Апелляционное постановление № 22К-370/2025 от 4 марта 2025 г. по делу № 3/1-12/2025

Судья Олексенко Р.В. Дело №22к-370/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Мурманск 5 марта 2025 года

Мурманский областной суд в составе:

председательствующего Рахматулловой Л.Т.,

при секретаре судебного заседания Демьянченко Е.Е.,

с участием прокурора Гамаюнова А.В.,

защитника – адвоката Корякина М.А.,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу адвоката Корякина М.А. на постановление Первомайского районного суда г.Мурманска от 20 февраля 2025 года, которым

Ч.Р., родившемуся *** года в г.***, гражданину ***, несудимому,

обвиняемому в совершении трех преступлений, предусмотренных ч.3 ст.30, п.«а, б» ч.3 ст.228.1, ч.3 ст.30, п.«г» ч.4 ст. 228.1 УК РФ,

избрана мера пресечения в виде заключения под стражу на срок 2 месяца, то есть по 18 апреля 2025 года.

Изучив содержание судебного решения, доводы апелляционной жалобы, заслушав адвоката Корякина М.А., просившего об отмене постановления, прокурора Гамаюнова А.В., полагавшего, что судебное решение является законным и обоснованным, суд апелляционной инстанции

установил:

обжалуемым постановлением Ч.Р. избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, поскольку суд согласился с доводами следователя о том, что, оказавшись на свободе, обвиняемый может скрыться и продолжить заниматься преступной деятельностью.

В апелляционной жалобе адвокат Корякин М.А. выражает несогласие с принятым решением, полагая, что, вопреки разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации, содержащимся в постановлении от 19 декабря 2013 года № 41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста и залога», согласно которым наиболее строгая мера пресечения применяется лишь в случае, когда применение иной меры пресечения невозможно, выводы суда о том, что обвиняемый, находясь на свободе, скроется и продолжит заниматься преступной деятельностью, не подтверждены. Суд в должной мере не учел, что Ч.Р. признал вину в совершении инкриминируемых деяний, не намерен скрываться и готов являться по вызову следователя, имеет постоянное место жительства, являясь сособственником квартиры по месту регистрации, поддерживает отношения с родственниками, ранее не судим. Мать Ч.Р. высказала готовность обеспечивать исполнение меры пресечения – домашний арест по месту его регистрации. Кроме того, по месту прохождения военной службы Ч.Р. охарактеризован положительно, принимал участие в выполнении специальных задач в ходе специальной военной операции.

Адвокат считает, что избрание меры пресечения в виде заключения под стражу излишне сурово, не отвечает требованиям справедливости, непропорционально и несоразмерно для защиты конституционно значимых ценностей.

Просит постановление отменить, избрать в отношении Ч.Р. иную меру пресечения в виде домашнего ареста.

Проверив представленные материалы, изучив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В соответствии с ч.1 ст.108 УПК РФ заключение под стражу в качестве меры пресечения применяется в отношении обвиняемого в совершении преступления, за которое уголовным законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше трех лет при невозможности применения иной, более мягкой меры пресечения.

В силу требований ст.ст.97, 99 УПК РФ суд вправе избрать обвиняемому меру пресечения в виде заключения под стражу лишь при наличии достаточных оснований, позволяющих сделать вывод о том, что обвиняемый может скрыться от следствия и суда, продолжить заниматься преступной деятельностью, угрожать участникам уголовного судопроизводства, уничтожить доказательства либо иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу.

Суд первой инстанции в необходимой мере проверил наличие у органа предварительного следствия достаточных данных, свидетельствующих о возможной причастности Ч.Р. к инкриминируемым ему преступлениям, приведя в постановлении конкретные материалы дела, не входя при этом в обсуждение вопросов о его виновности и квалификации содеянного.

Принимая решение по ходатайству, суд исходил из того, что Ч.Р. предъявлено обвинение в совершении четырех преступлений в сфере незаконного оборота наркотических средств, отнесенных законом к категории особо тяжких, за которые предусмотрено безальтернативное наказание в виде лишения свободы на длительный срок. Он привлекался к административной ответственности за правонарушение, посягающее на общественный порядок и безопасность, является потребителем наркотических средств, не состоит в браке, по месту регистрации не проживает. Ч.Р. не трудоустроен, доказательств наличия у него легального источника дохода суду не представлено, при этом, из его показаний следует, что одним из источников дохода являлась незаконная деятельность, связанная с распространением наркотических средств.

Эти фактические обстоятельства в совокупности с тяжестью и характером предъявленного обвинения, иными приведенными данными о личности обвиняемого, дают достаточные основания полагать, что Ч.Р., оставаясь на свободе, может скрыться от органа предварительного следствия и суда, а также продолжить заниматься преступной деятельностью.

Кроме того, о возможности со стороны обвиняемого скрыться на первоначальном этапе расследования свидетельствуют тяжесть предъявленного обвинения, возможность назначения наказания в виде лишения свободы на длительный срок.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, из материалов дела следует, что указанные в ходатайстве следователя обстоятельства подтверждаются конкретными фактическими данными, представленными следствием в обоснование ходатайства.

Оценив установленные обстоятельства, суд первой инстанции пришел к правильному выводу об отсутствии оснований для применения к Ч.Р. более мягкой меры пресечения, в том числе домашнего ареста, поскольку иные меры пресечения не смогут способствовать беспрепятственному и своевременному выполнению задач уголовного судопроизводства по данному делу.

Выводы суда в этой части мотивированы в постановлении должным образом, суд апелляционной инстанции с ними соглашается.

Ходатайство об избрании меры пресечения Ч.Р. заявлено следователем и рассмотрено судом в пределах срока предварительного следствия по уголовному делу, расследуемому в отношении Ч.Р. по признакам преступлений, предусмотренных ч.3 ст.30, п.«а, б» ч.3 ст.228.1, ч.3 ст.30, п.«г» ч.4 ст. 228.1 УК РФ, в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, судебное заседание проведено с учетом принципов состязательности и равноправия сторон.

Приведенные обвиняемым и защитником доводы о наличии у Ч.Р. регистрации в жилом помещении в ***, устойчивых социальных связей, признании им вины в совершении инкриминируемых деяний, положительная характеристика по месту несения службы, не являются безусловными основаниями для отмены постановления и избрания в отношении Ч.Р. более мягкой меры пресечения.

Оснований полагать о том, что Ч.Р. по состоянию здоровья не может находиться в условиях следственного изолятора, не имеется, о чем также указано в обжалуемом постановлении.

Вместе с тем, судом неверно определен период содержания Ч.Р. под стражей.

Так, по***

*** смыслу ст.109 УПК РФ сроки содержания под стражей исчисляются сутками и месяцами. Исходя из положений частей 9 и 10 указанной статьи, течение срока содержания под стражей начинается в день заключения лица под стражу на основании судебного решения об избрании заключения под стражу в качестве меры пресечения, истекает срок в 24 часа последних суток срока. Для правильного установления даты окончания срока содержания под стражей необходимо учитывать положения ч.10 ст.109 УПК РФ, в соответствии с которыми в срок содержания под стражей засчитывается время, на которое лицо было задержано в качестве подозреваемого. Если подозреваемый был задержан, а затем заключен под стражу, срок в соответствии с ч.3 ст.128 УПК РФ исчисляется с момента фактического задержания.

Как следует из материалов дела, Ч.Р. был фактически задержан 18 февраля 2025 года, поэтому срок, на который избрана мера пресечения, следовало исчислять, как и указано следователем в ходатайстве, с 18 февраля 2025 года по 17 апреля 2025 года. В этой части постановление подлежит изменению.

Иных нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих изменение или отмену обжалуемого постановления, в том числе, по доводам апелляционной жалобы, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь ст.ст.389.13, 389.15, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

постановление Первомайского районного суда г.Мурманска от 20 февраля 2025 года в отношении обвиняемого Ч.Р. изменить.

Указать, что мера пресечения в виде заключения под стражу избрана Ч.Р. на срок 2 месяца – с 18 февраля 2025 года по 17 апреля 2025 года.

В остальной части постановление оставить без изменения, апелляционную жалобу защитника – адвоката Корякина М.А. – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, в Третий кассационный суд общей юрисдикции.

Обвиняемый вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий Л.Т.Рахматуллова