Апелляционное определение № 33-515/2026 от 21 апреля 2026 г.

Судья Хачиров З.Б. Дело № 33-515/2026

УИД 09RS0002-01-2025-001269-82


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Черкесск 22 апреля 2026 г.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Карачаево-Черкесской Республики в составе:

председательствующего Гришиной С.Г.,

судей Антонюк Е.В., Болатчиевой А.А.,

при секретарях судебного заседания Кочкарове А.Б., Харченко Я.В.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-70/2026 по иску военного прокурора 304 военной прокуратуры гарнизона в интересах Российской Федерации в лице Приморского территориального управления Федерального агентства по рыболовству к ФИО1 о взыскании ущерба, причиненного водным биологическим ресурсам Российской Федерации, по апелляционному представлению врио военного прокурора 304 военной прокуратуры гарнизона на решение Усть-Джегутинского районного суда Карачаево-Черкесской Республики от 16.01.2026.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Карачаево-Черкесской Республики Антонюк Е.В., объяснения представителя истца военного прокурора 304 военной прокуратуры гарнизона – старшего помощника военного прокурора Черкесского гарнизона ФИО2, действующего на основании доверенности, судебная коллегия

установила:

военный прокурор 304 военной прокуратуры гарнизона обратился в интересах Российской Федерации в лице Приморского территориального управления Федерального агентства по рыболовству с иском к ФИО1 о взыскании в доход федерального бюджета ущерба, причиненного водным биологическим ресурсам Российской Федерации, в размере 12 084 896 рублей.

В обоснование исковых требований указано, что постановлением уполномоченного должностного лица Пограничного управления ФСБ России по Приморскому краю от 04.04.2024 по делу № 2459/66-24 ФИО1 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 2 статьи 8.17 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее – КоАП РФ), за перегрузку и хранение продукции из водных биологических ресурсов – 267 особей краба камчатского и 865 особей краба-стригуна опилио, законность происхождения которых не подтверждена. Указанное постановление вступило в законную силу 15 апреля 2024 г. Размер ущерба рассчитан истцом в соответствии с таксами, утвержденными Постановлением Правительства РФ от 03.11.2018 № 1321, с учетом 100-процентной надбавки за добычу в запретный период, и составил 12 084 896 рублей.

От ответчика поступили письменные возражения относительно исковых требований, которые ответчик не признал, указав, что он не осуществлял деятельность по добыче (вылову) водных биоресурсов. Крабовая продукция была приобретена им 16 февраля 2024 г. на автостоянке у неизвестного лица для личного потребления. Таким образом, вред водным биоресурсам (незаконная добыча) был причинен третьими лицами еще до момента, когда продукция оказалась у него. Факт привлечения его к административной ответственности по части 2 статьи 8.17 КоАП РФ за нарушение правил перегрузки и хранения сам по себе не является безусловным доказательством причинения именно того ущерба, который исчислен по таксам, предназначенным для случаев незаконной добычи (вылова). Считает, что между его действиями по хранению и перевозке уже добытой продукции и ущербом, причиненным природной среде в момент незаконного изъятия краба, отсутствует прямая причинно-следственная связь. Применение к нему удвоенного размера таксы также неправомерно, так как он не осуществлял добычу в запретный период. Требуемая к взысканию сумма является крайне несоразмерной и нарушает принципы справедливости и соразмерности ответственности.

Заочным решением Усть-Джегутинского районного суда Карачаево-Черкесской Республики от 29.09.2025 исковые требования прокурора были удовлетворены.

Определением Усть-Джегутинского районного суда Карачаево-Черкесской Республики от 14.11.2025 заочное решение отменено, производство по делу возобновлено.

В судебном заседании суда первой инстанции представитель истца – помощник прокурора Ольховская А.А. поддержала исковые требования в полном объеме.

Извещенные о времени и месте рассмотрения дела иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание суда первой инстанции не явились.

В соответствии со статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) дело рассмотрено в отсутствие не явившихся лиц.

Решением Усть-Джегутинского районного суда Карачаево-Черкесской Республики от 16.01.2026 в удовлетворении исковых требований военного прокурора 304 военной прокуратуры гарнизона в защиту интересов Российской Федерации к ФИО1 о взыскании ущерба, причиненного водным биологическим ресурсам, отказано.

В апелляционном представлении прокурор просит отменить решение суда и принять по делу новое решение. В обоснование представления указано, что решение является незаконным и необоснованным, выводы суда об отсутствии причинно-следственной связи между действиями ответчика и причинением вреда водным биологическим ресурсам в виде незаконного изъятия из естественной среды обитания являются неправильными, нормы материального права применены неверно. По смыслу закона, наличие у ответчика рыбопродукции без документов, подтверждающих законность её происхождения, предполагает незаконный вылов водных биологических ресурсов. Обязанность по доказыванию обратного возлагается на причинителя вреда. Ответчиком таких доказательств не представлено. По мнению истца, судом не дана надлежащая правовая оценка представленным доказательствам, выводы суда противоречат материалам дела, юридически значимые обстоятельства по делу установлены неправильно.

В письменных возражениях на апелляционное представление ответчик, ссылаясь на необоснованность доводов прокурора, просил оставить решение суда без изменения. При этом ответчик указал, что между его действиями и фактом изъятия биоресурсов из среды обитания отсутствует причинно-следственная связь. Полагает, что хранение и перевозка добытой продукции не входят в понятие рыболовства, применение такс предназначено для случаев незаконной добычи и не распространяется на хранителя и перевозчика. Размер ущерба считает завышенным.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель истца военного прокурора 304 военной прокуратуры гарнизона – старший помощник военного прокурора Черкесского гарнизона ФИО2 поддержал доводы представления, просил отменить решение суда.

Извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились, о причинах неявки не сообщили.

С учетом мнения представителя истца, в соответствии с частями 3, 4 статьи 167 и частью 1 статьи 327 ГПК РФ дело рассмотрено в отсутствие не явившихся лиц.

Положениями статьи 327.1 ГПК РФ предусмотрено, что суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления (часть 1). Суд апелляционной инстанции в интересах законности вправе проверить решение суда первой инстанции в полном объеме (часть 2). Вне зависимости от доводов, содержащихся в апелляционных жалобе, представлении, суд апелляционной инстанции проверяет, не нарушены ли судом первой инстанции нормы процессуального права, являющиеся в соответствии с частью четвертой статьи 330 ГПК РФ основаниями для отмены решения суда первой инстанции (часть 3).

Проверив материалы дела, обсудив доводы представления, выслушав объяснения представителя истца, судебная коллегия считает, что решение суда первой инстанции подлежит отмене на основании пунктов 3 и 4 части 1 статьи 330 ГПК РФ в связи с несоответствием выводов суда обстоятельствам дела и нарушением норм материального права.

Как следует из материалов дела и установлено судебной коллегией, 16 февраля 2024 г. на автостоянке, расположенной по адресу: <адрес>, ответчик ФИО1 осуществил перегрузку в автомобиль – грузовой тягач седельный DAF FT XF 105 460, государственный регистрационный номер №..., с полуприцепом марки SCHMITZ SKO 24/L-13.4FP, и хранение в указанном автомобиле продукции краба камчатского общим весом 223,1 кг нетто и краба-стригуна опилио общим весом 379,3 кг нетто. Общий вес продукции из уловов водных биологических ресурсов составил 602,4 кг нетто.

По данному факту 16 февраля 2024 г. было возбуждено дело об административном правонарушении в отношении ФИО1 (л.д. 36).

Постановлением старшего государственного инспектора Российской Федерации по государственному контролю в сфере охраны морских биологических ресурсов 2 отделения отдела режимно-контрольных мероприятий Пограничного Управления ФСБ России по Приморскому краю от 04.04.2024 ФИО1 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 2 статьи 8.17 КоАП РФ, и ему назначено наказание в виде административного штрафа в размере одной второй стоимости водных биологических ресурсов, явившихся предметом административного правонарушения, что составляет 225 146,37 рублей (л.д. 24-34).

Указанное постановление вступило в законную силу 15 апреля 2024 г.

16 апреля 2024 г. назначенный штраф уплачен ФИО1, что подтверждается чеком по операции (л.д. 35).

Согласно расчету, произведенному Государственным инспектором Российской Федерации по госконтролю в сфере охраны МБР, размер ущерба, причиненного морским биологическим ресурсам Российской Федерации, составляет 12 084 896 рублей (267 х (7184+7184) + 865 х (4768+4768)) (л.д. 22-23).

С целью возмещения причиненного ущерба прокурор обратился с настоящим иском в суд.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции исходил из того, что причинно-следственная связь между действиями ответчика (хранение и перевозка) и фактом причинения вреда водным биоресурсам в виде их незаконного изъятия из природной среды отсутствует.

Судебная коллегия не может согласиться с выводом суда первой инстанции, поскольку он не соответствует обстоятельствам дела и подлежащим применению к спорным правоотношениям нормам материального права.

Статьей 3 Федерального закона от 10.01.2002 № 7-ФЗ «Об охране окружающей среды» (далее – Закон об охране окружающей среды) предусмотрено, что хозяйственная и иная деятельность органов государственной власти Российской Федерации, органов государственной власти субъектов Российской Федерации, органов местного самоуправления, юридических и физических лиц, оказывающая воздействие на окружающую среду, должна осуществляться, в том числе, на основе принципа ответственности за нарушение законодательства в области охраны окружающей среды.

В соответствии с пунктом 1 статьи 77 Закона об охране окружающей среды юридические и физические лица, причинившие вред окружающей среде в результате ее загрязнения, истощения, порчи, уничтожения, нерационального использования природных ресурсов, деградации и разрушения естественных экологических систем, природных комплексов и природных ландшафтов и иного нарушения законодательства в области охраны окружающей среды, обязаны возместить его в полном объеме в соответствии с законодательством.

Согласно статье 53 Федерального закона от 20.12.2004 № 166-ФЗ «О рыболовстве и сохранении водных биологических ресурсов» возмещение вреда, причиненного водным биоресурсам, осуществляется в добровольном порядке или на основании решения суда. Размер вреда, причиненного водным биоресурсам, определяется в соответствии с таксами для исчисления размера причиненного водным биоресурсам вреда, утвержденными Правительством Российской Федерации, и методиками исчисления размера причиненного водным биоресурсам вреда, утвержденными федеральным органом исполнительной власти в области рыболовства, а при отсутствии указанных такс и методик – исходя из затрат на восстановление водных биоресурсов.

Указанные нормы права устанавливают гражданско-правовую ответственность за причинение вреда водным биоресурсам, который может быть возмещен юридическими лицами и гражданами как добровольно, так и в судебном порядке.

В силу пункта 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

В пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

В пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.11.2017 № 49 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении вреда, причиненного окружающей среде» разъяснено, что по общему правилу в соответствии со статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьей 77 Закона об охране окружающей среды лицо, причинившее вред окружающей среде, обязано его возместить при наличии вины. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вред.

По смыслу приведенных норм права и разъяснений, ответственность за причинение вреда наступает при наличии в совокупности факта причинения вреда, противоправности поведения причинителя вреда, наличия причинно-следственной связи между такими действиями и возникновением вреда, вины причинителя вреда.

В силу положений статьи 56 ГПК РФ истец должен представить доказательства, подтверждающие факт причинения вреда, его размер, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, обязанным в силу закона возместить вред. Ответчик доказывает отсутствие вины и наличие обстоятельств, исключающих его ответственность.

В данном случае вред причинен водным биологическим ресурсам Российской Федерации в результате нарушения правил и требований, регламентирующих рыболовство во внутренних морских водах.

Согласно пункту 9 статьи 1 Федерального закона от 20.12.2004 № 166-ФЗ «О рыболовстве и сохранении водных биологических ресурсов» под рыболовством понимается не только деятельность по добыче (вылову) водных биоресурсов, но и в предусмотренных настоящим Федеральным законом случаях деятельность по приемке, обработке, перегрузке, транспортировке, хранению и выгрузке уловов водных биоресурсов.

Пунктом 3 статьи 6 указанного Федерального закона предусмотрено, что действие законодательства о рыболовстве и сохранении водных биоресурсов распространяется на сухопутную территорию Российской Федерации, которая используется в целях рыболовства и сохранения водных биоресурсов, то есть на деятельность по приемке, обработке, хранению, производству и перевозке.

Отсутствие разрешительных документов или иных правоустанавливающих документов на уловы водных биоресурсов свидетельствует об их незаконной добыче и незаконном владении им лицом, у которого данные биоресурсы обнаружены.

Таким образом, понятие «рыболовство» охватывает не только изъятие водных биоресурсов из среды обитания, но и оборот добытого, в том числе приемку, погрузку, хранение и транспортировку.

В соответствии с пунктом 1 статьи 11 Федерального закона от 20.12.2004 № 166-ФЗ «О рыболовстве и сохранении водных биологических ресурсов» право на добычу (вылов) водных биоресурсов возникает по основаниям, предусмотренным настоящим Федеральным законом.

Разрешение на добычу (вылов) водных биоресурсов выдается при осуществлении: промышленного рыболовства; прибрежного рыболовства; рыболовства в научно-исследовательских и контрольных целях; рыболовства в учебных и культурно-просветительских целях; рыболовства в целях аквакультуры (рыбоводства); организации любительского рыболовства; в иных предусмотренных настоящим Федеральным законом случаях (статья 34 Федерального закона от 20.12.2004 № 166-ФЗ «О рыболовстве и сохранении водных биологических ресурсов»).

Частью 4 статья 43.1 Федерального закона от 20.12.2004 № 166-ФЗ «О рыболовстве и сохранении водных биологических ресурсов» предусмотрено, что правила рыболовства обязательны для исполнения юридическими лицами и гражданами, осуществляющими рыболовство и иную связанную с использованием водных биоресурсов деятельность.

Правила рыболовства для Дальневосточного рыбохозяйственного бассейна (далее – Правила рыболовства) утверждены приказом Минсельхоза России от 06.05.2022 № 285.

В соответствии с подпунктами «а», «е» пункта 22.1 Правил рыболовства при осуществлении промышленного и (или) прибрежного рыболовства запрещается: осуществлять добычу (вылов) водных биоресурсов без разрешения на добычу (вылов) водных биоресурсов (допускается прилов водных биоресурсов, не указанных в разрешении на добычу (вылов) водных биоресурсов, в соответствии с Правилами рыболовства), если иное не предусмотрено законодательством Российской Федерации; осуществлять добычу (вылов) водных биоресурсов: в запретные сроки и в закрытых для добычи (вылова) районах (местах) добычи (вылова) водных биоресурсов, установленных Правилами рыболовства.

Запрещается любительское рыболовство в следующие сроки во внутренних морских водах Российской Федерации и в территориальном море Российской Федерации: в подзоне Приморье (в границах Приморского края) крабов камчатского, синего, волосатого четырехугольного, колючего, крабов-стригунов – с 1 ноября по 1 мая и с 1 июня по 31 июля (подпункт «г» пункта 55.1 Правил рыболовства).

Согласно пункту 2 приказа Минсельхоза России от 11.01.2023 № 10 «Об установлении ограничения рыболовства отдельных видов водных биологических ресурсов в 2023 и 2024 годах» установлен запрет рыболовства краба камчатского и краба синего в подзоне Приморье, за исключением любительского рыболовства по путевке, по 31 декабря 2023 г. и с 1 января 2024 г. по 31 декабря 2024 г. запрет рыболовства, за исключением рыболовства в научно-исследовательских и контрольных целях, краба камчатского и краба синего в подзоне Приморье.

Как следует из материалов дела, ответчик ФИО1 совершил действия по перегрузке и хранению водных биологических ресурсов, что относится к понятию рыболовства. При этом количество обнаруженного и изъятого у ответчика краба камчатского (223,1 кг нетто) и краба-стригуна опилио (379,3 кг нетто) свидетельствует об осуществлении им хранения водных биологических ресурсов не в целях их личного потребления. Документы, подтверждающие законность нахождения у ФИО1 вышеназванной продукции из водных биоресурсов, у него отсутствовали.

При этом ответчиком нарушены Правила и требования, регламентирующие рыболовство для Дальневосточного рыбохозяйственного бассейна, в районе и в период, когда добыча указанных водных биологических ресурсов запрещена – 16 февраля 2024 г.

В силу пункта 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, абзаца 3 пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Доказательств, подтверждающих законность хранения выявленных у ответчика водных биоресурсов, ФИО1 в нарушение статей 12, 56 ГПК РФ ни суду первой, ни суду апелляционной инстанции не представил.

При изложенных обстоятельствах суд первой инстанции пришел к ошибочному выводу об отсутствии предусмотренных статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации оснований для взыскания с ответчика материального ущерба, причиненного водным биологическим ресурсам.

Как разъяснено в пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.11.2017 № 49 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении вреда, причиненного окружающей среде», привлечение лица к административной, уголовной или дисциплинарной ответственности не является основанием для освобождения лица от обязанности устранить допущенное нарушение и возместить причиненный им вред.

В пункте 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.11.2017 № 49 разъяснено, что основанием для привлечения лица к имущественной ответственности является причинение им вреда, выражающееся в негативном изменении состояния окружающей среды, в частности ее загрязнении, истощении, порче, уничтожении природных ресурсов, деградации и разрушении естественных экологических систем, гибели или повреждении объектов животного и растительного мира и иных неблагоприятных последствиях (статьи 1, 77 Закона об охране окружающей среды).

С учетом приведенных правовых норм и разъяснений привлечение ответчика к административной ответственности не освобождает его от обязанности возместить причиненный вред.

При таких обстоятельствах вывод суда первой инстанции об отсутствии оснований для возложения на ФИО1 обязанности по возмещению ущерба нельзя признать соответствующим приведенным нормам материального права и обстоятельствам дела.

Допущенные судом первой инстанции нарушения норм материального права являются существенными, непреодолимыми и не могут быть устранены без отмены решения и вынесения нового решения.

Исходя из установленных обстоятельств и приведенных правовых норм, учитывая, что в результате нарушения ответчиком Правил и требований, регламентирующих рыболовство для Дальневосточного рыбохозяйственного бассейна, выразившегося в хранении и перегрузке продукции из водных биологических ресурсов – краба камчатского и краба-стригуна опилио в районе и в период, когда их вылов запрещен, причинен вред водным биологическим ресурсам, вина ответчика подтверждена вступившим в законную силу постановлением по делу об административном правонарушении, судебная коллегия приходит к выводу о наличии правовых оснований для возложения на ФИО1 обязанности по возмещению вреда, причиненного его действиями водным биологическим ресурсам Российской Федерации.

Доводы ответчика об отсутствии состава деликтного обязательства и оснований для привлечения его к гражданской ответственности, в том числе по мотиву того, что непосредственно добычу (вылов) краба камчатского он не осуществлял, действий, оказывающих влияние на водные биологические ресурсы и среду их обитания, не совершал, основаны на неверном толковании норм материального права, в связи с чем, не принимаются во внимание, как необоснованные.

Разрешая вопрос о размере ущерба, судебная коллегия исходит из следующего.

Постановлением Правительства РФ от 03.11.2018 № 1321 утверждены таксы для исчисления размера ущерба, причиненного водным биологическим ресурсам.

В соответствии с указанным постановлением ущерб исчисляется в размере таксы, кратной стоимости в рублях одной особи независимо от размера и веса. Размер ущерба за одну особь краба камчатского составляет 7184 рубля, за одну особь краба-стригуна опилио – 4 768 рублей.

Согласно примечанию при исчислении ущерба, причиненного водным биологическим ресурсам в запрещенные для осуществления рыболовства периоды и (или) в запрещенных для рыболовства районах, которые устанавливаются в соответствии с Федеральным законом «О рыболовстве и сохранении водных биологических ресурсов», дополнительно к таксам, предусмотренным настоящим документом, учитывается 100 процентов таксы за экземпляр (килограмм) соответствующего вида (подвида).

Как следует из представленного истцом расчета, размер ущерба, причиненного водным биологическим ресурсам Российской Федерации, составляет 12 084 896 рублей (267 х (7 184 + 7 184) + 865 х (4768 + 4768)).

Судебная коллегия находит представленный истцом расчет ущерба обоснованным и арифметически правильным, поскольку расчет произведен в соответствии с Таксами для исчисления размера ущерба, причиненного водным биологическим ресурсам, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 03.11.2018 № 1321.

Представленный истцом расчет ответчиком не оспорен.

В силу пункта 3 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации суд может уменьшить размер возмещения вреда, причиненного гражданином, с учетом его имущественного положения, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно.

При рассмотрении дела в суде первой инстанции и при подаче возражений на апелляционное представление ответчик не ссылался на наличие каких-либо обстоятельств, которые бы служили основанием для снижения размера возмещения вреда.

Судебной коллегией в соответствии с положениями части 2 статьи 56 и части 1 статьи 196 ГПК РФ в качестве юридически значимых были вынесены на обсуждение сторон обстоятельства, связанные с материальным положением ответчика. Ответчику в письменной форме было разъяснено, что в силу положений статьи 56 ГПК РФ бремя доказывания указанных обстоятельств лежит на ответчике.

Вопреки требованиям статьи 56 ГПК РФ ответчиком не представлены документы, свидетельствующие о его имущественном положении.

Оснований для применения положений пункта 3 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации судебной коллегией не установлено.

Исходя из приведенных правовых норм и установленных по делу обстоятельств, учитывая, что факт причинения действиями ответчика ущерба водным биологическим ресурсам Российской Федерации и его размер подтверждены материалами дела, судебная коллегия приходит к выводу об обоснованности требований прокурора.

С учетом изложенного решение суда первой инстанции надлежит отменить и принять по делу новое решение об удовлетворении исковых требований.

Статьей 103 ГПК РФ предусмотрено, что издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов.

В силу положений статьи 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации от уплаты государственной пошлины по делам, рассматриваемым в судах общей юрисдикции, освобождаются прокуроры – по заявлениям в защиту прав, свобод и законных интересов граждан, неопределенного круга лиц или интересов Российской Федерации, субъектов Российской Федерации и муниципальных образований (подпункт 9 пункта 1).

Согласно статье 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации размер государственной пошлины при цене иска 12 084 896 рублей составляет 94 297 рублей.

Поскольку прокурором при подаче иска государственная пошлина не уплачивалась, исковые требования удовлетворены, то в силу статьи 103 ГПК РФ, статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации, статей 50, 61.1, 61.2 Бюджетного кодекса Российской Федерации с ответчика в доход бюджета Усть-Джегутинского муниципального района Карачаево-Черкесской Республики подлежит взысканию государственная пошлина в размере 94 297 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 328-330 ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

решение Усть-Джегутинского районного суда Карачаево-Черкесской Республики от 16.01.2026 отменить и принять по делу новое решение, которым исковые требования военного прокурора 304 военной прокуратуры гарнизона к ФИО1 о взыскании ущерба, причиненного водным биологическим ресурсам Российской Федерации, удовлетворить.

Взыскать с ФИО1 в доход федерального бюджета ущерб, причиненный водным биологическим ресурсам Российской Федерации, в размере 12 084 896 (двенадцать миллионов восемьдесят четыре тысячи восемьсот девяносто шесть) рублей.

Взыскать с ФИО1 в доход бюджета Усть-Джегутинского муниципального района Карачаево-Черкесской Республики государственную пошлину в размере 94 297 (девяносто четыре тысячи двести девяносто семь) рублей.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 07 мая 2026 г.

Председательствующий

Судьи: