Приговор № 1-154/2021 от 2 июня 2021 г. по делу № 1-154/2021

Дело № 1-154/2021


ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Кунгур 3 июня 2021 года

Кунгурский городской суд Пермского края в составе председательствующего судьи Тарасова А.Ю., при секретарях ФИО13, ФИО14, ФИО15, с участием государственного обвинителя ФИО16, подсудимого ФИО6, защитника – адвоката ФИО27, потерпевших Потерпевший №1, Потерпевший №4, представителей потерпевших ФИО29, ФИО34, представителя гражданского ответчика ФИО17, рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Кунгурского городского суда <адрес> уголовное дело в отношении подсудимого:

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца д. ФИО2 <адрес>, зарегистрированного по адресу: <адрес> проживающего по адресу: <адрес> завода, переулок Краснодонцев, 8, гражданина Российской Федерации, работающего в ООО «ММК Втормет» в должности водителя, имеющего основное общее образование, женатого, имеющего на иждивении двоих несовершеннолетних и четверых малолетних детей, военнообязанного, не судимого, по настоящему делу не задерживавшегося, под стражей не содержавшегося, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 264 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 нарушил правила дорожного движения, повлекшие по неосторожности смерть двух лиц, при следующих обстоятельствах:

ДД.ММ.ГГГГ около 09 часов 00 минут ФИО1 управлял механическим транспортным средством – технически исправным автомобилем специальным <***>, государственный регистрационный знак <***> регион. В указанное время ФИО1, являясь участником дорожного движения, обязанным в соответствии с требованиями Правил Дорожного Движения Российской Федерации (далее также ПДД) действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда, двигаясь по правой полосе проезжей части участка 23 – 24 км автомобильной дороги «Кунгур – Соликамск», расположенного на территории Березовского муниципального округа <адрес>, в направлении <адрес> со стороны <адрес>, предвидя последствия своих действий, но рассчитывая на их предотвращение, нарушил пункты 9.1(1), 9.10, 10.1 ПДД, а именно: двигаясь по указанной дороге со скоростью не менее 70 км/ч, предвидя возможность наступления общественно-опасных последствий своих действий и располагая технической возможностью для предотвращения дорожно-транспортного происшествия при соблюдении требований ПДД, но без достаточных к тому оснований самонадеянно рассчитывая на предотвращение этих последствий, не избрал скорость движения, которая должна была обеспечить ему, как водителю, возможность постоянного контроля за движением транспортного средства, не учёл дорожные и метеорологические условия – видимость в направлении движения (п. 10.1), своевременно не обнаружив опасность для своего движения в виде двигающегося впереди в попутном направлении трактора МТЗ8ДД.ММ.ГГГГ, государственный регистрационный знак № регион, в составе с тракторным прицепом прицепом 2П№, государственный регистрационный знак № регион, под управлением Свидетель №1, находясь на достаточном для остановки своего транспортного средства расстоянии, располагая для остановки (без изменения траектории движения) технической возможностью, не выдержав дистанцию до движущегося впереди транспортного средства, позволившую бы избежать столкновения (п. 9.10), допустил столкновение передней правой частью своего автомобиля с задней левой частью кузова прицепа 2П№. После чего автомобиль под управлением водителя ФИО6 пересек сплошную осевую линию дорожной разметки и выехал полосу проезжей части, предназначенную для встречного движения (п. 9.1(1)), в результате чего в указанное время в указанном месте допустил столкновение передней частью своего автомобиля с передней частью легкового автомобиля RENAULT MEGANE, государственный регистрационный знак № регион, под управлением ФИО4, двигавшегося во встречном направлении по своей полосе проезжей части в направлении <адрес>, в салоне которого на правом переднем пассажирском сиденье также находился ФИО5

В результате указанного ДТП:

- водителю автомобиля RENAULT MEGANE ФИО4 причинена <данные изъяты>, квалифицируется как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни. От полученных телесных повреждений на месте дорожно-транспортного происшествия наступила смерть ФИО4;

- пассажиру автомобиля RENAULT MEGANE ФИО5 причинена <данные изъяты>, и квалифицируется как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни. От полученных телесных повреждений на месте дорожно-транспортного происшествия наступила смерть ФИО5

Нарушение п. 9.1(1), 9.10, 10.1 Правил Дорожного Движения Российской Федерации находится в прямой причинно-следственной связи с виновными неосторожными действиями водителя автомобиля <***>, государственный регистрационный знак № регион, ФИО6, которые способствовали совершению дорожно-транспортного происшествия, в результате которого ФИО4 и ФИО5 причинены тяжкие телесные повреждения, от которых наступила их смерть.

Подсудимый ФИО1 в судебном заседании вину в совершённом преступлении признал частично, пояснил, что в содеянном раскаивается, пояснил, что не признаёт тот факт, что ДТП произошло по его вине, последнее было следствием нарушения ПДД другим участником ДТП – ФИО18, который в нарушении ПДД эксплуатировал трактор с телегой с неработающими габаритами, без обязательных к установке опознавательных знаков «тихоходное транспортное средство», двигался в нарушении ПДД по обочине. Указал, что имеет водительское удостоверение категорий А, А1, В, В1, С1, М, СЕ, С1Е, водительский стаж более 15 лет. Примерно с 2016 года работает на грузовом автомобиле АН 5908, государственный регистрационный знак № регион, принадлежащем ООО «ММК Втормет». ДД.ММ.ГГГГ около 8 часов он прошел предрейсовый осмотр врача, после чего получил исправный автомобиль АН 5908, после чего получил путевой лист и около 8 часов 20 минут выехал из <адрес> по трассе Кунгур-Соликамск. При движении автомобиля были включены габаритные огни, ближний или дальний свет фар. Не превышал максимально разрешенную скорость 70 км/ч. На участке автодороги Кунгур-Соликамск на 23-24 км на улице было темно, должно было начинать рассветать, шел снег, который таял на лобовом стекле, работали дворники, на улице было около минус 5 градусов, дорога не была почищена до чистого асфальта, была заснежена, был гололед. В какой-то момент обратил внимание, что во встречном направлении движется автомобиль. Его полоса движения в свете фар его транспортного средства была свободна. На его транспортном средстве установлен головной свет старого образца, то есть установлены лампы с цоколем Н4 - две нити накаливания в одной лампе: ближний и дальний свет, который переключается путем накаливания одной из нитей соответственно: ближний или дальний, но не одновременно, фары закреплены в металлическом бампере. Данный вид фар и установка их в металлическом бампере значительно хуже освещает проезжую часть по сравнению с похожим, но не аналогичным транспортным средством КАМАЗ, который прошел модернизацию в 2015 году, где установлены лампы с цоколем Н7, то есть две разные лампы на ближний и дальний свет фар, при этом при включении дальнего света загораются обе лампы, в новых фарах установлен другой отражатель, другой рассеиватель. В КАМАЗах нового образца фары установлены в других точках крепления бампера, установлено кресло водителя, которое регулируется по высоте, обзор с водительского места совсем другой.

Около 8 часов 40-50 минут, когда он двигался по трассе, неожиданно, что он не успел среагировать, на расстоянии около 3 метров, появилось препятствие, которое он сначала не смог идентифицировать, которое находилось на половине проезжей части по направлению в Березовку. В этот -же момент произошло столкновение правой части кабины его автомобиля с этим препятствием, вследствие чего его машину выбросило на полосу встречного движения. После удара о препятствие его автомашину понесло на встречную обочину, затем в поле. В тот момент он не знал, что произошло столкновение с автомобилем Рено. Когда вышел из кабины, увидел, что под его автомобилем подмят автомобиль Рено, где были два человека без признаков жизни. В проекции своего автомобиля увидел, что на обочине стоит трактор с прицепом, а рядом стоит его водитель. После он стал звонить в специальные службы и сообщил о ДТП. Через некоторое время на место ДТП стали приезжать полиция, скорая помощь и еще кто-то. После ДТП он обратил внимание, что габариты трактора не работают, то есть на тракторе была включена аварийная сигнализация, а на самой телеге ни габариты, ни указатели поворотов не работали, при этом один из бортов телеги был установлен так, что перекрывал задние фонари трактора, из-за этого он не увидел вовремя задние фонари трактора. Телега была грязная, сливавшаяся с серой массой дороги.

На вопросы участников процесса ФИО1 отказался отвечать, воспользовавшись правом, закреплённым ст. 51 Конституции РФ.

Подсудимый ФИО1, показания которого, данные им в ходе предварительного расследования, оглашены в судебном заседании на основании ст. 276 УПК РФ, помимо сказанного в судебном заседании, пояснил, что специализированный автомобиль «<***>», государственный регистрационный знак <***>, за ним закреплен с начала декабря 2020 года. Он за период эксплуатации автомобиля с декабря 2020 года, а также ДД.ММ.ГГГГ каких-либо проблем на автомобиле не устанавливал, автомобиль находился в полностью технически исправном состоянии. Никаких проблем с рулевым управлением, тормозной системой, осветительными приборами, подвеской и другими узлами и агрегатами им не отмечалось, как в день ДТП, так и за весь период его эксплуатации. Накануне и в день ДТП ДД.ММ.ГГГГ он спиртные напитки, наркотические вещества и лекарственные препараты не употреблял. Лекарственные препараты на постоянной основе он не употребляет. Перед событием ДТП чувствовал себя хорошо, выспавшимся, не утомленным, ничего его не беспокоило, проблем со здоровьем не испытывал. ДД.ММ.ГГГГ около 08:00 часов, перед выездом, он прошел врача, который осмотрел его, померил давление и не установив противопоказаний допустил его к управлению, поставив отметку в путевом листе. Около 08:20 часов он выехал с территории базы организации и поехал в направлении <адрес>. Проезжая около 08:45 часов по одному из участков автодороги Кунгур – Соликамск в направлении <адрес>, он двигался с включенным ближним светом фар со скоростью около 70 км/ч. Погода была пасмурная, было около -3 градусов, шел небольшой снег с дождем, который видимости не ограничивал. На его автомобиле в постоянном режиме работали стеклоочистители. Было темное время суток, участок автодороги освещен не был. Дорожное покрытие - заснеженный асфальт, гололед. Состояние дорожного покрытия было заснеженный асфальт, гололед на протяжении всего его пути. Он не чувствовал себя утомленным, был выспавшимся, ничего его не отвлекало. В попутном и во встречном направлении двигался не оживленный поток транспортных средств. Он двигался по прямому участку, позади и впереди его автомобиля в попутном направлении и во встречном направлении никаких транспортных средств не двигалось. Издалека, на расстоянии около 5 км он увидел встречный свет фар. Свет фар его не слепил. Проехав около одной минуты с момента появления встречного света фар, двигаясь по середине правой полосе проезжей части на расстоянии 0,6 м. от правого края проезжей части, неожиданно для себя на расстоянии около 3-5 м. в свете фар своего автомобиля, впереди он увидел левую заднюю часть прицепа, на котором не горели световые приборы. Левая часть полуприцепа двигалась по середине его полосы проезжей части. Увидев указанный прицеп, он резко нажал на педаль тормоза, после чего автомобиль стал смещаться на встречную полосу проезжей части, после чего произошло касательное столкновение передней правой частью кузова его автомобиля с задней левой частью кузова прицепа. Данное столкновение произошло на его полосе проезжей части. После данного столкновения с прицепом, его автомобиль, продолжая движение в сторону встречной полосы проезжей части, выехал на встречную полосу проезжей части, где в это время во встречном направлении двигался легковой автомобиль, свет фар которого он видел изначально. Столкновение с легковым автомобилем произошло передними частями кузовов на встречной полосе проезжей части. После столкновения их транспортные средства сместились в кювет, где и остановились. Выбравшись из автомобиля, он сразу подошел к автомобилю, с которым произошло столкновение. В данном автомобиле на переднем пассажирском месте находился мужчина, который уже не подавал признаков жизни. Поскольку передняя левая часть кузова была сильно деформирована, водителя автомобиля он не видел. Он сразу позвонил в экстренные службы и сообщил о произошедшем. Также он увидел, что на дороге остановился трактор с прицепом, поэтому он сделал вывод о том, что первоначальное столкновение произошло с прицепом, который буксировал трактор. Он находился на месте ДТП до приезда экстренных служб. С его участием была составлена схема места ДТП и протокол осмотра места ДТП, где было указано все верно. При нем также с водительского сиденья автомобиля достали мужчину, водителя легкового автомобиля, который также не подавал признаков жизни. С водителем трактора он на месте ДТП не общался. На месте ДТП он оказывал помощь сотрудникам МЧС, чтобы растащить столкнувшиеся автомобили.

Вину в предъявленном ему обвинении по ч. 5 ст. 264 УК РФ признал в полном объеме, отметил, что отраженные обстоятельства в постановлении о привлечении его в качестве обвиняемого, соответствуют действительности. Также указал, что он принимал участие в следственном эксперименте ДД.ММ.ГГГГ, где с его участием и с участием водителя трактора Свидетель №1, а также при участии сотрудников полиции, осуществлялся замер видимости трактора на проезжей части с выключенными у трактора габаритными огнями, которое составило 77,3 м. При производстве эксперимента в таких же метеорологических и дорожных условиях, как и на момент ДТП, использовался трактор, участвующий в ДТП, автомобиль типа «КАМАЗ», по техническим характеристикам схожий с транспортным средством, на котором в момент ДТП двигался он, а также легковой автомобиль, установленный с ближним светом (т. 1 л.д. 191-194, т. 2 л.д. 35-37).

Потерпевшая Потерпевший №1 в судебном заседании пояснила, что ФИО5 являлся её мужем, проживали совместно около 20 лет, у них имеется 2 сына 19 и 9 лет. В последний раз она виделась с ФИО38 ДД.ММ.ГГГГ, когда ФИО38 около 08:00 часов уезжал из дома с коллегой ФИО37 в <адрес>. Около 10:20 ей позвонила свекровь ФИО7 Зульфира, которая сообщила о том, что ФИО38 и ФИО37 погибли в ДТП. Подробностей ДТП она не сообщала, сказала, что о случившемся ей сообщили сотрудники полиции. Сама она на место ДТП не ездила, проезжала мимо, когда ездила к следователю. В результате смерти мужа она претерпела и продолжает претерпевать горе, душевную боль, чувство утраты, страха, беспомощности, одиночества. Тягость переживаний не дает ей покоя. Она была очень близка с мужем, он всегда во всем помогал ей, был ее опорой. После смерти мужа она испытала сильное моральное потрясение, нравственные страдания, до сих пор она не может осознать произошедшее. Муж всегда поддерживал ее в трудную минуту, и с его утратой она потеряла свою опору и надежного друга.

Потерпевшая Потерпевший №4 в судебном заседании пояснила, что ФИО4 был её мужем, они состояли в браке с 2002 года, у них трое детей: возрастом 18, 9 и 5 лет. В собственности ФИО37 имел легковой автомобиль «RENAULT MEGANE», государственный регистрационный знак <***>. На момент ДТП автомобиль находился в полностью технически исправном состоянии. В последний раз она виделась с ФИО37 ДД.ММ.ГГГГ, когда ФИО37 ее с детьми около 07:50 отвез к школе-саду в <адрес>, после чего он со своим коллегой ФИО5 поехал в <адрес>. С 10 часов она звонила ФИО37 несколько раз, однако, абонент был не доступен. Около 12:22 она созвонилась с коллегой ФИО37 – ФИО8 ФИО11, который сообщил о том, что произошло ДТП на автодороге Кунгур – Соликамск, в результате которого погибли ФИО37 и ФИО38. Немного позднее по телефону о случившемся ей сообщили сотрудники полиции. В отделении полиции ей сообщили о том, что автомобиль КАМАЗ выехал на встречную полосу, где столкнулся с автомобилем ФИО37. В результате смерти мужа она претерпела и продолжает претерпевать горе, душевную боль, чувство утраты, страха, беспомощности, одиночества. Тягость переживаний не дает ей покоя. Она была очень близка с мужем, он всегда во всем помогал ей, был ее опорой. После смерти мужа она испытала сильное моральное потрясение, нравственные страдания, до сих пор она не может осознать произошедшее. Муж всегда поддерживал ее в трудную минуту, и с его утратой она потеряла свою опору и надежного друга.

Потерпевший Потерпевший №3, показания которого, данные им в ходе предварительного расследования, оглашены в судебном заседании на основании ст. 281 УПК РФ, пояснил, что он проживал с родителями и братом Потерпевший №2, ДД.ММ.ГГГГ г.р. У него был отец ФИО5 С отцом он поддерживал тесную семейную связь, общался, проводил свободное время, какой-либо неприязни друг к другу они не испытывали. Отец работал в ООО «Евродорстрой» машинистом катка. ДД.ММ.ГГГГ около 11:00 ему на сотовый телефон позвонила сестра его матери ФИО3, которая сообщила о том, что отец попал в ДТП, в результате которого скончался. В результате смерти отца он претерпел и в настоящее время продолжает претерпевать горе, душевную боль, чувство утраты, страха, беспомощности, одиночества. Тягость переживаний не дает ему покоя. Он был очень близок с отцом, он всегда во всем помогал ему, был его опорой. После смерти отца он испытал сильное моральное потрясение, нравственные страдания, до сих пор он не может осознать произошедшее. Отец всегда поддерживал его в трудную минуту, и с его утратой он потерял свою опору и надежного друга (т. 2 л.д. 6-8).

Потерпевшая ФИО36, показания которой, данные ею в ходе предварительного расследования, оглашены в судебном заседании на основании ст. 281 УПК РФ, пояснила, что ФИО5 являлся её сыном. С семьей ФИО38 она поддерживала тесную связь. ДД.ММ.ГГГГ около 09:30 она позвонила ФИО38, однако, он на телефонные звонки не отвечал. Около 11:00 к ней домой приехали сотрудники полиции и сообщили ей о том, что ФИО38 погиб в результате ДТП. О случившемся она сразу рассказала ФИО38, которой позвонила по телефону. ФИО38 ей позднее сообщила, что ФИО38 поехал с другом в <адрес> на автомобиле друга. В результате смерти сына она претерпела и в настоящее время продолжает претерпевать горе, душевную боль, чувство утраты, страха, беспомощности, одиночества. Тягость переживаний не дает ей покоя. Она была очень близка с сыном, он всегда во всем помогал ей, был ее опорой. После смерти сына она испытала сильное моральное потрясение, нравственные страдания, до сих пор она не может осознать произошедшее. Сын всегда поддерживал ее в трудную минуту, и с его утратой она потеряла свою опору и надежного друга (т. 1 л.д. 246-248).

Доказательства, подтверждающие совершение ФИО6 преступления:

Свидетель Свидетель №1 в судебном заседании подтвердил свои показания, данные им в ходе предварительного расследования, которые оглашены в судебном заседании (т. 1 л.д. 195-198), согласно которым, а также его пояснениям, данным в судебном заседании, он работает в СПК «Урал» механизатором. Автобаза организации расположена по адресу: <адрес>, д. Заборье. Данной организации принадлежат трактор «МТЗ 82.1.57», государственный регистрационный знак ЕХ 4886 59, прицеп «2П№», государственный регистрационный знак ЕТ 37-73 59. Данными транспортными средствами он управляет около 10 лет. За техническим состоянием трактора и прицепа следит механик организации. В последний раз бригадир-механик Свидетель №4 осматривал трактор ДД.ММ.ГГГГ около 08:30 перед выездом в <адрес>. После осмотра бригадиром-механиком в путевом листе он отметил, что трактор находился в полностью технически исправном состоянии. Он за период эксплуатации трактора каких-либо проблем не обнаружил, трактор находился в полностью технически исправном состоянии. Никаких проблем с рулевым управлением, тормозной системой, осветительными приборами, подвеской и другими узлами и агрегатами им не отмечалось как в день ДТП, так и за последний месяц перед ДТП. Заранее, перед ДД.ММ.ГГГГ, руководством организации ему было сообщено о поездке в <адрес>, чтобы забрать опил. В <адрес> он ехал не груженным. ДД.ММ.ГГГГ около 08:00, перед выездом, его осмотрел врач, который померил давление и, не установив противопоказаний, допустил его к управлению, поставив отметку в путевом листе. Около 08:30 часов он выехал с территории базы организации и доехал до «Молочной товарной фермы», расположенной в д. Заборье, где прицепил прицеп «2П№», а также подсоединил вилку в розетку трактора. Проверив самостоятельно техническое состояние прицепа, он заключил, что колеса и осветительные приборы находились в полностью технически исправном состоянии. В подключенном к трактору виде и при заведенном двигателе, на прицепе горели задние ФИО2 габаритные огни (он поднял ручной тормоз, обошёл прицеп сзади и посмотрел). Колёса телеги двигались в пределах колёсной колеи трактора. Подсоединив прицеп, он поехал в д. Пирожково за опилом. Около 08:45 он двигался с включенным ближним светом фар со скоростью около 25 км/ч по одному из участков автодороги Кунгур – Соликамск в направлении <адрес>. Погода была пасмурная, осадков не было, поскольку на тракторе он не включал стеклоочистители. Было темное время суток, однако, уже светало, участок автодороги освещен не был. Дорожное покрытие – мерзлый асфальт, гололеда не было, на проезжей части имелись заснеженные участки, но дорога в целом была сухой. Он двигался по прямому участку автодороги Кунгур - Соликамск, позади и впереди его транспортных средств в попутном направлении и во встречном направлении никаких транспортных средств не двигалось. На задней части кузова прицепа никаких знаков установлено не было. Ввиду того, что он двигался с небольшой скоростью, для удобства других участников дорожного движения, двигающихся в попутном направлении, он двигался левыми колесами по проезжей части, а правыми колесами по правой обочине на расстоянии около 1 м. от правого края проезжей части. В какой-то момент он увидел, что в попутном направлении по его полосе проезжей части позади его транспортного средства двигается автомобиль с включенным ближним светом фар, также он увидел, что во встречном направлении по встречной полосе проезжей части двигается автомобиль с включенным ближним светом фар. Двигающийся во встречном направлении автомобиль, ехал со скоростью около 80 км/ч. В тот момент, когда встречный автомобиль проехал мимо его трактора, он ощутил удар по касательной в заднюю левую часть прицепа, однако, что произошло он не понял, поскольку не видел момента удара. После удара он полностью съехал на обочину и остановился, и в момент остановки увидел, что автомобиль типа «КАМАЗ», двигавшийся в попутном ему направлении съехал в левый кювет. В тот момент, когда автомобиль типа «КАМАЗ» остановился в левом кювете, он увидел, что перед передней частью автомобиля типа «КАМАЗ» расположен легковой автомобиль. Он вышел из трактора, после чего окликнул водителя автомобиля типа «КАМАЗ», который на вопрос есть ли выжившие, крикнул нет, поэтому к месту остановку данных транспортных средств он не стал спускаться. Он, также осмотрев свои транспортные средства, увидел, что левый задний угол прицепа был поврежден, и он сделал вывод о том, что перед столкновением автомобиля типа «КАМАЗ» со встречным автомобилем, данный автомобиль столкнулся с его прицепом. Помнит, что перед местом столкновения был установлен знак «Обгон запрещён». Также на прицепе в результате столкновения перестали гореть световые огни. Перед ДТП данных повреждений не было, но рама телеги была до этого погнута – провисла примерно посередине. Он находился на месте ДТП до приезда экстренных служб. С его участием была составлена схема места ДТП и протокол места ДТП, с которыми он ознакомился, в них было указано все верно. При производстве следственных и иных процессуальных действий на месте ДТП он видел, что делали должностные лица, их проводившие. Ему разъясняли всё, что происходит, всё было понятно. Протоколы он читал сам. Также, примерно через пол часа после ДТП его освидетельствовали на состояние опьянения на месте ДТП. Позднее ему стало известно, что два человека в результате ДТП погибло. С водителем автомобиля типа «КАМАЗ» он на месте ДТП не общался.

Также на следующий день после ДТП он участвовал в следственном эксперименте. Он приехал на том же тракторе с тем же прицепом, что участвовали в ДТП, поставил на то же место. При этом, на прицепе уже не работали световые приборы, их не включали. Он сидел в кабине трактора и оттуда смотрел за происходящим. Ему было видно что происходит. Подъехал Камаз, похожий на тот, что участвовал в ДТП накануне. Сотрудники полиции ходили и замеряли расстояние, на котором из Камаза был виден его трактор с телегой. Это происходило примерно с то же время суток, что и накануне ДТП, освещение было таким же, как при ДТП.

Свидетель Свидетель №4 в судебном заседании пояснил, что примерно в 9 часов ДД.ММ.ГГГГ ему позвонил Свидетель №1, сообщил, что произошло ДТП рядом с д. Заборье. Он приехал на место через несколько минут. Дорожное покрытие не было обледенелым, там был асфальт, дорога была чистой, обочина очищенной. Там увидел трактор. Позвонил в 112. Подошёл к Камазу, у которого находился ФИО6 На место прибыли пожарные, сотрудники других служб. Он участвовал в проведении замеров при осмотрах, видел как их делают, расписывался за это в процессуальных документах. Ему объяснили, что он привлечён для участия в следственных действиях в качестве понятого, что он должен смотреть за тем, что происходит, чтобы фиксировать правильность отражения этого в протоколах. Видел как собирали осколки с места ДТП, также он сам помогал их собирать. Также расписывался на пакетах, в которых были упакованы изъятые предметы. Ознакомившись с протоколом осмотра места происшествия, протоколами осмотров транспортных средств, подтвердил, что он их подписал, что там всё было отражено верно, он сам читал протоколы, также их читали ему вслух. Также пояснил, что данные протоколы сотрудники ОВД составляли в один период времени, работали параллельно. ФИО6 присутствовал при составлении данных протоколов, никаких замечаний по поводу правильности внесения каких-либо сведений в них, он не высказывал. Также там присутствовал второй понятой – ФИО9. Свидетель №1 ему рассказал, что он ехал по дороге, почувствовал удар в прицеп, после чего остановился.

ДД.ММ.ГГГГ он подписывал путевой лист Свидетель №1 Выехал последний на тракторе с территории базы без прицепа, потом он должен был прицепить последний, чтобы ехать за опилом. Путевой лист выписан в пределах территории колхоза, так как в Пирожково, куда должен был ехать Свидетель №1 тоже их территория, таким образом они всегда выписывают путевые листы в подобных ситуациях. В тот день техническое состояние прицепа он не проверял, однако, накануне, всё было исправно, поэтому ДД.ММ.ГГГГ всё должно было работать. Примерно за день до этого он сам видел, что световые приборы, в том числе габаритные огни, на прицепе работают. После ДТП, на месте последнего он видел, что на телеге работает правый сигнал поворота, левый не работал, аварийная сигнализация была включена как на тракторе, так и на прицепе, также видел, что к прицепу от трактора подцеплена электропроводка. Знак «Тихоходное транспортное средство», светоотражатели на прицепе установлены не были.

Свидетель Свидетель №6 в судебном заседании пояснил, что в конце декабря 2020 года сотрудники ОВД обратились к его руководству с просьбой предоставить для участия в следственном эксперименте автомобиль Камаз. В связи с этим, он на автомобиле Камаз 6520, массой 14 тонн, примерно 2016 года выпуска, выехал в д. Заборье, где произошло ДТП. Ему сотрудники ОВД указали куда встать. В кабине Камаза находились полицейский, он и ФИО6 Последний сидел рядом с ним, а полицейский за ФИО6 Другие сотрудники полиции стояли на перекрёстке, где стоял трактор с прицепом, у отворота на д. Рыжкино. Ему объяснили, что будет проводится следственный эксперимент, разъяснили порядок, объяснили, что цель следственного эксперимента – установить расстояние видимости. Им позвонили, дали команду двигаться, они тронулись со скоростью около 20-30 км/ч по направлению в сторону <адрес>. На Камазе был включен ближний свет фар. Они останавливались через небольшие расстояния, сотрудник спрашивал видно что-то или нет. В один момент он увидел силуэт прицепа. На прицепе при этом световые приборы включены не были. Указанные действия проводились в тёмное время суток. Расстояния мерили сотрудники полиции при помощи рулеток. Пояснил, что расстояния, указанные в протоколе, являются верными. С расстояния 77 метров он увидел силуэт прицепа. При этом, ему заранее не разъясняли, что он должен увидеть трактор с прицепом. Ему предъявили протокол следственного эксперимента, который он подписал. Его он читать не стал, несмотря на то, что его никто не торопил, было обращено внимание на то, что протокол следует прочитать перед подписанием, не стал читать по своей инициативе, так как торопился уехать.

ФИО1, присутствовавший при производстве следственного эксперимента, находился в кабине Камаза, каких-либо замечаний он не высказывал, не пояснял, что какие-либо условия не соответствуют тем, что были при ДТП, возражений по поводу порядка производства следственного действия не высказывал, был согласен с тем, что происходит.

Свидетель Свидетель №2, показания которого, данные им в ходе предварительного расследования, оглашены в судебном заседании на основании ст. 281 УПК РФ, пояснил, что он работает в обособленном структурном подразделении в <адрес> (ОСП Пермь) ООО «ММК Втормет». В собственности ООО «ММК Втормет» имеется специализированный автомобиль «<***>», государственный регистрационный знак <***>. Автомобиль «<***>» был отвезен в ООО «Пермавтотехника» ДД.ММ.ГГГГ и после согласования работ автомобиль был полностью приведен в технически исправное состояние, тем самым на момент ДТП автомобиль находился в полностью технически исправном состоянии, поскольку за период с ДД.ММ.ГГГГ каких-либо проблем на автомобиле «<***>» не отмечалось, в том числе с рулевым управлением, тормозной системой, осветительными приборами, подвеской и другими узлами и агрегатами (т. 2 л.д. 12-14).

Вина подсудимого ФИО6 также подтверждается следующими доказательствами:

Сообщением КУСП № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому ДД.ММ.ГГГГ в 09:05 ФИО6 сообщил о столкновении автомобиля «КАМАЗ» и автомобиля «RENAULT MEGANE» на 24 км автодороги Кунгур – Соликамск, в результате которого есть погибшие (т. 1 л.д. 3).

Сообщением КУСП № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому ДД.ММ.ГГГГ в 10:00 констатирована смерть ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ г.<адрес>: сочетанная травма тела в результате ДТП на автодороге Кунгур – Соликамск (т. 1 л.д. 4).

Сообщением КУСП № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому ДД.ММ.ГГГГ в 10:00 констатирована смерть ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ г.<адрес>: ОЧМТ в результате ДТП на автодороге Кунгур – Соликамск (т. 1 л.д. 5).

Протоколом осмотра места дорожно-транспортного происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, схемой и фототаблицей к нему, согласно которым местом ДТП является участок 23 – 24 км автодороги Кунгур – Соликамск. Участок дороги прямой, горизонтальный, выбоин и повреждений дорожного полотна не имеет. Состояние проезжей части – обработано антигололёдными реагентами, мерзлый асфальт. Время суток – пасмурная погода в светлое время суток, мелкий ледяной дождь, температура воздуха -5 градусов Цельсия. На проезжей части имеется горизонтальная дорожная разметка – 1.1, 1.2 ПДД РФ; дорожные знаки по направлению движения в <адрес>: 1.22 «Пешеходный переход», 3.20 «Обгон запрещён», 5.16 «Место остановки автобуса», 2.3.3 «Примыкание второстепенной дороги», 6.10.1 «Указатель направления». Расположение транспортных средств после столкновения: в левом кювете передней частью кузова в сторону <адрес> расположен специализированный автомобиль <***>, государственный регистрационный знак №, на расстоянии 31,9 м. от левого края проезжей части и 88 м. от километрового столба (дорожного знака 6.13 ПДД РФ) до правого переднего колеса автомобиля и на расстоянии 29 м. от левого края проезжей части до правого заднего колеса автомобиля; в левом кювете передней частью кузова в сторону <адрес> расположен легковой автомобиль «RENAULT MEGANE», государственный регистрационный знак №, частично под передней частью автомобиля <***>, на расстоянии 31,9 м. от левого края проезжей части до левого переднего колеса автомобиля и на расстоянии 34,5 м. от левого края проезжей части и 86 м. от дорожного знака 6.13 ПДД РФ до левого заднего колеса автомобиля; на правой обочине передней частью кузова в сторону <адрес> расположен трактор «№», государственный регистрационный знак № в составе с прицепом «2П№», государственный регистрационный знак ЕТ 37-73 59, на расстоянии 88,6 м. от дорожного знака 6.13 ПДД РФ до левого переднего колеса прицепа и на расстоянии 7,3 м. от левого края проезжей части до левого заднего колеса трактора. На месте происшествия обнаружены: осыпь грязи и пластика оранжевого цвета; на расстоянии 0,9 м. от правого края проезжей части и 219 м. от дорожного знака 6.13 ПДД РФ обнаружен след качения правых колес трактора; обнаружена осыпь стекла и пластика от транспортных средств, длиной 57 м.; на левой обочине и в левом кювете обнаружены спаренные следы колес автомобиля «<***>», которые начинаются на левом краю проезжей части на расстоянии 192 м. от дорожного знака 6.13 ПДД РФ и заканчиваются у задних колес автомобиля «<***>». Место столкновения специализированного автомобиля <***> с трактором МТЗ8ДД.ММ.ГГГГ с прицепом 2П№ расположено на правой обочине на расстоянии 8,2 м. от левого края проезжей части и 219 м. от дорожного знака 6.13 ПДД РФ. Место столкновения специализированного автомобиля <***> с легковым автомобилем RENAULT MEGANE - на левой полосе проезжей части на расстоянии 0,7 м. от левого края проезжей части и 192 м. от дорожного знака 6.13 ПДД РФ. На передних сидениях автомобиля RENAULT MEGANE расположены трупы двух мужчин. Специализированный автомобиль <***>, трактор МТЗ8ДД.ММ.ГГГГ с прицепом, легковой автомобиль RENAULT MEGANE изъяты и помещены на автомобильную стоянку (т. 1 л.д. 6-34).

Протоколом осмотра транспортного средства от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому на тракторе МТЗ8ДД.ММ.ГГГГ, государственный регистрационный знак ЕХ 4886 59, в составе с прицепом 2П№, государственный регистрационный знак ЕТ 37-73 59, деформирована левая стойка на прицепе. Осветительные сигнальные приборы исправны (т. 1 л.д. 35-36).

Протоколом осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому на тракторе МТЗ8ДД.ММ.ГГГГ, государственный регистрационный знак ЕХ 4886 59, в составе с прицепом 2П№, государственный регистрационный знак ЕТ 37-73 59, обнаружено: световая сигнализация на прицепе находится в следующем состоянии: не исправен правый задний габаритный огонь, правый поворота, не подключена тормозная система, стоп-сигналы исправны, передние фары на тракторе исправны, задние фары рабочего света на кабине трактора исправны. Фонари габаритные задние и стоп-сигналы исправны, передняя левая фара трактора не исправна. Провод правого поворота не подключен (т. 1 л.д. 113-117).

Протоколами осмотра транспортного средства от ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которым на специализированном автомобиле <***>, государственный регистрационный знак <***>, обнаружены повреждения передней части транспортного средства (т. 1 л.д. 37-38, л.д. 108-111).

Протоколами осмотра транспортного средства от ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которым на легковом автомобиле RENAULT MEGANE, государственный регистрационный знак <***>, имеются повреждения всего кузова, за исключением задней части (т. 1 л.д. 39-40, т. 1 л.д. 101-104).

Заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому смерть ФИО4 наступила в результате тупой сочетанной травмы тела в виде многооскольчатых переломов костей мозгового и лицевого черепа, размозжения головного мозга, двусторонних субарахноидальных (под мягкой мозговой оболочкой) кровоизлияний, <данные изъяты> Данная травма, судя по морфологическим свойствам, локализации и взаиморасположению повреждений, образовалась от плотно-скользящих, ударных и/или сдавливающих воздействий твердых тупых предметов, возможно, в срок и при обстоятельствах ДТП и, применительно к живым лицам, квалифицируется как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни (т. 1 л.д. 43-46).

Заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому смерть ФИО5 наступила в результате <данные изъяты> Данная травма, судя по морфологическим свойствам, локализации и взаиморасположению повреждений, образовалась от плотно-скользящих, ударных и/или сдавливающих воздействий твердых тупых предметов, возможно, в срок и при обстоятельствах указанных в постановлении и, применительно к живым лицам, квалифицируется как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни (т. 1 л.д. 55-58).

Протоколом следственного эксперимента и фототаблицей к нему от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которым установлено, что в месте произошедшего ДД.ММ.ГГГГ ДТП, в то же время суток, расстояние видимости для водителя автомобиля <***>, а именно момент обнаружения трактора МТЗ8ДД.ММ.ГГГГ с прицепом 2П№ с выключенными световыми приборами находится на расстоянии 77,3 м.(т. 1 л.д. 91-100).

Протоколом осмотра предметов и фототаблицей к нему от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которым осмотрены предметы, изъятые с места ДТП, в том числе части транспортных средств, участвовавших в ДТП, в том числе металлическая стойка от трактора (т. 1 л.д. 119-125).

Заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому в рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации, для обеспечения безопасности движения, водитель автомобиля <***> ФИО6 должен был руководствоваться требованиями пункта 10.1 абзац 2 Правил дорожного движения; водитель трактора «МТ382.1.57» с прицепом Свидетель №1 - требованиями пунктов 19.1 и 2.3.1 Правил дорожного движения; водитель автомобиля RENAULT-Megane ФИО4 - требованиями пункта 10.1 абзац 2 Правил дорожного движения. Водитель автомобиля <***> при движении со скоростью 70,0 км/ч располагал технической возможностью предотвратить столкновение с прицепом трактора МТЗ8ДД.ММ.ГГГГ, так как, значения удаления (расстояния) между автомобилем № и трактором МТЗ8ДД.ММ.ГГГГ с прицепом в момент возникновения опасности было достаточно, для того чтобы снизить скорость и при своевременном торможении автомобиля № избежать столкновения с прицепом трактора. С технической точки зрения, в действиях водителя автомобиля <***> усматривается несоответствие требованиям пункта 10.1 абзац 2 Правил дорожного движения. С технической точки зрения, действия водителя №, несоответствующие требованиям пункта 10.1 абзац 2 Правил дорожного движения, находятся в причинной связи с данным дорожно-транспортным происшествием (столкновением с прицепом трактора МТЗ8ДД.ММ.ГГГГ) (т. 1 л.д. 212-215).

Проанализировав указанные доказательства, суд приходит к выводу об установлении вины подсудимого ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 264 УК РФ.

Так, факт совершения данного преступления подтверждается не только показаниями ФИО1 в части признания им своей вины, данными на стадии предварительного расследования, но и приведёнными показаниями потерпевших и свидетелей, иными перечисленными доказательствами.

Приведённые показания потерпевших, свидетелей, а также иные приведённые доказательства суд расценивает как достоверные, объективные, поскольку они последовательны, согласуются друг с другом, не доверять им у суда оснований не имеется, причин для оговора подсудимого со стороны потерпевших и свидетелей, а также самооговора себя подсудимым (в части признания им своей вины) не установлено. При таких обстоятельствах суд считает, что они должны быть положены в основу обвинительного приговора.

К выводу о виновности ФИО1 в совершении данного преступления суд приходит на основании анализа перечисленных доказательств, совокупность которых считает достаточной для разрешения дела по существу.

При этом, согласно показаниям самого ФИО1, данным им в качестве подозреваемого и обвиняемого на стадии предварительного расследования и в судебном заседании (в части признания вины), он, описав произошедшие события, не оспаривал последние, не оспаривал объективную сторону произошедшего, однако, пояснял, что ПДД были нарушены другим участником ДТП ФИО18 и, что именно действия последнего явились причиной ДТП, а не его действия. Показания, данные ФИО6 в судебном заседании, а также на предварительном следствии относительно того, что виновником ДТП является водитель трактора Свидетель №1 суд расценивает как недостоверные и не принимает, так как они противоречат установленным судом обстоятельствам, а также опровергаются иными доказательствами, в том числе показаниями свидетелей Свидетель №1, Свидетель №4, Свидетель №6, протоколами осмотров, следственного эксперимента, а также заключениями экспертов, перечисленными выше.

Как установлено в судебном заседании, дорожно-транспортное происшествие, повлекшее причинение потерпевшим ФИО4 и ФИО5 тяжкого вреда здоровью, вследствие чего наступила их смерть, произошло в результате того, что ФИО1, нарушив п. 9.1(1), 9.10, 10.1 Правил Дорожного Движения Российской Федерации при обстоятельствах, изложенных выше, не учел особенности дорожных и метеорологических условий, в частности видимость в направлении движения, в нарушение п. 10.1 ПДД, не избрал скорость, которая должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства, не справился с управлением, допустил столкновение с прицепом трактора под управлением Свидетель №1, допустив выезд на полосу движения, предназначенную для встречного движения, где допустил лобовое столкновение с легковым автомобилем Рено, в котором находились ФИО4 и ФИО5

Анализируя представленные доказательства, суд приходит к выводу о том, что именно нарушения ПДД ФИО1 явилось причиной ДТП, вследствие которого наступила смерть ФИО4 и ФИО5 Тот факт, что ФИО1 не учёл особенности дорожных и метеорологических условий, технические характеристики транспортного средства, на котором он двигался, его массу, особенности тормозной системы, тип покрышек колёс, характеристики световых приборов, окружающую обстановку, наличие дорожных знаков, время суток, а также, что он не проявил должную внимательность, управляя автомобилем, привёл к тому, что произошло данное ДТП.

Так, ФИО1, управляя грузовым автомобилем с разрешенной максимальной массой более 3,5 тонн (далее также грузовой автомобиль, грузовое транспортное средство) по дороге вне населённого пункта, обязан был, в соответствии с п. 10.1, 10.3 ПДД, двигаться со скоростью не более 70 км/ч. При этом также, как установлено п. 10.1 ПДД, он должен был вести транспортное средство, учитывая интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Он обязан был избрать скорость, обеспечивающую возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил, а при возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства. То есть его скорость должна была быть не более указанного значения, но, при этом, скорость равная 70 км/ч, не обеспечивала в рассматриваемой ситуации выполнение требований ПДД (п. 10.1), то есть она не обеспечивала возможность постоянного контроля за движением транспортного средства при имевшей место дорожной обстановке.

Как установлено совокупностью исследованных доказательств, ФИО1 двигался по дороге вне населённого пункта на грузовом автомобиле со скоростью около 70 км/ч, о чём пояснил сам ФИО1 и этого не отрицал. Суд полагает, что, избрав данную скорость, ФИО1, имея достаточный опыт управления грузовыми транспортными средствами, а также право на управления данными транспортными средствами, работая водителем, то есть в силу своей профессиональной деятельности постоянно занимаясь управлением последними, должен был понимать и осознавать, что, двигаясь с данной скоростью, он не сможет обеспечить должный контроль за движением транспортного средства. При этом, он мог предвидеть возможность наступления общественно-опасных последствий своих действий, но самонадеянно рассчитывал на предотвращение этих последствий.

Судом установлено, что в момент ДТП было утреннее время, наступал рассвет, при этом осадков, которые могли существенным образом повлиять на видимость, не имелось, дорожное покрытие представляло собой мерзлый асфальт, который был обработан антигололёдными компонентами, проезжая часть очищена от снега, интенсивность движения была невысокой, было зимнее время года, температура воздуха чуть ниже нуля – около -5 градусов Цельсия. При этом, указанная обстановка свидетельствовала о том, что водитель грузового автомобиля, обладающего значительной массой, не имеющего шипованной резины покрышек, должен проявить особую бдительность при движении по дороге, а также снизить скорость от предельно допустимой до такой, которая позволит ему полностью контролировать своё движение, что ФИО1 сделано не было. Так, в таких погодных условиях управление любым транспортным средством осложнено по сравнению с сухой, ясной, летней погодой, в том числе ввиду иного сцепления колёс с дорожным полотном, а также иной видимости.

При этом, на месте ДТП по пути следования ФИО1 действовали дорожные знаки 1.22 «Пешеходный переход», 3.20 «Обгон запрещён», 5.16 «Место остановки автобуса», 2.3.3 «Примыкание второстепенной дороги», 6.10.1 «Указатель направления», также на месте ДТП имелся Т-образный перекрёсток, что подтверждается протоколом осмотра места ДТП. При наличии данных знаков, несмотря на движение по главной дороге, ФИО1 обязан был проявить особую бдительность.

Так, наличие сплошной линии разметки в совокупности с зоной действия дорожного знака 3.20 «Обгон запрещён», свидетельствуют о том, что в данном месте имелась определённая опасность указанного участка дороги, требующая повышенного внимания участников дорожного движения. Наличие пешеходного перехода и остановка общественного транспорта также свидетельствует о том, что водитель должен проявить особую бдительность, в том числе избрать соответствующую скорость движения.

Суд отмечает, что среди перечисленных дорожных знаков есть предупреждающие знаки, которые информируют водителей о приближении к опасному участку дороги, движение по которому требует принятия мер, соответствующих обстановке, а также запрещающие знаки, которые вводят или отменяют определенные ограничения движения (приложение 1 к ПДД).

Так, согласно п. 14.1 ПДД водитель транспортного средства, приближающегося к нерегулируемому пешеходному переходу, обязан уступить дорогу пешеходам, переходящим дорогу или вступившим на проезжую часть для осуществления перехода. При этом, водитель должен двигаться с такой скоростью, которая позволит ему своевременно увидеть пешехода, чтобы выполнить требования п. 14.1. При этом, суд отмечает, что пешеход является менее заметным объектом, чем трактор с прицепом (в том числе, если на последнем отсутствуют любые световые приборы, а также знаки и светоотражатели, не говоря о его заметности при наличии последних).Кроме того, в соответствии с требованиями п. 14.2 ПДД водитель должен остановиться или снизить скорость, если перед нерегулируемым пешеходным переходом остановилось или снизило скорость другое транспортное средство. Указанное также свидетельствует о том, что скорость движения должна позволять выполнить данное требование.

Требования п. 14.6 ПДД предусматривают обязанность водителя уступить дорогу пешеходам, идущим к стоящему в месте остановки маршрутному транспортному средству или от него. На рассматриваемом участке дороги, незадолго до места столкновения автомобиля ФИО1 с прицепом трактора и легковым автомобилем Рено, как указывалось выше, действовало требование знака 5.16 «Место остановки автобуса», что как самостоятельно, так и в совокупности с требованиями знака 1.22 «Пешеходный переход», также обязывало водителя двигаться с особой бдительностью, а также избрать скорость, позволившую бы выполнить требования ПДД в описанной части.

Из анализа приведённых выше положений ПДД, а также дорожной обстановки, имевшей место в момент ДТП, суд делает вывод о том, что ФИО1 не учёл перечисленные обстоятельства, нарушив тем самым требования ПДД в части, указанной в обвинении, что привело к гибели двух лиц.

Кроме этого, ФИО1, как он сам пояснил, непосредственно перед произошедшим ДТП видел, что навстречу ему движется легковой автомобиль (на котором двигались ФИО4 и ФИО5), видел свет от фар последнего. При этом, на автомобиле ФИО1 также был включён свет фар. Из изложенного следует, что трактор с прицепом, с которым впоследствии автомобиль ФИО6 совершил столкновение, находился между данными автомобилями, свет их фар был направлен на трактор с прицепом с двух противоположных сторон (автомобиля Рено – спереди трактора, автомобиля ФИО6 – сзади), что свидетельствует о том, что у ФИО1 имелась реальная возможность своевременно обнаружить данный объект (трактор с прицепом) и, при соблюдении скоростного режима с учётом п. 10.1 ПДД (о чём сказано выше), принять меры к своевременной остановке своего транспортного средства, а также к избежанию ДТП.

Также обстоятельства того, что трактор с прицепом были видны ФИО1 и он имел реальную возможность для предотвращения ДТП, подтверждаются как протоколом следственного эксперимента, так и заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ.

При этом, суд полагает, что результаты следственного эксперимента являются достоверными и соответствующими иным материалам дела, а также фактическим обстоятельствам произошедшего. В ходе данного следственного действия было установлено, что в месте произошедшего ДД.ММ.ГГГГ ДТП, в то же время суток, в аналогичных погодных условиях, трактор с прицепом, расположенный на проезжей части в месте, где он находился непосредственно в момент ДТП, при движении на автомобиле Камаз, водителю данного автомобиля виден с расстояния 77,3 метра. При этом, световые приборы на прицепе в ходе данного следственного эксперимента были выключены, то есть при его проведении воссозданы условия, создающие минимальное расстояние видимости, то есть условия следователем толковались в пользу подсудимого.

При этом, следует отметить, что материалами дела, а именно показаниями свидетелей Свидетель №1, Свидетель №4, подтверждается тот факт, что световые приборы на прицепе трактора были до ДТП в исправном состоянии, работали, были подключены к системе электропитания трактора. Так, Свидетель №1 пояснил, что сам цеплял прицеп к трактору, при этом соединил клеммы проводки прицепа с клеммами трактора, проверил работу задних световых приборов прицепа, поставил трактор на ручной тормоз, обошёл прицеп сзади и убедился в работе габаритных огней. Свидетель №4 в свою очередь пояснял, что за день до ДТП видел, что задние световые приборы на прицепе были в исправном состоянии и работали. Оснований сомневаться в правдивости показаний данных свидетелей не имеется, так как они согласуются с иными доказательствами по делу, им не противоречат.

Из указанного следует, что ФИО1 в рассматриваемой ситуации мог увидеть трактор с прицепом, двигавшийся спереди в попутном направлении не менее, чем за 77,3 метра. Указанного расстояния, как установил эксперт в заключении № от ДД.ММ.ГГГГ, было достаточно для того, чтобы остановиться и избежать ДТП. Каких-либо отклонений по состоянию здоровья, которые могли повлиять на восприятие ФИО6 окружающей обстановки, судом установлено не было. Напротив, последним незадолго до ДТП был пройден предрейсовый медицинский осмотр, он был здоров и допущен к работе. Кроме того, сам ФИО6 пояснил, что у него в тот момент было нормальное самочувствие, он не был утомлён. Причиной того, что рассматриваемое ДТП всё же произошло, являлось то, что ФИО6 проигнорировал требования ПДД, в том числе п. 10.1, не проявил достаточной бдительности и внимания с целью соблюдения последних.

Оценив изложенное, содержание протокола следственного эксперимента с приложением, следует признать, что результаты следственного эксперимента получены следователем при принятии надлежащих мер к воссозданию обстановки и условий, при которых было совершено дорожно-транспортное происшествие.

Надлежит признать, что результаты данного следственного эксперимента были обоснованно учтены в качестве исходных данных при назначении следователем соответствующей экспертизы.

Оценивая допустимость протокола следственного эксперимента в качестве доказательства, суд приходит к следующему:

Исходя из положений ст. 181 УПК РФ проведение следственного эксперимента предполагает создание условий и обстановки, максимально приближенных к тем, в которых протекали определенные действия или события. Достижение сходства обстановки, в которой осуществляются экспериментальные действия, и самих этих действий с обстановкой и обстоятельствами подлинного события обеспечивает достоверность результатов следственного эксперимента, для чего необходимо обеспечение надлежащих полноты и точности воспроизведения самих проверяемых действий.

При этом при проведении следственного эксперимента закон требует создания условий и обстановки, максимально приближенных к тем, в которых протекали определенные действия или события. Данное требование говорит о создании условий максимально приближенных к тем, в которых происходили воспроизводимые события, но не говорит об абсолютно точном их копировании. Таким образом, закон допускает незначительные отклонения в воссоздании данных условий, которые существенным образом не влияют на результат измерений.

При проведении следственного эксперимента ДД.ММ.ГГГГ был использован автомобиль Камаз-6520, тогда как ФИО1 участвовал в ДТП, управляя автомобилем специализированным <***>, изготовленном на базе автомобиля Камаз-65115. Проанализировав доводы стороны защиты о значительных отличиях в конструкции указанных транспортных средств, суд признаёт их необоснованными и надуманными, а также не основанными на материалах дела и фактических обстоятельствах. Так, автомобиль специализированный <***>, изготовлен на базе автомобиля Камаз-65115, главное отличие данного автомобиля заключается в переоборудовании кузова транспортного средства для специальных целей, а именно для перевозки специальных грузов, в данном случае металла. Как видно из сравнения автомобилей Камаз-6520 и <***>, кабины данных транспортных средств принципиальных различий не имеют. Они имеют аналогичную форму и габариты кабин, кабины находятся на практически равной высоте относительно поверхности земли, в кабинах имеются одинаковые передние и боковые окна (форма, размер). Передние фары в обоих случаях установлены в передних бамперах транспортных средств, имеют одинаковую форму. Бампера расположены на аналогичных штатных местах, крепятся к нижним частям кабин, формы бамперов, места расположения фар в бамперах принципиальных различий между собой не имеют. Согласно ответу официального дилера Камаз, представленному защитником, на автомобили Камаз может устанавливаться два типа ламп (Н4 и Н7). Однако, данных о том, что в сравниваемых автомобилях были установлены различные типы ламп, не имеется. Кроме того, в любом случае и один и другой типы ламп обеспечивают предусмотренное требованиями нормативов и производителя освещение дороги, оба типа ламп являются галогеновыми лампами, принципиального отличия в дальности и эффективности освещаемого ими участка дороги не имеется. Кроме этого, нельзя говорить о том, что при использовании того или иного типа ламп, предусмотренного заводом-изготовителем, исключается вина ФИО1 в совершённом ДТП, так как, как указывалось ранее, он обязан был учитывать при управлении автомобилем все обстоятельства, в том числе и технические параметры исправного транспортного средства.

Наличие регулируемого, либо нерегулируемого по высоте сидения водителя в кабине автомобилей, хотя и является отличием в конструкции, но оно также не может играть решающего значения при определении правильности полученных при проведении следственного эксперимента результатов, так как не влияет принципиальным образом на восприятие водителем дорожной обстановки, а служит для обеспечения большей вариативности настройки посадки водителя, то есть для обеспечения большей комфортабельности. Несмотря на это, суд также отмечает, что утверждение защитника и подсудимого об установке в автомобилях Камаз-6520 и <***> разных типов сидений, ничем не подтверждено, является голословным.

Кроме того, как следует из приведённых показаний свидетелей Свидетель №1, Свидетель №6, сам ФИО6 при проведении следственного эксперимента не высказывал каких-либо замечаний о недостоверности установленных результатов, о том, что отличаются какие-либо условия проведения, какие-либо параметры используемого при проведении следственного эксперимента автомобиля Камаз не соответствуют тем, которые имелись у автомобиля, управляя которым он попал в ДТП накануне. Замечания по данному поводу ФИО1 высказал только в речи, прочитанной им в судебном заседании, что, по мнению суда, является несоответствующим действительности, и заявлено им с целью избежать уголовной ответственности. Кроме того, ФИО1, воспользовавшись своим правом, отказался отвечать на вопросы сторон относительно обстоятельств произошедшего, ввиду чего судом не была достоверно установлена причина изменения им показаний в судебном заседании.

Таким образом, суд полагает, что требования закона о создании условий и обстановки, максимально приближенных к тем, в которых происходили события ДТП, были соблюдены, оснований сомневаться в достоверности полученных при производстве следственного эксперимента данных, не имеется. При этом, суд полагает установленным тот факт, что следственный эксперимент проводился в погодных условиях, аналогичных тем, что были во время произошедшего ДД.ММ.ГГГГ ДТП, данные обстоятельства подтверждаются как протоколом следственного эксперимента, так и протоколом осмотра места ДТП, показаниями свидетелей Свидетель №1, Свидетель №4 и Свидетель №6

При проведении данного следственного действия участвовали двое понятых: Потерпевший №5 А.В. и Свидетель №6 Тот факт, что в кабинет автомобиля Камаз присутствовал один понятой, а второй находился снаружи не является нарушением требований УПК, обусловлено тем, что в кабине автомобиля физически не могло поместиться больше трёх человек, в связи с чем следователь, как руководитель следственного действия, приняла решение о том, чтобы в кабине находился один понятой, являющийся водителем автомобиля Камаз, ФИО6, который мог бы лично наблюдать за проводимыми мероприятиями и, в случае необходимости давать свои пояснения, либо делать замечания, а также сотрудник полиции, который обеспечивал правильность проведения следственного действия и обеспечение процессуальных прав участвующих лиц.

Второй же понятой наблюдал за происходящим снаружи, он находился в месте, позволявшем видеть всё происходящее и фиксировать правильность занесения хода и результатов проведения следственного эксперимента в протокол.

При этом, следственный эксперимент проводился на одном участке местности, который просматривался всеми участниками, оба понятых могли видеть друг друга, а также наблюдать за действиями должностных лиц, делать замечания по порядку его проведения.

Обоим понятым были разъяснены их права, порядок проведения следственного действия, а по окончанию следственного эксперимента озвучены результаты его проведения, представлен для ознакомления и подписания протокол, озвучено его содержание.

Утверждение стороны защиты о том, что понятой Свидетель №6 также являлся статистом, что является нарушением требований закона, суд не принимает. Так, тот факт, что Свидетель №6 являлся водителем автомобиля Камаз, участвовавшего в следственном эксперименте, не свидетельствует о его какой-либо заинтересованности в исходе дела. Он был привлечён следователем для удостоверения факта производства следственного действия, а также содержания, хода и результатов следственного действия. При этом он выполнял именно данную функцию, с участниками процесса он знаком не был, каких-либо неприязненных отношений, либо, напротив, дружеских или приятельских, ни с кем из них, он не имел. При этом, Свидетель №6 не является лицом, которое в силу закона не может быть понятым. В связи с чем, суд признаёт, что его участие в качестве понятого в следственном эксперименте, являлось законным, нарушений в данной части не усматривается.

Таким образом, суд полагает, что каких-либо процессуальных нарушений при производстве следственного эксперимента, влекущих признание протокола последнего недопустимым доказательством, допущено не было.

Довод стороны защиты о том, что водитель Камаза Свидетель №6 заранее знал о том, что необходимо обнаружить (увидеть) именно трактор с прицепом, что говорит о незаконности и недостоверности полученных результатов, суд считает надуманным. Так, Свидетель №6 в судебном заседании пояснил, что перед началом следственного эксперимента ему разъяснили, что целью его проведения является установление расстояния видимости, однако, ему заранее не разъясняли, что он должен увидеть именно трактор с прицепом. Таким образом, несмотря на то, что Свидетель №6 видел стоявший трактор, он не знал, что нужно увидеть именно его. Кроме того, даже если бы он специально пытался увидеть трактор с прицепом, это не могло повлиять на реальную видимость последнего, так как это объективный параметр, который субъект восприятия не может изменить по собственной воле, так как целью проведения данного следственного действия являлось именно определение расстояния видимости, а не скорость реакции, либо быстрота осуществления каких-либо действий водителем и т.п., которые могут измениться в случае, если человек заранее знает о том, что произойдёт.

Суд также считает допустимым и относимым доказательствами протокол осмотра места происшествия (места ДТП) от ДД.ММ.ГГГГ, протоколы осмотров транспортных средств, участвовавших в ДТП, от ДД.ММ.ГГГГ. Судом данные протоколы принимаются как объективные и достоверные доказательства, обстоятельства, зафиксированные в них данные, соответствуют материалам дела, согласуются с иными доказательствами по делу, в том числе с показаниями свидетелей Свидетель №1, Свидетель №4, подсудимого ФИО6, данными на предварительном следствии (в части признания им своей вины), и иными. Так, судом установлено, что данные следственные действия проводились уполномоченными на то должностными лицами. Все они были проведены в одном месте – там, где произошло ДТП. При этом, ввиду большого объёма работы на месте произошедшего ДТП, данные следственные действия проводились одновременно разными сотрудниками и были, в связи с этим разделены на отдельные осмотры (места ДТП и транспортных средств, находившихся в том же месте). Тот факт, что в проведении этих следственных действий принимали участие одни и те же понятые (ФИО19 и Свидетель №4), не является нарушением процессуального законодательства, так как данные лица имели возможность наблюдать за проведением каждого из следственных действий, видели ход их проведения, после чего ознакомились с протоколами, убедившись в правильности фиксации проведённых действий, подписали протоколы. Также им были разъяснены их права и обязанности, порядок проведения следственных действий. Указанные обстоятельства подтверждаются, помимо прочего, показаниями свидетеля Свидетель №4 При этом, тот факт, что Свидетель №4 был впоследствии судом допрошен в качестве свидетеля также и по иным обстоятельствам, не свидетельствует незаконности его привлечения к производству указанных следственных действий в качестве понятого, так как на момент осмотра места ДТП не было известно, что он может знать о каких-либо обстоятельствах, которые могли бы иметь значение для рассматриваемого дела. При этом, он не является лицом, заинтересованным в исходе дела, и лицом, которое не могло быть понятым при производстве рассматриваемых следственных действий.

Заявление стороны защиты о том, что участвующие в следственных действиях Свидетель №1 и ФИО6 не могли видеть всего происходящего, а также фиксировать ход и результаты производства последних, так как их в какой-то момент подвергли освидетельствованию на состояние алкогольного опьянения сотрудники ДПС, опровергается материалами дела, а также показаниями свидетеля Свидетель №1 который пояснил, что он видел то, что делали сотрудники, проводившие осмотры на месте ДТП. Также данное обстоятельство косвенно подтверждается и тем, что ФИО6 не делал какие-либо замечания по поводу проведения следственных действий, фиксации их хода и результатов, подписал протоколы, был с ними согласен. Позицию свою изменил только в процессе рассмотрения дела судом. Суд полагает, что изменил эту позицию он с целью избежания уголовной ответственности, а также с целью введения суда в заблуждение относительно обстоятельств дела.

При этом, в соответствии с положениями ч. 1.1 ст. 170 УПК РФ понятые принимают участие в производстве следственного эксперимента и осмотра по усмотрению следователя. Если в указанных случаях по решению следователя понятые в следственных действиях не участвуют, то применение технических средств фиксации хода и результатов следственного действия является обязательным.

При производстве ДД.ММ.ГГГГ в рамках расследования настоящего уголовного дела следственного эксперимента, а также осмотра места ДТП ДД.ММ.ГГГГ следователем, помимо участия понятых, было обеспечено применение технических средств фиксации хода и результатов последних, проведена фото-фиксация, что обеспечило бы законность данных следственных действий и без участия понятых.

При этом, суд полагает не соответствующим действительности доводы ФИО1 и защитника о том, что следователь, а также иные сотрудники полиции, торопили участников указанных следственных действий, ничего им не разъясняли и не давали ознакомиться с составленными протоколами, а только указали где нужно расписаться, так как эти утверждения опровергаются собранными по делу доказательствами, в том числе показаниями свидетелей, являвшимися понятыми, и иными участниками данных следственных действий, а также допрошенного в суде следователя (на показания которого суд, как на доказательства, в приговоре не ссылается), которые пояснили абсолютно обратное. Таким же образом опровергается и довод ФИО1 об отсутствии второго понятого при подписании протокола осмотра места ДТП, а также бирок на упаковки с изъятыми предметами. ФИО1, делая такие утверждения, пытается избежать ответственности, а также ввести в заблуждение суд.

Тот факт, что в протоколах осмотра места ДТП и следственного эксперимента не указано на использование измерительных приборов, с помощью которых проводились измерения расстояний, не может свидетельствовать о недопустимости данных протоколов, как доказательств. Потому как, достоверно установлено, что при производстве данных следственных действий использовались измерительные рулетки, что подтвердили свидетели Свидетель №1, Свидетель №4 и Свидетель №6 Доводы о несоответствии данных рулеток установленным нормативам, суд расценивает как голословные и надуманные.

Довод защиты о том, что при ознакомлении защитником и ФИО1 с вещественными доказательствами: трактором и прицепом, трактор не был обнаружен на специализированной стоянке, а на прицепе имелись повреждения, не зафиксированные в протоколе осмотра, не может влиять на выводы суда, так как указанные вещественные доказательства были осмотрены в установленном законом порядке в рамках производства предварительного следствия, результаты и ход осмотра зафиксированы в соответствующих протоколах, нарушений при производстве данных следственных действий судом установлено не было. До момента осмотра их защитником и обвиняемым в мае 2021 года с момента их осмотра следователем прошло значительное время, состояние данных объектов под влиянием внешних факторов на данный период могут не отражать объективной картины произошедшего. Также ознакомление с данными вещественными доказательствами проведено стороной защиты не в рамках проведения судебного заседания, обоснованных ходатайств об осмотре данных доказательств судом, заявлено не было.

Таким образом, суд не находит оснований к исключению каких-либо доказательств стороны обвинения из числа допустимых, поскольку не установил нарушений уголовно-процессуального закона при осуществлении их сбора.

Представленные стороной защиты суду документы, именуемые: «Заключением специалиста» от ДД.ММ.ГГГГ, в котором делается вывод о том, что в действиях водителя ФИО6 каких-либо нарушений ПДД не усматривается, что он не располагал технической возможностью предотвратить ДТП, такой возможностью располагал водитель Свидетель №1 и т.д., а также «Заключение специалиста» от ДД.ММ.ГГГГ, в котором делается вывод о том, что след, представленный на фототаблице к протоколу осмотра места происшествия, не мог быть оставлен задним правым колесом трактора МТЗ 8ДД.ММ.ГГГГ, не могут поставить под сомнение выводы эксперта, положенных в основу приговора наряду с другими доказательствами по делу.

Данные «заключения специалиста» были получены стороной защиты при производстве по делу судебного следствия без соблюдения процедуры, установленной уголовно-процессуальным законом, а также на основании данных, предоставленных специалисту по усмотрению и выбору стороны защиты.

Согласно закону, заключение специалиста - представленное в письменном виде суждение по вопросам, поставленным перед специалистом сторонами (ч. 3 ст. 80 УПК РФ).

Согласно ст. 58 УПК РФ, специалист - это лицо, обладающее специальными знаниями, привлекаемое к участию в процессуальных действиях в порядке, установленном настоящим Кодексом, для содействия в обнаружении, закреплении и изъятии предметов и документов, применении технических средств в исследовании материалов уголовного дела, для постановки вопросов эксперту, а также для разъяснения сторонам и суду вопросов, входящих в его профессиональную компетенцию.

Вызов специалиста и порядок его участия в уголовном судопроизводстве определяются статьями 168 и 270 УПК РФ.

Как видно из материалов уголовного дела, специалист ФИО20 не привлекался к участию в процессуальных действиях в порядке, установленном уголовно-процессуальным законом для выполнения функций специалиста, предусмотренных ст. 58 УПК РФ.

Сторона защиты в ходе разбирательства данного уголовного дела в суде имела возможность заявить ходатайство о вызове в суд специалиста, такого ходатайства, с соответствующим обоснованием, суду не поступало.

Кроме того, ФИО20 не предупреждался об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ, в отличие от эксперта ФИО21

Кроме того, как видно из содержания самих документов, именуемых «заключением специалиста», ФИО20 для исследования были представлены лишь копии материалов уголовного дела (в «заключениях» имеются ссылки на листы уголовного дела), иных объектов и материалов для исследования представлено не было.

По своему содержанию документ от ДД.ММ.ГГГГ фактически представляет собой рецензию, мнение специалиста ООО «Центр судебной медицины» ФИО20 о необоснованности выводов главного эксперта отдела специальных экспертиз № ЭКЦ ГУ МВД России по <адрес> ФИО21, изложенных в заключении №, которая судом признана допустимым и достоверным доказательством по делу.

Вместе с этим, нормами УПК РФ не предусмотрено оспаривание экспертного заключения рецензией другого экспертного учреждения.

В данном случае оценка указанного доказательства - заключения экспертов согласно ст. 17, 87 и 88 УПК РФ относится к исключительной компетенции суда, правомочного разрешать уголовное дело по существу.

Изучив суждения специалиста ФИО20, изложенные в приведенном документе от ДД.ММ.ГГГГ, суд приходит к выводу, что они не ставят под сомнение заключение эксперта, так как не являются обоснованными.

Так, делая выводы, ФИО20 делает суждение о том, что необходимо принять для расчётов в качестве типа дорожного покрытия «обледенелая дорога», обосновывая это тем, что понятия «мёрзлый асфальт» не предусмотрено, отсутствуют сведения о противогололёдной обработке дорожного покрытия. В связи с этим он применил коэффициент сцепления дорожного покрытия равным 0,1, соответствующим обледенелой дороге. При этом, в материалах дела, а именно в протоколе осмотра места ДТП от ДД.ММ.ГГГГ, который судом признан допустимым доказательством, указано на то, что дорожное покрытие обработано противогололёдными реагентами, тип покрытия – мёрзлый асфальт. Отсутствие льда на дороге также подтверждается и показаниями свидетелей Свидетель №1 и Свидетель №4 Изучив фототаблицу к осмотру от ДД.ММ.ГГГГ, суд установил, что во время осмотра на дорожном покрытии в виде асфальта лёд отсутствовал. Таким образом, суждение данного специалиста о применении указанного коэффициента абсолютно не согласуется с материалами дела, является ошибочным.

Экспертом ФИО21, с учётом установленных типа и характеристик дорожного покрытия, верно использован коэффициент сцепления с дорожным покрытием, равный 0,4, что соответствует показателю коэффициента сцепления такого типа дорожного покрытия, установленному в научной литературе и нормативах, ссылка на которые имеется в заключении эксперта №. Понятие «мёрзлый асфальт», вопреки доводам специалиста, а также стороны защиты, имеется в научной литературе, находящейся в свободном доступе, для данного типа покрытия определён коэффициент сцепления с дорожным покрытием. Судом при рассмотрении дела не усмотрено оснований для допроса в судебном заседании эксперта ФИО21, так как необходимости в разъяснении заключения эксперта в части, о которой говорила сторона защиты, не имелось, в тексте заключения экспертом даны исчерпывающие сведения о том, по какой причине и на основании чего ею были при расчётах использованы те или иные коэффициенты.

Кроме того, ФИО20 в своём «заключении специалиста» делает суждения, касающиеся оценки доказательств, собранных по делу, а также правовой квалификации действий участников ДТП, что является исключительной компетенцией суда. При этом, суждения специалиста практически дословно повторяют суждения подсудимого и его защитника, высказанные в судебном заседании, в том числе до составления данного «заключения специалиста». Данные суждения, в том числе относительно использования при проведении следственного эксперимента транспортного средства, отличающегося от того, на котором в момент ДТП двигался ФИО6, параметров и технических характеристик данного транспортного средства, их отличий и т.д., ФИО20 сделаны голословно, без ссылок на конкретные доказательства, являются надуманными и не соответствующими действительности. Данные обстоятельства в полном объёме опровергаются собранными по делу доказательствами, о чём подробно указывалось выше. В связи с изложенным, а также, в связи с дачей судом оценки указанным обстоятельствам, суд считает нецелесообразным приведение повторного подробного их анализа с целью опровержения суждений ФИО20 в этой части.

Ссылка ФИО20, а также защитника на то, что экспертом ФИО21 была допущена техническая ошибка - на странице 3 заключения транспортное средство, на котором двигался ФИО6, названо автопоездом, судом не принимается, как свидетельствующее о неправильности сделанных экспертом выводов, так как это не является существенным недостатком заключения эксперта и не влияет на правильность выводов, сделанных в нём, так как, исходя из содержания данного заключения, следует однозначный вывод о том, что речь идёт именно о том транспортном средстве, которым управлял подсудимый в момент ДТП.

Ссылка ФИО20 на информацию Уральского УГМС (т. 1 л.д. 160), как на подтверждающую состояние дорожного покрытия на месте ДТП, является необоснованной, так как согласно данной справки, а именно той части, которую специалист не отразил в своём «заключении», обрезав верхнюю часть фотоизображения, указано, что метеорологические наблюдения на участке, где произошло ДТП, не производятся, данные представлены с ближайшей к этому месту метеостанции Кунгур, находящейся на удалении нескольких десятков километров от места ДТП. При этом, указанные данные о погоде не могут отражать объективное состояние дорожного покрытия на месте ДТП, так как не учитывают очищено ли оно от снега, обработано ли оно реагентами и т.д. Как указывалось ранее, непосредственным осмотром места ДТП, проведённым через час после произошедшего ДТП, установлено состояние дорожного покрытия (обработано антигололёдными реагентами, мёрзлый асфальт), что прямо опровергает факт наличия гололёда на указанном участке.

Также суд считает надуманными утверждения ФИО20 и защитника о том, что экспертом ФИО21 неверно применён показатель времени реакции водителя. По мнению суда эксперт верно применила данный показатель с учётом малозаметности трактора МТЗ 8ДД.ММ.ГГГГ, а также с учётом имевшей место дорожной обстановки, когда от водителя требовалось повышенное внимание при управлении транспортным средством. Экспертом сделана ссылка на то, что данный показатель установлен методическими рекомендациями «Применение дифференцированных значений времени реакции водителя в экспертной практике. Москва, ВНИИСЭ, 1987», то есть научно-разработанным документом. Утверждение, что с 1987 года прошло много времени и в настоящее время реакции людей отличается от того, что было на момент издания данных рекомендаций, по мнению суда является абсурдным и противоречащим, как законам логики, так и элементарным познаниям о человеке и его природе. Так, оснований полагать, что время реакции человека за тридцать с небольшим лет претерпело существенные изменения, не имеется, сведения о том, что люди, живущие в 2020-2021 годах, имеют большее, либо меньшее время реакции, чем те, которые жили в 1987 году, отсутствуют. Также отсутствуют сведения о том, что за одно поколение организм человека эволюционировал на столько, что могла измениться скорость его реакции. При этом, эксперт использовала усреднённые значения, установленные для водителей, тогда как ФИО6 является профессиональным водителем, его индивидуальные навыки и опыт, позволяют сделать выводы, что применённые значения однозначно соответствовали его времени реакции. В связи с этим же суд счёл нецелесообразным назначение отдельной судебной экспертизы для определения времени индивидуальной скорости реакции ФИО6

При этом, суд полагает, что для квалификации рассматриваемого деяния не имеет принципиального значения изменение указанных выше показателей, применённых экспертом, которые оспаривает сторона защиты, так как ФИО6 обязан был соблюдать п. 10.1 ПДД, что позволило бы ему избежать ДТП, о чём подробно указано выше. ФИО6, при тех обстоятельствах, которые были установлены в судебном заседании, обязан был в любом случае учитывать все перечисленные показатели, вплоть до времени своей собственной реакции, чтобы избежать ДТП, чего им сделано не было.

Выводы, изложенные экспертом в заключении автотехнической судебной экспертизы по всем поставленным вопросам являются научно обоснованными и мотивированными, и, как доказательства по делу, не вызывают сомнений в их допустимости и достоверности.

С учетом изложенного, «заключение специалиста» от ДД.ММ.ГГГГ ФИО20, представленное суду стороной защиты, суд признает недопустимым и недостоверным доказательством, как полученное с нарушением требований уголовно-процессуального закона и опровергнутое совокупностью исследованных доказательств.

«Заключение специалиста» ФИО20 от ДД.ММ.ГГГГ опровергается материалами дела, в том числе протоколом осмотра места ДТП от ДД.ММ.ГГГГ. Выводы, сделанные специалистом, основаны на исследовании фотографий листов уголовного дела, что вызывает обоснованные сомнения в объективности проведённой оценки, так как качество фотографий не может позволить сделать абсолютно объективное суждение по вопросу, который отражён ФИО20 На основании изложенного, суд данное «заключение» также признаёт недопустимым и недостоверным доказательством, как полученное с нарушением требований уголовно-процессуального закона и опровергнутое совокупностью исследованных доказательств. При этом, суд полагает, что установление того оставлен ли исследуемый след трактором, участвовавшим в ДТП, либо же нет, не имеет значения для квалификации, так как объективно произошедшие события не оспариваются сторонами, траектория движения транспортных средств перед ДТП, а также в момент последнего достоверно установлена судом, и также не оспаривается сторонами. Место установки трактора при проведении следственного эксперимента определено следователем на основании объективных данных, полученных при осмотре места ДТП ДД.ММ.ГГГГ, свидетельствовавших о том, где произошло столкновение автомобиля, под управлением ФИО6, с прицепом трактора, в том числе места, где были зафиксированы осыпи грязи, а также осколки частей транспортных средств, следы колёс и т.д.

Тот факт, что водитель трактора Свидетель №1, управляя последним, двигался частично по обочине, а частично по проезжей части, не может служить, вопреки мнению стороны защиты, основанием полагать, что ДТП произошло по вине последнего, и не по вине ФИО6, так как данное обстоятельство не повлияло существенным образом на видимость трактора с прицепом, а также на те обстоятельства, которые обязан был соблюдать ФИО6, двигавшийся позади.

Суд приходит к выводу, что первопричиной произошедшего дорожно-транспортного происшествия явились не действия водителя трактора с прицепом Свидетель №1, а действия ФИО6, выразившиеся в том, что он не избрал скорость движения, соответствующую дорожной обстановке, а также не проявил должные внимательность и бдительность, выехал на сторону дороги, предназначенную для встречного движения, не выдержал необходимую безопасную дистанцию до впередиидущего транспортного средства. При этом, суд полагает, что ФИО6 также непосредственно перед ДТП и в момент его проишествия были предприняты действия, которые привели к столкновению в последующем с автомобилем Рено. Так, ФИО6, двигаясь позади трактора с прицепом, увидев последний, попытался его объехать, повернув влево, то есть в сторону встречной полосы движения, о чём свидетельствует тот факт, что столкновение с прицепом трактора произошло по касательной траектории. Это привело к тому, что грузовой автомобиль под управлением ФИО6 выехал на полосу дороги, предназначенную для встречного движения, где произошло лобовое столкновение с легковым автомобилем Рено. При этом, ФИО6, как он сам пояснил, видел данный автомобиль за несколько километров до места столкновения. В случае, если бы ФИО6 не стал менять описанным образом траекторию движения, предприняв экстренное торможение, он мог остановиться, либо снизить скорость до такой, которая позволила бы избежать столкновения с прицепом трактора, автомобиль ФИО6 остался бы на своей полосе движения, не допустив также и столкновения с автомобилем Рено. Даже, если бы ФИО6 не предпринял своевременных мер к экстренному торможению, оставшись на своей полосе движения, его автомобиль мог допустить столкновение с прицепом трактора, либо ФИО6 имел возможность отвернуть вправо, съехав на правую обочину, где отсутствовали другие транспортные средства. При таких обстоятельствах, даже, если бы произошло ДТП, последствия имели бы гораздо менее тяжкий характер.

Таким образом, при соблюдении перечисленных выше Правил дорожного движения, регламентирующих скоростной режим и необходимость принятия своевременных мер при обнаружении опасности, ФИО6 имел бы техническую возможность избежать столкновения с автомобилем Рено. Тот факт, что водитель Свидетель №1 при движении на тракторе с прицепом должен был соблюдать ПДД, не свидетельствует о том, что ФИО6, мог грубо нарушать и игнорировать п. 10.1 и иные пункты Правил дорожного движения.

Даже, допуская, что на прицепе, в составе с которым двигался трактор под управлением Свидетель №1, могли не гореть световые приборы (хотя это и опровергается материалами дела, о чём указано выше), это не являлось бы причиной ДТП. Тогда как таковой явились именно действия ФИО6

Сомнений в том, что смерть ФИО4 и ФИО5 наступила в результате дорожно-транспортного происшествия с участием ФИО6 ДД.ММ.ГГГГ, не имеется, сторонами этот факт в судебном заседании не оспаривался. Также это подтверждается выводами эксперта, сделанными в заключениях № и 636 от ДД.ММ.ГГГГ.

Доказательств, которые бы позволили усомниться в том, что столкновение между указанными автомобилями было совершено ФИО6 по не зависящим от него обстоятельствам и причинам, а не ввиду несоблюдения им требований Правил дорожного движения, суду не представлено.

Суд не усматривает в действиях подсудимого признаков крайней необходимости, либо превышения её пределов, поскольку в ходе судебного следствия не установлено наличие опасности, непосредственно угрожающей личности и правам данного лица или иных лиц, охраняемым законом интересам общества или государства, если эта опасность не могла быть устранена иными средствами.

Суд не усматривает нарушений уголовно-процессуального закона, допущенных в ходе предварительного следствия, в том числе, и нарушений, влекущих признание недопустимыми доказательств, положенных в основу приговора.

Судебные экспертизы проведены в соответствии с положениями закона. Оснований не доверять их заключениям не усматривается. Выводы экспертов в заключениях, отвечающим требованиям ст. 204 УПК РФ, обоснованы, мотивированы, ясны и понятны, противоречий не имеют, сомнений в их правильности не вызывают. Эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных заключений.

Исследованные доказательства не вызывают у суда сомнений в их относимости, достаточности, допустимости и достоверности, поскольку получены в установленном законом порядке, подробны, логичны, последовательны, согласуются между собой, друг другу не противоречат, указывают на одни и те же обстоятельства, свидетельствующие о совершении подсудимым инкриминированного преступления при обстоятельствах, установленных в судебном заседании.

Также суд полагает, что оснований для сомнения во вменяемости подсудимого, как на момент совершения преступления, так и на момент рассмотрения уголовного дела не имеется.

Кроме того, суд не усматривает недостатков обвинительного заключения, которые являлись бы препятствием для рассмотрения уголовного дела по существу. Ошибки, на которые указывает защитник, в том числе наименование моделей транспортных средств, не являются существенными недостатками. Также суд не расценивает их как ошибки, ввиду того, что добавление в название автомобиля, на котором двигался ФИО1, слова «Камаз», не является ошибкой, так как, согласно установленным в суде обстоятельствам, данный автомобиль изготовлен на базе автомобиля Камаз, и по сути является переоборудованным автомобилем данной марки. Название трактора указано верно, утверждение, что вместо буквы «З» в названии указано число три, является надуманным.

С учетом изложенного и исследованных доказательств по делу, суд квалифицирует действия подсудимого ФИО1 по ч. 5 ст. 264 УК РФ, как нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть двух лиц.

Решая вопрос о наказании, суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления – совершено оконченное преступление средней тяжести; данные о личности подсудимого: по месту жительства и регистрации участковым уполномоченным полиции, соседями, родственниками, знакомыми и друзьями, материями его детей, по месту работы, сотрудниками детского сада, который посещает его ребёнок, характеризуется исключительно положительно, то, что он участвует в общественной жизни, оказывает помощь соседям, родственниками, друзьям и знакомым, состояние здоровья подсудимого, материальное положение подсудимого и его семьи, то, что он официально трудоустроен, имеет официальный источник дохода, то, что его доход является основным в семье, тот факт, что подсудимый принёс извинения потерпевшим, то, что он оказывает помощь родителям жены.

Обстоятельствами, смягчающими наказание подсудимому ФИО1, являются: активное способствование раскрытию и расследованию преступления, добровольное сообщение о произошедшем ДТП в полицию, вызов на место ДТП экстренных служб, оказание помощи и содействия последним на месте ДТП, признание вины на предварительном следствии и частичное признание вины в суде, раскаяние, наличие несовершеннолетних и малолетних детей, принятие мер к заглаживанию вреда, выразившихся в принесении извинений потерпевшим, частичном возмещении ущерба потерпевшим.

При признании смягчающим обстоятельством частичного возмещения ущерба потерпевшим, суд исходит из того, что, несмотря на наличие данного смягчающего обстоятельства, возмещение ущерба в размере по 1000 рублей, явно несоразмерно причинённому ущербу.

Отягчающих наказание обстоятельств суд не усматривает.

Суд считает, что с учетом фактических обстоятельств преступления, совершённого ФИО1, и степени его общественной опасности, оснований для изменения категории преступления на менее тяжкую, не имеется.

ФИО1 совершил по неосторожности одно оконченное преступление средней тяжести, ввиду чего, учитывая характер и степень общественной опасности последнего, суд считает, что наказание должно быть назначено, с учётом положений ст. 60, ч. 1 ст. 62 УК РФ, в виде реального лишения свободы, так как такое наказание является наиболее справедливым, будет способствовать целям восстановления социальной справедливости, более мягкий вид наказания не сможет обеспечить его исправление, оказать воспитательное воздействие, способствовать предупреждению совершения новых преступлений, обеспечить достижение целей наказания, восстановлению социальной справедливости.

Оснований для применения ст. 64 УК РФ и назначения подсудимому наказания ниже низшего предела, назначения более мягкого вида наказания, чем предусмотрен санкцией статьи, суд не усматривает, поскольку в деле отсутствуют такие исключительные обстоятельства, связанные с целями и мотивами совершения этого преступления и другие обстоятельства, которые бы существенно уменьшали степень общественной опасности совершенного преступления.

Суд, учитывая характер и степень общественной опасности совершенного преступления, личность виновного, в том числе смягчающие обстоятельства, полагает, что оснований для применения ст. 73 УК РФ не имеется, также не имеется оснований для назначения наказания в виде принудительных работ, согласно ст. 53.1 УК РФ.

Учитывая обстоятельства совершения преступления, степень общественной опасности совершенного преступления, поведение подсудимого непосредственно после его совершения, суд считает, что в целях исправления и предупреждения совершения новых преступлений ФИО1 необходимо назначить дополнительное наказание в виде лишения права заниматься определенной деятельностью, непосредственно связанной с управлением транспортными средствами, на определенный срок, оснований от освобождения от обязательного дополнительного наказания не имеется.

При назначении наказания судом также учитывается влияние назначаемого наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи.

Оснований для постановления приговора без назначения наказания, освобождения от наказания или применения отсрочки отбывания наказания суд не усматривает.

С учетом вышеизложенных обстоятельств, того, что ФИО1 не судим, совершил преступление по неосторожности, в соответствии с п. «а» ч. 1 ст. 58 УК РФ, местом отбывания наказания ему следует избрать колонию-поселение.

Решая вопрос о порядке следования ФИО1 к месту отбывания наказания в виде лишения свободы, суд приходит к выводу о том, что последнему следует следовать в колонию-поселение за счет государства самостоятельно.

Меру пресечения ФИО1 до вступления приговора в законную силу следует оставить прежней в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

Вещественные доказательства: легковой автомобиль «RENAULT MEGANE», переданный на ответственное хранение Потерпевший №4, следует оставить в её законном владении; трактор МТЗ8ДД.ММ.ГГГГ с прицепом 2П№ следует возвратить владельцу – СПК «Урал»; части транспортных средств, предметы и объекты, изъятые в ходе следственных действий на месте происшествия ДД.ММ.ГГГГ, следует уничтожить.

Решая вопрос о гражданских исках, заявленных потерпевшими и иными лицами, являющимися родственниками погибших, суд полагает, что необходимо произвести дополнительные расчеты, связанные с гражданскими исками, требующие отложения судебного разбирательства, установить дополнительные обстоятельства с целью определения надлежащих гражданских ответчиков по делу, а также решить вопрос о привлечении к участию в судебном разбирательстве иных лиц, не участвующих в рассмотрении настоящего дела. Кроме того, часть из заявленных гражданскими истцами требований подлежит рассмотрению в порядке гражданского судопроизводства. В связи с чем, а также ввиду того, что разрешение всех исковых требований в рамках рассмотрения различных судебных производств, не является целесообразным, суд признаёт за гражданскими истцами право на удовлетворение гражданских исков и передаёт вопрос о размере возмещения гражданских исков для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства в соответствии с правилами подсудности.

В связи с тем, что судом принято решение о передаче вопроса о размере возмещения гражданских исков для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства, в соответствии с требованиями ч. 9 ст. 115, п. 11 ч. 1 ст. 299 УПК РФ, суд полагает необходимым арест, наложенный на автомобиль <***>, 2013 года выпуска, государственный регистрационный знак <***>, идентификационный номер <***>, принадлежащий ООО «ММК ВТОРМЕТ», ввиду того, что он наложен в целях обеспечения исполнения приговора в части гражданского иска, сохранить до разрешения гражданского иска.

Руководствуясь ст. 307-309 УПК РФ,

ПРИГОВОРИЛ:

Признать ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 264 УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком ТРИ года ДЕСЯТЬ месяцев с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, сроком ДВА года ШЕСТЬ месяцев, с отбыванием основного наказания в колонии-поселении.

Меру пресечения ФИО1 до вступления приговора в законную силу оставить прежней в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

ФИО1 следовать в колонию-поселение за счет государства самостоятельно.

Обязать ФИО1 немедленно по вступлению настоящего приговора в законную силу явиться в ФКУ ИК-40, расположенное по адресу: <адрес> тракт, 3 км., для получения предписания о направлении к месту отбывания наказания.

Срок отбывания наказания в виде лишения свободы исчислять со дня прибытия ФИО1 в колонию-поселение. Зачесть время следования ФИО1 к месту отбывания наказания в срок лишения свободы из расчета один день за один день.

В силу ч. 4 ст. 47 УК РФ дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, распространить на все время отбывания наказания в виде лишения свободы, при этом срок указанного дополнительного наказания исчислять с момента отбытия ФИО1 основного вида наказания.

Вещественные доказательства: легковой автомобиль «RENAULT MEGANE», переданный на ответственное хранение Потерпевший №4, оставить в её законном владении; трактор МТЗ8ДД.ММ.ГГГГ с прицепом 2П№ возвратить владельцу – СПК «Урал»; части транспортных средств, предметы и объекты, изъятые в ходе следственных действий на месте происшествия ДД.ММ.ГГГГ, уничтожить.

Признать за Потерпевший №1, Потерпевший №2, Потерпевший №3, ФИО36, Потерпевший №4, Потерпевший №5, Потерпевший №6, ФИО22, ФИО23, ФИО24, ФИО25 право на удовлетворение гражданских исков и передать вопрос о размере возмещения гражданских исков для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства в соответствии с правилами подсудности.

Арест, наложенный на автомобиль <***>, 2013 года выпуска, государственный регистрационный знак <***>, идентификационный номер <***>, принадлежащий ООО «ММК ВТОРМЕТ», сохранить до разрешения гражданских исков.

Приговор в течение 10 суток со дня постановления, а осужденным, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии приговора, может быть обжалован в апелляционном порядке в <адрес>вой суд через Кунгурский городской суд Пермского края.

Осужденному разъясняется, что он вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, о чем должно быть указано в его апелляционной жалобе или в возражениях на жалобы, представления, принесенные другими участниками уголовного процесса.

Подлинный(ое) приговор (постановление) подшито в дело (материал) № (59RS0№-33).

Дело находится в Кунгурском городском суде Пермского края.

Cудья – п/п. Копия верна.

Cудья А.Ю. Тарасов