Решение № 2-154/2019 2-154/2019(2-3220/2018;)~М-2995/2018 2-3220/2018 М-2995/2018 от 14 января 2019 г. по делу № 2-154/2019

Дело №2-154/2019

УИД 33RS0011-01-2018-004965-27


РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

г. Ковров 15 января 2019 года

ФИО8 городской суд Владимирской области в составе председательствующего судьи Ивлиевой О.С., при секретаре Жильцовой О.С., с участием представителей истца ФИО1, ФИО2 и ФИО3, представителей ответчика ФИО4, ФИО5, ФИО6, рассмотрев в открытом судебном заседании в г.Коврове гражданское дело по исковому заявлению ФИО7 к государственному бюджетному учреждению социального обслуживания Владимирской области «ФИО8 специальный дом интернат для престарелых и инвалидов» о признании незаконным и отмене приказа о прекращении трудового договора, признании пункта 8 трудового договора недействительным, изменении даты и основания увольнения, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО7 обратилась в суд с иском, с учетом уточнений от <дата>, к государственному бюджетному учреждению социального обслуживания Владимирской области «ФИО8 специальный дом интернат для престарелых и инвалидов» (далее по тексту – ГБУСО ВО «КСДИ») о признании недействительным с <дата> пункта 8 трудового договора <№>, признании незаконным и отмене приказа <№> л/с от <дата> о прекращении трудового договора; изменении даты и основания увольнения на «уволена с (дата вынесения решения суда) по собственному желанию по п.3 ст. 77, ст. 80 ТК РФ»; взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула в размере 32 670 руб. по состоянию на <дата>; взыскании компенсации морального вреда в размере 50 000 руб.

Истец ФИО7 в судебное заседание не явилась, о дате и времени рассмотрения дела извещена надлежащим образом, направила в адрес суда ходатайство о рассмотрении дела в свое отсутствие, с участием представителей. Ранее в судебных заседаниях поддержала заявленные требования в полном объеме.

В судебном заседании представители истца ФИО1, ФИО2 и ФИО3 поддержали уточненные исковые требования, указав в обоснование, что с <дата> по <дата> ФИО7 работала <данные изъяты> в ГБУ СО ВО «КСДИ» по трудовому договору <№> от <дата>, с испытательным сроком 3 месяца. <дата> она была уведомлена о расторжении трудового договора в связи с неудовлетворительными результатами испытания и приказом <№> л/с от <дата> уволена по ч.1 ст. 71 ТК РФ. Считали приказ об увольнении ФИО7 незаконным и подлежащим отмене, поскольку испытательный срок ей был установлен в нарушение абз.3 ст.70 ТК РФ. <дата> истец закончила <данные изъяты> с присвоением квалификации <данные изъяты> и после окончания высшего учебного заведения впервые поступила на работу по специальности в ГБУСО ВО «КСДИ» на должность <данные изъяты>, в связи с чем работодатель незаконно установил истцу испытательный срок, что влечет недействительность п.8 трудового договора. В нарушение ч. 3 ст. 68 ТК РФ до подписания трудового договора администрация учреждения не ознакомила работника под роспись с Положением о порядке прохождения испытания, в связи с чем истец не знала, каких результатов должна достигнуть и что может послужить основанием для признания результатов испытания неудовлетворительными. Фактически работодатель уволил истца не в связи с тем, что она не соответствует поручаемой работе (абз.1 ст.70 ТК РФ), а в связи с тем, что якобы нарушила трудовые обязанности. Факты, изложенные в уведомлении о расторжении трудового договора в связи с неудовлетворительным результатом испытания, не соответствуют действительности. <дата> ФИО7 приобретался товар для проживающего Свидетель №1, сдача в полном объеме была передана гражданину, ответчиком факт присвоения ей денежных средств в размере 223 руб. не доказан. О необходимости предоставления последнему товарных и кассовых чеков истец не знала, т.к. с требованиями пункта 2.6. должностной инструкции, а также приказом о запрете финансовых взаимоотношений с получателями социальных услуг не была ознакомлена. В заявлении проживающего Свидетель №6 от <дата> указано, что ФИО7 не реагировала на его просьбу о перерасчете пенсии в течение месяца, тогда как в должностные обязанности специалиста по социальной работе не входят полномочия по перерасчету пенсии проживающим инвалидам и пенсионерам, а в судебном заседании Свидетель №6 пояснил, что в заявлении указал фамилию социального работника ФИО7 ошибочно, претензий к ней не имел. Хранение ФИО7 в рабочем кабинете денежных средств проживающего АС, обнаруженных работодателем <дата>, не нашло своего подтверждения, поскольку в кабинете работают 4 специалиста по социальной работе и достоверно не установлено, кому были переданы указанные денежные средства, т.к. Свидетель №3 слеп и не смог назвать социального работника, которому передавал денежные средства на хранение. Ответчик не обеспечил нормальные условия для проживающих, в т.ч. сохранность денежных средств Свидетель №3, а их хранение персоналом расценил как нарушение. <дата> ФИО7 приобрела по просьбе проживающего Свидетель №2 и передала последнему нож для использования в быту, о чем незамедлительно уведомила директора учреждения, который к ней каких-либо претензий не предъявил. По всем указанным фактам истец не была привлечена к дисциплинарной ответственности, т.е. нарушения не подтверждены, в связи с чем у ответчика не имелось оснований для расторжения трудового договора. Обратили внимание суда на то, что в соответствии с п.13 «д» трудового договора <№> ФИО7 производились выплаты стимулирующего характера по показателям и критериям оценки эффективности деятельности за: трудовую дисциплину, безопасность труда, соблюдение Кодекса профессиональной деятельности, организацию рабочего места, своевременное и полное оформление документации, санитарное состояние участка, сохранность имущества и т.д. В первый месяц работы эффективность работы истца оценена работодателем в 200 баллов, в остальные месяцы – максимальные 300 баллов, то есть ее работа была признана эффективной, в связи с чем оснований полагать, что она выполняла работу некачественно, не установлено. Указали, что причиной увольнения ФИО7 является то, что она проводила сотрудников полиции, без ведома руководителя учреждения, к проживающим для проведения проверки, чем, по мнению ответчика, превысила свои полномочия, а также неприязненное отношение к ней начальника отдела кадров Свидетель №5 Поскольку в настоящее время истец трудоустроена, просили признать незаконным приказ <№> л/с от <дата> об увольнении и п.8 трудового договора об установлении испытательного срока, изменить дату и формулировку увольнения, взыскать заработную плату за время вынужденного прогула и компенсацию морального вреда в размере 50 000 руб.

Представители ответчика ГБУСО ВО «ФИО8 специальный дом интернат для престарелых и инвалидов» ФИО4, ФИО5 и ФИО6 с заявленными исковыми требованиями не согласились, указав, что <дата> ФИО7 впервые устроилась на работу в<адрес> дом культуры на должность <данные изъяты>, к которой предъявлялись определенные квалификационные требования, в т.ч. наличие высшего педагогического образования. <дата> истец получила диплом о высшем педагогическом образовании, <дата> уволилась из учреждения культуры, а <дата> была принята на работу в ГБУ СО ВО «КСДИ» на должность <данные изъяты>, т.е. истец после окончания образовательного учреждения была принята на работу не в первые, в связи с чем при заключении трудового договора ей правомерно был установлен испытательный срок. В день подписания трудового договора она была ознакомлена под роспись со всеми локальными нормативными актами, в том числе Правилами внутреннего трудового распорядка для работников, должностной инструкцией, при проведении собеседования при приеме на работу, ей подробно были разъяснены ее обязанности и специфика работы. ФИО7 в период испытательного срока показала себя с отрицательной стороны, а отсутствие дисциплинарных взысканий не опровергает указанный вывод, поскольку применение либо неприменение взысканий к работнику относится к исключительной компетенции работодателя. Кроме того, она имеет дисциплинарное взыскание в виде замечания от <дата> за нарушение Правил внутреннего трудового распорядка (приказ <№> д/в от <дата> и акт от <дата>). Истец в период испытательного срока не показала профессиональных качеств, умений и навыков, необходимых для социального работника, а наоборот, проявила неспособность работать с инвалидами и пожилыми людьми, оказавшимися в трудной жизненной ситуации. ФИО7, будучи ознакомленной со всеми локальными нормативными актами, в том числе с Правилами внутреннего трудового распорядка для работников и должностной инструкцией, приступая к работе, понимала и осознавала, какие обязанности возложены на нее, каких результатов ждет от нее работодатель и какие требования предъявляются к ней как работнику социального учреждения. Работодатель относился к истцу благожелательно, пытался сохранить трудовые отношения, предпочитая не наказывать ее, а обучать, проявляя понимание и снисхождение к молодому специалисту. При увольнении ответчиком в соответствии с требованием трудового законодательства истцу было в установленный срок вручено уведомление, где указывались причины признания неудовлетворительными результатов испытания. Проживающий Свидетель №1 прямо указал на ФИО7 как на лицо, похитившее у него деньги, что также подтверждается показаниями свидетелей, справками и объяснениями. В соответствии с п.2.11-2.12 должностной инструкции и пп.13 п.1 трудового договора ФИО7 должна вести прием по вопросам пенсионного обеспечения, принять заявление от гражданина, передать его компетентному лицу, сопроводить гражданина для получения пенсии в соответствующие инстанции. Истец не отрицала тот факт, что Свидетель №6 просил ее сопроводить его для получения пенсии с перерасчетом, но истец этого не сделала и не объяснила получателю социальных услуг причину этого. В судебном заседании было достоверно установлено, что ФИО7 знала о запрете нахождения ножей у проживающих в интернате, но приобрела нож и принесла его Свидетель №2 Кроме того, опоздание на работу в последние дни перед увольнением, инцидент с сотрудниками полиции, манера поведения и разговора с руководителем учреждения, запись разговоров с руководителем учреждения на диктофон и т.д. свидетельствуют о деловых качествах истца, в связи с чем у работодателя имелись все основания для расторжения с истцом трудового договора в связи с неудовлетворительным результатом испытания.

Выслушав стороны, показания свидетелей, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с частью 1 статьи 37 Конституции Российской Федерации труд свободен; каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду и выбирать род деятельности и профессию.

Исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации основным принципом правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений признается, в частности, свобода труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается, право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род деятельности (абзацы первый и второй статьи 2 Трудового кодекса Российской Федерации).

Трудовые отношения в силу положений части 1 статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации.

Согласно абзацу второму части 1 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель имеет право заключать, изменять и расторгать трудовые договоры с работниками в порядке и на условиях, которые установлены данным кодексом, иными федеральными законами.

При заключении трудового договора в нем по соглашению сторон может быть предусмотрено условие об испытании работника в целях проверки его соответствия поручаемой работе (часть 1 статьи 70 Трудового кодекса Российской Федерации).

В период испытания на работника распространяются положения трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, коллективного договора, соглашений, локальных нормативных актов (часть 3 статьи 70 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью 1 статьи 71 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что при неудовлетворительном результате испытания работодатель имеет право до истечения срока испытания расторгнуть трудовой договор с работником, предупредив его об этом в письменной форме не позднее чем за три дня с указанием причин, послуживших основанием для признания этого работника не выдержавшим испытание. Решение работодателя работник имеет право обжаловать в суд.

Из содержания приведенных выше нормативных положений следует, что по соглашению сторон в трудовой договор может быть включено дополнительное условие об испытании работника, целью которого является проверка соответствия работника поручаемой работе. Право оценки результатов испытания работника принадлежит исключительно работодателю, который в период испытательного срока должен выяснить профессиональные и деловые качества работника и принять решение о возможности или невозможности продолжения трудовых отношений с данным работником. При этом трудовой договор с работником может быть расторгнут в любое время в течение испытательного срока, как только работодателем будут обнаружены факты неисполнения или ненадлежащего исполнения работником своих трудовых обязанностей. Увольнению работника в таком случае предшествует обязательная процедура признания его не выдержавшим испытание, работник уведомляется работодателем о неудовлетворительном результате испытания с указанием причин, послуживших основанием для подобного вывода. Если срок испытания истек, а работник продолжает работу, он считается выдержавшим испытание, и работодатель утрачивает право уволить его по причине неудовлетворительного результата испытания.

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что <дата> между ФИО7 и ГБУСО ВО «КСДИ» заключен трудовой договор, на основании которого истец с <дата> принята на работу на должность <данные изъяты> (л.д.68 -74).

<дата> ФИО7 вручено письменное уведомление о расторжении <дата> трудового договора по ч. 1 ст. 71 Трудового кодекса РФ в связи с неудовлетворительным результатом испытания, в котором в качестве причин, послуживших основанием для признания работника не выдержавшим испытание, указано на присвоение денежных средств в размере 223 руб. при закупке товаров для получателя услуг Свидетель №1; невыполнение должностных обязанностей по консультированию Свидетель №6 по вопросу пенсионного обеспечения; нарушение приказа о запрете финансовых взаимоотношений с получателями социальных услуг, выразившихся в хранении в рабочем кабинете денежных средств проживающего Свидетель №3; нарушение Правил внутреннего трудового распорядка в части приобретения ножа для получателя услуг Свидетель №2 и передачи его проживающему после замечания санитара НВ (л.д.77).

<дата> приказом <№> л/с от <дата> ФИО7 уволена по ч. 1 ст. 71 Трудового кодекса РФ (в связи с неудовлетворительным результатом испытания), с приказом об увольнении истец ознакомлена <дата> (л.д.78).

Исходя из содержания статьи 8, части 1 статьи 34, частей 1 и 2 статьи 35 Конституции РФ и абзаца второго части первой статьи 22 Трудового кодекса РФ работодатель в целях эффективной экономической деятельности и рационального управления имуществом самостоятельно, под свою ответственность принимает необходимые кадровые решения (подбор, расстановка, увольнение персонала).

Испытание в соответствии с положениями Трудового кодекса Российской Федерации устанавливается для целей проверки работника поручаемой ему работе, проверка осуществляется в течение всего срока испытания (3 месяца). Оценка деловых качеств работника относится к исключительной компетенции работодателя, т.е. является субъективным критерием, который должен быть подтвержден документально.

Проверяя доводы истца о том, что ее увольнение произведено ответчиком без достаточных к тому оснований, суд учитывает положения ст. 71 Трудового кодекса РФ, согласно которой право оценки результатов испытания работника принадлежит работодателю, который в период испытательного срока должен выяснить деловые и профессиональные качества работника, при этом неудовлетворительный результат испытания может подтверждаться любыми объективными данными.

В соответствии с условиями трудового договора, заключенного <дата> с ФИО7, к должностным обязанностям специалиста по социальной работе относятся …ведение работы по закупке товаров для недееспособных граждан, проживающих в учреждении, контроль полноты использования этих товаров для их личных нужд; оформление необходимой документации (договоры, товарные и кассовые чеки, протоколы, акты); ведет прием получателей социальных услуг учреждения по вопросам пенсионного обеспечения и социально-бытовым вопросам, с той же целью осуществляет обход граждан, проживающих в отделении милосердия учреждения и т.д.

Аналогичные должностные обязанности содержатся и в должностной инструкции специалиста по социальной работе <№> от <дата> (л.д.75-76).

Согласно характеристике директора ГБУСО ВО «КСДИ» ФИО7 за время работы зарекомендовала себя как неисполнительный, малоинициативный, неответственный работник. Имеет дисциплинарное взыскание за несоблюдение Правил внутреннего трудового распорядка учреждения. В коллективе не пользуется авторитетом, с руководством учреждения ведет себя некорректно. ФИО7 ненадлежащим образом выполняла свои должностные обязанности, вступала в финансовые взаимоотношения с получателями социальных услуг учреждения, что приводило к конфликтным ситуациям. Имеются жалобы от получателей социальных услуг по работе ФИО7 (л.д.79).

Из поступившей директору учреждения докладной МВ от <дата> следует, что в кабинете специалистов по социальной работе хранятся деньги получателя социальных услуг Свидетель №3, которому ежедневно ЮИ, АВ и ФИО7 дают деньги (л.д.134).

В объяснительной от <дата> МВ указала, что каждый месяц Свидетель №3 передавал ЮИ и АВ денежные средства, которые ему затем ежедневно выдают по 100 руб. <дата> денежные средства ему дала ФИО7 (л.д.138).

В объяснительной ЮИ, АВ, ФИО7, полученной <дата> в рамках проведения проверки по данному факту, отражено, что денежные средства Свидетель №3 были взяты социальным работником МВ (л.д.137).

В связи с обнаружением денежных средств получателя социальных услуг Свидетель №3 приказом директора от <дата><№> о/д специалистам по социальной работе ФИО7, АВ, ЮИ, МВ строго указано на недопустимость подобных нарушений, а также под роспись <дата> доведен приказ директора учреждения <№>о/д от <дата> «О запрете финансовых взаимоотношений с получателями социальных услуг», согласно которому запрещены всевозможные финансовые взаимоотношения работников учреждения с получателями социальных услуг (взимание, хранение, передача в долг личных денежных средств получателей социальных услуг, а также взимание денежных средств получателей социальных услуг для приобретения работниками продуктов питания, оборудования, табачной продукции и т.п. для нужд получателей социальных услуг). Несоблюдение настоящего приказа работниками учреждения влечет дисциплинарные взыскания вплоть до увольнения (л.д.80,140).

<дата> на имя директора учреждения поступило заявление Свидетель №1 о принятии мер к социальному работнику ФИО7, которая при приобретении ему <дата> продуктов питания, не вернула с 1 000 руб. сдачу в размере 223 руб. (л.д.85).

<дата> приказом <№> о/д создана комиссия для расследования вышеуказанного факта (л.д.87).

Из объяснительной ФИО7 следует, что она приобрела продукты питания на 627 руб. и передала их Свидетель №1, а также сдачу с 1 000 руб. в размере 473 руб. (л.д.86).

Согласно акту о рассмотрении дисциплинарного проступка от <дата> комиссией при проведении проверки установлено, что <дата> получателем социальных услуг Свидетель №1 были переданы денежные средства в размере 1 000 руб. для приобретения продуктов питания социальному работнику ФИО7, последняя приобрела продукты питания на 627 руб., передала их Свидетель №1 со сдачей в размере 150 руб. вместо 373 руб., не додав 223 руб. В действиях ФИО7 имеются нарушения должностной инструкции, однако с учетом непродолжительного периода работы в учреждении, отсутствия достаточного опыта в работе, комиссия приняла решение не привлекать ФИО7 к дисциплинарной ответственности (л.д.88).

<дата> на имя директора учреждения поступило заявление проживающего Свидетель №6 о принятии мер к социальным работникам ФИО7 и А, которые игнорируют его просьбы и на протяжении месяца не осуществляют его доставку за пенсией (л.д.83).

<дата> директору ГБУСО ВО «КСДИ» от санитарки ТН поступила служебная записка о том, что социальный работник приобрела для проживающего Свидетель №2 нож, замечания санитара НВ о запрете передачи ножа проживающему проигнорировала (л.д.82).

В правилах внутреннего распорядка для получателей социальных услуг ГБУСОВО «КСДИ», утвержденных приказом от <дата><№> о/д, закреплено, что проживающим запрещается …. хранить в жилых помещениях или носить при себе колющие и режущие предметы… (л.д.141-145).

В объяснительной записке ФИО7 от <дата> отражено, что <дата> она приобрела нож для получателя социальных услуг Свидетель №2, и отдала его последнему с разрешения директора МВ (л.д.89).

Согласно докладной записке секретаря Свидетель №4 от <дата> она передала <дата> ФИО7 извещение для получения в этот же день 2-х посылок для получателя социальных услуг Л, однако посылки ни кем из социальных работников получены не были (л.д.84).

<дата> директору учреждения поступила служебная записка о том, что ФИО7 отказалась работать на мероприятии <дата> (л.д.81).

Приказом от <дата><№> д/в ФИО7 привлечена к дисциплинарной ответственности в виде замечания за нарушение Правил внутреннего трудового распорядка для работников учреждения, а именно за несвоевременное возвращение <дата> на работу после обеденного перерыва (л.д.90-94).

В судебном заседании истец ФИО7 факт приобретения ножа для получателя социальных услуг Свидетель №2 не оспаривала, указав, что он показался ей адекватным человеком, в связи с чем она его пожалела и приобрела нож, о запрете на приобретение колюще-режущих предметов ей известно не было. После замечания санитара НВ о запрете передачи ножей проживающим, передала его Свидетель №2, поскольку уже потратила полученные от него денежные средства на приобретение ножа. Утверждала, что после приобретения продуктов питания, оставшиеся денежные средства передала Свидетель №1, а подтверждающие документы из магазина не взяла, так как не знала, что это необходимо, все строилось на доверии. На клочке бумаги, где она записала, что взяла 1 000 руб. и какие продукты необходимо приобрести, Свидетель №1 расписался, т.е. претензий у него не было, а на следующий день начальник отдела кадров Свидетель №5 ознакомил ее с его жалобой. Свидетель №6 обращался с просьбой съездить с ним в банк за перерасчетом пенсии, все его просьбы выполнялись. Денежные средства от Свидетель №3 на хранение не получала и ему не выдавала, с ним не общалась, так как он слепой и глухой (л.д.110-113).

Из показаний свидетеля Свидетель №1 следует, что в сентябре 2018 года он попросил социального работника ФИО7 приобрести для него продукты питания, передав ей денежные средства в размере 1 000 руб. В тот же день она принесла пакет с продуктами и сдачей, но поскольку она социальный работник, то сразу сдачу проверять не стал. По ее просьбе расписался на листке бумаги, где было указано количество продуктов без цены, которые ей были заказаны. Через 20 мин. посмотрел пакет и оказалось, что в нем сдача 150 руб. и нет чеков, в связи с чем по его просьбе санитары выяснили в магазине цены на приобретенные продукты, сдача не совпадала. Приглашенная санитарами Е, по его мнению, социальный работник, с его слов написала заявление о случившемся на имя директора, а он расписался. На следующий день пришел начальник отдела кадров с ФИО7, последняя пообещала вернуть деньги (л.д.157-159).

Свидетель Свидетель №6 в судебном заседании указал, что осенью обращался к социальным работникам, в т.ч. ФИО7, чтобы его отвезли за получением пенсии, но его просьбы не были выполнены. К ФИО7 претензий не имеет, в жалобе на имя директора ошибочно указал ее фамилию (л.д.160).

В судебном заседании свидетель Свидетель №2 отрицал факт приобретения и передачи ему ФИО7 ножа, пояснив, что она отказала ему в этой просьбе, поскольку это запрещено (л.д.160).

Из показаний свидетеля Свидетель №3 следует, что никого из социальных работников лично не знает, так как с детства не видит и плохо слышит. Пенсию предавал на хранение социальным работникам, так как проживающие у него ее отбирали, но кому конкретно не знает (л.д.161).

Свидетель Свидетель №4 суду пояснила, что сотрудники отделения «милосердие» пригласили ее к Свидетель №1, который сообщил, что ФИО7 приобретала для него продукты питания и не додала сдачу. Сотрудники отделения сходили в магазин, узнали цены на продукты питания, подсчитали и оказалось, что не хватает 220 руб. Со слов Свидетель №1 она написала заявление на имя директора, в этот или на следующий день, уже не помнит. По данному факту проводилась проверка, но без ее участия. Через 2-3 дня после обнаружения в кабинете социальных работников денежных средств Свидетель №3, он пришел с жалобой по поводу того, что социальные работники перестали брать у него на хранение денежные средства. С его слов было написано заявление, им подписано. В ее присутствии ФИО7 сообщила директору, что купила и передала проживающему Свидетель №2 нож, но не закругленный, а острый с зубчиками, поэтому его заберет (л.д.161).

Из показаний свидетеля Свидетель №5 следует, что за время работы в ГБУСО ВО «КСДИ» ФИО7 зарекомендовала себя с отрицательной стороны, невыдержанна, остро реагировала на замечания руководителя, высказывала недовольство в его адрес, записывала разговоры с директором на диктофон, опаздывала на работу. Совместно с ФИО7 ежемесячно проводил обход с целью выявления у проживающих запрещенных предметов, в т.ч. колюще-режущих предметов и в ее присутствии были изъяты ножи не менее 4-х раз, т.е. ей было известно о запрете их приобретения и передачи получателям социальных услуг. Приказом руководителя учреждения категорически запрещены финансовые взаимоотношения персонала с проживающими, в т.ч. хранение принадлежащих им денежных средств, приобретение для них товаров. По результатам проведенной проверки по заявлению Свидетель №1 было установлено, что она не додала ему сдачу в размере 223 руб., но с учетом непродолжительного периода работы было принято решение не наказывать ее дисциплинарно. ФИО7 не возместила деньги получателю и не извинилась перед ним. В ходе проверки по факту хранения денежных средств Свидетель №3 социальный работник ФИО7 пояснила, что не видит в этом кого-либо нарушения.

Проанализировав представленные сторонами доказательства в обоснование своих доводов и возражений по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, и руководствуясь ст. ст. 70, 71, 81 Трудового кодекса Российской Федерации, Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 г. №2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", исходя из условий трудового договора, суд приходит к выводу, что указанные в уведомлении основания для признания ФИО7 не выдержавшей испытание, подтверждены совокупностью доказательств, что было учтено работодателем при решении вопроса о расторжении с истцом трудового договора по ст. 71 Трудового кодекса Российской Федерации, поскольку факт неудовлетворительного результата ее испытания нашел свое подтверждение, в связи с чем законные основания для ее увольнения у работодателя имелись.

Доводы истца ФИО7 и ее представителей о том, что ей не было известно об установлении запрета на осуществление финансовых взаимоотношений с получателями социальных услуг, проживающими в ГБУСО ВО «КСДИ», опровергаются материалами дела.

Так, пунктом 2.18 должностной инструкции специалисту по социальной работе запрещено вступать во всевозможные финансовые взаимоотношения с получателями социальных услуг. Правилами внутреннего трудового распорядка, утвержденными 06.02.2014 г., также установлен запрет работникам на всевозможные финансовые взаимоотношения с проживающими (взимание, хранение, передача, давать/брать в долг денежные средства проживающих, а также продукты питания, сигареты и т.д.) (л.д.60).

При приеме на работу ФИО7 в установленном порядке была ознакомлена с должностной инструкцией, Правилами внутреннего трудового распорядка и другими локальными актами, о чем свидетельствует ее личная подпись (л.д.74 об.).

Кроме того, следует также отметить, что ФИО7, будучи ознакомлена <дата> под роспись с приказом <№>о/д от <дата> «О запрете финансовых взаимоотношений с получателями социальных услуг», через несколько дней, а именно <дата> и <дата>, вступила в финансовые взаимоотношения с получателями социальных услуг Свидетель №1 и Свидетель №2

Доводы истца ФИО7 и ее представителей о том, что она не могла быть уволена по вышеуказанному основанию, поскольку по фактам, указанным в уведомлении, не была привлечена к дисциплинарной ответственности, о субъективной оценке ее труда и незаконном увольнении, вызванном конфликтом с руководством учреждения, несостоятельны, поскольку причинами для признания работника не выдержавшим испытание могут являться как неисполнение или ненадлежащее исполнение трудовых обязанностей, низкий квалификационный и профессиональный уровень работника, так и несоблюдение им трудовой дисциплины, а право выбора основания увольнения по инициативе работодателя и оценки работы, в том числе в период испытательного срока принадлежит работодателю.

В рамках испытательного срока работодатель оценивает совокупность деловых и личностных качеств работника, включающих, в т.ч. и соблюдение им трудовой дисциплины, правил внутреннего трудового распорядка, должностной инструкции и т.п. (пункт 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. №2).

При этом закон не содержит в себе конкретного перечня либо порядка оценки результатов испытания работника, что свидетельствует о разнообразии обстоятельств, которые могут быть квалифицированы работодателем (собственником) как достаточные для принятия решения о прекращении трудовых отношений по ч. 1 ст. 71 ТК РФ.

Предусмотренный законом порядок увольнения по основаниям ст. 71 Трудового кодекса Российской Федерации ответчиком был соблюден, истец уведомлена об увольнении в установленный законом срок и в уведомлении указаны причины, послужившие основанием для признания истца не выдержавшей испытание, связанные с профессиональными характеристиками работы, дискриминации в сфере труда в отношении ФИО7 при расторжении трудовых отношений со стороны работодателя допущено не было.

Позиция истца и ее представителей о том, что установление испытательного срока для ФИО7 незаконно, так как она является молодым специалистом, и это обстоятельство является основанием для признания увольнения незаконным, признается судом несостоятельной, поскольку она не попадает в категорию лиц, указанных в абз. 5 ч. 4 ст. 70 Трудового кодекса Российской Федерации, а именно не является лицом, окончившим имеющие государственную аккредитацию образовательные учреждения начального, среднего и высшего профессионального образования и впервые поступающим на работу по полученной специальности в течение года со дня окончания образовательного учреждения.

Из материалов дела следует, что <дата> ФИО7 принята в <данные изъяты>» на должность <данные изъяты>, <дата> уволена по собственному желанию (л.д.104-106).

Из должностной инструкции <данные изъяты>» следует, что на должность художественного руководителя назначается лицо, имеющее высшее профессиональное образование (культуры и искусства, педагогическое) (л.д.127-131).

<дата> ФИО7 получила диплом <данные изъяты> по направлению 44.03.01 – педагогическое образование (л.д.96-99).

В силу ч. 8 ст. 60 Федерального закона от 29.12.2012 №273-ФЗ "Об образовании в Российской Федерации" уровень профессионального образования и квалификация, указываемые в документах об образовании, дают их обладателям право заниматься профессиональной деятельностью, требующей специальных знаний и специальной подготовки.

При этом в соответствии с частью 8 статьи 11 указанного Закона перечни профессий, специальностей и направлений подготовки с указанием квалификации, присваиваемой по соответствующим профессиям, специальностям и направлениям подготовки, порядок формирования этих перечней утверждаются федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере образования.

В перечни специальностей и направлений подготовки высшего образования, утвержденные приказом Министерства образования и науки России от 12 сентября 2013 года №1061, включены, в том числе укрупненная группа направлений подготовки и специальностей 44.00.00 "Образование и педагогические науки", к которой отнесена специальность 44.03.01 "Педагогическое образование", а также укрупненная группа 39.00.00 «Социология и социальная работа» с направлением подготовки "Социальная работа» квалификация "бакалавр" (39.03.02).

В силу части 1 статьи 46 Федерального закона №273-ФЗ право на занятие педагогической деятельностью имеют лица, имеющие среднее профессиональное или высшее образование и отвечающие квалификационным требованиям, указанным в квалификационных справочниках, и (или) профессиональным стандартам.

В соответствии с разделом III "Должности педагогических работников" раздела "Квалификационные характеристики должностей работников образования" Единого квалификационного справочника должностей руководителей, специалистов и служащих, утвержденного Приказом Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 26 августа 2010 года №761н, к должностям педагогических работников относится, в т.ч. должность социального педагога.

Должность специалиста по социальной работе, как педагогическая деятельность, в ЕКС не значится.

Кроме того, в соответствии со Списком, утвержденным Постановлением Правительства РФ от 29.10.2002 г. №781, право на досрочное назначение страховой пенсии в связи с педагогической деятельностью, имеют социальные педагоги.

С учетом вышеуказанных положений законодательства, суд приходит к выводу, что трудоустройство ФИО7, имеющей высшее педагогическое образование, на должность специалиста по социальной работе, нельзя расценивать как работу по специальности, т.е. она не является лицом, впервые поступившим на работу по полученной специальности – педагога, в связи с чем суд не находит оснований для признания недействительным пункта 8 трудового договора <№> от <дата>, заключенного с ФИО7

Поскольку факт неудовлетворительного исполнения истцом возложенных на нее трудовых обязанностей в период испытательного срока нашел подтверждение в процессе судебного разбирательства и подтверждается представленными в материалы дела доказательствами, оснований для признания увольнения незаконным, а также изменения даты и формулировки основания увольнения, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда не имеется.

Выплата в период работы истца ежемесячной надбавки за высокие достижения в работе, выполнение особо важных или срочных работ, классность, профессионально мастерство, а также напряженность в труде (л.д.165-168) не влияет на вышеуказанные выводы суда о наличии у работодателя оснований для увольнения ФИО7 по ч.1 ст.71 Трудового кодекса Российской Федерации.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО7 к государственному бюджетному учреждению социального обслуживания Владимирской области «ФИО8 специальный дом интернат для престарелых и инвалидов» о признании незаконным и отмене приказа о прекращении трудового договора, признании пункта 8 трудового договора недействительным, изменении даты и основания увольнения, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда ставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано во Владимирский областной суд через ФИО8 городской суд в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.

Председательствующий О.С.Ивлиева

Мотивированное решение изготовлено 21 января 2019 года.