Приговор № 1-258/2018 от 25 октября 2018 г. по делу № 1-258/2018

Дело № 1-258/2018


П Р И Г О В О Р

именем Российской Федерации

<адрес> «26» октября 2018 года

Советский районный суд <адрес> в составе:

председательствующего судьи Сухого А.А.,

при секретаре судебного заседания Степановой И.В.,

с участием: государственного обвинителя – помощника прокурора <адрес> Ломакиной М.С.,

подсудимой ФИО1,

защитника подсудимой – адвоката Хабибуллина Р.Р., предоставившего удостоверение №, а также ордер № от 21.03.2018 г.,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении:

ФИО1, родившейся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, гражданина Российской Федерации, зарегистрированной по адресу: <адрес>, проживающей по адресу: проживаю: <адрес>, имеющей среднее специальное образование, <данные изъяты>, осужденной 29 июня 2018 года Калининским районным судом <адрес> по ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 и по п.п. «а», «б» ч. 3 ст. 228.1 (4 преступления) УК РФ с применением ст.64 УК РФ, а также ч.3 ст. 69 УК РФ, окончательно к лишению свободы на срок 6 лет 6 месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима,

обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 совершила покушение на незаконный сбыт наркотического средства в крупном размере при следующих обстоятельствах.

В период с 24 января 2018 года до 21 марта 2018 года ФИО1 осознавая, что незаконный сбыт наркотических средств приносит устойчивый материальный доход, а также осознавая, что посягает на безопасность здоровья населения Российской Федерации, вступила посредством информационно – телекоммуникационной сети «Интернет» и мобильного телефона в предварительный преступный сговор, направленный на незаконный сбыт наркотических средств на территории <адрес>, с неустановленным лицом, зарегистрированным в приложении обмена информацией «Telegram» под сетевым именем «<данные изъяты>», (далее по тексту – соучастник под сетевым именем: «<данные изъяты>»), уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство.

Согласно достигнутому соучастниками предварительному сговору, указанное неустановленное лицо, зарегистрированное под сетевым именем: «<данные изъяты>», принимало участие в получении партий наркотических средств в крупном размере и их размещении в скрытом месте на территории <адрес> для последующей передаче ФИО1 в целях дальнейшего размещения мелкими партиями - свертками в скрытые места – «закладки» с целью незаконного сбыта потребителям. При этом, указанный соучастник должен был сообщить ФИО1 сведения о данном месте нахождения тайника – «закладки» с указанной партией наркотического средства, предназначенного для незаконного сбыта. После чего ФИО1 должна была обнаружить и получить, а также разместить указанное наркотическое средство в свертках по своему усмотрению в различных районах <адрес> для последующего незаконного сбыта неопределенному кругу лиц. После этого во исполнение преступного сговора указанный неустановленный соучастник под сетевым именем: «<данные изъяты>», должен был получить от ФИО1 сведения о месте каждой размещенной им «закладки» - свертка с наркотическим средством. Кроме того, данный неустановленный соучастник под сетевым именем: «<данные изъяты>» принимал участие в совершении непосредственного незаконного сбыта бесконтактным способом размещенных ФИО1 свертков с наркотическими средствами неопределенному кругу потребителей. За каждую размещенную ФИО1 партию наркотических средств неустановленный соучастник под сетевым именем: «<данные изъяты>»» должен был перечислить последней денежное вознаграждение.

В свою очередь ФИО1, действуя во исполнение предварительного сговора с указанным неустановленным соучастником под сетевым именем: «<данные изъяты>», используя информационно-телекоммуникационную сеть «Интернет» и свой мобильный телефон, должна была по указанию данного соучастника прибыть в место нахождение тайника – «закладки» за партией наркотического средства, предназначенного для незаконного сбыта. После чего ФИО1 должна была обнаружить данную оставленную для неё партию наркотического средства и незаконно хранить её в целях последующего незаконного сбыта до момента размещения в «закладки», а также разместить его по своему усмотрению в тайниках – «закладках» на территории различных районов <адрес>. При этом ФИО1 должна была изготовить фотоснимок, а также составить на своём мобильном телефоне текстовое описание местонахождения каждой размещенной ею «закладки» со свертком наркотического средства и направить данные сведения указанному соучастнику. За выполнение указанных преступных действий ФИО1 получала от своего указанного соучастника денежное вознаграждение.

Так, ФИО1 совершила покушение на незаконный сбыт наркотического средства группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере при следующих обстоятельствах.

В период с 19 марта 2018 года до 21 марта 2018 года ФИО1, действуя в составе группы лиц по предварительному сговору с указанным неустановленным соучастником, зарегистрированным под сетевым именем: «<данные изъяты>», при помощи мобильного телефона через приложение «Телеграмм» посредством информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» получила от указанного соучастника сведения о месте нахождения у <адрес> тайника с очередной партией наркотического средства в крупном размере, предназначенной для последующего размещения в свёртках через «закладки» в целях дальнейшего незаконного сбыта неопределенному кругу лиц.

После чего в период с 19 марта 2018 года до 21 марта 2018 года ФИО1, во исполнение преступного сговора, прибыла в указанное ей соучастником место у <адрес>, где обнаружила и подобрала сокрытую для неё и расфасованную в свертки партию вещества PVP(?-пирродидиновалерофенон), являющегося производным наркотического средства N-метилэфедрон, суммарной массой не менее 3,54 грамма, что образует крупный размер.

Затем, в период с 19 марта 2018 года до 02 часов 30 минут 21 марта 2018 года ФИО1 во исполнение вышеуказанного преступного предварительного сговора соучастников незаконно хранила при себе, а также в неустановленном скрытом месте вблизи места своего проживания по адресу: <адрес> указанную партию наркотического средства в крупном размере для размещения её в скрытые места – «закладки» с целью дальнейшего незаконного сбыта их неопределенному кругу потребителей.

В период с 23 часов 00 минут 20 марта 2018 года до 02 часов 30 минут 21 марта 2018 года ФИО1, продолжая действовать в соответствии с взятыми на себя обязательствами по размещению свертков с указанным наркотическим средством, незаконно хранила при себе указанную партию вещества PVP(?-пирродидиновалерофенон), являющегося производным наркотического средства N-метилэфедрон в крупном размере, суммарной массой 3,54 грамма, перемещаясь от <адрес> к дому №«в» по <адрес> в целях размещения указанного наркотического средства в скрытые места – «закладки» для последующего незаконного сбыта их по предварительному сговору с соучастником, зарегистрированным под сетевым именем: «<данные изъяты>», неопределенному кругу потребителей.

Однако довести до конца указанный преступный сговор соучастники не смогли, так как 21 марта 2018 года в 02 часа 30 минут в подъезде № <адрес> ФИО1 была задержана сотрудниками полиции.

21 марта 2018 года период с 08 часов 40 минут до 09 часов 25 минут в ходе личного досмотра по адресу: <адрес> сотрудники полиции обнаружили и изъяли у ФИО1 в сумке – рюкзаке вещество PVP (?-пирролидиновалерофенон), являющееся производным наркотического средства N – метилэфедрон в крупном размере, суммарной массой 3,54 грамма в свертках.

В судебном заседании подсудимая ФИО1 свою вину в совершении преступления признала частично. В частности признала свою вину в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст.228 УК РФ, то есть в незаконных приобретении и хранение без цели сбыта изъятого у неё наркотического средства в крупном размере. Однако, свою вину в покушении на незаконный сбыт данного наркотического средства ФИО1 не признала. Указала, что изъятое у неё наркотическое средство она приобрела и хранила лишь для личного употребления, а не для незаконного сбыта. Дала показания о том, что в силу предыдущего длительного употребления наркотического средства, она обладает навыками и сведениями об источниках приобретения наркотического средства, именуемого как «соль», посредством сети «Интернет». Заявила, что в январе 2018 года она работала закладчицей наркотиков, предназначенных для последующего незаконного сбыта, получаемых от представителя интернет – магазина «<данные изъяты>». 23 января 2018 года её задержали сотрудники полиции в момент совершения преступной деятельности, а в последствии осудили за незаконный сбыт наркотиков. В период пока расследовалось указанное уголовное дело, она скрылась от органов следствия и была объявлена в розыск. В той сложившейся жизненной ситуации она вернулась к употреблению наркотиков. Для чего посредством сети «Интернет» и приложения «Телеграмм» она связалась через переписку с представителем Интернет – магазин «<данные изъяты>», зарегистрированным под сетевым именем: «<данные изъяты>», которому предложила свои услуги в качестве потенциального работника по раскладке наркотиков мелкими партиями. Однако реальной её целью являлось получение наркотиков для личного употребления по оптовой цене, а не их сбыт. Примерно за 2-3 дня до 21.03.2018 года она приобрела бесконтактным способом наркотическое средство для личного употребления, оставленное ей при участии представителя Интернет – магазина «<данные изъяты>» у <адрес> в <адрес>. Она забрала из тайника указанное наркотическое средство и доставила по месту своего проживания, в подъезд <адрес>, где в скрытом месте хранила его до своей поездки к своему знакомому, проживающему в одной из квартир по адресу: <адрес>, в ночь с 20 на 21 марта 2018 года. В данную поездку она взяла весь имеющийся у неё указанный наркотик для личного употребления. Побыв в гостях у указанного своего знакомого, ночью 21 марта 2018 года она решила возвращаться домой на такси, которое вызвала к дому указанного знакомого. Однако, при выходе из квартиры, в подъезде № <адрес>. После чего доставили в здание УНК на <адрес>, где в присутствии двух понятых обнаружили и изъяли имевшееся у неё наркотическое средство. Просила строго её не наказывать и не лишать свободы, назначить ей условное наказание. Просила учесть её состояние здоровье, здоровье её несовершеннолетнего ребенка - инвалида.

Исследовав в ходе судебного следствия доказательства, представленные сторонами обвинения и защиты, изучив доводы защиты, приведенные в прениях сторон, суд приходит к выводу о том, что событие преступного деяния, описанного в настоящем приговоре, и вина подсудимой ФИО1 в совершении данного деяния, установлено и подтверждается следующими доказательствами:

- показаниями свидетеля Ш.Ю,М., данными в судебном заседании, а также данными в ходе следствия, оглашенными по ходатайству государственного обвинителя в соответствии с ч. 3 ст. 281 УПК РФ (т.1 л.д. 81-84), согласно которым она работает оперуполномоченным третьего отдела УНК ГУ МВД России по <адрес>. В ходе выполнения служебных обязанностей ею в составе с другим сотрудниками УНК подсудимая ФИО1 дважды была задержана с наркотическими средствами. Так, в ноябре 2016 года в УНК ГУ МВД по <адрес> поступила оперативная информация о том, что ФИО1 занимается сбытом наркотических средств синтетического происхождения бесконтактным способом, используя тайники и «закладки» на территории <адрес>, являясь «закладчиком» Интернет-магазина «<данные изъяты>», используя программу быстрого обмена информации «Telegramm». Первый раз ФИО1 была задержана ДД.ММ.ГГГГ на территории <адрес> при размещении «закладок» с наркотическим средством. После того задержания ФИО1 на первоначальном этапе расследования сотрудничала со следствием и ей была избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении. Однако, в последствии ФИО1 скрылась от следствия и была объявлена в розыск. В рамках оперативных мероприятий по розыску ФИО1 было установлено, что накануне 21.03.2018 года ФИО1 получила от своего куратора партию наркотического средства в крупном размере для последующего размещения в «закладки» мелкими партиями в целях их незаконного сбыта. Также было установлено, что для размещения данных «закладок» с наркотиком ФИО1 прибудет с наркотическим средством у дому <адрес>. Для задержания ФИО1 и пресечения её преступной деятельности было принято решение о проведении ОРМ «Наблюдение» у <адрес>. В результате данного ОРМ около 2-3 часов ночи 21 марта 2018 года ФИО1 была задержана в подъезде № <адрес> чего её доставили на <адрес>, где в кабинете в присутствии двух понятых женского пола у ФИО1 были обнаружены и изъяты в кармане рюкзака наркотические средства в свертках, в том числе в пачке из-под сигарет были обнаружены свертки с веществом. Свою принадлежность к данным свертками с наркотическим средством ФИО1 не отрицала. Также в ходе досмотра в присутствии понятых у ФИО1 был изъят сотовый телефон, в котором имелась переписка ФИО1 с представителем Интернет-магазина «<данные изъяты>», зарегистрированным под именем «<данные изъяты>». Доступ к своему телефону и переписке ФИО1 им сообщила добровольно, назвав пароль к телефону. Из данной переписки следовало, что ФИО1 устроилась закладчиком в Интернет – магазин «<данные изъяты>». При этом активно в дальнейшем содействовать следствию в расследовании преступления ФИО1 отказалась;

- показаниями свидетеля Х.С.К., оглашенными в судебном заседании по ходатайству государственного обвинителя с согласия подсудимой и её защитника в соответствии с ч. 1 ст. 281 УПК РФ (т.1 л.д. 77-79), согласно которым 21 марта 2018 года около 08 часов 30 минут она и еще одна женщина принимали участие по просьбе сотрудников полиции в качестве понятых при личном досмотре задержанной ФИО1, проводимого в здании по <адрес> проведением личного досмотра ФИО1 на вопрос сотрудника полиции сообщила, что при ней ничего запрещенного не имеет. В ходе досмотра в их присутствии у ФИО1 в одежде надетой на ней предметов и веществ, запрещенных в гражданском обороте обнаружено не было. Но в ходе досмотра сумки (рюкзака), принадлежащей ФИО1, в переднем накладном кармане была обнаружена пачка из под сигарет «Ротманс», внутри которой был один полимерный сверток с порошкообразным веществом, один фольгированный сверток, внутри которого находилось также порошкообразное вещество. В этом же накладном кармашке сумки (рюкзак) ФИО1 было обнаружено четыре свертка обмотанных разноцветной полимерной липкой лентой, цветов красного, желтого и черного цвета. Данные свертки с веществом были упакованы в один бумажный пакет и опечатаны печатью. Также были получены образцы смывов с рук. Кроме того, у ФИО1 был изъят сотовый телефон. По факту проведения личного досмотра был составлен соответствующий протокол, с которым ознакомились в се участники, после чего подписали данный протокол без замечаний;

- показаниями свидетеля М.Е.А., оглашенными в судебном заседании по ходатайству государственного обвинителя с согласия подсудимой и её защитника в соответствии с ч. 1 ст. 281 УПК РФ (т.1 л.д.87-89), согласно которым она сообщила об обстоятельствах своего участия 21 марта 2018 года вместе с еще одной девушкой в качестве понятых при производстве личного досмотра ФИО1 В ходе производства личного досмотра у ФИО1 в их присутствии сотрудница полиции обнаружила и изъяла вещества в свертках, также сотовый телефон. По факту производства личного досмотра и изъятии веществ и предметов был составлен соответствующий протокол. Со слов задержанной ФИО1 вещества в изъятых свертках, являются наркотическим средством, которые та приобрела для личного употребления;

- показаниями Д.М.О., допрошенного в судебном заседании в качестве специалиста, согласно которым он работает оперуполномоченным УКОН ГУ МВД России по <адрес>. Его служебная деятельность связана с выявлением преступлений, совершаемых в отношении наркотических средств с применением сети «Интернет» и различных приложений, в том числе «Телеграмм». В ходе допроса специалиста был произведен осмотра мобильного телефона, изъятого 21.03.2018 года у ФИО1 Также в ходе допроса в судебном заседании специалисту была продемонстрирована фототаблица к протоколу осмотра предметов (документов) со скриншотами переписки ФИО1 с представителем Интернет - магазина «<данные изъяты>», зарегистрированного под сетевым именем «<данные изъяты>» (т.1 л.д. 49-75). Специалист сообщил, что пользователь, зарегистрированный в приложении «Телеграмм» под сетевым именем «<данные изъяты>» уже попадал в поле зрения сотрудников УНК как сбытчик наркотических средств синтетического происхождения. Также специалист указал, что скриншоты переписки подшиты не корректно. Указал, что из данной переписки следует, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 со своего телефона связалась с куратором Интернет-магазина «Скай», зарегистрированным под именем «<данные изъяты>». Данный куратор провел инструктаж с ФИО1 по совместному сбыту наркотиков, направил ей инструкцию. Согласно данной инструкции следует, что ФИО1 предупреждена об отсутствии смысла покупать наркотик ради веса. Так как ей, как «закладчику» не сообщается ни масса наркотика, ни его наименование (т.1 л.д.55). Кроме того, как правило, размер предоставленного куратором клада с наркотиком, даже меньше, чем сумма залога, о чем ФИО1 куратор также сообщил в сообщении от 19.03.2018 года (т.1 л.д.61). Имеющиеся на л.д.69, 70 текстовые сообщения от 18.03.2018 г. и от 19.03.2018 года скопированы пользователем телефона, то есть ФИО1 и сохранены в своём. Данные текстовые сообщения получены ФИО1 как одноразовые записки. Они созданы при помощи сервиса «temp.pm». Из переписки усматривается, что ФИО1 в период с 17.03.2018 года по 18.03.2018 года направлялся один клад с наркотиком, размещенный у <адрес> (т.1 л.д.69). Данный клад ФИО1 получила и 20.03.2018 года сообщила куратору, что разместила его в «закладки» (т.1 л.д.63, 66). Затем, 19.03.2018 года ФИО1 поступает второе указанное сообщение с местом нахождения другого клада, но уже по другому адресу, а именно у <адрес> фотоснимки на л.д.70-75 скопированы ФИО1 с поступивших ей сообщений, так как наименование этих файлов совпадает с наименованием ссылок. А именно согласно строке наименования файла – адреса с кладом от 18.03.2018 года (л.д.69), ему соответствуют фотоснимки местности на л.д.73, 74, 75. Согласно строке наименования файла - адреса с кладом от 19.03.2018 года (л.д.70), ему соответствуют фотоснимки местности на л.д. 71,72. Указанные ссылки с файлами, содержащими сведения о месте нахождения кладов с мелкооптовыми партиями наркотика, ФИО1 направил оператор «<данные изъяты>». Она их лишь сохранила себе на телефон. Довод Пеньковой М.А о том, что она направляла куратору вымышленные адреса с размещенными – пустыми «закладками», специалист поставил под сомнение. Так как переписка не содержит претензий от куратора за то, что поступившие от неё адреса, являются пустыми;

- показаниями подсудимой ФИО1, данными в ходе следствия, оглашенными по ходатайству государственного обвинителя в связи с отказом ФИО1 от дачи показания на основании п.3 ч.1 ст.276 УПК РФ, а также данными в судебном заседании, согласно которым в период до 21 марта 2018 года она уже обладала навыками по осуществлению преступной деятельности, связанной с незаконным сбытом наркотических средств посредством размещения «закладок» со свертками на территории <адрес>. За несколько дней до своего задержания, то есть до 21 марта 2018 года, она вышла на связь посредством сети «Интернет» и приложения «Телеграмм» с представителем Интернет – магазина «<данные изъяты>», зарегистрированным под сетевым именем «<данные изъяты>». Данному представителю она предложила свои услуги «закладчика» наркотических средств за вознаграждение. Указанный представитель магазина «<данные изъяты>» принял предложение ФИО1 и провел с ней инструктаж, а также направил инструкцию в письменном виде. После чего сообщил номер своего киви-кошелек, на который ФИО1 перечислила залог в размере 5000 рублей для начала совместной деятельности и получения первой партии наркотических средств, предназначенных для размещения в «закладки» и последующего их сбыта. Взамен данного залога пользователь под именем «<данные изъяты>» направил ей сначала один, затем второй адрес с мелкооптовым кладом с наркотиком. Данный клад с наркотиком она обнаружила и переместила по месту своего проживания – в подъезд <адрес> в <адрес>. Там, она его продолжила хранить. В ночь с 20 на 21 марта 2018 года она поехала к своему знакомому Л.В.А., проживающему в <адрес> в <адрес>, забрав с собой весь имеющийся наркотик. Пробыв в гостях у Л.В.А. некоторое время, она приняла решение ехать к себе домой, для чего вызвала такси. Выйдя из квартиры Л.В.А. в подъезд дома, она была задержана сотрудниками полиции. После чего имевшееся при ней наркотическое средство было изъято сотрудниками полиции. Также подтвердила в судебном заседании, что после задержания она сообщила сотрудникам полиции пароль доступа к своему мобильному телефону и приложению «Телеграмм». В результате чего сотрудники полиции получили доступ к её переписке с представителем Интернет – магазина «<данные изъяты>», зарегистрированным под сетевым именем «<данные изъяты>». Подтвердила, что имеющиеся скриншоты телефона с перепиской с указанным пользователем, изготовлены с её телефона, изъятого сотрудниками полиции 21.03.2018 года. Содержание данной переписки она не оспаривает.

Кроме того, события преступного деяния, описанного в настоящем приговоре, и вина подсудимой ФИО1 в его совершении также подтверждаются письменными материалами уголовного дела, исследованными в судебном заседании:

- рапортом следователя отдела по расследованию преступлений на территории, обслуживаемой отделом полиции «Советский» СУ УМВД России по <адрес> М.Н.Г. о том, что в ходе оперативно - розыскного мероприятия «Наблюдение» 21.03.2018 г. в 02 час. 30 мин. сотрудниками УНК ГУ МВД России по <адрес> в подъезде № <адрес> задержана ФИО1, у которой в ходе личного досмотра обнаружены и изъяты всего 6 свертков в наркотическим средством (т.1 л.д. 10);

- постановлением о предоставлении результатов оперативно - розыскной деятельности от 21.03.2018 г., согласно которому для решения вопроса о возбуждении уголовного дела в следственное подразделение по расследованию преступлений на территории ОП «Советский» УМВД России по <адрес> переданы результаты ОРМ, в том числе «Наблюдение», проведенных 21.03.2018 года в отношении ФИО1 (т.1 л.д. 13-14);

- постановлением о проведении оперативно-розыскного мероприятия «Наблюдение» в отношении ФИО1, согласно которому в целях проверки оперативной информации о причастности ФИО1 к незаконному сбыту наркотических средств и пресечению данной преступной деятельности было принято решение о проведении указанного ОРМ (т.1 л.д. 16);

- рапортом оперуполномоченного УНК ГУ МВД Росси по <адрес> Ш.Ю,М. по результатам проведенных ОРМ, согласно которому в ходе оперативно - розыскного мероприятия «Наблюдение» 21.03.2018 г. около 02 час. 30 мин. в подъезде № <адрес> сотрудники УНК ГУ МВД России по <адрес> задержали ФИО1, у которой в ходе личного досмотра обнаружены и изъяты свертки с веществами (т.1 л.д. 17);

- протоколом личного досмотра ФИО1 от 21.03.2018 г., согласно которому в ходе личного досмотра сотрудники полиции обнаружили и изъяли у ФИО1 из внешнего кармана сумки - рюкзака пачку сигарет «Rotmans», внутри которой обнаружено два полимерных свертка: один сверток полимерный полупрозрачный с порошкообразным веществом белого цвета, второй сверток - фольгированный также с порошкообразным веществом белого цвета. Кроме того, во внешнем кармане указанного рюкзака - сумки обнаружены четыре свертка перемотанные клейкой лентой чёрного, желтого, красного цвета. Внутри каждого свертка находятся пакетики - гриппер с порошкообразным веществом светлого цвета. В кармане куртки ФИО1 обнаружен и изъят сотовый телефон «VERTEX» (т.1 л.д. 18);

- справкой об исследовании вещества № от 21.03.2018 года, согласно которой в результате первоначального исследования веществ, изъятых 21.03.2018 года при личном досмотре у ФИО1, установлено, что данные вещества являются производным наркотического средства N-метилэфедрон. На исследование данных веществ суммарно израсходовано 0,02 грамма веществ (т.1 л.д. 31);

- заключением эксперта № от 16.04.2018 г., согласно которому вещества в 6-ти свертках, изъятые 21.03.2018 года в ходе личного досмотра у ФИО1, являются РVР(?-пирролидиновалерофенон) - производным наркотического средства N - метилэфедрон, суммарной массой после первоначального исследования 3,52 г. (т.1 л.д. 34-37);

- протоколом осмотра предметов от 21.04.2018 г., согласно которому осмотрено наркотическое средство, изъятое 21.03.2018 года в ходе личного досмотра у ФИО1 (т.1 л.д. 39-41);

- протоколом осмотра предметов от 21.04.2018 г., согласно которому осмотрены сотовый телефон марки «VERTEX», изъятый 21.03.2018 года в ходе личного досмотра у ФИО1, а также фотокопии – скриншотов переписки ФИО1 с куратором, зарегистрированным в приложении «Телеграмм» под сетевым именем «<данные изъяты>», сохраненной в её указанном мобильном телефоне (т.1 л.д.45-46, 49-75). Согласно осмотру телефона установлено, что он имеет два imei-кода: «1: №; 2: №», а также серийный номер телефона: «SN: №». Данный телефон имеет две сим-карты оператора сотовой связи «Билайн»: одна с номером «№*#», вторая с номером «8№#*». Также в разъеме для флешнакопителя имеется микро флеш-карта, на которой обозначения стёрты. После включения телефона установлено наличие в нём программного обеспечения системы «Android». Согласно осмотру фотокопий на 27 листах установлено, что они являются скриншотами переписки с сотового телефона. Данная переписка осуществлялась посредством приложения «Telegram». На первом листе представлены сведения о пользователе в графе имя пользователя: «<данные изъяты>» (TLC). В графе «Диалоги» представлены три диалога: «Telegram», «TLC», «Мое облако». В ходе осмотра диалога «TLC» установлена, что пользователь: «<данные изъяты>» является представителем Интернет - магазина «<данные изъяты>». В указанной переписке отражены сведения о вступлении ДД.ММ.ГГГГ в преступный сговор пользователя телефона с пользователем: «<данные изъяты>» для совместного совершения преступлений по сбыту наркотических средств через «закладки». Пользователь телефона прошел инструктаж, собеседники обсудили детали совместной преступной деятельности. Затем, пользователя телефона перечислила в пользу пользователем: «<данные изъяты>» залог в сумме 5000 рублей в качестве подтверждения намерений на совместную работу по сбыту наркотических средств. При этом пользователь: «<данные изъяты>» назвал размер платы за размещение «закладок» с наркотиками - 300 рублей за одну размещенную «закладку». ДД.ММ.ГГГГ пользователь: «<данные изъяты>» прислал сообщение с адресом клада с наркотиком, расположенного у <адрес> клад с наркотиком пользователь телефона получила и сообщила о начале размещения «закладок» мелкими партиями. ДД.ММ.ГГГГ пользователь: «<данные изъяты>» прислал сообщение с адресом второго клада с наркотиком, расположенного у <адрес>. ДД.ММ.ГГГГ в 17 часов 42 минуты пользователь телефона сообщила, что данный клад забрала (л.д.67);

- копией приговора Калининского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому судом установлено, что в период до ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 действовала в составе группы лиц по предварительному сговору с неустановленным представителем Интернет – магазина «<данные изъяты>», направленному на незаконный сбыт наркотических средств. Также указанным приговором установлено, что ФИО1 обладала навыками по осуществлению преступной деятельности, связанной с размещением наркотических средств в «закладки». А до момента своего задержания ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 выполняла роль «закладчика» наркотических средств, получаемых от представителя Интернет – магазина «<данные изъяты>», в частности вещества PVP(a-пирродидиновалерофенон), являющегося производным наркотического средства N-метилэфедрон. За выполнение своей роли «закладчика» в установленной преступной группе ФИО1 получала денежное вознаграждение в сумме 300 рублей за одну размещенную закладку.

Оценив в совокупности, по правилам ст. ст. 87-88 УПК РФ все исследованные доказательства, представленные сторонами, суд находит доказательства стороны обвинения полученными с соблюдением требований уголовно-процессуального закона.

Так, у суда нет оснований сомневаться в правдивости показаний свидетелей Ш.Ю,М., М.Е.А., Х.С.К., а также специалиста Д.М.О., поскольку их показания последовательны, непротиворечивы, согласуются как между собой, так и с другими доказательствами по делу. Оснований для оговора подсудимой, по мнению суда, у допрошенных лиц не имеется. В ходе судебного разбирательства доказательств о предвзятости либо заинтересованности в исходе дела со стороны указанных свидетелей и специалиста не представлено, таковые судом не установлены. В связи с чем показания свидетелей суд находит возможным положить в основу приговора.

Нарушения требований уголовно-процессуального законодательства при производстве следственных действий, в том числе при допросах свидетелей, а также при проведении осмотров предметов суд также не усматривает. Данные следственные действия, их содержание, ход и результаты, зафиксированные в соответствующих протоколах, проведены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона.

Сомневаться в правильности выводов экспертов, проводивших по делу экспертные исследования, давшие свои экспертные заключения, а также ставить под сомнение компетентность экспертов, у суда нет никаких оснований. Выводы судебных экспертиз полны, мотивированы, ясны, сделаны на полном и тщательном исследовании. Экспертами при проведении экспертиз дана подписка о разъяснении им положений ст. 57 УПК РФ и они предупреждены об ответственности за дачу заведомо ложного экспертного заключения по ст. 307 УК РФ.

Исследованные в судебном заседании результаты оперативно – розыскной деятельности, суд с учетом положения ст. 89 УПК РФ, находит отвечающими требованиям, предъявляемым к доказательствам Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации. В частности указанные ОРМ проведены в отношении ФИО1 при соблюдении требований Федерального закона « 144-ФЗ от ДД.ММ.ГГГГ «Об оперативно - розыскной деятельности». А результаты проведенных ОРМ предоставлены следователю и в суд в соответствии с инструкцией о порядке представления результатов оперативно-розыскной деятельности органу дознания, следователю или в суд, утвержденной совместным Приказом МВД России, ФСБ России, ФСИН России, ФСКН России и др. от ДД.ММ.ГГГГ.

Оценив и проверив показания, данные ФИО1 как на стадии предварительного следствия, так в судебном заседании в части обстоятельств получения изъятого у неё наркотического средства, его размера, а также сведений, содержащихся в переписке ФИО1 с представителем Интернет - магазина, суд признает их допустимыми доказательствами по делу. Поскольку указанные показания даны подсудимой с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства, в частности в присутствии защитника, при разъяснении ФИО1 положений ст. 51 Конституции РФ, а также при предупреждении ФИО1 о том, что её показания могут быть использованы в качестве доказательств по настоящему делу, в том числе в случае её последующего отказа от своих показаний.

Вышеуказанные доказательства, представленные стороной обвинения, суд признает относимыми, достоверными, допустимыми, а в своей совокупности достаточными для постановления обвинительного приговора в отношении подсудимой ФИО1 за совершение указанного преступленного деяния, описанного в настоящем приговоре.

В то же время, проверив и оценив в совокупности со всеми доказательствами доводы стороны защиты и показания подсудимой ФИО1 о том, что изъятое у неё 21.03.2018 года наркотическое средство она не собиралась сбывать. А хранила его при себе лишь для личного употребления. Что переписку с представителем Интернет - магазина «<данные изъяты>» - пользователем под сетевым именем «<данные изъяты>» она вела не для того, чтобы вступить с ним в предварительный преступный сговор, направленный на сбыт наркотиков, а лишь для того, чтобы иметь возможность приобретать наркотические средства для личного употребления по более низкой цене, суд находит их не убедительными, относится к ним критически. Поскольку указанные доводы и показания подсудимой опровергаются установленными фактическим обстоятельствами дела и исследованными в судебном заседании доказательствами. Данные доводы стороны защиты и показания подсудимой суд расценивает как способ минимизировать степень ответственности подсудимой за совершенное преступление, связанное с незаконным сбытом изъятого у неё наркотического средства.

Так, согласно содержанию переписки между ФИО1 и представителем Интернет - магазина «<данные изъяты>» - пользователем под сетевым именем «<данные изъяты>» установлено, что внесенный ФИО1 залог в размере 5000 рублей не гарантирует ей получение именно того наркотического средства, в употреблении которого она испытывает необходимость. Размер предоставляемого клада с наркотиком по своей массе также не совпадает с суммой внесенного залога. Об этом представитель Интернет - магазина «<данные изъяты>» - пользователь под сетевым именем «<данные изъяты>» сразу сообщил ФИО1 В то же время он разъяснил ФИО1 преимущества совместной работы по сбыту наркотических средств, в частности платы в размере 300 рублей за каждую размещенную закладку с наркотическим средством, а также карьерный рост и бонусы (т.1 л.д.51, 55).

Указанные обстоятельства ФИО1, обладающей навыками преступной деятельности по незаконному сбыту наркотических средств через «закладки», были достоверно известны, что установлено приговором Калининского районного суда <адрес> от 29.06.2018 года.

Довод подсудимой о том, что она получила от представителя Интернет - магазина «<данные изъяты>» - пользователя под сетевым именем «<данные изъяты>» лишь одну партию наркотического средства и что она отправляла указанному куратору вымышленные адреса «закладок» без наркотических средств суд также находит не состоятельным. Поскольку согласно инструкции указанного куратора адреса с «закладками» мелких партий наркотического средства необходимо отправлять одним сообщением (т.1 л.д.56). 18 марта 2018 года указанный куратор отправил ФИО1 сообщение с местом нахождения клада с мелкооптовой партией наркотического средства у <адрес> (т.1 л.д.69). 19.03.2018 года в период с 14 часов 13 минут до 17 часов 06 минут ФИО1 составила описание адресов с размещенными ею «закладками» и направила их одним сообщением куратору (т.1 л.д.63). Затем, 19 марта 2018 года в 19 часов 43 минут указанный куратор отправил ФИО1 сообщение с местом нахождения второго клада с мелкооптовой партией наркотического средства у <адрес> (т.1 л.д.70). 20 марта 2018 года в 17 часов 42 минуты ФИО1 отправила указанному куратору сообщение о том, что забрала оставленное для неё наркотическое средство (т.1 л.д.67). При этом, указанная переписка не содержит сведений о том, что отправленные 19.03.2018 года ФИО1 адреса с «закладками» наркотических средств, являются пустыми.

Доводы стороны защиты о нарушении в отношении ФИО1 конституционных прав, поскольку сотрудниками полиции была осмотрена переписка в телефоне, не имеющая отношения к настоящему уголовному делу, суд находит не состоятельным. Так как доказательств тому, что таковая не имеющая отношения к делу переписка осматривалась, судом не установлено. Протокол осмотра телефона не содержит указания на то, какие сообщения, с какими абонентами, кроме как с пользователем «<данные изъяты>» были осмотрены при осуществлении данного следственного действия.

Кроме того, при разрешении указанного довода суд принимает во внимание правовую позицию, изложенную в определении Конституционного Суда РФ от 25 января 2018 г. N 189-О, согласно которой следует, что в соответствии с уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации осмотр предметов осуществляется в целях обнаружения следов преступления, выяснения других обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела, и может быть произведен до возбуждения уголовного дела и на месте производства следственного действия за исключением случаев, если для производства осмотра требуется продолжительное время или осмотр на месте затруднен, - тогда подлежащие осмотру предметы должны быть изъяты, упакованы, опечатаны, заверены подписью следователя, причем изъятию подлежат только те предметы, которые могут иметь отношение к уголовному делу, а в протоколе по возможности указываются индивидуальные признаки и особенности изымаемых предметов (статья 176, части вторая и третья статьи 177). Изъятые предметы могут выступать предметом судебной экспертизы, порядок назначения которой определен статьей 195 данного Кодекса. Проведение осмотра и экспертизы с целью получения имеющей значение для уголовного дела информации, находящейся в электронной памяти абонентских устройств, изъятых при производстве следственных действий в установленном законом порядке, не предполагает вынесения об этом специального судебного решения. Лица же, полагающие, что проведение соответствующих следственных действий и принимаемые при этом процессуальные решения способны причинить ущерб их конституционным правам, в том числе праву на тайну переписки, почтовых, телеграфных и иных сообщений, могут оспорить данные процессуальные решения и следственные действия в суд в порядке, предусмотренном статьей 125 УПК Российской Федерации.

При таких обстоятельствах сам по себе осмотр мобильного телефона, изъятого у задержанной ФИО1, нарушением её конституционных прав не является, поскольку проводился в рамках начатого уголовного преследования после фактического задержания ФИО1 и изъятия у неё указанного мобильного телефона и наркотических средств.

Учитывая вышеизложенное, суд приходит к выводу, что время, место, способ совершенного ФИО1 преступления, описанного в настоящем приговоре, и её вина в совершении преступного деяния, а также конкретные действия подсудимой, направленность её умысла, установлены в ходе судебного разбирательства.

Так, принимая решение о доказанности события преступного деяния, связанного с незаконным сбытом наркотического средства в крупном размере, и о виновности в его совершении подсудимой ФИО1, суд исходит из того, что под незаконным сбытом наркотических средств понимается незаконная деятельность лица, направленная на их возмездную либо безвозмездную реализацию (продажа, дарение, обмен, уплата долга, дача взаймы и т.д.) другому лицу (приобретателю). Сама передача лицом реализуемых средств приобретателю может быть осуществлена любыми способами, в том числе путем сообщения о месте их хранения приобретателю, проведения закладки в обусловленном с ним месте. Об умысле на сбыт указанных средств могут свидетельствовать при наличии к тому оснований, в том числе количество (объем) наркотических средств, размещение их в удобной для передачи расфасовке, наличие соответствующей договоренности с потребителями и т.п.

В данном случае, учитывая установленные фактические обстоятельства получения ФИО1 наркотического средства, в частности его нахождение в свертках, размер изъятого наркотического средства, со слов подсудимой, достаточный для её личного употребления на протяжении свыше одной недели, принимая во внимание факт извлечения ФИО1 свертков в таком размере из скрытого места хранения и их доставку в <адрес>, при наличии договоренностей, достигнутых с куратором, ожидавшего от ФИО1 сведения об адресах размещенных ею для сбыта «закладок» с наркотическим средством, суд приходит к твердому убеждению, что в ходе судебного разбирательства установлена направленность преступного умысла ФИО1 и, соответственно, событие преступления, связанного именно с совершением ФИО1 покушения на незаконный сбыт изъятого у неё наркотического средства.

Разрешая вопрос о принадлежности изъятых у ФИО1 веществ к наркотическим средствам, суд исходит из выводов специалиста и эксперта, отраженных в соответствующих справке об исследовании и заключении эксперта, исследованных в судебном заседании, а также из положений Списка I Перечня наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, подлежащих контролю в Российской Федерации, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации № от 30 июня 1998 (с последующими изменениями и дополнениями), согласно которому указанное вещество, изъятое у ФИО1 является PVP (?-пирродидиновалерофенон), которое относится к производному наркотического средства N-метилэфедрон.

Определяя размер изъятого у ФИО1 наркотического средства, суд руководствуется положением Постановления Правительства РФ от 01.10.2012 № «Об утверждении значительного, крупного и особо крупного размеров наркотических средств и психотропных веществ, а также значительного, крупного и особо крупного размеров для растений, содержащих наркотические средства или психотропные вещества, для целей статей 228, 228.1, 229 и 229.1 УК РФ» (с последующими изменениями и дополнениями), согласно которому масса указанного вещества PVP (?-пирродидиновалерофенон), являющегося производным наркотического средства N-метилэфедрон в суммарном количестве 3,54 грамма, образует крупный размер.

Разрешая вопрос о квалификации преступного деяния, инкриминируемого ФИО1, как неоконченного преступления суд исходит из положений ст. 30 УК РФ, которой законодателем установлены такие стадии неоконченного преступления как приготовление к преступлению и покушение на преступление.

В данном случае преступные действия ФИО1 и её умысел, направленные на незаконный сбыт изъятого у неё наркотического средства в свертках, не были доведены до конца по независящим от ФИО1 обстоятельствам, поскольку она была задержана сотрудниками полиции до момента размещения изъятых свертков с наркотическим средством в «закладки».

Таким образом, с учетом вышеизложенного, исходя из правового смысла ч. 1 и ч. 3 ст. 30 УК РФ, принимая во внимания фактические обстоятельства настоящего дела и конкретные действия подсудимой при совершении преступления, суд находит верной квалификацию действий ФИО1 как покушение на преступление.

Разрешая вопрос о наличии в действиях ФИО1 такого квалифицирующего признака состава преступления как совершение его группой лиц по предварительному сговору, суд исходит из положений ч. 2 ст. 35 УК РФ, согласно которой преступление признается совершенным группой лиц по предварительному сговору, если в нем участвовали лица, заранее договорившиеся о совместном совершении преступления. В связи с чем, оценивая характер действий подсудимой, обстоятельства получения ею наркотического средства, мотивы подсудимой в части дальнейшего распоряжения полученным наркотическим средством, суд приходит к выводу о том, что, совершая преступление, ФИО1 действовала именно в составе группы лиц по предварительному сговору совместно с неустановленным лицом, зарегистрированным под сетевым именем: «<данные изъяты>». Совместные действия подсудимой и указанного соучастника суд находит объединенными единым умыслом, направленными на достижение единого преступного результата – незаконного сбыта наркотических средств неопределенному кругу лиц и извлечения от данного преступления незаконного дохода. В соответствии с данными совместными действиями в период с 19 марта 2018 года до 21 марта 2018 года указанный неустановленный соучастник принял участие в приобретении наркотического средства, после чего предоставил ФИО1 сведения о месте нахождения данной партии наркотического средства, которую ФИО1 должна была разместить в «закладки» для последующего незаконного сбыта неопределенному кругу лиц. То есть получение ФИО1 наркотического средства произошло при непосредственном участии указанного неустановленного соучастника под сетевым именем «<данные изъяты>». Одновременно, при отсутствии действий ФИО1, связанных с размещением полученного наркотического средства в «закладки», а также без передачи сведений о месте нахождения каждой такой «закладки» указанному соучастнику явилось невозможным для осуществления непосредственного незаконного сбыта наркотического средства потребителям и получения от этого преступного дохода.

В связи с чем, суд приходит к выводу, что действия ФИО1 и неустановленного лица под сетевым именем «<данные изъяты>» являлись взаимосвязанными, направленными на совместное незаконное распространение наркотических средств. Каждый соучастник в данном случае выполнил свою часть объективной стороны преступления и только совокупность их действий давала им возможность совершить действия, направленные на незаконный сбыт наркотического средства.

Указанные обстоятельства, исходя из положения ч. 2 ст. 35 УК РФ, являются совершением преступления группой лиц по предварительному сговору.

В то же время, руководствуясь положением ст. 252 УПК РФ, принимая во внимание установленные фактические обстоятельства дела, суд считает необходимым исключить из юридической квалификации преступления, вмененного ФИО1, такой квалифицирующий признак преступления, предусмотренный ст. 228.1 УК РФ, как использование электронных или информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»). Поскольку доказательств тому, что подсудимая и её соучастник использовали данный способ совершения преступления именно для незаконного сбыта потребителям изъятых наркотических средств, в ходе судебного разбирательства не установлено. Непосредственно с приобретателями наркотических средств ФИО1 переговоры с использованием электронных или информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет») не вела. В то же время установлено, что мобильный телефон и сеть «Интернет» использовались ФИО1 исключительно для связи с соучастником преступления.

Таким образом, действия ФИО1 суд квалифицирует по ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ как покушение на незаконный сбыт наркотического средства, совершенный группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере, то есть умышленные действия лица, непосредственно направленные на совершение преступления, если при этом преступление не было доведено до конца по независящим от этого лица обстоятельствам.

Решая вопрос о назначении наказания для подсудимой ФИО1, суд в соответствии с требованиями ст. ст. 6, 43, 60 УК РФ учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, личность виновной, наличие обстоятельств, смягчающих наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденной и на условия жизни её семьи.

ФИО1 совершила умышленное преступление против здоровья населения, которое в соответствии с ч. 5 ст. 15 УК РФ, отнесено к категории особо тяжких преступлений.

В качестве данных о личности ФИО1 суд учитывает её семейное положение и состав семьи, обусловленные отсутствием брачных отношений, при наличии одного несовершеннолетнего ребенка. Также суд учитывает род деятельности подсудимой, её имущественное положение и образ жизни, характеризующиеся наличие у неё постоянного места жительства, где она характеризуется положительно, при отсутствии официального законного источника доходов, а также тем обстоятельством, что на учете у психиатра и нарколога подсудимая не состоит, <данные изъяты>

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание подсудимой ФИО1, суд считает возможным признать её активное способствование расследованию преступления и изобличению соучастника путем добровольного сообщения сотрудникам полиции пароля к своему телефону, содержащему переписку с соучастником, а также путем дачи признательных показаний в части преступной деятельности соучастника (п.«и» ч.1 ст.61 УК РФ). Кроме того, смягчающим наказание обстоятельством суд учитывает наличие у подсудимой на иждивении <данные изъяты> частичное признание подсудимой своей вины в совершенном преступлении и раскаянье в содеянном, которое выражается в готовности понести наказание по настоящему делу (ч.2 ст.61 УК РФ).

Обстоятельств, отягчающих наказание ФИО1, суд не усматривает.

С учетом характера и степени общественной опасности преступления, конкретных обстоятельств совершения указанного преступного деяния, всех обстоятельств дела, личности подсудимой суд приходит к выводу о необходимости назначить ФИО1 наказание по настоящему делу в виде лишения свободы.

Данный вид наказания, по мнению суда, соответствует принципу справедливости, а его назначение направлено на исправление осужденной и на предупреждение совершения ею новых преступлений.

В то же время, учитывая все фактические обстоятельства дела, имущественное положение подсудимой, стадии преступления, на которой деяние ФИО1 было пресечено, суд приходит к выводу о возможности не назначать ей дополнительных наказаний в виде штрафа и ограничения свободы, предусмотренных санкцией ч. 4 ст. 228.1 УК РФ.

Учитывая вышеизложенные обстоятельства, характер и степень общественной опасности преступлений, личность подсудимой, суд не усматривает оснований для назначения ФИО1 наказания без реального его отбывания, то есть не находит основания для применения положений ст. 73 УК РФ.

Вопреки доводам стороны защиты, каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью ФИО1, её поведением во время и после совершения преступления, и других обстоятельств существенно уменьшающих степень общественной опасности содеянного, судом не установлено. Так как после совершения преступления от 23.01.2018 года, установленного приговором Калининского районного суда <адрес> от 29.06.2018 года, и избрания на период следствия ФИО1 меры пресечения в виде подписки о невыезде, она нарушила указанную меры пресечения, не отказалась от своего противоправного поведения, а проявляя правовой нигилизм, снова совершила аналогичное преступление, что привело к возбуждению в отношении неё уголовного преследования уже по настоящему делу. При таких обстоятельств суд не усматривает оснований для применения в отношении подсудимой положений ст. 64 УК РФ.

В то же время принимая во внимание, что суд признал совершенное ФИО1 преступление неоконченным, в частности покушением на преступление, то при назначении ФИО1 наказания суд применяет положения ч. 3 ст.66 УК РФ.

Кроме того, с учетом наличия признанных судом обстоятельств, смягчающих наказание ФИО1, предусмотренных п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ, суд находит необходимым применить при назначении ей наказания положения ч. 1 ст. 62 УК РФ.

Руководствуясь положением п. 6.1 ч. 1 ст. 299 УПК РФ, назначив за совершение особо тяжкого преступления наказание, связанное с лишением свободы реально, учитывая размер данного вида наказания подлежащего отбыванию подсудимой, суд, разрешая вопрос о возможности изменения категории преступления по данному делу на менее тяжкую, приходит к выводу, что правовых оснований в данном случае для применения положений ч. 6 ст. 15 УК РФ не имеется.

В связи с осуждением ФИО1 настоящим приговором и наличием вступившего в законную силу в отношении неё приговора Калининского районного суда <адрес> от 29.06.2018 г., суд при назначении окончательного наказания применяет положения ч. 5 ст. 69 УК РФ, то есть по совокупности преступлений определяет применить принцип частичного сложений назначенных наказаний.

При назначении ФИО1 вида исправительного учреждения для отбывания окончательного наказания по настоящему приговору, руководствуясь положением п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ, суд считает необходимым назначить ФИО1 отбывание лишения свободы в исправительной колонии общего режима.

Учитывая, что судом ФИО1 назначен для отбывания наказания такой вид исправительного учреждения как исправительная колония общего режима, однако учитывая положения ч.3.2 ст.72 УК РФ, суд приходит к выводу о том, что правовых оснований для применения в данном случае положений п.«б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ не имеется.

Разрешая вопрос о вещественных доказательствах по делу, судья руководствуется требованиями ст. ст. 81, 82 УПК РФ.

С учетом принятого судом решения о назначении подсудимой ФИО1 наказания, связанного с лишением свободы, и о его реальном отбывании, с учетом характера и степени общественной опасности совершенного ею преступления по настоящему делу, личности подсудимой, суд приходит к выводу о том, что мера пресечения в виде заключения под стражу в отношении подсудимой до вступления настоящего приговора в законную силу подлежит оставлению без изменения, в том числе для обеспечения исполнения приговора. После вступления настоящего приговора в законную силу мера пресечения подлежит отмене.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 296, 303, 304, 307-310 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

ФИО1 признать виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, и назначить ей наказание в виде лишения свободы на срок 10 (десять) лет.

В соответствии с ч. 5 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний, назначенного по настоящему приговору и назначенного по приговору Калининского районного суда <адрес> от 29.06.2018 г., окончательно назначить ФИО1 наказание в виде лишения свободы на срок 11 (одиннадцать) лет с отбыванием в исправительной колонии общего режима.

Срок отбывания наказания ФИО1 исчислять с 26 октября 2018 года.

Зачесть ФИО1 в срок отбывания наказания в виде лишения свободы время её нахождения под стражей (с момент фактического задержания), то есть с 21 марта 2018 года по 25 октября 2018 года.

Меру пресечения в виде заключения под стражу ФИО1 до вступления приговора в законную силу - оставить без изменения, после вступления приговора в законную силу - отменить.

Вещественные доказательства:

- наркотическое средство - вещество PVP (a-пирроидиновалерофенон), производное N - метилэфедрона, суммарной массой после исследований 3,46 грамма, ватный тампон со смывами с ладонных поверхностей правой и левой руки, контрольный ватный тампон, упакованные в полимерный сейф-пакет №, хранящиеся в камере хранения вещественных доказательств ОП «Советский» УМВД России по <адрес>, после вступления приговора в законную силу - уничтожить;

- сотовый телефон марки «<данные изъяты>» имей 1: №, имей 2: №, SN: №», две сим-карты оператора сотовой связи «Билайн» с цифровым обозначением «№*#» и «8№#*»; флеш карта, изъятые у ФИО1, хранящийся при уголовном деле, после вступления приговора в законную силу - возвратить осужденной ФИО1;

- фотокопии на 27 листах формата А4 с сотового телефона «VERTEX» - хранящие в материалах уголовного, после вступления приговора в законную силу - продолжить хранить в материалах дела.

Настоящий приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Судебную коллегию по уголовным делам Челябинского областного суда в течение 10 суток со дня его провозглашения, а осужденной, содержащейся под стражей – в тот же срок со дня получения копии приговора через Советский районный суд <адрес>.

В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, о чем он должен указать в апелляционной жалобе.

В случае принесения апелляционных представления или жалоб иными участниками процесса, затрагивающих интересы осужденного, он вправе в течение 10 суток со дня получения копии представления или жалобы подать свои письменные возражения и письменное ходатайство о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Председательствующий А.А. Сухой