Решение № 12-31/2019 12-433/2018 от 11 февраля 2019 г. по делу № 12-31/2019

Дело № 12-31/2019


Р Е Ш Е Н И Е

г. Челябинск 12 февраля 2019 года

Судья Тракторозаводского районного суда г. Челябинска Айрапетян Е.М., при секретаре Родиковой В.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Тракторозаводского районного суда г. Челябинска жалобу ФИО1 на постановление мирового судьи судебного участка №6 Тракторозаводского района г.Челябинска от 16 октября 2018 года по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч.1 ст. 12.8 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, в отношении ФИО1,

у с т а н о в и л:

постановлением мирового судьи судебного участка №6 Тракторозаводского района г. Челябинска от 16 октября 2018 года ФИО1 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.8 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее - КоАП РФ), и подвергнут административному наказанию в виде административного штрафа в размере 30 000 руб. с лишением права управления транспортными средствами на срок один год шесть месяцев.

В жалобе, поданной в Тракторозаводский районный суд г. Челябинска в порядке и с соблюдением требований ст. ст. 30.1-30.3 КоАП РФ, ФИО1 просит постановление мирового судьи отменить, производство по делу прекратить, ссылаясь на отсутствие в его действиях состава административного правонарушения, поскольку субъектом административной ответственности не является, так автомобилем не управлял.

В судебном заседании ФИО1 и его защитник Щелканова В.О. на удовлетворении жалобы настаивали по основаниям и доводам, изложенным в ней, настаивая на том, что транспортным средством ФИО1, на момент остановки транспортного средства сотрудниками ГИБДД, не управлял, так как находился в состоянии опьянения, в связи с чем передал управление автомобиля другу ФИО2 Считают факт управления ФИО1 транспортным средством не доказанным, в связи с чем полагают процессуальные документы составленные сотрудниками ГИБДД в отношении ФИО1 недопустимыми доказательствами.

Выслушав объяснения ФИО1 и его защитника Щелкановой В.О., показания свидетелей ФИО4, ФИО5 и ФИО9, исследовав материалы дела об административном правонарушении, изучив доводы жалобы, судья приходит к следующим выводам.

В силу п. 2.7 Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных Постановлением Совета Министров - Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 года №1090 (далее – ПДД РФ), водителю запрещается управлять транспортным средством в состоянии опьянения (алкогольного, наркотического или иного), под воздействием лекарственных препаратов, ухудшающих реакцию и внимание, в болезненном или утомленном состоянии, ставящем под угрозу безопасность движения.

В соответствии с ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ управление транспортным средством водителем, находящимся в состоянии опьянения, если такие действия не содержат уголовно наказуемого деяния, - влечет наложение административного штрафа в размере тридцати тысяч рублей с лишением права управления транспортными средствами на срок от полутора до двух лет.

Согласно примечанию к данной норме употребление веществ, вызывающих алкогольное или наркотическое опьянение либо психотропных или иных вызывающих опьянение веществ запрещается. Административная ответственность, предусмотренная ст. 12.8 и ч. 3 ст.12.27 КоАП РФ, наступает в случае установленного факта употребления вызывающих алкогольное опьянение веществ, который определяется наличием абсолютного этилового спирта в концентрации, превышающей возможную суммарную погрешность измерений, а именно 0,16 миллиграмма на один литр выдыхаемого воздуха, или в случае наличия наркотических средств или психотропных веществ в организме человека.

В силу ч. 1.1 ст. 27.12 КоАП РФ лицо, которое управляет транспортным средством соответствующего вида и в отношении которого имеются достаточные основания полагать, что это лицо находится в состоянии опьянения, подлежит освидетельствованию на состояние алкогольного опьянения в соответствии с частью 6 данной статьи.

Согласно ч. 6 ст. 27.12 КоАП РФ освидетельствование на состояние алкогольного опьянения и оформление его результатов осуществляются в порядке, установленном Правительством Российской Федерации.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 26 июня 2008 года № 475 утверждены Правила освидетельствования лица, которое управляет транспортным средством, на состояние алкогольного опьянения и оформления его результатов, направления указанного лица на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, медицинского освидетельствования этого лица на состояние опьянения и оформления его результатов (далее - Правила).

В соответствии с пунктом 3 указанных Правил достаточными основаниями полагать, что водитель транспортного средства находится в состоянии опьянения, является наличие одного или нескольких следующих признаков: запах алкоголя изо рта; неустойчивость позы; нарушение речи; резкое изменение окраски кожных покровов лица; поведение, не соответствующее обстановке.

Как следует из материалов дела, 03 июля 2018 года в 23 часов 30 минут около дома 21 по ул. Сергея Герасимова в Тракторозаводском районе г.Челябинска ФИО1 в нарушение п. 2.7 ПДД РФ управлял транспортным средством Форд, государственный регистрационный знак №, находясь в состоянии опьянения.

Факт управления ФИО1, находящимся в состоянии алкогольного опьянения, транспортным средством достоверно подтверждается совокупностью собранных по делу об административном правонарушении доказательств, в том числе: сведениями, указанными в протоколе об административном правонарушении серии 74 АЕ № 185517 от 04 июля 2018 года (л.д.4), протоколом об отстранении от управления транспортным средством серии 74 ВС № 494898 от 03 июля 2018 года (л.д. 5); распечаткой памяти тестов анализатора паров этанола с записью результатов исследования (л.д. 6); актом освидетельствования на состояние алкогольного опьянения серии 74 АО № 306341 от 04 июля 2018 года (л.д.7); протоколом о задержании транспортного средства серии 74 АМ № 030238 от 04 июля 2018 года (л.д. 8); распечаткой данных программы «Статистика» (л.д. 9); письменными объяснениями ФИО6 и ФИО7 (л.д. 10,11); рапортом инспектора ДПС полка ДПС ГИБДД ГУ МВД России по Челябинской области ФИО8 от 04 июля 2018 года (л.д. 12); выкопировкой из книги выдачи приема средств связи и технических средств (л.д. 52); свидетельством о поверке средства измерения Анализатора паров этанола в выдыхаемом воздухе Алкотектор Юпитер-К, заводской номер прибора 003607 (л.д. 53-54); показаниями свидетелей ФИО9, ФИО7, ФИО5, ФИО8, ФИО4 и иными материалами дела.

Объективных данных, ставящих под сомнение вышеуказанные доказательства, в деле не имеется.

Оценив представленные в дело доказательства всесторонне, полно, объективно, в их совокупности, в соответствии с требованиями ст. ст. 26.2, 26.11 КоАП РФ, мировой судья пришел к обоснованному выводу о виновности ФИО1 в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ.

Оснований сомневаться в достоверности и правильности выводов мирового судьи, судья не усматривает.

Применение мер обеспечения производства по делу в отношении ФИО1 и оформления материалов по делу об административном правонарушении сотрудниками ГИБДД соблюдена, требование сотрудника полиции о прохождении ФИО1 освидетельствования на состояние алкогольного опьянения являлось законным и обоснованным.

Достаточным основанием полагать, что водитель ФИО1 находится в состоянии опьянения, послужило наличие выявленных у него инспектором ДПС ГИБДД признаков опьянения – запах алкоголя изо рта, неустойчивость позы, нарушение речи, что согласуется с требованиями п. 3 Правил. В связи с выявленными признаками опьянения, указанными в протоколе об отстранении от управления транспортным средством, акте освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, ФИО1 было предложено пройти освидетельствование на состояние алкогольного опьянения, с чем он был согласен.

В результате освидетельствования ФИО1 на состояние алкогольного опьянения, проведенного должностными лицами ДПС ГИБДД в соответствии с требованиями п.п. 4-9 Правил, с применением технического средства измерения Алкотектор в исполнении Юпитер, имеющим заводской номер 003607, (дата последней поверки прибора – 11 июля 2017 года), обеспечивающего запись результатов исследования на бумажном носителе, в присутствии двух понятых у ФИО1 было выявлено наличие абсолютного этилового спирта в выдыхаемом воздухе в концентрации 0,325 мг/л., превышающей 0,16 мг/л - возможную суммарную погрешность измерений, в связи с чем установлено состояние алкогольного опьянения.

В материалах дела имеется распечатка памяти тестов анализатора паров этанола Алкотектор Юпитер, в которой отражены дата и время проведения исследования, а также заводской номер прибора, аналогичные данным, указанным в акте освидетельствования на состояние алкогольного опьянения. Результат теста совпадает с показаниями прибора, отраженными в акте освидетельствования на состояние алкогольного опьянения – 0,325 мг/л. (л.д. 6).

Акт освидетельствования на состояние алкогольного опьянения получен с соблюдением требований ч. 6 ст. 25.7, ст. 27.12 КоАП РФ и п.8 Правил освидетельствования, в присутствии понятых ФИО7 и ФИО6, которые удостоверили своими подписями факт совершения в их присутствии процессуальных действий, их содержание и результаты. С результатами освидетельствования ФИО1 был согласен, что подтверждается его собственноручной записью и подписью в акте, а также на бумажном носителе, содержащим показания технического средства измерения (л.д. 6,7).

Предусмотренных ч. 1.1 ст. 27.12 КоАП РФ и п. 10 Правил оснований для направления ФИО1 на медицинское освидетельствование на состояние опьянения у сотрудников ДПС ГИБДД не имелось, поскольку с результатом освидетельствования на состояние алкогольного опьянения ФИО1 был согласен.

Поскольку у ФИО1 было установлено состояние опьянения, должностным лицом был составлен протокол об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ.

Протокол об административном правонарушении соответствует требованиям ст. 28.2 КоАП РФ, в нем описано событие административного правонарушения, выразившееся в управлении водителем ФИО1 транспортным средством в состоянии опьянения, иные сведения, необходимые для рассмотрения дела, а также указано на разъяснение ФИО1 прав и обязанностей, предусмотренных ст. 51 Конституции РФ, ст. 25.1 КоАП РФ, копия протокола вручена в установленном законом порядке, что подтверждено его подписью (л.д.4).

Доводы жалобы о том, что ФИО1 не является субъектом административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ, со ссылками на то, что транспортным средством он не управлял, а находился на пассажирском сиденье автомобиля, под управлением ФИО9 несостоятельны и опровергаются представленными в дело доказательствами.

Факт управления ФИО1 транспортным средством подтверждается протоколом об административном правонарушении от 04 июля 2018 года, в котором имеется указание на управление ФИО1 транспортным средством в состоянии алкогольного опьянения, протоколом об его отстранении от управления транспортным средством, актом освидетельствования на состояние алкогольного опьянения от 04 июля 2018 года, согласно которым указанные меры обеспечения производства по делу были приняты к ФИО1 именно как к водителю транспортного средства.

Кроме того, указанные обстоятельства также подтверждаются показаниями, допрошенных в качестве свидетелей ФИО8 и ФИО4 - инспекторов ДПС полка ДПС ГИБДД УМВД России по г.Челябинску, составлявших протокол об административном правонарушении и другие материалы дела, из которых следует, что работая во вторую смену в составе экипажа №, в ходе осуществления надзора за безопасностью дорожного движения, ими был замечен автомобиль марки Форд Фокус, водитель которого увидев их, остановился, не доехав до них, после чего водитель и пассажир поменялись местами, в связи с чем указанный автомобиль было принято решение остановить для проверки. ФИО1, в котором они узнали водителя, пересевшего на пассажирское сиденье, отрицал факт управления транспортным средством, при этом имел признаки опьянения, в связи с чем в присутствии двоих понятых, ФИО1 было предложено пройти освидетельствование на состояние алкогольного опьянения, на что он согласился. По результатам проведенного освидетельствования у ФИО1 было установлено состояние алкогольного опьянения, с которыми ФИО1 был согласен, после чего был составлен протокол об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ.

Оснований ставить под сомнение достоверность показаний свидетелей ФИО8 и ФИО4, не имеется. Указанные показания свидетелей получены с соблюдением требований ст. ст. 25.6, 17.9 КоАП РФ, являются последовательными, и вопреки доводам защиты, непротиворечивыми, согласуются как между собой, так и с иными доказательствами по делу.

Тот факт, что инспекторы ГИБДД являются должностными лицами, наделенными государственно-властными полномочиями, не может служить поводом к тому, чтобы не доверять составленным ими документам, а также их устным показаниям, которые судья оценивает по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном и объективном исследовании всех обстоятельств дела и совокупности представленных доказательств, ни одно из которых не имеет заранее установленной силы. Оснований для оговора ФИО1 инспекторами ГИБДД, которые находились при исполнении своих служебных обязанностей, выявили административное правонарушение и составили необходимые процессуальные документы, не установлено.

Выполнение сотрудниками полиции своих служебных обязанностей по выявлению и пресечению правонарушений само по себе не может свидетельствовать об их субъективности или предвзятости в изложении обстоятельств произошедшего и не является основанием полагать, что они заинтересованы в исходе дела. Каких-либо решений о незаконности действий ФИО8 и ФИО4 в отношении ФИО1, в материалы дела не представлено.

Поскольку в ходе рассмотрения настоящей жалобы сведений о какой-либо заинтересованности сотрудников ГИБДД в исходе настоящего дела, их небеспристрастности к ФИО1 или допущенных злоупотреблениях по делу не установлено, оснований ставить под сомнение достоверность фактических данных, указанных должностными лицами в составленных ими процессуальных документах, а также в сообщенных ими сведениях, не имеется.

Кроме того, указанные письменные доказательства противоречий не имеют, получены с соблюдением установленного законом порядка, отвечают требованиям относимости, допустимости и достаточности, отнесены ст. 26.2 КоАП РФ к числу доказательств, имеющих значение для правильного разрешения дела, и исключают какие-либо сомнения в виновности ФИО1 в совершении административного правонарушения.

Все процессуальные документы в отношении ФИО1, составлены в соответствии с требованиями ст. 27.12 КоАП РФ, подписаны понятыми ФИО7 и ФИО6, которые своими подписями удостоверили в акте и в протоколах факт совершения в их присутствии процессуальных действий, их содержание и результаты.

Достоверных сведений о том, что сотрудники ГИБДД препятствовали участию понятых в производстве процессуальных действий, прочтению ими протоколов и акта, не объяснили им, совершение каких действий они удостоверяют своими подписями, не предоставили им возможности указать свои возражения относительно проводимых процессуальных действий, в материалах дела не имеется.

Сам факт привлечения понятых к совершению процессуальных действий в отношении ФИО1, как и факт прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения и согласие с его результатами, в присутствии понятых, ФИО1 в судебном заседании, не оспаривал.

Указанные обстоятельства в совокупности с перечисленными выше доказательствами объективно свидетельствуют о том, что ФИО1 является субъектом административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ. При этом отрицание ФИО1 факта управления транспортным средством, о чем им было заявлено, в том числе сотрудникам ГИБДД непосредственно после остановки ими транспортного средства, с учетом того, что инспектора ГИБДД являлись непосредственными очевидцами факта управления ФИО1 автомобилем и фиксация ими того обстоятельства, что ФИО1 и пассажир поменялись местами, не свидетельствует об отсутствии в его действиях состава административного правонарушения. Напротив, указанное поведение ФИО1, при изложенных обстоятельствах, свидетельствует о заранее намеренно избранном способе защиты с целью избежать ответственности за содеянное.

Объективных и достоверных сведений, опровергающих факт управления ФИО1 транспортным средством, в дело не представлено.

Показаниям, допрошенных в качестве свидетелей ФИО9 и ФИО10 в части того, что за управлением транспортным средством находился ФИО9, а не ФИО1, мировым судьей дана правильная критическая оценка, поскольку эти показания не согласуются с установленными в ходе судебного разбирательства обстоятельствами совершенного правонарушения и вступают в противоречие с собранными по делу доказательствами.

Кроме того, показания указанных свидетелей, в том числе с учетом показаний данных ими в районном суде, в целом подтвердившего версию защиты о том, что за управлением транспортным средством находился ФИО9, вступают в противоречие не только с имеющимися в материалах дела доказательствами, но и не согласуются между собой.

Так, из показаний свидетеля ФИО9 следует, что 03 июля 2018 года, он получил сообщение на мобильный телефон от ФИО1 с предложением поехать отдохнуть на озеро. После чего, ФИО1, управляя своим транспортным средством заехал за ним домой. Помимо ФИО1 в автомобиле находился их друг ФИО10 Он сел за управление автомобилем, так как ФИО1 планировал употреблять спиртные напитки, ФИО1 сел на заднее пассажирское сиденье, а ФИО10 на переднее пассажирское сиденье. Они заехали в магазин за продуктами, затем поехали за подругой ФИО1 Натальей, проживающей в пос.Чурилово. Забрав Наталью, которая села на заднее пассажирское сиденье вместе с ФИО1, и при этом была недовольна тем, что ФИО1 планирует выпивать, несмотря на то, что они едут на озеро на его автомобиле, они поехали отдыхать на Первое озеро, где все кроме него употребляли спиртное. Вечером, когда они собрались по домам, решили сначала отвезти домой Наталью. Он (ФИО9) сел за управление автомобилем, рядом с ним на переднем пассажирском сиденье сел ФИО10, сзади ФИО1 и ФИО3. В пути следования, в сторону пос. Чурилово, они заметили на противоположной стороне дороги, три патрульных экипажа ГИБДД, и поскольку им необходимо было возвращаться обратно по этой же дороге, при этом автомобиль ФИО1 был тонирован и у него отсутствовал страховой полис, с целью избежать ответственности, они решили поехать другим путем, воспользовавшись навигатором. Не доезжая до сотрудников ГИБДД, они свернули в проулок, однако там оказался тупик. В связи с чем им пришлось развернуться и проследовать по дороге, на которой стояли сотрудники ГИБДД, которые их в последующем остановили.

Свидетель ФИО10 пояснил, что 03 июля 2018 года он приехал к ФИО1 домой, где находились друзья ФИО1, кто именно, он не помнит, но все употребляли спиртное и приняли решение поехать купаться на Первое озеро. Они сели в автомобиль ФИО1, за управление автомобилем сел ФИО9, так как спиртное он не употреблял, рядом с ним на переднее пассажирское сиденье сел ФИО1, он и их подруга ФИО3, сели на заднее пассажирское сиденье. Искупавшись на озере, решили поехать по домам, за управление автомобилем также сел ФИО9, рядом с ним на переднее пассажирское сиденье сел он, на заднем пассажирском сиденье сели ФИО1 и ФИО3. В пути следования в сторону пос.Чурилово, они заметили 3 или 4 патрульных автомобилей сотрудников ГИБДД, высадив Наташу, решили поехать другим путем, поскольку автомобиль ФИО1 был тонирован и страховой полис просрочен. Они поехали по навигатору, который завел их в тупик, в связи с чем они были вынуждены развернуться и проехать мимо патрульных автомобилей, где были остановлены сотрудниками ГИБДД.

Наличие противоречий в показаниях указанных свидетелей относительно обстоятельств, в том числе предшествующих происходящим событиям, в части описания их деталей, при общей согласованности версии о том, что транспортным средством управлял ФИО9, а не ФИО1 позволяет усомниться в достоверности и правдивости показаний данных свидетелей, что в свою очередь, принимая во внимание то обстоятельство, что указанные лица находятся в дружеских отношениях с ФИО1, вызывает сомнения в объективности их показаний и дает основание ставить под сомнения, сообщенные им сведения.

С учетом изложенного, показания указанных лиц не могут быть приняты, как подтверждающие позицию защиты, и опровергающие установленные по делу обстоятельства, а именно факт управления транспортным средством ФИО1

Версия, выдвигаемая ФИО1 о том, что автомобилем он не управлял, а лишь находился в салоне автомобиля, за управлением которого был ФИО9, расценивается судьей как позиция защиты, избранная ФИО1 с целью избежать ответственности за содеянное, к которой мировой судья правомерно отнесся критически.

Вопреки доводам защиты, материалы дела не содержат сведений о наличии процессуальных нарушений, которые могли бы препятствовать всестороннему, полному и объективному рассмотрению дела.

Имеющиеся в материалах дела доказательства, каждое из которых обладает признаками относимости, допустимости и достоверности, в своей совокупности являются достаточными для полного, всестороннего и объективного рассмотрения дела, а также для обоснованного вывода о доказанности вины ФИО1 в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст.12.8 КоАП РФ.

Обстоятельства, изложенные в жалобе и сообщенные защитником в ходе ее рассмотрения, были предметом тщательной проверки при рассмотрении дела судом первой инстанции. В ходе рассмотрения дела мировым судьей в полном объеме исследованы все представленные материалы в отношении ФИО1, им дана соответствующая оценка, они признаны допустимыми, достоверными и достаточными.

Вывод мирового судьи о наличии в действиях ФИО1 состава административного правонарушения, предусмотренного ч.1 ст.12.8 КоАП РФ,- управление транспортным средством водителем, находящимся в состоянии опьянения, если такие действия не содержат уголовно наказуемого деяния, принимая во внимание отсутствие в действиях ФИО1 признаков уголовно наказуемого деяния, является правильным, соответствует фактическим обстоятельствам и основан на правильном применении закона.

Доводы жалобы не содержат правовых аргументов, ставящих под сомнение законность и обоснованность обжалуемого судебного акта, и в целом направлены на переоценку исследованных при рассмотрении административного дела доказательств.

В ходе рассмотрения дела мировым судьей требования ст.ст 24.1, 26.1 КоАП РФ выполнены.

Нарушений процессуальных норм, влекущих безусловную отмену судебного постановления, являющихся существенными и препятствующими рассмотрению данного дела полно, всесторонне и объективно, в соответствии с требованиями законодательства, при рассмотрении дела об административном правонарушении и вынесении постановления не допущено.

Постановление мирового судьи соответствует требованиям ст. 29.10 КоАП РФ, оно вынесено в пределах срока давности привлечения к административной ответственности, установленного ч.1 ст. 4.5 КоАП РФ для данной категории дел и с соблюдением требований ст. 29.5 КоАП РФ.

При назначении ФИО1 административного наказания мировым судьей требования статей 3.1, 3.5, 3.8, 4.1 - 4.3 КоАП РФ соблюдены. Наказание назначено в пределах санкции ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ, является обоснованным и справедливым.

Нарушений гарантированных Конституцией РФ и ст. 25.1 КоАП РФ прав, в том числе права на защиту, не усматривается. Нарушений принципов презумпции невиновности и законности, закрепленных в ст.ст. 1.5, 1.6 КоАП РФ, при рассмотрении дела не допущено.

Обстоятельств, исключающих производство по делу об административном правонарушении, предусмотренных ст. 24.5 КоАП РФ, не установлено.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 30.6 - 30.8 КоАП РФ, судья

р е ш и л:

постановление мирового судьи судебного участка №6 Тракторозаводского района г.Челябинска от 16 октября 2018 года по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч.1 ст. 12.8 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, в отношении ФИО1 оставить без изменения, жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Решение вступает в законную силу немедленно после его оглашения.

Судья: п/п Е.М. Айрапетян

Копия верна. Судья: