Апелляционное определение № 22-1783/2025 от 24 декабря 2025 г.

Судья Стародубова В.В. дело №22-1783/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

25 декабря 2025 года г.Астрахань

Суд апелляционной инстанции Астраханского областного суда в составе:

председательствующего судьи Сафаровой Н.Г.

судей: Иванюк Т.П. Трубниковой О.С.

с участием

гособвинителя ФИО2

осуждённых ФИО14, ФИО15,

защиты в лице адвоката Родина А.Г.,

представителя потерпевшего адвоката Назаровой Р.К.

при ведении протокола секретарем судебного заседания Султановой Р.А.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осуждённых ФИО14, ФИО15 и их защитника - адвоката Родина А.Г. на приговор Ленинского районного суда г.Астрахани от 22 октября 2025 года, которым

ФИО14, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <адрес>, не судимый,

ФИО15, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженка <адрес>

осуждены каждый по ч.3 ст.159 УК РФ к лишению свободы на срок 2 года 6 месяцев со штрафом в размере 40000 рублей в доход государства, на основании ст.73 УК РФ условно, с испытательным сроком в 3 года;

взыскано солидарно с ФИО14, ФИО15 в пользу ФИО1 в счет компенсации морального вреда 20000 рублей.

Заслушав доклад судьи Сафаровой Н.Г. по обстоятельствам дела, содержанию приговора и доводам апелляционных жалоб, выслушав осуждённых ФИО14, ФИО15 и их защитника - адвоката Родина А.Г., поддержавших апелляционные жалобы, представителя потерпевшего Назарову Р.К., полагавшую, что оснований для удовлетворения апелляционных жалоб не имеется, мнение гособвинителя ФИО2, полагавшей, что приговор суда является законным и обоснованным, суд апелляционной инстанции,

УСТАНОВИЛ:

ФИО14 и ФИО15 признаны судом виновными в мошенничестве, т.е. приобретении права на чужое имущество путем обмана, совершенном группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере.

Преступление совершено в <адрес> при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В судебном заседании ФИО14 и ФИО15 виновными себя не признали.

В апелляционной жалобе осуждённые ФИО14 и ФИО15, оспаривая законность и обоснованность приговора, ставят вопрос о его отмене и вынесении оправдательного приговора на основании п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ за отсутствием в их действиях состава преступления, а также ввиду существенного нарушения уголовного-процессуального закона.

В обоснование своих доводов указывают, что суд не установил в их действиях наличие прямого корыстного умысла на хищение чужого имущества, их действия носили гражданско-правовой характер и были подчинены единственной цели-исполнить волю умершей матери, которая желала передать имущество сыну ФИО14.

1.Утверждают, что добросовестно заблуждались относительно действительности доверенности после смерти дарителя, полагая, что она действует 3 года.

В связи с этим считают, что их действия подпадают под признаки добросовестного заблуждения (ст.28 УК РФ), так как они не осознавали по обстоятельствам дела и не могли осознавать общественной опасности своих действий, ошибочно полагая, что действуют в рамках гражданского права.

Подтверждением этому является обращение к нотариусу после смерти матери, что после разъяснения сотрудника Росреестра о недействительности доверенности, они немедленно подали заявление о прекращении регистрации, показания свидетеля ФИО4 и нотариуса ФИО12 о волеизъявлении наследодателя на дарение имущества ФИО14, которое начало реализовываться еще при жизни матери.

2. Полагают необоснованным вывод суда о наличии предварительного сговора между ними, так как их совместные действия лишь логично вытекали из правовых ролей, определённых матерью еще при жизни: Пётр-одаряемый по договору дарения, ФИО15-поверенный по нотариальной доверенности.

3. Считают недопустимым доказательством заключение эксперта №055 от 22.02.2025г., поскольку:

-эксперт ФИО5 является частным оценщиком, а не государственным судебным экспертом;

- нарушена методика- эксперт не проводил обязательный личный осмотр объекта (жилого дома), использовал цены предложений с «Авито» вместо анализа реальных сделок, допустил грубую фактическую ошибку в описании фундамента дома;

-экспертиза не соответствует требованиям ФЗ от 31.05.2001 №73-ФЗ (ред.от 22.07.2024г.) «О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ».

Суд первой инстанции не учел аварийное состояние дома, при этом эксперт ФИО5 заявил, что на предмет аварийности дом им не исследовался.

Судом не мотивировано, почему он отверг отчет оценщика ФИО6, который оценил дом в 483500 рублей.

4. Полагают, что суд первой инстанции неправомерно использовал выводы суда по гражданскому делу, ссылаясь на решение Икрянинского районного суда от 22.12.2023г. о ничтожности договора дарения, подменив им самостоятельную оценку наличия состава преступления.

5. Суд нарушил принцип состязательности сторон и оценки доказательств защиты, отклонив показания свидетелей ФИО7 и ФИО8, в то время, как показания потерпевшего и его сына были приняты без критической оценки.

6.Суд не дал оценки отсутствию в их действиях корыстной цели, обязательной для квалификации деяния, как мошенничества. На момент их действий в 2023 году они искренне верили, что имущество уже при жизни матери было подарено ФИО14 и их усилия были направлены лишь на юридическое оформление этого перехода права, которое не было завершено по уважительным причинам (болезнь и смерть дарителя).

7. Полагают, что вывод суда о подделке договора дарения и незаконном приобретении права на имущество не подтвержден доказательствами. Суд не обратил внимание, что имеется кассовый чек кассы МФЦ на Адмиралтейской, где указана оплата 3700 руб. за оказанную услугу -составление договора дарения сотрудником МФЦ ФИО9 в день обращения 29. 03. 2023г. Свидетель ФИО9 не была вызвана следователем на очную ставку, не была допрошена в суде и была уволена из МФЦ по настоянию адвоката потерпевшего.

Нотариус ФИО16 подтвердила законность оформления доверенности при жизни ФИО3. (л.д, 223-226 т.1), что подтверждает правомерность первоначальных намерений, соответственно, гражданско- правовой характер спора, поскольку они действовали в целях осуществления права, которое считали принадлежащим им на основании договора дарения.

Свидетель ФИО9 в своих показаниях прямо указала, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО15 и ФИО14 обратились для регистрации и представили документы, включая свидетельство о смерти матери. Она их приняла, направила скан-образы в Росреестр, а оригиналы вернула заявителям.

В приговоре это обстоятельство искажено.

Суд первой инстанции фактически подменил предмет показаний. Защита никогда не утверждала, что на <адрес> в МФЦ специалист ФИО10 составляла договор 05.06. 2023. Речь шла о том, что подсудимые предоставили в МФЦ тот самый договор, который, по их версии, был составлен ранее (ДД.ММ.ГГГГ). Показания ФИО10 подтверждают сам факт предоставления договора, что является ключевым доказательством в пользу версии защиты о его существовании. Суд первой инстанции этот факт оставил без внимания.

8. Суд первой инстанции необоснованно придал уничтожению договора дарения значение действия, якобы свидетельствующего о его сфальсифицированности. Однако не учел, что договор был представлен в МФЦ и прошел правовую экспертизу Росреестра, право было зарегистрировано, оригинал договора был возвращен ФИО17 в соответствии со ст. 28 ФЗ от 13.07.2015 № 218- ФЗ «О государственной регистрации недвижимости», и уничтожен не по их вине через месяц в результате бытовой ситуации (залива), что не может трактоваться как доказательство виновности.

9.Суд первой инстанции дал отрицательную оценку тому факту, что у В-ных не было юридической или разумной практической необходимости хранить оригинал договора вечно, и не дал надлежащей оценки показаниям свидетеля ФИО10, которая подтвердила факт предоставления подсудимыми договора дарения при обращении в МФЦ ДД.ММ.ГГГГ.

10. В приговоре (на 9 странице) суд первой инстанции необоснованно указал, что подписан договор дарения задним числом от ДД.ММ.ГГГГ, и что факт подделки установлен решением Икрянинского районного суда Астраханской области от 22.12.2023г. Этот вывод несостоятелен ввиду отсутствия доказательств реальной даты составления договора, а кроме того, экспертизы не было по подделке, что свидетельствует о необъективности суда.Свидетель ФИО4 подтвердил, что в 2022 году составлял договор дарения для В-ных (л.д. 9-12 т.2), что соответствует дате ДД.ММ.ГГГГ, указанной в договоре.

В этой связи, суд первой инстанции неправомерно придал решению Икрянинского районного суда преюдициальное значение, поскольку суд по гражданскому делу устанавливал лишь ничтожность сделки, не проводил исследования на предмет подделки документа, не располагал специальными познаниями в области криминалистики, по уголовному делу не проводились ни почерковедческая, ни технико-криминалистическая экспертиза, ни экспертиза давности выполнения реквизитов, то есть отсутствуют какие-либо объективные данные о подделке документа.

В связи с этим вывод суда о «подписании задним числом» и «факте подделки» является необоснованным.

11. Отмечают, что в заключении эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ отсутствует акт осмотра объекта, что является обязательным требованием при проведении выездной экспертизы. Эксперт ФИО5 в судебном заседании прямо подтвердил, что осмотр проводил по фотографиям, которые ему предоставили потерпевший, а не на месте. Указание в заключении эксперта о наличии «бетонного ленточного фундамента» дома противоречит фактическим данным о деревянном фундаменте что подтверждает отсутствие выезда эксперта на место, то есть суд принял за истину заведомо недостоверные сведения.

Заключение эксперта № недопустимо в качестве доказательства, поскольку оно основано на заведомо ложных данных.

12. Суд необоснованно отклонил доводы защиты о невозможности своевременной регистрации договора дарения, оставив без оценки доказательства уважительности причин, а именно: показания свидетеля ФИО7 (л.д. 20 т. 1) которые подтверждают тяжелую болезнь ФИО3 и постоянный уход за ней со стороны ФИО14, медицинские документы о состояние здоровья наследодателя, свидетельство о смерти от ДД.ММ.ГГГГ, показания нотариуса ФИО12 (л.д. 223-226 т.1) о том, что ФИО3 была тяжело больна и не могла самостоятельно передвигаться, а также не учел отсутствие необходимости немедленной регистрации, поскольку доверенность от ДД.ММ.ГГГГ не содержала срока действия, что могло быть ошибочно истолковано как возможность исполнения в течение разумного срока.

13. Полагают необоснованным и вывод суда о представлении в МФЦ ничтожного договора, поскольку в этой части суд первой инстанции не учел показания свидетелей (Окунь, ФИО18), подтверждающих оформление договора при жизни наследодателя, и не учел, что последующее признание договора недействительным в гражданском порядке не доказывает его изначальную ничтожность или наличие умысла на подделку, а ничтожность договора, установленная гражданским судом, связана с смертью доверителя, а не с подделкой документа.

14. Вопреки выводам суда, свидетельство о смерти ФИО3 представлялось в МФЦ при первом обращении 29.03.2023г., то есть сотрудник МФЦ знал о смерти доверителя и принял решение о достаточности представленных документов, информация о смерти доверителя была известна нотариусу и органам Росреестра и в деле отсутствуют доказательства сокрытия факта смерти.

15. Суд необоснованно оценил заключение эксперта как допустимое доказательство.

16. Суд первой инстанции указал в приговоре ( стр.34-35), что имущество принадлежит ФИО14, в то время как решением Икрянинского районного суда от 22.12.2023 имущество возвращено в наследственную массу. Данное решение вступило в законную силу 10.02.2024г.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции обязан был принять во внимание установленный гражданским судом факт возврата имущества в наследственную массу, что означает, что на момент совершения преступления оно не являлось «чужим имуществом» в понимании ст. 159 УК РФ, что исключает состав мошенничества.

17. Указывают также на процессуальные нарушения при возбуждении уголовного дела: уголовное дело возбуждено ДД.ММ.ГГГГ на основании заявления адвоката Назаровой Р.К., а не потерпевшего ФИО1., личное заявление которого в материалах дела отсутствует, хотя в силу ч. 3 ст. 20 УПК РФ, ч. 1 ст. 140 УПК РФ дела о мошенничестве относятся к делам частно-публичного обвинения и могут возбуждаться только по заявлению самого потерпевшего.

18. Обращают внимание на волю матери в 2022году передать свой дом сыну ФИО14, которая была подтверждена нотариальным удостоверением доверенности на совершение дарения в пользу ФИО14, что также подтверждается показаниями свидетелей ФИО4, ФИО7.

Таким образом, последующие действия осужденных были направлены исключительно на завершение этой формальности.

С учетом того, что объектом мошенничества является чужое имущество, а в данном случае они действовали в отношении имущества, которое уже перестало быть «чужим» в силу воли дарителя, при отсутствии корыстной цели, т.к. их целью было исполнить волю дарителя, а не обратить в свою пользу имущество брата ФИО1, считают, что состав преступления в их действиях отсутствует не только в силу отсутствия умысла (добросовестного заблуждения), но и в силу отсутствия самого предмета посягательства - «хищения чужого имущества».

19. Считают, что суд неправомерно придал определяющее значение нотариальной доверенности и фактически исключил из обоснования в пользу осужденных первоначальный договор дарения, не усмотрев различий между договором дарения и доверенностью, что привело к ошибочному выводу о наличии состава преступления. поскольку смерть доверителя прекращает доверенность, но не отменяет доказательственную силу первоначального договора дарения.

Просят приговор суда отменить, оправдать их по ч.3 ст.159 УК РФ на основании п.3 ч 2 ст.302 УПК РФ за отсутствием состава преступления, и на основании ст.ст.133.134 УПК РФ признать право на реабилитацию.

В апелляционной жалобе адвокат Родин А.Г. в интересах осуждённых, выражая несогласие с приговором суда, указывает на бесспорное установление того факта, что мать ФИО14 - ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ по своей инициативе, из-за неприязненных отношений со своим младшим сыном ФИО1 выдала нотариальную доверенность, согласно которой доверила ФИО15 оформление договора дарения на ее домовладение в пользу ФИО14

Выводы суда в приговоре о том, что супруги В-ны при жизни ФИО3 данной доверенностью не воспользовались не верны.

На основании нотариальной доверенности, выданной ФИО3 ФИО15, ДД.ММ.ГГГГ был составлен договор дарения согласно волеизъявлению матери, по которому ФИО15 подарила своему супругу ФИО14, домовладение, принадлежащее матери последнего.

ФИО3 скончалась 24.10.2022г, ее домовладение фактически перешло в распоряжение ФИО14 еще при ее жизни, хотя и не прошло регистрацию в установленном порядке.

После составления договора дарения домовладения ФИО3 от 29.06.2022г., оно перестало быть чужим, а ФИО1 утратил право быть наследником доли этого имущества.

В связи с этим выводы суда о совершении осужденными мошенничества являются не соответствующими фактическим обстоятельствам дела.

Действительно осужденные 29.03.2023 г приходили в филиал АУ А/О «МФЦ» в Ленинском районе г Астрахани для получения консультации по вопросу регистрации договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ; сам договор дарения в это время хранился в домовладении умершей матери ФИО14 в селе <адрес>.

Никакой договор дарения от 29.03.2023г. ни ФИО14, ни ФИО15 в филиал АУ A/О «МФЦ» в Ленинском районе города Астрахани не предоставляли. Договор дарения от 29.03.2023г. был составлен работником филиала АУ A/О «МФЦ» №2 в Ленинском районе города Астрахани ФИО9, которой ФИО14 предоставил пакет документов, в том числе свидетельство о смерти его матери и нотариальную доверенность. Несмотря на это, а так же на то, что ФИО14 сообщил ФИО9, что договор дарения от 29.06.2022г. находится в доме умершей ФИО3 в селе ДД.ММ.ГГГГ, ФИО9 убедила ФИО14 в том, что она составит новый договор дарения на месте в МФЦ, и в законности данных действий.

То есть супруги В-ны были введены в заблуждение работником МФЦ, а когда выяснилась грубая ошибка ФИО9, супруги В-ны ДД.ММ.ГГГГ. подали заявление о прекращении регистрации договора дарения, составленного работником МФЦ ФИО9, сама ФИО9 была уволена в места работы.

Из показаний ФИО9 не следует, составляла ли она договор дарения 29.03.2023г., очная ставка с нею органом следствия проведена не была, что говорит об обвинительном уклоне следствия.

Составление договора от 29.03.2023г. работником МФЦ ФИО9 подтверждается квитанцией об оплате данной услуги от ДД.ММ.ГГГГ.г

Обращает внимание, что факт подделки договора дарения от 29.06.2022г. не установлен, а формулировка недействительный (ничтожный) договор взята из решения Икрянинского районного суда от 22.12.2023 г, ввиду того что ответчик по делу ФИО14 не смог предоставить суду подлинник договора в связи с его утратой, а не по причине его подделки.

Утверждает, что супруги В-ны действовали с целью реализации своих гражданских прав и во исполнение волеизъявления дарителя ФИО3

ДД.ММ.ГГГГ супруги В-ны в АУ A/О МФЦ в Ленинском районе г.Астрахани предоставили пакет документов для оформления на ФИО14 домовладения его матери, в том числе договор дарения, составленный при жизни его матери 29.06.2022г., хранившийся в доме ФИО3, который на тот момент не был признан решением суда недействительным (ничтожным) (решение Икрянинского районного суда состоялось 22.12.2023).

Следовательно на момент подачи договора дарения в МФЦ 05.06.2023г. он носил законный характер, а подача его после смерти матери ФИО14 и то, что доверенность ее не действовала, не имеет юридического значения.

На момент составления договора дарения от 29.06.2022г домовладение ФИО3 фактически перешло в собственность ФИО14 и ФИО1 не имел на него никаких прав, в том числе и 1/2 доли домовладения матери.

Обращает внимание, что ФИО1, живя с матерью в одном селе, не ухаживал за ней, имел с ней неприязненные отношения и даже не участвовал в похоронах, в связи с чем ФИО14 взыскал с него расходы на погребение их матери.

Также обращает внимание на показания эксперта ФИО5 о том, что для проведения экспертизы по оценке домовладения ФИО3 он по адресу домовладения не выезжал, оценку делал заочно. При этом сравнивал при оценке домовладение в селе Мумра, удаленного от города, с домовладением, находящимся в городе.

Данная экспертиза была опровергнута экспертом ФИО6, допрошенным в ходе судебного заседания, и предоставившим в дело свое заключение об оценке данного домовладения. При допросе данного свидетеля выяснилось отсутствие в доме всех удобств, туалет и водопровод находятся во дворе, сгнивший деревянный фундамент на самодельных подпорках, аварийное состояние домовладения.

Судом отвергнуты попытки защиты приобщить договор купли продажи дома в селе Мумра на береговой асфальтированной линии, представляющий собой двух этажный кирпичный коттедж со всеми удобствами площадью 200 кв. метров с баней и гаражом, проданный за 1 млн. 800 тысяч рублей, что так же подтверждает ложность показаний ФИО5

Также обращает внимание, что имущество не принадлежало ФИО1 на момент регистрации; в возбуждении уголовного дела было трижды отказано ввиду наличия гражданско-правовых отношений между сторонами. На момент возбуждения уголовного дела потерпевшему не был причинен имущественный вред, так как решением Икрянинского районного суда Астраханской области от 22.12.2023г. домовладение ФИО3 было возвращено в наследственную массу и должно было распределиться по закону между наследниками ФИО14 и ФИО1

Считает, что обвинение основано на предположениях, событие преступления и виновность В-ных не установлены ввиду отсутствия у них умысла, о чем указано в решении Икрянинского районного суда от 22.12.2023 о том, что его действия были направлены на исполнение воли матери, а также отсутствия корыстной цели, отсутствия обмана или злоупотребления доверием. В связи с этим в их действиях отсутствует состав преступления, предусмотренного ч.3 ст.159 УК РФ, поскольку в данном случае отсутствует его субъективная и объективная стороны.

Обращает внимание, что суд, рассмотревший дело в гражданском порядке, не признал ФИО14 недостойным наследником в порядке п. 1 ст. 1117 ГК РФ, признав, что они были обусловлены и продиктованы волей наследодателя.Это решение имеет преюдициальный характер.

Нет доказательства того, что договор дарения, заключенный между ФИО15 и ФИО14, составлен после смерти ФИО3

Допрошенный по данному делу свидетель ФИО4 прямо указывает, что договор дарения между супругами В-ными был составлен в его юридической фирме летом 2022 года, работник МФЦ ФИО11 показала, что сделка, заключенная по договору дарения между ФИО15 и ФИО14, была законна.

Нотариус ФИО16 подтвердила факт оформления нотариальной доверенности от матери ФИО14 на его жену, и показала, что предлагала ей оформить завещание, но мать была против, а также показала, что ФИО14 сфабриковал договор дарения, при этом указав, что это ее предположение.

Показания свидетеля ФИО13сына потерпевшего) расходятся с протоколом его допроса на следствии.

Показания супруги потерпевшего ФИО15, данные на предварительном следствии, представляют собой копию постановления о привлечении ФИО14 к уголовной ответственности.

Таким образом полагает, что показания потерпевшего, его жены и сына, нотариуса ФИО12 должны быть признаны недопустимыми доказательствами, так как все они скопированы с постановления о привлечении ФИО14 к уголовной ответственности, основаны на предположениях и не подтверждены в судебных заседаниях.

Таким образом, стороной обвинения не представлены доказательства совершения ФИО14, ФИО15 завладение чужим имуществом, поскольку все исследованные доказательства указывают на отсутствие в действиях ФИО14, ФИО15 состава преступления, предусмотренном ч.3 ст. 159 УК РФ.

В связи с изложенным, просит приговор отменить и вынести в отношении ФИО14, ФИО15 оправдательный приговор.

На апелляционные жалобы поданы возражения представителем потерпевшего адвокатом Назаровой Р.К., в которых она указывает на отсутствие оснований для их удовлетворения, полагая, что судом правильно применен уголовный закон и не нарушены требования уголовно- процессуального закона.

Изучив материалы дела, проверив доводы апелляционных жалоб, суд апелляционной инстанции не находит оснований для их удовлетворения, и полагает, что приговор является законным и обоснованным.

Фактические обстоятельства по делу установлены правильно, выводы суда о виновности осужденных в приобретении права на чужое имущество путем обмана, совершенном группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере, подтверждается доказательствами, исследованными в судебном заседании.

Так, сами осужденные ФИО14 и ФИО15 подтвердили, что 19.05.2022г. мать ФИО3 выдала на ФИО15 доверенность, в соответствии с которой уполномочила последнюю подарить ФИО14 принадлежащий ей земельный участок и жилой дом.

24.10.2022г. ФИО3 умерла. До смерти ФИО3 они не реализовали доверенность и договор дарения.

Не отрицали осужденные и тот факт, что после смерти матери 29.03.2023г через МФЦ обратились в Управление Росреестра, представив не только доверенность от 19.05.2022г., но и договор дарения от 29.03.2023г., то есть составленный после смерти матери, для переоформления указанного в доверенности имущества в целом на ФИО14.

14.04.2023г. узнали, что регистрация права собственности приостановлена в связи с тем, что договор дарения составлен после смерти матери.

ДД.ММ.ГГГГ они представили в МФЦ договор дарения от 29.06.2022г. и ту же доверенность от 19.05.2022г, на основании которых 13.06.2025г. за ФИО14 было зарегистрировано право собственности в целом на домовладение и земельный участок матери. При этом они знали, что второй сын ФИО3 (потерпевший ФИО1) по закону имеет право на 1/2 указанного имущества после смерти матери, однако ввиду личных неприязненных отношений считали, что поскольку второй сын не помогал матери, имущество по воле последней должно быть передано только ФИО14.

Вместе с тем, утверждали, что 29.03.2023г. представили в МФЦ свидетельство о смерти матери и доверенность от 19.05.2022г, но при этом не имели при себе составленного при жизни матери договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ, поскольку их целью было только лишь проконсультироваться о том, какие документы для оформления права собственности на основании этого договора необходимо представить. Сотрудник МФЦ ФИО9 сама составила им договор дарения от 29.03.2023г.

Суд обоснованно отверг эти утверждения осужденных, поскольку они опровергаются исследованными доказательствами:

- показаниями потерпевшего ФИО1, из которых следует, что его мать ФИО3 умерла ДД.ММ.ГГГГ. После ее смерти наследниками первой очереди являются он и его брат ФИО14.

ДД.ММ.ГГГГ он подал заявление нотариусу нотариального округа Икрянинского района Астраханской области ФИО12 для принятия наследства-домовладения и земельного участка.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО14 также подал нотариусу заявление о принятии наследства.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО14 обратился в суд о признании его недостойным наследником, указав в исковом заявлении, что договор дарения составить при жизни матери не успели. Суд потребовал доказательства, подтверждающие, что он является недостойным наследником. После чего ФИО14 перестал ходить в суд, и заявление ФИО14 было оставлено судом без рассмотрения.

ДД.ММ.ГГГГ он (потерпевший) обратился в нотариальную контору с просьбой выдать свидетельство о праве на наследство, где узнал, что ФИО14 накануне сообщил нотариусу, что воспользовался доверенностью от ДД.ММ.ГГГГ, выданной наследодателем при жизни, на основании которой супруга брата (ФИО15) в 2023 году подарила последнему домовладение матери в целом. Согласно выписке из ЕГРН, ДД.ММ.ГГГГ произведена государственная регистрация права собственности на жилой дом и земельный участок матери за ФИО14.

В связи с этими обстоятельствами, он обратился в Икрянинский районный суд <адрес> с заявлением о признании недействительным договора дарения. Судом было истребовано регистрационное дело, согласно которому ДД.ММ.ГГГГ в помещении МФЦ по адресу: <...> ФИО14 и ФИО15 первоначально подали заявление на регистрацию перехода права собственности на основании договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ. Регистратор Икрянинского отдела Росреестра по Астраханской области ФИО11, позвонив нотариусу с целью проверки доверенности, узнала, что ФИО3 умерла. В связи с этим она разъяснила ФИО14 о необходимости отказаться от государственной регистрации перехода права собственности в связи с ничтожностью доверенности. ФИО14 отказался от регистрации перехода права собственности на домовладение.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО14 со своей супругой на основании ничтожной доверенности в помещении МФЦ по адресу: <...> повторно подали заявление на регистрацию перехода права собственности на основании поддельного договора дарения, датированного ДД.ММ.ГГГГ. Текст договора дарения от «29.06.2022» идентичен договору дарения от «29.03.2023». Решением Икрянинского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, вступившим в законную силу, договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ признан недействительным. Таким образом, супруги В-ны незаконно приобрели право на 1/2 долю наследственного имущества, принадлежащего ему, причинив материальный ущерб в сумме 681 000 рублей;

-эти же обстоятельства подтвердила свидетель ФИО15- супруга потерпевшего ФИО1.;

- заявлением представителя потерпевшего ФИО19 - адвоката Назаровой Р.К., действующей на основании доверенности, о проведении проверки по факту мошеннических действий со стороны ФИО14 и ФИО15, которые на основании ничтожной доверенности от ДД.ММ.ГГГГ, выданной матерью ФИО3 до смерти, оформили договор дарения наследственного имущества, подписав договор дарения задним числом от ДД.ММ.ГГГГ, зарегистрировав за собой право собственности на домовладение, расположенное по адресу:<адрес>, причинив ущерб ФИО1 Факт подделки договора установлен решением Икрянинского районного суда Астраханской области от 22.12.2023 (т. № 1 л.д. 5);

- показаниями свидетеля ФИО13сына потерпевшего ФИО1, подтвердившего, что нотариус приходила к его бабушке ФИО3 После ее смерти отец обратился к нотариусу с заявлением о вступлении в наследство, однако нотариусом было отказано в выдаче свидетельства о праве на наследство, так как на основании доверенности, составленной при жизни бабушки, оформлен договор дарения дома и земельного участка от ФИО15 ФИО14, что было оспорено отцом в судебном порядке. В ходе рассмотрения гражданского дела стало известно о незаконном оформлении В-ными земельного участка и жилого дома бабушки;

- показаниями свидетеля ФИО12-нотариуса нотариального округа Икрянинского района Астраханской области, из которых следует, что в мае 2022 года ей позвонил ФИО14 и сообщил, что его мать ФИО3 желает оформить доверенность на дарение ему земельного участка и жилого дома, расположенных по адресу: <адрес>.

ДД.ММ.ГГГГ она приехала по указанному адресу, где оформила нотариальную доверенность, по которой ФИО3 доверила ФИО15 ( жене ее сына ФИО14) оформить договор дарения дома и земельного участка ФИО14.

Ранее ФИО3 уже подарила ФИО14 квартиру, расположенную в <адрес>.

Примерно в марте 2023 года к ней обратился ФИО14, сообщив, что ФИО3 умерла, и он хочет оформить договор дарения, поскольку ранее этого не сделал, полагая, что доверенность действует три года. Она ему пояснила, что в связи со смертью доверителя доверенность является недействительной и ему необходимо вступить в наследство на общих основаниях. Тогда ФИО14 подал заявление о вступлении в наследство. Через некоторое время ФИО14 позвонил ей и сказал, что в наследство вступать не будет, так как имущество оформляется в его собственность. В связи с этим она сообщила сотруднику Росреестра о наличии наследственного дела в связи со смертью ФИО3

В апреле 2023 года с заявлением о вступлении в наследство обратился второй сын - ФИО1. В связи с этим она запросила сведения о принадлежности имущества в Росреестре. Согласно представленной выписке, имущество принадлежало ФИО3

Спустя шесть месяцев, ФИО1 обратился к ней с заявлением о выдаче свидетельства о праве на наследство, она снова запросила сведения в Росреестре о собственнике имущества. Согласно представленной выписке, собственником вышеуказанного имущества была уже не ФИО3, а ФИО14, в связи с чем ФИО1 было отказано в выдаче свидетельств о праве на наследство, так как наследодатель не являлся собственником имущества;

- показаниями свидетеля ФИО11, главного специалиста - эксперта межмуниципального отдела по Икрянинскому, Камызякскому, Лиманскому районов Управления Росреестра по Астраханской области, согласно которым 29.03.2023г. от ФИО14 и ФИО15 на государственную регистрацию был представлен договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ жилого дома с земельным участком по адресу: <адрес>.

В ходе проведенной правовой экспертизы представленных документов было установлено, что за дарителя ФИО3 действует ФИО15 на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ, выданной нотариусом ФИО12 на дарение ФИО14 вышеуказанного дома и земельного участка. Данная доверенность согласно программы СМЭФ значилась действующей, отменена не была.

Программа, связанная с проверкой сведений ЗАГС, на тот момент не работала, в связи с чем Росреестр не владел сведениями о смерти и оснований для отказа в регистрации сделки не было. Однако ей поступил звонок от нотариуса ФИО12, которая сообщила о смерти ФИО3 и представила копию свидетельства о смерти последней. Согласно свидетельству о смерти даритель ФИО3 на момент составления договора дарения от 29.03.2023г. являлась умершей. В связи с этим ДД.ММ.ГГГГ было принято решение о приостановлении государственной регистрации. Она позвонила дарителю-ФИО15 и сообщила о приостановлении регистрации. На вопрос ФИО15 об основаниях приостановления регистрации, она разъяснила, что регистрация приостановлена в связи со смертью ФИО3, что делает сделку недействительной, и попросила написать заявление о прекращении регистрации.

ДД.ММ.ГГГГ от ФИО14 и ФИО15 поступило заявление о прекращении регистрации дарения, на основании которого регистрация была прекращена.

ДД.ММ.ГГГГ ей в работу от ФИО14 и ФИО15 на государственную регистрацию предоставлен договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ. При правовой экспертизе представленных документов каких-либо нарушений установлено не было, в связи с чем сделка зарегистрирована. Свидетельства о смерти ФИО3 пакет документов не содержал. В связи с отсутствием технической возможности, проверить сведения ЗАГС было невозможно. Также невозможно в связи с большим объемом документов, поступающих на регистрацию, отследить факт предыдущего обращения лица. О том, что ФИО14 обратился в МФЦ для регистрации договора дарения второй раз, она узнала в связи с участием в качестве свидетеля в гражданском деле в Икрянинском районном суде Астраханской области;

- показаниями свидетеля ФИО9- главного специалиста АУ АО «МФЦ» № в Ленинском районе г. Астрахани, расположенного по адресу: <адрес>., согласно которым в ее обязанности входит прием документов, заполнение заявлений? их сканирование и отправление в ведомства. ФИО15 (действующая по нотариальной доверенности от имени ФИО3) и ФИО14 обратились в филиал АУ АО «МФЦ» № в <адрес> для получения государственной услуги: «Регистрация перехода права на объект недвижимости без одновременного государственного кадастрового учета (при наличии в ЕГРН сведений об объекте недвижимого имущества», в отношении земельного участка, расположенного по адресу: 416365, <адрес>, кадастровый №. Она, как уполномоченный сотрудник, осуществлявший прием документов, приняла от них документы.

АУ АО «МФЦ» в соответствии с пунктом 5 статьи 2 ФЗ от 27.07.2010 № 210-ФЗ «Об организации предоставления государственных и муниципальных услуг» является организацией, уполномоченной на организацию таких услуг по принципу «одного окна» и не осуществляет формирование и хранение регистрационных дел на объекты недвижимости. В связи с чем она осуществила прием заявления и документов, и направила сканобразы документов в орган, оказывающий государственную услугу. Оригиналы документов возвратила заявителю, в учреждении остается только опись принятых документов.

Позже она узнала, что даритель ФИО3 на момент подачи заявления о перерегистрации уже умерла, поэтому в данной сделке было отказано ФИО15 и ФИО14 (т. № 1 л.д. 231- 234);

- протоколом осмотра документов от 20.03.2025 г.следующих документов:

- регистрационного дела на жилой дом по адресу: <адрес>, кадастровый номер №, земельного участка по адресу: <адрес>, кадастровый номер №, изъятого в ходе выемки от ДД.ММ.ГГГГ в ППК «Роскадастр» по Астраханской области, из которого следует, что ФИО3 обращалась за государственной регистрацией указанных объектов недвижимости на себя 21.09.2011г и указанные объекты недвижимости были за ней зарегистрированы;

-светокопии доверенности № <адрес>9 от ДД.ММ.ГГГГ; светокопия договора дарения земельного участка и жилого дома от ДД.ММ.ГГГГ, светокопия договора дарения земельного участка и жилого дома от ДД.ММ.ГГГГ. (т. № 2 л.д. 109-111, 79-80);

- доверенностью №<адрес>9 от 19.05.2022г., удостоверенной нотариусом нотариального округа Икрянинский район Астраханской области ФИО12, согласно которой ФИО3 уполномочила настоящей доверенностью ФИО15 подарить ФИО14 принадлежащие ФИО3 земельный участок и жилой дом, расположенные по адресу: <адрес>. (т. № 1 л.д. 134-135);

- свидетельством о смерти от ДД.ММ.ГГГГ, подтверждающим, что ФИО3 умерла ДД.ММ.ГГГГ. (т. № л.д. 23);

- договором дарения от 29.03.2023г., согласно которого даритель ФИО15, действующая по доверенности за ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, безвозмездно передает в собственность земельный участок и жилой дом в целом по адресу: <адрес> ФИО14, а одаряемый ФИО14 принимает в собственность земельный участок и дом в целом (т. № 1 л.д. 29-30);

- заявлением о государственной регистрации перехода права собственности на вышеуказанные объекты недвижимости от ДД.ММ.ГГГГ., согласно которому ФИО15 и ФИО14 на основании договора дарения земельного участка и жилого дома, расположенных по адресу: <адрес>, от 29.03.2023г. обратились в Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Астраханской области через филиал АУ АО «МФЦ» № в <адрес>, расположенный по адресу: <адрес>; согласно описи документов, принятых для оказания государственных услуг, на регистрацию представлены заявление о государственной регистрации права, доверенность от ДД.ММ.ГГГГ и договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ (т. № 1 л.д. 24-28);

- заявлениями о принятии наследства после смерти ФИО3 от 30.03.2023г. и ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 и ФИО14, обратившихся к нотариусу нотариального округа «Икрянинский район Астраханской области» ФИО12 (т. № 1 л.д. 86-87);

- уведомлением от 14.04.2023г., согласно которому осуществление действий по государственной регистрации прав в отношении земельного участка и жилого дома, расположенных по адресу: <адрес>, приостановлено, ДД.ММ.ГГГГ на основании заявления ФИО14 и ФИО15 осуществление действий по государственной регистрации прав на вышеуказанное недвижимое имущество прекращено, так как даритель ФИО3 является умершей, (т. № 1 л.д. 103);

- заявлением о государственной регистрации перехода права собственности в отношении земельного участка и жилого дома по адресу: <адрес> от 05.06.2023г., согласно которого ФИО15 и ФИО14 повторно обратились в Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Астраханской области через филиал АУ АО «МФЦ» в Ленинском районе г. Астрахани по адресу: <...>, на основании договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ

Согласно описи документов, принятых для оказания государственных услуг, на регистрацию представлены заявление о государственной регистрации права, доверенность от ДД.ММ.ГГГГ и договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому ФИО15, действующая по доверенности за ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, (Даритель) безвозмездно передает в собственность земельный участок и жилой дом, расположенные по адресу:<адрес>, ФИО14 (Одаряемый), (т. № 1 л.д. 16-21);

- выпиской из ЕГРН 07.06.2023г., согласно которой за ФИО14 зарегистрировано право собственности на земельный участок и жилой дом, расположенные по адресу: <адрес>. (т. № 1 л.д. 142-145);

- постановлением нотариуса нотариального округа «Икрянинский район Астраханской области» ФИО12 от ДД.ММ.ГГГГ, которым ФИО1 отказано в выдаче свидетельства о праве на наследство после умершей ФИО3, поскольку заявленное наследственное имущество, состоящее из земельного участка и жилого дома, расположенных по адресу: <адрес>, наследодателю не принадлежит на основании выписки из ЕГРН, выданной филиалом ППК АО «Роскадастр». (т. № 1 л.д. 76);

- решением Икрянинского районного суда Астраханской области от 21.12.2023г., вступившим в законную силу ДД.ММ.ГГГГ, которым исковое заявление ФИО1 удовлетворено частично. Признан недействительным (ничтожным) договор дарения домовладения по адресу: <адрес>, состоящего из жилого дома, площадью 61,1 кв.м с кадастровым номером 30:04:110101:9539, и земельного участка площадью 582 кв. м с кадастровым номером 30:04:110101:8053, заключенный между ФИО15 и ФИО14. Применены последствия недействительности ничтожной сделки: прекращено право собственности ФИО14 на домовладение по адресу: <адрес>. (т. № 1 л.д. 6-15);

- заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ рыночная стоимость имущества, с учетом износа и срока эксплуатации составляет 1 362 000 рублей (рыночная стоимость земельного участка, площадью 582 кв.м., расположенного по адресу: <адрес>, составляет 279 000 рублей, рыночная стоимость жилого дома, общей площадью 61,1 кв.м., расположенного по адресу: <адрес>, составляет 1 083 000 рублей). ( т. № 2 л.д. 50- 61);

- показаниями эксперта ФИО5, подтвердившего в судебном заседании данное заключение.

Эти, а также другие приведенные в приговоре доказательства, получены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, согласуются между собой и оценены в приговоре в соответствии с требованиями ст. 88 УПК РФ.

Действия осужденных правильно квалифицированы судом по ч.3 ст.159 УК РФ. Оснований для их оправдания, как об этом ставится вопрос в жалобах, не имеется.

Доводы осужденных об отсутствии в их действиях состава преступления отвергнуты в приговоре обоснованно.

Судом бесспорно установлено, что 29.03.2023г осужденные представили в АУ АО «МФЦ» доверенность от 19.05.2022г и договор дарения от 29.03.2023г., составленный после смерти ФИО3, то есть когда доверенность от 19.05.2022г утратила силу. При этом свидетельство о смерти ФИО3 они не представили, что подтверждается описью документов, принятых для оказания государственных услуг.

При таких обстоятельствах, с учетом непредоставления свидетельства о смерти дарителя, ссылка в жалобах на то, что данный договор был составлен сотрудницей МФЦ ФИО9, что подтверждено соответствующей квитанцией, не может быть признана обоснованной и не свидетельствует об отсутствии в действиях осужденных состава преступления.

После того, как сотрудниками Росреестра был установлен факт смерти дарителя, и государственная регистрация дарения была по этим основаниям приостановлена, осужденные от нотариуса Черновой и сотрудника Росреестра ФИО20 достоверно знали, что при таких условиях не смогут оформить право собственности на объекты недвижимости на ФИО14, что подтвердили в судебном заседании указанные свидетели.

Именно поэтому ФИО14 было написано заявление о прекращении регистрации, и он в апреле 2023г. обратился к нотариусу с заявлением о вступлении в наследство на общих основаниях.

Однако после этого ДД.ММ.ГГГГ осужденными в АУ АО «МФЦ» был представлен новый пакет документов, содержащий в себе договор дарения от 29.06.2022г. с ложными сведениями относительно даты его составления, давший им возможность зарегистрировать объекты недвижимости на ФИО14 в целом при наличии другого наследника.

Утверждения осужденных о том, что договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ был составлен при жизни ФИО3 и существовал на момент первого обращения в МФЦ, также обоснованно были отвергнуты судом как не нашедшие подтверждения, поскольку опровергаются описью документов, принятых для оказания государственных услуг от ДД.ММ.ГГГГ при первичном обращении в МФЦ.

Доводы о том, что при обращении в МФЦ данный договор остался дома, поскольку осужденные не имели намерения оформить имущество в собственность, хотели лишь проконсультироваться, а впоследствии оригинал договора был уничтожен при затоплении квартиры, являются несостоятельными.

МФЦ не является консультационным центром.

В силу п. 5 ст. 2 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 210-ФЗ "Об организации предоставления государственных и муниципальных услуг", многофункциональный центр предоставления государственных и муниципальных услуг (далее - многофункциональный центр) - организация, созданная в организационно-правовой форме государственного или муниципального учреждения (в том числе являющаяся автономным учреждением), отвечающая требованиям, установленным настоящим Федеральным законом, и уполномоченная на организацию предоставления государственных и муниципальных услуг, в том числе в электронной форме, по принципу "одного окна".

Системы обслуживания "одного окна" - многофункциональные центры - представляют собой единое место приема, регистрации и выдачи заявителю документов при предоставлении различных государственных и муниципальных услуг различными органами власти, объединенными на основе регламента взаимодействия, соглашений информационного обмена и документооборота между федеральными органами исполнительной власти, органами исполнительной власти субъектов Федерации и муниципалитетами.

Показаниям свидетеля ФИО8-соседки осужденных, на которые ссылается сторона защиты в подтверждение уничтожения оригинала договора дарения, суд дал правильную оценку. Согласно показаниям данного свидетеля, примерно в августе 2023 года произошел залив квартиры В-ных, и она видела в прихожей на полу коробку с какими-то бумагами. При этом свидетель не видела, какие именно бумаги находились в коробке, в каком они были состоянии и был ли среди них оригинал договора дарения от 22.06.2022г. Таким образом, эти показания не свидетельствуют о невиновности осужденных.

Правильно оценены судом и показания свидетеля ФИО7, которой ничего не известно о договоре дарения.

Ссылка стороны защиты на показания свидетеля ФИО4 (т. № л.д. 9-12) в подтверждение того, что договор был составлен в 2022г., суд также обоснованно отверг в приговоре. Из показаний данного свидетеля следует, что он не помнит, в каком месяце в 2022г был составлен договор дарения. ФИО14 только лишь сообщил ему о наличии доверенности от имени его матери, оформленной на его жену ФИО15. Сам ФИО4 не видел ФИО3., и о том, что она жива, он узнал только со слов ФИО14

Как обоснованно указано судом, показания ФИО4, не являвшегося непосредственным очевидцем предоставления указанного договора осужденными в МФЦ ДД.ММ.ГГГГ, не свидетельствуют о том, что именно составленный ФИО4 договор был туда представлен.

Обоснованно суд сослался на вступившее в законную силу решение Икрянинского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, как на доказательство, подтверждающее факт составления договора дарения, датированного ДД.ММ.ГГГГ, после смерти ФИО3.

При этом суд правильно указал, что само по себе наличие рассмотренного гражданского дела и вынесенного по нему решения не свидетельствует о наличии между осужденными и потерпевшим гражданских правоотношений и не предопределяют вывод о невиновности осужденных по уголовному делу, поскольку обстоятельства совершения мошеннических действий, связанных с приобретением права на чужое имущество, как уголовно наказуемого деяния не было предметом доказывания по гражданскому делу.

При таких обстоятельствах, вопреки доводам апелляционных жалоб, является верным вывод суда о наличии у осужденных ФИО14 и ФИО15, действующих согласованно с единой целью, умысла на приобретение права на чужое имущество путем обмана.

Верным является и вывод суда о наличии квалифицирующего признака « в крупном размере», подтвержденного заключением эксперта № 055 от 22.02.2025 г. об определении рыночной стоимости земельного участка и дома.

Доводы жалоб о недопустимости заключения эксперта являлись предметом рассмотрения суда первой инстанции и были обоснованно отвергнуты по основаниям, приведенным в приговоре, не согласиться с которыми у судебной коллегии нет оснований.

Доводы о том, что эксперт не посещал объект лично, высказаны вопреки показаниям, данным экспертом ФИО5 в судебном заседании 11.09.2025, подтвердившим, что он лично выезжал на объект.

Проведение экспертизы не в государственном экспертном учреждении не является основанием для признания заключения эксперта недопустимым. В силу ч.2 ст. 195 УПК РФ судебная экспертиза может производиться и вне государственных судебно- экспертных учреждений, лицами, обладающими специальными знаниями, но не являющимися государственными экспертами. По смыслу этой нормы, экспертиза может поручаться специалистам в области соответствующих областей знаний, которые выступают в уголовном процессе как иные эксперты из числа лиц, обладающих специальными знаниями. При этом закон не исключает производство экспертизы коммерческой организацией, если образование, специальность, научная степень, стаж работы по специальности позволяли эксперту дать заключение.

Как видно из заключения эксперта № 055 от 22.02.2025 г., оно дано высококвалифицированным специалистом, компетентность эксперта сомнений не вызывает.

Составленное им экспертное заключение соответствует всем требованиям, предъявляемым к заключению эксперта статьей 204 УПК РФ, выводы эксперта аргументированы, эксперту разъяснены права, предусмотренные ст. 57 УПК РФ, и уголовная ответственность по ст. 307 УПК РФ. Свое заключение эксперт подтвердил в судебном заседании.

Вопрос об аварийности жилого дома перед экспертом не ставился, признаков аварийности дом не имел.

Учитывая изложенное, суд обоснованно признал данное заключение доказательством по делу и, оценив его в совокупности с другими доказательствами, перед которыми оно не имело какого либо преимущества, правильно положил его в обоснование приговора.

Представленный стороной защиты отчет №-рс об оценке рыночной стоимости жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: <адрес>, выполненный ДД.ММ.ГГГГ частнопрактикующим оценщиком ФИО6, также нашел в приговоре свою подробную оценку, не согласиться с которой у суда апелляционной инстанции оснований нет.

Доводы о незаконности возбуждения уголовного дела на основании заявления не самого потерпевшего, а его представителя адвоката Назаровой Р.К. также являлись предметом рассмотрения суда первой инстанции и были обоснованно отвергнуты в приговоре.

Уголовное дело было возбуждено по ч. 4 ст. 159 УК РФ по результатам процессуальной проверки, указывающей на наличие признаков состава преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ, которое относится к делам публичного обвинения и в силу ч.5 ст. 20 УПК РФ возбуждается вне зависимости от наличия заявления потерпевшего.

Более того, в силу ч.3 ст. 20 УПК РФ к делам публичного обвинения относится и преступление, предусмотренное ч.3 ст. 159 УК РФ, если оно совершено не индивидуальным предпринимателем в связи с осуществлением им предпринимательской деятельности и (или) управлением принадлежащим ему имуществом, используемым в целях предпринимательской деятельности, либо членом органа управления коммерческой организации в связи с осуществлением им полномочий по управлению организацией.

Таким образом, доводы защиты в этой части не основаны на положениях уголовно- процессуального закона.

Ссылка в жалобе на показания свидетеля ФИО10 несостоятельна, поскольку такого доказательства в судебном заседании исследовано не было, и сторонами оно суду не предъявлялось.

Нарушений требований уголовно-процессуального закона, влекущих отмену обжалуемого приговора, по делу не допущено.

Наказание осужденным назначено в соответствии с требованиями ст.6, 43, 60 УК РФ, с учетом учёл характера и степени общественной опасности совершенного преступления, данных о личности осуждённых, наличие смягчающих наказание обстоятельств, отсутствия отягчающих наказание обстоятельств, а также влияние назначенного наказания на исправление подсудимых и на условия жизни их семьи.

В качестве смягчающих наказание ФИО14 обстоятельств суд учел: возраст осуждённого, положительные характеристики, наличие на иждивении сына, который является студентом 4 курса очной формы обучения АГТУ.

В качестве смягчающих наказание ФИО15 обстоятельств суд учел: удовлетворительную характеристику, наличие на иждивении сына, который является студентом 4 курса очной формы обучения АГТУ, состояние здоровья, привлечение к уголовной ответственности впервые.

Оснований для применения ч.6. ст.15 УК РФ суд обоснованно не усмотрел с учетом фактических обстоятельств совершения преступления, его степени общественной опасности и личности виновных.

Также с учетом отсутствия обстоятельств, связанных с целями и мотивом преступления, ролью виновных, других обстоятельств, которые бы существенно уменьшали степень общественной опасности совершенного преступления, суд обоснованно не усмотрел оснований для применения положений ст.64 УК РФ и назначении более мягкого наказания.

Гражданский иск потерпевшего ФИО1 разрешен правильно, в соответствии с положениями ст. ст. 151, 1099 - 1101 ГК РФ. Размер компенсации морального вреда определен с учетом степени физических и нравственных страданий потерпевшего, вины осужденных, их имущественного положения, требований разумности и справедливости.

С учетом изложенного, оснований для удовлетворения апелляционных жалоб, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Вместе с тем, в приговор необходимо внести изменения исходя из следующего.

Суд, правильно разрешив гражданский иск в части компенсации морального вреда, взыскал с осужденных в пользу потерпевшего в солидарном порядке 20000 рублей.

При этом не учел, что в силу разъяснений, данных в п. 24 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 29.06.2010 №17 « О практике применения судами норм, регламентирующих участие потерпевших в уголовном судопроизводстве», в случае причинения морального вреда преступными действиями нескольких лиц он подлежит возмещению в долевом порядке.

С учетом изложенного, равного участия осужденных в преступлении, из приговора подлежит исключению указание о солидарном порядке взыскания с осужденных в пользу потерпевшего компенсации морального вреда, которая подлежит взысканию с каждого из осужденных в равных долях, а именно по 10000 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.19-389.33 УПК РФ суд апелляционной инстанции

ОПРЕДЕЛИЛ:

Приговор Ленинского районного суда г.Астрахани от 22 октября 2025г. в отношении ФИО14, ФИО15 изменить.

И сключить из резолютивной части приговора указание о солидарном взыскании с ФИО14 и ФИО15 в пользу потерпевшего ФИО19 компенсации морального вреда в размере 20000 рублей.

Взыскать с ФИО14 и ФИО15 в пользу потерпевшего ФИО19 компенсацию морального вреда в размере 20000 рублей в равных долях, а именно по 10000 рублей с каждого из осужденных.

В остальном приговор оставить без изменения, а апелляционные жалобы осуждённых и адвоката Родина А.Г. - без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу немедленно и может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, в течение 6 месяцев в Четвертый кассационный суд общей юрисдикции.

Осуждённые вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий: подпись Н.Г. Сафарова

Судьи: подпись Т.П. Иванюк

подпись О.С. Трубникова