и согласованно с Лицом 3 и ФИО1, выполняя отведенную им роль, позвонили на принадлежащий Ж. мобильный телефон +**, затем в ходе телефонного разговора, вводя потерпевшую в заблуждение относительно своих истинных намерений, представившись сотрудниками Военной прокуратуры военного гарнизона, сообщили, что она назвала данные своего паспорта гражданина Российской Федерации мошенникам и теперь, якобы с ее банковских счетов через банк АО «Альфа банк» денежные средства переведены в пользу враждующего государства, поэтому для сохранности денежных средств необходимо задекларировать все накопления.

Далее иные соучастники преступной группы, выполняя отведенную им роль, продолжая вводить потерпевшую в заблуждение, выдавая себя за сотрудников Военной прокуратуры военного гарнизона, сообщили, что для решения возникшей проблемы необходимо им передать денежные средства, через доверенное Лицо 3, выступающее в роли курьера, тем самым склонили Ж. передать все имеющиеся денежные средства на общую сумму 35 570 рублей.

После чего в этот же день, не позднее 16:35 часов, иные соучастники преступной группы, действуя совместно и согласованно с Лицом 3, выполняя отведенную роль, сообщили Лицу 3 адрес места нахождения Ж. и условия, при которых будет осуществляться передача денежных средств, а именно Лицо 3, должен подойти к дому № ** по ул. **** г. Перми, встретиться там с пожилой женщиной - Ж., назвать ей пароль «Микки» и забрать упакованные в пакет денежные средства потерпевшей, тем самым похитить их.

Получив от соучастников вышеуказанную информацию, необходимую для осуществления роли курьера, Лицо 3 в тот же день не позднее 16:35 часов прибыл к дому № ** по ул. **** г. Перми, где встретился с Ж., которой назвал пароль «Микки», последняя, введенная в заблуждение участниками преступной группы, желая следовать закону, передала Лицу 3 пакет с денежными средствами в сумме 35 570 рублей.

Затем Лицо 3, выполняя отведенную роль, с похищенными у Ж., денежными средствами с места преступления скрылся, направившись в гостиницу «Регион59», расположенную по адресу: ****, где встретился с ФИО1 и А., не поставленным в известность о преступных намерениях.

Далее, в этот же день в период с 16:35 до 20:40 часов Лицо 3 и ФИО1, продолжая выполнять отведенные им роли, по указанию иных соучастников преступной группы пересчитали похищенные у потерпевшей Ж. денежные средства. После чего, ФИО1, выполняя отведенную ему роль, по указанию иных соучастников преступной группы часть денежных средств передал Лицу 3 в качестве вознаграждения, кроме того, свою часть денежного вознаграждения передал для сохранности А., не подозревающему о преступных намерениях последних. Затем, ФИО1 совместно с А., не поставленным в известность о преступных намерениях, действуя согласно отведенной ему роли, по указанию иных соучастников преступной группы в офисе по обмену денежных средств в криптовалюту, расположенном по адресу: ****, при помощи менеджера Ш., не подозревающего о преступных намерениях, осуществил перевод части денежных средств на указанный иными соучастниками криптокошелек, темсамым распорядились ими, причинив Ж. значительный материальный ущерб на сумму 35 570 рублей.

2. Кроме того, 12 июня 2025 года не позднее 17:35 часов иные соучастники преступной группы с целью хищения чужого имущества путем обмана, действуя группой лиц по предварительному сговору совместно и согласованно с Лицом 3 и ФИО1, выполняя отведенную им роль, позвонив на стационарный телефон с абонентским номером +**, связались с С1., проживающей по адресу: ****, после чего в ходе телефонного разговора, вводя потерпевшую в заблуждение относительно своих истинных намерений, сообщили, что являются сотрудниками ПАО «Ростелеком» и якобы у нее истекает срок действия договора об оказании услуг, для продления которого ей необходимо назвать паспортные данные, что С1., будучи введенной в заблуждение, и сделала. После чего, в этот же день не позднее 17:35 часов, иные соучастники преступной группы, продолжая единый корыстный умысел, действуя совместно и согласованно с Лицом 3 и ФИО1, выполняя отведенную им роль, позвонили на принадлежащий С1. мобильный телефон +7 **, затем в ходе телефонного разговора, вводя потерпевшую в заблуждение относительно своих истинных намерений, представившись сотрудниками ФСБ, сообщили, что она назвала данные своего паспорта гражданина Российской Федерации мошенникам и теперь, якобы с ее банковского счета, открытого в ПАО «Сбербанк», денежные средства переведены в пользу враждующего государства, поэтому для сохранности денежных средств необходимо задекларировать все накопления.

Далее иные соучастники преступной группы, выполняя отведенную им роль, продолжая вводить потерпевшую в заблуждение, выдавая себя за сотрудников ФСБ, сообщили, что для решения возникшей проблемы необходимо им передать денежные средства, через доверенное Лицо 3, выступающее в роли курьера, тем самым склонили С1. передать все имеющиеся денежные средства, а именно: 1 100 000 рублей, 1 340 евро, что по курсу ЦБ РФ на 12 июня 2025 года составляет 120 609 рублей 11 копеек, 2 300 долларов США, что по курсу ЦБ РФ на 12 июня 2025 года составляет 181 706 рублей 44 копейки, на общую сумму 1 402 315 рублей 55 копеек (далее - на общую сумму 1402315 рублей 55 копеек).

После чего в этот же день, не позднее 17:35 часов, иные соучастники преступной группы, действуя совместно и согласованно с Лицом 3, выполняя отведенную роль, сообщили Лицу 3 адрес места нахождения С1. и условия, при которых будет осуществляться передача денежных средств, а именно Лицо 3, должен заранее приобрести в аптеке по адресу: ****, медикаменты, затем подняться к квартире № ** по адресу: ****, где проживает С1., назвать ей кодовое слово «Марсель 34» и забрать упакованные в пакет денежные средства указанной потерпевшей, тем самым похитить их.

Получив от соучастников вышеуказанную информацию, необходимую для осуществления роли курьера, Лицо 3 в тот же день не позднее 17:35 часов в аптеке, расположенной по вышеуказанному адресу, приобрел одну упаковку медицинских масок, одну упаковку активированного угля, две упаковки цитрамона, одну упаковку капель назальных «Ксилен», одну упаковку аскорбиновой кислоты, сложив все в пакет, прибыл к дому № ** по ул. **** г. Перми, где через домофон, назвав кодовое слово «Марсель 34», поднялся на десятый этаж, там встретившись с С1., передал ей пакет с медикаментами, а потерпевшая, будучи введенной в заблуждение, желая следовать закону, передала Лицу 3 пакет с денежными средствами на общую сумму 1 402 315 рублей 55 копеек.

Затем Лицо 3, выполняя отведенную роль, с похищенными у С1. денежными средствами с места преступления скрылся, направившись в гостиницу «Регион59», расположенную по адресу: ****, где встретился с ФИО1 и А., не поставленным в известность о преступных намерениях.

Далее, в этот же день в период с 17:35 до 20:40 часов Лицо 3 и ФИО1, продолжая выполнять отведенные им роли, по указанию иных соучастников преступной группы пересчитали похищенные у потерпевшей С1. денежные средства. После чего, ФИО1, выполняя отведенную ему роль, по указанию иных соучастников преступной группы часть денежных средств передал Лицу 3 в качестве вознаграждения, кроме того, свою часть денежного вознаграждения передал для сохранности А., не подозревающему о преступных намерениях последних. Затем, ФИО1 совместно с А., не поставленным в известность о преступных намерениях, действуя согласно отведенной ему роли, по указанию иных соучастников преступной группы в офисе по обмену денежных средств в криптовалюту, расположенном по адресу: ****, при помощи менеджера Ш., не подозревающего о преступных намерениях, осуществил перевод части денежных средств на указанный иными соучастниками криптокошелек, темсамым распорядились ими, причинив С1. материальный ущерб в особо крупном размере на общую сумму 1 402 315 рублей 55 копеек.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней потерпевшая С1. поставила вопрос об отмене приговора с последующим вынесением нового обвинительного приговора и переквалификацией действий осужденного ФИО1 с пособничества на соисполнительство по ч. 4 ст. 159 УК РФ без применения положений ст. 64 УК РФ и назначением наказания в виде реального лишения свободы, а также с удовлетворением исковых требований о взыскании компенсации морального вреда, ссылаясь на неправильное применение уголовного закона, несправедливость приговора вследствие чрезмерной мягкости назначенного наказания. Считает, что содеянное ФИО1 неверно квалифицировано по ч. 5 ст. 33, ч. 4 ст. 159 УК РФ, поскольку до начала выполнения объективной стороны преступления между ФИО1, неустановленными лицами и курьером Г. достигнута договоренность о способе совершения хищений денежных средств, мерах конспирации, выполняемой ФИО1 роли, о чем свидетельствует содержание переписки его телефона. Отмечает, что вопреки выводам суда, каждый соучастник преступной группы был осведомлен о планируемых преступлениях, выполняемых соучастниками ролях, технической оснащенности, необходимости конспирации своих действий, то есть действия всех соучастников были направлены на достижение единого преступного результата. Указывает, что выполняя отведенную роль, ФИО1 совершил действия по переводу соучастникам похищенных денежных средств. В связи с чем полагает, что все соучастники должны нести уголовную ответственность за содеянное в качестве соисполнителей преступления. Считает, что отсутствовали основания для признания в качестве смягчающих обстоятельств активного способствования ФИО1 раскрытию и расследованию преступления и добровольного возмещения им имущественного ущерба. Отмечает, что в материалах дела отсутствуют фактические данные, подтверждающие сообщение ФИО1 правоохранительным органам какой-либо значимой для дела, не известной им информации, которая способствовала бы расследованию преступлений, а также изобличению и уголовному преследованию других соучастников преступления. Утверждает, что Г., единственный из установленных соучастников преступлений, который после задержания сообщил правоохранительным органам о наличии соучастника Г.А.РБ., дал подробные признательные показания о роли каждого, после чего Г.А.РВ. был задержан в криптообменнике при распоряжении денежными средствами. Считает, что суд необоснованно признал смягчающим наказание обстоятельством на основании п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ добровольное возмещение имущественного ущерба, поскольку материалы уголовного дела содержат лишь доказательства частичного добровольного возмещении ущерба потерпевшей С1. со стороны ФИО1 в общей сумме 31000 рублей (23000 рублей + 100 долларов США). Отмечает, что в оставшейся сумме похищенные денежные средства, в том числе в валюте иностранных государств, были изъяты сотрудниками полиции в ходе личного досмотра ФИО1, Г. и А. и впоследствии возвращены ей следователем. Полагает несправедливым назначение осужденному по ч. 4 ст. 159 УК РФ наказания с применением положений ст. 64 УК РФ, поскольку судом не конкретизированы исключительные обстоятельства, существенно уменьшающие степень общественной опасности преступления, не учтены в должной мере характер и степень общественной опасности преступлений, а также конкретные обстоятельства содеянного. Оспаривает достоверность бытовых характеристик на ФИО1, имеющих одну дату изготовления и одинаковое содержание. Кроме того, указывает, что судом не дана оценка наличию и использованию осужденным поддельного удостоверения. Анализируя разъяснения вышестоящих судебных инстанций, считает, что судом необоснованно отказано в удовлетворении исковых требований о взыскании компенсации морального вреда по имущественному преступлению. Полагает, что судом не учтена степень ее нравственных страданий, перенесенных в результате хищения всех накоплений, в связи с чем она была оставлена практически без средств к существованию, не имела возможности оплачивать коммунальные услуги, покупать продукты питания, лекарства. Отмечает, что является инвалидом ** группы, имеет ряд хронических заболеваний, в том числе в области опорно-двигательного аппарата, после совершения преступления испытывает чувство страха, боязни звонков на стационарный, мобильные телефоны и в квартиру, ухудшение состояния здоровья в связи с душевным волнением и стрессом. Указывает, что нахождение ее на стационарном лечении в геронтологическом отделении в период с 27 августа по 9 сентября 2025 года связано с совершенным в отношении нее преступлением. Считает, что судом допущен ряд нарушений уголовно-процессуального закона, выразившихся в: несвоевременном направлении ей постановления о назначении судебного заседания от 7 ноября 2025 года, в связи с чем она была лишена возможности подготовиться к допросу свидетелей; оглашении показаний неявившихся свидетелей в отсутствие согласия сторон; разрешении двух ходатайств потерпевшей стороны без удаления в совещательную комнату; неверной оценке показаний свидетелей Щ. и Ч. относительно необходимости проведения срочной операции члену семьи; не допуске в ходе предварительного следствия на основании соответствующего ходатайства представителя потерпевшей; конфискации сотового телефона ФИО1 при наличии выделенных уголовных дел в отношении неустановленных соучастников и Г.; предоставлении не читаемой из-за мелкого шрифта копии приговора при наличии заболеваний глаз.

В возражениях государственный обвинитель Шумская А.С., защитник - адвокат Семерикова И.С. считают приговор законным и обоснованным.

Проверив материалы дела, заслушав выступления участников процесса, судебная коллегия находит приговор подлежащим отмене в связи с существенным нарушением уголовно-процессуального закона, несоответствием изложенных в нем выводов фактическим обстоятельствам уголовного дела и неправильным применением уголовного закона с постановлением по делу на основании положений ст. 389.23 УПК РФ нового обвинительного приговора.

В соответствии со ст. 297 УПК РФ приговор признается законным обоснованным и справедливым, если он постановлен в соответствии с требованиями УПК РФ и основан на правильном применении уголовного закона.

Согласно требованиям ст. 307 УПК РФ и разъяснениям, изложенным в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2016 года № 55 «О судебном приговоре», описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора должна содержать описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий преступления.

При этом по смыслу закона вывод о квалификации действий подсудимого должен соответствовать описанию преступного деяния, признанного судом доказанным.

Указанные требования закона судом первой инстанции не выполнены, поскольку как следует из приговора при описании преступного деяния, признанного доказанным, суд допустил противоречие, поскольку установил, что ФИО1 с иными соучастниками и Лицом 3 вступил в преступный сговор, распределив роли.

При этом пришел к выводу, что, несмотря на фактическое участие ФИО1 в качестве соисполнителя в преступной группе при выполнении объективной стороны преступлений, им совершено пособничество в форме заранее обещанного сокрытия денежных средств, добытых преступным путем, а также выполнением иных функций, необходимых для обеспечения деятельности преступной группы, то есть допустил противоречие.

Принимая решение об юридической оценке содеянного, суд первой инстанции действия ФИО1 квалифицировал: по преступлению в отношении потерпевшей Ж. по ч. 5 ст. 33, ч. 2 ст. 159 УК РФ - как пособничество в мошенничестве, то есть хищении чужого имущества путем обмана, группой лиц по предварительному сговору, с причинением значительного ущерба гражданину; по преступлению в отношении потерпевшей С1. по ч. 5 ст. 33, ч. 4 ст. 159 УК РФ - пособничество в мошенничестве, то есть в хищении чужого имущества путем обмана, группой лиц по предварительному сговору, в особо крупном размере.

Свои выводы при квалификации содеянного ФИО1 в виде пособничества в совершении преступлений суд мотивировал тем, что ФИО1 не принимал непосредственного участия в выполнении объективной стороны преступлений, поскольку обманывали потерпевших иные соучастники, деньги забирал Лицо 3, а ФИО1 лишь содействовал преступлениям путем изъятия у Лица 3 похищенных денежных средств, их пересчета, распределения части похищенных денежных средств между ним и Лицом 3 по указанию иного соучастника «Маrkа» и последующее направление оставшихся похищенных денежных средств на подконтрольные счета иных соучастников преступной группы через криптообменник.

Указанные действия ФИО1 выполнялись после окончания преступлений, то есть после незаконного изъятия денежных средств у потерпевших и были направлены на распоряжение похищенными денежными средствами.

В связи с чем судом первой инстанции сделан вывод, что при совершении преступлений в отношении Ж. и С1. роль ФИО1 выражалась в пособничестве иным соучастникам преступной группы и Лицу 3, которые являлись исполнителями этих преступлений.

Вместе с тем, данные выводы суда первой инстанции не подтверждаются доказательствами, исследованными в судебном заседании:

так из показаний ФИО1, данных в суде и в ходе предварительного расследования (т. 1 л.д. 222-232, т. 3 л.д. 35-38), которые последний подтвердил, следует, что он понимал противоправный характер совершаемых действий, поскольку по объявлению в целях улучшения материального положения путем использования сотового телефона через сеть Интернет в приложении «Telegram» в начале июня 2025 года трудоустроившись сопроводителем курьера, должен был обеспечивать безопасность курьера и сохранность находящихся у курьера денежных средств. Для чего по указанию пользователя с никнеймом «Маrk» (далее по тексту – «Маrk») из г. Сочи совместно с А. вылетел в г. Пермь, где, выполняя возложенные на него по инструкции обязанности, в отеле встретился с курьером Г., пересчитал полученные курьером от потерпевших денежные средства, о чем по видео отчитался по инструкции перед пользователем «Маrk», далее по указанию последнего из переданных курьером денежных средств забрал вознаграждение себе и курьеру Г., оставшуюся часть полученных от курьера денежных средств, должен был по указанию пользователя «Маrk» через криптообменник отправить на криптосчет, однако, в помещении криптообменника после перевода для проверки 10000 рублей на представленный пользователем «Маrk» криптосчет, был задержан сотрудниками ГБР и полиции, которые изъяли оставшиеся денежные средства.

Данные обстоятельства совершения ФИО1 мошенничеств полностью подтвердил свидетель – очевидец А., (прим. - уголовное преследование в отношении которого прекращено по реабилитирующим основаниям), в том числе относительно: целей поездки из г. Сочи в г. Пермь – заработать денег; выполняемой ФИО1 роли – забрать денежные средства и перевести их на криптовалютный счет; обстоятельств встречи в отеле с Г.; пересчета ФИО1 и Г. значительных суммы денежных средства в рублях и валюте (прим. - доллары и евро); выдачи ФИО1 вознаграждения Г. и оставления вознаграждения для себя в сумме 130000 рублей; попытки перевода ФИО1 оставшейся денежной суммы через пункт криптообмен по адресу, полученному от иного лица, с последующим их задержанием сотрудниками полицией и изъятием у него денежные средства в сумме 130 000 рублей, показания которого с соблюдением предусмотренной ст. 281 УПК РФ процедуры были оглашены в суде первой и апелляционной инстанций (т. 2 л.д. 248-250).

Также из протокола личного досмотра ФИО1 (т. 1 л.д. 42), протокола осмотра предметов установлено, что в ходе личных досмотров изъято: у ФИО1 2200 долларов США, 1340 евро, 764000 рублей; у А. 130 143 рубля; у Г. 219 170 рублей, а также мобильные телефоны (т. 1 л.д. 236-250).

Свидетель Ч. подтвердила нахождение ФИО1 во время совершения преступлений в г. Перми.

Кроме того, выполнение ФИО1 функций соисполнителя в группе при совершении мошенничеств подтверждается зафиксированной в протоколах осмотра перепиской в мессенджере «Телеграмм» с пользователями «Маrk», «Валера», «СПБ», «смайлики: удар, черная звезда», «GAGA» (прим. - Г.), «Ara Ara» (прим. -ФИО1), «Artem», фотоснимками, видеофайлами, содержащихся согласно заключений судебно-компьютерных экспертиз в памяти изъятых у ФИО1, Г. и А. мобильных телефонов, из которых (т. 1 л.д. 76-136, т. 2 л.д. 12-16, 20-25, 29-33, 157-165, 168-186, 189-200):

- следует трудоустройство ФИО1 в конце мая 2025 года - начале июня 2025 года сопроводителем курьера, разъяснение сути указанной функции, заключающейся в обеспечении безопасности курьера и сохранности находящихся у курьера денежных средств, а также алгоритма действий ФИО1 в экстренных ситуациях. Вылет по указанию «Маrkа» из г. Сочи совместно с А. в г. Пермь для сопровождения курьера Г., где выполняя возложенные на него по инструкции обязанности, сообщает соучастнику Г. о выполняемой им функции при сопровождении курьера – обеспечивать его безопасность, договаривается с курьером о встрече в отеле в г. Перми после того, как Г. сообщает о выполнении двух заказов (прим. – хищении денег у двух потерпевших) в г. Перми одного на сумму более 700000 рублей, второго на сумму 35570 рублей. Зафиксирована встреча ФИО1 с курьером Г., где ФИО1 по указанию куратора обыскивает курьера Г., после чего раскладывает выданные Г. денежные средства, пересчитывает их, (прим. - получается более 1400000 рублей), обсуждают размер вознаграждения Г. и ФИО1, передает Г. вознаграждение наличными денежными средствами. Имеются данные о направлении соучастником ФИО1 криптосчета, указание о пробном переводе на сумму 10000 рублей и общей сумме перевода. Кроме того, ФИО1 выражает намерения карьерного роста в преступной группе – планирует обучать курьеров, стать их руководителем, вовлекать новых людей, предлагает новые способы работы – импровизировать в сложных ситуациях;

- следует трудоустройство Г. в качестве курьера наличных денежных средств; имеются: сведения о том, что в г. Перми его будет охранять, в том числе ФИО1, показывающий удостоверение сотрудника прокуратуры, о маршрутах такси до места жительства потерпевших Ж. и С1., указания соучастников об алгоритме действий по каждой потерпевшей – описание его внешнего вида, кодовые слова (прим. – пароль), которые он должен сообщить потерпевшим - «Микки» и «Марсель 34», необходимость приобретения медицинских масок и медикаментов, одну из которых в целях конспирации необходимо одеть на себя; сведения о размере похищенных денежных средств – более 1 млн. в рублях и иностранной валюте, указание о необходимости их передачи ФИО1 с последующим переводом через обменник, об адресе отеля, в котором Г. и ФИО1 должны встретиться после получения денежных средств от потерпевших, указания соучастника о размере вознаграждения Г. в размере, соответствующем изъятому при его личном досмотре, сведения о получении «Markom» денежных средств в результате пробного перевода ФИО1 Фотоизображение похищенных денежных средств в рублях и иностранной валюте в значительном размере, а также данные об адресе криптообменника в г. Перми, где задержали ФИО1 и А.

Свидетель – сотрудник криптообменника Ш., подтвердил, что 12 июня 2025 года в г. Перми ФИО1 собирался перевести на криптосчет 755 000 рублей, для чего вначале осуществил пробный перевод на сумму 10 000 рублей в целях проверки криптокашелька. После чего, заметив, что ФИО1 нервничает, вызвал сотрудников ГБР (т. 3 л.д. 11-13).

Протоколом осмотра с фототаблицей служебного удостоверения РОС № ** на имя ФИО1, якобы являющегося заместителем начальника отдела юристом 1 класса, подписанного Генеральным прокурором по республике Адыгея (т. 2 л.д. 221-226).

Из показаний потерпевших С1. в суде и Ж. в ходе предварительного следствия (т. 2 л.д. 68-71, т. 3 л.д. 3-7), заявлений в правоохранительные органы (т. 1 л.д. 3-8, т. 2 л.д. 47-48, 49) следует, что неизвестные лица посредством телефонной связи вводили их в заблуждение, сообщая о необходимости продления договора об оказании услуг телефонной связи ПАО «Ростелеком» и предоставления данных паспорта и абонентского номера мобильного телефона (прим. – потерпевшая Ж.), что они, доверяя указанным лицам, и сделали; после чего, неизвестные лица, представляясь сотрудниками правоохранительных органов (прим. – военной прокураты и ФСБ), в том числе посредством видеосвязи (потерпевшая С1.), сообщая заведомо ложную информацию о перечислении денежных средств потерпевших по их вине на счета враждующего государства, склоняли потерпевших к передаче личных накоплений для якобы их сохранности, что они (прим. – потерпевшие) и сделали через курьера на сумму 1402315 рублей 55 копеек – С1., 35570 рублей – Ж., который (ущерб от хищения денег) для последней являлся значительным с учетом размера пенсии 25000 рублей и расходов на коммунальные платежи в сумме 7 000 рублей.

Согласно протокола осмотра места происшествия с фототаблицей в квартире по месту жительства потерпевшей С1. по адресу: **** изъят переданный курьером при передаче денег полиэтиленовый пакет с медикаментами (т. 1 л.д. 9-12, 15-23).

Протоколом осмотра места происшествия с фототаблицей зафиксирована обстановка придомовой территории по адресу: ****, где потерпевшая Ж. передала курьеру денежные средства (т. 2 л.д. 52-55).

Судебная коллегия учитывает, что доказательства, непосредственно исследованные в судебном заседании суда первой инстанции, являются допустимыми для разрешения уголовного дела в суде апелляционной инстанции и постановления апелляционного приговора, за исключением показаний А. в качестве подозреваемого (т. 1 л.д. 142-148), который будучи допрошенным в ином процессуальном качестве, сведений о подтверждении данных показаний не представил.

Показания всех допрошенных лиц логичны и последовательны, согласуются как между собой, так и с письменными материалами дела и в своей совокупности изобличают ФИО1 в совершении инкриминируемых преступлений.

Оснований для оговора ФИО1, а также какой-либо заинтересованности в исходе дела со стороны допрошенных лиц установлено не было.

Таким образом, проанализировав и оценив указанные достоверные доказательства, судебная коллегия считает, что в отношении потерпевших С1., Ж. совершено мошенничество в форме обмана, поскольку неизвестные лица умело манипулируя их доверчивостью и законопослушностью, вводили потерпевших в заблуждение, сообщая о необходимости продления договора об оказании услуг телефонной связи и предоставления данных паспорта и абонентского номера мобильного телефона, после чего, представляясь сотрудниками правоохранительных органов, в том числе посредством видеосвязи, используя сложившуюся в стране военно-политическую обстановку, сообщали заведомо ложную информацию о перечислении денежных средств потерпевших по их вине на счета враждующего государства, затем, используя эффект неожиданности от сообщенных сведений, буквально «заговаривая» их, не давая опомниться, склоняли потерпевших к передаче личных накоплений для якобы их сохранности, тут же направляя к ним за деньгами своего сообщника – задействованное в преступной схеме Лицо № 3, выполняющее функции курьера.

В связи с чем из обвинения ФИО1 по каждому преступлению необходимо исключить признак злоупотребления доверием, поскольку никто из потерпевших в доверительных отношениях с соучастниками преступлений не состоял, их не связывали какие-либо служебные либо личные отношения.

Судебная коллегия полагает, что ФИО1, исходя из содержащейся в памяти его мобильного телефона, а также мобильных телефонов Г. и А. переписки, фотоснимков и видеофайлов, понимал противоправный характер не только своих действий, но и действий соучастников, которые предпринимали меры конспирации, в частности, Лицо № 3, выполнявшее функции курьера – использовало медицинские маски, называлось вымышленными именами, а ФИО1 хранил при себе не соответствующее действительности служебное удостоверение представителя власти – сотрудника прокуратуры. При общении в чате, в котором состоял ФИО1 и соучастники, обсуждалось, что наличные деньги им передавали пожилые люди, при этом Г. указывает на то, что закончил первый заказ и направляется на второй, что с очевидностью свидетельствует о том, что участники преступной группы имели умысел на хищение денежных средств разных потерпевших, в разное время, то есть отсутствуют признаки единого продолжаемого преступления. Указанные обстоятельства ФИО1 не отрицал.

Квалифицирующие признаки «с причинением значительного ущерба гражданину» по преступлению в отношении потерпевшей Ж. и «в особо крупном размере» по преступлению в отношении потерпевшей С1. верно определены судом первой инстанции на основании Примечаний 2 и 4 к статье 158 УК РФ, при этом был учтен размер похищенных денежных средств у Ж. в сумме 35570 рублей, у С1., превышающий один миллион рублей, а также тщательно исследовано материальное и семейное положение потерпевшей Ж., получающей только пенсию, размер которой значительно меньше похищенных денежных средств, значимость для нее похищенного имущества, в том числе для уплаты коммунальных платежей.

Судебная коллегия считает, что преступления совершены в составе группы лиц по предварительному сговору, что подтверждается последовательными показаниями ФИО1, свидетеля А., содержанием их переписки с Г., иными соучастниками, согласно которым роли между соучастниками в совершении каждого преступления были строго распределены: неустановленные соучастники (прим. – с потерпевшими общались лица разного пола) непосредственно общаясь с потерпевшими вводили их в заблуждение, выясняли у них номер сотового телефона и паспортные данные, адрес места жительства и имеющуюся в наличии сумму денег, сообщали об этом Лицу 3, выполняющему роль курьера, который встречался с потерпевшими и забирал у них денежные средства. Впоследствии похищенные денежные средства у Лица 3 забирал ФИО1, который согласно ранее достигнутой договоренности, часть денег в качестве вознаграждения оставлял себе и Лицу 3, оставшуюся большую часть похищенных денежных средств отправлял на указанные неустановленным соучастником счета.

Между тем оценивая роль ФИО1 в преступной группе в качестве пособника, суд первой инстанции не учел обстоятельств, которые могли существенно повлиять на выводы суда.

Действительно мошенничество, то есть хищение чужого имущества, совершенное путем обмана или злоупотребления доверием, признается оконченным с момента, когда указанное имущество поступило в незаконное владение виновного или других лиц, и они получили реальную возможность (в зависимости от потребительских свойств этого имущества) пользоваться или распорядиться им по своему усмотрению (п. 5 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 30 ноября 2017 года № 48 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате»).

Судебной коллегией на основании содержащейся в памяти мобильного телефона ФИО1, а также мобильных телефонов Г. и А. переписки, фотоснимков и видеофайлов, с достоверностью установлено, что ФИО1 являлся активным участников преступной группы, поскольку до начала выполнения объективной стороны преступлений между ФИО1, неустановленными лицами и Лицом № 3, выполнявшим функции курьера была достигнута договоренность о способе совершения хищений денежных средств, мерах конспирации, выполняемой ФИО1 роли. Каждый соучастник преступной группы был осведомлен о планируемых преступлениях, выполняемых соучастниками ролях, технической оснащенности, необходимости конспирации своих действий, то есть действия всех соучастников были направлены на достижение единого преступного результата – хищение денежных средств путем обмана у потерпевших.

Поэтому, выполняя отведенную роль, ФИО1, осуществив перелет из одного в другой субъект Российской Федерации, совершил действия по сопровождению курьера, пересчету изъятых у потерпевших денежных средств и их переводу соучастникам, не по одной, а в отношении двух потерпевших. В связи с чем судебная коллегия полагает, что ФИО1 должен нести уголовную ответственность за содеянное в качестве соисполнителя преступлений.

Таким образом, судебной коллегией установлено, что в период до 12 июня 2025 года неустановленные лица, дело в отношении которых выделено в отдельное производство (далее – иные соучастники преступной группы), зарегистрированные в мессенджере «Telegram», в том числе, под никами «Mark» (далее - Лицо 1), «смайлики: удар, черная звезда» (далее - Лицо 2), Лицо 3, дело в отношении которого выделено в отдельное производство, и ФИО1, используя возможности телефонной связи, вступили в преступный сговор с целью с хищения путем обмана денежных средств у лиц, проживающих на территории г. Перми, для чего создали чат и распределили между собой преступные роли, согласно которым:

иные соучастники преступной группы должны были: подыскать потерпевших; после чего, вводя их в заблуждение в ходе телефонных переговоров сообщить им заведомо ложную информацию о якобы распространении личных данных, в связи с чем их денежные средства были направлены в пользу враждующего государства и для решения проблемы все имеющиеся накопления необходимо задекларировать, для чего склонить данных лиц к передаче денежных средств; организовать инструктаж «курьеров» и «сопроводителей курьера», относительно их действий; после получения денежных средств распределять полученную прибыль среди соучастников преступления;

Лицо 3, выступающее в качестве курьера, должно было, находясь на территории г. Перми, на основании указаний, поступающих ему через информационно-телекоммуникационную сеть Интернет в социальной сети «Telegram» от иных соучастников преступной группы, содержащих сведения о месте жительства потерпевших, и с учетом дополнительной информации в виде кодового слова или предметов, которые необходимо будет передать, забрать у потерпевших денежные средства, которые передавать соучастнику «сопроводителю курьера» - ФИО1 для последующего перевода через криптовалютный счет иным соучастникам группы;

ФИО1, выполняя роль «сопроводителя курьера», должен был, находясь в г. Перми, на основании указаний, поступающих ему через сеть Интернет в социальной сети «Telegram» от иных соучастников преступной группы, встретиться с Лицом 3, обеспечить безопасность полученных им от потерпевших денежных средств, после чего совместно с Лицом 3 пересчитать денежные средства и по указанию Лица 1 от полученной суммы определенную часть в качестве вознаграждения передать Лицу 3 и оставить себе, а оставшуюся часть похищенных у потерпевших денежных средств перевести на подконтрольный криптовалютный счет, указанный Лицом 1 для последующего распоряжения иными соучастниками преступной группы, совершили следующие преступления.

1. Так, не позднее 16:35 часов 12 июня 2025 года иные соучастники преступной группы с целью хищение чужого имущества путем обмана, действуя группой лиц по предварительному сговору совместно и согласованно с Лицом 3 и ФИО1, выполняя отведенную им роль, позвонив на стационарный телефон с абонентским номером +7 **, связались с Ж., проживающей в квартире по адресу: ****, после чего в ходе телефонного разговора, вводя потерпевшую в заблуждение относительно своих истинных намерений, сообщили, что являются сотрудниками ПАО «Ростелеком» и якобы у нее истекает срок действия договора об оказании услуг, для продления которого ей необходимо назвать свои паспортные данные и абонентский номер мобильного телефона, что Ж., будучи введенной в заблуждение, и сделала. После чего, в этот же день не позднее 16:35 часов, иные соучастники преступной группы, продолжая единый корыстный умысел, действуя совместно и согласованно с Лицом 3 и ФИО1, выполняя отведенную им роль, позвонили на принадлежащий Ж. мобильный телефон +7 **, затем в ходе телефонного разговора, вводя потерпевшую в заблуждение относительно своих истинных намерений, представившись сотрудниками Военной прокуратуры военного гарнизона, сообщили, что она назвала данные своего паспорта гражданина Российской Федерации мошенникам и теперь, якобы с ее банковских счетов через банк АО «Альфа банк» денежные средства переведены в пользу враждующего государства, поэтому для сохранности денежных средств необходимо задекларировать все накопления.

Далее иные соучастники преступной группы, выполняя отведенную им роль, продолжая вводить потерпевшую в заблуждение, выдавая себя за сотрудников Военной прокуратуры военного гарнизона, сообщили, что для решения возникшей проблемы необходимо им передать денежные средства, через доверенное Лицо 3, выступающее в роли курьера, тем самым склонили Ж. передать все имеющиеся денежные средства на общую сумму 35 570 рублей.

После чего в этот же день, не позднее 16:35 часов, иные соучастники преступной группы, действуя совместно и согласованно с Лицом 3, выполняя отведенную роль, сообщили Лицу 3 адрес места нахождения Ж. и условия, при которых будет осуществляться передача денежных средств, а именно Лицо 3, должен подойти к дому № ** по ул. **** г. Перми, встретиться там с пожилой женщиной - Ж., назвать ей пароль «Микки» и забрать упакованные в пакет денежные средства потерпевшей, тем самым похитить их.

Получив от соучастников вышеуказанную информацию, необходимую для осуществления роли курьера, Лицо 3 в тот же день не позднее 16:35 часов прибыл к дому № ** по ул. **** г. Перми, где встретился с Ж., которой назвал пароль «Микки», последняя, введенная в заблуждение участниками преступной группы, желая следовать закону, передала Лицу 3 пакет с денежными средствами в сумме 35 570 рублей.

Затем Лицо 3, выполняя отведенную роль, с похищенными у Ж., денежными средствами с места преступления скрылся, направившись в гостиницу «***», расположенную по адресу: ****, где встретился с ФИО1 и А., не поставленным в известность о преступных намерениях.

Далее, в этот же день в период с 16:35 до 20:40 часов Лицо 3 и ФИО1, продолжая выполнять отведенные им роли, по указанию иных соучастников преступной группы пересчитали похищенные у потерпевшей Ж. денежные средства. После чего, ФИО1, выполняя отведенную ему роль, по указанию иных соучастников преступной группы часть денежных средств передал Лицу 3 в качестве вознаграждения, кроме того, свою часть денежного вознаграждения передал для сохранности А., не подозревающему о преступных намерениях последних. Затем, ФИО1 совместно с А., не поставленным в известность о преступных намерениях, действуя согласно отведенной ему роли, по указанию иных соучастников преступной группы в офисе по обмену денежных средств в криптовалюту, расположенном по адресу: ****, при помощи менеджера Ш., не подозревающего о преступных намерениях, осуществил перевод части денежных средств на указанный иными соучастниками криптокошелек, темсамым распорядились ими, причинив Ж. значительный материальный ущерб на сумму 35 570 рублей.

2. Кроме того, 12 июня 2025 года не позднее 17:35 часов иные соучастники преступной группы с целью хищения чужого имущества путем обмана, действуя группой лиц по предварительному сговору совместно и согласованно с Лицом 3 и ФИО1, выполняя отведенную им роль, позвонив на стационарный телефон с абонентским номером +7 **, связались с С1., проживающей по адресу: ****, после чего в ходе телефонного разговора, вводя потерпевшую в заблуждение относительно своих истинных намерений, сообщили, что являются сотрудниками ПАО «Ростелеком» и якобы у нее истекает срок действия договора об оказании услуг, для продления которого ей необходимо назвать паспортные данные, что С1., будучи введенной в заблуждение, и сделала. После чего, в этот же день не позднее 17:35 часов, иные соучастники преступной группы, продолжая единый корыстный умысел, действуя совместно и согласованно с Лицом 3 и ФИО1, выполняя отведенную им роль, позвонили на принадлежащий С1. мобильный телефон +7 **, затем в ходе телефонного разговора, вводя потерпевшую в заблуждение относительно своих истинных намерений, представившись сотрудниками ФСБ, сообщили, что она назвала данные своего паспорта гражданина Российской Федерации мошенникам и теперь, якобы с ее банковского счета, открытого в ПАО «Сбербанк», денежные средства переведены в пользу враждующего государства, поэтому для сохранности денежных средств необходимо задекларировать все накопления.

Далее иные соучастники преступной группы, выполняя отведенную им роль, продолжая вводить потерпевшую в заблуждение, выдавая себя за сотрудников ФСБ, сообщили, что для решения возникшей проблемы необходимо им передать денежные средства, через доверенное Лицо 3, выступающее в роли курьера, тем самым склонили С1. передать все имеющиеся денежные средства, а именно: 1 100 000 рублей, 1 340 евро, что по курсу ЦБ РФ на 12 июня 2025 года составляет 120 609 рублей 11 копеек, 2 300 долларов США, что по курсу ЦБ РФ на 12 июня 2025 года составляет 181 706 рублей 44 копейки, на общую сумму 1 402 315 рублей 55 копеек (далее - на общую сумму 1402315 рублей 55 копеек).

После чего в этот же день, не позднее 17:35 часов, иные соучастники преступной группы, действуя совместно и согласованно с Лицом 3, выполняя отведенную роль, сообщили Лицу 3 адрес места нахождения С1. и условия, при которых будет осуществляться передача денежных средств, а именно Лицо 3, должен заранее приобрести в аптеке по адресу: ****, медикаменты, затем подняться к квартире № ** по адресу: ****, где проживает С1., назвать ей кодовое слово «Марсель 34» и забрать упакованные в пакет денежные средства указанной потерпевшей, тем самым похитить их.

Получив от соучастников вышеуказанную информацию, необходимую для осуществления роли курьера, Лицо 3 в тот же день не позднее 17:35 часов в аптеке, расположенной по вышеуказанному адресу, приобрел одну упаковку медицинских масок, одну упаковку активированного угля, две упаковки цитрамона, одну упаковку капель назальных «Ксилен», одну упаковку аскорбиновой кислоты, сложив все в пакет, прибыл к дому № ** по ул. **** г. Перми, где через домофон, назвав кодовое слово «Марсель 34», поднялся на десятый этаж, там встретившись с С1., передал ей пакет с медикаментами, а потерпевшая, будучи введенной в заблуждение, желая следовать закону, передала Лицу 3 пакет с денежными средствами на общую сумму 1 402 315 рублей 55 копеек.

Затем Лицо 3, выполняя отведенную роль, с похищенными у С1. денежными средствами с места преступления скрылся, направившись в гостиницу «***», расположенную по адресу: ****, где встретился с ФИО1 и А., не поставленным в известность о преступных намерениях.

Далее, в этот же день в период с 17:35 до 20:40 часов Лицо 3 и ФИО1, продолжая выполнять отведенные им роли, по указанию иных соучастников преступной группы пересчитали похищенные у потерпевшей С1. денежные средства. После чего, ФИО1, выполняя отведенную ему роль, по указанию иных соучастников преступной группы часть денежных средств передал Лицу 3 в качестве вознаграждения, кроме того, свою часть денежного вознаграждения передал для сохранности А., не подозревающему о преступных намерениях последних. Затем, ФИО1 совместно с А., не поставленным в известность о преступных намерениях, действуя согласно отведенной ему роли, по указанию иных соучастников преступной группы в офисе по обмену денежных средств в криптовалюту, расположенном по адресу: ****, при помощи менеджера Ш., не подозревающего о преступных намерениях, осуществил перевод части денежных средств на указанный иными соучастниками криптокошелек, темсамым распорядились ими, причинив С1. материальный ущерб в особо крупном размере на общую сумму 1 402 315 рублей 55 копеек.

При таких обстоятельствах действия ФИО1 следует квалифицировать: по преступлению в отношении потерпевшей Ж. по ч. 2 ст. 159 УК РФ - как мошенничество, то есть хищение чужого имущества путем обмана, группой лиц по предварительному сговору, с причинением значительного ущерба гражданину; по преступлению в отношении потерпевшей С1. по ч. 4 ст. 159 УК РФ – как мошенничество, то есть в хищение чужого имущества путем обмана, группой лиц по предварительному сговору, в особо крупном размере.

Вопреки доводам стороны защиты, судебная коллегия не усматривает таких нарушений уголовно-процессуального закона, которые путем лишения или ограничения гарантированных УПК РФ прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на вынесение законного и обоснованного судебного решения.

Как следует из протокола и аудиозаписи судебного заседания в судебном заседании суда первой инстанции исследованы все существенные для исхода дела доказательства, представленные сторонами, разрешены все заявленные ходатайства. Нарушений принципа состязательности сторон, которые могли иметь существенное значение для исхода дела, нарушений процессуальных прав участников, повлиявших или могущих повлиять на постановление законного, обоснованного приговора, не допущено.

О месте, дате и времени судебного заседания, назначенного на 17 ноября 2025 года, потерпевшая С1. была извещена своевременно не менее чем за пять суток, о чем свидетельствует получение ею на надлежащий абонентский номер СМС-извещения 10 ноября 2025 года (т. 3 л.д. 193-197).

В связи с чем потерпевшая С1. не была лишена возможности подготовиться к судебному заседанию и допросу свидетелей, в том числе с учетом продолжения судебного заседания в течение трех дней, а также своевременного ознакомления с материалами уголовного дела и обвинительным заключением, содержащим список лиц, подлежащих вызову в суд.

При этом из протокола и аудиозаписи судебного заседания следует, что С1. активно участвовала в судебном заседании, давала показания, заявляла ходатайства, выступала в судебных прениях, при этом относительно несвоевременного извещения о месте и времени судебного заседания не заявляла.

С учетом изложенного несвоевременное получение потерпевшей С1. постановления о назначении судебного заседания не свидетельствует о существенном нарушении ее процессуальных прав.

Вопреки доводов потерпевшей С1., показания неявившихся потерпевшей Ж. и свидетелей оглашены с согласия сторон в порядке, предусмотренном ч. 1 ст. 281 УПК РФ (т. 3 л.д. 215).

В связи с тем, что в судебном заседании было отказано в удовлетворении ходатайств потерпевшей С1. о возвращении уголовного дела прокурору и наложении ареста на имущество (т. 3 л.д. 208-209, 229-230), поэтому обоснованно соответствующие постановления вынесены судом в зале судебного заседания путем занесения в протокол судебного заседания по правилам ч. 2 ст. 256 УПК РФ без удаления суда в совещательную комнату и изложения принятого решения в виде отдельного процессуального документа (п. 6 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 декабря 2024 г. N 39 «О практике применения судами норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих основания и порядок возвращения уголовного дела прокурору»).

Показания свидетеля Щ. и Ч. относительно необходимости проведения срочной операции члену семьи (т. 4 л.д. 1-7), верно оценены судом с учетом всей совокупности доказательств, при этом данное обстоятельство, как обоснованно указал суд первой инстанции, не свидетельствует о стечении тяжелых жизненных обстоятельств и необходимости признания его смягчающим.

Вопреки доводов потерпевшей С1., материалы дела не содержат каких-либо фактических данных, подтверждающих заявление указанной потерпевшей в ходе предварительного следствия ходатайства о допуске представителя потерпевшей.

Потерпевшая С1. после окончания предварительного следствия в порядке ст. 216 УПК РФ была ознакомлена с материалами уголовного дела, каких-либо ходатайств этот протокол не содержит. Также в материалах дела отсутствуют сведения о том, что потерпевшая подавала ходатайство о допуске в качестве своего представителя С2.

Сведений о том, что ходатайство о допуске в качестве представителя потерпевшей С2. поступило в ОРПОТ Свердловского района СУ Управления МВД России по г. Перми в материалах дела не имеется (т. 4 л.д. 56-57).

Кроме того, потерпевшая не лишена была возможности заявить ходатайство о допуске в качестве своего представителя С2. в ходе судебного разбирательства, но она такой возможностью не воспользовалась.

Что касается доводов потерпевшей относительно предоставления не читаемой из-за мелкого шрифта копии приговора при наличии заболеваний глаз, то судебная коллегия учитывает следующее.

В соответствии с ч. 2 ст. 303 УПК РФ приговор должен быть написан от руки или изготовлен с помощью технических средств.

Как усматривается из материалов уголовного дела, приговор изготовлен с помощью технических средств, при этом текст приговора полностью понятен, виден и доступен к прочтению, о чем в частности, свидетельствует реализация потерпевшей С1. права на апелляционное обжалование.

Данных об обратном потерпевшей стороной не представлено

Согласно ст. ст. 6, 60 УК РФ, наказание является справедливым, когда судом при его назначении в совокупности учтены характер и степень общественной опасности содеянного, данные о личности виновного, обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Однако, суд первой инстанции, назначая ФИО1 по ч. 5 ст. 33, ч. 2 ст. 159 УК РФ наказание в виде штрафа в сумме 150000 рублей, ч. 5 ст. 33, хищение имущества у С1. с применением ст. 64 УК РФ наказание в виде штрафа в сумме 400000 рублей, данные требования уголовного закона учел не в полном объеме.

В частности, суд при назначении наказания обоснованно учел характер и степень общественной опасности умышленных преступлений, относящихся к категории средней тяжести и тяжкого в отношении потерпевших, которые относятся к социально незащищенной категории граждан, данные о личности виновного, который имеет устойчивые социальные связи, к административной ответственности не привлекался, у врачей психиатра и нарколога на учетах не состоит, в быту, по месту предыдущего трудоустройства и учебы характеризуется положительно, жалоб от соседей и родственников не поступало (т. 3 л.д. 50-57), что подтвердили свидетели Ч., Щ. (т. 2 л.д. 238-241), а также его семейное и материальное положение, влияние назначенного наказания на условия жизни его семьи.

Вопреки доводам потерпевшей стороны, у судебной коллегии отсутствуют основания сомневаться в достоверности бытовых характеристик на осужденного ФИО1, поскольку, несмотря на одну и ту же дату составления и одинаковое содержание, указанные характеристики подписаны разными лицами и в разное время, а имеющаяся в них информация соответствует действительности, в частности, относительно не привлечения ФИО1 к уголовной и административной ответственности (т. 3 л.д. 51, 54). При этом данных о не достоверности иной содержащейся в характеристиках информации, потерпевшей стороной не представлено.

Обстоятельствами, смягчающими наказание осужденному по каждому преступлению суд обоснованно признал активное способствование раскрытию и расследованию преступления, признание вины, раскаяние в содеянном, неудовлетворительное состояние здоровья осужденного, его родных и близких, оказание им помощи, принесение потерпевшим извинений, в том числе публично в ходе рассмотрения уголовного дела.

Вопреки доводам потерпевшей С1., суд обоснованно признал смягчающим обстоятельством активное способствование раскрытию и расследованию преступлений, поскольку ФИО1 непосредственно после задержания добровольно сообщил об обстоятельствах совершения преступлений, которые не были известны правоохранительным органам (т. 1 л.д. 40-41) и выдал пароль от телефона (т. 1 л.д. 43), в котором содержалась значимая информация, использовавшаяся в качестве доказательств вины ФИО1, а также способствовавшая расследованию преступлений, изобличению и уголовному преследованию других соучастников преступлений, в том числе иных соучастников преступной группы, зарегистрированных в мессенджере «Telegram» под никами «Mark» - Лицо 1, «смайлики: удар, черная звезда» - Лицо 2, Лицо № 3, выполняющего функции курьера.

Судом обоснованно в качестве смягчающих наказание обстоятельств по обоим преступлениям не признаны явка с повинной, совершение преступлений в результате физического или психического принуждения со стороны иных соучастников преступной группы, совершений преступлений в силу стечения тяжелых жизненных обстоятельств, а также добровольное возмещение имущественного ущерба по преступлению, предусмотренному ч. 2 ст. 159 УК РФ, поскольку: объяснение, данное ФИО1 13 июня 2025 года не является добровольным сообщением о совершенном преступлении (т. 1 л.д. 40-41), так как было сделано осужденным в связи с его задержании сотрудниками правоохранительного органа по подозрению в совершении этого преступления; физического или психического принуждения со стороны иных соучастников преступной группы не имеется, так как осужденный ФИО1 понимал противоправный характер своих действий, поэтому осознанно с целью улучшения материального положения вступил в предварительный сговор с иными соучастниками для совершения нескольких преступлений; испытываемые осужденным временные материальные затруднения, связанные в том числе, с необходимостью оплаты лечения родственников сожительницы, вызваны обычными бытовыми причинами, поэтому не свидетельствуют о стечении тяжелых жизненных обстоятельств; добровольного возмещения имущественного ущерба потерпевшей Ж. не имеется, так как похищенные денежные средства указанной потерпевшей возвращены не осужденным ФИО1, а в результате активных действий сотрудников правоохранительного органа, изъявших у ФИО1, А. и Лица 3 похищенные денежные средства (т. 1 л.д. 42, т. 3 л.д. 8).

Отягчающих наказание обстоятельств судом не установлено.

Вместе с тем, признавая по преступлению в отношении потерпевшей С1. смягчающим обстоятельством, предусмотренным п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ, добровольное возмещение имущественного ущерба в сумме 31600 рублей, из них 23 000 рублей и 100 долларов США, причиненного в результате преступления, суд не учел следующее.

Применение п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ может иметь место в случае, если имущественный ущерб и моральный вред возмещены потерпевшему в полном объеме. Частичное возмещение имущественного ущерба и морального вреда может быть признано судом обстоятельством, смягчающим наказание, в соответствии с положениями ч. 2 ст. 61 УК РФ (п. 2 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 4 (2020), утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23 декабря 2020 г.).

Из материалов уголовного дела следует, что в результате хищения потерпевшей С1. причинен ущерб в сумме 1402315 рублей 55 копеек, из которых только 31600 рублей добровольно возмещены осужденным ФИО1 (т. 3 л.д. 77), оставшаяся часть похищенных денежных средств в сумме 1370725 рублей 55 копеек возвращена указанной потерпевшей в результате активных действий сотрудников правоохранительного органа, изъявших у ФИО1, А. и Лица 3 похищенные денежные средства (т. 1 л.д. 42, т. 2 л.д. 5, 109).

В связи с чем судебная коллегия действия осужденного по уплате потерпевшей С1. 31600 рублей (23 000 рублей и 100 долларов США) признает на основании ч. 2 ст. 61 УК РФ смягчающим наказание обстоятельством в виде частичного возмещения причиненного преступлением ущерба.

Указанные обстоятельства согласно положений ч. 2 ст. 389.18 УПК РФ свидетельствуют о несправедливости приговора вследствие чрезмерной мягкости наказания, назначенного ФИО1 без учета по обоим преступлениям более опасной формы соучастия по сравнению с пособничеством – исполнитель преступления, а также исключения признания по преступлению, предусмотренному ч. 4 ст. 159 УК РФ, смягчающего обстоятельства, предусмотренного п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ.

С учетом изложенного, судебная коллегия приходит к выводу о необходимости назначения ФИО1 по ч. 2 ст. 159 УК РФ наказания в виде штрафа, а по ч. 4 ст. 159 УК РФ с применением ст. 64 УК РФ в виде принудительных работ, поскольку данное наказание будет соответствовать его целям, указанным в ч. 2 ст. 43 УК РФ.

Размер штрафа судебная коллегия увеличивает по сравнению с наказанием, назначенным судом первой инстанции, с учетом вышеуказанных обстоятельств, ухудшающих положение осужденного ФИО1, и определяет с учетом тяжести совершенного преступления и имущественного положения осужденной и его семьи, возможности получения ФИО1 заработной платы и иного дохода.

Вопреки доводам потерпевшей стороны, установив, что ФИО1 активно способствовал раскрытию и расследованию преступлений, частично возместил имущественный ущерб потерпевшей С1., не судим, имеет постоянное место жительства, самозанят, характеризуется исключительно с положительной стороны, в том числе правоохранительными органами, имеет прочные социальные связи, к административной ответственности не привлекался, принимал меры к возмещению компенсации морального вреда потерпевшей С1., которую она в заявленном им размере принимать отказалась, суд первой инстанции данную совокупность обстоятельств обоснованно признал исключительной, применив при назначении наказания по ч. 4 ст. 159 УК РФ положения ст. 64 УК РФ, с сохранением того же принципа назначения более мягкого вида наказания, усилив вид наказания в виде принудительных работ, который также не предусмотрен санкцией ч. 4 ст. 159 УК РФ.

При этом окончательное наказание судебная коллегия назначает на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ путем полного сложения назначенных наказаний, поскольку штраф при сложении его с лишением свободы исполняется самостоятельно.

Рассматривая гражданский иск потерпевшей С1. о компенсации морального вреда в размере 400000 рублей (т. 3 л.д. 205-206), судом обоснованно приняты во внимание следующие обстоятельства.

Из разъяснений, содержащихся в п. 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13 октября 2020 № 23 «О практике рассмотрения судами гражданского иска по уголовному делу» следует, что по смыслу положений п. 1 ст. 151 ГК РФ гражданский иск о компенсации морального вреда (физических или нравственных страданий) может быть предъявлен по уголовному делу, когда такой вред причинен потерпевшему преступными действиями, нарушающими его личные неимущественные права (например, права на неприкосновенность жилища, частной жизни, личную и семейную тайну, авторские и смежные права) либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности и др.).

Исходя из положений ч. 1 ст. 44 УПК РФ и ст. ст. 151, 1099 ГК РФ в их взаимосвязи гражданский иск о компенсации морального вреда подлежит рассмотрению судом и в случаях, когда в результате преступления, посягающего на чужое имущество или другие материальные блага, вред причиняется также личным неимущественным правам либо принадлежащим потерпевшему нематериальным благам (например, при разбое, краже с незаконным проникновением в жилище, мошенничестве, совершенном с использованием персональных данных лица без его согласия).

Обосновывая исковые требования о компенсации морального вреда, потерпевшая С1. указывает, что в результате мошенничества был причинен вред принадлежащему ей нематериальному благу – здоровью, которое ухудшилось в связи с душевным волнением и стрессом, в связи с чем она находилась на стационарном лечении в геронтологическом отделении в период с 27 августа по 9 сентября 2025 года. Кроме того, она была оставлена практически без средств к существованию, не имела возможности оплачивать коммунальные услуги, покупать продукты питания, лекарства. После совершения преступления испытывает чувство страха, боязни звонков на стационарный, мобильные телефоны и в квартиру.

Отказывая в удовлетворении указанных исковых требований суд первой инстанции, верно сослался на отсутствие доказательств, подтверждающих наличие причинно-следственной связи между преступными действиями осужденного ФИО1, и ухудшением состояния здоровья потерпевшей С1., поскольку как следует из материалов дела хроническими заболеваниями, возникшими до совершения преступления, потерпевшая страдает на протяжении длительного времени, на стационарном лечении в геронтологическом отделении в период с 27 августа по 9 сентября 2025 года находилась планово, перелом руки потерпевшая получила также до совершения в отношении нее преступления (т. 3 л.д. 70-73, 207), что потерпевшая С1. не отрицает.

Все иные негативные последствия, указанные потерпевшей С1., не посягают на личные неимущественные права либо на принадлежащие потерпевшей нематериальные блага.

Вопрос о судьбе вещественных доказательств судом разрешен на основании ст. 81 УПК РФ, в том числе обоснованно на основании положений п. «г» ч. 1 ст. 104.1 УК РФ конфискован принадлежащий ФИО1 мобильный телефон «Apple iPhone 16 Pro», являющийся средством совершения преступления, поскольку с его помощью через сеть Интернет осуществлялась связь между соучастниками преступной группы, давались указания, предоставлялась необходимая информация.

Вопреки доводам потерпевшей, выделение уголовных дел в отношении неустановленных соучастников и Г., не препятствовало конфискации сотового телефона ФИО1, который, как и содержащаяся в нем информация, значимая по делу, надлежащим образом осмотрены, о чем составлены соответствующие документы.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.15, 389.20, 389.23, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

ПРИГОВОРИЛА:

приговор Свердловского районного суда г. Перми от 10 декабря 2025 года в отношении ФИО1 отменить.

Признать ФИО1 виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 159 УК РФ, ч. 4 ст. 159 УК РФ, и назначить ему наказание:

по ч. 2 ст. 159 УК РФ в виде штрафа в размере 250000 рублей;

по ч. 4 ст. 159 УК РФ с применением ст. 64 УК РФ в виде принудительных работ на срок 3 года с удержанием из заработной платы осужденного 10 % в доход государства.

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ путем полного сложения наказаний, окончательно назначить ФИО1 наказание в виде принудительных работ на срок 3 года с удержанием из заработной платы осужденного 10 % в доход государства и штрафа в размере 250000 рублей.

Зачесть ФИО1 в срок принудительных работ время содержания под стражей с 12 июня 2025 года по 10 декабря 2025 года из расчета один день содержания под стражей за два дня принудительных работ.

К месту отбывания наказания в виде принудительных работ ФИО1 надлежит следовать за счет государства самостоятельно.

Срок отбывания наказания в виде принудительных работ исчислять со дня прибытия осужденного ФИО1 в исправительный центр.

Наказание в виде штрафа исполнять самостоятельно.

Информация, необходимая в соответствии с правилами заполнения расчетных документов на перечисление суммы штрафа: Наименование получателя УФК по Пермскому краю (ГУ МВД России по Пермскому краю), ИНН <***>, КПП 590401001, БИК 015773997, наименование банка получателя: Отделение Пермь Банка России// УФК по Пермскому краю г. Пермь, номер казначейского счета**, единый казначейский счет: **, наименование платежа: судебный (уголовный штраф) назначенный ФИО1 по уголовному делу № **, Код ОКТМО 57701000, КБК **, УИН **.

В удовлетворении гражданского иска С1. о компенсации морального вреда, отказать.

Вещественные доказательства: DVD-R диски с приложением к заключению экспертов - хранить при уголовном деле.

Мобильный телефон «Apple iPhone 16 Pro» IMEI: **, **, принадлежащий ФИО1 переданный в камеру хранения вещественных доказательств ОП № 7 Управления МВД России по г. Перми, конфисковать (т. 2 л.д. 203).

Переданные в камеру хранения вещественных доказательств ОП № 7 Управления МВД России по г. Перми: удостоверение № 101856 на имя ФИО1, медикаменты – медицинские маски, активированный уголь, цитрамон, капли назальные «Ксилен», аскорбиновая кислота - уничтожить. Личные вещи Г., изъятые в ходе личного досмотра: пауэрбанк в корпусе черного цвета, usb-флеш накопитель, механические часы, беспроводные наушники с кейсом белого цвета, наушники проводные с разъемом type-c, зарядное устройство в количестве 2 штук, банковские карты «ПСБ», «ВТБ», «Своя», «МБК», проездная карта «Тройка», мобильный телефон «Apple Iphone 15 Pro» - оставить до принятия решения по выделенному уголовному делу в отношении Г. (т. 2 л.д.227-229).

Мобильный телефон «Apple Iphone 11» IMEI: **, **, вернуть по принадлежности А. (т. 2 л.д. 203).

В остальном апелляционную жалобу потерпевшей С1. оставить без удовлетворения.

Апелляционный приговор может быть обжалован в кассационном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции путем подачи кассационной жалобы, представления через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу, с соблюдением требований статьи 401.4 УПК РФ.

В случае пропуска срока кассационного обжалования или отказа в его восстановлении кассационные жалоба, представление подаются непосредственно в суд кассационной инстанции и рассматриваются в порядке, предусмотренном статьями 401.10 – 401.12 УПК РФ.

В случае подачи кассационных жалобы, представления лица, участвующие в деле, вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий (подпись)

Судьи: (подписи)