Решение № 2-3299/2018 2-3299/2018~М-2787/2018 М-2787/2018 от 21 ноября 2018 г. по делу № 2-3299/2018

Дело №2-3299/2018


Решение

Именем Российской Федерации

22 ноября 2018 года г. Омск

Куйбышевский районный суд г. Омска в составе председательствующего Бажиной Т. В., с участием помощника прокурора ЦАО г. Омска ФИО1, при секретаре Шарипове А. С., рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску ФИО2 к ОАО ОмПО «Радиозавод им. А. С. Попова» /РЕЛЕРО/ о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, изменении формулировки увольнения, взыскании компенсационной выплаты,

установил:

Первоначально ФИО2 обратился в суд с иском к ОАО ОмПО «Радиозавод им. А. С. Попова» /РЕЛЕРО/ о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, изменении формулировки увольнения. В обоснование исковых требований делается ссылка на то, что с 07.11.2008г. он работал на предприятии в должности <данные изъяты>. В конце ноября 2017г. с ним произошел несчастный случай, он стал объектом преступного посягательства, в результате которого ему был причинен тяжкий вред здоровью. Он долго находился на больничном листе, встал вопрос о назначении ему группы инвалидности. До 23.04.2018г. он находился на больничном листе. 27.04.2018г. он прошел МСЭ. По результатам прохождения МСЭ ему была присвоена <данные изъяты> группа инвалидности. С результатами МСЭ в этот же день он прибыл на завод, чтобы сообщить работодателю, что ему присвоена рабочая группа инвалидности. Однако, сотрудники отдела кадров ему сообщили, что никакую работу по состоянию здоровья они ему предложить не могут, и что ему будет лучше уволиться. Он растерялся и написал заявление на увольнение, которое сразу же завизировали, выдали ему на руки трудовую книжку. Через значительное время, после выписки из стационара 18.06.2018г. он увидел запись в трудовой книжке об увольнении по инициативе работника со ссылкой на приказ от 28.04.2018г. Приказ об увольнении он не видел, в нем не расписывался. Когда писал заявление, он думал, что пишет заявление об увольнении по состоянию здоровья. Кроме того, после 27.04.2018г. он на заводе не появлялся, в связи с чем расписаться в приказе не мог. Кроме того, в качестве расчета он получил 9500 рублей при его среднемесячном заработке 40000 рублей. С увольнением и расчетом он не согласен. Просил обязать ОАО ОмПО «Радиозавод им. А. С. Попова» восстановить его на работе в должности, не противопоказанной ему по состоянию здоровья на основании ст.73 ТК РФ, взыскать с ОАО ОмПО «Радиозавод им. А. С. Попова» в свою пользу компенсацию за время вынужденного прогула в размере 109090,92 рублей, в случае невозможности удовлетворения требования о восстановлении на работе просил изменить формулировку увольнения на п.8 ч.1 ст.77 ТК РФ, взыскав соответствующую компенсацию, предусмотренную ст.178 ТК РФ, трудовым договором, компенсацию морального вреда в размере 30000 рублей.

В ходе рассмотрения дела истец исковые требования в порядке ст.39 ГПК РФ увеличил, просив восстановить его на работе в должности <данные изъяты>, взыскать с ответчика в свою пользу компенсацию за время вынужденного прогула в сумме 109090,92 рублей, компенсацию морального вреда в сумме 30000 рублей, в случае невозможности удовлетворения исковых требований о восстановлении на работе изменить формулировку увольнения на п.8 ч.1 ст.77 ТК РФ, взыскав соответствующую компенсацию, предусмотренную ст.178 ТК РФ, а также компенсацию в сумме 161000 рублей, предусмотренную коллективным договором и трудовым договором, положенную при увольнении сотрудника – пенсионера по возрасту.

В судебном заседании ФИО2 участия не принимал, извещен надлежащим образом о месте и времени рассмотрения дела. В судебном заседании, состоявшемся 24.08.2018г., исковые требования поддержал в полном объеме, просил их удовлетворить. Настаивал на том, что был уволен в день прохождения МСЭ – 27.04.2018г., так как на завод поехал сразу же после установления ему инвалидности, о чем у него была договоренность с представителями отдела кадров и профсоюза завода. В этот день он был расстроен, так как ему вместо <данные изъяты> установили <данные изъяты> группу инвалидности, а работодатель не смог предложить соответствующую работу. События увольнения не помнит точно. В момент написания заявления об увольнении считал, что увольняется по состоянию здоровья. Также пояснил, что писал заявление об увольнении в отделе кадров завода под диктовку, сразу же получил трудовую книжку. Был настроен продолжить работать.

Представитель истца ФИО3 /по ордеру/ в судебном заседании уточненные исковые требования поддержала в полном объеме, просила их удовлетворить. Дополнительно пояснила, что с момента получения истцом травмы головы его моральное состояние было подавленным. В настоящее время состояние его здоровья улучшилось. В связи с тяжестью заболевания он только после окончания курса очередного стационарного лечения 18.06.2018г. увидел запись в трудовой книжке об увольнении 28.04.2018г. До 18.06.2018г. он считал себя нетрудоспособным. Считает, что истец преследовал цель быть уволенным по состоянию здоровья, а не по собственному желанию. Заявление на увольнение он писал под диктовку, в подавленном состоянии, а потому не осознавал в полной мере свои действия.

Представитель ОАО ОмПО «Радиозавод им. А. С. Попова» /РЕЛЕРО/ ФИО4 /в соответствии с полномочиями доверенности/ исковые требования не признала, суду представила письменные возражения и дополнения к ним /л.д.л.д.15-17,36,50-52/, заявила о пропуске истцом срока для обращения в суд с данными исковыми требованиями. Дополнительно пояснила, что для перевода работника на другую работу в соответствии с медицинским заключением необходимо два условия: работник обязан представить работодателю ИПР; ИПР должна содержать рекомендации, при которых работник не может продолжать выполнять прежнюю трудовую функцию. До момента увольнения работодателю не поступала от ФИО2 ИПР, при наличии которой работодатель обязан был перевести работника в соответствии со ст.73 ТК РФ на другую работу. Отрицала явку работника на рабочее место 27.04.2018г. Настаивала на том, что 28.04.2018г. от истца поступило заявление об увольнении по собственному желанию, в связи с чем трудовой договор с ним был расторгнут по инициативе работника в день, указанный работником в заявлении. Не оспаривала, что окончательный расчет с истцом был произведен не в день увольнения - 28.04.2018г., а в мае 2018г.

Выслушав представителей сторон, свидетелей, заключение прокурора, нашедшего исковые требования не подлежащими удовлетворению, исследовав материалы дела, суд пришел к следующему.

Судом установлено и нашло свое документальное подтверждение, что между ФИО2 и ОАО «ОмПО Радиозавод им. А. С. Попова» /РЕЛЕРО/ ДД.ММ.ГГГГ. заключен трудовой договор, согласно которому с ДД.ММ.ГГГГ. ФИО2 был принят на должность <данные изъяты> /л.д.55-56/.

В течение трудовой деятельности истец достиг пенсионного возраста, и к моменту увольнения являлся работающим пенсионером.

В ходе рассмотрения данного дела судом было также установлено, что 29.11.2017г. ФИО2 получил черепно - мозговую травму, в связи с чем с 29.11.2017г. по 23.04.2018г. был нетрудоспособен. Указанное обстоятельство подтверждается представленными в материалы дела копиями листков нетрудоспособности.

27.04.2018г. ФИО2 был освидетельствован МСЭ, ему была присвоена <данные изъяты> группа инвалидности без ограничения к трудовой деятельности.

Из материалов дела усматривается, что 28.04.2018г. в 13.40 час. в ОАО ОмПО «Радиозавод им. А. С. Попова» /РЕЛЕРО/ поступает заявление от ФИО2 об увольнении по собственному желанию 28.04.2018г. В качестве причины увольнения работником указано – по состоянию здоровья /л.д.21/.

28.04.2018г. работодателем издан приказ об увольнении работника по п.3 ч.1 ст.77 ТК РФ, с которым он ознакомлен 28.04.2018 /л.д. л.д.20, 22/.

Также в материалы дела стороной ответчика представлена копия журнала учета движения трудовых книжек и вкладышей к ним, согласно которому ФИО2 собственноручно поставил дату 28.04.2018г. и свою подпись при получении трудовой книжки /л.д.18-19/.

Доводы настоящего иска ФИО2 основывает на том, что фактически писал заявление об увольнении 27.04.2018г., так как сразу после прохождения МСЭ поехал вместе с сопровождающей его супругой на работу. Полагал, что его уволят по состоянию здоровья, а не по собственному желанию, поскольку смысл написанного им заявления он понимал именно так. В момент написания заявления об увольнении находился в состоянии, когда не мог отвечать за свои действия и руководить.

Суд критически оценивает доводы истца в силу следующего.

Согласно п.3 ч.1 ст.77 ТК РФ основаниями прекращения трудового договора являются, в том числе расторжение трудового договора по инициативе работника (статья 80 настоящего Кодекса).

В соответствии со ст. 80 ТК РФ работник имеет право расторгнуть трудовой договор, предупредив об этом работодателя в письменной форме не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен настоящим Кодексом или иным федеральным законом. Течение указанного срока начинается на следующий день после получения работодателем заявления работника об увольнении. По соглашению между работником и работодателем трудовой договор может быть расторгнут и до истечения срока предупреждения об увольнении.

По смыслу ст.80 ТК РФ, единственным основанием для расторжения трудового договора по приведенной норме трудового законодательства является инициатива работника, выраженная в письменной форме и не измененная до окончания срока предупреждения работодателя о намерении работника прекратить трудовые отношения. При этом законом на работодателя возложена обязанность оформить расторжение трудового договора в последний день работы работника, выдать работнику трудовую книжку, другие документы, связанные с работой, по письменному заявлению работника и произвести с ним окончательный расчет. По общим нормам трудового законодательства сокращение двухнедельного срока уведомления о намерении расторгнуть трудовые отношения в одностороннем порядке не допускается. Расторжение трудового договора ранее истечения вышеназванного срока возможно только в случае согласования между сторонами иной даты, а также в случаях, когда заявление работника об увольнении обусловлено невозможностью продолжения работы в силу объективных обстоятельств, и в случаях установленного нарушения работодателем трудового законодательства (ч. 3 ст. 80 ТК РФ).

Из положений ст.394 ТК РФ, а также п.60 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004г. №2 следует, что работник может быть восстановлен на работе только в случае, если увольнение его было произведено без законного основания и (или) с нарушением установленного порядка.

В соответствии с п.22 Постановления Пленума ВС РФ №2 от 17 марта 2004 года "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" при рассмотрении споров о расторжении по инициативе работника трудового договора, заключенного на неопределенный срок, а также срочного трудового договора (пункт 3 части первой статьи 77, статья 80 ТК РФ) судам необходимо иметь в виду, что расторжение трудового договора по инициативе работника допустимо в случае, когда подача заявления об увольнении являлась добровольным его волеизъявлением. Если истец утверждает, что работодатель вынудил его подать заявление об увольнении по собственному желанию, то это обстоятельство подлежит проверке и обязанность доказать его возлагается на работника.

В силу ч.1 ст.56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Согласно ст.67 ГПК РФ, суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Истец, настаивая на том, что заявление об увольнении им написано 27.04.2018г., указывает на то, что именно 27.04.2018г., после прохождения МСЭ он вместе с сопровождавшей его супругой приехал на завод для того, чтобы сообщить о результатах прохождения МСЭ.

Супруга ФИО2 ФИО5 была допрошена судом в качестве свидетеля в судебном заседании 09.08.2018г. Она подтвердила позицию супруга относительно неправильно указанной в документах даты увольнения, а также дополнительно пояснила, что 27.04.2018г. после прохождения МСЭ она вместе с супругом приехала на завод на такси. Около 15-00 час. на территории завода они встретились с представителем профкома завода ФИО8, которая отвела их в отдел кадров. В отдел кадров также был приглашен начальник цеха, в котором работал супруг. В отделе кадров супругу посоветовали написать заявление об увольнении по собственному желанию в связи с состоянием здоровья. Супруг написал заявление, ему выдали трудовую книжку, за получение которой он расписался в журнале.

По ходатайству стороны ответчика судом также были допрошены свидетели.

Так, свидетели ФИО8 и ФИО9 в целом пояснили, что являются сотрудниками ОАО ОмПО «Радиозавод им. А. С. Попова» /РЕЛЕРО/. Поскольку на предприятии работают, в том числе, и люди с ограниченными возможностями, постольку работодатель ждал заключение МСЭ в отношении истца. Они присутствовали при процедуре увольнения истца, хорошо запомнили день его увольнения, потому что это было в последний рабочий день 28.04.2018г. перед майскими праздниками в обеденное время. В день увольнения истец был с супругой, которая пояснила, что в связи с плохим состоянием здоровья ФИО2 будет увольняться. Работником было написано заявление об увольнении по собственному желанию, и в этот же день он был уволен.

Таким образом, показания свидетелей носят взаимоисключающий характер и не могут быть положены в основу решения суда.

По ходатайству стороны истца судом была запрошена соответствующая информация из службы такси <данные изъяты> которая, по утверждению свидетеля ФИО5, оказывала услуги по передвижению супругам ФИО14 27.04.2018г.

Согласно ответу на запрос суда из <данные изъяты>», информацию по заявке за 27.04.2018г. по абонентскому номеру +№ /ФИО7/ предоставить нет возможности, так как данные не сохранены /л.д.49/.

Также по ходатайству стороны истца была запрошена детализация соединений по абонентским номерам супругов ФИО14 за 27.04.2018г. и 28.04.2018г.

Согласно поступившему ответу, абонентский номер +№ /ФИО2 / в периоды с 27.04.2018г. 12.00 час по 27.04.2018г. 17.00 час и с 28.04.2018г. 12.00 час по 28.04.2018г. 17.00 час соединений не совершал. Из анализа детализации соединений по абонентскому номеру <***> /ФИО7/ за 27.04.2018г. нельзя сделать однозначный вывод о нахождении супругов ФИО14 на территории ОАО ОмПО «Радиозавод им. А. С. Попова» /РЕЛЕРО/ 27.04.2018г. Так, согласно детализации звонков за 27.04.2018г., на абонентский номер ФИО7 поступило одно СМС /в 14:26:29/, два входящих звонка /в 14:26:52, в 16:06:28/ и был совершен один исходящий звонок /в 16:51:50/ /л.д.78-79/.

Из дела освидетельствования в бюро МСЭ следует, что МСЭ было назначено истцу на 27.04.2018г. на 12.30 час., истец прибыл в 12.50 час., освидетельствование начато в 12.55 час. Справка, подтверждающая факт установления инвалидности, ИПР выданы ФИО2 27.04.2018г.

Из медицинской карты пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях, видно, что на приеме у невролога ФИО2 был 27.04.2018г. в 17.00 час.

Таким образом, временные промежутки между освидетельствованием в бюро МСЭ, визитом к работодателю и приемом у врача сравнительно небольшие, принимая во внимание также и то обстоятельство, что все визиты истца в то или иное заведение сопровождались определенной работой по оформлению необходимых документов. С этой точки зрения суд ставит под сомнение утверждение стороны истца о том, что в период времени с 12.55 час до 17.00 час. можно успеть пройти освидетельствование в бюро МСЭ и расторгнуть трудовой договор.

Анализ всех вышеперечисленных документов в совокупности позволяет суду сделать вывод о том, что, если с абонентского номера ФИО7 и был совершен вызов такси, то таковой был совершен в 16:51:50, так как в 17.00 час. зафиксирован прием ФИО6 врачом – неврологом <данные изъяты> России. Иные исходящие звонки, СМС с указанного абонентского номера 27.04.2018г. в рассматриваемый период времени не осуществлялись.

Также в подтверждение обоснованности исковых требований в ходе рассмотрения дела судом по ходатайству стороны истца проведена судебно - психиатрическая экспертиза, на разрешение которой судом были поставлены следующие вопросы:

- учитывая имеющиеся у ФИО2 , ДД.ММ.ГГГГ года рождения заболевания, мог ли он осознавать в полной мере характер ситуации при написании заявления об увольнении по собственному желанию, датированного 28.04.2018г., и руководить своими действиями;

- учитывая имеющиеся у ФИО2 , ДД.ММ.ГГГГ года рождения заболевания, мог ли он осознавать в полной мере характер ситуации и руководить своими действиями в период с 27.04.2018г. по 23.07.2018г.

Согласно заключению судебно – психиатрической комиссии экспертов от 04.10.2018г. <данные изъяты>, ФИО2 28.04.2018г. при написании заявления об увольнении по собственному желанию <данные изъяты> мог понимать значение своих действий и руководить ими /л.д. 95-103/.

В судебном заседании в качестве эксперта была допрошена врач - докладчик экспертной комиссии ФИО12, которая пояснила, что исследование по поставленным судом вопросам проводилось в ретроспективе. По анализу медицинской документации за интересующий период времени комиссией был сделан вывод о том, что у истца имели место умеренные эмоционально-волевые нарушения, а также умеренное снижение интеллектуально-мнестических функций, в связи с чем экспертной комиссией был сделан вывод о том, что истец при написании заявления об увольнении мог понимать, осознавать свои действия и последствия этих действий, а также руководить ими. Однако, в настоящее время у истца наблюдается отрицательная динамика в его состоянии. На момент освидетельствования экспертной комиссией, которое происходило 04.10.2018г., эмоционально-волевые нарушения, а также снижение интеллектуально-мнестических функций у ФИО2 носит уже не умеренный, а выраженный характер. При такой тенденции прогноз состояния здоровья пациента, как правило, неблагоприятный.

При таком положении, с учетом анализа всех представленных документов суд приходит к выводу о том, что увольнение истца происходило 28.04.2018г., оно не сопровождалось давлением со стороны работодателя, а являлось волеизъявлением самого работника. При этом, в момент написания заявления об увольнении работник осознавал и понимал значение своих действий и мог ими руководить.

Соответственно, исковые требования о восстановлении на работе, взыскании компенсации за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда за незаконное увольнение удовлетворению подлежать не могут.

В ходе судебного заседания представителем ответчика заявлено о пропуске истцом срока для обращения в суд с заявленными требованиями.

В силу ч.ч.1,2 ст. 392 ТК РФ работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки. За разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении.

При пропуске по уважительным причинам названных сроков они могут быть восстановлены судом (ч.3 ст.392 ТК РФ).

В пункте 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004г. №2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснено, что в качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, препятствовавшие данному работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора (например, болезнь истца, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи).

О нарушении своего права истец узнал в день увольнения 28.04.2018г., исковое заявление, направленное посредством услуг почтовой связи 19.07.2018г., поступило в Куйбышевский районный суд г. Омска 23.07.2018г. с нарушением установленного законом месячного срока для данной категории споров. Обстоятельств, являющихся уважительными для пропуска указанного срока, судом в ходе рассмотрения дела не установлено. За весь период с 28.04.2018г. по 19.07.2018г. ФИО2 только один раз – в период с 06.06.2018г. по 15.06.2018г. - проходил стационарное лечение /л.д.29/. В иные периоды времени находился дома. Информация о его явках на приемы к лечащим врачам после 15.06.2018г. медицинская карта пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях, не содержит.

В этой связи суд соглашается с мнением представителя ответчика, полагает, что истцом пропущен срок для защиты своего права и обращения в суд.

Суд также не находит оснований для удовлетворения исковых требований ФИО2 о взыскании с ответчика компенсационной выплаты в размере 161000 рублей на основании условий коллективного и трудового договора, положенной при увольнении сотрудника предприятия – пенсионера по возрасту.

В материалы дела стороной ответчика представлена выписка из коллективного договора в части регулирования социально - трудовых отношений на 2017 - 2020г.г. между ОАО ОмПО «Радиозавод им. А. С. Попова» /РЕЛЕРО/ и работниками, согласно п<данные изъяты> которого работники предприятия, достигшие установленного законодательством РФ пенсионного возраста, а также имеющие право на льготное пенсионное обеспечение и изъявившие желание расторгнуть трудовой договор, заключенный на неопределенный срок, по соглашению сторон получают единовременную компенсацию в размере трех средних заработных плат работника за отчетный период. Конкретный размер компенсации указывается в «Соглашении о расторжении трудового договора по соглашению сторон» и выплачивается одновременно с окончательным расчетом. Заявить о своем желании расторгнуть трудовой договор на указанных условиях работник имеет право в течение 30 календарных дней с момента наступления соответствующих оснований /л.д. 53-54/.

Таким образом, для получения данной компенсационной выплаты необходимо соблюдение одновременно двух условий: изъявить желание на расторжение трудового договора, заключенного на неопределенный срок, по соглашению сторон и подача заявления в течение 30 календарных дней с момента достижения работником пенсионного возраста.

В рассматриваемой ситуации требуемая совокупность необходимых условий отсутствует. Судом установлено, что ФИО2 уволен по собственному желанию, а не по соглашению сторон. К тому же, с момента достижения ФИО2 пенсионного возраста прошло более 30 календарных дней.

Не находит суд оснований и для удовлетворения исковых требований ФИО2 об изменении формулировки увольнения на п.8 ч.1 ст.77 ТК РФ.

В соответствии с п.8 ч.1 ст.77 ТК РФ одним из оснований прекращения трудового договора является отказ работника от перевода на другую работу, необходимого ему в соответствии с медицинским заключением, выданным в порядке, установленном федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, либо отсутствие у работодателя соответствующей работы (части третья и четвертая статьи 73 настоящего Кодекса).

Судом установлено, что до поступления настоящего искового заявления в суд у работодателя отсутствовала ИПР ФИО2, при наличии которой ответчик обязан был перевести истца на другую работу. Впервые ИПР была представлена истцом в материалы настоящего дела /л.д.23-28/. Суд также отмечает, что представленная истцом ИПР не содержит рекомендаций по ограничению к трудовой деятельности.

В силу п.14 ст.21 ТК РФ работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами.

Согласно ст.237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Пунктом 63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004г. №2"О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" /с изменениями от 28 декабря 2006г./ определено, что размер компенсации морального вреда определяется судом, исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Исходя из смысла ст.140 ТК РФ, при прекращении трудового договора выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, производится в день увольнения работника. Если работник в день увольнения не работал, то соответствующие суммы должны быть выплачены не позднее следующего дня после предъявления уволенным работником требования о расчете.

В ходе рассмотрения дела представителем ответчика не оспаривалось, что окончательный расчет с истцом не был произведен в день увольнения, выплата денежных сумм была произведена в мае 2018г. путем безналичного перечисления на банковскую карту, в связи с чем имеются основания для взыскания с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда в размере 5000 рублей. При определении суммы компенсации суд учитывает характер и объем причиненных истцу нравственных и физических страданий, степень вины ответчика.

В соответствии со ст. 103 ГПК РФ государственная пошлина в размере 300 рублей подлежит взысканию с ответчика в доход бюджета г. Омска.

Руководствуясь ст.ст. 194 – 198 ГПК РФ, суд

Решил:

Исковые требования ФИО2 удовлетворить частично.

Взыскать с ОАО ОмПО «Радиозавод им. А. С. Попова» /РЕЛЕРО/ в пользу ФИО2 в счет компенсации морального вреда 5000 /пять тысяч/ рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Взыскать с ОАО ОмПО «Радиозавод им. А. С. Попова» /РЕЛЕРО/ в доход бюджета г. Омска государственную пошлину в размере 300 /триста/ рублей.

Решение может быть обжаловано в Омский областной суд, прокурором принесено апелляционное представление путем подачи апелляционной жалобы /апелляционного представления/ через Куйбышевский районный суд г. Омска в течение месяца.

Судья Т. В. Бажина