Апелляционное определение № 33-2288/2026 от 26 апреля 2026 г.

УИД 72RS0025-01-2025-004743-58

Номер дела в суде первой инстанции 2-5654/2025

Дело №33-2288/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ определение

г. Тюмень 27 апреля 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам Тюменского областного суда в составе:

председательствующего судьи: Чесноковой А.В.,

судей: Котовой С.М., Шараповой Н.Ф.,

при секретаре: Загородных Е.Ю.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе ответчика Общества с ограниченной ответственностью «Инновационные технологии» на решение Центрального районного суда г.Тюмени от 20 ноября 2025 года, которым постановлено:

«Иск ФИО3 удовлетворить частично.

Признать незаконным п.1 приказа №119 от 24.03.2025 «Об удержании ущерба в пределах среднего месячного заработка» о привлечении ведущего инженера-супервайзера службы супервайзинга Ноябрьского производственного участка ФИО1 к материальной ответственности в размере, не превышающем его средний месячный заработок, и удержании из его заработной платы 27045 рублей.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Инновационные технологии» (ИНН <.......> в пользу ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (паспорт гражданина РФ <...>) неправомерно удержанную заработную плату в размере 27045 рублей, компенсацию за задержку выплаты заработной платы за период с 25.03.2025 по 20.11.2025 в размере 8227,99 рублей, компенсацию морального вреда в размере 15000 рублей, расходы по оплате юридических услуг в размере 3000 рублей.

В остальной части иска ФИО3 отказать.

Взыскать Общества с ограниченной ответственностью «Инновационные технологии» (ИНН <.......>) в бюджет муниципального образования городской округ г. Тюмень государственную пошлину в размере 10000 рублей».

Заслушав доклад судьи Тюменского областного суда Чесноковой А.В., объяснения представителя ответчика Общества с ограниченной ответственностью «Инновационные технологии» - ФИО2, действующей на основании доверенности от 27.02.2025 и настаивавшей на удовлетворении апелляционной жалобы, судебная коллегия

у с т а н о в и л а:

Истец ФИО3 обратился в суд с иском к ответчику ООО «Инновационные технологии» о взыскании неправомерно взысканной заработной платы в размере 90 636,81 рублей; компенсации за неправомерно взысканную заработную плату в размере 3 679,85 рублей, за период с 25.03.2025г. по 22.04.2025г., и на дату вынесения решения суда; взыскании убытков, связанных с написанием искового заявления в размере 10 000 рублей; компенсации морального вреда в размере 50 000 рублей.

Требования мотивированы тем, что в период с 10.07.2024г. по 24.03.2025г. истец работал в ООО «ИнТех» в должности ведущего инженера – супервайзера службы супервайзинга Муравленковского производственного участка, с 16.11.2024 в должности ведущего инженера – супервайзера службы супервайзинга Ноябрьского производственного участка. В день увольнения, по непонятной причине, из заработной платы удержана сумма в размере 27 045 рублей и сумма 63 591,81 рубль. По электронной почте в адрес истца поступило соглашение о возмещении ущерба, причиненного работником работодателю от 20.03.2025г., в котором указано, что работник признает, что причинил работодателю реальный ущерб на сумму 54090 руб. вследствие повреждения автомобиля, переданного работодателю в лизинг и закрепленного за работником. Стороны договорились о возмещении работником работодателю ущерба в размере 27 045 рублей. Работник соглашается с тем, что сумма ущерба в размере 27 045 рублей будет удержана из его окончательного расчета при увольнении 24.03.2025г.. Указанное соглашение истцом не было подписано, однако удержание произведено из окончательного расчета за март 2025 года. Относительно удержания суммы в размере 63 591,81 рубль истец ничего пояснить не может, поскольку при увольнении задолженностей не было, природа приказа неизвестна.

В ходе судебного заседания 12 августа 2025 года от истца поступило ходатайство, в котором просит признать незаконным приказ №119 от 24.03.2025 «Об удержании ущерба в пределах среднего месячного заработка» с ФИО3

В ходе судебного заседания 09 октября 2025 года от истца поступило заявление об увеличении исковых требований, в котором просит признать незаконным и отменить приказ №119 от 24.03.2025г. об удержании ущерба в пределах среднего месячного заработка с ФИО3; взыскать неправомерно взысканную заработную плату в размере 90 636,81 рублей; взыскать денежную компенсацию за неправомерно взысканную заработную плату в размере 23 462,84 рубля за период с 25.03.2025г. по 09.10.2025ш., и на дату вынесения решения судом; расходы на представителя в размере 10 000 рублей; компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей.

В судебном заседании в суде первой инстанции:

представитель истца ФИО4 уточненные исковые требования поддержала в полном объеме;

представитель ответчика ФИО2 требования не признала, представлены письменные возражения, в которых ответчик просит отказать в удовлетворении иска в полном объеме.

Истец ФИО3 не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом по известному месту жительства, об отложении рассмотрения дела не просил, сведений об уважительных причинах неявки суду не представил.

Судом постановлено указанное выше решение, с которым не согласен ответчик ООО «Инновационные технологии».

В апелляционной жалобе ответчик ООО «Инновационные технологии» просит решение суда отменить, принять по делу новое решение.

В доводах жалобы выражает несогласие с решением суда первой инстанции, в связи с несоответствием выводов суда, фактическим обстоятельствам дела и недоказанностью установленных судом обстоятельств, имеющих значение для дела.

Считает, что суд первой инстанции необоснованно посчитал доказанным то обстоятельство, что работодатель не запрашивал у работника объяснения по факту причинения ущерба, поскольку в материалах дела имеетсяакт об отказе работника от дачи объяснений от 01.03.2025. Законодательство РФ не обязывает работодателя направлять в адрес работника запрос в письменном виде, поэтому совершение запроса в устной форме является законным. Объяснения запрашивались уполномоченными должностными лицами в рамках их обязанностей.

Указывает, что суд первой инстанции посчитал ключевое обстоятельство, имеющее значение для дела доказанным, что не соответствует обстоятельствам дела и не подтверждается имеющимися в деле доказательствами.

Также считает, что суд первой инстанции ошибочно сделал вывод, что транспортное средство не было передано истцу, поскольку это не соответствует представленным доказательствам. В материалах дела имеетсяАкт №10 от 25.01.2025о закреплении автомобиля за постом №10, которыйподписан лично ФИО3 и его коллегой. Этого документа достаточно для подтверждения ответственности работника за сохранность машины. Доводы суда о том, что повреждения могли быть получены ранее, беспочвенны, так как при приемке работник не указывал на наличие каких-либо неисправностей.

Полагает, что суд пришел к неверному выводу о нарушении ответчиком обязанности по ознакомлению истца с приказом об удержании, поскольку работодатель не имел физической возможности ознакомить с указанным приказом работника под роспись, так как ФИО3 подал заявление на увольнение сразу после инцидента. Однако работнику был направлен проект соглашения о добровольном возмещении ущерба с расчетами, то есть он был осведомлен о претензиях. Обязанности направлять сам приказ по почте без письменной просьбы работника у компании нет.

Кроме того считает, что оснований для выплаты компенсации за задержку зарплаты не имеется, поскольку работодатель считает удержание суммы ущерба законным, следовательно задолженности по заработной плате не возникло.

Кроме того, указывает нанеобоснованность компенсации морального вреда в размере 15 000 рублей, так как истец не представил никаких доказательств своих нравственных страданий и не конкретизировал, в чем именно они выражались

На апелляционную жалобу поступили письменные возражения от истца в лице представителя, согласно которых он просит решение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу заявителя – без удовлетворения.

Информация о времени и месте рассмотрения дела в суде апелляционной инстанции была заблаговременно размещена на официальном сайте Тюменского областного суда http://oblsud.tum.sudrf.ru (раздел судебное делопроизводство).

Истец ФИО3, извещённый о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы надлежащим образом, в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явился, ходатайств об отложении дела слушанием не заявлял.

Проверив материалы дела в пределах доводов апелляционной жалобы, как это предусмотрено ч.1 ст.327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, изучив материалы дела, выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, 08.07.2024г. между ООО «Инновационные технологии» (работодатель) и ФИО3 был заключен трудовой договор №94-24-тд, по условиям которого работник принимается на работу в ООО «ИнТех» на должность ведущего инженера-супервайзера, вахтовым методом организации работ. Местом работы работника определено основное производство Муравленковский производственный участок (служба супервайзинга), расположенный в г. Муравленко, ЯНАО, район Крайнего Севера. Настоящий срочный трудовой договор заключен на определенный срок с 10.07.2024г. (л.д.38-44.

Разделом 8 договора установлено, что стороны могут быть привлечены к материальной и иным видам юридической ответственности в случаях и порядке, предусмотренных Трудовым кодексом Российской Федерации и иными федеральными законами. Работник несет материальную ответственность как за прямой действительный ущерб, непосредственно причиненный им работодателю, так и за ущерб, возникший у работодателя в результате возмещения им ущерба третьим лицам (8.3.2).

В случае увольнения без уважительных причин до истечения срока, обусловленного трудовым договором или соглашением об обучении за счет средств работодателя, работник обязан возместить затраты, понесенные работодателем на его обучение, исчисленные пропорционально фактически не отработанному после окончания обучения времени, если иное не предусмотрено трудовым договором или соглашением об обучении (п.8.4).

08 июля 2024 года между сторонами заключено дополнительное соглашение к трудовому договору №01-24, согласно которому работник наряду со своей основной работой в должности ведущий инженер-супервайзер службы супервайзинга ОП Муравленковский производственный участок, обусловленный договором обязуется выполнять в пределах установленной ему нормальной продолжительности рабочего времени следующие дополнительные обязанности по управлению транспортным средством путем увеличения объема работ: управлять вверенным автомобилем; осуществлять заправку транспортного средства ГСМ; производить проверку технического состояния и прием транспортного средства перед началом работы; своевременно оформлять путевые документы, авансовые отчеты; производить технический осмотр перед выездом на линию и после возвращения с линии; проводить мелкий текущий ремонт и уборку автомобиля; поддерживать транспортное средство в исправном состоянии.

За выполнение дополнительных обязанностей, предусмотренных п.1 настоящего дополнительного соглашения, работнику устанавливается доплата в размере 10% от должностного оклада по основному месту работы (л.д. 86).

В тот же день 8 июля 2024 года ФИО3 подписано обязательство о возмещении ущерба (л.д. 104), которым предусмотрено, что при исполнении им должностных обязательств в соответствии с должностной инструкцией, управляя транспортным средством, принадлежащим ОО «ИнТех» обязуется, в случае причинения ущерба используемому транспортному средству по его вине, компенсировать затраты на ремонт в полном размере. Сумма размера компенсации затрат на ремонт транспортного средства определяется на станции технического обслуживания согласно дефектной ведомости. Штрафы ГИБДД, заказчика, предъявленные ООО «ИнТех» в результате виновных действий ФИО3, последний обязуется возместить в полном объеме.

16 ноября 2024 года между сторонами заключено дополнительное соглашение № 01-24 к трудовому договору, в соответствии с которым работодатель, с согласия работника, с 16.11.2024г. переводит работника в службу супервайзинга Ноябрьского производственного участка на должность ведущий инженер-супервайзер с правом управления транспортным средством работодателя вахтовым методом организации работ на условиях настоящего дополнительного соглашения (л.д. 124).

Из материалов дела следует, что в период трудовых отношений ФИО3 направлялся на обучение.

Так, 08.07.2024г. между сторонами было заключено соглашение об обучении за счет работодателя №01-24-уч, согласно которому в целях расширения оказываемых услуг работодатель оплачивает обучение работника из расчета 100% по направлению (специальности) «Защитное вождение, Зимнее вождение или вождение в сложных условиях», категория В. Общая стоимость обучения работника составляет 10 200 рублей.

Оплата осуществляется путем перечисления работодателем денежных средств на расчетный счет компании, организовавшей обучение.

В случае расторжения трудового договора по инициативе работника или по инициативе работодателя на основании п.5-7 ч.1 ст.81 ТК РФ до истечения одного года со дня окончания обучения, работник обязан возместить затраты, понесенные работодателем связанные с его обучением, исчисленные пропорционально фактически не отработанному после окончания обучения времени.

Работник уполномочивает работодателя удержать причитающуюся работодателю сумму их заработной платы работника (л.д. 48).

09 сентября 2024 года истец обратился к ответчику с заявлением о направлении на обучение (л.д. 49).

08 октября 2024г. между сторонами заключено соглашение об обучении за счет работодателя №02-24-уч, согласно которому работник по своей инициативе проходит обучение по курсу: «Контроль скважины. Управление скважиной при ГНВП при ТРКС нефтяных и газовых скважин (модернизированный курс)». Общая стоимость обучения работника составляет 45 000 рублей.

При прохождении работником образовательной программы, по окончанию периода обучения он обязан предоставить работодателю сертификат и удостоверение о повышении квалификации, подтверждающие успешное завершение обучения и сдачу экзаменов.

В случае нарушения работником п.6 настоящего соглашения или расторжении трудового договора по инициативе работника на основании п.3 ч.1 ст.77 ТК РФ или по инициативе работодателя на основании п.п.3, 5-7 ч.1 ст.81 ТК РФ до истечения двух лет со дня окончания обучения, в том числе с учетом срока действия срочного трудового договора на новый срок, работник обязан возместить затраты, понесенные работодателем, связанные с его обучением, исчисленные пропорционально фактически не отработанному после окончания обучения времени.

Для возмещения расходов работник уполномочивает работодателя удержать причитающуюся работодателю сумму из заработной платы работника (л.д. 50).

24 марта 2025г. директором ООО «ИнТех» издан приказ «Об удержании затрат на обучение», в силу которого приказано удержать из заработной платы ведущего инженера-супервайзера службы супервайзинга Ноябрьского производственного участка ФИО3 затраты, понесенные работодателем на его обучение, исчисленные пропорционально фактически неотработанному после окончания обучения времени в размере 38 306,30 рублей (л.д. 51).

Из материалов дела видно, что актом №10 от 25.01.2025г. в целях обеспечения надлежащей эксплуатации транспортных средств ООО «Инновационные технологии» на Ноябрьском ПУ и в связи с производственной необходимостью принято решение о закреплении автомобиля УАЗ Патриот государственный регистрационный знак <***> за постом №10 (л.д. 89).

Судом первой инстанции было установлено, что после составления данного акта о закреплении транспортного средства, какого-либо документа, свидетельствующего о передаче вышеуказанного автомобиля посту № 10 (ФИО5, ФИО3) суду не представлено.

Как следует из акта приема-передачи автомобиля УАЗ Патриот, государственный регистрационный знак <***>, от 15.01.2025г. он подписан только лицом, передающим автомобиль, то есть ФИО6, и никем из поста №10 не подписан. Лицо, которому передан данный автомобиль не указано (л.д. 87).

В тоже время, ФИО3 ни в исковом заявлении, ни представитель истца в судебном заседании не указывали, что истцу был передан автомобиль с неисправностями.

Также из материалов дела видно, что при передаче автомобиля 01.03.2025 ФИО5 – ФИО7 зафиксированы недостатки: вмятина на ребре задней двери в районе крепления стеклоочистителя, прожжен чехол на водительском сиденье (л.д. 90).

Как следует из акта об отказе от дачи объяснений от 01.03.2025г., составленного региональным менеджером и региональным менеджером ПУ Ноябрьскицй ФИО8 ведущими инженерам-супервайзерам ФИО5, ФИО3 было предложено предоставить письменные объяснения по факту неисправностей автомобиля, однако сотрудники отказались, мотивируя отказ нежеланием (л.д. 92).

В судебном заседании представитель истца ФИО4 не подтвердила указанное обстоятельство, пояснив, что дать объяснения истцу никто не предлагал.

09 марта 2025г. региональным менеджером ФИО9 составлена служебная записка, в которой он просит удержать стоимость выявленных неисправностей с ведущих инженеров-супервайзеров: ФИО5, ФИО3 (л.д. 93).

10 марта 2025г. работодателем вынесен приказ №98 о создании комиссии по проведению служебного расследования факта причинения 01.03.2025 ущерба имуществу общества (л.д. 94).

21 марта 2025г. составлен акт служебного расследования, которым также установлено, что водителями, управляющими транспортным средством на дату обнаружения ущерба от 01.03.2025 являлись ФИО3, ФИО5 При приеме транспортного средства техническое состояние было исправным.

Согласно дефектной ведомости №ЗН-134 от 21.03.2025г., стоимость ремонта составляет 54 090 рублей (л.д.э 95-100).

24 марта 2025 директором ООО «ИнТех» издан приказ «Об удержании ущерба в пределах среднего месячного заработка», которым приказано привлечь ведущего инженера-супервайзера службы супервайзинга Ноябрьского производственного участка ФИО3 к материальной ответственности в размере, не превышающем его средний месячный заработок, и удержать из его заработной платы 27 045 рублей (л.д. 101).

Также из материалов дела видно, что в этот же день - 24.03.2025г. трудовые отношения между сторонами прекращены, трудовой договор расторгнут по инициативе работника, что подтверждается копией приказа № 62-у (л.д. 47).

При этом, согласно приказу от 24 марта 2025 года № 117 при увольнении с ФИО3 удержана сумма ущерба 27 045 рублей, стоимость обучения 38 306,30 рублей, стоимость спецодежды 25 285,51 рублей (л.д. 51).

При рассмотрении дела судом первой инстанции установлено, что ответчиком оплачено обучение ФИО3, который установленный в соглашении срок не отработал, и суд, руководствуясь положениями статей 137, 249 Трудового кодекса Российской Федерации признал правомерным удержания ответчиком денежных средств при увольнении с ФИО3 следующих сумм: 38 306,30 рублей (3 046,03 рублей – обучение по соглашению от 08.07.2024г., 35 260,27 рублей – обучение по соглашению от 08.10.2024г.).

Кроме того, руководствуясь ст.212 Трудового кодекса Российской Федерации, принимая во внимание то, что во исполнение требований охраны труда, в целях сохранения жизни и здоровья работника в процессе трудовой деятельности, ФИО3 были выданы спецодежда и спецобувь в пользование, что подтверждается подписью ФИО3 в их получении в личной карточке сотрудника, и не оспаривалось представителем истца в судебном заседании, учитывая положения п. 4.4 Правил внутреннего трудового распорядка ООО «Инновационные технологии», суд признал также правомерным удержание при увольнении с ФИО3 стоимости средств индивидуальной защиты в размере 25 285,51 рублей.

Относительно удержания заработной платы за ущерб, суд пришел к следующим выводам.

В силу положений ст. 247 Трудового кодекса Российской Федерации работодателем согласно приказу от 10.03.2025 № 98 была создана комиссия по проведению служебного расследования факта причинения ущерба обществу, п.2.2 приказа руководителем Общества поручено комиссии истребовать и получать от работников общества объяснения и разъяснения по расследуемому факту.

Суд первой инстанции пришел к выводу о том, что в нарушение требований трудового законодательства и собственного приказа, ответчиком не были взяты объяснения от работников, и конкретно от ФИО3

Позиция стороны ответчика о ранее предложенной даче объяснений (до вынесения приказа «О создании комиссии по проведению служебного расследования») не принята судом во внимание, поскольку предложение дать объяснение, поступившее от регионального менеджера ПУ Ноябрьский, поступило перед проведением расследования и не в рамках расследования, к тому же от неуполномоченного на тот момент лица. Поэтому предложение дачи объяснений 01.03.2025 не может восприниматься судом как исполнение процедуры служебного расследования.

Кроме того, даже если ФИО3 отказался от дачи объяснений 01.03.2025г., сразу после приемки транспортного средства, в ходе проведения расследования (а это спустя как минимум 10 дней), он мог согласиться дать такие объяснения, но ему этого не было предложено.

Также не приняты судом первой инстанции во внимание доводы ответчика о том, что получение объяснений у истца было затруднительным, так как после 01.03.2025г. он уехал домой, поскольку трудовое законодательство Российской Федерации не связывает обязанность работодателя соблюдать требования закона при привлечении работника к дисциплинарной или материальной ответственности от удаленности работника. Обязанность по истребованию письменных объяснений от работника не поставлена в зависимость от его местонахождения, тем более в настоящее время имеется множество различных средств и способов связи.

Кроме того, суд первой инстанции установил, что ФИО3 не был ознакомлен с приказом от 24.05.2025г. № 119 о привлечении его к материальной ответственности, копия приказа не была направлена работнику, в связи с чем суд пришел к выводу о том, что п.1 приказа №119 от 24.03.2025 «Об удержании ущерба в пределах среднего месячного заработка», касающийся привлечения ФИО3 к материальной ответственности и удержании из его заработной платы 27 045 рублей должен быть признан незаконным ввиду нарушения процедуры проведения служебного расследования.

Признание приказа незаконным, влечет его недействительность, он прекращает свое действие, и специальной дополнительной отмены не требует.

Поскольку приказ признан судом незаконным, суд первой инстанции нашел обоснованным требование ФИО3 о взыскании неправомерно удержанной заработной платы в размере 27 045 рублей.

Согласно статье 236 Трудового кодекса Российской Федерации при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от не выплаченных в срок сумм за каждый день задержки начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно.

Поскольку судом удержание из заработной платы истца на сумму 27 045 рублей признано необоснованным, указанные денежные средства должны были быть выплачены истцу при увольнении, но не были выплачены, поэтому компенсация на указанную сумму за период с 25.03.2025г. по 20.11.2025г. составила – 8 227,99 рублей.

В соответствии со статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Согласно правовой позиции Верховного Суда РФ, изложенной в постановления Пленум Верховного Суда Российской Федерации в Постановлении от 17 марта 2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации» разъясняет, что поскольку Трудовой кодекс не содержит каких-либо ограничений по компенсации морального вреда, в иных случаях нарушения трудовых прав работников, суд в силу абз. 14 ч.1 ст. 21 и ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработка).

Учитывая, что Трудовой кодекс Российской Федерации не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда в случаях нарушения трудовых прав работников, суд вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием.

Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных (физических) страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Поскольку в результате невыплаты заработной платы ООО «ИнТех» нарушены трудовые права ФИО3, с учетом характера причиненных истцу нравственных страданий, а также степени вины ответчика, суд пришел к выводу, что требование истца о взыскании компенсации морального вреда подлежит удовлетворению частично, а именно в размере 15 000 рублей.

Судебная коллегия по гражданским делам считает возможным согласиться с выводами суда первой инстанции, поскольку суд с достаточной полнотой исследовал обстоятельства дела. Значимые по делу обстоятельства судом установлены правильно. Нарушений норм материального и процессуального закона, влекущих отмену решения, судебной коллегией не установлено.

Разрешая спор суд, руководствуясь положениями 137, 155, 157, 249, 212, 232-233, 236-238, 243, 247 Трудового кодекса Российской Федерации, учитывая, что работник - более слабая сторона, к тому же организационно зависимая от работодателя, проанализировав все представленные сторонами доказательства по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, пришел к выводу о частичном удовлетворении исковых требований ФИО3

Доводы апелляционной жалобы заявителя жалобы о необоснованности вывода суда о доказанности того обстоятельства, что работодатель не запрашивал у работника объяснения по факту причинения ущерба, поскольку в материалах дела имеетсяакт об отказе работника от дачи объяснений от 01.03.2025г. и законодательство РФ не обязывает работодателя направлять в адрес работника запрос в письменном виде, а объяснения запрашивались уполномоченными должностными лицами в рамках их обязанностей устно, судебная коллегия находит несостоятельными.

Согласно ст.238 Трудового кодекса Российской Федерации работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Неполученные доходы (упущенная выгода) взысканию с работника не подлежат.

Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам.

В соответствии со ст.247 Трудового кодекса Российской Федерации до принятия решения о возмещении ущерба конкретными работниками работодатель обязан провести проверку для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения. Для проведения такой проверки работодатель имеет право создать комиссию с участием соответствующих специалистов. Истребование от работника письменного объяснения для установления причины возникновения ущерба является обязательным. В случае отказа или уклонения работника от предоставления указанного объяснения составляется соответствующий акт.

Учитывая изложенное выше, суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции о нарушении порядка привлечения ответчика к материальной ответственности ввиду не истребования от него объяснений в ходе проведения служебной проверки.

При этом судебная коллегия отмечает, что работодателем было предложено дать объяснения истцу до вынесения приказа от 10 марта 2025 года о создании комиссии по проведению служебного расследования, то есть до составления акта служебного расследования от 21 марта 2025 года, что не может квалифицироваться как соблюдение работодателем порядка привлечения работника к материальной ответственности.

Вопреки доводам апелляционной жалобы заявителя об ошибочности вывода суда первой инстанции, что транспортное средство не было передано истцу, так как не соответствует представленным доказательствам, судебная коллегия отмечает, что в материалах дела отсутствуют доказательства, с достоверностью подтверждающие передачу вышеуказанного автомобиля посту № 10, а именно ФИО5, ФИО3 При этом в акте приема-передачи автомобиля не указано лицо, которому передается данный автомобиль.

Доводы апелляционной жалобы заявителя о том, что оснований для выплаты компенсации за задержку зарплаты не имеется, поскольку работодатель считает задолженности по заработной плате не возникло, суд апелляционной инстанции находит необоснованными.

Суд первой инстанции, установив нарушение прав работника на своевременное получение в полном объеме заработной платы при увольнении, руководствуясь нормами ст. 236 Трудового кодекса Российской Федерации, обоснованно взыскал с ответчика денежную компенсацию за задержку денежных средств, которые должны были быть выплачены истцу при увольнении, но не были выплачены, за период с 25.03.2025г. по 20.11.2025 (дату вынесения решения), как то заявлено истцом в уточнении исковых требований (л.д. 113-114).

Вопреки доводам апелляционной жалобы о необоснованности компенсации морального вреда, судебная коллегия отмечает, что установив нарушение трудовых прав работника суд обоснованно взыскал в соответствии со ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации компенсацию морального вреда, определив ее размер в сумме 15 000 рублей с учетом степени перенесенных страданий и длительности нарушения прав истца, степени вины ответчика, с учетом фактических обстоятельств дела.

По мнению судебной коллегии, определенная судом денежная компенсация будет способствовать восстановлению баланса между последствиями нарушения прав истца и степенью ответственности, применяемой к ответчику, установленный судом размер компенсации морального вреда в полной мере соответствует определенным в нормах материального права критериям. Оснований для отказа или уменьшения определенного судом к взысканию размера компенсации морального вреда, судебная коллегия не находит.

Таким образом, разрешая заявленные требования, суд правильно определил юридически значимые обстоятельства по делу, применил закон, подлежащий применению, дал надлежащую правовую оценку собранным и исследованным в судебном заседании доказательствам и постановил решение, отвечающее нормам материального права при соблюдении требований гражданского процессуального законодательства.

Оснований для отмены принятого решения по доводам апелляционной жалобы не имеется.

Руководствуясь статьями 328-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия Тюменского областного суда

о п р е д е л и л а:

решение Центрального районного суда г.Тюмени от 20 ноября 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ответчика ООО «Инновационные технологии» - без удовлетворения.

Председательствующий: (подпись)

Судьи коллегии: (подписи)

Мотивированное апелляционное определение составлено 11 июня 2026 года.

Копия верна: судья Тюменского

областного суда А.В. Чеснокова